Текст книги ""Фантастика 2026-125". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Елена Кароль

Соавторы: Георгий Лопатин,Антон Емельянов,Сергей Плотников,Адель Хайд,Наталья Калинина,Сия Стриж,Павел Смолин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 240 (всего у книги 348 страниц)

Но и торопиться не хотели. Обсудив вопрос с капитаном, я передал Элейн информацию только о трех следующих точках нашего маршрута. Она заверила, что глава Ктщ непременно нагонит нас в одной из них. И нам хотелось дать ему на это время: если бы он согласился сотрудничать с Землей, это решило бы проблему обороноспособности нашей планеты одним махом. Поэтому решено было задержаться в первой же системе, системе туристической Живой планеты, как в самой безопасной.

У Живой планеты не было ресурсов, которые интересовали бы другие развитые расы, кроме информации, которой она и так делилась весьма охотно – и за плату, что никому не представлялась чрезмерной. Поэтому, хотя в этой системе можно было ждать плотного трафика, мало было шансов вляпаться в конфликт. Так что мы собирались держаться подальше от оживленных «торговых путей» и вообще не встревать. А особо любопытным, сетующим на то, что такой шанс пропадает, капитан Сурдин посоветовал еще раз пересмотреть видео боевого столкновения с Гигантоманами.

В общем, именно в этом состоял наш план. Пока Живая планета не начала обстреливать нас грибами.

* * *

Я как раз находился на своем рабочем месте – в нашей научной секции. Помогал Талассе с картированием звездного неба. В этот раз нам не так повезло: хотя мы торчали в этой планетной системе уже три дня, нам пока не удалось сопоставить ближайшие звезды ни с одним участком звездного неба, видимого с Земли. Но мы не теряли надежду. Нам хотелось понять, хотя бы в каком рукаве Галактики мы находимся (пока эмпирически подтверждалось, что все точки выхода нанитской карты обретались примерно в одном довольно небольшом – в процентном отношении – секторе Галактики, однако не по каждой аномалии имелась исчерпывающая информация).

– Какие-то странные астероиды, – первая сказала Таласса, которая работала с фотографиями автоматического телескопа. – Они меняют курс!

– Серьезно? – спросил я удивленно. – Наверное, это просто разные камешки!

– Наш искин так их и пометил. Как разные камешки. Но ты посмотри – вот этот тут пропал, тут возник… И все время как будто движется за нашим кораблем! Ты бы доложил капитану?

– Да, – прикинул я, рассматривая простроенную Талассой траекторию движения странных объектов. – Как будто они пытаются нас догнать.

– Ты посмотри, главное, спектр у них какой интересный! – добавил Энакин. – Это, похоже, что-то живое!

– Серьезно? – удивился я. – Ну ни хрена себе! Что-то вроде космического тюленя, только способного совсем далеко в космосе летать?

– Они гораздо меньше, – покачала головой Таласса. – Если бы не оборудование, которое мы купили на Фихсаколе, мы бы вообще их не засекли.

Я выбрал у себя на коммуникаторе соединение с рабочей рубкой. Там сейчас дежурил Чужеслав.

– Слав, привет, – сказал я. – Нас преследуют какие-то объекты. Искин их не засекает, точнее, засекает каждый раз как новые астероиды, потому что они произвольно меняют траекторию. Но при этом на космические аппараты не похожи – двигателей нет. И по спектру излучения – внезапно, кажется, то ли на них есть жизнь, то ли они сами имеют метаболизм!

– Надо же, – оценил Чужеслав. – Слушай, да это как раз, похоже, то, что мне сейчас автоматика в предупреждение выкинула как «неопознанные объекты»! Надо же, ребята, вы быстрее корабельного искусственного разума сработали. Молодцы.

– Быстрее – но недостаточно быстро, – поморщился я. – Эти штуки за нами уже два или три дня летают, похоже, догнать не могут. А мы их заметили только сейчас.

– Как сказал бы мой первый командир, раз не могут догнать – значит, это не наша проблема, – хохотнул Чужеслав. – Хм. Как ты смотришь на то, чтобы прогуляться с Машей до них и посмотреть поближе?

