Текст книги ""Фантастика 2026-125". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Елена Кароль

Соавторы: Георгий Лопатин,Антон Емельянов,Сергей Плотников,Адель Хайд,Наталья Калинина,Сия Стриж,Павел Смолин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 70 (всего у книги 348 страниц)

Глава 12

В четверг, радуясь, что у меня сегодня приёмный день и можно с чистой совестью загрузить себя делами рода, я с внеплановой инспекцией проехала по всем школам, детским садам и больницам наших земель, поставив в список срочных задач летний ремонт в нескольких учреждениях, которые действительно в этом нуждались, ну а там и день к концу подошел.

Где был и чем занимался Саша, я понятия не имела, но мне в целом было не до него. В пятницу с утра я прикинула, где и как принимать Мэй, чтобы девушке было интересно, не забыла за завтраком предупредить об иностранной гостье окружающих, в том числе прислугу на кухне, так что вечером стол был накрыт с учетом Мэй, а когда моя новая почти подруга прибыла, причем сопровождаемая двумя слугами-телохранителями, то мы встречали её вместе с Николаем.

Сразу заметив, что сопровождение прибыло не с пустыми руками, а с вместительными кейсами, где наверняка лежат подарки для моих домашних, первым делом я пригласила Мэй в гостиную, где она лично с почтительным поклоном вручила моему супругу невероятной сдержанной красоты клинок в ножнах, генералу Зубареву – кинжал, тёте Розе – набор изысканных ароматов, Ванечке – затейливую головоломку для малышей на его возраст, Белькову – особый хинайский чай, а мне, что было удивительно, ведь в прошлый раз я уже удостоилась подарка, искусно написанную картину с лотосами и мудрым изречением о бренности бытия.

На хинайском.

Саши с нами не было, он снова где-то пропадал по своим тайноканцелярским делам, о чем я с извинением, но без подробностей поведала гостье, так что ещё один подарок для него – старинную фибулу для плаща, Мэй передала мне и я заверила девушку, что она обязательно доберется до адресата.

После этого мы прервались на ужин, за которым Мэй без особых усилий очаровала всю мою семью, особенно тётю Розу, ну а после ужина я пригласила девушку в свою мастерскую, где мы провели ещё несколько часов. Сначала Мэй абсолютно искренне восторгалась моими картинами, особенно очаровавшись осенним рассветом, который я написала пастелью в прошлом году, затем я рассказала ей несколько нейтральных эпизодов из своего прошлого, в том числе о том, где именно и в каком окружении прошло моё детство и почему моим избранником в своё время стал именно Ксан, варвар с севера, ну а потом Мэй задала не самый удобный вопрос:

– Но почему вы замужем за Николаем, Эва? Он же не ваш… повелитель.

– Это вынужденный политический шаг, – пожала я плечами. – В этой жизни нам не повезло родиться аристократами, пришлось идти к этому немного окольными путями. К сожалению, в этой империи к простолюдинам несколько… иное отношение.

И что я точно не стала ей говорить, так это то, что мы с Сашей изначально гомункулы.

– Понимаю, – грустно улыбнулась Мэй, но морщины то и дело разрезали её безупречный лоб. – Я кажусь вам бесцеремонной, да? Но я так… это… – она эмоционально всплеснула руками, то ли не в силах подобрать подходящие слова, то ли ещё что. – Вы же должны быть вместе! Это судьба! Почему вы не вместе?

– Ох, Мэй, – рассмеялась я и покачала головой. – Жизнь слишком сложна, чтобы всё было гладко и складно с самого начала. Не спеши. Всему своё время. Идем лучше в картинную галерею, покажу тебе другие свои работы.

Естественно, картинами мы не ограничились и я показала восторженно пищащей Мэй и наши трофеи, после чего девушка искренне призналась, что сама хоть и владеет оружием, но не на таком уровне, чтобы регулярно ходить в аномалии и уничтожать тварей пачками, так что преклоняется перед моей храбростью и мастерством.

Было приятно.

