Текст книги ""Фантастика 2026-125". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Елена Кароль

Соавторы: Георгий Лопатин,Антон Емельянов,Сергей Плотников,Адель Хайд,Наталья Калинина,Сия Стриж,Павел Смолин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 345 (всего у книги 348 страниц)

⁂

Он крепко прижал Анфису к себе, зарылся лицом в ее остриженные волосы и счастливо выдохнул. Какой же невыносимо бесконечной оказалась разлука! Молчание – страшнее смерти. И поэтому сейчас, крепко обнимая свою «пташку» – наяву, а не в снах, которые, с рассветом тая, оставляли горчащий привкус обмана, Роман чувствовал себя так, будто вышел на свет из темного царства мертвых.

… Там, на трассе, эффектный «расстрел» устроили им люди Ягуара. Романа с Анфисой увезли два охранника, а оставшиеся остались и дальше разыгрывать «шоу» – со взрывами, огнем, пиротехникой и холостыми выстрелами, имитируя «почерк» не столько людей Меринова и еже с ним, сколько размах Шестакова.

Когда их увозили подальше от этой трассы, Анфиса полдороги потрясенно молчала, а потом полдороги рыдала. Роман утешал ее молча, припасая все слова для Ягуара. И поэтому когда Олег лично встретил их в чужом полупустом доме, заорал на друга прямо с порога:

– Предупреждать же надо было!

Олег дал ему выпустить ярость, помог успокоить Анфису, а потом обстоятельно объяснил, что в последний момент пришлось переиграть планы, потому что Романа с Анфисой в аэропорту уже поджидали. Им не дали бы улететь, потому что их караулили.

– Вас перестанут искать только в одном случае – если вы умрете. Времени и возможности предупредить не было, Ром. Но я готовил и такой сценарий.

– Задействовать столько людей, устроить такой шум, подобрать два подходящих… тела! Ты это всерьез, Ягуар?! Это слишком сложно!

– Мои ребята еще и не такое умеют, – с гордостью ответил Олег. – А знакомые у меня есть и в моргах. Невостребованные тела подобрали как нужно и быстро.

– Ягуар, иногда я тебя боюсь, – настороженно произнес Роман. – Ничего о тебе, выходит, не знаю.

– Я тоже не все о себе знаю, Ром, – засмеялся Олег. Но тут же оборвал смех и деловым тоном продолжил:

– На опознание от Анфисы поедет Данила. Нервы у него должны быть крепкие. К твоей матери, Ром, я съезжу сам и прямо сейчас. А потом рвану к Нурии. Дай мне ее телефон. Ника Сосновских уже готовит новость-«молнию» в нужном ключе. Все на мази! Вам только остается отсидеться, а потом уехать.

Роман в ответ только разрядился ругательствами. Ладно он сам, но Анфису же можно было предупредить?!

– Так что лично от тебя передать матери? – невозмутимо спросил Олег. И Роман, сдавшись, попросил сказать, что взял из коллекции одного солдатика.

Уезжали они с Анфисой порознь. Роман уехал почти сразу после «гибели» – все подготовить. Анфису же долго скрывали, готовили ей документы, выжидали, пока шумиха, связанная с ее «смертью», пойдет на спад. И все это время они не могли даже связаться. Олег командовал парадом, и они вынуждены были ему подчиниться.

… Анфиса так крепко вцепилась ему в спину, что Роман чувствовал ее ноготки даже сквозь ткань поло. Но он не торопился высвобождаться из ее объятий, хоть рядом с машиной топтался, смущенно улыбаясь, Рауль, а в открытую калитку выкатился лохматым клубком трехмесячный щенок. Анфиса сама разжала руки, подняла заплаканное лицо, на котором теперь сияла счастливая улыбка, и выдохнула:

– Ну, здравствуй!

Роман пригласил в дом и друга Анфисы, но Рауль тактично отказался, сказав, что его уже ждет жена. Прежде чем уехать, взял с Анфисы и Романа обещание приехать в гости. Отсалютовал на прощание двумя короткими гудками и умчался.

– Добро пожаловать… в наш дом. Надеюсь, тебе понравится, – сказал Роман с плохо скрываемым волнением. Понравится ли ей? К приезду Анфисы он постарался все обустроить, но вдруг не угадал с ее вкусами? Вдруг она скажет, что…

– Здесь прекрасно! Эти цветы! Лимонное дерево! Солнце! И… А это кто?

