Текст книги ""Фантастика 2026-125". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Елена Кароль

Соавторы: Георгий Лопатин,Антон Емельянов,Сергей Плотников,Адель Хайд,Наталья Калинина,Сия Стриж,Павел Смолин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 71 (всего у книги 348 страниц)

И по уму мне бы поднять записи с камер, чтобы попытаться отследить его путь, но главное я уже выяснила: в момент передачи ребенка заказчику камеры в том секторе не работали. А значит отследить будет если не невозможно, то очень проблематично.

Что ж, мне совсем не сложно поиграть в эту игру «выживет наглейший». Давненько я не развлекалась в полную силу!

Добравшись до места минут за сорок и расплатившись с таксистом, я вышла на улицу в частном секторе и внимательно изучила ничем не примечательный двухэтажный коттедж за высоким забором. И не скажешь, что там могут жить похитители и шантажисты… Скорее всего это не окончательная точка, ко всему прочему ещё и съемная. Пока ехала, я уже нашла в сети данные по хозяевам, и это была самая обычная пара пенсионеров.

Хуже того, именно эта пара меня и встретила, стоило только позвонить в калитку. Ко мне вышел немного напряженно улыбающийся мужчина, за чьей спиной тревожно маячила седовласая женщина, сходу протягивая небольшую бандероль размером с половину обувной коробки.

– Для вас курьер оставил. Час назад.

– Уверены, что для меня? – уточнила хмуро, не торопясь брать послание, а рассматривая мужчину.

– Вы Ева?

– Да.

– Тогда уверен, – кивнул он и, замявшись, всё же добавил: – Вы не подумайте ничего плохого, Ева. Просто… пенсия… не очень. А цены растут. Мне утром позвонили с номера, который не определился, и спросили, хочу ли я сто тысяч за то, чтобы курьер привез мне посылку, а я передал её вечером женщине. Никакого криминала!

Конечно. Совершенно никакого. За сто тысяч, ага!

– В котором часу вам позвонили? – уточнила сурово.

– В районе одиннадцати.

Ага. Когда я уже была в аномалии…

– Как звучал голос?

– Не настоящий, – поморщился старик. – Как озвучка электронная.

Черт!

– Как выглядел курьер?

– Да как обычно, – нервно дернул плечом старик. – Парень. В кепке. Совершенно невзрачная внешность, не видел его раньше. Синие джинсы, серая футболка. Пришел пешком, потом быстро ушел. Посылку-то возьмите.

– Конечно.

Забрав послание, сначала я отошла от чужого участка до конца улицы, и только потом вскрыла коробку, внутри которой оказался простейший кнопочный коммуникатор и записка, сложенная вдвое.

Записка гласила: «Вам позвонят на этот коммуникатор в течение часа. Ждите дальнейших инструкций. Если желаете увидеть мальчика живым, никому не сообщайте. В точности выполняйте все полученные указания».

Точка.

В течение часа, значит…

≡=

Ой-ёй… Кому там жить надоело?

Глава 14

Догадавшись, что за мной скорее всего следят (либо за домом этих стариков), я не поленилась, вернулась обратно и осмотрелась. Самый обычный южный поселок, самые обычные дома. Место, где я сейчас стояла, просматривалось с десятков направлений, так что вычислять можно было до бесконечности, но я всё равно отправила на разведку ветерок. Увы, он не принёс четкого ответа, слишком много людей тут жило, да и я спохватилась не сразу.

А через сорок минут у меня зазвонил коммуникатор. Не мой, а тот, который мне передали. Номер не определился.

Нажав «ответить», приложила трубку к уху и услышала отчетливо синтезированный голос:

– Здравствуйте, Ева. Можете обращаться ко мне «Альфа». Иван Николаевич Евтушенко находится у нас. Если вам дорога его жизнь, вы сейчас проедете по адресу, который я вам озвучу, там заберете из тайника дипломат и отвезете по второму адресу. Инструкции ясны?

– Нет, – произнесла сухо. – Я не услышала главного: когда мне вернут ребенка?

Возникла небольшая заминка, после которой я услышала всё тот же ровный, без единой эмоции синтезированный голос:

– Как только вы выполните задание, через час ребенка вернут в санаторий. Если вы не выполните задание, ребенок умрет.

Оч-чаровательно…

– Вы готовы выполнить задание, Ева?

– Готова.

