Текст книги ""Фантастика 2026-165". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)"

Автор книги: Андрей Федин

Соавторы: ,Сэм Альфсен
сообщить о нарушении

Текущая страница: 76 (всего у книги 350 страниц)

Света, до сих пор еле сдерживающая плач, громко разрыдалась и бросилась в объятия Сергея.

– Сереженька, ты все видел? Ты понял? – захлебываясь от слез кричала она. – Это они! Это мама и папа подали нам знак! Спасибо, родные мои! Я знала, я чувствовала, что вы слышите меня, что вы всегда со мной, – она упала на колени и закрыла лицо ладошками.

Стоявший неподалеку дядя Сергея мелко крестился и что-то шептал про себя. Сергей поднял плачущую девушку и крепко прижал ее к себе, пытаясь успокоить. Он отослал прибежавших на крики охранников на их прежнее место.

– Внуча, – обратился к ней дедушка, – как ты поняла этот знак?

– Ну деда! – улыбаясь сквозь слезы, сказала Света. – Это же так понятно! Голуби – символ новобрачных! Родители послали нам сигнал, что благословляют наш союз. И хотят, чтобы мы с Сережей поженились.

– Точно! Светик! Как я сам не догадался, – развел руками Степан Петрович. – Дети, идите к машине, а я посмотрю, что нужно поправить на могилке и тоже скоро подойду.

– Спасибо, мамочка и папочка, – сказала Света прикоснувшись к памятнику рукой, – скоро мы снова придём! И они с дядей Сергея направились к выходу с кладбища. Когда они скрылись за кустами, к старому журналисту подошел – утирая слезы – Сан Саныч.

– Ну, старый хрыч, ты и разыграл представление, даже меня пробило на слезу, – поздоровался он со старым другом, – здорово все подучилось. Как тебе это удалось и где голуби?

– Голуби улетели обратно в голубятню. Я их тут прикармливал все это время, видишь зерно рассыпано на могилке.

– А как тебе удалось сделать так, чтобы они к ним на плечи сели? – удивился старый журналист. – Или все дело в том растворе, что я нанес им на плечи при входе на кладбище?

– Именно в нем. Мне его в цирке дали мои знакомые, что с голубями выступают, – подтвердил Сан Саныч.

– Спасибо, друг! Никогда этого не забуду!

Глава 21. Помолвка и непристойное предложение

В машине несущейся домой, на заднем сиденье, счастливая Света, прижавшись к обнимающему ее Сергею, сказала:

– Сереженька, теперь, когда мои родителя нас благословили, ты когда собираешься сделать мне предложение?

– Да хоть сейчас! – обрадовался юноша.

– А колечко у тебя есть?

– Светик! Второй раз со мной такие штучки не пройдут, – рассмеялся ее кавалер, – есть! Я его теперь все время ношу с собой. Вот! – парень вынул из кармана синюю сафьяновую коробочку и протянул ее девушке.

– Это что? – сразу оживилась Света, тут же взяв ее в руки.

– Открой и посмотри, – предложил Сергей.

– Боже, какая красота! – его подружка, открыв коробочку, увидела там изящное золотое колечко. В его центре сиял голубой сапфир инкрустированный россыпью мелких сверкающих бриллиантов. Она потрясенно спросила:

– Это мне? Оно золотое? А что это за камни?

– Ну Светик, – чуть не обиделся ее ухажер, – неужели ты думаешь, что в такой момент я тебе подарю какую-то дешевую бижутерию? Конечно, оно золотое. А камни – это сапфир под цвет твоих прекрасных глаз, а вокруг мелкие ограненные алмазы.

– А знаешь, у меня из украшений только золотое колечко, которое мне мама с папой на четырнадцатилетние подарили, – грустно вздохнула Света, – а потом они погибли, – из ее глаз потекли слезы.

– Ну Светик! Ну ты чего? – обнял ее Сергей. – Чуть что, сразу слезы. Откуда они только у тебя берутся в таком количестве?

– Вот такая я плакса, будешь со мною мучиться всю жизнь. У тебя еще есть время передумать, – она снова прижалась к нему.

– Ты самая лучшая плакса на свете. Даже не надейся. Давай я тебе его надену на пальчик, – и он, взяв ладошку Светы, надел кольцо на ее палец. Слезы у девушки сразу высохли и она, отставив ладошку от себя, принялась с восторгом любоваться украшением.