Она наконец-то заметила юлившего у их ног щенка.

– А это нарушитель спокойствия, уничтожитель дивана и всего, до чего можно дотянуться. Должен вырасти в крупного и сурового с виду зверя, но доброго в душе. В общем, это… друг, который немного скрасил мне одиночество и не дал заскучать. Знакомься – Йошка.

– Йошка? – спросила Анфиса.

– Йоши, как персонаж компьютерной игры, – пояснил Роман, и Анфиса засмеялась:

– Понятно, как ты проводил здесь время!

– Ага! Резался в игры! Помимо ремонта, обустройства сада и моих попыток на паршивом испанском добиться от коммунальных служб воды, света и газа, – в ответ засмеялся Роман. Он подхватил сумку, обнял Анфису и повел ее дом. Щенок побежал следом, путаясь у них под ногами и от радости кусая им кроссовки.

– Я вернулась домой, – сказала Анфиса, когда вошла в прихожую. – Я его долго повсюду искала. А он – здесь. С тобой.

Адель Хайд
Хозяйка Северных гор

Пролог

Маргарита Павловна Горячева в свои пятьдесят восемь лет выглядела максимум на сорок пять. Может генетика, может природная энергетика, кто его знает. В Урюпинске, где Маргарита Павловна прожила всю свою жизнь, никто не заморачивался такими вопросами.

В городе её знали и кто-то с уважением, а кто-то с восхищением, называли «королевой Марго», а те, кто злился или завидовал «колбасная королева». Маргариту Павловну устраивали оба варианта. Она действительно была «колбасной королевой» и этого не стеснялась.

Маргарите Павловне принадлежал Урюпинский мясокомбинат, где выпускалась продукция под брендом «Деликатесы Урюпинска» и буквой «М» на товарном знаке.

Когда-то Маргарите Павловне пришлось стать сильной ради сына. Когда развелась с мужем, который позволил себе распускать руки, и ради себя, с незаконченным высшим и бухгалтерскими курсами. Сделала себя сама, теперь вот и губернатор приезжает, уговаривает расширяться. Вот только не хочется ей.

Сын выучился, уехал в столицу, женился, двое внуков. Вот только стесняется её. Конечно, у жены-то родители образованные, отец профессор, мать тоже где-то преподаёт. А она так и не получила высшее образование, всё что сделала на смекалке, хитрости и житейской чуйке.

От денег, правда, сын с невесткой не отказываются, ну а ей только в радость сыночке помочь. На квартиру надо? Бери конечно, мамка заработает. Машину Оленьке, жене, детишек на занятия возить, да не вопрос!

Ей одной куда столько. Хотя здоровье хорошее, никогда ни на что не жаловалась. Ну так простуда иногда. Так простуда у всех. Вот и сейчас началась слякотная погода и подхватила какой-то лёгкий вирус. Что-то покашливать начала.

Домой после работы еле доехала, слабость, может температура. Выпила две таблетки парацетамола.

«К утру всё пройдёт,» – подумала, а ночью неожиданно проснулась от резкой боли в груди и поняла, что не может дышать.

Днём, пришедшая убираться женщина, которая помогала Маргарите Павловне с уборкой и цветами, нашла хозяйку. Вызванная скорая диагностировала смерть женщины, произошедшую между двумя и четырьмя часами ночи. Причиной назвали напряжённый пневмоторакс.

Глава 1

Я открыла глаза. Ощущения были непривычными.

Сделала вдох и поняла, что…проспала. Резко вскочила и увидела, что вокруг не моя квартира, а какое-то большое помещение, на стенах то ли ковры, то ли…гобелены, откуда-то всплыло название. Да и сама я накрыта не мягким одеялом в белоснежном пододеяльнике, а непонятной тряпкой серого цвета, правда судя по фактуре тряпка была шерстяная.

С молодости ещё мне нравилось именно белое постельное бельё, а не цветное. А уж после девяностых, как стали появляться комплекты сатиновые, так я только такими и пользовалась.

Пощупала рукой шерстяную тряпку и вдруг поняла, что рука-то не моя. У меня руки были хоть и ухоженные, а всё же возраст брал своё и пятнышки пигментные и кожа уже не упругая. А здесь ручка изящная, хоть и без маникюра, белая, кожа молодая.

