Текст книги ""Фантастика 2026-165". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)"

Автор книги: Андрей Федин

Глава 11

Первым делом, они отправились в оружейную комнату. За столом сидел вчерашний сержант.

– Добрый день, – поздоровался Генри, – мы завтра собираемся на задание. Мне положено какое-то оружие?

– Вам? – спросил сержант, – Майор распорядился, Вам оружие не выдавать.

– Это почему? – удивился Генри.

– Спросите у него сами, но смею предположить, чтобы Вы тут резню какую-нибудь не устроили.

Генри развернулся и они с Сабиной направились в кабинет Майора. По дороге Сабина долго собиралась с духом и, наконец, решилась обратиться к Генри по имени:

– Генри, у меня есть мой табельный пистолет, если хотите я Вам могу его дать.

– А потом будешь отвечать? И заканчивай мне выкать, давай на ты.

– Спасибо, – обрадовалась Сабина.

Войдя в приемную Майора, Генри, не обращая внимание на секретаршу, постучал в дверь начальника и вошел в кабинет вместе с Сабиной.

– Здравия желаю, господин Майор, – приветствовал он руководителя службы, – могу я узнать, почему мне не выдают личное оружие?

– А зачем оно Вам? – спросил насмешливо Майор. – Вам стало недостаточно Ваших ножей?

– На всякий непредвиденный случай!

– Нет! Никаких непредвиденных случаев. Мне уже доложили о Вашей покупке в ларьке с палатками. И не смотрите так на Сабину, она не причем. У меня обширная сеть информаторов. Вы хоть знаете с кем там общались?

– Нет, я их видел в первый раз.

– Вот и хорошо, второго раза Вам совершенно не нужно. Это глава крупнейшего криминального клана Шороса. То, что он с Вами там лично беседовал, и Вы остались целым и здоровым, это Ваше лучшее оружие! После этого, ни один мало-мальски вменяемый бандит к Вам и близко не подойдет с дурными намерениями. Вы получили индульгенцию, только вот за что, понять не могу

– Главный сказал, что это привет от уважаемых людей с Тартара, – не стал скрывать Генри.

– Ваша слава теперь работает на Вас. Поэтому оружие я Вам не дам, от греха подальше, – решительно заявил Майор.

– Но мы завтра вылетаем в Дикие горы, – настаивал Генри, – а если там что-то случится?

– Мы вылетаем в сопровождении отряда специального назначения нашей службы, плюс прокурорские и судебный медик. Если они не справятся с теми опасностями, что нас ждут, то Вы тем более. Давайте эту тему не поднимать. Это все? – спросил Майор.

– Нет. Я хотел обговорить линию нашего поведения завтра, чтобы не было накладок, – ответил Генри.

– Что Вы имеете в виду? – спросил Майор.

– Предлагаю, выжать из завтрашней поездки максимум для всех нас, – предложил Генри.

– Говорите, – заинтересованно сказал Майор.

– Мы завтра откроем тайну исчезновения гибели майора Санчеса. Чтобы не произошло там на самом деле двадцать пять лет назад, все будет выглядеть так, как мы это представим общественности, – начал Генри.

– В принципе, да, – согласился Майор.

– Я предлагаю придерживаться следующей версии событий и трактовать все найденные там улики с этой точки зрения. Майор Санчес получил информацию от своих секретных осведомителей о существовании в Диких горах секретной лаборатории по производству главного компонента сильнейшего наркотика – Серебряной пыли и принял решение уничтожить ее. Но зная, что туда просто так он попасть не сможет из-за существующей охраны, он решил войти в фиктивный сговор с руководством наркокартеля, чтобы они дали ему беспрепятственный пролет в эту лабораторию. Это успокоит службу внутренней безопасности, с имеющейся у нее информацией.

– Пока все очень логично, – одобрительно сказал Майор.

– Майор Санчес, как настоящий офицер, не желая рисковать жизнью подчинённых, никому ничего не сказал, но взял с собой оружие, предназначенное именно для ликвидации этого производства, укрытого в пещерах Диких Гор. Пять противотанковых мин. Ничего более мощного в арсенале службы нет и ни для чего другого их использовать невозможно.