– Деда, смотри, правда оно очень красивое? – спросила она Степана Петровича.

– Очень достойная и дорогая вещь. Сразу видно, как Сергей тебя любит, – подтвердил ее дедушка.

– Даже если бы ты купил простое колечко, я бы в этом не сомневалась, – улыбнулась Света, – ну давай!

– Что давать? – спросил Сергей.

– Ну как что? Делай мне предложение. Ты что думал, подарил колечко и все? Говори, я слушаю!

– Точно. Извини, – Сергей развернул Свету к себе. – Дорогая! Нет! Любимый мой Светик! Когда я тебя увидел – в день первокурсника – я в тебя сразу влюбился! Как будто ангел спустился с небес, чтобы наполнить мою жизнь: любовью, новым светом, надеждой и счастьем! – начал Сергей давно подготовленный спич.

– Как хорошо, продолжай, – зажмурилась от удовольствия его подружка.

– Стоя в толпе студентов, ты излучала такой свет, что тот хмурый и дождливый день сразу заиграл всеми красками радости! И я понял, что хочу, чтобы ты была со мной и все сделаю ради этого.

– А чего ждал тогда целый год? – не удержалась девушка.

– Если честно, то боялся отказа. Не перебивай меня, а то я собьюсь, – попросил ее Сергей. – За этот год я понял, что ты самая умная, сообразительная, ответственная, остроумная, красивая, милая, нежная, добрая, чуткая, и… – он понизил голос до тихого шепота, чтобы его слышала только она, прошептал: – Самая сексуальная девушка из всех, кого я когда-либо знал.

– Это точно обо мне? – улыбаясь в ответ прошептала Света. – Я не знала, что у меня есть даже половина из того, что ты только что перечислил.

– Мне лучше знать, что у тебя есть, а чего нет! И не спорь!

– Не буду, не буду, – замахала руками счастливая девушка.

– Так вот! Еще можно долго перечислять все твои бесконечные достоинства, но это займет целый день! Поэтому скажу, просто. Я люблю тебя, Синеглазка, и прошу выйти за меня замуж! Ты согласна?

– Деда, – обратилась Света к Степану Петровичу, – Сережа мне предложение сделал, что ты скажешь?

– А что тут говорить? Я только за! – не раздумывая ответил ее дед, в душе ликуя от радости за внучку.

– Хорошо и я согласна! Разве тут есть возможность отказать такому галантному ухажеру. Ведь он нашел во мне столько достоинств, о которых я сама даже не подозревала. Но нужно решить ряд вопросов, – улыбнулась невеста.

– Каких? Мы решим любые вопросы, – произнёс Сергей с готовностью.

– Ну с фамилией моей понятно. Иванова-Бессонова-Рябинина будет уже слишком, – вздохнула девушка. – Деда, ты не обидишься, что я буду только Ивановой-Бессоновой?

– Конечно нет. Ведь могло быть и хуже, например, Голопупенкова, или еще что-то более смешное! – отозвался с переднего сиденья Степан Петрович.

– Спасибо, деда. Теперь следующее. Где мы будем жить? – задала второй вопрос Света.

– Где хочешь, – ответил Сергей, – хочешь у нас, хочешь у вас. Мне все равно, главное, чтобы с тобой вместе.

– А дедушка? Я не хочу, чтобы он остался совсем один!

– Об этом не может быть и речи, – твердо сказал ее жених, – он всегда будет с нами! Я ему обязан тем, что ты у меня есть!

– Спасибо, Сережа, – произнес расчувствовавшийся старый журналист. – Света – это все, что у меня есть!

– Теперь у Вас есть и наша семья, и надеюсь, скоро будут внуки, – ответил его будущий зять.

– Кстати, о внуках, – строго сказала Света. – Сереженька, окончить медицинский институт – это мой долг перед родителями! А после того, как они нас благословили, это нужно обязательно сделать. Ты потерпишь с детками до окончания учебы? Пожалуйста! – она сложила ладошки в умоляющем жесте.

– Хорошо, родная. Но тут все зависит от тебя.

– Это почему? – удивилась девушка.

– Вопросы контрацепции – это прерогатива женщины! Поговоришь с моей мамой, она все расскажет. Но давай договоримся, если ты вдруг забеременеешь, случайно, то никаких абортов!