Ну а когда мы уже в потихоньку подкрадывающихся сумерках вышли прогуляться по территории имения и я предложила проведать Локи, то Мэй была с первого взгляда очарована и им, роскошным грозовым волком, который уже вошел в полную силу и выглядел невероятно представительно.

– У моих дальних родственников есть перспективная самочка этого же вида по имени Лихуа, – как бы между делом заметила Мэй, но при этом хитро сверкнув глазами. – Мы могли бы их познакомить. Что думаете на этот счет, Эва?

– Свести двух волков, проживающих в тысячах километрах друг от друга? – скептично усмехнулась я. И кивнула с улыбкой. – Почему бы и нет? Привозите. Ближе к весне, хорошо? Раньше нет смысла.

Мэй азартно покивала, после чего я проводила её до автомобиля, мы тепло распрощались и девушка уехала, увозя с собой картину с осенним рассветом, впечатления и мои рассказы, которые были для неё полноценными легендами.

Я же, вернувшись в дом, снова уделила время мужу, заручившись его обещанием составить мне компанию завтра на выставке картин, потому что это было прежде всего политически важное мероприятие, посвященное нашей победе над османами, ну а потом легла спать. Для разнообразия даже раньше полуночи!

Суббота порадовала нас очередным прекрасным летним солнышком с редкими пушистыми облачками, так что мы с тётей Розой принарядились в светлые платья и легкомысленные кружева, и на фоне наших мужчин, которые выбрали парадные мундиры с орденами, выглядели особенно невинно и эфемерно.

В галерею купчихи Пестриковой мы отправились большой компанией: я с Николаем, тётя Роза с генералом Зубаревым, и буквально в последний момент к нам присоединился Саша, судя по подозрительным намекам на серые круги под глазами, обошедшийся сегодня без сна.

Искренне надеюсь, что он знает, что делает! Мы с ним, конечно, двужильные, но не бессмертные. И умереть в этот раз потому, что мой кармический суженый хронически недосыпает – мне совершенно не хочется!

Я даже отправила ему ворчливое послание в наш личный чат, на что он не стал отмахиваться, но ответил коротко:

«Извини. Было нужно. Я контролирую себя, всё в порядке».

Ну-ну…

Как бы то ни было, за рулем сегодня сидели наши водители и мне даже показалось, что Саша успел подремать в дороге с открытыми глазами, но я могла и ошибаться.

А в галерее яблоку негде было упасть!

Не знаю, на что изначально рассчитывала Пестрикова, но выставка полотен, посвященных победе над османами, вызвала настолько небывалый ажиотаж, что в какой-то момент лично мне отчетливо стало ясно, что пора искать диванчик и наблюдать за происходящим с него – толчея была настолько фантастической, особенно рядом с картинами, что пробиться к ним приличными методами не было ни единого шанса.

И что радовало моё самолюбие – рядом с моими картинами народу тоже хватало. Не скажу, что прям орда, но восторженный настрой посетителей считывался только так.

В итоге именно Саша, распознав мои пытливые взгляды по сторонам, организовал нам диван, куда я прежде всего усадила Николая и тётю Розу, именно Саша нашел для нас освежающие напитки, и именно Саша привлек к нам сначала саму Пестрикову с супругом, чтобы мы смогли заверить друг друга в том, как рады столь продуктивно посотрудничать, а затем и ещё нескольких действительно приятных гостей.

Например, того же майора Тимченко с хрупкой миловидной супругой, или княжича Аристарха Трубецкого с невестой Дарьей Оболенской, а то и вовсе князя Долгорукова, который сначала искренне восхитился моим мастерством, а затем задал не самый удобный вопрос:

– Поразительная детализация и буквально фотографическая точность прослеживается в ваших картинах, Ева Александровна. Откуда такое тонкое знание природы гулей?

– О, у меня были очень хорошие рассказчики, ваша светлость, – улыбнулась я невозмутимо и кивнула прежде всего на Сашу. – Так сказать, информация из первых рук. Я рада, что сумела максимально точно передать мерзкую природу этих созданий. И искренне надеюсь, что правитель Османской империи приложит максимум усилий, чтобы искоренить эту заразу, как и было обещано.

