Текст книги ""Фантастика 2026-165". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)"

Автор книги: Андрей Федин

Глава 28
Во дворце Карбора

Лучи звезды пробивались сквозь тюль. Нуска очнулся и утер выступившие на глазах слезы. От малейшего движения голова начинала гудеть, а по всему телу разливалась боль.

Судя по свету звезды, которая так ласково осветила комнату, был день. Нуска надеялся, что проспал не слишком долго. Тем более он залечил смертельную рану, с чего бы ему столько дрыхнуть?

Этот сон сильно отличался от предыдущих. Лекарь мог только гадать, почему в этот раз его сновидения посетил Хайя. Может, дело в том, что они так много времени провели вместе? Или в том, что карборец не раз делился с ним своей дэ? Но то же самое делал и Вьен, однако снов о прошлом брата у Нуски никогда не было.

Что вообще происходит с ним? Почему раз за разом его заставляют видеть то, чего уже не изменить? Ладно бы лекарь видел будущее – там еще можно попытаться влезть в череду событий и переиграть все в свою пользу. Но какой толк переживать из-за того, что уже прошло? Для чего вообще нужна эта бесполезная способность?

Нуска вздохнул, приподнял голову и вздрогнул. Прямо возле его постели на стуле дремал эрд. На первый взгляд могло показаться, что он просто прикрыл глаза, ведь темный сурии не наклонился вперед, не сгорбил плечи: он восседал идеально ровно. Но Нуска был уверен – правитель провалился в неглубокий сон, пока бдел над ним.

Он опять не спал, верно? Интересно, сколько, раз так просто уснул возле больного лекаря.

Нуска решил не будить Сина. Пусть отдохнет, раз вымотался. Лекарь просто перевернулся набок и начал рассматривать лицо этого необычного человека, который держал в руках власть над Скиданом, а сейчас выглядел настолько умиротворенным и беззащитным.

Он ли убивал лесных одного за другим?

И свергнул эрда Фавэра и воцарился на престоле?

Повел войска на Дарвель и одержал победу?

А теперь спас Нуску и караулил возле его постели?

В глубине души хаванцу было лестно от того, что сам правитель беспокоился о нем. Лекарь протянул руку и коснулся колена Сина, но его пальцы сразу перехватили. Эрд, который ни на секунду не терял бдительность, проснулся. На мгновение в заспанных глазах отразилось волнение, и Нуска даже порадовался шансу увидеть эмоции на этом холодном лице.

– Лекарь Нуска, как самочувствие?

Син сразу же взял себя в руки и вновь выглядел отстраненным.

– Словно по мне несколько суток топтались скиры, а затем меня заставили обежать весь Скидан вдоль границы, – хмыкнул Нуска, но тут же приподнялся и сел напротив правителя.

– Если все так плохо, то лежи. Усли, отряд стражи и несколько лекарей уже прибыли в Карбор. Мне позвать лекаря?

– Нет уж, спасибо, я и сам способен зализать свои раны, – поморщился Нуска и отвернулся. Одно упоминание этих напыщенных хаванцев его раздражало.

– Ты уверен? Тогда приступай, – хмыкнул Син и откинулся на спинку стула.

– Вот и приступлю, – проворчал Нуска и поднес ладони к голове. Почему-то на этот раз энергии в каналах было чересчур мало, а по правой руке она и вовсе отказывалась течь. Потому уже через несколько секунд лекарь устало уронил руку на матрац.

«И что мне с тобой делать? Теперь не только уродливая, но и бесполезная».

Разорвало каналы именно на той руке, которую Нуска обжег в племени лесных, спасая дочку Мишры. Лекарь так пристально вглядывался в искалеченную конечность, пока лечил себе голову другой рукой, что Син вдруг навис сверху и прикоснулся пальцами к распростертой ладони Нуски. Эрд нахмурился и поднял на хаванца взгляд.

– Как это произошло? Почему я не чувствую дэ в этой руке?

– Сам не знаю. Видимо, нужно время на восстановление, – безучастно пожал плечами Нуска и отвернулся. Ему не нравилось, что Син настолько холоден и собран. Хотелось вывести его из себя и снова увидеть этот взволнованный, испуганный взгляд.

Син только больше нахмурился, а потом зачем-то присел рядом на кровати и погладил пострадавшую ладонь. Лекарь попытался отдернуть руку, но ему не позволили.