– Почему?

– Вдруг ты после аборта не сможешь иметь детей? А я очень их хочу! Договорились?

– Ладно, ладно! Опять все на женские плечи переложил! – притворно заворчала его подружка.

– Все? Или еще есть вопросы? – прижал ее к себе Сергей.

– Последний. А когда мы свадьбу сыграем?

– Думаю, летом. Когда вернутся прадедушка с прабабушкой, Лиза, и дедушка с бабушкой со стороны мамы.

– А где они?

– Они тоже путешествуют!

– А мы будем путешествовать, Сереженька?

– Ну конечно! Летом после свадьбы поедем в Рим. Или Париж. Куда ты захочешь сама. Ну что, у тебя есть еще вопросы?

– Нет. Теперь все. А когда мы твоим родителям скажем?

– Так сегодня и скажем. Как приедем.

– Тогда я первый поздравляю вас. Совет да любовь! – поздравил молодых людей дядя Сергея. – Это хорошее дело! Жениться сразу молодым, и потом делом заняться настоящим! И создавать все вместе с нуля! Плечом к плечу, спиной к спине!

– Правильные слова, – одобрил дедушка Светы, – и я вас поздравляю!

– Спасибо вам, дедушка и дядя Леша! – поблагодарили Света и Сергей.

Приехав домой, они сообщили – во всех подробностях – родителям Сергея о происшествии на кладбище и о своем желании пожениться. Родители обрадовались и сразу послали Алексея купить торт, чтобы отметить помолвку. За дядей Сергея тут же увязался Степан Петрович. Они вернулись с тортом, пакетами соков и бутылкой французского конька.

– Извините, дорогие родственники, – сказал старый журналист, – я знаю, что вы не пьете, но это не по-русски так отмечать такой праздник! Вот мы с Алексеем отметим этот замечательный день так, как нужно!

Вечером, перед тем как ложиться спать, Екатерина Викторовна отозвала Свету и они уединились в родительской спальне о чем-то шушукаясь. Когда Сергей уже лежал в кровати, дверь его комнаты открылась и с таинственным видом вошла Света. Распущенные волосы струились по плечам. На лице легкий, но чувственный макияж в нюдовых тонах. Она была необыкновенно хороша, особенно в роскошном шелковом халатике.

– Какая красота! Откуда? – спросил юноша приподнимаясь на согнутой в локте руке и с жадностью глазея на свою прелестницу.

– Это твоя мама мне подарила, по случаю помолвки, – тихо прошептала девушка, – и не только это. Она медленно стала развязывать поясок халатика. Потом одним движением плеч сбросила его на пол оставаясь лишь в прозрачной ночной рубашке, под которой уже ничего не было.

Сергей вскочил с кровати, и, подбежав к ней, подхватил на руки.

– Ты готов стать моим мужем? – прошептала улыбаясь его невеста, нежно обнимая его за шею.

– Давно готов, – поцеловал он ее.

– Тогда давай сделаем это, наконец! – решительно сказала она.

В родительской спальне горели ночники. Отец и мама Сергея делали вид, что читают книги, нервно поглядывая на часы, висящие на стене.

– Полчаса уже прошло, – произнес отец, – как думаешь, у них все хорошо?

– Да не волнуйся ты. Помнишь, сколько времени ты меня готовил в наш самый первый раз? – пыталась успокоить его жена. – Целый час на это ушло.

– Да, но не забывай, мне тогда было восемьдесят лет! Я уже очень многое умел и знал, – возразил муж, – а он же совсем еще юный и неопытный!

– Дорогой. Сейчас опыт заменяет Интернет, – рассмеялась Екатерина Викторовна, – там такое есть, о чем даже мы с тобой не знаем.

– Ну хорошо, подождем, – согласился Александр Сергеевич.

Через час в ванной комнате зажегся свет и послышалась возня, тихий смех детей и звук включившегося душа с плеском воды. Родители посмотрели с улыбкой друг на друга, облегченно вздохнули и спокойно заснули.

На следующий день в медицинском институте произошло событие, которое резко все ускорило. Перед семинаром по биохимии, к Свете и Сергею подошла Анжела и шепотом сказала:

– Свету вызывает к себе в кабинет Чубатый, прямо сейчас. Мне не понравилось выражение его лица. Будь осторожна!

