Текст книги ""Фантастика 2026-165". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)"

Автор книги: Андрей Федин

Соавторы: ,Сэм Альфсен
сообщить о нарушении

Текущая страница: 62 (всего у книги 350 страниц)

– Он согласился? – спросил мой хозяин.

– Конечно! Честность, щепетильность и юридическая подкованность членов нашего ордена широко известна! И я направился в этот дом.

– И что ты там нашел? – нетерпеливо спросил Альфонсо.

– Сначала ничего интересного. Простой набор обыкновенного путешественника. Я очень расстроился. Потом пригласил одного человека, – Диего замялся.

– Этот человек имел сомнительную репутацию? – усмехнулся иезуит.

– Более чем! – рассмеялся Диего. – Я его вытащил из местной тюрьмы!

– Дай я догадаюсь, – теперь уже рассмеялся Альфонсо, – ты сам ничего не нашел, но был уверен, что в доме что-то есть. И тогда ты решил найти человека, который сведущ в поиске скрытых тайников в разных местах.

– А кто может быть таким человеком? – спросил уже я своего хозяина.

– Лучше всех ищет замаскированные скрытые тайники, в которых хозяева прячут свои сокровища и ценности? – спросил вопросом на вопрос Альфонсо.

– Ну я не знаю, наверное мытарь! – предположил я.

– Ну это вряд ли, чтобы сборщик налогов знал это дело. Ему это не нужно! Он же с солдатами ходит, ему все отдадут добровольно. Нет! Это вор! Вор, который промышляет ограблением домов. Ты знаешь, что у них строгое разделение в этом ремесле? – спросил он меня.

– Нет!

– А они имеются. Есть карманники, есть грабители прохожих, а есть грабители домов. Некоторые воруют только носовые платки, например! Диего, ты такого вора искал?

– Да я знал одного, он сидел там как раз в колодках. Я договорился со стражей за дублон, и его отпустили со мной. Мы пришли в дом и я попросил его найти тайник, если он тут есть. Он сразу спросил, какого размера должен быть тайник. Я ответил, что не знаю. Тогда он спросил, какую вещь туда должны были спрятать. Я ему примерно обрисовал размер металлической книги. И он начал искать.

– И что, нашел? – нетерпеливо спросил Альфонсо.

– Сначала он простучал все стены, полы, потолок и ничего не нашел. Потом вышел во двор и стал внимательно осматривать его…'

Глава 19
Дела научные и ненаучные

– На этом у меня все, остальное я подготовлю к следующим выходным, – объявил Сергей Порфирьевич. – А теперь давайте пообедаем и я поеду в Академгородок. Воскресенье заканчивается, а завтра на работу.

– Ой, Катюша! – всплеснула руками бабушка. – Вот мы с тобой две хозяйки! Заслушались рассказами о делах давно минувших дней, а про сегодняшний обед совсем забыли!

– Ничего страшного, – успокоил всполошившихся женщин Саша, – я предлагаю пойти пообедать в кафе или ресторан, а потом проводить Сергея Порфирьевича. Отдохните сегодня, заодно и проветримся!

– Правильно, – одобрила его предложение жена, – мы одеваться, мы быстро!

И они сдержали свое слово. Через час с небольшим Екатерина Викторовна и Катя были готовы – во всем блеске своей неотразимой красоты.

– Горжусь тобой, Катёнок, ты у меня такая красивая, – обнял ее муж.

– Ну идемте, – предложил старый академик, про себя подумав, что приготовить обед было бы гораздо быстрее, чем собраться женщинам для выхода на улицу.

Они отобедали в ближайшем кафе, остались очень довольными и проводили дедушку Кати до его «Волги». Он уехал и обещал продолжить чтение истории Ярослава и Альфонсо в следующие выходные.

Но молодежь забыла, что у них началась сессия, и им – особенно Кате – стало не до старых рукописей.

Академических задолженностей у нее не было, но зачетов – в том числе и дифференцированных – было много. А экзамена всего два: по истории КПСС и неорганической химии. Помня наказ Саши о работе на зачетку и последующей работе уже зачетки на нее, она все сдала на отлично, чем очень гордилась. Саша сказал ей, что он и не сомневался в ее успехах. Сам он тоже сдал все на отлично. Но ему было это не трудно.

