Текст книги ""Фантастика 2026-165". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)"

Автор книги: Андрей Федин

Глава 3
Новая опасность

– Хорошо, – сказала Катя, – поехали в сберкассу, она как раз открылась. Оставив отца Саши следить за рабочими, все сели в машину и поехали в центр города.

В сберкассе, молоденькая кассирша, увидев сумму в аккредитивах «старателей» ойкнула и побежала за заведующей. Она вернулась с пожилой женщиной строго вида. Та взяла в руки оба аккредитива, внимательно изучила их и спросила откуда такие деньги. Предупрежденные заранее Медведем – Саша и Сергей Порфирьевич – передали ей документы, которые им приготовили в главной конторе старательской артели и Управлении в Хабаровске.

Заведующая сберкассой тщательно изучила все документы, особенно печати и подписи, после чего кивнула кассирше, дав добро на проведение всех финансовых операций, включая оформление сберегательных книжек, но сразу предупредив, что такой суммы для обналичивания у них нет, и ее нужно заказывать заранее.

Катя, на правах владелицы сберегательной книжки, пояснила, что всю сумму им не нужно и она бы сняла только пять тысяч рублей. Такую же сумму попросил и Сергей Порфирьевич. Оказалось, что выполнить просьбу обоих одновременно – у работников сберкассы возможности нет. Сошлись на том, что пять тысяч рублей выдали только дедушке Кате, а ей самой предложили прийти завтра. На том и порешили. Получив деньги и сберегательные книжки компания покинула здание финансовой организации.

Саша поцеловал Катю, откланялся и ушел в лабораторию к отцу. А вот оставшаяся троица уселась в машину, где Сергей Порфирьевич передал все полученные деньги внучке, и они отправились за покупками.

В универмаге, выбирая с Аней постельное белье, Катя неожиданно столкнулась с своей бывшей одноклассницей.

– Катя? Катя Бессонова? – услышала юная жена Саши удивленный голос за спиной.

– Юля? Юля Крякина? – обернувшись, она с не меньшим удивлением увидела ту, что – всего каких-то две недели, но успела побыть её одноклассницей.

– Привет! Ты вернулась? В отпуск или навсегда? – спросила, внимательно изучая свою более удачливую соперницу, дочка полковника милиции.

– Навсегда! Нельзя же Сашу оставлять одного! – не преминула уколоть ее Катя.

– Да, за ним нужен глаз да глаз! – пыталась уязвить ее и вызвать чувство ревности Юля.

– Думаю не за ним, а за теми бесстыжими девушками, которые охотятся на чужих мужей! – тут же дала сдачу собеседница.

За этой взаимной девичьей пикировкой с интересом наблюдала Анна.

– Чей же это он муж? Он же несовершеннолетний! – от подобной новости Юля растерялась, пропустив мимо ушей «шпильку» Кати.

– Мой! – и Катя показала сопернице ладошку с обручальным кольцом. – Он сделал мне предложение и я его приняла.

– Говори тогда правильно, – сухо ответила, быстро пришедшая в себя, Юля, – он еще только твой жених, а не муж!

– Какая разница? Скоро нам исполнится по восемнадцать лет и мы сразу поженимся! – заявила гордо Катя, добивая соперницу.

– Ну что же, желаю вам счастья. Совет, как говорится, да любовь! – Юля взяла себя в руки, а потом ехидно добавила: – Хотя, в жизни всякое бывает.

– Что ты имеешь в виду? – попыталась уточнить Катя.

– Количество женихов частенько больше, значительно больше, чем количество последующих фактических мужей! – ответила Юля, и, злобно зыркнув исподлобья на свою бывшую одноклассницу, сказала: – Ну, до свидания! Была рада увидеться! Передавай привет Саше! И на свадьбу не забудьте пригласить!

– Кто это? – спросила Анна свою будущую невестку, провожая задумчивым взглядом задиристую красотку.

– Наша бывшая одноклассница, она за Сашей пыталась ухлестывать. Она мне сразу не понравилась! Задавака и воображала! – ответила Катя.

– Мне показалось или она грозила? – задумчиво произнесла жена отца Саши. – Кто она такая?

