Текст книги ""Фантастика 2026-34." Компиляция. Книги 1-18 (СИ)"

Автор книги: Анастасия Разумовская

Соавторы: Сим Симович,Сергей Чернов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 247 (всего у книги 362 страниц)

– Ведьма! Ведьма!

– Да я вас…

Что-то влетело мне в лицо, забив рот. Я отплюнулась. Грязь! Они швырнули в меня грязью! Дрожа от гнева, я махнула руками:

– Сгорите заживо!

Пальцы вспыхнули фиолетовыми искорками и погасли.

– Сгорите…

Но тут же мне в голову ударил камень. А за ним ещё. Я упала, схватилась за разбитую голову. Ненавижу! Почему огонь меня не слушается? Надо сосредоточиться… И тут же поняла почему: мне страшно. Мне дико страшно.

– Немедленно перестань…

Кто-то завопил и схватил меня за волосы. Я увидела десятки обезумивших глаз, десятки развернутых ртов.

– Дезирэ!

В этот миг я была согласна на башню… Свист, крик. Чей-то перепуганный плач. Чьи-то разумные слова. Чей-то хохот, неистовый рёв, оскорбления… И внезапное:

– Прочь, шакалы!

Передо мной выросла фигура в светлом платье. В мускулистой руке гигантской иглой сверкала шпага.

– Ублюдки, пшли отсюда!

Толпа снова попятилась. Затем кто-то заржал.

– Мужик в бабском! Мамочки! – пролепетала какая-то женщина.

Арман хлестнул шпагой воздух:

– Ну, есть кто смелый⁈ Кто хочет, чтобы я его прошил насквозь⁈ Идите сюда…

– Он один. Навались!

Они снова надвинулись. У кого-то в руках оказались вилы. У кого-то обычный кол из плетня. Снова посыпались камни. Я поднялась, стерла тыльной стороной ладони кровь с губ. Висок пекло. Бедный мой, бедный лягух. Из огня да в полымя. Но как он меня нашёл?

– Дорогу! – послышалось вдруг басистое рокотание. – Расступись!

Стража? Стража!

И кольцо озверевших людей дрогнуло, рассыпалось. Мои обидчики кинулись наутёк. Арман обернулся ко мне:

– Ваше величество? Они… с вами всё…

Я судорожно всхлипнула и уткнулась в его могучую грудь, плохо скрытую декольте. Маркиз подхватил меня на руки, не выпуская шпаги, и её эфес больно тыкал в моё бедро. Я обвила его шею руками. Стражники в кирасах обступили нас, оцепили каре. Ко мне подошёл всё тот же начальник караула, поклонился.

– Ваше величество, извольте, мы проводим вас.

Я горько рассмеялась:

– Я дарую вам право, капрал, если вдруг ситуация повторится, запереть меня в башне и никуда не отпускать. Домой! Несите меня домой, маркиз.

Уткнулась ему в плечо, кусая кружевной воротник безнадёжно испорченного платьица, и изо всех сил попыталась удержать слёзы. Сообразительный капрал послал за каретой, которая встретила нас на полдороге к королевскому замку и в своих тёмных недрах скрыла тайну и моего, и Арманова позора. И только там я позволила себе разрыдаться. До икоты, до трясучки, до полной истерики. Маркиз, прижимая меня к плечу, гладил мои грязные волосы и что-то бормотал неловко-утешительное.

Когда мы уже въехали за высокие стены, я выпрямилась, вытерла слёзы, расправила платье:

– Как вы узнали?

– Карина. Прибежала и взмолилась найти вас. Она узнала от стражников, что вы отправились одни в город, и была очень напугана. Она же сообщила, где искать…

– А стража…

– Я велел им немедленно следовать за мной, сказал, что вы в беде.

В моих покоях нас уже ждала верная служанка. И мужская одежда. Видимо, Карина одолжила её у кого-то из стражников.

– Вам нужно бежать, – прошептала я Арману. – Немедленно. Сейчас. Через четыре дня вернётся мой жених и тогда… Он на мне женится. И запрёт в башне.