– Первый адрес…

По очереди мне продиктовали оба адреса, причем первый оказался заброшкой на другом конце региона, а второй – ночным клубом в центре Сочи. Казалось бы, чушь несусветная, но стоило мне добраться на такси до этой чертовой заброшки и найти этот чертов схрон, что оказалось, кстати, не так уж и просто, как сразу стал ясен основной расклад происходящего.

В чемоданчике оказались наркотики.

Тут же прокрутив в голове вероятные сценарии и предположив, что таким образом меня хотят подставить, обвинив как минимум в наркоторговле, чтобы было потом чем шантажировать, я с кривой усмешкой покачала головой и внимательно осмотрелась.

Заброшка была качественной, безлюдной. Уже стемнело.

Не поленившись, я просканировала округу и ветром, и цифромагией, и твердь подключила, убедившись, что за мной никто не наблюдает, после чего аккуратно вскрыла все десять пакетов с белым порошком, уничтожив его подчистую, включая даже микрочастицы с полиэтилена и самого кейса, затем растерла магией в пыль штукатурку со стен, набрав примерно тот же вес и количество, запечатала пакеты обратно, закрыла чемоданчик на «надежный» электронный замок и только после этого отправилась в клуб, не забыв наложить на себя и чемоданчик отвод глаз, чтобы таксист не запомнил ни меня, ни груз.

Продолжим, господа.

Естественно, я понимала, что рискую и неведомые похитители могут убить ребенка, когда поймут, что рыбка сорвалась с гнилого крючка, но иных вариантов у меня просто не было. Я не должна засветиться рядом с наркотиками, это в принципе недопустимо. Да, отмыться… можно. Но лучше изначально не пачкаться.

Зато так я узнаю, кто ещё будет задействован в этой непростой схеме, потому что пока единой картины у меня не складывается.

На часах шел третий час ночи, когда я, действуя согласно инструкции, вошла в клуб через черный ход, дверь которого была заботливо приоткрыта, поднялась по служебной лестнице на второй этаж и вошла в третью дверь по правую руку. Это оказались вип-апартаменты для приятного отдыха с зеркальной стеной во всю стену, через которую можно было наблюдать за танцполом, расположенным этажом ниже.

В апартаментах никого не было, лишь уютные диванчики и столик, заставленный алкоголем и изысканными закусками.

Не доверяя этой обманчиво расслабленной атмосфере, я пробежалась по комнате ветром, первым делом убеждаясь, что ни на столе, ни по углам не запрятана дополнительная наркота, и только после этого села на центральный диван, положив чемоданчик рядом, и откинулась на мягкую спинку дивана, прикрывая глаза и улетая сознанием по местным камерам слежения.

Наверняка за мной наблюдают…

Ещё по дороге в клуб я выяснила, что он принадлежит барону Барсукову Борису Леонидовичу, местному воротиле теневого бизнеса, который довольно ловко уходит от ответственности каждый раз, когда пахнет жареным, причем, подозреваю, не в последнюю очередь благодаря взяткам местным силовикам. Всё-таки до столицы далеко и в регионах правее тот, то кто сильнее и богаче.

Сейчас же я довольно быстро добралась по проводам до комнаты центрального наблюдения, выяснив, что она находится буквально за стеной, обнаружила там троих людей, включая самого Барсукова, и подстраховалась, отправив с его коммуникатора на мой любезное приглашение посетить клуб и пообщаться за жизнь.

Если вдруг люди в погонах поинтересуются, что я вообще тут делаю!

Так в гости пришла! По персональному приглашению, ага!

Прошло ещё минут двадцать, я уже начала откровенно скучать, успев не только подтереть ветерком свои отпечатки с кейса и видео, как я вошла сюда с чемоданчиком, но и обследовать весь клуб от и до и выяснить, что Ванечки тут нет (жаль!), когда дверь безо всякого предупреждения распахнулась и внутрь ввалилась целая дюжина суровых оперативников из отдела по борьбе с наркотиками с автоматами, в бронежилетах, противомагических амулетах и балаклавах, и самый суровый амбал гаркнул:

– Ни с места! Руки вверх и не сметь магичить! Работает отдел по борьбе с наркотиками!

Коротко хмыкнув, я медленно подняла руки вверх, чтобы бравые ребята не вздумали впаять мне сопротивление при аресте, при этом уже записывая происходящее напрямую в облачное хранилище, минуя местные сервера, и прохладно поинтересовалась:

– А в чем, дело, господа? Меня зовут Ева Александровна, графиня Евтушенко. Я здесь по личному приглашению господина Барсукова. А вы?