Я осторожно встала с кровати. Всю себя я не видела, но ощупала лицо, волосы длинные. У меня тоже были не короткие, всю жизнь делала она одну и ту же причёску, большой пучок на затылке. Удобно, и в салон-то только ходила, когда седина сильно вылезала.

Лицо узкое, судя по форме сердечком, уши маленькие, нос не большой, но и не маленький, шея длинная, грудь есть, небольшая, но упругая. Подтянула рубашку, живот плоский, похоже не рожавшая, ноги стройные, стопы маленькие, аккуратные.

«Значит роста небольшого, – сделала я вывод, и подумала, – странно, вроде не бедная, вон ковёр на полу, гобелены, кровать большая, а что-то никого нет.»

Внезапно вспомнила про резкую боль в груди, как задыхалась, как вдруг сильно-сильно, просто невыносимо как сильно, захотела жить. Вспомнила, как мелькнуло в голове: – «Где угодно, кем угодно, как угодно, только бы жить».

Подошла к узкому окну, снова откуда-то появилась мысль: – «В замках делали узкие окна, чтобы сохранить тепло»

Выглянуть далеко не удалось, настолько узким было окно, но мне хватило.

Я увидела не то, что обычно видела из окна своей квартиры.

То здание, в котором я находилась, явно стояло на холме, потому что видимость была отличная: видно было лес, реку, в реке отражалось солнце, здесь было лето, а не осень. А вот, что под окном, находящемся, кстати не ниже четвёртого этажа по высоте, ничего разглядеть не удалось.

Иногда вечерами я позволяла себе прочитать книгу. Телевизор я не любила, а вот книжечки читать мне нравилось. Очень мне нравились свои, авторы-женщины, то, как они пишут, расписывая сказочные приключения. Никому не признавалась в этом своём хобби, неловко было. Такая вся из себя деловая «колбасная королева», а сказки читает.

А что делать, если личная жизнь не очень сложилась. Второй раз замуж я не вышла, из-за сына приводить мужчину в дом не захотела, так было несколько романов, а потом я эту тему для себя закрыла. Но в книгах любила почитать про то, как в другом мире женщина устраивается, находит любовь и своего мужчину.

«Да не может быть,» – не удержалась я и произнесла это вслух. Голос был мелодичный, хотя и несколько хрипловатый со сна, и пить очень хотелось. Акустика в помещении была шикарная, потолки были высокие, сводчатые и звук от них отражался очень хорошо.

…быть…быть, – прозвучало в ответ и в этот момент я услышала, что кто-то подошёл к двери.

Я быстро запрыгнула обратно на кровать и прилегла, накрывшись серым пледом и прикрыв глаза.

* * *

Судя по шагам в комнату, вошли двое или даже трое, а по шелесту ткани, скорее всего женщины.

– Спит? – раздался женский голос

– Да померла она, не дышала, я и зеркальце подносила, не помутнело даже, – ответил ей другой, говоривший попроще, с подобострастными нотками.

– Ну, если померла, – немного передразнивая вторую, как мне показалось, сказала первая женщина, – то всем будет легче. Ушла вслед за мужем и всё тут.

Я подумала: – «Значит всё-таки двое, а ещё и обрадовались, что я померла. А я и не померла вовсе»

Хотела ещё полежать и послушать, но тут, как назло, в носу у меня зачесалось, и я чихнула.

Пришлось открывать глаза и подниматься.

Ничего не говоря, я посмотрела на женщин, которые с изумлённым выражением на лице застыли неподалёку от кровати. Одна была повыше, одета в богатое, из яркой ткани, синее, вышитое каким-то совершенно фантастическим узором платье, на голове голубая, в тон платью, полупрозрачная накидка, закреплённая обручем, на шее у неё было колье, из крупных камней. Вторая женщина была в скучного цвета сером платье, украшений на ней не было, на голове был белый чепец.

На лице женщины, одетой победнее, изумление смешивалось с ужасом, и она будто бы пыталась спрятаться за госпожу.

Богато одетая женщина быстро справилась с эмоциями и улыбнувшись, спросила:

– Как вы себя чувствуете леди Маргарет?