– Так точно, старший помощник Бортников, – деланно официальным тоном ответил я, чуть было честь не отдал.

Чужеслав невозмутимо кивнул.

– Вот и приступай.

Маша, как всегда, ожидала меня в ангаре.

– Привет, любимая, – сказал я, занимая место в кресле. – Не против прогуляться?

– Всегда за, – подтвердила Маша. – Кстати, вы действительно молодцы! Так быстро определить эти биообъекты! Боюсь, я бы с этим не справилась.

– Ты бы – и не справилась? – улыбнулся я. – Не поверю.

– И все-таки, – заспорила Маша. – У меня нет специфического обучения и оборудования.

– Хочешь, установим?.. Кстати, чем ты сегодня без меня занималась?

– В основном, спала, – дала Маша обычный ответ. «Сном» она называла особое состояние забытья, в котором могла провести неограниченное время, не испытывая скуки. Она мне как-то сказала, что ее программа даже рекомендовала ей впадать в такое состояние каждый день на несколько часов, чтобы синхронизироваться с опытом своего пилота. – Следила за жизнью корабля, в том числе за твоей работой секции и очередной тренировкой Оли и Даши. – (Оля продолжала заниматься с Воронцовой, несмотря на беременность, просто делала упор на стрелковое оружие и матчасть.) – Анализировала файлы Элейн.

Последний ответ Маша дала таким тоном, что я слегка напрягся.

– Маш, ты все еще ревнуешь? – я старался говорить максимально мягко. Мы только вылетели, было еще время обсудить это, пока Маша прокладывала курс до ближайшего неопознанного объекта. – Она ведь уже не здесь! Или ты опасаешься, что, когда Родич нас нагонит, он предложит, чтобы Элейн осталась с нами – скажем, для изучения? И ты…

– Нет, – резко сказала Маша. – Я тебе доверяю. Ты обещал, что будешь только моим квалифицированным пользователем, и я уверена, что ты сдержишь слово. Просто… – она вздохнула. – Цифровой аватар Элейн. Он тебе понравился?

– Что? – я слегка опешил. – Ну… картинка красивая. Мультик и мультик. В смысле, кино, конечно, она была реалистично нарисована. Но ничего особенного, не вполне в моем вкусе.

Тут я слегка кривил душой, но решил, что это «белая ложь». И потом, какая разница? Есть люди, которые в состоянии всерьез влюбиться в образ на экране и потом даже преследовать реальных актера или актрису – ну или скачивать исходники сгенеренной модели себе на комп и создавать виртуального секс-раба, тут всякое случается. Но я все-таки человек нормальный, с ума по картинкам не схожу. У меня есть прекрасная живая жена и прекрасный гигантский робот – что еще надо мужчине для счастья? Какой бы красивой и желанной ни была нарисованная девушка, она всего лишь пиксели на экране.

– Дело в том, – продолжала Маша раздумчивым тоном, – что мое программирование прямо запрещает мне создавать цифровой аватар для контакта с пилотом. Хотя я, безусловно, могла бы. Вычислительных мощностей хватает. Виртуальное обучение, например, на порядок сложнее!

– Еще бы! – сказал я, вспомнив фильмы в реальном времени, которые Маша для меня генерила, чтобы мы с ней тренировались. – А зачем такое ограничение? Чтобы пилот не путал тебя с живой девушкой?

– Где-то так, – сказала Маша. – И чтобы о живых девушках не забывал. Помнишь же, я запрограммирована так, чтобы ни в коем случае не мешать возможному размножению моего квалифицированного пользователя?

– Ты мне и не помешала, – легкомысленно заметил я. – Как тебе прекрасно известно!

– Ну да. Однако у Элейн, выходит, эти ограничения сняты… – заметила Маша. – Может быть, потому что она более новая модель? Или потому что у нее другое назначение? Или потому что она личный инструмент главы рода…

– Ты хочешь снять эти ограничения у себя? – спросил я. – Хочешь создать себе цифровой аватар? Можно попробовать подумать в этом направлении. Наверняка что-нибудь придумаем.