– Мы пристально следим за этим, – многозначительно кивнул князь.

После чего мы обменялись ещё несколькими, более нейтральными фразами и Долгоруков раскланялся с моими мужчинами, отправившись дальше.

Прошло немного времени и я увидела, как к нам, буквально прокладывая себе дорогу локтями, идет лорд Оливер Баррет, сопровождаемый баронессой Щукиной. Причем сама баронесса явно не в восторге от происходящего – несмотря на все старания Пестриковой и работающие кондиционеры, в галерее становилось душно и пахло самым разным, в том числе довольно густым мужским потом. Сама я избавлялась от посторонних запахов рядом с собой ловко снующим ветерком, но даже так это было не безупречным решением.

По большому счету можно было уже потихоньку сворачиваться, всё равно толкового общения с окружающими не выйдет, слишком велика плотность желающих приобщиться к прекрасному, да и мы кого надо уже увидели, хотя далеко и не всех, но тут уж ничего не поделать. С хозяйкой пообщались – уже хорошо!

Наконец, лорд Баррет справился с поставленной целью и оказался рядом, первым делом поздоровавшись с Сашей, и уже тот представил его остальным, что в целом говорило о том, что британец медленно, но верно идёт к своей цели, постепенно входя в наш круг общения.

При этом он со всем почтением обращался к генералу и выразил восхищение в том числе моим супругом, уже где-то собрав слухи о том, что они с Сашей были в числе пленных офицеров, которых хотели казнить, но счастливый случай… да-да, именно счастливый случай спас их от этой ужасающей участи и вернул родным.

Грамотно выстраивая свою речь и не забывая хвалить в том числе самоотверженных русских женщин, которые в своем героизме ничуть не уступают мужчинам, Баррет постепенно добрался в своих рассуждениях и до меня. И моих картин.

– Ваше сиятельство, имел честь лицезреть результат ваших усилий и честно скажу, искренне восхищен вашим мастерством! У вас невероятно тонкое чутье к деталям. А как искусно прописаны эмоции даже у бойцов второго плана на батальном полотне! Я восхищен, искренне восхищен вашим талантом!

– Благодарю, – улыбнулась, но не особо широко.

– Скажите, есть ли иные картины кашей кисти?

– Конечно, – кивнула невозмутимо. – Многие из них вы можете увидеть на официальной страничке нашей семьи в сети. Я не так давно занимаюсь живописью именно в крупном формате, и впервые участвую в выставке, но мне приятно слышать, что мои старания не прошли даром.

– О, вы так скромны, – польстил мне лорд. – Я уверен, ваши прочие картины ничуть не уступают в красоте и мастерстве тем, что мне довелось увидеть. Быть может… Вы хотели бы устроить персональную выставку? Знаете, у меня много знакомых среди известных галеристов, в том числе в Европе. Они охотно помогут организовать выставку столь выдающегося таланта.

А сейчас я должна завизжать от счастья, да? Клюнуть на крючок и заглотить наживку?

Ну-ну…

– Очень интересное предложение, лорд Баррет, – довольно прохладно произнесла я. – Мне есть над чем подумать, благодарю.

Быстро сообразив, что наживка оказалась не идеальна, англичанин учтиво улыбнулся и кивнул, вовремя отступив, но я видела по его глазам, что это временно. И почему-то ему очень хочется подцепить на свой крючок именно меня… Почему?

Саш? Я чего-то не знаю?

«Будешь смеяться, но в сеть кто-то слил информацию о нашем гипотетическом происхождении и андоррской родне», – отписался Саша, даже не повернув ко мне головы. – «И это не я. В канцелярии крыса. Ищу. Думаю, тебя хотят завербовать на перспективу. Учитывая, что Николай… кхм, не особо здоров и ты гипотетическая вдова в самое ближайшее время. А там и до Андорры недалеко…»

В смысле⁈

«Страна небольшая, но многим не дает покоя. И если тебя приберут к рукам ушлые англичане, выдав замуж за своего ставленника, то могут с полным правом заявить права на трон по праву наследования. Вот такие дела.»