– Я пойду с ней, – твердо сказал Сергей взял свою фактически жену за руку и они направились в кабинет заведующего кафедрой. Постучав и открыв дверь, они прошли внутрь.

– Я вызывал только Рябинину! – прорычал, не вставая со своего кресла, разъярённый академик.

– Света – моя жена! И я ее не оставлю наедине с человеком, с такой репутацией ловеласа, как у Вас, – спокойно ответил ему юноша.

– Хорошо, – внезапно успокоился старый развратник, и на его лице зазмеилась ехидная усмешка, – может быть так даже лучше. Иванов-Бессонов, ты в курсе, что у твоей семейки неприятности? Очень крупные неприятности.

– Знаю. Я даже знаю, кто источник этих неприятностей, – спокойно ответил Сергей.

– Но ты, наверное, не знаешь, что на этот раз вам не соскочить и не отвертеться! Вас уничтожат, раздавят и вы исчезнете с лица Земли! – мстительно выплюнул Чубатый.

– Много таких желающих было, но мы все еще живем и процветаем. Вы за этим вызвали Свету? Чтобы сообщить ей как все у нашей семьи плохо?

– Не только за этим, – голос старого убийцы стал тихим и вкрадчивым, – я хотел ей предложить решение этого вопроса.

– Какое? – быстро спросила Света.

– Очень простое, – Чубатый подался вперед глядя ей в глаза, – после которого я отзову всех тех бешеных собак, которых на вас натравил.

– Не Вы, а Ваша жена! – насмешливо ответил Сергей.

– А какая разница? – усмехнулся заведующий кафедрой.

– Большая! Без нее вы никто! Но Вы так и не сказали, что Вы предлагаете? – снова произнесла Света.

– Я тебя трахну, вот прямо тут, прямо сейчас! – ощерился гнусной усмешкой старый развратник. – На этом столе, а твой муженек пусть на это посмотрит. И все. Все ваши проблемы закончатся.

Бахх! Не успел он закончить излагать свое мерзкое предложение, как ладошка Светы влепилась прямо в его жирную отвислую брылями щеку.

– Ах ты сучка! – завопил ошарашенный развратник.

– А это Вам за сучку, – и вторая ладошка девушки прилетела на вторую щеку. Академик откинулся на спинку кресла с ненавистью глядя на жену Сергея.

– Сгною, – зашипел он.

– Слушай меня внимательно, старый хряк пахнущий козлом, – через профессорский стол перегнулся Сергей, и, схватив академика за галстук, притянул его к своему лицу, – за одно такое предложение, я должен был тебе вырвать – прямо тут – и твой гнусный язык и твой сморщенный стручок! Но это была бы для тебя слишком легкая смерть! Ты еще не знаешь с кем ты связался! Но спасибо, что все сказал и раскрыл свои планы. Теперь мы ясно поняли, что в этой борьбе: или ты нас, или мы тебя! Третьего не дано! Спасибо, что прояснил ситуацию и нутро своё поганое вскрыл! Еще раз вызовешь Свету, живым – мерзкая ты жаба – из этого кабинета не выйдешь!

– Тебя посадят, наглый мерзкий щенок, – хрипя ответил багровый Чубатый.

– Возможно, но ты этого уже не увидишь. Света, протри руки после этой скотины, может он болеет какой-нибудь дрянью, и уходим!

– Все! Вам конец! – выкрикнул профессор, когда ему в лицо прилетела влажная гигиеническая салфетка, которой девушка тщательно вытерла свои руки.

– Дурак, – спокойно усмехнулся Сергей, – ты сам себе вырыл могилу. Ты уже мертвый, только еще не знаешь об этом.

И они со Светой покинули кабинет беснующегося вора и убийцы.

Не успели они выйти, как зазвонил телефон Сергея.

– Молодец, Сергей! – послышался в трубке голос Лукина.

– Дядя Жора! Вы меня не перестаете удивлять! Как Вы узнали? У Вас стоит прослушка в кабинете этой жабы?

– Нет, – ответил генерал, – мы, не скрою, хотели это сделать. Но оказалось, что люди из фирмы его жены, каждую неделю очень тщательно шмонают его кабинет. Они бы сразу все нашли.

– Тогда как? – удивился юноша.