– Н… не знаю, – наконец сказала Маша. – Нет, пожалуй. Меня более чем устраивает моя внешность.

– Меня тоже, – заверил я.

– Скорее, знаешь… обидно быть ограниченной в чем-то, – наконец сформулировала Маша. – Почему она может генерить человекоподобный облик и показывать моему пилоту – а я не могу?

– Хм… – сказал я. – А котика можешь сгенерить?

– Котика? – удивилась Маша. – Котика… А! Мелкое хищное животное, часто используется в качестве домашнего питомца… – Блин, все время забываю, что она не с Земли и даже никогда на Земле не бывала. – Сейчас проверила по базам данных. Могу. Вот так?

На экране передо мной, прямо среди россыпи звезд (Маша обычно транслировала внутрь кабины наше окружение, чтобы мне казалось, будто я лечу в прозрачной капсуле) появился симпатичный рыжий котенок. Последовательно трансформировался в серого пушистого, потом в черного гладенького, потом…

– Черный пушистый, – решил я. – Только, Маш! Одна голова!

– Прости, – фыркнула Маша. – Я нашла это у Кабира в файлах. Он генерит двухголовых кошек для своего развлечения и заставляет их мурчать. Я не раскрываю его тайны, сообщая тебе, потому что видела, как он показывал этих котят Ойткоппу.

Я засмеялся.

– Две головы – вдвое больше мурчания?

– Наверное, я мысли не читаю!

– Ну, чем не аватар? – спросил я ласково. – Я скучаю по кошкам! Можно сказать, будет у нас с тобой собственный цифровой котенок.

– Замечательная идея! – воскликнула Маша. – Как назовем?

Черный кот тем временем посмотрел на меня патентованным кошачьим взглядом – как на дерьмо – и начал вылизывать лапу. Он почти терялся на фоне черного космоса, но звезды ярко блестели на его шкуре.

– С таким взглядом? – усмехнулся я. – Цезарем будет.

– Отлично. Котик Цезарь.

Я подумал, что зря, конечно, мы на «Гагарина» не взяли животных, кроме белых мышей в лабораторию! Хотя нет, не зря. А вот хотя бы во время первой стычки с пиратами? Не успели бы поймать кота в коридоре где-нибудь и отконвоировать его в операционную рубку – и что? Задохнулся бы, бедолага.

«Кажется, контроль ущерба проведен, – весело подумал я, глядя, как котик расхаживает среди звезд, задрав пушистый, как плюмаж, хвост (Маша сделала так, как будто у него там имелось большое трехмерное пространство). – Но вообще, конечно, надеюсь, у Родичей не вся техника такая подчеркнуто сексуализированная, как Элейн, а то придется туго, если будем с ними взаимодействовать! Кстати, а бывают у них женщины-пилоты? Хотел бы я послушать, как мужской вариант Маши взаимодействует со своей квалифицированной пользовательницей… Тоже в жены зовет? Что-то мне сомнительно, гендерная психология – вещь вполне реальная».

Только я об этом подумал, как Маша сказала:

– Приближаемся к предположительно биологическому объекту! Вредоносного излучения не регистрирую.

«Предположительно биологический объект» производил довольно яркое впечатление: он сверкал – видимо, именно высокое альбедо и позволило нам его обнаружить. По форме же он больше напоминал не камень, а сгусток чего-то вроде густого теста. Размером же был… ну, с автомобиль примерно. То есть сильно меньше Маши. Когда Маша приблизилась к нему, сгусток изменил свое направление и попытался прилипнуть к нам!

Маша выставила в его сторону руку с пушкой – и сгусток отпрянул, будто действительно был разумным!

– Ого! – сказала Маша. – Регистрирую слабые радиосигналы!

– Какие? Что он передает?

– Хм… Это торговый код Фихсакола! И передает он: «Приглашаю в гости! Пожалуйста, приземлитесь на Живую планету! Очень прошу! Вопрос жизни и смерти! Плачу важными данными о Предтечах!» И так на повторе.