– Продолжайте, – кивнул Майор.

– Прибыв на место, он вступил в бой с охраной, заминировал вход в пещеру с лабораторией и подорвал его, уничтожив и производство и доступ к сырью. Поэтому, этот наркотик исчез из продажи в это же время.

– Почему же он не вернулся? – задал логичный вопрос Майор.

– Думаю, что подоспела внешняя охрана лабораторно-производственного комплекса и он погиб в бою, предварительно уничтожив и ее. Скорее всего, был тяжело ранен и не выжил.

– Почему Вы так решили?

– Потому что вернулся турболет. Если бы уцелел кто-то из охраны, его бы либо взорвали, либо использовали для собственного возвращения.

– Очень все логично и непротиворечиво, кроме того, объясняет всю имеющуюся у разных служб информацию, – одобрил Майор, – но я так понял – это не все?

– Конечно. Теперь я предлагаю сразу распределить те пряники, которые мы получим за раскрытие этого дела, а они будут немалые. Раскрыт старый висяк, восстановлено имя честного офицера, пожертвовавшего своей жизнью во имя долга, показана роль Аналитической службы в спасении Империи от смертельной заразы. Согласитесь, это звучит красиво!

– Да, это выглядит отлично. Что Вы предлагаете? – Майор наклонился к Генри.

– Первое. Я пишу рапорт о Вашей важнейшей роли в этом деле и предлагаю повысить Вас в звании до подполковника. Ваша должность полковничья, думаю, это Ваш последний шанс получить еще одну звездочку на погоны.

– Это было бы неплохо, – не стал скрывать Майор.

– Второе, – продолжил Генри – я пишу ходатайство о присвоении лейтенант-аналитику Сабине Коршуновой звания старший лейтенант-аналитик. Засиделась она у Вас в лейтенантах.

– Спасибо, – тихо сказала Сабина.

– Не возражаю, – поддержал Майор.

– Третье. Мы с Вами пишем ходатайство о полной реабилитации майора Санчеса. После этого, его семье выплатят его зарплату за прошедшие двадцать пять лет и его вдове назначат пенсию. Кроме этого, мы будем ходатайствовать о награждении его имперской наградой за храбрость и служение долгу!

– Спасибо, – еще раз тихо сказала Сабина.

– Это правильно, – снова кивнул Майор.

– Поэтому, завтра нужно будет взять группу с самого популярного местного телеканала. Они за такой репортаж, Вам по гроб жизни обязаны будут, – предложил Генри.

– Сейчас прямо и позвоню, – согласился Майор. Потом посмотрел на Генри и спросил его: – Но я пока не услышал, что хотите получить лично Вы, Прим-Мастер.

– Сейчас услышите, – произнес Генри, – у меня дела Горной Гильдии. Мне нужно, по просьбе Магистра, произвести геологическую разведку в Драконьих горах, на предмет поиска новых рудных месторождений. Поэтому, я попрошу Вас предоставить мне турболет на одну-две недели. И все. Больше мне ничего не надо.

– Ну вот, наконец-то, я понял зачем Вы здесь, Прим-Мастер. Я сразу понял, что дело майора Санчеса, это только предлог, – довольно сказал Майор, – я хоть и не оканчивал Академию, но опыт все-таки есть!

– Значит договорились? – уточнил Генри.

– Хорошо, – Майор протянул руку Генри, – я согласен.

– Тогда завтра утром встречаемся в восемь часов у входа в Управление и выдвигаемся на авиабазу, – подвел итого Майор.

– Всем до свидания, – сказал Генри и вышел из кабинета, а Сабина задержалась.

Он направился к себе в комнату, и уже там начал обдумывать предстоящий поход по Драконьим горам. Потом поужинал, и, вернувшись в комнату, связался с Яной.

– Привет, родная! Как вы? – спросил он радостную Яну.

– Привет, любимый! Сегодня в Фонде распределяли первые стипендии, это было так приятно! Меня хотели в первый список включить, а я отказалась. Мы, благодаря тебе, ни в чем не нуждаемся и я вообще отказалась от этой стипендии. Ты не против? Ведь столько нуждающихся.