Эрд с сосредоточенным лицом изучал запястье и пальцы, явно пытаясь прощупать каналы. Его лицо становилось все сложнее и сложнее, пока он наконец не выдохнул, склонившись над собственными коленями.

– Ты думаешь… это пройдет? – выдавил он.

– Да что со мной сделается? Выздоровею и даже не замечу.

– Это тоже произошло во время битвы в Подземном городе? – В голосе Сина слышалось раздражение.

Нуска на секунду заволновался: может, не стоит провоцировать эрда лишний раз?

Или… стоит?

– Да. Кстати, вы же ничего не сделали Хайе? Если бы не он, то я погиб бы еще раньше, – как ни в чем не бывало стал болтать Нуска, а затем стянул с себя чистую рубаху, в которую его переодели.

Касаясь рукой собственного торса, лекарь начал исцелять внутренние повреждения, но продолжил буравить правителя глазами. Взгляд Сина моментально метнулся к плечу Нуски. Эрд сощурился.

– С каких пор карборские твари кусают людей за плечи, а не сразу отгрызают половину туловища? – вдруг выдал Син, но тут же нахмурился, явно жалея, что не смог сдержаться.

– Никто и не говорил, что это была карборская тварь, – хмыкнул лекарь и, приподняв брови, продолжил внимательно изучать лицо эрда.

Син молчал. Он отвел взгляд, стараясь сохранить самообладание, но Нуска уже чувствовал, как потяжелел воздух, треща и искрясь возле лекаря, использующего светлую дэ.

«Вот же… Как заставить его хоть как-то отреагировать? Я всего-то никому не известный лекарь. Трибуналом попахивает…»

Нуска до сих пор находился под впечатлением от излюбленной угрозы Вильны. И боялся сделать что-то не так, но…

Но тут эрд подорвался и направился к выходу. Видимо, не смог больше смотреть на тело Нуски, на котором виднелся этот след. И тогда лекарь вскочил и врезался правителю в спину. На самом деле Нуска не планировал предпринимать что-то настолько дерзкое и неприемлемое, но его ноги с непривычки подкосились, и он повис на Сине.

Эрд застыл, застигнутый врасплох. Видимо, он и сам не ожидал подобной выходки от Нуски.

– Гм… Эрд, простите, я просто чуть не упал и… – внезапно замямлил Нуска и сам удивился тому, насколько неуверенно и тихо звучал его голос.

– Я помогу тебе добраться до кровати. А затем пойду. Слишком много дел требуют моего внимания, – холодно ответил правитель.

Что он может сделать, чтобы эрд вышел из себя? Что он должен сказать, чтобы этот кремень растерял последние крупицы самообладания?

– Эрд, вы так уверены, что я поеду с вами? Вы ведь видели… – Нуска демонстративно толкнулся плечами в напряженную спину.

– Что же я видел? – прошипел Син. Наконец лекарь почувствовал, как все тело правителя напряглось, а легкая дрожь прошла по предплечьям.

– Вы хотите обвинить меня в развязном поведении? Но какое вам дело до моей личной жизни? – усмехнулся Нуска.

А дальше все произошло слишком быстро. Лекарь зажмурился, а затем заткнул себе рот ладонью: острые зубы эрда впились в его плечо поверх предыдущего укуса.

Глаза Сина потемнели. Было заметно, что он потерял над собой контроль, а темная дэ ударила в голову. Когда он чересчур сильно сомкнул челюсти, Нуска не сдержался и простонал. Только тогда эрд очнулся. Пелена спала с его глаз, и он, приходя в себя, в ужасе уставился на окровавленное плечо Нуски.

– Я… Я не собирался… – начал оправдываться он.

Глаза лекаря хитро блеснули. Он сел на кровати и потянулся к Сину. Мужчина отпрянул было, как от огня, но Нуска держался крепко. А затем лекарь приник к правителю и, опустив голову, прошептал:

– Желаю вам как можно быстрее расправиться со своими делами.

Син выглядел так, будто испытал за одну секунду самые неописуемые страдания в своей жизни. Его лицо приняло такое выражение, будто он вступил в битву со всем миром: сражался насмерть и из последних сил не сдавался. Настолько тяжело он переносил происходящее, настолько трудно ему было держать себя в руках.

Эрд не просто вышел – он вылетел из покоев лекаря, хлопнув дверью. Нуска некоторое время посидел, успокаиваясь, а затем громко и нервно захохотал.