– Дочка местного начальника милиции, – ответила Катя равнодушно махнув рукой.

– Катя, я бы не относилась к этому так просто! – серьезно произнесла Анна. – От таких как она, точнее от ее отца, могут быть большие неприятности.

– Ой, Ань, да не обращай ты внимание, – отмахнулась Катя, и вернулась у насущным делам: – Как тебе нравится вот этот комплект из шелка?

Разозлившаяся Юля шла быстрым шагом домой. Все ее планы, связанные с покорением – столь перспективного парня, каким был Александр Иванов – полетели к черту! Любила ли она его? Это вряд ли. Ее мама давно объяснила дочке разницу между мужем и любовью. На своем личном примере.

Что толку любить какого-нибудь красавца или талантливого парня, если он нищий и не способен зарабатывать. Если он не сможет обеспечить своей семье достойный уровень жизни? Чтобы не считать копейки от зарплаты до зарплаты.

Нет, для этого нужен муж. И пусть он ее любит. Такой брак по расчету самый крепкий. А уж если ей захочется большой и чистой любви, так для этого есть, существующий тысячелетиями, институт любовников.

Она уже строила планы на то, как обучаясь вместе в Московском Государственном Университете, она охомутает этого Сашу – такого перспективного молодого ученого! И вдруг возвращается эта фифа из-за границы! И все портит! И еще смеет над ней насмехаться! Но ничего, хорошо смеется тот, кто смеется последним. Юлия Крякина не привыкла отступать, она всегда добивается своего. Да, иногда она отступает, но лишь для того, чтобы оттолкнутся, совершить прыжок и нанести удар, которого ее враги не ожидают.

Вернувшись домой, она продумала свой план. Решающую роль в нем должен был сыграть ее отец.

Начала она с того, что стала мало есть и перестала улыбаться. Сидела все время с грустным видом и печальным лицом. Похудела и осунулась.

Ее отец, полковник полиции, суровый и грозный на службе начальник, души не чаял в своей единственной дочке – умнице, отличнице и красавице, с отличием закончившей школу. Он быстро заметил изменения в поведении своей любимой дочурки и через несколько дней, вечером, решительно вошел в ее комнату, сел рядом с ней на кровать и сказал:

– Рассказывай!

– Все хорошо, папуля, – вяло ответила хитрая малолетняя интриганка.

– Я вижу! Что случилось? Кто тебя обидел? Говори! Я все равно все узнаю! – настаивал отец.

– Тут ты не сможешь помочь, – и юная актриса выдавила из себя слезу окончательно расстроив полковника.

– Я сам решу, что я могу, а что нет! Говори! Ты же знаешь я не отстану!

– Хорошо, – всхлипнула стервозная дочка, – ты помнишь Сашу Иванова?

Отец, задумчиво почесав затылок, принялся старательно припоминать кто же такой этот загадочный Саша.

– Постой, так это твой бывший одноклассник? Которого я награждал. Да и на стрельбище, по твоей просьбе, устроил. Верно? – уточнил отец. – Неужели он тебя обидел? Он что, сумасшедший? Да я же его в порошок сотру!

– Нет, нет, не он! – испугалась Юля. – Вернее он, но он ни в чем не виноват. Это все Катька Бессонова!

– Какая Катька? Та, что уехала за границу с родителями?

– Она самая! Подлая гадина! Сначала задурила Саше голову, потому бросила его, а как только у нас с ним стало что-то налаживаться… – вдохновенно врала юная лгунья, – она снова нарисовалась и увела его. Еще и замуж за него собралась! Кольцом обручальным хвасталась!

– Постой, какое «замуж»? Им же нет восемнадцати? Можно этого Сашу за совращение несовершеннолетних привлечь! – предложил с ходу ее отец. – Хотя, нет. Он сам несовершеннолетний, да и заявление об изнасиловании она вряд ли сама подаст.

– Не надо его привлекать! – запротестовала Юля. – Я же тебе говорю – Саша не виноват. Он такой наивный и… доверчивый! – девушка старательно выдавливала из себя максимально трагическую интонацию. Это все она: хитрая, жадная и корыстная! Вцепилась в него как клещ, почуяла какой он талантливый и перспективный! Вот и хочет его женить на себе!