– Рядом стоит наша машина с аппаратурой. Мы снимаем колебания стекла в его окне и преобразуем их в звук. Качество, конечно, отвратительное, но слова можно разобрать. Ты его хорошо уел!

– Света его и сама отлично уела! – с гордостью ответил Сергей. – Отхлестала по его жирным щекам ладошками!

– Я слышал, – произнес Лукин с довольной усмешкой в голосе, – но очень хорошо и разумно, что ты ему не сказал о том, что мы копаем под него! Пусть для этой скотины, это будет большим сюрпризом. Но нужно торопиться. Думаю, скоро начнутся серьезные разборки. Приезжайте на фирму. Степан Петрович уже тоже едет.

В помещении трансперсонодрома все прошло по обычному сценарию. Степан Петрович отравился в пятнадцатое августа одна тысяча девятьсот шестидесятого года. На вопрос Светы, что нужно было отправиться в четырнадцатое августа, так выходила ровно неделя со дня гибели Афанасия, отец Сергея пояснил, что им нужен был именно рабочий день. А четырнадцатое августа этого года выпало на воскресенье. Вот только зачем это было нужно, он обещал пояснить позже.

Полет прошел нормально. Все было сделано как и планировалось. Только вместо клена, молодой Степан Петрович предложил посадить дуб. Он и прочнее и живет дольше. Место, которое он выбрал было очень удачным. Широкое открытое пространство на высоком берегу реки. В центре поляны вырыли яму, положили тщательно упакованную коробку и сверху над ней посадили саженец дуба. Рядышком, молодой Степан Петрович, приладил деревянную дощечку с выжженной электровыжигателем надписью – «Мурзик» и силуэтом кота.

– Это зачем? – спросил подселенец.

– Чтобы никто не разрыл. Пусть думают, что тут похоронен кот. Никто не станет рыться в кошачьих костях.

– Верно!

Закончив работу, они вернулись обратно в квартиру Рябининых.

– Ну что, – сказал подселенец, – пора прощаться, молодой. Мне пора, я уже больше, наверное, не вернусь. Ложись на диван.

– Зачем?

– Тебе сейчас блокируют воспоминания обо мне.

– Почему? – удивился молодой Степан Петрович.

– Так нужно!

– То есть я о тебе не буду помнить?

– Нет!

– А о том, что мы делали за это время?

– Думаю тоже, по крайней мере, я через сорок лет ничего об этих приключениях не помню. Спасибо за помощь! Прощай!

При этих словах Екатерина Викторовна нажала красную кнопку на пульте. Изображение на экране мигнуло. Послышался голос молодого Степана Петровича:

– Черт, голова как болит. А чего я тут на диване в середине дня валяюсь? И что я делал утром! Вот Сан Саныч, со своей самогонкой, ну его к лешему.

По сигналу свекрови, Света отозвала Степана Петровича. Экран еще раз мигнул и погас. Трансперсонавт очнулся и встал с кресла.

– Вроде бы все прошло нормально, – сказал он, – я не помню ничего из того, что было в прошлом. И он забыл. Я покрутился в его голове, пока Света меня не забрала.

– Отлично, – сказал генерал, – партия переходит в эндшпиль.

Через три дня к офисному зданию холдинга жены Чубатого подъехало два внедорожника. В каждом сидели вооруженные люди. Охрана здания подняла тревогу. Из первой машины вышел высокий молодой человек с дипломатом в руках и направился к входу.

– Вы к кому? – спросил его дрожащим голосом охранник на входе в здание.

– Передайте Вере Григорьевне Соломиной – главе вашего холдинга – что Сергей Александрович Иванов-Бессонов просит принять его по важному, срочному и неотложному делу!

Глава 22. Поединок

– Вас просят подняться к главе холдинга, – ответил дежурный пропускного пункта, после того, как куда-то позвонил, – Вас проводят.

– Минуточку! – скомандовал другой охранник, и стал водить рамкой металлоискателя спереди и сзади тела Сергея. – Чисто, – бросил он начальнику охраны, который стоял рядом.

– Что в Вашем дипломате? – спросил тот у молодого человека.

– Ноутбук для демонстрации видео файлов.

– Почему не на внешнем носителе?

– Так разве Вы бы позволили мне использовать такие носители на ваших компьютерах? – улыбнулся Сергей. – Из-за опасений, чтобы я не заразил их каким-нибудь «троянским вирусом».