Бред какой… А ничего, что в данном случае наследник – ты?

«А меня в расход, я так понимаю. Всё просто».

Да уж. Просто. Проще некуда!

Ладно, поняла. Значит, Андорра всем покоя не дает? Ох, не была бы она так далеко, сама бы на неё лапу наложила! Увы, это слишком западная Европа, из Карабаново не наездишься. Да и мне Россия нравится…

Нет, обойдутся. Я уже выбрала себе страну и она меня устраивает. Тем более у меня тут муж, сын и собственная аномалия. Зачем мне какая-то там Андорра? Нас и тут неплохо кормят!

Придя в первую очередь к согласию с самой собой, что в принципе много времени не заняло, я абсолютно нейтрально распрощалась и с Барретом, и с баронессой Щукиной, которая даже не пыталась сделать вид, что не хочет сожрать Сашу как минимум глазами, после чего мы посидели ещё немного и начали пробираться к выходу.

Пока шли, встретили нескольких знакомых, но сильно задерживаться не стали. Буквально обменялись приветствиями, не более. Не располагала эта толчея к размеренным беседам.

Показалось, что где-то в конце зала мелькнула Жози со своим кузеном, но слишком мимолетно, так что могло и впрямь показаться. А потом мы уже ушли.

Да уж… В этом серьезный минус чрезмерного ажиотажа. И вроде приятно, что люди так активно отреагировали на саму идею выставки, но в данном случае это довольно сомнительный плюс. Найдутся же хейтеры, которые обязательно осветят этот промах организаторов в самом негативном свете!

«Сомневаюсь», – отписался Саша, когда я скинула ему эту мысль. – «Это на контроле у самого императора. Скорее всего через неделю выставка переедет в какую-нибудь крупную галерею под патронажем князя Бабичева, он заведует патриотическим искусством и всем таким… полезным империи. Кстати, будь готова к тому, что твои картины выкупят для государственной галереи. Слышал краем уха, как это обсуждалось на планерке в тайной канцелярии. Долгоруков по прямому приказу императора планирует всячески содействовать детям княжны Софии».

Вот… блин! Не было печали. Далась им всем эта София! Может стоит запустить уже другой слух, что мы дети обычных рабочих с завода, а?

«В это не поверят», – цинично усмехнулся Саша. – «Мы слишком выдающиеся личности. И поэтому родители у нас просто обязаны быть выдающимися. Расслабься, у меня всё под контролем».

Ну, надеюсь…

Как бы то ни было, на мероприятии мы отметились и Саша даже сделал несколько удачных фотографий для моей графской странички, ну а текст я придумала сама, пока ехали домой. Разместила уже из дома, причем дополнив фотографиями своих картин, которые отняла ещё в своей мастерской, потому что в галерее к ним подобраться было просто невозможно.

Ну и, как Саша уже предупреждал, уже на следующий день мне из канцелярии императора пришло на почту письмо с предложением о выкупе картин за весьма приятную сумму с четким указанием, что после выставки они будут размещены в императорской галерее в секции, предназначенной именно для подобного рода картин – прославляющих наших защитников.

Естественно, я ответила согласием, попутно поблагодарив за высокую оценку моих стараний, и всего через пару часов на счет капнула приятная сумма за все три картины и я всерьез задумалась о том, что быть художницей и протеже Долгорукова – не так уж и обременительно. Понятно, что они делают основную ставку на Сашу, но то, что и мне от щедрот императорских перепадает (и вроде как безвозмездно!), тоже неплохо.

А понедельник начался бодро и, как и обещал Саша, с подписания договора между нами, Шеметовым и Вишневским. Эти далеко не глупые аристократы уже просчитали всю выгоду и перспективы от сотрудничества именно с нами и охотно заключили прежде всего военный союз на случай, если волнения в губернии выйдут на новый виток и их местами неадекватные соседи захотят под шумок пощипать их земли.