Когда экзамены закончились наступили долгожданные каникулы, и все отправились в Академгородок, чтобы там заняться давно запланированными научными исследованиями.

Их радушно встретили отец Саши и Анна. Приглядевшись к своей «свекрови» Катя что-то прошептала ей на ухо, а та, довольно улыбаясь, закивала ей в ответ. Катя обняла ее и с чем-то поздравила.

Когда все прошли в гостиную, отец Саши встал и поздравил детей с первой успешно сданной сессией. Потом встала Анна и сказала:

– Дорогие Саша и Катя! У нас для вас новость!

– Какая?

– У тебя, Саша, скоро появится братик или сестричка! – рассмеялась жена его отца.

– Ура! Мы поздравляем вас! – захлопала в ладоши Катя. К поздравлениям присоединились Саша, Сергей Порфирьевич и Екатерина Викторовна.

– А какой срок? – спросила Катя.

– Примерно три месяца, – ответила Анна.

– Значит ты скоро станешь мамочкой, – с завистью произнесла Катя, – но ничего, мы отучимся и у нас тоже будет малыш! Правда, Саша?

– Ну конечно, – муж обнял ее, – и не один!

Слово взял будущий папаша:

– Саша я все сделал, что ты заказывал. И у фрезеровщиков и у стеклодувов. Теперь объясни пожалуйста, для чего это все нужно?

– Батя, ты изготовил колонки для аналитической и препаративной проникающей хроматографии низкого давления, для аналитического электрофореза в пластинах полиакриламидного геля в присутствии лаурита натрия, и для аналитического иммуноблотинга. Жалко, что мы не сможем сделать и изоэлектрофокусирование, я не помню, что для этого нужно, – улыбаясь ответил сын.

Разговоры в комнате стихли. Все присутствующие замерли переваривая услышанное. Наконец, Катя шутливо стукнула мужа кулачком в бок и, притворно нахмурив брови, строго сказала:

– Иванов! Заканчивай выпендриваться! Я вот лично ничего не поняла! Теперь скажи, что это такое и зачем оно нам нужно! И желательно на русском языке.

– Конечно, Катенок. Обязательно. Но сначала у меня просьба к Анне.

– Конечно, Сашенька, все что смогу – улыбаясь ответила жена отца.

– Нам очень будет нужна твоя моча, – произнес Саша.

– Что вам нужно будет? – переспросила ошарашенная таким предложением Анна.

– Твоя моча и как можно больше, – подтвердил пасынок, чтобы она не сомневалась, что услышала его слова и поняла правильно.

– Саша, а зачем нам нужна моча Анечки? – с опаской спросил Сергей, – ты что опять задумал?

– Не опять, а снова, – улыбнулся младший сын. – Аня, слава Богу, беременна, – стал объяснять сын, – у нее в моче огромное количество хорионического гонадотропина. А он нам необходим для создания диагностических тестов для определения беременности в домашних условиях, на ранних стадиях.

– А ей это не повредит? – спросил отец обеспокоенно.

– Ни в коей мере, это же просто моча!

– Хорошо! Я согласна! А как ее собирать? – спросила Анна.

– В чистые трехлитровые банки. И если можно, то начать лучше прямо с этого момента, чтобы хотя бы послезавтра мы могли приступить к работе. Каникулы зимой у нас не такие длинные, – предложил Саша.

– Хорошо. А сколько вам таких бутылей нужно? – уточнила будущая мама.

– Сколько соберешь за это время. А теперь, нам с Катей пора в лабораторию. Нужно готовить оборудование и реактивы к работе, – произнес вставая Саша.

– Да, да. Я с тобой, я должна все все знать и видеть! – вскочила тоже Катя.

– Тогда мы с Екатериной Викторовной займемся обедом, если Вы не возражаете? – произнесла Анна.

– Не возражаю, – благосклонно кивнула бабушка Кати.

– Серёженька, а ты иди на рынок и в магазин. Купи продукты, я тебе список уже написала.

– Я с Вами Сергей Иванович, – сказал старый академик тоже поднимаясь из-за стола. – Саша, вот тебе ключи от лаборатории, мы там все уже приготовили. Все оборудование, которое изготовил твой отец, лежит на лабораторных столах. Реактивы стоят в лабораторных шкафах. Разберетесь сами.