Нет, вы посмотрите! Сам эрд стрелой вылетает из его комнаты! И кто из них больший ребенок?

Нуска вздохнул, а затем услышал стук в дверь. Лекарь подхватил свою рубаху, прикрывая пострадавшие плечо и шею. Лицо хаванца так покраснело, что он не представлял, как будет сейчас с кем-то разговаривать.

– Простите, что побеспокоил… – проговорил знакомый Нуске карборец. Кажется, это был Усли Кардор, которого он видел на заседании знати в столице. – Члены совета попросили уточнить, способны ли вы участвовать в сегодняшнем совете. На нем будут решаться крайне острые вопросы.

Нуска был настолько смущен своим положением, продолжая прикрывать грудь и плечи рубахой, что почти не смотрел на вошедшего. Но, бросив всего несколько взглядов, понял, что тот не менее статен, чем Хайя. Только вот Усли явно был старше и сдержаннее. В глазах его светилось абсолютное спокойствие, на лице не дрогнул ни один мускул, даже когда его взгляду предстал полуголый и смущенный лекарь, непонятно чем занимавшийся до сего момента. Одежда на карборце сидела идеально, волосы были пострижены ровным полукругом и уложены; даже длинный хвост, свисающий сзади, был подобен выглаженной ленте.

Все в этом человеке казалось безупречным. Но Нуске отчего-то это очень не понравилось.

– Я приму участие в совете. Но хотел бы попросить выдать мне соответствующие подобному мероприятию одежды, – так же формально отозвался Нуска и отвел взгляд.

– Тогда я попрошу слуг заняться этим. И заодно подать вам обед, – спокойно согласился сурии и перевел взгляд на висящие на стене часы. – Ровно в восемь ждем вас на первом этаже дворца, в приемной.

Нуска нахмурился, но только кивнул и поблагодарил карборца за участие. Усли покинул комнату, а лекарь с тяжким вздохом повалился обратно и укутался в одеяло.

«На этом совете будут решать, виновен ли Хайя в смерти Хинга? Я ведь правильно понимаю, что ничего хорошего нас не ждет?»

Нуска знал, что эрд ни в коем случае не позволит карборцам вершить суд над своим личным лекарем. И будет всячески оправдывать его, выставляя жертвой. Что случится тогда? Верно – все обвинения лягут на плечи Хайи.

«Неужели до сих пор никто не знает, что карборцы живут припеваючи не благодаря Хингу, а из-за таланта и трудолюбия Хайи? Неужели после случившегося с Уменой Хайя сдался и не попытался хотя бы навредить славе Хинга? Разве можно быть настолько бесхребетным blathien?!»

Вскоре Нуске действительно подали белоснежные одежды, которые носили хаванцы на официальных мероприятиях, а также обед. Правда, еда в этом дворце совсем не шла в сравнение с той, что лекарь успел попробовать, путешествуя по городу с Хайей. Это были странные неприятно пахнущие потроха, какой-то луковый суп и черный горький хлеб, смазанный маслом. Нуска поковырял все это добро вилкой, а затем решил, что будет безопаснее остаться голодным.

Лекарь покинул свои покои за полчаса до назначенного совета. Зная себя, он и не надеялся отыскать нужный зал в ближайшее время. Однако не успел Нуска даже свернуть за угол, как его схватили, заткнули рот и затащили в один из темных проходов. Лекарь сразу же начал отбиваться, колотя преступника руками и ногами, но затем спиной ощутил знакомую дэ. Неужто Хайя?! Нет, подождите, он еще не готов смотреть в глаза этому молодому господину – картинки из его прошлого никак не выходили у Нуски из головы.

– Нуска! Это я! – прошипел карборец, прижав лекаря к стене. А затем его настроение вдруг переменилось: Хайя начал с интересом разглядывать красивые дорогие одежды Нуски, даже еле слышно присвистнул. – Слушай, я теперь понимаю, почему всем так нравится видеть хаванцев в белом! Выглядит очень даже!

– Хайя, i fer klaam! Что ты вытворяешь на этот раз?! – не сдержал Нуска возмущенного возгласа. С этим парнем, видимо, нужно было постоянно держать ухо востро – то схватит и затащит куда-нибудь, то на крыльях унесет, то под землю заманит… Ни секунды спокойствия!