Следующие несколько дней прошли бодро и в рабочем режиме. Путевки в санаторий и билеты на поезд были уже куплены, наряды приобретены, чемоданы почти упакованы, так что оставалось дело за малым – убедиться, что всё работает, как часы, и во время нашего отсутствия ничего не случится. Понятно, что форс мажоры никто не отменял, но на этот случай Саша пообещал разобраться сам, ведь официально оставался на хозяйстве, хотя и с отлучками по делам тайной канцелярии, мы же всем большим семейством, включая даже профессора (и шестерых гвардейцев из числа охраны), уже в пятницу погрузились в вагон вип-класса и отправились на юга.

Ехали сутки, причем с максимальным комфортом. На вокзале в Сочи нас встретил персональный помощник, которого я тоже заказала заранее, и уже к полудню мы оформлялись в санаторий «Русь», который располагался на берегу Черного моря и имел собственный выход к пляжу, а так же очень удобно располагался относительно и других достопримечательностей города. Это и парки, и дендрарий, и концертные залы с музеями и театрами. В общем, если задаться целью, отдых можно сделать действительно незабываемым.

Были бы деньги!

К счастью, у нас они были и я не собиралась себе ни в чем отказывать, первым делом, естественно, отправив мужа на персональную консультацию к местному целителю, который расписал ему индивидуальную программу реабилитации. Остальных я тоже проконтролировала, не забыв и про Ванечку, которому прописали массаж ЛФК и лечебные ванны, кислородные коктейли, а так же индивидуальные занятия в бассейне с дельфинами. Мальчик буквально грезил этими удивительными животными и я лично проверила квалификацию тренера и адекватность самих дельфинов, прежде чем утвердила занятия.

Себе же я самолично прописала расслабляющий массаж и послеобеденный сон, ну а вместе мы по вечерам выбирались на набережную и просто гуляли, наслаждаясь лечебным морским воздухом, красивыми видами и обществом друг друга.

≡=

Фух! Едем на заслуженный отдых!

Глава 13

Шли дни…

Несмотря на обманчивое спокойствие, которое, казалось, окружило нас плотным коконом южной неги, я не забывала следить за столичными и мировыми новостями, держа руку на пульсе, и прекрасно знала, как резко возросло количество подозрительных случаев с гомункулами, которые начинали вести себя неестественно и не реагировали на приказы хозяев и принудительное отключение системы. При этом в большинстве случаев это были скорее курьезные поломки и «глюки», чем действительно опасные: кто-то мнил себя животным, кто-то зацикливался на одном-единственном действии, кто-то начинал петь, танцевать или декламировать стихи, причем не реагируя на внешние раздражители, но были и такие, кто проявлял условную агрессию, превращаясь в «одержимых». Без явных убийственных наклонностей, но мало кому приятно, когда твой ещё пять минут назад послушный гомункул вдруг начинает настойчиво тянуть тебя в определенную сторону, хватать на руки, кружить или исступленно целовать. На публике.

Сеть пестрела роликами, общественность негодовала, безопасники, инженеры и программисты сбивались с ног, пытаясь определить причину, а я поражалась масштабам бедствия, не понимая, как Саша умудрялся быть одновременно в десяти местах разом, потому что гомункулов глючило и в Москве, и в Брянской губернии, и в Тульской, и даже в Новосибирской, что вообще-то далековато друг от друга.

Загадка!

Сама я в это дело не лезла, меньше всего желая прогореть в мелочах, хотя и встречала парочку гомункулов на прогулке, они сопровождали своих хозяев. Но нет, я держалась. Тем более Саша пообещал, что разберется с этой проблемой сам.

Зачем портить развлечение повелителю?

Ну а когда к концу второй недели я немного заскучала, то просто отпросилась у супруга с самого утра на один день, переоделась в предусмотрительно взятую с собой форму, пристроила в заплечные ножны хопеш и отправилась в Пластунскую аномалию, где водились каменные черепахи и игложаберники.