– А нам поступил анонимный звонок о курьере с подозрительным грузом, – многозначительно отчеканил ещё один мужчина, только сейчас входящий в кабинет.

Он был в гражданском и весь его вид буквально вопил о том, что он занимает немалую должность в определенном силовом ведомстве и таких, как я, ест на завтрак, обед и ужин, периодически разминаясь и в полдник.

Лет сорока, уже немного грузноватый, но ещё в форме, маг тверди, но не самого высокого уровня. На лицо смугл, суров, темноволос, кареглаз и обманчиво неподкупен.

– Подполковник Ромашов Петр Петрович, – передо мной мазнули алой корочкой с гербом. – Отдел по борьбе с наркотиками. Что тут у вас?

Он моментально указал пальцем на чемоданчик, лежащий рядом со мной на диване.

– Понятия не имею, – небрежно пожала плечиками. – Когда я пришла, оно тут уже лежало. А в чем дело? Вы мне что-то предъявляете, господин подполковник?

На меня глянули так остро, что была бы действительно всего лишь девятнадцатилетней девушкой, уже давно бы давала признательные показания в том числе за зверские убийства двадцатилетней давности, но так лишь чуть выше приподняла брови и добавила:

– Мне пора звонить своему адвокату?

– Никаких звонков до выяснения всех обстоятельств! – жестко отрезал силовик, тем самым уже попирая мои права. После чего распорядился: – Пятый, седьмой, найти понятых. Девятый, веди съемку.

Двое оперативников быстро выбежали в коридор и уже через пять минут вернулись с двумя другими мужчинами, которые ну очень случайно и невероятно вовремя шли в этот момент по коридору, а пять минут назад сидели в соседней комнате и наблюдали за мной через видеокамеру, расположенную под потолком.

Среди них не было Барсукова, судя по всему, он не торопился светиться на камерах, предпочитая действовать чужими руками.

– Итак, – многозначительно заявил Ромашов, когда понятым объяснили их обязанности, – нам поступил анонимный звонок, что в клуб вошла женщина с кейсом, внутри которого предположительно находятся вещества, запрещенные к распространению в нашей стране. По описанию женщина похожа на графиню Евтушенко Еву Александровну, которую вы сейчас видите, а кейс вы можете наблюдать рядом с ней. Понятые, откройте кейс.

Со всей предосторожностью, чтобы не оставить лишних отпечатков, один из мужчин переложил кейс на стол и внимательно изучил замок.

– Прошу прощения, тут довольно сложный запорный механизм. Без кода не открыть.

– Ева Александровна, вы знаете код? – обратился ко мне подполковник.

– Откуда? – удивилась. – Я впервые вижу этот кейс.

– Допустим, – прищурился Ромашов. – Третий, вскрой.

К нам приблизился один из оперативников, явно владеющий основами цифромагии, причем ему пришлось возиться с замком минут пять, прежде чем тот щелкнул.

При этом сам оперативник крышки так и не коснулся, Ромашов заставил сделать это одного из понятых, а когда мы все дружно увидели, что внутри лежат пакеты, туго набитые белым порошком, глаза Ромашова сверкнули нескрываемым удовлетворением.

– Итак! – звонко провозгласил он. – Мы с вами видим, что кейс полон содержимого, своими видом напоминающего запрещённые к распространению и хранению вещества. Ева Александровна, вам есть что на это сказать?

– Очень занимательно, – кивнула с улыбкой. – Продолжайте, пожалуйста. Не смею мешать. Надеюсь, вы взяли с собой эксперта, который способен определить точную формулу вещества? Вдруг это… сахар? Будет очень неловко, если вы, не разобравшись в ситуации досконально, сейчас начнете предъявлять мне что-нибудь… неприличное. Правда? Вы, кстати, в курсе, что мой брат плотно сотрудничает с князем Долгоруковым?

– Вы мне сейчас угрожаете? – моментально вздыбился подполковник.

– О, нет, что вы. Как можно? Просто информирую, – произнесла любезно. – Так что? Будете проверять точный химический состав порошка? Потому что я пока состава преступления не вижу.

– Будем, – процедил подполковник и мотнул головой. – Первый!

К нам бочком подошел очередной оперативник, ближе подвинулся и девятый, который вел съемку, после чего первый, заранее надев перчатки, предельно аккуратно надрезал верхний пакет, взял щепотку порошка и высыпал его на магический прибор, в два счета определяющий химический состав вещества.