– Катюша, следи за Сашей и мы ждем вас к двум часам на обед, – хлопнула в ладоши Анна. – Принимаемся за работу!

– Обязательно, – и Катя с мужем, надев верхнюю одежду и вязаные шапочки, вышли из квартиры. По дороге в лабораторию они вспоминали свое детство и школьные годы проведённые в Академгородке. Катя предложила пройти мимо школы и Саша согласился. Сам он ничего о детстве и школе, кроме последнего года, не помнил, но глядя на ностальгирующую жену отказать ей не мог. Они вошли в школьный двор, обошли учебный корпус. Выходной и здесь никого не было.

Катя повела его на задний двор и кивком головы указала на укромный закуток. Она остановилась и пристально посмотрела на мужа.

– Что, Катенок? – спросил с недоумением Саша.

– Ты ничего не помнишь? – внимательно изучая его реакцию, спросила жена.

– Вот честное слово, Катёнок, ничего. А что я должен помнить? – пожал плечами юноша.

– Похоже, ты действительно ничего не помнишь, – вздохнула Катя.

– А что тут произошло?

– Я тут застукала тебя, когда ты целовался с Нинкой, – расстроенно произнесла его жена, – мне так тогда было обидно. Знаешь, она еще и поиздевалась надо мной. А ты меня не защитил. Мы тогда и поругались с тобой. Я думала, что никогда тебя не прощу.

– Катёнок, – юноша обнял и поцеловал ее, – это был другой Саша, которого больше нет. А я никогда не буду никого целовать кроме тебя. Ты за этим меня сюда привела?

– Нет, просто стало так грустно. Мы десять лет ходили сюда как домой. Чтобы ни случилось на каникулах, мы всегда знали, что первого сентября, мы пойдем в школу, в наш класс, где наши одноклассники, которых мы знаем столько лет. Была какая-то железная уверенность в жизни. А потом все закончилось. Мы разошлись кто куда, как будто и не было этих десяти общих лет. Мы же никого из наших одноклассников не встречаем.

– Ну с одной одноклассницей мы все-таки повстречались. Хотя лучше бы этого и не произошло, – произнёс Саша с досадой в голосе и плохо скрываемым сожалением, – не грусти, Катёнок.

– Юлька – это не считается! Я с ней всего-то пару недель и проучилась, – не унималась девушка продолжая изводить себя воспоминаниями. – Это ты с ней целый год общался. Ты точно с ней шуры-муры не водил? – Катя с подозрением посмотрела на Сашу.

– Вот это было сейчас обидно, – насупился ее муж, – я люблю только тебя, и ни о ком другом не думал.

– Я знаю, – обняла его Катя, – мне дедушка все про тебя рассказывала. Ты такой молодец.

– Все. Не будем больше хандрить. Идем в лабораторию, у нас много работы, – и Саша, взяв жену за руку, повел ее прочь от этого места, с которым у нее были связаны такие грустные воспоминания.

Но на долго призраки прошлого их не отпустили. Не успели они пройти по улице и несколько сот метров, как столкнулись с той, с кем меньше всего хотели бы встретиться.

– Здравствуйте, голубки! – им навстречу, широко улыбаясь недоброй улыбкой, вышагивала их бывшая одноклассница, а по совместительству и бывшая девушка Саши, перекочевавшая позде к его старшему брату Лехе, словно переходящий вымпел. Нинка – а это была именно она – опустила гневный взгляд на руки Кати и Саши и еще шире осклабилась: – Вижу, вас можно поздравить? Совет да любовь!

– Здравствуй, Нина, – сухо произнесла Катя. – Да, ты права. Не смотря на козни и старания недоброжелателей, мы все-таки поженились и теперь мы одна семья.

– Брось, Катька! Это были школьные несерьезные дела! – отмахнулась ее бывшая соперница. – Давайте пойдем куда-нибудь посидим, вспомним школьные годы.

– Извини, Нина! – Катя была непреклонна и беспощадна к разлучнице. – Мы торопимся. У нас очень важное дело. До свидания.