– А если они любят друг друга? – спросил ее отец задумчиво.

– Он меня любит! – запальчиво выкрикнула дочка и уже чуть тише добавила: – Только еще это не понял!

– Понимаю, – усмехнулся полковник милиции, обводя пальцами аккуратно подстриженные усики. Он прекрасно знал как своего ребенка, так и женскую натуру и сразу же безошибочно угадал, что в ней включился инстинкт женского соперничества. Саша ему нравился, и он совсем не был против того, чтобы иметь такого зятя. Хотя в душе, он считал его простоватым для своей кровиночки. Но если уж она сделала свой выбор, то нужно ей помочь!

– Значит так! Прекращаем голодовку и стираем грусть с твоего очаровательного личика, – решительно сказал отец вставая с кровати дочери, – папа подумает, как можно решить этот вопрос.

– Папуля, но только прошу тебя, чтобы Саша не пострадал. И самое главное, чтобы он ничего не узнал! – попросила все еще грустная внешне, но ликующая в душе Юля.

– Не переживай, папа не вчера родился! Идем ужинать! – и они вместе направились на кухню, где их уже ждала довольная мама.

Утром, придя на службу, полковник вызвал к себе своего помощника. Тот вошел в кабинет и вытянулся по струнке.

– Значит так. Семья Бессоновых. Собрать всю информацию, особенно о Екатерине Бессоновой, – отдал приказ полковник.

– Что ищем? – спросил помощник.

– Любые компрометирующие материалы о ней, или ее ближайших родственниках. Собрать как можно быстрее!

– Разрешите выполнять?

– Иди!

УПРАВЛЕНИЕ КГБ СССР ПО АКАДЕМГОРОДКУ

В кабинет начальника управления постучали. В дверь вошел молодой человек в штатском.

– Здравия желаю, товарищ полковник! Разрешите войти?

– Вошел уже капитан, что случилось? – ответил сидящий за большим столом седовласый мужчина.

– Есть информация по объекту «Умник», – отрапортовал капитан.

– Докладывай.

– К лицам, связанным с объектом, проявляет повышенный интерес милиция города!

– Конкретней!

– Сотрудники ОБХСС – негласно – собирают информацию о семье академика Бессонова.

– Так они уехали за границу, на сколько мне известно, по работе.

– Так точно! Но остался отец жены академика Бессонова, тоже академик. А еще из-за границы вернулась их дочь – Екатерина Бессонова! Более того, она теперь сожительствует с объектом.

– Что значит сожительствует? Разве они совершеннолетние?

– Никак нет! Совершеннолетними они станут лишь через несколько месяцев, товарищ полковник. Но проживают в квартире Бессоновых, вместе с ее дедом– академиком. Объект сделал девушке предложение и подарил обручальное кольцо, которое она всем с гордостью демонстрирует, намекая на скорую свадьбу.

– Вот молодежь! Никакой выдержки у них нет, – покачал головой суровый полковник. – Впрочем, это не наше дело. Милиция хочет его привлечь за совращение несовершеннолетней? Но с какой стати? Было заявление в милицию об изнасиловании или это обычная провокация? Ежели так, то это форменный тухляк – бесперспективное дело. Нужно выяснить, какое отношение ко всему этому имеет ОБХСС? И вообще, что это за непонятная возня вокруг объекта!

– Уже выяснил. Ведь я отлично усвоил притчу, рассказанную вами, когда меня только прислали в Ваше управление, – ответил капитан.

– Ну-ка, ну-ка напомни мне, какую.

– Вы рассказали о купце и приказчике. На базарной площади города стояли два купца и обсуждали, кто сколько платит своим приказчикам. Первый сказал, что платит всем одинаково. По рублю в день. А второй, что одному платит рубль в день, а другому три рубля. Первый удивился и спросил: – Почему такая разница? – Сейчас увидишь, – и второй подозвал приказчика и сказал ему: – Вон, приехала телега на базар, пойди узнай откуда она. Тот пошел и, вернувшись через пять минут, сказал: – Она из Воронежа.