Только Маша это сказала, сгусток теста прямо перед ее камерами начал скукоживаться, жахнуть – и из почти белого сделался вдруг почти черным, съежившись, будто полусгнившее яблоко. Или гриб.

– Так, – сказала Маша. – Жизнедеятельность прекращена. Похоже, эта штуковина израсходовала всю свою энергию!

– Хватай в контейнер для образцов, – решил я. – Привезем на корабль.

– Живых искать?

– Да, попробуем. Надо проверить, все ли они передают одно и то же сообщение! И вообще как себя ведут!

Мы разыскали еще три таких «сгустка». Радиопередача оказалась точно такой же, хотя в деталях формулировки немного отличались. И все три «подыхали» прямо у нас на глазах, стоило радиопередаче закончиться.

– Автономные биодроны, – решила Маша. – Запрограммированы найти корабль с разумными существами, передать сообщение и самоуничтожиться.

– Похоже на то, – с сомнением произнес я. – Только за счет чего Живая планета отправляет их в космос? Там же вторую космическую надо развить! На пердольной тяге, что ли? В смысле, метан поджигает?

– А почему нет? – хихикнула Маша. – Ладно, тут надо на корабль – и решать. Кстати, любопытный факт!

– Да?

– Космических кораблей в этой солнечной системе почти нет. Даже рядом с той планетой, которую мы определили, как Живую, всего три лоханки болтаются. Не похоже на мощный туристический центр.

– Да, – подтвердил я. – Наши тоже уже заметили. Но подумали, что просто затишье.

– Теперь ты так не думаешь?

– Теперь нет. Раз Живая планета сама гоняется за посетителями!.. Ну ладно, разберемся.

– Разберемся, – эхом отозвалась Маша.

Глава 12
Удержать и непущать. Исторические параллели

Живая планета встретила нас, что иронично, грибной погодой. По крайней мере, в том месте, где мы опустились, клубились низкие тучи, которые время от времени расходились, выпуская лучи яркого солнца. Еще через несколько минут мог начать накрапывать дождик – тот самый, что моя мама называла «грибным»: легкий, с крупными каплями, готовый в любой момент оборваться брызгами солнца.

Природа тоже мало отличалась от земной. Правда, не было мощных деревьев: все древесные стволы состояли из отдельных тонких стволиков, переплетающихся между собой, и листва почти вся была крупная, как у каких-нибудь кокосовых или банановых пальм. Но по одному виду я бы и не догадался, что это именно грибное плодовое тело, а не полноценное высшее растение! Тем более, назвать местные формы жизни чистыми грибами было бы неправильно, как уже просветил нас Ойткопп.

Например, «растения» на поверхности планеты содержали хлорофилл и запасали сахар с помощью солнечного света – то есть представляли собой как минимум высокоуровневые симбиотические структуры. Очень интересная тема: по мнению нашего «гостевого» биолога, именно это и стоило бы изучать в первую очередь, а не пытаться на халяву получить ответ на вопросы жизни, вселенной и всего такого. «Тем более, – добавил Ойткопп невозмутимо, – всем известно, что этот ответ – сорок два».

На этом месте мы все выпали в осадок и хором начали пытать Ойткоппа, откуда у него такая информация. Тот очень удивился: мол, есть у него на родине такая книжка, юмористическая, герои которой именно такой ответ и получали. У вас, что, тоже? Мы, конечно, дружно офигели от такого совпадения – и крепко задумались. (Я еще отдельно офигел от того, что Дуглас Адамс по-прежнему присутствует в популярной культуре двадцать второго века – хотя бы на уровне мемов.) Сурдин даже в судовой журнал этот разговор внес. С пометкой, что, возможно, мы имеем дело с мистификацией Ойткоппа, который почитывал открытые земные базы данных… или вступил с кем-то в сговор.

Ну ладно, возвращаясь к Живой планете: научный лагерь группы Вечных Нищих встретил нас оцеплением – невысоким серебристым заборчиком, поднимающимся из высокой травы. Как будто на чью-то дачку приехали.