– Бежим со мной.

А… а почему бы и нет? Я – королева Монфории, да. Но… хочу ли я быть королевой этих неблагодарных сволочей? Нет. И башня… И Дезирэ… О чём тут вообще думать⁈

– Да, – выдохнула я. – Я с вами.

И пусть всё горит фиолетовым пламенем! Если Дезирэ хотел стать королём, то… он победил. Ну и пусть.

– Ваше величество! – Карина рухнула мне в ноги. – Умоляю вас, возьмите и меня! Я вам пригожусь и в пути, и…

Я протянула ей руку, и девушка припала к моим пальцам. Хоть кто-то в этом королевстве благодарный! Я всхлипнула.

– Нет времени мыться, но принеси мне тазик с водой. В порядок привести себя необходимо в любом случае. Вели конюхам запрячь… Восемь коней. Мы поедем в карете. Четырёх пусть впрягут, а четверых привяжут или как там… нам нужна перемена. Отдыхать некогда.

Нам понадобилось около двух часов, чтобы собраться. Я надела мужской наряд, Карина закрутила мою косу так, чтобы её можно было убрать в берет с перьями. Арман в одеянии гвардейца выглядел очень мужественно. Вот тот, за кого я действительно хочу выйти замуж!

Конечно, с могуществом Дезирэ наше бегство могло окончиться и провалом, и даже очень вероятно, именно так и будет, но…

В Эрталии есть башня, в ней сохранилась библиотека, и там находится книга, в которой что-то сказано о псах бездны. Арман видел её пять лет назад. Если повезёт, то книга пережила эти пять лет. Надежды спастись очень мало, но я должна хотя бы попытаться. Я заглянула в зеркало, увидела бледное лицо, строгий, решительный взгляд чёрных глаз и кивнула самой себе:

– Я буду бороться до конца. Я не сдамся.

И зашагала на выход. У меня есть четыре дня. Два из них уйдут на дорогу. И ещё два на то, чтобы найти книгу, придумать план спасения и подготовиться к последней битве с Дезирэ. Хорошо было бы ещё, чтобы это никак не отразилось на тех, кто мне верен. Но я об этом подумаю чуть позже.

Когда мы уже почти пересекли двор, меня вдруг окликнул слабый нежный ненавистный сейчас голос:

– Шиповничек? Ваше величество?

Осень! Верный паж врага…

– Люсьен? Мы… мы хотим прокатиться… недалеко.

– Вы бежите? – худенькая фигурка во всём чёрном подошла, хрустя первым инеем на брусчатке, – Вы бросаете вашего королевство? Ваш народ?

Я скрипнула зубами. Ну почему? Почему сейчас⁈ И снова разум затмила злость. Ненавижу! Дезирэ. Осень. Мой народ. всех вас, сволочи неблагодарные!

– Мой народ только что едва не убил меня. Да, я бегу. Хочешь – зови своего Дезирэ. Мне плевать, когда он убьёт меня. Сейчас или после свадьбы. Лучше уж сейчас, чтобы не мучиться ожиданием.

– Он… он не…

– Да-да, он ведь так добр. Конечно. Ну, давай, зови.

Я вскинула голову и скрестила руки на груди. Меня трясло. Арман встал рядом, положил руку на эфес шпаги.

– «Её не будет, а ты будешь», так он тебе говорил? Да?

Осень побледнела.

– Да. Но ведь вы… мне казалось, что это…

– Тебе казалось.

Я отвернулась и зашагала дальше. Не хочу больше бояться. Не хочу чего-то ждать и на что-то надеяться.

– Шиповничек!

– Ну что ещё? – зло обернулась я.

Девочка подошла и обняла меня, привстала на цыпочки, прижалась щекой к щеке и тихо шепнула:

– Зеркала. Он проходит через зеркала. И может через них видеть. Будь осторожна.

ОТ АВТОРА

Для любознательных:

– Прекрасны поля… – христианский гимн средневековья, впервые в цикле упоминание о нём появляется в третьей книге: «Пёс бездны, назад!»