И заметно пнула вторую:

– Сенди, приветствуй леди

Как я и думала, вторая оказалось служанкой, она вышла из-за госпожи и поклонилась.

– Пить хочу, – сказала я, только что узнав, как меня зовут.

Сенди сразу же метнулась и принесла кувшин, который оказывается стоял здесь же, на столике у окна, а я его, видимо, не заметила

Налила мне какой-то мутной жидкости в металлический бокал.

– Что это? – спросила я своим обычным тоном, который в соединении с нежным голосом леди Маргарет, – звучал не так по-командирски, как обычно.

Сенди поклонилась и сообщила:

– Как обычно, леди, вода с вином

Делать нечего, пить хотелось, пришлось глотать, и с каждым глотком я всё больше убеждалась, что я попала в какую-то средневековую сказку.

Утолив жажду и немного захмелев, потому что в груди стало тепло, я посмотрела на так и стоявшую у дверей женщину и спросила наобум, подумала, что, если что поправят:

– Где мои слуги?

– Я отправила их на кухню, – сообщила мне, судя по всему, другая леди, и пояснила, – кухарка не справляется, с нашим приездом работы прибавилось

– Пришлите кого-то мне надо одеться, – сказала я

– Леди Маргарет, вам поможет Сенди, – ответила мне женщина и ещё раз повторила свой вопрос:

– Как вы себя чувствуете леди Маргарет?

Я подумала, что неспроста она так беспокоится о моём здоровье, что-то здесь не так. Так оно и вышло.

Стоило мне сказать, что чувствую себя нормально, как леди улыбнулась в два раза шире, чем до этого, и «пропела»:

– Пойду передам эту чудесную новость Его сиятельству эрлу Эссексу. Он повелел, как только вы придёте в себя и почувствуете себя хорошо, собираться в дорогу, чтобы добраться до вашего замка пока погода хорошая.

С этими словами она слегка склонила голову и быстро вышла, оставив меня с Сенди.

* * *

Сенди стояла, опустив глаза.

– Сенди, – позвала я её, женщина подняла голову, и я заметила, что она так и смотрит на меня с опаской.

– Ты что меня боишься? – спросила я у неё

Она замотала головой:

– Нет, что вы леди

– Тогда помоги мне, я хочу в туалет и умыться, – сообщила ей

И, видимо, это женщину успокоило. Зомби ведь не хотят в туалет. Сенди выскочила в дверь и вскоре вернулась с горшком в руках.

– Вот, я утром к вам заходила и выносила, – радостно сообщила мне Сенди

После этого мне принесли таз с водой, и я смогла умыться. Вспомнила своё детство, когда ещё были живы мои родители и бабушка, и мы ездили к бабушке в домик, в деревню, километров сто от Урюпинска, небольшая деревня в шикарном месте, на Волге. Ни электричества, ни газа, ни водопровода.

И вот так же, ведро для нужд, умывальник с железным затвором. Но, видимо, потому что я тогда была ребёнком, от этих воспоминаний на меня накатило ощущение счастья.

Увидев, что женщина, пока помогала мне умываться и одеваться, немного успокоилась, я решилась спросить у неё:

– Сенди, а что произошло, почему эрл повелел, что я должна уехать?

– Ой, леди, да что вы, не помните? – взмахнула руками Сенди, и добавила, – у меня у мамки такое было, когда отец-то мой не вернулся с охоты, так она убивалась, а потом утром проснулась и спрашивает: «А где отец-то ваш? До сих пор не вернулся?».

Посмотрела на меня жалостно. Сколько ей было лет, трудно было сказать, но девушкой её назвать язык не поворачивался. Но и старой она не была.

– Сенди, ты о чём? – переспросила я окрылённая, что Сенди мне «помогла» обосновать мою амнезию.

И Сенди мне рассказала, что мой супруг эрл Уильям Эссекс умер от лихорадки.

– Сгорел за три дня, – горестно сдвинув брови проговорила Сенди, – да и вы слегли. Почитай и похороны без вас прошли, уже и после похорон три дня прошло. Я-то сегодня утром зашла к вам за горшком, а вы лежите прямая, как стрела, руки-то у вас вытянуты вдоль тела, лицо будто у куклы…и не дышите.