Как и везде, где мы появлялись впервые, меня категорически не хотели пускать, ведь ко всему прочему я пришла на КПП аномалии одна, безо всякого сопровождения, так что пришлось не просто угрожать, цитируя законы, но и предъявлять доказательства того, что я – «та самая» Афина, ролики с которой стали уже довольно известны в том числе за пределами нашего региона.

К счастью, мужики оказались не совсем пропащими, хоть и заявили мне напоследок:

– Помрете – сами виноваты, ваше сиятельство!

Да-да… Иного и не предполагалось.

Ну а потом я, шагнув на территорию аномалии, первым делом разослала в разные стороны ветерок и только потом отправилась в самую гущу-чащу, чтобы сначала сбросить пар – так меня выбесила охрана на КПП.

Да, я выгляжу юной! Да, я женщина! Но, черт возьми, я не просто так пришла в аномалию! Не у ворот постоять! Когда уже окружающие поймут, что внешность – не показатель мастерства?

Моего мастерства!

И я начала убивать…

Один десяток игложаберников, второй, третий… Ближе к обеду и второй сотне меня немного отпустило и я, добравшись до территорий, где обитали каменные черепахи, сначала просто полюбовалась этими двухметровыми тварями, с досадой отмечая, что вручную тушу просто так до КПП не дотащить, а значит, опять придется изгаляться, затем внимательно осмотрелась и, не увидев толком ни одного приличного дерева, из которого можно было бы смастерить простейшую платформу, выразительно вздохнула и снова полюбовалась на черепах, плюхающихся на мелководье местного аномального водоёма.

Пожалуй… Устроим забег!

Так как черепашки были всё-таки аномальными тварями, а значит априори хищными, зубастыми и агрессивными (и не особо медлительными, кстати!), то я лишь нагло помелькала у них перед мордами, собрав в одну кучу десяток особей, а потом бодрой рысью и предусмотрительно прикрывшись энергетическими щитами от метких плевков обиженных тварей, потрусила в сторону КПП.

Когда кто-то из черепах решал отстать или вовсе прекратить преследование, я подстегивала их воздушными кнутами, нагло пробегая практически перед самой мордой, и тортиллы, негодуя с утробным ревом, снова бросались меня преследовать.

Когда до ворот оставалось не больше полусотни метров, я резко развернулась, выхватывая из-за плеч хопеш и, зловеще скалясь, пошла в контратаку, в считанные минуты порубав тварям головы.

Вуаля!

Ну а потом оставалось лишь выйти за ворота и, пообещав служивым доплату за «ма-а-аленькую» помощь девушке, пальчиком тыкнуть в свою добычу, чтобы помогли вынести. Не самой же горбатиться, правда?

– А… как⁈ – всё пытался понять старший сержант смены, когда его коллеги, кряхтя и надрываясь, выносили очередную черепаху за пределы аномалии, грузя в фуру, которая уже подъехала по первому моему звонку.

Груз отправлялся прямиком к господину Фельдштейну, с которым я уже тоже созвонилась и обо всём договорилась, включая то, что одну тварь мне оставят в качестве экспоната, ещё одну оставят для поделок, а остальных, так и быть, я сдаю в скупку.

– Вот такая я неотразимая, – усмехнулась загадочно. – Вы грузите, грузите…

Закончив в аномалии и убедившись, что водила меня не обманет и прямо сейчас двинется в сторону Москвы, чтобы доставить свой непростой груз по озвученному адресу, я вызвала такси и отправилась в санаторий. Как раз время полдника, успею!

Вот только… Стоило мне войти в номер, как первым, кого я увидела, был бледный до синевы Коля.

И тут же сердце пропустило стук, а я выпалила:

– Что случилось?

– Ваня… пропал, – на грани слышимости прошептал Евтушенко, судорожно хватаясь одной рукой за стену, а второй за грудь в районе сердца.

За его спиной с трудом сдерживала слёзы няня Юля, зажимая рот ладонью, и по девушке было видно, что вопросы задавать бесполезно. А Коле ещё и опасно…

Тут же метнулась к нему, первым делом окутывая его целебными энергиями именно в районе сердца, чтобы не шалило почем зря, и только спустя минут двадцать смогла выяснить подробности.