Как леди Годива – персонаж средневекового фольклора. Добрая жена злого вельможи. Однажды, когда она заступалась за народ, муж поставил условие: я помилую, если ты проедешь по городу голой. Годива была скромной и целомудренной женщиной, но ради спасения других, решилась на позор…

Дополнение 1

Осень сидела в каморке и пыталась читать учебник по алгебре. Она хмурила светлые брови, снова и снова писала конспект, но затем погружалась в невесёлые мысли.

– И как гранит на вкус?

Девочка обернулась. Рядом с зеркалом скалился Дезирэ.

– Зачем было уезжать, если ты сразу вернулся? – угрюмо спросила она.

– Соскучился.

Он прошёл и встал сбоку, щёлкнул пальцами, и Осень оказалась сидящей в удобном компьютерном кресле за письменном столом, на котором мягко светилась электрическая лампа. Чёрный провод одиноко свисал со столешницы и не вёл никуда.

– Теорема Виета? – с любопытством уточнил Дезирэ. – И как? Хороший, кстати, мужик был, только сопливый.

– Перестань!

– Не, правда. Его хронический насморк мучил.

– Увидел? Ну и возвращайся обратно.

Принц рассмеялся:

– Может, я по невесте скучаю, а не по тебе?

– Она спит, – буркнула Осень и отвела взгляд.

– Милая-милая принцесса. Розовенькая и тёпленькая со сна. Обожаю. Пойду, потискаю.

Он развернулся, чтобы уходить, но девочка живо схватила за кожаный рукав.

– Подожди. Ты же знаешь эту теорему, да? Мне непонятно. Объясни. Пожалуйста.

Дезирэ присел перед ней на корточки, заглянул в лицо, освещённое тёплым электрическим светом. Мягко бупкнул по носу:

– Врушка, – шепнул нежно. – И когда вы успели подружиться, м? С какой стати ты покрываешь её побег?

Осень побледнела.

– Откуда ты…

– Я не знал, – весело расхохотался принц, – Предполагал, но не знал наверняка. Забудь. У тебя глаза красные. Может, достаточно учёбы на сегодня? Не пора ли спать?

Комната вдруг расширилась, окно выросло, обзавелось лёгкими воздушными шторами и форточкой. По центру поспешно образовалась просторная кровать с анатомическим матрасом, подушками и нежно-зелёным постельным бельём в мелких голубых зайчиках.

– Я тебе не ребёнок, – буркнула Осень хмуро.

– Что не так?

– Зайцы.

– А мне нравятся. Я тоже хочу спать. Очень. И, если ты будешь хорошей девочкой, вот прямо сейчас выключишь свет и отложишь учебники, то я никуда не уйду до утра.

– Сделай их не голубыми.

Осень послушно выключила свет. Зевнула. Зайцы покорно мигнули и почернели. Девочка сбросила ботинки, забралась на постель. Дезирэ чуть дунул. Вместо мужского костюма на псевдо-паже образовалась пижама-кигуруми.

– Да что ж всё зайцы-то?

– Люблю их. Я же волк. С природой не поспоришь.

Он рухнул во весь рост.

– А ты не хочешь сам переодеться?

– Нет, – прошептал принц, притянул её к себе, зарылся в мягкие волосы.

– Ты не будешь преследовать Шиповничек? – осторожно уточнила Осень.

– Немножко. Не сейчас, – сонно пробормотал Дезирэ. – Попозже. Дам ей фору. Так охота будет только интереснее.

– Ты ужасен.

– Ага.

Лунный свет заливал спальню, ветерок играл с льняными шторами. Дезирэ обернулся волком, и девочка обвила его шею руками.

– Что теперь будет?

– Гражданская война. Мятежи. Королева исчезла, и вельможи начнут рвать власть друг у друга из рук. Кровища, пожары, и много-много смертей.

Осень вздрогнула:

– Ты можешь помочь? – попросила жалобно.

– Ты забыла? Я – зло воплощённое. Я не могу делать добро.