Второй купец отпустил его, подозвал другого приказчика и послал его с тем же заданием. Тот вернулся и доложил:

– Телега из Воронежа. Везут в Москву глиняную посуду. Посуда хорошего качества и ходовая. Там хотят продать ее по пятьдесят копеек в розницу. Я с ними сторговался взять все оптом, по двадцать пять копеек. Тут мы продаем такую по сорок копеек. Думаю есть смысл взять.

– Хорошо, иди покупай, – дал добро второй купец. Потом повернулся к первому и спросил его:

– Ну ты теперь понял кому я плачу три рубля вместо одного, и почему?

– Да, да я помню эту притчу. Мне ее наш генерал рассказал когда-то. Давно это было, – вздохнул с ностальгией полковник, и тут же спросил: – И что?

– Я – через нашу агентуру – узнал, что весь интерес к семейству Бессоновых инициирован руководителем милиции города – полковником Крякиным.

– Он что же, все не может успокоиться из-за той истории с деньгами из сберкассы? Я же его предупреждал, чтобы он не лез в это дело! – рассердился начальник.

– Нет! Вы будете смеяться, товарищ полковник, но дело связано не со сберкассой, а с романтической историей! – улыбнулся капитан.

– Что? – полковник встал с кресла. – Только не говорите мне, что он влюбился в эту… как ее… Екатерину Бессонову! И теперь хочет отбить ее у объекта!

– Ну вы совсем уже. Нет конечно. Все проще. У него есть несовершеннолетняя дочь Юлия. Она училась в одном классе с «Умником» и Бессоновой. И вот она, якобы, безответно влюблена в «Умника» и ее отец решил, по-видимому, ей помочь в этом вопросе!

– Вы это серьезно? – полковник стал нервно расхаживать по кабинету. – А на каком этапе находятся исследования в академической группе?

– Думаю, они уже скоро перейдут к испытаниям по программе «Перенос». И судя по их разговорам, Екатерина Бессонова является одним из ключевых элементов необходимых для осуществления этого переноса, – ответил капитан.

– Вмешательство этого папаши, может сорвать испытания! Скажите, как на Ваш взгляд милиция и ОБХСС могут там найти что-то серьезное? Какие-то нарушения?

– Ну, если будут соблюдены рамки тактичности и закона, то нет. Академическая группа использует – в основном – свои личные средства. Но Вы же, товарищ полковник, знаете, что если поставлена задача, то они могут и сфабриковать все что угодно. Как говорится: был бы человек, а статья найдется.

– Вы, капитан, знаете мою позицию. Подчинённые должны решать проблемы, а не создавать их руководству! Ваши предложения?

– Считаю, что прямое вмешательство в деятельность милиции и ОБХСС сейчас излишни. Этим мы только привлечем ненужное внимание сторонних лиц к программе «Перенос» и объекту «Умник». Пусть они проверяют работу этой группы. А вот если начнутся фальсификации и фабрикации, а так же ложные обвинения, тут мы подключимся, причем так, чтобы эта академическая группа и сам «Умник» знали, кому именно они обязаны своим избавлением от неприятностей. Тогда уже можно будет перейти непосредственно к их вербовке.

– Да! Этого они должны захотеть сами. Прямое принуждение – в таком тонком деле – недопустимо! У них должен прявиться стимул. Получается, этот милицейский полковник со своей дочкой, играет нам только на руку.

– Так точно!

– Молодец! Соображаешь! Иди и все тщательно контролируй. Держи меня все время в курсе!

Рано утром: Саша, его отец, Анна, Катя и Сергей Порфирьевич осматривали помещение трансперсонодрома. Это была комната размером в двадцать квадратных метров. Ее белые стены и потолок – покрыты звукоизоляционным материалом. Одна из стен имела большое квадратное окно, ведущее в операционный зал. Возле одной из стен стояла кушетка, переделанная из Катиной кровати, у изголовья которой располагался стол. На поверхности стола – шлем, от которого расползалось множество кабелей, исчезающих в стене, отделявшей трансперсонодром и операционный зал. Возле кушетки стояло любимое кресло Кати, которое привезли из квартиры ее дедушки. Все предметы, находящиеся в помещении трансперсонодрома, должны были иметь сильную эмоциональную связь для Саши и Кати.