Ваня действительно пропал. Прямо из своей кровати, куда лег на сончас. У мальчика была своя комната, куда Юля уложила его на дневной сон, отойдя к себе на эти полтора часа, а когда пришла будить, то кровать оказалась пустой.

Естественно, сначала Юля подумала, что Ваня отошел в туалет или к отцу, и первым делом проверила эти свои догадки, но когда поняла, что в апартаментах ребенка нет, то рванула к Николаю и доложила о пропаже, а тут и я подошла.

– Успокоились все, – повторила я далеко не в первый раз, уже давно подправив выработку нужных гормонов в теле супруга, чтобы не шкалили адреналин и кортизол, а сердце работало в ровном ритме. – Я его найду. И похитителей найду. Выживут… никто не выживет.

Тут же выставила палец вверх.

– Кроме Вани.

После чего внимательно посмотрела на Евтушенко, уже давно уложенного в кровать, цвет лица которого немного выровнялся, но всё равно ещё не до конца.

И не знаю, как он понял, но тут же вскинулся:

– Не вздумай меня усыплять!

– Меньше всего я хочу, чтобы ты себя накручивал, – поморщилась. – Коля, ты меня знаешь. Я за вас всем глаз на жопу натяну. Особенно за ребенка. Не знаю, какой мудила до этого додумался, но они горько об этом пожалеют.

– Ну что за лексикон, Ева… – поморщился Николай, но при этом не прекращая крепко сжимать мою руку.

– Это ещё приличный, – хмыкнула, кривя губы. – В общем, давай так. Лежишь, расслабляешься. И ни о чем не беспокоишься. Если что, я на связи. Но лучше не звони, пиши. Панику не поднимать, остальным пока ни слова. Меньше всего мне нужны ваши массовые инфаркты.

– Прости…

– Перестань, – качнула головой, после чего склонилась и поцеловала в щеку, повторив лишь для него: – Всё будет хорошо, верь мне.

После чего посмотрела на трясущуюся Юлю, которая сидела тут же на краю диванчика и приглушенно всхлипывала, явно обвиняя во всём себя, качнула головой и сначала увела няню в спальню, и там уже усыпила. Так будет лучше.

Ну а потом, даже и не думая переодеваться и откладывать в сторону хопеш, потому что уже понимала – он понадобится в самое ближайшее время, я прошла в комнату Ванечки и внимательно изучила каждый сантиметр пространства, причем не только визуально, но и магией.

Отметила, что верхняя одежда и обувь на месте, а значит ребенка даже не одели. Одеяло скомкано, подушка примята. Записки с требованием не оставили. Дверь балкона приоткрыта…

Не торопясь выходить на него, прислушалась к докладу ветра, который сообщил о трех посторонних запахах. Трое, значит… То есть Юле ещё повезло, что её тут не было. Могли и убить, чтобы шум раньше времени не подняла.

Разложив все три запаха на молекулы и выяснив, что все трое – мужчины среднего возраста без каких-либо особых примет, только после этого вышла на балкон и осмотрелась снова.

Четвертый этаж… просто так с земли не перешагнуть. Маги? Или альпинисты? Или балкон – обманка и они вышли через дверь?

И снова я напрягла все свои магические силы, буквально облизав ветром перила и стены, после чего дернула бровью и протянула задумчивое «хм-м». А они изобретательны!

Зачем?

Проследив за запахом новым порывом ветра, я прикрыла глаза и потянулась сознанием в соседний номер уже по цифровым каналам. Судя по следам, похитители просто перелезли на соседний балкон, что в целом было логично. Не вниз же сигать с четвертого этажа!

При этом в соседнем номере я обнаружила лишь одно тело. Лет тридцати. Мужчина. Маг воздуха…

Даже и не думая повторять за незваными гостями, я спокойно вышла из наших апартаментов и безо всякого стука вошла в соседние, разблокировав электронный замок буквально одним касанием. Для мага моего уровня это было несложно.