– Тоже верно! – кивнул начальник охраны. – Откройте дипломат, – после чего внимательно осмотрел лежащий там ноутбук и проверил все карманы в дипломате ища спрятанное там оружие.

– Хорошо, все в порядке, – наконец сказал он, – идемте со мной.

Сергей, в сопровождении трех человек, направился к лифту и поднялся с ними на пятый этаж. Там они вышли из кабины, и, пройдя по широкому и длинному коридору, вошли в большую приемную. Сидевшая там – модельной внешности – секретарша, с интересом оглядев Сергея, встала и елейным голосом произнесла:

– Вера Григорьевна Вас ждет!

Сергей и начальник охраны вошли в огромный светлый кабинет. От наблюдательного взора парня не укрылось, что это кабинет женщины. Причем женщины со вкусом. На стенах – оформленных панелями оттенка светлого ореха – висели картины и фотографии с изображением животных и красивых уголков природы со всего мира. Повсюду расставлены вазоны и развешаны кашпо с живыми цветами. В одном из углов помещения стоял огромный аквариум с экзотическими рыбками. Пространство дышало покоем и уютом.

За большим светлым столом в изящном кожаном кресле сидела хозяйка кабинета, здания и всей нефтяной империи Соломиных. Красивая ухоженная женщина, с властным – если не сказать надменным – лицом, выглядящая значительно моложе своего возраста.

– Здравствуйте, Вера Григорьевна! – поздоровался с ней начальник охраны. – Я его привел. Мне остаться?

– Не нужно, Петр Иванович, я не думаю, что они настолько безумны, чтобы напасть на меня в моем же кабинете, – произнесла она строго, но с легко уловимыми нотками иронии, при этом склонив голову к плечу и изучающе взглянув на незваного гостя. – Можете идти! – спокойно ответила его хозяйка.

– Я буду в приемной! – бросил шеф службы безопасности и вышел.

– Здравствуйте, Вера Григорьевна, – поздоровался Сергей, – я присяду? – и не дожидаясь разрешения, прошел к столу для заседаний, который примыкал к столу владелицы кабинета, и сел.

– А Вы действительно наглец! – усмехнулась жена Чубатого. – Правильно муж о Вас рассказывал.

– Надо же, какая честь для меня, – протянул Сергей не нарушая тона беседа. – А он Вам рассказывал, как грязно домогался до моей жены? А десятки лет ранее до моей матери? – невинно спросил Сергей.

– Зачем? Я и так все это знаю. Ваша сокурсница, которая – кстати сказать – еще не является вам официальной женой, ему отказала. Это редкость. Обычно эти малолетние сучки сами рады и сразу набрасываются на него, когда он оказывает им внимание.

– Вы так спокойно об этом говорите? – удивился молодой человек.

– У нас открытый брак. И вообще, это не Ваше дело. Зачем Вы пришли? Дайте догадаюсь, – жена Чубатого на секунду задумалась, – думаю, ваша семейка, трезво все взвесив и оценив, решила капитулировать. И так как старшие члены семьи не решись сделать это открыто, они прислали Вас, в надежде, что я буду к Вам милосерднее! Договориться об условиях. Правильно?

– Не совсем, – Сергей лукаво улыбнулся ей в ответ устраиваясь поудобнее. – Раскрою секрет. Наша семья никогда ни перед кем не капитулирует. Наоборот – это да. Дайте своим сотрудникам задание собрать информацию по теме «Банда Сиплого» и Вам все станет ясно.

– Кто это такой этот Сиплый? – брезгливо спросила дама.

– Он возглавлял самую крупную группировку в округе, куда входил Академгородок в середине девяностых. И в безумии своем наехал на нашу семью. У нас там размещены производственные площади.

– И что? Почему мне это должно быть интересно?

– Он тоже хотел, чтобы мы капитулировали. Представляете, даже требовал у моего отца отдать ему мою маму – на ночь! Прямо как Вашему мужу мою жену захотелось. Наивные простаки.

– И чем все закончилось? – равнодушно бросила Соломина, вроде как ей это все вовсе не интересно.

– Ничем. Просто он и его банда, тридцать восемь бойцов-отморозков, исчезли, – улыбнулся Сергей.

– Как исчезли? – стараясь не выдавать интереса, спросила жена Чубатого.