Саша подошел и осмотрел трансперсональный шлем. Он представлял собой мотоциклетный шлем, в котором были проделаны отверстия, а снаружи входили кабели. Эти кабели уходили в стену. Внутри шлема, по кругу – несколькими рядами – шли разные датчики.

Саша обратился с отцу с просьбой рассказать, как устроена эта конструкция. Отец охотно и с нескрываемой гордостью начал свой рассказ.

– Это шлем для неинвазивного снятия показаний с головного мозга путем измерения – известных в настоящее время – физических показателей.

– Каких именно? – попросил уточнить дедушка Кати.

– Электрических потенциалов, магнитного поля, инфракрасного и ультрафиолетового излучения, звуковых волн в разных диапазонах, от инфра– до ультразвука, температурные датчики. Больше никаких реальных физических показателей мы исследовать не можем.

– Как же вам удалось запихнуть это все в один шлем? – удивился Саша.

– Это заслуга Анечки! Она так увлечена этой работой, что сумела сделать несколько, очень оригинальных, инженерных решений! – с гордостью за свою молодую жену ответил отец Саши.

– Анечка, Вы возвышаетесь в моих глазах все выше и выше! – рассыпался в комплиментах старый академик.

– Вы знаете, я так сейчас счастлива! Как никогда! – смущенно ответила Анна: – Любимый муж, прекрасная команда единомышленников, теплое общение со всеми вами, интереснейшая работа! Я об этом раньше и мечтать не могла!

Глава 4
Первый полет в будущее

– А что в той комнате? – спросил Саша показывая на помещение за стеклянным окном, куда уходили провода от шлема.

– Идем, там комната управления и наблюдения. Иными словами – операционная! – и с этими словами отец Саши пригласил всех пройти за ним. Они вышли из одного помещения и, пройдя через коридор, вошли в большую комнату по соседству. Там – перед окном в комнату трансперсонодрома – стоял большой стол, на котором размещался пульт с большим количеством кнопок, цифровых и стрелочных индикаторов, и переключателей. А в центре располагался массивный осциллограф с широким экраном.

Вдоль одной из стен стояло множество металлических шкафов, к которым шли кабели: как из трансперсонодрома, так и от пульта. На внешней поверхности сверкало и горело множество индикаторных лампочек. В части шкафов виднелись огромные бабины с магнитной плёнкой.

Вдоль второй стены стоял ряд, примерно таких же, шкафов, но без бабин, и индикаторы на них не горели.

Внешне – это напоминало рубку управления космическим кораблем, из какого-нибудь научно-фантастического фильма или книги.

– Вы нам расскажете, что это за чудо? – обратился к отцу Саши старый академик.

– С огромным удовольствием! – радостно и горделиво ответил тот. – Перед вами комната управления трансперсонодромом. Она состоит из трех частей. Первая часть – это сам пульт управления. Через него идет управление всей аппаратурой, которая находится в этом помещении. На экране многоканального осциллографа мы будем видеть – в режиме реального времени – колебания этих показателей. Более того, мы уже с Аней приготовили сюрприз, о котором я скажу позже.

Вторая часть – это оборудование для неинвазивного сканирования и записи показателей работы головного мозга трансперсонавта. На бабинах магнитная лента, которая будет записывать эти показатели.

Третья часть – это оборудование, для генерации и регулирования силы тех физических факторов, которые – воздействуя на мозг и его отдельные участки – позволит осуществлять запуск сознания трансперсонавта в трансперсоно-путешествие. Но так как мы еще не знаем, какие именно физические факторы и поля этому способствуют, эта часть оборудования отключена. Да и индуцирующего запуск шлема пока нет.

– Почему? – спросил старый академик.