– Брезгуете, – прошипела Нинка кривя лицо, – поступили в институты и думаете, что вы лучше меня? А я на рынке в день имею больше, чем вы за неделю будете получать!

– Поздравляем тебя с этим несомненным жизненном успехом. Мы уже умерли от зависти. И да, мы всегда были лучше тебя, – отрезал Саша, – потому что гадости не делали, как ты. Извини, нам действительно пора! Идем, Катюша, работа сама себя не сделает.

И они продолжили путь. Нинка что-то еще бормотала им вслед, но они уже не слушали ее.

– Как будто в лужу грязную наступили, – сказал Саша, – я с содроганием думаю, что мог остаться с ней. Сейчас бы с ней на рынке торговал всякой ерундой, водочкой согревался и селедкой закусывал! Бр-р-р! Как мог прежний Саша променять такого ангела как ты на эту хабалку? Он точно был глупым.

– Вот! Смотри и радуйся, что я у тебя есть! – взяла его под руку Катя. – Как это все удивительно и необыкновенно, что мы с тобой встретились вопреки времени и пространству.

– Будем беречь этот шанс, который нам подарила судьба и не растратим его зря. Я уверен, что провидение нас свело для великих свершений и необыкновенного счастья, – улыбнулся Саша.

– Я тоже в это верю, – очень серьезно ответила его жена.

Наконец, они пришли к лабораторному корпусу, где располагалась Академическая группа Сергея Порфирьевича. Открыв ключами входную дверь, они прошли на второй этаж, где отец Саши и дедушка Кати подготовили комнаты для проведения биохимических исследований.

Когда Саша и Катя вошли в лабораторную комнату, юноша не смог сдержать восхищенного крика. Инженер и академик постарались на славу. В центре огромной комнаты стоял островной лабораторный стол, к которому были подключены вода и электричество. На нем стояли штативы и лежали устройства различной конструкции.

Вдоль стен стояли: холодильники, термостаты, большая стаканная центрифуга, лабораторные шкафы, в которых виднелись стеклянные и пластиковые банки с различными реактивами и химикатами, а так же вытяжной шкаф. В боковой комнатке находилась весовая, где на бетонных столиках стояло несколько разных видов весов, включая торсионные. В другой каморке стол рН-метр.

– Ну наконец-то! – Саша потер ладони и, подхватив Катю, закрутил ее не месте. – Наконец-то, я смогу заняться своим любимым делом!

– Саша, поставь меня на место, – засмеялась его жена, – иначе мы тут все разобьем и ты не успеешь порадоваться. А теперь расскажи, что мы будем делать?

– Хорошо, – он поставил девушку на пол, – давай наденем халаты и начнем.

Они сняли верхнюю одежду и повесили ее в шкаф, откуда взяли два белых халата и надели их.

– Значит так, Катенок, – начал Саша, – нам нужно в первую очередь получить чистый хорионический гонадотропин.

– Откуда – я уже поняла, – кивнула Катя, – из мочи Анечки. – А зачем?

– Во-первых, для иммунизации животных, чтобы получить от них антитела к нему. А эти антитела мы потом используем для конструирования диагностической тест-системы. Причем такой, какой еще не было! Но сначала: выделение, очистка и концентрация этого гормона.

– А как мы это сделаем? – спросила начинающая исследовательница.

– А так. Видишь эти длинные стеклянные колонки?

– Эти трубки?

– Какие это тебе трубки. Трубками они были до тех пор, пока в нижнее отверстие не впаяли стеклянный фильтр! Он пропускает воду и растворенные в ней вещества, но не пропускает крупные частицы. Мы эту колонку заполним специальной ионообменной смолой.

– Зачем? – тут же спросила его жена.

– При определённых условиях кислотности раствора и определенном составе буферного раствора, в котором будет находиться эта смола, она приобретет способность абсорбировать, или другими словами, приклеивать к своей поверхности хорионический гонадотропин. Когда мы начнем пропускать мочу Ани через колонку, она и все, что в ней содержится, пройдет через нее и мы ее выбросим. А вот наш гормон останется на смоле в этой колонке.