– Ах, точно… – Хайя стукнул себя по голове и вяло улыбнулся. – Тебе нельзя идти на собрание. Притворись, что сильно болен. Тогда все обвинения, скорее всего, лягут на меня, но что они смогут сделать с молодым господином Кардором? Ничего! А вот тебе лучше не лезть в светские разборки.

Нуска на секунду даже опешил из-за свалившейся на его плечи заботы Хайи. Он что, правда думает, что лекарь согласится на это?

– Хей. Мы вместе влезли в это blathien – вместе и выбираться будем. Тем более что ты пошел в Подземный город из-за меня.

Нуска внимательно смотрел на это красивое юношеское лицо. Хайя действительно был еще ребенком, иногда даже в большей степени, чем сам Нуска. Карборец не понимал, что может разрушить свою и без того шаткую позицию при дворе, не догадывался, как это отразится на его будущем. Разве взрослые люди не должны продумывать все на несколько шагов вперед?

– Нуска, ты не понимаешь! Ты ведь даже не знаком с главными сурии металла! Как ты будешь им отвечать? Как будешь оправдываться? Ты хоть примерно представляешь себе судебную систему Скидана? – быстро говорил юноша, словно пытался завалить Нуску доводами. На его лице отразилось волнение, даже страх. Неужели он так сильно беспокоился за хаванца, которого встретил всего несколько дней назад?

– Хайя, у меня в рукаве не просто ферзь, а сам король. – Нуска покачал головой и вздохнул, не желая пояснять собственные слова. – Со мной точно все будет в порядке. Но хотя бы на секунду… задумайся о себе. О своих отношениях с родителями. О возможности что-то изменить в этой бездновой жизни.

Хайя вдруг застыл, вглядываясь в лицо Нуски. Он даже нахмурился, словно переваривая сказанное лекарем, а затем выдал:

– Почему ты говоришь так, будто что-то знаешь о моей жизни? Нет, подожди, это прозвучало слишком грубо… – Хайя замялся, продолжая вжимать лекаря в стену, а затем продолжил: – Тебе кто-то что-то рассказал обо мне, верно? Но даже так…

– Мне никто ничего не рассказывал. Просто, пока спал, я видел твое прошлое, Хайя. – Нуска сказал это тихо, не глядя на карборца, чтобы не смущать его еще сильнее. Но тот почему-то некоторое время помолчал, а затем глупо рассмеялся.

– Так вот оно что! А я думаю, с чего бы самому лекарю эрда так волноваться обо мне!.. Ну, я ведь говорил, что ты один из сильнейших сурии. Я даже в подметки тебе не гожусь, так что все равно настоятельно советую не ходить туда. Хотя… Кто я такой, чтобы тебе советовать?.. – Хайя выдал все это на одном дыхании, а затем рывком отвернулся и пошел прочь.

Нуска на секунду даже растерялся, не понимая, в чем причина внезапной смены настроения карборца. Лекарь бросился следом и ухватил друга за плечо.

– Эй, Хайя… Я видел не так много. Да и вышло это не по моей воле… – Нуска сам не заметил, как начал оправдываться.

– Разве я говорил, что это плохо? Все в порядке, Нуска, поступай так, как считаешь нужным.

Хайя легко сбросил руку со своего плеча и скрылся за поворотом. Когда Нуска обежал угол и заглянул в коридор, то карборец пропал. Даже его дэ отследить было невозможно.

Нуска долго ломал голову над тем, что же могло так сильно расстроить жизнерадостного Хайю. Лекарь даже не заметил, как оказался на первом этаже перед огромными резными дверьми. Этот дворец был настолько же отвратительным, как и в снах Нуски. Находиться здесь после увиденного было неприятно. Когда лекарь попадал в знакомые места, то он каждый раз видел перед собой безжизненные глаза маленького Хайи. Или Хайю, залитого кровью, но мчащегося на помощь уже мертвой возлюбленной. Или того Хайю, который кричал в дверях, взывая к совести матери, но так и не получил ответа.

Всего за несколько минут Нуска всем сердцем возненавидел это место. И потому с упрямством на лице отворил двери и вступил в ярко освещенную комнату.

Сначала лекарь даже поморщился, привыкая к неустанно мерцающим огням, а затем обвел зал взглядом.

Да, это было именно то место, где Унова и Хоней принимали сына. И откуда в последний раз отправили его в железную деву.