Сенди даже показала, вытянувшись и выпрямив руки продолжила:

– Я-то ваше зеркальце взяла, вот, – и Сенди достала из кармана, небольшое зеркало в раме на ручке и протянула мне, – и поднесла вам к лицу-то, а оно даже не запотело и пошла я за леди Эссекс

Я взяла у служанки зеркало и с интересом посмотрела на себя, служанку это почему-то обрадовало:

– Вот и хорошо, леди, когда женщина-то начинает на себя любоваться, значит снова жить-то хочет, так мамка моя говорила.

– Мудрая женщина была твоя мать, – решила я похвалить Сенди, потому как информации катастрофически не хватало.

И здесь в животе у меня заурчало.

– Ой, леди, что-то мы с вами заболтались, – воскликнула Сенди, давайте уже я вас одену, и сбегаю вам завтрак принесу

– Сенди, ты сначала доскажи мне, а то я никак не могу вспомнить, почему я должна уехать, – настояла я, подумав, что сейчас Сенди убежит, а потом вдруг уже не представится возможности поговорить.

Оказалось, что замужем я была год, детей у нас с мужем не случилось и теперь эрлом стал его младший брат. А я осталась с титулом леди Маргарет и вдовьей долей. А вдовья доля – это замок где-то на Севере страны в горах. Вот такое вот наследство.

* * *

– Сенди, а ты служишь леди Эссекс? – спросила я

– Ну так-то я служу в замке, вот когда эрл наш был жив, то и вам прислуживала, а теперь-то вы уедете, значит буду леди Эссекс служить, – сказала Сенди, и добавила, – вы уж не обижайтесь, леди, а только куда мне ехать-то, здесь я всю жизнь прожила, здесь и останусь.

Сенди помогла мне надеть льняную камизу и сверху платье. Моё платье было чёрного цвета, тоже с вышивкой, вышивки было чуть меньше, но она тоже была очень красивая. Я провела рукой по узорам.

Сенди заметила, сказала:

– Это только в нашем замке вышивальщицы так делают, старинные обережные узоры. Для вдовьего платья ничего, на вдовье такую вышивку можно.

Сенди расчесала мне волосы, которые были насыщенного каштанового оттенка, в красноту.

Пока она меня расчёсывала я периодически заглядывала в зеркало. Кожа у меня была светлая, почти белая, и что удивительно, посмотревшись в зеркало веснушек на лице я не заметила. Необычно.

На голову мне Сенди надела белую вуаль, объяснила, что вуаль вдовья белая, и закрепила её головным обручем.

– Леди, давайте я сбегаю на кухню, принесу вам еды, – почти взмолилась Сенди и наклонилась, чтобы взять горшок, который накрыли крышкой и поставили под кровать.

– А горшок тебе зачем, – поинтересовалась я

– Так по дороге вылью, – бесхитростно заявила мне средневековая женщина.

И я поняла, что здесь я умру от дизентерии.

– Нет Сенди, давай ты сначала принесёшь мне еду, а потом вынесешь горшок, – сказала я

По лицу Сенди было заметно, что ей не очень-то хотелось несколько раз туда-сюда бегать, но я просто не смогла бы есть зная, что еду мне понесут теми же руками, что и мой горшок.

Сенди не было довольно долго, я ещё выпила немного воды с вином. Начала болеть голова.

«Скорее всего от голода и от этого странного напитка,» – подумала я, вспоминая, какие есть способы, чтобы обезопасить воду. Но ничего, кроме кипячения, не приходило на ум.

Наконец-то пришла Сенди и принесла довольно большой поднос. Вместе с ней пришла ещё одна девушка. Выглядела она гораздо моложе и в руках у неё тоже был поднос с едой.

«Это всё мне?» – подумала я и настроение улучшилось, потому что пахло прекрасно. Запах свежевыпеченного хлеба был таким приятным, что им хотелось дышать и дышать.

Служанки всё расставили на стол. Я подумала, что как-то странно и спальня, и столовая всё у меня здесь в одном помещении, но позже я узнала, что на самом деле мои покои заняла новая леди Эссекс, а меня, пока я была в беспамятстве перенесли в одну из гостевых комнат.

После того, как на стол было всё расставлено, Сенди что-то сказала девушке, и та полезла под кровать. А я подумала, что Сенди весьма практичная особа, и непросто так притащила с собой девицу и так много еды. Зато теперь ей снова не придётся бежать вниз, чтобы опорожнить горшок, а потом обратно.