– Может оказаться так, – ответила Анна, – что нужное влияние будет оказывать только один или два фактора. А остальные нет. Поэтому монтаж этого шлема мы начнем только тогда, когда закончим первый этап исследований, и выясним, какое именно поле запускает нужный нам процесс. Источники этих полей мы и разместим в этом шлеме.

– Согласен! – не стал спорить Саша. – Но вот о чем я подумал. Все-таки мозг не изолирован от тела. Поэтому, возможно, но лично я в этом уверен, что состояние организма тоже важно для инициации отрыва сознания от материального носителя.

– Что ты предлагаешь? – спросил любящий конкретику отец.

– Предлагаю, помимо изучения сигналов головного мозга, одновременно и параллельно, изучать реакцию остальных органов и систем, – ответил Саша.

– Каких именно? – спросила внимательно слушавшая весь разговор Катя.

– Такие: кровяное давление, частоту сердечного сердцебиения, частоту дыхания, температуру тела, потоотделение, – предложил Саша.

– Это что? Вариант полиграфа нам нужно сконструировать? – спросила Анна.

– Что-то похожее, – подтвердил ее пасынок.

– Что-же ты раньше не сказал? – с досадой ответил его отец. – Теперь нужно будет все переделать! Вывести на пульт новые индикаторы. Поставить еще один осциллограф. И сконструировать новые датчики. Поставить еще один шкаф для записи этих показателей. Ладно с давлением, частотой дыхания, сердцебиением и температурой мы разберемся. А как быть с потоотделением?

– Сереженька! Ничего страшного – это очень просто. Мы используем показатели электропроводности поверхности кожи. Если она вспотеет и станет влажной, то ее электропроводность возрастет!

– Правильно! Какая ты у меня умница! – обрадовался ее муж. – Саша, а ты точно уверен, что это все нужно?

– Уверен, Батя! – твердо сказал Старик-Саша. Он вспомнил, как читал про эксперименты одного психолога стрелковой команды. Его фамилия Алексеев. Он изучал эти физиологические показатели у стрелков и обнаружил, что максимальную эффективность в стрельбе стрелки показывали только тогда, когда они имели строго определенный диапазон. Однажды, одна девушка на соревнованиях стреляла из рук вон плохо. Он проверил ее пульс, и тот оказался на десять ударов меньше, чем при ее оптимальной стрельбе. После нескольких приседаний пульс девушки достиг нужных значений и ее стрельба кардинально улучшилась.

Саша вполне логично предполагал, что и при трансперсональном путешествии эти показатели тоже должны быть на определенном уровне. Но подтвердить его предположения могли только будущие эксперименты.

– Саша, – вмешался старый академик, – надеюсь и ты, и все остальные понимают, что значения всех исследуемых параметров скорее всего строго индивидуальны для каждого трансперсонавта. И для каждого человека нужно создавать и прописывать свои, строго индивидуальные, рабочие значения этих показателей.

– Конечно!

– Поэтому, – продолжил Сергей Порфирьевич, – я предлагаю ограничиться исследованиями только одного трансперсонавта – тебя! И пока больше никого не привлекать к этому делу.

– Я согласен! – поддержал его отец Саши.

– И я, – откликнулась Анна.

– Сашенька! А это не опасно? Опять ты за всех будешь отдуваться! – забеспокоилась Катя.

– Нет, Катенок! Мы будем очень осторожны! – Саша обнял свою юную жену. – А давайте попробуем испытать этот шлем! Пока Катя тут.

– Что значит «пока Катя тут»? – возмутилась молодая женщина. – Ты что? Хочешь меня сплавить?

– Нет, Катенок! Но ты забыла одну важную вещь! – рассмеялся ее муж.

– Какую?

– Кто-то должен обязательно, кровь из носу, поступить на медицинский факультет! А для этого нужно много и упорно готовиться к сдаче экзаменов.

– А что, если я не поступлю, ты меня бросишь? – рассердилась Катя.

– Ну что ты говоришь, Катенок! – Саша снова обнял ее. – Даже не надейся. Но что у нас получится? Ты вышла за меня замуж, и вместо того, чтобы стать лучше, ты не поступаешь! Представляю, что скажут твои родители и бабушка!