Два высоких стула, напоминающих троны, виднелись в конце бесконечной комнаты. Длинный стол, располагавшийся ярусом ниже, был заполнен высокопоставленными сурии не только из Карбора, но и из столицы. Нуске было приятно увидеть знакомые лица: Отэна, Хаза, Мару и непоколебимого Усли. По какой-то причине сейчас лекарь воспринимал их как соратников. Только вот сами владельцы дворца тоже сидели за столом. Разве они не должны были занять самые почетные места?

Стоило Нуске подумать об этом, как двери за его спиной вновь распахнулись. Несколько свечей разом потухли, и зал погрузился в легкий полумрак. Тяжелая дэ наполнила помещение, а лица многих присутствующих напряглись.

Эрд в длинном развевающемся плаще медленно прошел мимо Нуски, даже не бросив на него взгляд. Присутствующие смиренно опускали головы. Послышался скрип отодвигающихся стульев – каждый, включая Унову и Хонея, поднялся с места, приветствуя правителя Скидана. Лекарь на секунду даже растерялся: неужели это мероприятие настолько официальное? В столице ни Вильна, ни Нарид не выказывали Сину такого почтения. Даже слуги периодически позволяли себе неформальные высказывания в его адрес.

Но сейчас все сурии стояли, склонив голову. И Нуске тоже пришлось поскорее занять одно из свободных мест и принять максимально благоговейную позу. Хотя в душе он веселился, даже его взгляд иногда скользил по залу в поисках Сина.

Эрд встал возле трона и поднял руку. Сурии покорно опустились на свои места. Когда шум прекратился, правитель медленно опустился на предоставленный ему трон.

Видимо, таковы были обычаи в Скидане. Даже Унова и Хоней – всего лишь наместники. И только эрд обладал полной властью над всеми присутствующими здесь аристократами.

У Нуски на секунду даже глаза зажглись.

В наступившей тишине вновь зашуршали чьи-то одежды, и со своего места поднялся Хоней. Обведя взглядом присутствующих, он громко заговорил:

– Приветствуем во Дворце Карбора Высшего сурии эрда Сина Рирьярда, а также наших гостей из столицы Скидана. Сегодня мы созвали срочное собрание, а потому вынуждены извиниться перед сурии, которые проделали такой длинный путь в столь короткие сроки. – Главный сурии немного помолчал. Когда возражений или недовольных возгласов не последовало, он продолжил: – Происшествие, которое нам необходимо сегодня обсудить, немыслимо. Хайя Кардор вместе с гостем Карбора, личным лекарем эрда, отправились в Подземный город. Они обманом проникли в лабораторию ученого Хинга, а затем расправились с ним. Результатом преступных действий двух сурии была не только смерть величайшего ума человечества, ученого Хинга, но и масштабные разрушения Подземного города, обвал подземных ходов, поломка водопровода, системы лифтов и множества высокотехнологичных горнодобывающих приспособлений. Все присутствующие здесь могут быть уверены, что Хайя Кардор понесет соответствующее наказание. Он будет лишен ранга сурии и заточен в тюрьму. По поводу же нашего гостя, личного лекаря эрда, мы надеемся выслушать объяснения самого Высшего сурии, эрда Сина Рирьярда.

Нуска не просто остудил голову, услышав речь этого высокопоставленного сурии. Он воспылал с новой силой, но на этот раз гневом. Бросив взгляд на Сина, Нуска заметил, что тот пристально смотрит на него в ответ.

«Син, неужели ты даже не попытаешься оправдать Хайю?! Ты ведь должен был видеть все произошедшее! Ты не так глуп, как эти надутые индюки!»

И тогда эрд медленно поднялся со своего места. И, казалось бы, со скучающим видом оглядел собравшихся. Его голос, эхом отдающийся от покрытых металлом стен и сводчатого потолка, разительно отличался от тявканья главного сурии металла. Каждого, кто здесь был, пробрало до костей таящейся в этом голосе силой:

– Никто из присутствующих не имеет ни малейшего права прикасаться к собственности Дворца Драконов. – Почему-то в этот момент Син прожигал глазами именно Хайю, развалившегося на соседнем от Хонея стуле. Их взгляды столкнулись, и оба выразили друг другу высшую степень негодования одними глазами. – Обвал Подземного города и все разрушения полностью на моей совести. Не думаю, что вы считаете, что кто-то другой мог в одночасье разрушить строившееся на протяжении нескольких лет поселение. Столица готова оплатить его восстановление, а также предоставить рабочую силу. Новый Подземный город будет возведен за год.