– Ты всех спас от чумы, – напомнила она.

Волк зевнул.

– Нечаянно. Это было ужасно, – признался нехотя. – Я всерьёз испугался, что бездна меня за это сожрёт.

– Но ведь не сожрала?

Вместо ответа зверь лизнул её лицо.

– Фу, перестань! Тебе не жаль принцессу? Она ведь хорошая…

– Я не умею жалеть, ты же знаешь. Хочешь стать королевой? Я могу изменить твой облик, будешь выглядеть, как Шиповничек. Прикинь, сколько всякой пользы можешь причинить… Думу, там, государственную… Гильотину, вместо виселиц…

– Нет.

– Без королевы начнётся веселуха: междоусобица, кровища, пожары…

– Не шантажируй! Я домой хочу. В школу. И вообще… Ты говорил, что здесь можно возвращаться в прошлое, помнишь? Давай вернёмся в тот день, когда ты её разбудил? Я очень скверно себя с ней вела. Я думала, она злая, а она нормальная.

Дезирэ обхватил девочку лапами и накрыл хвостом. Зубами набросил сверху мягкий плед из тонкой овечьей шерсти. Усмехнулся, блеснув зубами:

– Я не могу возвращаться в то время, в котором уже побывал. Мы этого не можем. Время в этом мире похоже на киноплёнку: его всегда можно отмотать или перелистнуть. Но мы не можем дважды входить в одни и те же кадры. Другие могут, а мы – нет. Поэтому периодически тусим в Первомире, или в каком-то ином. Чтобы можно было вернуться при необходимости. Но с каждым возвращением зазоров становится всё меньше.

Осень ткнулась в светлую шерсть на его горле, закрыла глаза и, проваливаясь в сон, пробормотала:

– Когда ты вернёшься?

– Через четыре дня, как и обещал.

– Тогда я всем скажу, что королева больна. Все будут думать, что она в комнате закрылась, и не станут бороться за власть. А потом ты вернёшься и всё уладишь. Чтобы не было войны и…

– Спи давай, – не выдержал он и зевнул во всю клыкастую пасть.

Про странные взаимоотношения Дезирэ и Осени подробно рассказано в третьей книге цикла «Пёс бездны, назад!»

Глава 11

Гон

Мы ехали всю ночь, скакали на лошадях по кряжистым предгорьям, рискуя свернуть себе шею в одном из оврагов. На наше счастье, всю ночь светила полная луна на удивительно чистом небе. И всё равно: ямки, выбоины…

С каретой ничего не вышло – мои предшественники не пользовались этим удобнейшим приспособлением для поездок, и все экипажи оказались в безнадёжно ветхом состоянии, пусть и на ходу. С виду – кареты как кареты, но после тщательного осмотра Арман отсоветовал мне отправляться в дальний путь в экипаже, за которым добрых полсотни лет никто не ухаживал. И нам пришлось ехать верхом.

К утру из-за бешенной скачки мои ляжки ныли, и я боялась даже думать, как буду слезать. Да ещё и на глазах мужчины! Серый рассвет заполнил чашу предгорий, от земли поднялся крепкий туман. Вот этого ещё не хватало!

– Нам надо остановиться! – обеспокоено выкрикнула Кара, и сырость воздуха причудливо исказила её голос. – Дальше ехать опасно.

– Мы не должны останавливаться, – возразила я.

Тот, кто может в любой момент отправиться за нами в погоню, намного страшнее, чем сломанная шея. И всё же пришлось перейти на шаг.

Кони беспокойно фыркали, камни катились из-под их копыт. Неимоверно хотелось спать: утренний беспокойный сон не сильно укрепил меня. Голова клонилась к шее усталой лошади. Где-то вдали завыли волки, и в тумане их голоса прозвучали особенно зловеще. Я вздрогнула и очнулась. Один, второй… третий. Стая. Но вряд ли Дезирэ бегает в стае. Уверена, остальные хищники, едва его завидев, кинутся врассыпную.