Но меня больше порадовало, что руки у Сенди может и не такие чистые, но по крайней мере сейчас на них ничего «лишнего» не будет.

Из всего принесённого с удовольствием и без опасения можно было есть хлеб, яйца, был ещё жареный окорок, но мне показалось, что он не до конца прожарен, и я не рискнула есть недожаренную свинину. Про мясо я знала, если не всё, то многое.

Овощей не было, зато было несколько яблок.

Когда я закончила, Сенди с сожалением на меня посмотрела и сказала:

– Вот зря вы мясо-то совсем не едите, силы-то откуда брать?

Я решила, что Сенди должна знать про опасность, связанную со свининой, и сказала:

– Сенди, а мама тебе не говорила, что недожаренную свинину есть опасно, я поэтому не стала и тебе не советую.

Сэнди, которая, видимо, собиралась доесть за мной свинину несколько приуныла, но когда увидела, что ещё остался хлеб и яйца, то, дождавшись, когда я отойду от стола, радостно прихватила себе несколько яиц и хлеб, и устроилась на маленькой скамеечке.

Вскоре за мной пришли.

Глава 2

Пришла хорошо одетая женщина, но без украшений и поклонившись, именно поклонившись, а не слегка кивнув, как перед этим делала новая леди Эссекс, пригласила меня на встречу с эрлом Эссексом.

– Ведите, – сказала я

Дама взглянула на меня с удивлением, а вот Сенди прошептала:

– Эта ваша бывшая фрейлина, леди Ярон

Я подумала, что так мне ничего узнать и не удалось, кроме того, что я вдова, и у меня есть свой замок.

Но делать было нечего, мы уже шли по анфиладам* замка, спустившись примерно на два, а то и на три уровня вниз.

(*Анфила́да – ряд последовательно примыкающих друг к другу пространственных элементов, проёмы которых расположены на одной продольной оси)

Пройдя несколько помещений, мы свернули из основного коридора, и вскоре подошли к небольшой зале, из которой слышались голоса.

Леди Ярон прошла вперёд и кивнула слуге, стоявшему у дверей. Двери распахнулись, и я прошла в зал.

В этом зале были два довольно больших для замка окна, перед окнами стоял стол, за которым сидело около десятка мужчин.

Заметив меня, все они встали, кроме одного, того, кто выглядел достаточно молодо, но на голове у него было что-то вроде короны, обруч с камнем посередине.

«Наверное, это и есть новый эрл Эссекс,» – подумала я

– Леди Маргарет, – произнёс он, – я рад, что вам стало лучше.

– Леди Эссекс, – добавил он с видимым удовольствием произнеся имя, – сообщила мне, что вы готовы выехать.

Присядьте, – показал он мне на одно из свободных мест, которое находилось между двумя мужчинами, один из которых весьма откровенно разглядывал меня, совершенно не стесняясь.

Леди Эссекс сидела здесь же, и мило улыбалась.

– Прошу прощения эрл Эссекс, – сказала я, – я не голодна.

Я оглянулась на леди Ярон, интересно, догадается она, что мне нужен стул. Леди Ярон догадалась, и слуга поставил мне стул, я присела. Вслед за мной мужчины тоже расселись на свои места за столом.

– Я, с одной стороны понимаю, что вы хотели бы уехать и добраться до своего замка, пока не испортилась погода, – начал эрл Эссекс, – но, с другой стороны, может вам стоит задержаться на несколько дней, собраться, всё-таки вы уезжаете отсюда навсегда.

Возможно, эрл каким-то образом пытался показать другим, что он ни в коей мере не гонит бедную вдову, но если уж она сама решила, то «кто он такой», чтобы её останавливать.

Но бедной вдовы здесь больше не было, а была я, «колбасная королева». Поэтому я и сказала:

– Благодарю вас, эрл, я буду рада воспользоваться вашим гостеприимством ещё какое-то время. Надо подготовиться к поездке, вы правы.

И увидела, как недовольно поджались губы на красивом лице леди Эссекс.

Эрл же только благосклонно кивнул.

После этого короткого разговора я попросила у эрла возможность вернуться в свою комнату и получив разрешение, встала, вслед за мной вскочили и остальные мужчины.