И мы все дружно услышали механический голос анализатора:

– Карбонат кальция – девяносто три процента, диоксид кремния – шесть процентов, примеси природных алюмосиликатов – менее процента.

– В смысле? – опешил полковник.

– Это… штукатурка? – несмело предположил первый, прекрасно разбирающийся в химических формулах.

– Штукатурка??? – ещё сильнее растерялся Ромашов и почему-то с возмущением уставился на меня.

– А что вы на меня смотрите? – удивилась напоказ. – Я вижу этот кейс впервые. И раз уж это недоразумение разрешилось, то позвольте покинуть ваше общество. Меня приглашал лично господин Барсуков, но я до сих пор его так и не увидела, а моё время не бесконечно…

– Минуту! – рыкнул полковник, после чего заставил первого вскрыть все до единого пакеты, выяснив, что везде одно и то же, отличаясь примесями буквально на процент, но даже сотой доли процента наркоты анализатор не показал, что окончательно вывело подполковника из себя и на меня посмотрели, как на личного врага. – Можете быть свободны, ваше сиятельство.

– Благодарю, – улыбнулась, кивнула всем присутствующим и первая вышла в коридор.

Но направилась не на выход, а в соседнюю комнату, где меня любезно ждал господин Барсуков.

И пускай дверь была закрыта на электронный замок, это не помешало мне просто потянуть дверь на себя и спокойно войти в помещение, одна стена которого состояла из множества экранов, а в центре на удобном диване сидел барон с хмурым выражением лица и потягивал из бокала предположительно виски.

Барон был уже немолод, к пятидесяти. Он явно любил поесть и выпить, что сказывалось на его внешности, но реакции у него оказались отменными, и стоило мужчине увидеть, кто именно входит в комнату, как он резко нажал на кнопку вызова охраны.

Вот только…

– Поздно, – улыбнулась одними губами, ещё минуту назад заблокировав всю электронику в помещении. – А сейчас поговорим по душам, Борис Леонидович…

Борис Леонидович оказался не из разговорчивых и мне пришлось начать отрезать ему пальцы, чтобы стимулировать память и вдохновить мужчину на беседу по душам, однако, итог был неплохим.

Я узнала, что заказ поступил от англичан, причем Барсуков работал с посредником по имени Альфа и уже не первый год. Сам Альфа выдает указания по индивидуальному коммуникатору, номер никогда не определяется. Внешность Альфы Барсукову неизвестна. То, что это англичане, он скорее догадывается, чем знает точно. Ромашов куплен и предупрежден. Ваня находился в загородном доме Барсукова, его было велено доставить обратно в санаторий сразу же, как только бы подтвердился эпизод с наркотиками.

В случае, если бы я заартачилась и не приехала с кейсом в клуб, велено было ждать новых инструкций.

Вот тут я тихонько выдохнула, радуясь, что неведомый мне пока Альфа оказался не полным отморозком и мальчик выступал действительно лишь в роли заложника, чтобы я была сговорчивее. Убивать его не планировали.

Вроде бы…

В итоге, записав признательные показания Барсукова на камеру, уже не под запись я выяснила, где он хранит наличность и прочие ценности, а потом господин Барсуков… умер. От инфаркта.

Кто бы мог подумать, да?

После этого я пробежалась сознанием по записям со всех доступных видеокамер, убедилась, что ни одна из них не показывает то, что не нужно, вынула из сейфа, который находился в этой комнате, пару сотен миллионов наличными, воспользовавшись вместительным кейсом, который нашла там же, и покинула клуб, на забыв заблокировать дверь в кабинет и те камеры, мимо которых проходила.

Да, местные следователи могу попробовать предъявить мне обвинение в убийстве Барсукова, но у них нет ни одного доказательства. Да и умер он от инфаркта. А пальцы… Сам отрезал.

Что поделать? Сидел, баловался с ножом для сигар… Добаловался!

Я же, пройдя пару кварталов, поймала свободное такси, снова воспользовавшись отводом глаз, и расплатилась наличными, чтобы не засветить банковскую карту.

В особняке Барсукова народ преимущественно спал и я не стала их будить, предпочтя пройтись по комнатам тенью, вскрыть домашний сейф, содержимое которого перекочевало в коробку, взятую в подсобке, нашла спящего под замком в другой подсобке Ванечку, убедилась, что на нём нет ни единого синяка, как и было обещано, но спит он явно под воздействием некоего препарата, который по признанию Роберто ему вкололи ещё в санатории, и только после этого набрала Николая.