– Я тобой горжусь, милая! Ты поступила совершенно правильно, – поддержал ее Генри.

– И знаешь, после того, как все узнали, что ты внес миллион империалов, а я отказалась от стипендии, к нам в Фонд пришли те бандиты, которые прогнали этого урода и внесли пять миллионов империалов! Я даже расчувствовалась, а они сказали, что верят только мне и уверены, что ни цента не пропадет!

– Ты становишься очень популярной и известной в городе и это вполне заслуженно! – с гордостью сказал Генри своей юной жене.

– Я не опозорю честь фамилии Валент, – твердо сказала Яна, – а теперь, дорогой, давай поговорим о другом.

– Что-то случилось? – встревоженно спросил Генри.

– Конечно случилось. Случилось то, что случается везде, где ты появляешься! – смеясь сказала Яна.

– Яночка, клянусь, ничего не сделал. Так, только ногами отпинал одного наглеца и все, – стал оправдываться Генри.

– Я это знаю.

– Откуда?

– Мне Сабина рассказала. Кстати, вот о ней я и хотела с тобой поговорить!

– А что о ней говорить? У меня с Сабиной ничего нет!

– Я знаю. Мы с ней много говорили, вот только сейчас закончили. Она в тебя влюбилась!

– Клянусь, никаких поводов не давал!

– Я знаю, ты ведешь себя образцово. Даже слишком.

– Что значит, даже слишком, Яна?

– Она хорошая, девушка еще. Короче, если ты захочешь с ней переспать я не буду возражать.

– Что? – не поверил Генри.

– Если ты захочешь с ней переспать, я не буду считать это изменой, – вздохнув, сказала Яна, – жалко мне ее, она так просила, чтобы я тебе это разрешила.

– То есть вы вдвоем, без меня меня женили? – возмутился Генри. – Яночка, если я из каждой командировки буду привозить домой по жене, то у нас скоро будет не семья, а женская казарма, со мной – комендантом общежития!

– Никакой жены! – строго сказала Яна. – Еще чего не хватало. Ей двадцать пять лет, она почти в два раза старше меня и Валерии, будет тут командовать всеми нами! Она еще просила разрешения, чтобы ты ей ребеночка подарил. Денег у них с мамой будет сейчас много, а родить хочет только от тебя.

– Ребеночка подарил?! – еще больше возмутился Генри. – Ребеночек – это вам что? Щенок или котенок, которых дарят? А потом? Как я буду жить, зная, что в какой-то дыре растет полу сиротой часть меня? А потом, он один раз простучит в нашу дверь и спросит: – Папа, а почему ты меня бросил маленьким?

– Я ей так и сказала, чтобы она с тобой решала этот вопрос, – виновато сказала Яна, – я сейчас такая счастливая, что у нас все наладилось, что готова поделиться частичкой этого счастья с другими. Я ведь думала, что так и умру одинокой и нелюбимой, а ты меня простил. Я ночью иногда просыпаюсь и плачу, что все могло остаться, как до твоего приезда. Ты меня извини, мне так ее стало жалко. Мы даже поплакали с ней вместе.

– Тебе нельзя плакать, у тебя молоко будет плохим, – строго сказал Генри, – я разберусь с Сабиной, но спать я с ней не буду. Это не обсуждается.

– Спасибо, если бы ты согласился, я бы огорчилась, хотя виду не подала бы, – обрадовалась Яна.

– Вот и хорошо, – сказал Генри. – Яночка, это последний наш разговор перед моей экспедицией. Береги себя и Раечку. Передавай поклон Матвею Петровичу и тетушке Марте. Люблю вас всех, скоро вернусь.

– Генри, миленький, будь там осторожен, без тебя я не смогу жить. Я знаю, ты скажешь, что у меня есть Раечка…, но ты просто знай, что я тебя очень люблю! Возвращайся, пожалуйста, скорее, мы все будем тебя ждать! – у Яны на глазах снова заблестели слезы.

– Все, целую, до связи! – и Генри отключился, чтобы она снова не заплакала. После чего лег спать.