Сделав небольшой поклон, который я подсмотрела у леди Эссекс, я вышла. Перед этим попросила леди Ярон проводить меня.

Но не успели мы свернуть в анфиладную галерею, как нас нагнал тот самый мужчина, который бесцеремонно меня разглядывал.

– Леди Маргарет, – обратился он, буквально перегородив нам с леди Ярон дорогу.

– Что вы себе позволяете, барон Шрус? – строго спросила леди Ярон

– Простите леди, – сказал барон, пристально глядя на меня, – мне надо поговорить с леди Маргарет, наедине.

И так он это сказал, что я поняла, что мне не надо с ним говорить, вот совсем не надо и оставаться наедине тем более.

Так я и сказала:

– Нам с вами не о чем говорить, барон Шрус, пропустите нас

Поскольку леди Ярон уже махала охране, которая поспешила к нам из другого конца коридора, барон Шрус отступил, но, прежде чем уйти он сказал:

– Моё предложение в силе, леди Маргарет, вам не обязательное ехать в Северные горы.

Мы с леди Ярон, не оглядываясь быстро пошли вперёд. Когда мы отошли на большое расстояние, то стали идти помедленней и леди Ярон сказала:

– Леди Маргарет, простите меня, я приняла предложение леди Эссекс стать её фрейлиной. Вы знаете, что денег у моей семьи нет. А вам нечем будет мне платить, да и…

Леди Ярон запнулась, но всё-таки договорила:

– В вашем замке, вам вряд ли понадобятся фрейлины. Но хочу вас предупредить, чтобы вам не предлагал барон Шрус, не соглашайтесь.

Дальше мы шли молча. Я молчала, потому что мне хотелось задать леди Ярон много вопросов, а почему молчала леди я не знаю, но скорее всего ей было неловко, что она остаётся здесь, а я вынуждена уехать куда-то в Северные горы, да ещё и в замок, где мне «не понадобятся фрейлины».

* * *

Леди Ярон проводила меня до комнаты. Когда мы зашли там не было никого из слуг и «моя» бывшая фрейлина, прикрыв дверь сказала:

– Леди Маргарет, не доверяйте слугам, большинство сейчас сделают многое только, чтобы остаться на своих местах здесь в графстве.

Я внимательно посмотрела на женщину:

– Почему вы мне помогаете?

– Я жалею вас, когда-то мне никто не помог, и я теперь я вынуждена жить приживалкой, но у вас есть шанс, вы молоды, вам только семнадцать. Возможно, это хорошо, что вас отправляют отсюда, а не выдают снова замуж. У вдов больше свободы. Вы сможете сами распоряжаться своей судьбой, – проговорила леди Ярон, и наклонившись ко мне ближе, прошептала:

– Не забудьте потребовать причитающиеся вам деньги. Правда там немного. Вы всего год были замужем. И драгоценностей у вас немного. Но они есть, только ваши, не родовые.

Потом прислушалась у чему-то за дверью, хотя мне ничего не было слышно и снова шёпотом проговорила:

– Заберите тэнов вашего мужа и его духовника, отца Давида. Попросите нового эрла Эссекса, он вам не откажет. Только сами попросите, не передавайте через его супругу.

Только леди Ярон договорила, как дверь распахнулась и комнату вошла Сенди с ещё одной девушкой. Обе, увидев меня и леди Ярон, низко поклонились.

Леди Ярон поклонилась мне и, пробормотав: – «Прощайте», ушла.

Как только за леди Ярон закрылись двери, Сенди сразу заговорила:

– Леди Маргарет, нас с Кати прислала леди Эссекс, сказала, что вам надо помочь собраться. Вы не переживайте мы вас сейчас мигом соберём.

А я стояла и думала: – «Что же не так с этой леди Эссекс, ведь она слышала, как эрл, её супруг, разрешил мне не торопиться. Почему она стремится меня выставить?»

Вслух же сказала:

– Сенди, я разговаривала с эрлом, и мы с ним решили, что я могу не спешить, мне нужно ещё некоторое время, чтобы прийти в себя и собраться.

Я внимательно посмотрела на пронырливую женщину, которая точно своего не упустит и сказала, специально, понимая, что леди Эссекс эту информацию получит очень быстро:

– Мне нужно подумать и проверить, что мне может понадобиться в новом месте, и только тогда я дам указание собираться.