Туман спадал. Возможно, его разгонял ветер, а, может, мы просто поднялись достаточно высоко. Я оглянулась. И увидела, как зарозовело небо на востоке. Восход… Восход! Бросив коня вперёд, догнала Армана:

– Стой!

Кулем свалилась из седла, успев лишь схватиться за луку, шагнула на негнущихся ногах к маркизу и… вовремя.

– Ква, – констатировал превращение несчастный и прыгнул в мои протянутые ладони.

– Кара, нам нужно сделать привал. Здесь или где-то рядом. Ты знаешь эти места?

– Откуда бы? – проворчала девочка, выглядящая очень неважно.

Или… девушка? Сейчас Карина казалась мне старше, не пятнадцатилетней, а лет так… Ровесницей?

– Сколько тебе лет?

Служанка пожала плечами:

– У крестьян не принято считать возраст. Я не знаю.

– Ты не крестьянка. Ты – горожанка. Поищи место для привала.

– У меня ноги болят, – захныкала она.

Я закатила глаза:

– Тогда сторожи коней.

Да, надо было бы прикрикнуть на девчонку, заставить, проявить власть. В конце концов, кто из нас королева? Но это бы означало потерять драгоценное время, и сил на спор у меня не было. Я потом напомню служанке её место.

Мне понадобилось примерно полчаса, чтобы найти небольшую нишу, которую образовали старый боярышник, скала, покрытая мхом, и более-менее ровная, но взрытая корнями, каменистая земля. Оставалось надеяться, что дождя не будет. Сил сооружать шалаш у меня не было. Мы с Карой стянули попоны и сёдла с коней. Из попон получились неплохие лежаки, из сёдел – изголовья. Третьей попоной мы накрылись, как одеялом. И надо было бы накормить-напоить лошадей, но воды тут не находилось, а кормить… Я обошлась тем, что стреножила их. Пусть поищут еду сами. Рухнула на жёсткую лежанку, накинула сверху импровизированное одеяло, резко пахнувшее конским потом.

– Вы так много всего знаете и умеете, – задумчиво произнесла Кара, ложась рядом. – Вам приходилось и раньше путешествовать?

Я не ответила. Мне и самой было что у неё спросить. Например, откуда девчонка узнала, в какой части города меня можно найти? Ведь иначе маркиз бы долго меня искал и вряд ли явился бы в последний момент. Откуда Каре вообще стало известно про маркиза? И что я в беде? Но все вопросы подождут до времени, когда у ответчика не будет шансов взять и просто слинять, прихватив заодно и лошадь.

Уснула я с мыслью: «как хорошо, что маркиз – лягушка и не видел, какая у меня была колченогая походка!» И уже провалившись в сон осознала: видел. Он же сознательное земноводное…

Проснулась я из-за необыкновенно вкусного запаха. Села, моргая и жмурясь. Тело затекло и ужасно ныло. День стоял ясный, лёгкий ветерок шелестел всё ещё не облетевшей листвой. Голодные кони обгрызали боярышник. У жарко трещавшего костра сидела Кара и с неописуемым наслаждением на лице жрала запасы из седельной сумы. Кажется, это была жаренная рыбка, чуть погретая над костром.

– Что ты делаешь⁈ – возмутилась я, встала и охнула.

Тело было словно чужое. Я пощипала себя за бёдра.

– Простите, госпожа… Мне просто очень хотелось есть…

Как же я ненавижу нытьё! А тут ещё и бровки домиком, губки дрожат…

– Так всем хочется! Не только тебе. Я, например, тоже голодна. И маркиз… Ещё часа четыре, и он превратится в мужчину. И ему захочется…

– Ну, пока он лягушка, может и мошками наесться, – ворчливо возразила она.

Мне захотелось ударить несносную девчонку, но… Это было бы неразумно. Я вздохнула, подошла и села рядом. Протянула руки к теплу.

– Что там осталось? Дай сюда.