Утром, позавтракав, ровно в восемь часов он уже стоял у входа в Управление. Там же ожидал Майор в новенькой полевой форме, Сабина при полном параде, включая прическу и макияж, семь спецназовцев при полном вооружении, двое штатских: один следователь прокуратуры с папкой, второй судебный медик с саквояжем. А также: трое телевизионщиков, одна ведущая, красивая молодая женщина, оператор и звукотехник. С ними были кофры с аппаратурой.

Подъехал микроавтобус, все погрузились в него и поехали на авиабазу.

Там на взлетной полосе уже стоял турболет, а возле него бледный интендант. Он подбежал к высадившемуся из микроавтобуса Генри и отчаянно затараторил:

– Господин младший имперский дознаватель, я все сделал! Вчера турболет прошел летные испытания. Я договорился с нашим лучшим пилотом, он готов вас отвезти. Разрешите мне остаться, я очень боюсь летать.

– Хорошо, – сказал Генри, – но вечером, когда мы вернемся, ты произведешь предполетную подготовку турболета, завтра будет снова вылет.

– Огромное спасибо, все будет в лучшем виде! – с огромным облегчением выдохнул интендант и сразу убежал, боясь, что Генри передумает.

Когда вся команда поднялась по открытой задней аппарели на борт турболета, там, в кресле пилота, сидел уже человек в погонах майора. Он представился и задал вопрос:

– Куда летим? В разъёме нет маршрутизатора.

– Вот он, вместе с картой памяти, – и Генри протянул ему блок, который он вынул позавчера из панельной доски турболета. Пилот вставил его на соответствующее место и когда на блоке загорелась зеленная лампочка, удовлетворенно кивнул.

– Я прошу Вас пролететь по последнему маршруту, записанному в карте памяти, – попросил его Генри. Пилот вопросительно посмотрел на Майора, и, после одобрительного кивка, запустил двигатели для их прогрева. В это время все расселись по местам внутри грузового салона. Генри занял место второго пилота. Все надели шлемы с передатчиками внутренней связи. Через десять минут, турболет оторвался от бетонной площадки и стал набирать высоту. Потом пилот включил автопилот и турболет лег на курс, записанный на карте маршрутизатора.

В течении двух часов полета, журналистка взяла интервью у Майора и у Сабины. Она расспрашивала о том, каким был майор Санчес на службе. Сабину она спрашивала, как ей жилось эти годы, когда судьба ее отца была неизвестна. За разговорами, время пролетело быстро, и, наконец, пилот объявил: – Подлетаем к месту посадки.

– Внимание! – скомандовал Генри в микрофон. – Оператору приготовиться к съемке.

– Что будем снимать? – спросил оператор.

– Сделайте, пожалуйста, круг над поверхностью земли по обоим сторонам ущелья, – попросил пилота Генри. Тот послушно заложил вираж и прошелся сначала над левым краем, а потом над правым.

– Вот, – закричал Генри, показывая на небольшие грибки на правой стороне поверхности края ущелья, – оператор, снимайте их.

– А что это? – спросила журналистка.

– Это шахты вентиляции подземной производственной лаборатории, – торжествующе ответил Генри.

– Да, очень похоже, – подтвердил Майор, внимательно всматриваясь в иллюминатор. Все тоже прильнули к ним.

– Садимся, – предложил Генри, – там где сел майор Санчес.

Турболет подлетел к тупику, которым заканчивалось ущелье, завис там и стал медленно и осторожно опускаться. По обеим сторонам стали расти отвесные стены ущелья. Наконец, турболет коснулся каменистого дна и остановился. Аппарель открылась и бойцы спецназа высыпали наружу, заняв круговую оборону. Пилот включил радар и сказал, что ничего опасного не видит. После этого, из турболета вышли все остальные.

– Итак, вход в производственную лабораторию находится на правой стене ущелья, двигаемся медленно, чтобы не напороться на мины, – предложил Генри. Я – первый, – и он, не дожидаясь согласия остальных, медленно двинулся вперед. Остальные гуськом двинулись следом. Через, примерно двести метров, Генри остановился, поднял согнутую в локте руку со сжатой в кулак ладонью.