– Да! – выпалил он сразу, стоило только пройти первому гудку.

– Я нашла его, – произнесла коротко. – Всё в порядке. Спит. Приедь за мной на такси на перекресток Ламповой и Гончарной, село Барановка. Будешь подъезжать, маякни за десять минут.

– Еду!

Не теряя времени, я перетащила свою добычу в кусты ближайшего сквера рядом с нужным перекрестком, и только потом вернулась за ребенком, забрав и его, и плед, в который завернула. Пакостить в доме не стала, смысла в этом не было. Дети у Барсукова были уже взрослыми, жили отдельно, а новая молоденькая жена была типичной безмозглой куклой. Разве что коммуникатор её прихватила, чтобы сделать пару звонков.

Коля приехал не один. Взяв в аренду полноценный микроавтобус, в котором приехал не только сам, но и взяв всю охрану, он выскочил из машины первым и едва не снес меня с ног, притормозив буквально в последний момент, после чего рывком обнял и меня, и Ваню, которого я держала на руках.

Чувствуя, как он дрожит всем телом, мысленно поморщилась и снова пустила в его тело успокаивающий целебный импульс, а потом протянула и сына.

– Всё в порядке. Обошлось. Спит под препаратами, но у них достаточно мягкое действие, последствий не будет. Езжайте обратно, мне нужно ещё немного прогуляться.

– Кто это был? – потребовал ответов Евтушенко, отстранившись и хмуро заглянув мне в глаза.

– Он уже раскаялся, – усмехнулась скупо. – И больше так не будет. Никогда.

– Ева!

– Позже, – отрезала и заставила взять ребенка, следом распорядившись, чтобы охрана прихватила и вещи из-под кустов. – Я буду утром. Ложись спать. Давай.

После чего рывком поцеловала его в губы, тем самым серьезно обескуражив, и бодрой рысью скрылась в темноте ночи, вызвав с чужого коммуникатора такси по адресу, где проживал один из похитителей.

Всего в банде Роберто насчитывалось пятеро отморозков, которые искренне считали себя профессионалами, занимаясь преимущественно похищением людей, подлогами и вымогательствами в особо крупных размерах, не чураясь и изуверств с убийствами, если того требовали заказчики, так что этой ночью мир стал чище ещё на пять существ. Назвать их людьми у меня язык не поворачивался.

Когда я с ними закончила, то снова вызвала такси, на этот раз к дому подполковника Ромашова.

Мы не договорили.

Живущий далеко не на одну зарплату подполковник проживал на окраине города в частном секторе в добротном двухэтажном доме. С любовницей. Любовница была очередной, молоденькой и глупой, наивно верящей, что это шанс всей её жизни.

Ромашов был опытным оперативником и обезопасил участок и дом грамотной сигнализацией, выведенной на пульт частного охранного агентства, но это не помешало мне проникнуть в его дом и его спальню, оглушить, перетащить в соседнюю комнату и бессовестно надругаться, сделав ему татуировку феникса на сути. Попроще, чем у султана, и без видимых эффектов, убрав всё энергетическое влияние под кожу, но менее эффективной от этого она не стала.

В итоге утром, как только Ромашов проснется, его неумолимо потянет сотрудничать со следствием, причем прямиком с ведомством Долгорукого. Может даже с ним самим?

Цинично усмехнувшись, я вернула подполковника обратно любовнице под бочок, после чего не поленилась пошуршать по тайникам Ромашова и, облегчив его совесть на неполные триста миллионов рублей, которые утрамбовала в спортивную сумку, найденную тут же, в доме, снова вызвала такси с чужого коммуникатора, но не напрямую в санаторий, а рядом, по дороге выкинула коммуникатор в окно и вошла в здравницу с лицом человека, чья совесть кристально чиста.

Говорят, по ночам очень полезно гулять… Романтика, все дела.

Ответственно подтверждаю! Полезно!

Хомяк, жаба и дракон подписываются под каждым моим словом.

При этом я не поленилась и подчистила записи на камерах, стирая и своё возвращение, и уход-возвращение Евтушенко, так что теперь никто не сможет нам ничего предъявить. А ночной консьерж уже утром ничего не вспомнит. Я позаботилась.

≡=

Как говорится, если надоело жить, обратись к нам)