Кара сумрачно протянула мешок. Я сглотнула. Две лепёшки? Две⁈ Серьёзно? Есть хотелось просто страшно. А ещё я помнила, что в мешке было не только десятка два лепёшек, но ещё и сушёная рыба, жаренная рыба, варёные овощи, сушёные фрукты… и вино. Целый бурдюк. Вытащила его, глотнула. Кожаный мешок оказался наполовину пуст.

Ударить служанку мне стремительно расхотелось. Захотелось её убить. А ещё наорать. Но…

Что я буду делать, если она, например, даст сдачи?

Я невольно оглянулась на спальное место. Лягух, раздувая пузыри на щеках, смотрел на нас круглыми золотистыми глазами. Я представила эпичную женскую драку… Интересно, маркизу нравятся боевые женщины? Решила обойтись без эпики и заметила довольно миролюбиво:

– Ну и что прикажешь нам делать? Здесь было еды на два дня.

– Мы непременно натолкнёмся на какой-нибудь придорожный трактир, – пробурчала Кара.

– Лепёшки я забираю. Ты наелась до ближайшего трактира. Это, я считаю, наша доля с маркизом.

Девчонка жадно и обиженно посмотрела на меня. Я не поддалась жалости:

– Седлай коней, мы отправляемся в путь прямо сейчас. И, кстати, потуши костёр.

– Но ведь господин Арман…

– Я повезу его с собой до заката.

Лошади не могут скакать вечно. У нас их было всего три, хоть я и приказывала взять запасных. Но кто бы там взял! После встречи с Осенью, я побоялась задерживаться или будить конюхов, и мы выехали вот так. Тем более, поразмыслив, я решила, что в любом случае все кони будут бежать, то есть, сменные тоже устанут. А контролировать весь табун придётся мне одной, ведь на единственного мужчины в отряде особо рассчитывать я не могла.

Мы поднимались всё выше и выше, и моя голова снова начала нестерпимо болеть, может быть, от голода. Желудок урчал, бесполезно напоминая о себе. Я старалась не думать о том, как это слышит маркиз. Становилось всё холоднее и холоднее, и в какой-то момент нам пришлось остановиться, чтобы вытащить тёплые вещи и одеться.

А ближе к вечеру, когда солнце засверкало в снежных шапках алым светом, вдруг раздался волчий вой. Одиночный. Кони перепугано заржали и внезапно из лёгкой рыси бросились в галоп. Я попыталась успокоить свою лошадку, да куда там! Она понесла.

Дезирэ!

Но почему так скоро? Откуда он узнал⁈

Думать об этом было некогда. Я пригнулась к шее коня. Услышала испуганный крик Кары позади и усмехнулась. Так тебе и надо! Вот даже не буду пытаться успокоить ту, что съела всю нашу провизию. Разбирайся сама, обжора. Но всё же оглянулась. Бледная до ярко-рыжих веснушек Кара неуклонно направляла жеребца за мной.

Новый душераздирающий вой, в котором лично я услышала азарт гона, разнёсся меж гор. Конь жалобно заржал, прижав уши. Может, я ошиблась? Может, это просто волки?

Но нет, будь то волк, ему бы отозвалась стая. Они всегда так делают. А здесь одиночке не ответил никто.

Длинные кровавые тени расчертили бесплодные каменные склоны. И вдруг посыпался снег мягкой крупой. Этого только не хватало! Зима? Тропинка вилась куда-то на север. Неужели мы вместо Эрталии попадём в Родопсию? Я попыталась вспомнить, кто там сейчас правит… Но… Какой-то король. Молодой, кажется. Что-то рассказывал мне кардинал…

Вой раздался левее, и кони помчали направо. Мы вынеслись на довольно узкий карниз: слева – крутой горный склон, справа – пропасть. Где-то гремел водопад. Там, внизу, тьма сожрала пейзаж.

– Госпожа! – завопила Кара.

Её голос лопался от ужаса, словно мыльный пузырь.

Я обернулась через плечо. Но девчонка смотрела не на меня, куда-то наверх. Я посмотрела туда же, и кровь отхлынула от сердца, а руки моментально заледенели: прямо впереди, на скале, нависающей над карнизом, стоял волк. Громадный, словно бык. В сгущающейся темноте было отчётливо видно, как его глаза светятся алым, а высунутый из открытого рта язык, похожий на флаг, трепещет. Казалось, монстр улыбается.