Он указал на участок стены, который был не ровным, как все остальные, а имел осыпь, в виде нагромождения обрушившихся сверху камней. Потом он поднял с земли три ржавых отстрелянных выстрела от гранатомёта. Оператор непрерывно вел съемку.

– Думаю, тут был вход в пещеру, где размещалась подземная производственная лаборатория, – сказал Генри, – майор произвел три выстрела в саму пещеру, заставив ее сотрудников забаррикадироваться внутри.

– Почему Вы так решили? – спросила журналистка.

– Потому что тут нет никаких следов боя и, в первую очередь, отстрелянных гильз. На стенах нет следов пуль, – ответил Генри. – А потом, он установил у входа противотанковые мины и, подорвав их, обрушил своды и завалил вход. Смею предположить, что обрушились и своды самой лаборатории, похоронив все внутри.

– А это почему? – не отставала настырная журналистка.

– Потому что вот предохранители от взрывателей к минам, – и Генри поднял несколько ржавых трубок с кольцами. – Потому что хозяева этого места не сделали ничего, чтобы откопать эту лабораторию. Скорее всего, они опустили камеру через вентиляционные шахты и поняли, что все уничтожено.

Глава 12

Постояв у осыпи, и, позволив оператору снять все крупные планы старых выстрелов от гранатомета и ржавые предохранители от противотанковых мин, саму осыпь и обвал, группа двинулась дальше. По пути движения, на стенах ущелья появились старые щербатые следы от пулевых попаданий из крупнокалиберного пулемета, на которые указал Майор. Пришлось остановиться, чтобы оператор мог снять и их тоже.

Пройдя, в общей сложности, еще метров сто-сто пятьдесят, Генри, снова шедший впереди, остановился. К нему подошли и остальные члены группы.

Перед ними, за небольшим пригорком, возле старого ржавого ручного пулемета, в окружении таких же ржавых коробов от патронов и россыпи старых гильз, лежал скелет человека в обрывках полевой формы и майорских погонах. Скелет лежал лицом вниз.

– Вот мы и нашли место последнего боя майора Санчеса, – произнес Генри грустным голосом.

Сабина упала на колени перед останками и зарыдала. Майор и все остальные сняли головные уборы, отдавая честь погибшему много лет назад товарищу. Оператор и журналистка все непрерывно снимали, постоянно меня ракурсы.

– Позвольте теперь нам заняться нашими прямыми обязанностями, – сказал следователь прокуратуры, открыв планшет с протоколом осмотра места происшествия.

– Предупреждаю, что копия вашей видеозаписи будет приобщена к материалам данного уголовного дела, – обратился он к журналистке. Та, не отрываясь от работы, лишь согласно кивнула.

– Скажите, лейтенант-аналитик Сабина Коршунова, – обратился следователь к плачущей девушке, – Вы можете опознать в этих останках своего отца, по каким-то особым признакам?

– Часы, – всхлипывая ответила Сабина, – они очень характерные и именные. Мама говорила, что на них на задней крышке должна быть дарственная надпись.

Следователь сделал знак судебному медику, который уже надел латексные перчатки. Тот аккуратно расстегнул металлический браслет из нержавеющей стали на истлевшей руке, и, сняв его со скелета, он передал часы следователю. Тот, взяв их в руки, прочитал вслух надпись на задней крышке: – Майору Санчесу за беспорочную службу, от Аналитической службы.

После окончания следственных действий, Вам вернут эти часы, госпожа Сабина, – произнес он авторитетно, после чего аккуратно положил часы в пакет для сбора улик.

Судебный медик осторожно перевернул костяк на спину. В остатках нагрудного кармана виднелся кусок пластика. Когда он осторожно вынул его, все увидели, что это офицерское удостоверение личности. Он прочитал вслух: – Майор Санчес. Аналитическая служба. Шорос.

Само удостоверение с краю было пробито, по всей видимости, пулей.

Генри двинулся дальше. Нужно было осмотреть все поле старого боя, поросшего травой. Через двадцать метров он наткнулся на еще один скелет, державший ржавый автомат, в обрывках одежды цвета хаки. Затем еще один и еще. Всего он насчитал больше двадцати скелетов, которые так и остались там, где их настигла смерть много лет назад.