– А как мы его оттуда заберем? – спросила Катя

– Правильно мыслишь, Катёнок, – одобрительно кивнул ее муж. – Связавшийся со смолой хорионический гонадотропин можно «отклеить» от нее пропуская через ту же колонку другой специальный буфер – с другой кислотностью и составом. Мы соберем этот буфер с гормоном, сконцентрируем его и будем использовать дальше. Как мы это будем делать я буду рассказывать по ходу дела.

– Как интересно и здоров, что ты все это знаешь!

– Начнем с того, что приготовим нужные буферные растворы для работы. Давай возьмем нужные соли, кислоты и пойдем делать навески в весовую.

Саша стал показывать Кате, как пользоваться весами.

– Как хорошо, что твоему дедушке удалось достать электронные цифровые весы. Их, между прочим, сделали первыми японцы в тысяча девятьсот шестьдесят пятом году, – сказал он, взвешивая реактивы и сверяясь с записанной на бумаге прописью. Ты знаешь, Катёнок, о чем я мечтал, когда поступал в Мединститут?

– Наверное, о чем-то очень большом и великом! – предположила его жена.

– Точно! Я мечтал понять природу рака и открыть лекарство от него!

– Здорово! И что у тебя получилось?

– Ничего, – он задумчиво отвел взгляд в сторону. – Сначала я понял, что рак это не одна, а множество разных видов заболеваний. И одной единственной причины его возникновения нет. Но это было позже. А сначала я решил, что нужно изучить научные методы, которые уже используются для решения подобных задач.

– И тебе это удалось?

– Да. Мне повезло. Сначала мне попалась книга Зильбера и Абелева «Вирусология и иммунология рака». Катёнок, ты читала книгу писателя Вениамина Каверина «Открытая книга»? В эти годы она была уже опубликована. А почти через десять лет по ней сняли фильм.

– Читала. Там про женщину, которая пенициллин советский изобрела написано. Я после этой книги тоже захотела податься в ученые и делать такие открытия, – ответила Катя.

– В книге женщина под фамилией Власенкова, а прототипом для нее была советская ученая Зинаида Виссарионовна Ермольева-Зильбер – известнейшая советская микробиолог. Кстати, Зильбер был ее супругом.

– Правда?

– Правда. Вот только они развелись еще до войны. Он сидел в лагерях, где и придумал вирусную теорию природы рака. А Каверин был его младшим братом!

– Ой, как интересно, я и не знала об этом! – удивилась его жена.

– Так вот, в этой книге они с Абелевым описали иммунологические аспекты диагностики раковых заболевай. Они установили, что опухоли содержат белки-антигены, которых нет в нормальных тканях, и их обнаружение может помочь в диагностики этих болезней. Я так загорелся этим, что решил двигаться в этом направлении с первого курса. Стал изучать все иммунологические методы, которые только мог.

– А как ты это делал? – удивилась Катя, помогая ему делать навески реактивов. – Вот я уже первый семестр окончила, а даже не представляю как это можно сделать.

– Мне повезло. Одной кафедрой в нашем институте заведовал профессор, который как раз изобретал различные иммунологические методы диагностики различных заболеваний. Вот я туда и устроился – через студенческий научный кружок.

– А у нас тоже есть такие кружки, на каждой кафедре. Девчонки говорят, что если хочешь специализироваться по какой-то конкретной специальности, то обязательно нужно в такой кружок записаться.

– Катёнок, а ты кем хочешь стать? – спросил ее муж.

– Знаешь, Сашенька, я уже и не знаю, – растерянно ответила девушка. – Раньше я хотела быть как мама – терапевтом. Может быть кардиологом, или другим узким специалистом. А теперь…

– Что же теперь?

– А теперь я хочу быть как ты, и помогать тебе в твоей работе, – твердо произнесла она.

– Спасибо, родная. Но у тебя еще есть время подумать, – поцеловал ее Саша. – Так вот, на этой кафедре я освоил почти все иммунологические методы исследований, которые были известны в то время, кроме иммуноферментного и его вариантов. В то время они не были у нас еще на столько широко известны. Их я освоил потом самостоятельно.

Глава 20
Привет из прошлого

Время пролетело незаметно, и Катя строго сказала:

– Саша, нам пора! Работа работой, но нужно пообедать, и не обижать Аню и бабушку своим опозданием.