О, Пречистая…

Я едва не рванула узду на себя, чтобы повернуть коня, но тотчас поняла: увидев хищника, лошадь может запаниковать и броситься в ущелье. Повернуть назад было невозможно: позади – Кара и свободная лошадь маркиза. Потянувшись, я прикрыла руками глаза коня, оставляя ему возможность видеть только дорогу.

Проскочим.

Или нет… Но это – единственный…

И чуть не слетела с седла, когда внезапно впереди оказался голый мужчина. Почуяв неожиданного седока конь присел, зафыркал и попятился.

– Арбалет, – прохрипел Арман. – Позади, я его к луке седла приторочил.

Я живо подала оружие. Маркиз властно остановил гарцующего коня, натянул тетиву, вдел болт, прицелился и почти тотчас выстрелил. А затем снова пустил галопом коня. Волк исчез. Я прижалась к широкой мускулистой спине, обхватила руками горячую грудь. Приподнялась в стременах и пересела на круп. Арман перескочил в седло. Позади снова раздался насмешливый вой, но страшная скала осталась позади. Я вжалась носом в лопатку, которая так и ходила вверх-вниз. Стремительно темнело, словно какой-то гигант опрокинул на горы чернильницу.

В месте, где две горы сходились, словно корабли, максимально близко, я увидела висячий мостик. «Что за идиот рискнёт по нему переходить над бездной?» – успела мелькнуть усталая мысль, и тотчас вой раздался впереди, и лошадь под нами, измученно взоржав, рванула на ненадёжное покрытие.

Арман вздрогнул, и я осознала, что прокусила ему спину. Прижалась щекой, зажмурившись. Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста! Пусть нам повезёт уйти!

Мужчина остановил коня. Неловко слез. Я снова открыла глаза. Мы миновали этот чёртов мост. Кара – тоже. А вот третьего коня не было. Вокруг сверкали в свете восходящей луны чёрные скалы. Рваные тучи то набегали и скрывали царицу ночи, то соскальзывали с её мертвенного бока. Арман подскочил и ножом перерезал верёвки. Не до конца, но основательно. Встал, подбоченился.

– Ну давай! – крикнул зло. – Тварь полуночная, где ты⁈

Я тоже слезла с коня, прислонилась к тяжело дышащему боку. Рядом спрыгнула со своей лошади Кара.

– Офигеть, какая у него задница, – прошептала девчонка, забывшись от восторга.

Надо признаться, что маркиз, облитый серебристым светом луны, действительно представлял из себя воистину античное зрелище. Тьма и свет особенно выпукло вычертили его стать и мускулатуру. Я недовольно покосилась на Кару:

– Что за бесстыдство! Фи. Возвращайся в седло. Ты будешь наказана.

Потому что нечего на моё смотреть.

На том краю моста засветились алые глаза. Новый вой заставил наших коней рвануть, и я едва успела удержать узду.

– Стой! – завопила Кара, отошедшая от своего непредусмотрительно далеко. – Стой, дьявол!

Она бросилась за перепуганным животным, а я злорадно усмехнулась. Пусть попробует догнать. Маркиз обернулся:

– Арбалет, – прошептал так тихо, что я не услышала, а лишь догадалась.

Молча подала ему оружие, предварительно зарядив болтом. Арман выстрелил, но то ли промахнулся, то ли… Да нет, промахнулся, конечно. Волк запрокинул голову, завыл, а затем вступил на мост одной лапой. Я замерла.

– Ну, давай же, – прошептал Арман, подпрыгивая от возбуждения, – кис-кис.

Волк поставил вторую лапу… а затем подобрался и перепрыгнул. Вот просто взял и перемахнул пропасть, шириной с высоту обычного дерева! Мост оборвался.

Я завизжала. Арман выстрелил.