– Почему их не забрали и не похоронили? – спросил подошедший Майор.

– Кто? Их хозяева? Эта охрана, скорее всего наёмники, которые облажались и провалили свою работу, – ответил Генри, – забери их тогда, надо тратиться на похороны, выплаты семьям, а дело изгажено. Вот их тут и бросили: пропали без вести, дезертировали, короче, сократили накладные расходы.

– Да, похоже на то. Восстановить работу лаборатории они не смогли и прибирать за собой не стали, – подвел итог Майор, – возвращаемся.

Когда они подошли к месту гибели майора Санчеса, его останки положили уже в пластиковый пакет, пакет переместили на носилки и солдаты отнесли их в турболет. Оператор с журналисткой и звукотехником бегали по полю, снимая останки погибших бандитов. Их решили не забирать, сообщить в полицию, и, если те захотят ими заниматься, то пусть сами прилетают и возятся с этим.

Все погрузились в турболет и вылетели обратно на авиабазу. Генри снова сел к кресло второго пилота. Он не хотел проявлений благодарности от Сабины, держась от греха подальше. Зато Майор заливался соловьем перед видеокамерой, реконструируя последнее сражение своего сослуживца. Журналистка внимательно его слушала, задавая множество вопросов. Она уже чувствовала запах большой сенсации и предвкушала свой успех.

Домой прилетели уже к вечеру. На авиабазе их встречала машина судебно-медицинской экспертизы, которая забрала предполагаемые останки майора Санчеса и мама Сабины. Они с дочерью плача обнялись и поехали вместе с тем, что осталось от их мужа и отца, на экспертизу. Сабине необходимо было сдать материал для судебно-генетической идентификационной экспертизы. Генри этому даже обрадовался. Они с Майором поехали в Управление. Перед отъездом, Генри переговорил с интендантом о том, что завтра в девять часов утра, он будет на авиабазе, и чтобы машина была готова. Тот побожился, что все будет нормально!

Поужинав, Генри еще раз проверил все снаряжение, которое он планировал взять с собой в поход. Уложив все в станковый рюкзак, Генри лег в кровать и уснул. День выдался очень тяжелым.

Утром, позавтракав, он зашел к Майору. Тот смотрел по телевизору репортаж журналистки. Он был построен так, что Генри не было видно вообще. Там был только Майор и немного Сабины. Довольный мужчина подвинул к Генри два ходатайства о присвоении ему, – Майору, звания подполковника, а Сабине, – старшего лейтенанта. Генри, без лишних вопросов, все подписал. Майор, в свою очередь, передал ему командировочное удостоверение на проведение разведки в Драконьих горах.

– Кто меня отвезет на авиабазу? – спросил Генри, не видя Сабину. Майор лукаво усмехнулся и сказал:

– Дежурная машина. Будьте осторожны, Драконьи Горы опасное место. Не только потому, что там часто бывают обвалы. Это сланцевые отложения, постоянно взрывается газ. И еще, там часто орудуют банды всякой сволочи, от похитителей детей до торговцев оружием.

– Спасибо за все! До свидания, – попрощался с ним Генри и, взяв рюкзак, направился к выходу из Управления. Там он сел в дежурный автомобиль и поехал на авиабазу. Отсутствие Сабины его удивило и обрадовало одновременно.

Турболет стоял на бетонной площадке с откинутой аппарелью. Рядом мялся интендант. Увидев Генри, он подбежал с нему с заверениями, что турболет полностью заправлен и готов к вылету. Генри одобрительно похлопал его по плечу и отпустил. Тот, до невозможного счастливый, сразу убежал. Взяв свои вещи, Генри поднялся на борт.

Сев в кресло пилота, он запустил двигатели для прогрева, закрыл аппарель и ввел данные в автопилот. Когда все было сделано, он медленно поднял турболет, и, сделав вираж над авиабазой, лег на заданный курс. Включив автопилот, он задремал в кресле пилота.

Через час, его чуткий сон был прерван шорохом за его спиной. По салону, к кабине пилотов, тихо крался человек. Генри сразу понял кто это, но решил проучить его, и незаметно вынул нож. Когда человек осторожно вошел в кабину, он, вскочил с кресла и прижал нож к горлу Сабины.