Теперь Нуска еще меньше понимал происходящее. Эрд что, вместо того чтобы оправдать Нуску и Хайю перед всеми собравшимися сурии, просто решил повыделываться?! Эй, смотрите, этот лекарь принадлежит мне, а потому никто другой не может его и пальцем тронуть? Пусть убивает, грабит, хоть аристократок насилует, а я все равно окажу ему поддержку?!

Нуске казалось, что сейчас не только плюнули в лицо Хайе, но и его самого смешали с грязью. Почему вдруг… эрд так поступает с ним? Почему не может просто взять да сказать, что Хинг был подонком, каких мало, и что его давно следовало бы вздернуть на виселице?..

«А может потому, что он и сам этого не знает?.. – посетила наконец лекаря эта здравая мысль. Он схватился за голову, не стесняясь обращенных на него взглядов. – Tje vae, мы с Сином были так заняты выяснением отношений, что совсем ничего не обсудили! Он занял оборонительную позицию – потому что не знает, что ему следует говорить! Vae! Vae! И зачем нужно было сейчас выступать против всей знати Карбора?!»

Казалось, что присутствующие тоже не были довольны речью эрда. То с одной стороны стола, то с другой слышались взволнованные шепотки. А затем в одночасье зал разразился ропотом.

Нуска не знал, что делать. Сурии вскакивали с мест и в открытую начинали спорить друг с другом. А лекарь судорожно соображал, как можно исправить накалившуюся ситуацию. Он бросил взгляд на Хайю – и хотя бы там встретил поддержку. Юный карборец тоже смотрел на Нуску: на его лице не отражалось ни смятения, ни страха, только уверенность.

Со своего места вдруг поднялась Унова. Она заговорила так звонко и вызывающе, что все сурии в одночасье притихли.

– Эрд Син Рирьярд высказал свою позицию. Он берет всю ответственность за случившееся на себя, выходит так? Но не хочет ли он таким образом опорочить имя семьи Кардор, возложив всю вину за смерть Хинга на Хайю Кардора?

Нуска и сам на секунду удивился. Неужели эта женщина… пыталась защитить своего сына? Или все-таки волновалась только о чести семьи? Лекарь заметил, что Хайя с неменьшим удивлением уставился на собственную мать, что выступила в его защиту и сказала слово против самому правителю.

Но тут с места поднялся Усли.

– Главная сурии Унова Кардор, вы хотите поспорить с тем, что сказал Высший сурии? Это измена? Насколько мне известно, в Подземном городе погиб не только ученый Хинг. Вместе с ним были обнаружены и тела повстанцев серого движения.

Зал потонул в удивленных возгласах. Усли даже не смог продолжить – все сурии стали кричать наперебой. Столичные о том, что Карбор покрывает изменщиков, а карборские – что такого не может быть, что все повстанцы уже давно сидят по тюрьмам благодаря усилиям городской стражи.

Шум стоял такой, что звенело в ушах. Эрд пустил все на самотек и просто изучал лица предполагаемых предателей. Тех, кто особенно рьяно защищал честь Хинга и Карбора.

А Нуска хмурился все больше. Нет, так просто этот инцидент не будет исчерпан. Если сейчас посадить за решетку сына правящей знати, то это приведет лишь к одному – к расколу. И междоусобной войне. Разве Сина это устраивает?! Почему даже Нуска, не имеющий никакого опыта в политике, это понимает?! Или этот высший сурии настолько самонадеян, что не боится гнева толпы?

– Молчать! – вдруг выкрикнул Хоней. Его лицо побагровело – видимо, он не мог выносить этот шум и неприемлемое поведение собравшихся аристократов. – Неужели никто не может сказать ничего по существу?

И тут тело Нуски налилось силой. Он вновь ощутил себя всемогущим – как тогда, в лесу. Он перестал видеть границы возможного, не спешил разбираться в том, кто здесь прав, а кто нет. Потому что и без этих напыщенных знатных hve знал, какова правда.

– Главный сурии Хоней, – поднявшись с места, спокойно произнес Нуска. Все так удивились, услышав голос, наполненный светлой дэ, что моментально замолкли. – У меня есть что сказать. Надеюсь, все присутствующие смогут выслушать меня до конца. Потому что то, о чем я хочу поведать, – это и есть та правда, которую вы ищете.