И пока Сенди не убежала к леди Эссекс, добавила:

– А сейчас отведи меня к отцу Давиду

Я решила, что если отец Давид тоже хочет уехать, то он может стать моим союзником. Если честно, то я не знала, что там было с церковью в Англии. Откуда бухгалтерше из Урюпинска знать такие вещи?

Помнила только, что в любом случае, в средние века, лучше «дружить» с церковью, а уж тем более иметь своего духовника.

Пока шли, размышляла о том, как получилось, что я, простая, не очень хорошо образованная и, в общем-то, кроме своего небольшого мясокомбината, ничем не выдающаяся женщина, получила такой подарок. Да ещё и совершенно в другой стране.

И вот что странно, мне казалось, что думаю я на русском, а говорю точно на английском, но почему-то у меня не возникало никакого диссонанса. Я будто бы впитала в себя новый язык и присвоила его.

Я всегда была благодарна всему, что давала мне судьба. И сейчас тоже, совершенно необычная ситуация с «попаданием» казалась мне именно что подарком. Главное, жива, здорова, остальное приложится.

Отец Давид жил в самом низу замка, в небольшой комнате. Я постучала, из-за двери раздался мужской голос, причём мне показалось, что звучал он молодо, но когда я вошла и увидела сидящего на стуле отца Давида, то поняла, что я его до Северных гор не довезу.

Внутри было аскетично, никаких личные вещей, казалось, выйди старик сейчас, и станет похоже, что в комнате вообще никто не живёт. Комната больше напоминала келью в монастыре.

Отец Давид был очень стар, седая голова, морщинистое лицо, по-старчески сутулый. На нём была тёмно-коричневая ряса, подвязаннная верёвкой. Я такие видела в старых французских фильмах.

Увидев меня, старик улыбнулся:

– Леди, вы пришли

И закашлялся

«Точно не довезу» – ещё раз пришла в голову мысль

Видимо, я сделала что-то не так, как обычно, старик немного нахмурился и спросил:

– Дитя моё, что-то случилось?

Я отослала Сенди, наказав ей дожидаться за дверью и подошла ближе к монаху. Пахло от него не очень, но делать нечего, возможно пока он мой единственный союзник.

* * *

– Леди Эссекс настаивает, чтобы я уезжала как можно скорее, – начала я, а я только сегодня утром пришла в себя, всё словно в тумане, и я даже не помню, когда умер мой муж. Хорошо, что леди Ярон подсказала мне, что я могу прийти к вам и получить совет.

Монах, несмотря на возраст, слабоумным не выглядел, наоборот, взгляд у него был цепкий, глаза умные.

– Бедное дитя, – проговорил монах после небольшой паузы, – я слышал о таком. И я хотел бы поехать с тобой.

И старик поднял руку, а я поняла, что встать ему тяжело, а мне подойти и склониться, подставив голову по благословляющую ладонь, гораздо проще. Что я и сделала, и это, видимо то, что обычно делала моя предшественница, потому как старик привычным жестом положил руку мне на склонённую голову и что-то пробормотал. Я встала, но креститься не стала, просто не знала как, но старик ничего не сказал.

– Я была бы рада, если бы вы поехали со мной, но я слышала, что дорога далёкая и сложная, – я действительно переживала.

– Не бойся, дитя, я крепче, чем выгляжу, – ответил монах и подмигнул.

– Ещё понимаю, что надо собраться, но совершенно растерялась, что я могу взять из замка с собой и кого из людей мне брать, – попросила я отца Давида

– Тэнов* своего мужа возьми, их осталось около десяти человек, по поводу того, что забрать из замка, найди Терезу, пока ты болела, я слышал, что новая графиня Эссекс выгнала её из замка, но она не могла уехать далеко, денег ей не выдали, – сообщил мне старик

(*Титул «тэн» использовался с восьмого века для обозначения представителей военно-служилой знати)

Я поняла, что пока я болела, в замке прошла «чистка», и тех, кто оставался верен прошлой госпоже, выгнали без сожаления. Но таких было немного. Отец Давид рассказал мне ещё про мою личную горничную, Мэри, которая теперь на кухне на грязных работах и про старого управляющего, которого заменили на своего.