– Конечно, Катёнок, мы и так почти все закончили. Колонка готова. Теперь нужна только моча с хорионическим гонадотропином. Идем, – они сняли халаты, надели верхнюю одежду и вышли из лабораторного корпуса.

Не успели они пройти и нескольких десятков метров по дорожке ведущей к выходу с территории института – где находилось здание академической группы – как дорогу им перегородили трое небритых и пахнущих перегаром молодых людей.

– Дайте нам пройти, – коротко сказал Саша, уже сообращивший, что эта встреча не случайна.

– А ты чего хамишь? – произнёс первый дерзко.

– По-моему он нас не уважает, – окрысился второй.

– Он рабочий класс презирает, – заявил третий.

– Дайте нам пройти, – повторил Саша, предусмотрительно отодвигая Катю за себя.

– Его нужно поучить быть вежливым! – заржал первый.

– И его девку тоже! – поддержал второй.

– Девку можно поучить не только вежливости, – сально облизнув свои толстые губы, произнес третий.

– А на рынке вас не хватятся? Герои, – спросил вдруг Саша.

– Ты откуда про рынок знаешь? – опешил первый.

– Я знаю не только про рынок. Уверен, что знаю заказчика всего этого перфоменса. Вас же Нинка подослала. Верно? – уже более уверенно сказал юноша. – Она все никак не успокоится.

– Ну и что, что ты это знаешь? – рявкнул второй.

– Это значит, что теоретически – вас найдут по-любому! Но это только в одном случае! – усмехнулся Саша.

– Это если вы останетесь живыми? – задумчиво произнес первый, который был – судя по всему – главарем.

– Нет, это если вы останетесь живыми, – спокойно, но твердо ответил Саша, – вас трое, и я не смогу обезвредить вас всех разом.

– Слышите, пацаны? Этот столичный крендель решил, что сможет один нас обезвредить! – громко в голос заржал первый.

– Это у него от страха мозги отшибло! – поддакнул второй.

– Мне кажется – он нам угрожает, и хочет на нас напасть! – ехидно добавил третий.

Саша промолчал. Говорить было не о чем. То, что они с рынка и подосланы Нинкой, он сказал наугад. О том, что они приехали, никто – кроме нее, из их знакомых – не знал. Она же могла проследить за ними и узнать, куда они с Катей шли. А потом вызвать трех грузчиков, которыми – судя по мозолистым рукам и походкам – являлись эти трое юнцов. Связавшись с ними: либо по телефону, либо просто сбегав на базар. И место было выбрано не случайно. Парк на территории института, который и в рабочие дни был достаточно безлюден, в воскресенье был совершенно пуст.

«Интересно, – подумал про себя Саша, – а Нинка рядом? Наблюдает, как нас будут унижать эти уроды? Или, возможно, не только унижать?»

– Нинка! – крикнул он громко. – Отзови свои псов! Иначе вам всем будет очень плохо! Ты сама не знаешь, во что сейчас вляпаешься! Не дури! Второй раз мое убийство, как тогда вам с Лехой, с рук не сойдет!

– Как? Тебя уже один раз убивали? – удивился первый, а потом громко заржал: – Так значит тебе не привыкать.

– Ничего не выйдет, – сухо ответил Саша, – со мной моя жена. Поэтому, я не могу умереть до того, как она не будет в полной безопасности, даже если для этого мне придется убить всех вас.

– Сашенька! – сзади раздался крик Кати. Не выпуская из виду стоящую перед ним троицу, юноша быстро повернулся. Он увидел, что его жену сзади обхватил руками четвертый участник «веселой» компании. А рядом с ним и удерживаемой девушкой, стояла – с мерзкой улыбкой на лице – Нинка.

– Ну что, Сашок? – спросила она своего бывшего ухажера. – Видишь: и Земля круглая, и жизнь длинная! Вот мы и встретились.

– Да что это такое! – возмутился Саша. – Что же вы все не уйметесь!

– Не знаю, о чем ты говоришь, Сашок, но ты зря меня бросил и променял на эту академическую сучку. Ребята с ней немного развлекутся, а ты посмотришь! И потом мы вас отпустим, – злобно щерясь, сказала Нинка.

– А ты не боишься? – недобро улыбнулся Саша.

– Чего? Что ты в милицию побежишь? – приторно улыбнулась их одноклассница.