– Ой! – только и пискнула девушка.

– Ну и что это значит? – отпустив ее и спрятав нож, спросил Генри. – Ты где спряталась и почему я тебя не учуял?

– В туалете, поэтому и не учуял, я распылила дезодорант, – потерев шею, сказала девушка и села на место второго пилота.

– А я удивился, что ты не пришла меня проводить. И что теперь прикажешь, поворачивать назад? – спросил Генри.

– Знаешь, Генри, ты очень умный, но как сказал Майор, это тебя и подвело. Ты считаешь других людей глупее себя. А это – не так, – рассмеялась Сабина, – вот куда мы сейчас летим?

– Лечу пока только я. А что c тобой делать я еще не решил. Может сейчас сядем на землю и я тебя, как безбилетного пассажира-зайца, высажу, – шутливо пригрозил ей Генри. – А летим мы искать полезные ископаемые в Драконьих Горах.

– Знаешь, в чем ты прокололся? – улыбаясь спросила его Сабина.

– А я разве прокололся? – удивился Генри, – И в чем?

– Как обычно, прокалываются все на мелочах, – девушка стала серьезной. – Ты летишь на геологическую разведку, правильно?

– Правильно, – подтвердил Генри.

– Неправильно! – торжествующе сказала Сабина. – Ты не взял с собой никакого геолого-разведывательного оборудования! Ты не взял ни геологический радар, ни гравитационный сканер, ни рудный анализатор, ничего! И как ты без этого собираешься искать месторождения?

Генри задумался, признавая правоту девушки, но потом улыбнулся и ответил:

– А я по старинке, с геологическим молотком и ручным сбором образцов!

– И это могло бы прокатить, – не сдавалась Сабина, – если бы ты взял полевую геохимическую лабораторию. Но ты ее не взял! И отсюда следует только один вывод!

– И какой же?

– Что никакие месторождения ты искать в этих горах не будешь! А у тебя совсем другое задание!

– Допустим, – нехотя согласился Генри, – и что?

– А то, что тебе нужен кто-то, кто прикроет твою спину, – сказала Сабина, – Генри, эти горы очень опасное место. Там много всякого сброда, лагеря самых отмороженных бандитов, от похитителей детей до торговцев оружием и наркотой! А у тебя даже огнестрела нет! А я взяла свой пистолет и автомат выписала в оружейке, и гранаты.

– Хорошо, я возьму это оружие, – согласился парень.

– Генри, возьми меня с собой! – умоляющим голосом попросила Сабина. – Я отлично стреляю, помогу тебе нести груз. Ем я немного и не буду тебе мешать. Ты так много сделал для меня и нашей семьи, открыв правду об отце. Моя мама так мне и сказала, чтобы я полетела с тобой и помогла чем смогу! Пожалуйста!

– А твоя мама в курсе твоих планов на счет ребенка? – улыбаясь спроси ее Генри.

– Яна тебе сказала, – опустив голову, покраснела Сабина, а потом вздернула подбородок и с вызовом смотря в глаза Генри, заявила:

– Да, я хочу ребенка от тебя! И мне ни капельки не стыдно! Любая женщина хочет родить от лучшего мужчины! Чтобы ее ребенок тоже был лучшим! И я ничего больше от тебя не хочу.

– Спасибо, что ты рассматриваешь меня, как быка производителя, Сабина, – усмехнулся Генри, – ребенок – это не игрушка и все разговоры, что ты родишь его для себя, и что меня это никак не обяжет – это неправда. У ребенка будет отец. Отец, который его оставил, еще не родившимся. И этот отец тоже будет об этом знать! И знать, что это подло! Ты хочешь меня на это обречь? А ребенок чтобы рос с осознанием того, что он плохой, потому что его папа не хочет его знать?

– Я об этом даже не подумала, – растерянно сказала Сабина, – знаешь, сколько мужчин мне предлагали стать их любовницей и родить им ребенка? Но никто так не говорил.