– Это точно! Вот опять ты прав! – притворно вздохнула его подружка. – А как же ты без меня? Ты ведь говорил, что я ключевое звено этих экспериментов с полетами?

– Так никаких экспериментов с полетами пока не будет. Мы будем сначала изучать характеристики работы моего мозга в разных условиях. А вот сейчас, пока ты здесь, давай я попробую заглянуть в завтрашний день! – предложил Саша.

– Это как? – удивился отец Саши.

– Я думаю, что чем дальше во времени и пространстве будет находиться конечная точка трансперсонального путешествия, тем более серьезные стрессовые показатели должны быть у трансперсонавта, – пояснил Саша, – а недалекие трансперсональные путешествия возможны при более мягких условиях. Давайте это проверим?

– А давайте! – согласился отец Саши, сгоравший от нетерпения испытать сконструированное им детище. – И вот наш сюрприз! Пока вы там лазили по тайге, мы с Аней прогнали через этот шлем рабочих и себя самих!

– Зачем? – удивился Саша. – И почему рабочих?

– А затем, – торжествующе ответил его отец, – чтобы изучить средний уровень этих показателей у обыкновенных людей! Нам же нужны какие-то средние величины, с которыми мы будем сравнивать твои данные. А рабочие, потому что они и так все это видели, но не понимают ничего. Пригласи я ученых или инженеров, так потом об этом весь город будет знать!

– Вполне справедливо, – согласился дедушка Кати, – ну и что вы обнаружили в ходе этих исследований?

– Вот что, позволь я Сереженька, – вмешалась тут же Анна, – мы выяснили, что у большинства обследованных все эти показатели находятся примерно на одном уровне. Только у одного рабочего ряд показателей резко выбивался из тех, что были у остальных. Мы его отправили к врачу, и у него обнаружили опухоль головного мозга! Представляете себе? Его уже и прооперировали!

– Давайте я вам все покажу, вы и сами увидите! – и отец Саши сев за пульт управления трасперсонодромом, включил и повернул рубильник питания. Раздалось тихое гудение и засветился зеленоватым светом экран осциллографа. Он нажал по очереди несколько кнопок, и на экране появились горизонтальные линии.

– Вот усредненные показатели обычных людей. Сейчас, когда Саша ляжет на кушетку и наденет шлем, мы подадим питание на датчики внутри него, и начнем снимать его показания, – продолжил отец.

– Тогда я в трансперсонодром, – с готовностью ответил юноша.

– Я с тобой, – тут же подхватилась Катя.

– И я, – улыбнулась Анна, – помогу надеть правильно шлем. И они втроем покинули помещение управляющего центра.

Через окно, все оставшиеся увидели, как они вошли в комнату. Саша сел на кушетку. Анна взяла ватный тампон и протерла ему лоб и виски спиртом. Затем надела на его голову шлем с проводами, несколько раз его пошевелила, и убедившись, что он сел как надо, застегнула ремешок под подбородком.

Саша лег на кушетку. Рядом на кресло села Катя и взяла его руки в свои ладошки, но Анна знаком показала, чтобы она отпустила. Та молча повиновалась. Саша закрыл глаза для того, чтобы полностью успокоиться. Анна сделала знак, и отец подал электрическое питание на датчики шлема.

Находящиеся в центре управления отец Саши и Сергей Порфирьевич внимательно следили за экраном осциллографа, изучая линии сигналов поступающих с датчиков шлема.

– Смотрите, – отец Саши ткнул в одну из них, – эта линия отличается от нормального значения.

– Точно! Что это за показатель? – спросил старый академик.

– Это магнитное поле. Его показатели у головы Саши, выше среднего, – ответил отец Саши. – Сейчас проведем эксперимент, – и он снял трубку телефона. В комнате трансперсонодрома – на таком же телефонном аппарате – замигал красный огонек.

– Это мы для связи придумали, – пояснил он Сергею Порфирьевичу. – Звонок отключен, чтобы не беспокоить трансперсонавта, а горит огонек. Ассистент может снять трубку и поговорить тихонько с нами.

– Толково придумано, – одобрил его идею старый академик.

Подтверждая его слова, Анна сняла трубку.