– Ну хотя бы этого, – ответил юноша, лихорадочно обдумывая как ему поступить, и кого вырубать первым.

– Нет! Никуда вы не пойдете!

– Это почему? – спросила, не переставая совершать попытки вырваться из рук четвертого типа, Катя.

– Чтобы не опозориться. Все ведь потом будут на тебя показывать пальцем, как на последнюю шлюху! – заржала Нинка. – Ну а кроме того, раскрою ма-аленький секретик. Тот, кто держит Катьку, сын прокурора города! Как тебе, Васенька, нравится ли эта сучка?

– Третий сорт – не брак, худая больно! Но ничего! После нас она скоро располнеет! – заржал в голос четвертый.

– Последний раз говорю и больше предупреждать не буду, – сказал Саша, уже сообразив, что добром это дело не кончится, и что придется драться, – отпустите мою жену и идите с миром.

– Да мы наслышаны, что ты какой-то борьбой владеешь. И руки ловко крутить умеешь, – снова съехидничал первый, – но и у нас кое-что есть! – и все трое вынули из карманов ножи. – Ну а так что скажешь?

– Хватит болтать, – голос Нинки стал металлическим. – Васенька, тащи ее в кусты и развлекись с ней там. А потом вы все по очереди. Ну а ты, Сашок, посмотри. Посмотри и запомни это на всю свою жизнь.

Саша, молниеносным движением, оказался возле первого бандита, того, что был ближе всего. Перехватил кисть с ножом и, одним ловким движением, сломал ее в лучезапястном суставе, выхватив нож из его руки. Тот дико заорал, и юноша, одним ударом подошвы сбоку, сломал ему коленный сустав. Тот завывая от острой боли, упал на землю. Все опешили.

Катя не отставала. Подняв ногу, она ударила каблуком сапога по стопе удерживавшего ее не состоявшегося насильника. Тот, от неожиданности и боли, ослабил, а затем отпустил захват. Катя, не глядя, лягнула его ногой, и, вырвавшись, подбежала к мужу и спряталась за его спиной.

– Молодец, Катёнок! Все сделала правильно, как я тебя учил. Не зря ты мне тогда пальцы отдавила, – похвалил девушку муж.

– Я старалась, – ответила Катя.

– Ну все, вы попали, – зашипела Нинка, – мы хотели просто позабавиться с Катькой, а за эти фокусы… – она обвела презрительным взглядом всех присутствующих, – вам будет очень, очень плохо и очень, очень больно!

– Ну плохо и больно пока только вам, а будет еще больнее и хуже. Я обещаю, – ответил Саша, держа нож, отнятый у первого бандита, возле бедра. Отступая с Катей по дорожке обратно к корпусу и не давая остальным бандитам зайти к нему за спину. Те, злобно скаля зубы и выставив ножи вперед, наступали на них.

– Ничего! – произнес четвертый. Тот, что сын городского прокурора. – Сейчас они упрутся в стену этого здания, и больше им отступать будет некуда. А ты, сучка, – прорычал он обращаясь к Кате, – готовься! Я просто хотел тебя отодрать, а за твою дерзость оприходую со всех сторон!

– А ты огрызок свой поросячий потерять не боишься, урод⁈ – храбро крикнула ему Катя. – Я тебе его оторву и на память подарю!

Все бандиты заржали:

– Васек, а у тебя оказывается огрызок!

– Да еще поросячий!

– Будешь на шее вместо медальона носить!

– А я видел такой у бабки в деревне! Он кривой и тонкий!

– Пха-ха-ха!

– Заткнитесь, идиоты! – взвилась Нинка. – Ржать будете, когда дело закончите. Зря я вам деньги за работу что-ли заплатила?

Саша быстро размышлял, кого он ударит ножом первым, чтобы успеть нейтрализовать еще и остальных двух. То, что он не уцелеет, это было ясно, но если Катя останется только против Нинки, то он наделся, что его уроки по самообороне, которыми он с ней занимался после похищения Принцем, не прошли зря. И то, как она поступила с четвертым, это отлично подтвердило.

– Всем стоять и бросить ножи! – позади наступающих негодяев раздался громкий властный мужской голос.