– Потому что они хотели тебя тупо трахнуть и все. А на то, что с тобой будет потом, им наплевать. И давай на этом закончим этот разговор. Я не буду тебя трахать и делать ребенка. Подари свою девственность своему мужу. Это будет лучший твой подарок для него. Я знаю, что Яна, как бы, не возражает, но это только потому, что она сама чувствует свою вину. И пользоваться этим ее чувством я не буду. Потому что ей будет больно! А она и так настрадалась. Договорились? Иначе я разворачиваюсь и везу тебя обратно.

– Хорошо, я не буду, – буркнула обиженно Сабина, – если я тебе так не нравлюсь. Многие меня считаю очень привлекательной и даже красивой.

– Я тоже так считаю, – спокойно сказал Генри, – но это не значит, что я должен трахать всех красивых женщин, которых встречаю на своем пути. Я женатый человек и имею обязательства перед своими любимыми женщинами. Огорчать их и обижать я не хочу и не буду.

– Думаю, ты меня просто обманываешь и у тебя есть какой-то свой план, – сказала Сабина.

– Почему? – удивился Генри.

– Потому что так не бывает! Чтобы красивая, да, а я красивая, девушка – упрямо сказала она, – сама предложила парню переспать, без всяких обязательств, а он отказался. И все мужчины, которые мне предлагали родить ребенка, они все были женатые. И это им совсем не мешало, как тебе!

– Знаешь, Сабина, когда меня предала Яна, умер мой отец, мне было так больно, что я решил застрелиться, но пистолет дал три раза осечку, но на четвертый раз, когда я направил пистолет уже не в висок, а в стену, он выстрелил.

– Ты хотел застрелиться?! – с ужасом вскрикнула Сабина. – Мне казалось, что ты вообще никаких эмоций не испытываешь. Даже когда ты ногами пинал этого охранника, у тебя было такое скучающее лицо.

– Я просто не привык их показывать, на Тартаре это не принято, – вздохнул Генри, – но я знаю, как больно, когда тебя предают. И поэтому, не хочу причинять своим женщинам такую боль.

– Своим? У тебя не только Яна? – спросила Сабина.

– Да, я же говорил, у меня еще есть жена Валерия. Она пока замужем за другим человеком, живет в другой Империи и беременная нашим ребенком. Я должен ее освободить от этого навязанного ей брака, и вернуть обратно. Поэтому, сама видишь, мне сейчас не до интрижек на стороне. Давай закончим эти матримониальные разговоры и вернемся к делу.

– Хорошо, – покорно согласилась Сабина.

– Ты поедешь со мной только при следующих условиях, – твердо сказал Генри.

– Я согласна, – сразу согласилась Сабина.

– Я все-таки скажу, – настоял Генри и принялся перечислять:

– Первое. Ты строго выполняешь все мои приказы. Второе. Ты ко мне не пристаешь.

– Это все? – спросила, снова надувшаяся, Сабина.

– Это основное, – подтвердил Генри.

– Хорошо, но и ты ко мне не приставай тогда, если вдруг передумаешь!

– Значит, договорились.

И они весь оставшийся путь молчали. Сабина обиженная на его невнимание, а Генри, обдумывая план предстоящей работы.

Когда турболет прибыл на место и сел, Генри и Сабина принялись выгружать вещи из салона. Генри расстелил карту и стал изучать маршрут.

– Ты серьезно? – язвительно спросила Сабина. – Ты собираешься ориентироваться по карте? Это же каменный век. Ведь навигаторы есть! В телефоне.

– Мы оставим телефоны в турболете и с собой не возьмем, если ты не согласна – оставайся тут, – твердо сказал Генри.

– Но почему? А как же я без своих аккаунтов в соцсетях, я там блоги веду, что теперь, все бросить? – возмутилась Сабина.

– Во-первых, здесь нет вышек мобильной связи. Сейчас ты пользуешься модемом турболета, а он работает через спутник. Когда мы отдалимся достаточно далеко от него, связь исчезнет. Кроме этого, твоя батарея в телефоне тоже скоро сядет. Но ты можешь остаться тут и ждать меня. А во-вторых, телефоны могут выдать наш маршрут, а это тайна. Как и навигаторы.

– Я поняла, поняла, – смирилась с неизбежным Сабина, – даже фотки не сделаю из этого приключения.