– Анечка, слушай меня внимательно, – скомандовал ее муж: – Сядь на место Кати и возьми за руку Сашу. Далее следи за моей рукой. Когда я махну, ты отпустишь его руку, встанешь и пусть сядет Катя, и возьмет Сашу за ту же руку. Ты все поняла? Кивни если да!

Анна кивнула, положила трубку и подойдя к креслу, где сидела Катя и с тревогой смотрела на лежащего на кушетке мужа, что-то тихо прошептала ей на ухо. Та тоже понимающе кивнула и встала, уступив место своей молодой свекрови.

Анна села в кресло и взяла Сашину руку. За экраном осциллографа внимательно наблюдали отец Саши и дедушка Кати.

– Никаких существенных изменений, – через несколько минут произнес старый академик.

– Да, я и сам это вижу, – ответил инженер, и махнул рукой. Внимательно наблюдавшая за ним Анна, отпустила Сашину руку и встала с кресла, вновь уступив место Кате.

Она тихо, но быстро села и взяла руку мужа в свои ладошки.

– Ого! – одновременно воскликнули оба наблюдателя. Все линии на экране осциллографа рванули, как по команде, вверх.

– Наблюдаем и не вмешиваемся, – тихо сказал отец Саши. Они впились глазами в колебания линий. Одновременно, шла запись на магнитные ленты.

Через полчаса, когда Катя уже начала беспокоиться, Саша глубоко вздохнул, и открыл глаза. Увидев Катю он улыбнулся ей, а она тут же его обняла.

– Саша, я беспокоилась! Ты куда летал? – взволнованно спросила она.

– Недалеко. В послезавтра! – ответил он, обнимая ее в ответ.

В это время, к молодым людям подошла Анна. На ее лице сияла милая улыбка:

– Давайте снимем шлем и ты нам, Саша, все расскажешь! – ловко отстегнув шлем, она быстро сняла его, обтерла лоб и лицо Саши ваткой со спиртом, и также обработала внутреннюю поверхность шлема. В комнату вошли отец Саши и Сергей Порфирьевич. Отец был очень недоволен.

– Саша! – строго сказал он. – Ты что сделал?

– Я отправился в недалекое будущее! – честно признался сын.

– Ну как же так! Мы же договорились, что будем это делать, только выяснив как гарантированно стопроцентно вернуться обратно! – не унимался отец.

– Вот честно! Не знаю даже как это получилось! – повинился Саша. – Наверное, это обстановка и настрой виноваты. Я как лег на кушетку, как меня взяла за руку Катя, так меня сразу потянуло само! Я даже не очень и хотел. Как будто какая-то сила меня привела в кабинет Сергея Порфирьевича два дня тому… вперед!

– Что? В мой кабинет через два дня? Почему именно туда? – удивился дедушка Кати.

– Потому что через два дня к Вам в кабинет, в десять часов утра, придет оперуполномоченный из ОБХСС и будет задавать Вам вопросы.

– Что? Оперуполномоченный из ОБХСС? – удивился руководитель Академической группы. – Зачем? У нас что: торговая база, магазин или завод? Ведь Отдел по борьбе с хищениями социалистической собственности (ОБХСС) – это отдел, в составе системы органов внутренних дел СССР (милиции) по борьбе с хищениями социалистической собственности в организациях и учреждениях государственной торговли, потребительской, промышленной и индивидуальной кооперации, заготовительных органах и сберкассах, а также по борьбе со взяточничеством и спекуляцией. В нашей Академической группе он что забыл?

– Подождите, Сергей Порфирьевич. Сейчас все выясним. А ты уверен в этом, Саша? – настаивал отец. – Логичнее было бы представить, если бы он пришел к нам на завод, для проверки наших хозрасчетных дел.

– Я ни в чем не уверен. А вот у нас теперь появилась возможность проверить, на сколько правдивы эти путешествия. Я же не знаю, бать, может он еще и к вам на завод придет, – ответил Саша задумчиво. – Ну а сейчас давайте подумаем и порассуждаем, если бы он пришел, то к чему бы он мог у нас придраться?