– Назад! – раздался позади ледяной голос. – Проваливай в свою бездну, откуда пришёл.

Мы разом обернулись. Тёмный всадник на тёмном коне. В руках – никакого оружия. Конь спокоен, словно бронзовая статуя, как будто в двадцати шагах от него нет никакого чудовища, а только голый мужчина и насмерть перепуганная девушка. И трясущийся всеми поджилками наш коняшка.

– И тебе привет, – по-человечески хмыкнул монстр, оскалив клыки. – Славная лошадка. И наверняка вкусная.

– Хочешь попробовать?

Прозвучало угрожающе. Волк, сел обернул лапы хвостом. Зевнул.

– Не. Пегасы отвратительны на вкус. Слишком жилисты.

– Проваливай, – холодно посоветовал незнакомец.

– Всенепременно. Только добычу прихвачу.

Монстр поднялся и сделал танцующий шаг к нам. Всадник процедил:

– Назад. Здесь не твоя земля, здесь нет твоей добычи, создание тьмы.

– На себя-то посмотри, – расхохотался Волк. – У меня есть право на них. И здесь, и там, и везде, куда бы они ни скрылись.

Арман очнулся и наложил новый болт. Упал на колено, выцеливая врага.

– Здесь твоей власти нет. Вы пересекли границу Эрталии. Именем светлой королевы Илианы, ступай прочь.

Волк заворчал. Я изумлённо уставилась в темноту, скрывающую облик нашего спасателя. В смысле «светлой королевы»? С каких пор ведьм называют светлыми? Дезирэ, словно прочитав мои мысли, озвучил их:

– В твоей ведьме столько же света, как в моей глотке, когда она закрыта.

Вместо ответа слуга королевы поднял руки, и его пальцы вспыхнули фиолетовым светом. Маг? Уж не тот ли…

– Уходи.

Арман выстрелил. Волк хрустнул металлическим болтом, выплюнул. Оскалился, переступил с ноги на ногу.

– Хорошо, – согласился неожиданно и вильнул хвостом. – Но я вернусь. Чуть позже. Ни одна добыча никогда ещё не уходила из клыков Пса бездны. Запомни, зайчик.

А затем легко, совершенно не напрягаясь, перемахнул обратно и умчал. Я всхлипнула, стиснула руки, чувствуя, как тело охватывает дрожь. Мы спасены? Да? Или… нет?

– Кто вы, сударь? – церемонно поклонился Арман. – Маркиз Арман де Карабас благодарит вас за спасение моей жизни и жизни моей прекрасной спутницы…

– Румпельштильцхен, лейтенант войск Её величества Илианы, – холодно бросил спаситель, щёлкнул пальцами, и Арман оказался в одежде.

– Позвольте вам выразить…

– Не стоит. Добро пожаловать в Эрталию, – высокомерно процедил Румпельштильцхен, развернул коня и, не произнеся больше ни слова, просто поскакал куда-то прочь.

Мне на миг показалось, что его конь не касается земли, но, словно отвечая на поднимающееся недоумение, раздался цокот копыт, похрустывающих по первому снегу. Мы переглянулись.

– Не спаси он нам жизнь, я бы вызвал его на дуэль за неучтивость, – проворчал маркиз и нахлобучил на голову берет с перьями.

– Он прогнал Пса бездны! Самого пса бездны!

Я обернулась на восхищённый ах и увидела рыжеволосую Кару с лошадью-беглянкой в поводу. И как смогла догнать? да, у этой служанки, определённо есть свои тайны. Её глаза сияли от восторга. И моё сердце вдруг ужалила странная ревность.

– Раз всё обошлось, едем. Нам нельзя терять ни минуты: Волк ещё может вернуться, дождавшись, когда лейтенант Румпель уедет подальше, – процедила я.

– Да, поспешим, – согласился Арман. – Нам нужно попасть в мой дворец до рассвета, иначе вам будет сложно объяснить, почему я – лягушка.

Он сел в седло, помог мне усесться впереди. Кара тоже вскарабкалась, и мы снова пустили лошадей вскачь.