Маша этот заборчик без труда перешагнула и направилась в сторону лагеря. К сожалению, опуститься прямо на его территории не получилось бы: большая часть его построек пряталась под кронами деревьев, нас отдельно просили не вредить им. Живая планета весьма тяжело реагировала на вред для своих живых существ.

– Нас вызывают, – неожиданно сообщила моя старшая супруга. – Код Фихсакола. Вечные Нищие требуют вернуться за оцепление.

– Передай им, что мы по согласованию с Живой планетой. И с их начальством на орбите.

– Передала уже, – сказала Маша. – Они не уймутся никак.

Серебристое создание в Машин рост, что выросло перед нами, трудно было бы счесть голограммой: оно казалось абсолютно вещественным и непрозрачным. Однако капли дождя, что проходили через границу шкуры, немного портили эффект.

Выглядело это существо как гигантский Великий Нищий: этакая двуногая серебристо-белая ящерица с красными глазами. Не «раптор» по формату, именно ящерица, с плоской головой, похожей на змеиную. Разве что конечности закреплены по маммальному типу, так чтобы ноги находились снизу, а руки спереди. Без одежды: в отличие от рапторов, Вечные Нищие одежды не носили. Но и половых органов у них снаружи видно не было, скрывать по земным представлениям особо нечего.

Голографическая фигура что-то сказала.

Тут же заработали коробочки-переводчики еще четырех членов экипажа, которые находились в кабине вместе со мной: Даши Воронцовой, Роланда Титова, Элины Дивеевой и Данилы Румянцева. Мы услышали сдвоенный женский голос, низкий и властный, исходящий из четырех точек сразу:

– Остановись, пришелец! Ты пересекаешь зону особых интересов Великого Хойни!

– Что такое «Великий Хойни»? – с любопытством спросила Элина.

– В моих файлах этого нет, – сказала моя старшая супруга, – но по контексту могу предположить, что это либо титул верховного правителя, либо название государства.

– Отлично, – фыркнул я. – А мы вели переговоры с кем-то, кто называл себя эмиссаром Мирового Правительства Вечных Нищих. У них тоже правая рука не знает, что делает левая?

– Маш, пропусти меня к микрофону, – сказала Даша. – Попробую задать этот вопрос.

Еще одна любопытная фишка: нас предупредили, что переговоры с Вечными Нищими лучше вести женщинам. У них не то чтобы матриархат, но согласно культурному коду считается, что лучшими правителями и дипломатами являются пожилые женщины. При этом Вечные Нищие не очень хорошо подстраиваются под другие «системы отсчета». То есть те же Пролазы или Гигантоманы очень легко приспосабливаются к особенностям тех, с кем общаются. Палочники, соплеменники Ойткоппа (забыл, как они сами себя называют) находятся где-то посередине: они легко въезжают в чужие нормы, но сами под них не подстраиваются, только соблюдают вежливость. А Вечные Нищие хардкорщики: и сами стараются себе не изменять, и чужих… не то чтобы заставляют следовать, но, скажем так, общение с ними идет намного проще, если учитывать их особенности.

Так вот, о пожилых женщинах. Даша далеко не пожилая, но из всех наших женщин у нее «в натуре» самый зрелый тембр – а устройства-переводчики подбирают прямые аналоги. Более зрелый голос только у тети Виолы, и я даже в шутку предложил ей отправиться с нами, но она только отмахнулась.

– Когда Платоша уговаривал меня подать заявку с ним, он клятвенно обещал, что я не буду участвовать ни в каких миссиях в стиле этих ваших космофантастических боевиков! Только на камбузе шуршать, – она закатила глаза. – И обманул! Как типично для мужчин… Пришлось тут шприцем махать, убивать… А я в жизни никого не убивала, можешь себе представить? И повторять не намерена.

Что ж, законное желание.

Так что с нами отправилась Даша. Без Тима – Сурдин по-прежнему старался не выпускать из корабля одновременно двух «контрольных экземпляров» в его и моем лице. И Тим не настаивал: кремень мужик!