– Так, – пожал плечами Сергей вроде как с сожалением. – Их никто никогда больше не видел.

– Как это возможно? – не поверила хозяйка кабинета.

– Вот так, – не переставал улыбаться Сергей, – ходили разные слухи. Кто говорил, что они все вместе уехали за границу, – голос Сергея изменился и завибрировал металлическими нотками. – А кто-то видел, как их тела топили в дальних болотах, – он снова улыбнулся, и произнес: – Люди всякое болтают.

Красивое лицо женщины исказила злобная гримаса и она, подавшись корпусом вперед и в упор глядя на наглеца, прошипела:

– Мы не банда шпаны, какого-то мелкого уголовника! Мы огромный холдинг! Вам болот не хватит всех нас утопить! – откинувшись вновь назад, она усмехнулась: – Да вы и не успеете. Вам будет просто некогда. Все свое время вы будете тратить по судам бегая.

Заметив абсолютную невозмутимость своего оппонента, она под другим углом оглядела спокойно сидящего и улыбающегося Сергея, и сказала:

– Мальчик, а ты не боишься?

– Чего я должен бояться?

– Ну например, что ты отсюда вообще не выйдешь? Думаешь, что та кучка быков, что сидят в твоих машинах, тебя вытащат?

– Ну, наших бойцов вовсе не кучка в двух машинах, – наклонившись к ней, доверительно сказал Сергей, – откровенность на откровенность. Машин на самом деле десять. Ваше здание обложено по всему периметру. И наши бойцы, в отличии от ваших, вооружены не дубинками и пистолетами, а автоматами, пулеметами и гранатометами. Взять штурмом Ваш курятник для них – это пять минут времени. Без обид! Это раз!

– А два, – насмешливо спросила Вера, считая все то, что говорит парень форменным блефом загнанного в угол человека.

– Если можно, выгляните пожалуйста в окно, – попросил ее Сергей.

– Это зачем?

– Прошу Вас, не пожалеете.

Хозяйка кабинета встала и подошла к окну, отодвинула занавеску и сразу отпрянула обратно вглубь комнаты.

– Что это? – уже испуганно и нервно спросила она.

– Это наш боевой дрон.

– Что? Какой дрон?

– Дрон – это беспилотный летательный аппарат. Он управляется дистанционно оператором, который может находиться за тысячи километров от него. И этот дрон вооружен двумя ракетами. Одна бронебойная, чтобы разбить ваши пуленепробиваемые окна. Вторая – термобарическая, что расплавит весь этот этаж. Вот Вам и два!

– А есть еще и три? – произнесла, задвинув обратно занавески и садясь в кресло, жена Чубатого. Спеси на ее лице стало значительно меньше.

– Конечно, – снова улыбнулся Сергей, – на мне стоит кардиомонитор. Он снимает частоту моего сердцебиения и отсылает их в наш штаб.

– Зачем? – нервно спросила женщина.

– Пока стучит мое сердце, значит я живой. Но если вдруг стук прекратится, это сигнал, что я умер. А вот тогда и будет самое интересное!

– Так и до сих пор все не очень-то и скучно, – ответила быстро взявшая себя руки хозяйка кабинета.

В комнате Лукина, за разговором в кабинете жены Чубатого, наблюдали все члены клана Ивановых-Бессоновых. Звук шел от дрона, сканировавшего вибрацию оконных стекол кабинета.

– Мама Катя! – взволнованно вскрикнула Света. – Что значит, что Сережа умер? Ему всерьез грозит смертельная опасность? Почему мне никто об этом не сказал? Я бы его ни за что одного не отпустила!

– Мама Катя? – улыбнулась ее будущая свекровь обняв свою невестку. – Спасибо. Буду очень рада появлению у меня еще одной доченьки. Младшей. Не волнуйся. Сережа специально так говорит, чтобы на нее жути нагнать. Ну ты же знаешь, какой он у нас с тобой выпендрежник.

– Ну то, что он краснобай, это точно, – уверенно сказал Степан Петрович, – но я почему-то верю каждому его слову!

– И что же будет самым интересным? – спросила жена Чубатого. – Я не верю, что вы будете устраивать войну в центре Москвы, недалеко от Кремля! Ты просто блефуешь! Но делаешь, нужно признать, это очень убедительно. То-то мой муженек чуть в штаны от страха не наложил!