Все обернулись и увидели мужчину в строгом пальто и шапке. В руках он держал пистолет.

– Ты кто, мужик? – спросил четвертый. – Иди себе дальше куда шёл, а иначе мы и тебя с твоим пластмассовым пистолетиком в капусту нашинкуем!

– Комитет Государственной Безопасности СССР, уроды! – усмехнулся мужчина. – Бросаем ножи на землю, и поднимаем руки вверх!

– Да пошел ты! – уверенно произнес сын прокурора, и двинулся на него выставив нож вперед. Остальные в нерешительности остановились. Мужчина поднял пистолет вверх и выстрелил. Грохот выстрела разлетелся по всему парку спугнув птиц на деревьях. Из дверей института выскочил дежуривший там вахтер. Увидев человека с пистолетом и людей с ножами, он быстро юркнул обратно, запер наружную дверь и бросился к телефону вызывать милицию.

– Это был предупредительный, идиот, а следящую пулю я всажу уже в тебя! Ясно⁈ Всем бросить ножи и поднять руки! – заорал комитетчик. Все члены банды побросали свои ножи и подняли руки вверх. Все, кроме прокурорского сыночка, который, видимо, свято уверовав во всевластие своего папочки, продолжал переть на мужчину буром.

– Стреляю на поражение! – сказал комитетчик, вынимая из кармана и показывая всем удостоверение сотрудника Государственной Безопасности. Но прокурорский сынуля, упорно делал вид, что ничего не видить и не слышит. Он прекрасно осознавал, что если его отец узнает о том, чем он занимается, то сам его прибьет.

Офицер опустил пистолет и выстрелил дерзкому юнцу в ногу. Тот заорал благим матом, выронил нож и повалился на землю обхватив руками простреленную ногу.

– Эй ты! – мужчина обратился ко второму. – Снимай ремень и перетяни ему ногу. Живо!

Тот послушно снял брючный ремень, набросил его выше места пулевого ранения, и затянул его.

– Подожди! – крикнул Саша, подбежал к раненому и осмотрел его рану. Потом встал и сказал:

– Ничего тут страшного нет. Простая царапина. Вы хорошо стреляете, товарищ офицер.

– Зато Вы, товарищ Иванов, постоянно впутываетесь в какие-то истории, – заметил тот укоризненно. В это время завыла сирена и в парк влетела милицейская «буханка». Такие машины поступили в распоряжение сотрудников милиции совсем недавно. Всего четыре года назад – в одна тысяча девятьсот шестьдесят пятом году. Из нее высыпали служащие в форме.

Мужчина тут же предъявил им свое удостоверение и что-то сказал старшему милиционеру. Тот внимательно все выслушал и скомандовал своим подчиненным:

– Грузим всех и едем в отделение!

– Нам тоже? – спросил Саша.

– Вам с женой не нужно. Я сам там все решу. До дому-то дойдете сами… спокойно? – спросил комитетчик обеспокоенно.

– Мы постараемся.

– Постараются они. Нет, сделаем так, – решительно сказал комитетчик: – Товарищ лейтенант!

– Слушаю, товарищ майор! – ответил старший среди милиционеров.

– Выделите одного милиционера, чтобы он сопроводил этих молодых людей до их дома! Если с ними что-то случится, нам всем не сносить головы.

– В самом деле? А кто объяснительные писать будет? Они же свидетели, – недоверчиво произнес лейтенант милиции.

– Даже не сомневайся, они работают на генерала Громова! Слышал о таком? А объяснительную я напишу, потому как я к ним приставлен.

– Не слышал, – рявкнул тот грубо. – У меня свои генералы есть. Если что, вся ответственность на Вас, товарищ майор, – буркнул милиционер. Дело в том, что Милиция и Комитет Государственной безопасности, как и их руководители – Щелоков и Андропов – не ладили между собой и соперничали перед партийным руководством.

– Ну так и молись, чтобы не услышал! Давай отвезем этих двух придурков в больницу, пусть там их перевяжут. Боюсь, что у одного сломаны: и рука, и нога. А второй, если не врет, то он сын прокурора города. А потом поедем к вам в отделение. Я и свое начальство вызову. Тут мы с тобой явно какую-то банду накрыли. Уверен, за ними много темных делишек водится.