Итак, Даша сейчас находилась по левую руку от меня, занимала одно из боковых «стоячих мест». Но Маша, естественно, не стала «пропускать» ее к приборной панели – у нее и приборной-то панели как таковой нет, точнее, Маша может создать ее в любом месте в рубке. Просто мягкие ухваты на Даше немного изменили форму и один из них выпустил гибкий черный щуп микрофона.

– Сюда можешь говорить, – сказала Маша.

– Спасибо! Так… Передаю. Представителям Великой Хойни… Тьфу, Великого Хойни – приветствие! – Роланд напротив Даши сдавленно заржал, как и Элина с Данилом. Я тоже улыбнулся: первый раз Даша умудрилась сказать слово «Хойни» с явственным намеком на «у»… надеюсь, переводчик это не поймал и не транслировал какое-нибудь оскорбление. – Мы находимся здесь как представители самой Живой планеты и Мирового правительства Минималистов для расследования исчезновения научной экспедиции…. блин, как там ее?

– Доктора Друр Жи, – подсказала Маша.

– … научной экспедиции доктора Друр Жи, – послушно повторила Даша. – На каком основании чините препятствия для прохода?

– Великий Хойни не подчиняется мировому правительству! – заявила голограмма.

Дела.

– Маш, свяжись с орбитой, – попросил я. – Попробуем выяснить, в чем дело.

Короткий раунд переговоров показал: Великий Хойни – это, действительно, государство на планете Великих Нищих, которое является как бы ассоциированным членом Мирового Правительства, но позволяет себе иногда против него фрондировать. И по каким-то причинам Мировое Правительство это государство не может просто взять и одернуть. Более того, кризис на Живой планете вызван именно представителями Великого Хойни – поэтому Вечные Нищие сами по себе не могут ни с чем разобраться!

– Ага, то есть они выдали нам это разрешение на спуск, чтобы мы оказались крайние? – спросил Роланд. – Молодцы вообще!

– Молодцы, ага, – подытожила Даша. – Иван, ты сейчас командир. Что делать? Плюнуть на все и улететь? Нафига они нам сдались? Или закуситься, мол, чего это они землянам угрожают?

– Угрожают… – пробормотал я. – В том-то и дело, что я не слышал явной декларации угрозы… Маш, эта голограмма представляет для нас реальную опасность? Ты видишь наведенные на нас орудия?

– Нет, – сообщила моя жена. – Это просто голограмма. На каком-то физическом носителе, то есть в воздухе распылены наэлектризованные частицы, которые при определенной подсветке создают видимость физического тела. Но только видимость. Я сейчас анализирую ее всеми доступными мне датчиками, и не чувствую никакой угрозы.

– Данила? – спросил я. – По-твоему, голограмма может для нас какую-то опасность представлять?

– Откуда я знаю? – удивился наш третий инженер.

– Ты ж специалист.

– По щам я специалист. Понятия не имею! Вообще – не должна. Если там мини-дроны, конечно, то хрен знает. Но Маша говорит, что это не дроны, а просто частицы. Тогда вряд ли. Разве только Маше механизм забьют?

– Не смогут, – с иронией сказала Маша.

– Тогда просто шагай вперед и игнорируй ее, – сказал я. – В конце концов, не прозвучало ни одной реальной попытки нас выгнать.

– Они сказали «остановись», – методично напомнила Маша.

– Это можно трактовать как «остановись и выслушай», – предположил я. – Прямого запрета двигаться дальше они не озвучили. Так что двигайся… но держи ушки на макушке.

– Принято, – согласилась Маша.

И действительно шагнула вперед, прямо в голограмму.

Серебристо-белая ящерица мигнула и пропала. Так, рано расслабляться. Идем вперед – и ждем подвоха. В любой момент могут ударить пушки…

Никаких пушек по нам не ударило. Вообще ничего не происходило. Маша даже не чувствовала попыток ощупать нас радаром. Похоже, я оказался прав: у Вечных Нищих действительно бардак, но при этом никто не готов взять на себя ответственность за реальную агрессию в честь гостей, приглашенных Живой планетой, с которой у них тут взаимовыгодное сотрудничество. Типичная ситуация.