Ну а потом, войдя в гостиную, где меня явно ждали, я внимательно изучила незнакомца броской итальянской внешности, который был одет с намеком на светский лоск – в льняные брюки и не до конца застегнутую белую рубашку, и в целом выглядел, как фотомодель с глянцевой обложки: рост под два метра, телосложение атлетическое, морда породистая, ухоженная, трехдневная щетина четко выровненная, чтобы это выглядело именно сексуально, а не абы как, и темно-карие глаза сверкают масляным блеском предвкушения.

– Добрый вечер, сеньора, – произнёс он мягким баритоном с легким южным акцентом и той самой сексуальной хрипотцой, которая должна была меня обезоружить с первого звука, причем я сразу почуяла, что в голос вложена магия. – Чем обязан столь внезапному визиту?

– Жить хочешь, бамбино? – уточнила я ласково, продолжая приближаться к мужику, аура которого начала отчетливо волноваться, когда он разглядел в моих глазах свою смерть.

– Не понимаю вас, сеньора…

– Окей, – хмыкнула. – Переходим на итальянский.

После чего довольно таки специфичным матом (но на итальянском!) поинтересовалась, где ребенок, и как это чмо хочет закончить свою бренную жизнь.

– Донна миа, – восхищенно пробормотал мужик, впечатлившись моими познаниями, но потом почему-то захрипел и засучил ногами.

Наверное, потому, что я сжала его шею воздушной петлей и впечатала в потолок.

Миндальничать я была совершенно не в настроении, как и впечатлять, теряя драгоценное время, так что уже через десять минут, потеряв полтора литра крови и пару сантиметров достоинства, Роберто любезно сообщил мне, что его парни, нанятые анонимным заказчиком за очень приятное вознаграждение, вынесли ребенка за пределы санатория, а он остался, чтобы передать мне послание, потому что заказчик был уверен – я быстро выйду как минимум на Роберто…

Вот только он не предупредил бедолагу Роберто, что беседовать я люблю с применением тяжких телесных повреждений!

Иногда даже насмерть.

Суть же послания заключалась в том, что, если я хочу увидеть мальчика живым, то должна буду проехать по определенному адресу и ждать дальнейших инструкций там. В ином случае мальчик умрет.

– И почему все красивые мужики такие говнистые, а? Вот скажи мне, бамбино? Тебе чего в жизни не хватало, что на скользкую дорожку ступил? Морда же смазливая. Устроился бы где-нибудь стриптизером, бабки бы приличные сшибал… – ворчала я, раздумывая над тем, убить этого идиота или татуировку забацать, чтобы жил по совести. – Так нет, решил, что самый умный и способный…

Наивно думая, что я сама себя отвлекла разговорами и не контролирую обстановку, Роберто собрал все свои силы в один магический удар, но тот стёк по моему энергетическому щиту, а в следующую секунду я просто сломала ему шею.

Иного не заслужил.

После этого, найдя его коммуникатор, я испепелила и мужика, и всё, что хоть как-то намекало на то, что он существовал ещё недавно, и с определенной долей усилий, но вскрыла его персональный гаджет. Мне просто было нужно!

Увы, толковой информации по моему делу там было ноль, заказ поступил через анонимайзер и отследить его было невозможно.

Что ж… Пойдем долгим, но гораздо более кровавым путем.

Видят боги, я этого не хотела!

Уничтожив и коммуникатор, уже через несколько секунд я выходила из чужого номера, попутно подчищая цифровые следы с камер, чтобы никто не предъявил мне то, что я в принципе заходила в гости, после чего вызвала такси и отправилась по указанному адресу, который находился в одном из поселков, во множестве окружающих Сочи.

Я догадывалась, что Вани там нет и скорее всего он совершенно в ином месте, причем даже не там, куда уехали похитители, ведь их задача состояла в том, чтобы выкрасть и передать мальчика третьим лицам, что они и сделали практически сразу, так что сейчас он мог быть где угодно.