– Если я умру тут, – голос Сергея стал жестким и с его лица исчезла улыбка, – то произойдет следующее.

– Ну, ну! Я жду! – усмехнулась Вера. – Что вы там еще придумали?

– Вы знаете, что под вашим зданием проходит множество тоннелей? – вкрадчиво спросил Сергей.

– Каких тоннелей? – с деланным удивлением спросила женщина.

– Разных. Канализация, коммуникации технические и прочее.

– И что? – она уверенно рассмеялась. – Конечно знаю! Неужели я похожа на идиотку? Скажу больше, все они находятся под нашим контролем! Оборудованы системами видео наблюдения и датчиками слежения! Мимо, мальчик!

– Увы! Не о всех тоннелях, мадам, Вы знаете, – с грустью ответил юноша.

– Это о каких же я и моя служба безопасности не знаем? – насмешливо глядя на проигравшего по ее мнению щенка, сказала жена Чубатого.

– О тоннеле, который относился к Комитету Государственной Безопасности СССР. И о котором не знал купленный Вами генерал ФСБ Липатов, – жестко ответил Сергей, – он проходит аккурат под Вашим зданием.

– И что? – холодея от неприятного ожидания спросила его собеседница.

– А чего больше не смеемся? – участливо спросил Сергей. – Что, уже не так весело? Сейчас будет еще грустнее. В этом тоннеле, прямо под вашим зданием, лежат ящики. Много ящиков.

– С чем? – пересохшим ртом процедила сквозь зубы жена старого развратника.

– Ну как с чем? – рассмеялся холодным смехом посол семьи Ивановых-Бессоновых. – Ясно, что не с сахаром. С взрывчаткой. Равной десяти тоннам – в тротиловом эквиваленте! Этого достаточно, чтобы после подрыва, на месте вашей цитадели осталась воронка глубиной метров сорок.

– Ты врешь! – хрипло сказала, ужаснувшись, Вера.

– Хотите проверить? – ледяным тоном произнес Сергей.

– Зачем ты мне все это говоришь?

– Затем, чтобы Вы поняли, – голос Сергея снова стал благожелательным и теплым, – что если бы мы захотели Вас уничтожить, как Вы нас, то мы сделали бы это с легкостью! Но мы не ставим перед собой такой задачи. Я все это продемонстрировал только с одной целью, чтобы мы наконец-то начали разговор на равных, а не с высоты вашей надменности и мнимого превосходства. Пусть и с позиции силы, но на равных.

– Я Вас внимательно слушаю, – снова совладала собой женщина.

– Вера Григорьевна! Давайте откровенно!

– Давайте!

– У нашей семьи с семьей Соломиных не было и нет никаких конфликтов. Наши бизнес интересы никак не пересекаются, личных отношений ни с кем нет!

– Тут Вы ошибаетесь, – сухо произнесла жена Чубатого, – у Вас и Вашей семьи конфликт с моим… – она еле заметно скривилась, но это не осталось не замеченным юношей, – мужем. А он член нашей семьи. И дело даже не в нем, а в том, что через него, наносится ущерб нашей репутации. Если его унижают, это означает, что унижают нас всех.

– А его развратное и распутное поведение не унижает членов Вашей семьи?

– Кого этим сейчас удивишь, – отмахнулась женщина.

– Тоже верно. Вот об этом я и хотел поговорить. Скажите, а если бы Вы сами перестали считать Чубатого членом семьи Соломиных, конфликт между нами можно было бы считать исчерпанным?

– С какой это стати Чубатый перестанет быть моим мужем? Мы с ним уже тридцать лет, – возразила женщина.

– Ну если, чисто теоретически, предположить такую ситуацию, – настаивал Сергей.

– Ну если чисто теоретически, то да, – согласилась она. – С какой стати нам встревать в разборки чужого нам человека.

– Отлично! Тогда давайте сразу перейдем к тому делу, ради которого я пришел к Вам, – предложил юноша.

– Давайте, – выдохнула Вера. – Однако долгое у Вас получилось вступление. Вы, знаете, Вы мне напоминаете одного юношу, которого я знала много лет назад, такого же смелого и умного, – в ее голосе послышалась давняя затаенная грусть.

– А я кажется знаю, кого Вы имеете ввиду! – воскликнул Сергей.

– Откуда? – пришло время удивиться женщине.