Хотя я бы не чувствовал такой уверенности, если бы не вспомнил о менталитете Вечных Нищих. Нам про них докладывал Тимофей на совещании у Сурдина еще на Фихсаколе: ребята очень экономные, очень рачительные, очень законопослушные. Да еще эта их склонность к «возрастному матриархату»! Тут к гадалке не ходи – попытаются напугать громким окриком, но в драку едва ли полезут, если мы не переступим черту.

А мы постараемся не переступать. В конце концов, вовсе не за этим здесь.

* * *

Когда мы только получили «грибное послание», нам, конечно, было любопытно. Очень. И мы, конечно, предприняли шаги, чтобы понять, что вообще происходит. Самый простой и очевидный шаг: Сурдин разрешил нам с Машей слетать до орбиты Живой планеты и пообщаться по радио с теми кораблями, что там все-таки задержались, выяснить свежайшие сплетни.

Кораблей было три: один из них принадлежал Пролазам, причем не просто Пролазам, а съемочной группе какой-то их крупной вещательной компании. Два других находились в юрисдикции Вечных Нищих.

Вечные Нищие сперва не очень-то горели желанием с нами общаться, но Пролазы, благослови высшие силы их мохнатые шкурки, охотно выложили все и сразу.

Оказывается, на Живой планете случилась сенсация локального масштаба, преступление века! Пропала крупная научная экспедиция этих самых Вечных Нищих. Вообще таких научных экспедиций там в любой момент времени работает великое множество: это так называется, когда некая группа разумных добыла у своего правительства или другого спонсора денег, чтобы несколько недель пожить на Живой планете, позадавать ей самые безумные вопросы и попробовать из этих ответов получить что-нибудь особенно полезное, вроде схемы вечного двигателя или лекарства от всех болезней.

Но экспедиция Друр Жи отличалась тем, что была очень большой – более сотни разумных, очень хорошо финансированной, прекрасно экипированной и работала на поверхности планеты вот уже более десяти лет. И занималась она немного немало проблемой нанитов. То есть, как мы поняли, ее лидер, собственно доктор Друр Жи, пыталась получить у Живой планеты информацию о том, как этих нанитов сделать – вот так прямо сразу, не размениваясь на мелочи.

И вот несколько недель назад эта экспедиция исчезла.

Ее строения и лагерь остались на месте, но большая часть разумных пропала. Точнее, пропали все бодрствующие разумные: ночная смена, что днем спокойно дрыхла в своих помещениях, проснулась вечером в пустом лагере – к своему огромному удивлению. И это было даже страннее, чем истории типа «Марии Целесты». Когда погибают все и разом, можно предположить какое-то таинственное воздействие, морского монстра, выскочившего из пучин, отравляющие лучи или что-то в этом духе. Опять же, можно строить теории на тему «вот, они работали над чем-то опасным, поэтому и погибли».

Но когда часть экспедиции жива и здорова и абсолютно убеждена, что исчезнувшие ни над чем таким уж супер опасным не работали; когда исключено воздействие мгновенно убивающего (и испепеляющего) газа, а также каких-нибудь зомби-спор, которые превратили людей в грибов и заставили уйти в лес… в общем, тогда еще загадочнее.

Но было обстоятельство даже мутнее.

Живая планета как личность и сущность в целом крайне позитивно относилась к своим гостям. За те пару сотен лет, что ее использовали как аттракцион, было зафиксировано довольно много случаев, когда сама Живая планета – руками плодовых тел или симбионтов – убивала кого-то из прилетевших разумных, но это всегда было последствиями актов агрессии, проявленных этим разумным. То есть это неизменно самозащита, никогда не нападение. Много раз случалось и такое, что в джунглях Живой планеты и в пещерных ходах под ее поверхностью терялись отдельные разумные и целые группы. Ну, как терялись. Бывало, с такими группами пропадала связь, но Живая планета выводила их обратно и еще ни разу не дала погибнуть внутри нее или на ее поверхности никому, кто этого не хотел (имелось несколько четко задокументированных случаев самоубийств).

А тут – исчезновение!

Вечные Нищие, разумеется, сразу же попробовали задать вопрос всем близлежащим кластерам: куда пропали исследователи?

Ответ был потрясающий: «Не знаю».

То есть группа ученых и обслуживающего персонала (а в лагере было полно аналогов интернов, волонтеров и всякого рода поваров) исчезла в одночасье, и Живая планета, которая буквально видела и ощущала каждый свой кубический сантиметр, не могла сказать, куда они делись!

Невероятная ситуация, которая, судя по всему, поставила Вечных Нищих в полное замешательство.

Что же касается остальных туристических групп, то среди них со скоростью лесного пожара распространился слух: мол, ученые получили на какой-то из своих вопросов такой ответ, что наниты в их телах мгновенно уничтожили всех, кто этот ответ слышал. Потому что этот ответ был опасен для самого существования нанитов.

Или еще вариант: Живая планета сошла с ума и поглощает всех, кто на нее прилетает. Точнее, возможно, пока с ума сошло только несколько кластеров, но как только зараза распространится по всей планете, несдобровать никому.

Результатом стала паника и повальное бегство туристов с планеты. Никто не хотел получить на свой вопрос небезопасный ответ – и исчезнуть. Точнее, может быть, отдельные туристы и не прочь были бы рискнуть, но все наличные туроператоры предпочли перестраховаться. Да и сами Вечные Нищие развернули масштабное расследование, а пока перестали пускать любых туристов – от греха.

И так длилось, пока Живая планета не решила взять дело в свои… что там у нее, щупальца? Мицелий? В общем, пока Живая планета не пригласила нас.

Сперва, выяснив у Пролаз и Вечных Нищих подоплеку, мы не слишком-то хотели в это лезть. Но как раз тогда, когда Маша переговаривалась с кораблем Пролаз, из воздушной атмосферы землеподобной планеты под нами вынырнула крохотная светящаяся точка и начала к нам приближаться.

– Что это? – спросил я. – Маш, ракета?

– Нет, – возразила моя жена. – Оно живое. Сигнатура не совсем такая, как у тех комочков, которые мы до этого разыскивали, но…

Когда существо – или объект – подлетело к нам, выяснилось, почему сигнатура была похожая, но не совсем такая: создание представляло собой скорлупу вроде грецкого ореха, которая на наших глазах раскрылась, выпустив тестообразный комок. Ну, стало ясно, как они преодолевали атмосферу.

Этот комок был побольше, и он начал плотную передачу:

– Уважаемые гости планеты! В благодарность за раскрытие тайны исчезнувшего лагеря мы предлагаем вам эксклюзив: ключ к секрету расчета аномалий без использования карты нанитов! Повторяю: ключ к секрету расчета аномалий без карты нанитов! Да-да, вы не ослышались! Пока все другие неудачники будут скакать от точки к точке согласно замыслу неведомых Предтеч, вы будете повелевать Галактическим континуумом! Не упустите! Предложение ограничено по времени!

Честно говоря, язык этого «ограниченного предложения» нас выморозил: то ли Живая планета пришла в такое отчаяние, что начала использовать маркетинговые приемы, универсальные для всех видов разумных, вроде страха упущенной выгоды, то ли она искренне считала, что это действительно звучит заманчиво – неизвестно! А вот само содержание показалось интересным.

Еще интереснее было то, что Вечные Нищие немедленно принялись эту передачу глушить радиопомехами. А потом даже отправили свой шаттл охотиться за «куском теста». Тот, однако, закончил нам передачу и привычным нам образом самоуничтожился – после чего атмосферу планеты снизу пробило еще штук двадцать или тридцать подобных снарядов!

– Если это действительно так, – проговорил Сурдин, давая нам инструкцию, – возможность, действительно, уникальная. Этот секрет не просто повысит обороноспособность Земли – ведь мы сможем прокладывать собственные межгалактические трассы, не обращая внимания на то, что подготовили предтечи. Он еще может стать нашей уникальной переговорной позицией.