Текст книги ""Фантастика 2026-125". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Елена Кароль

Соавторы: Георгий Лопатин,Антон Емельянов,Сергей Плотников,Адель Хайд,Наталья Калинина,Сия Стриж,Павел Смолин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 171 (всего у книги 348 страниц)

Мысль была очевидной не только ему, но и командованию, что послала-таки казаков для рубки бегущих, вот только кавалеристы застряли в проходах, что оказались блокированы теми самыми тачками, за которым спрятались часть стрелков давших залп по сгрудившихся у препятствия кавалеристам нанеся им значительный урон.

Этих стрелков все-таки отогнали, точнее они сами отступили, преграду раскидали, но время было безнадежно упущено. Бежавшие французы, скинув наконец свои рюкзаки для большей резвости, разорвав дистанцию под прикрытия своей подмоги, сформировали оборонительные порядки, и кавалерия смогла покромсать лишь несколько десятков человек, при этом казаки сами потеряли столько же от залпа выстроившихся в каре французов и откатились назад.

– Перейти во вторую линию!!!

Французы, не дав русским мушкетерам очистить свой окоп от тел вражеских и своих солдат, вновь устремились в атаку.

36

А потом в какой-то момент случилась катастрофа…

Поначалу ничего не предвещало беды. Мушкетеры засев в палисаде отражали очередную достаточно вялую атаку французской пехоты. В другое время Андрей может что-то и заподозрил бы в этих тупых лобовых накатах какой-то подвох, тем боле что они не приносили ничего кроме потерь противнику, но после нескольких часов боя, когда то и дело долбила артиллерия, стреляли залпами мушкетеры, наступило какое-то состояние эмоционального опустошения с полным отсутствием мыслей. Сквозь гнет безразличия пробивалось лишь одно желание, чтобы все происходящее наконец закончилось, но ничего не заканчивалось и бой, казалось, будет длиться вечно.

Так вот, шел очередной «мясной штурм» и тут возникло какое-то невнятное шевеление в тылу. Сняли часть артиллерии и стали спешно отводить ее куда-то в тыл.

– Что происходит? – удивился Исай.

– Мне бы кто сказал…

– Пали!!! – в очередной раз раздалась команда.

Ба-ба-бах!!!

Французы долбанули в ответ. Пи этом нет-нет, да кого-то выбивало из мушкетеров, что получали свинцовый колпачок в голову.

Сквозь тухлую вонь порохового дыма пробивался запах мочи, дерьма и крови.

Вместе с артиллерией ушла резервная пехота, при том, что кавалерия исчезла давно и незаметно. А потом еще какое-то время спустя послышалась отдаленная артиллерийская канонада.

И тут все стало понятно, как дважды два…

– Твою мать… нас обошли…

Вот что подспудно давило на мозги Градову. Этот тупой лобовой штурм. Как-то не в характере Наполеона столь прямолинейные тактики. Конечно он еще не прошел десятки битв в качестве главнокомандующего, не приобрел бесценный опыт, но все равно, это было слишком просто.

Так и оказалось. Бонапарт сразу отправил половину своей армии в глубокий обход. Глубокий, это значит по-настоящему глубокий, так что разведка не смогла ничего обнаружить. Ну и надо думать французская кавалерия не давала союзникам устроить рейды. Этому же мешала местность, каналы служили естественной преградой которую не так-то просто пересечь, особенно при разрушенных мостах.

Конечно, местность вокруг равнинная – Кампинская низменность, что была реально плоской как стол, и видно далеко, достаточно влезть на дерево или подняться на крышу какого-нибудь высокого здания, той же ратуши или церкви, но Наполеон и это учел, так что все передвижения происходили в ночное время.

В общем обманул Первый консул союзников. На русский фланг обрушились французы, а на англо-шведско-голландский фланг – бельгийцы.

Удар революционных сил в тыл союзникам оказался страшен. Так-то все бы ничего, силы были практически равны и при иных обстоятельствах неизвестно чем бы закончилось противостояние, но имелся небольшой нюанс решивший исход сражения. И нюанс этот заключался в рюкзаках с землей, перевешанных со спины на живот.

Командование союзников конечно же было в курсе о такой французском… извращении, но по ряду причин не поспешило внедрить сию новацию на вооружение. Может отнеслись с презрением, может посчитали недостойным копировать французское нововведение, может еще какие-то доводы имелись… те еще снобы и ретрограды собрались. В конце концов не им же было умирать под французскими пулями принимая их на грудь…

В общем такой эрцаз-бронежилет решил исход дела. Потери при линейной перестрелке оказались такими кошмарными, что союзные войска не выдержали форменного избиения и бросились панически отступать.

Командование несколько раз пыталось бросить полки в контратаку и решить дело в штыковой, но ничего кроме дополнительных огромных потерь это не приносило с последующим беспорядочным отступлением.

Французы продолжили давить, накатывая с неумолимостью танка. Что произошло дальше, до конца осталось неясным, но в ставке командования произошел разлад на тему того, как поступить дальше. Они предложили занять оборону и сражаться, другие – прорываться с боем, а третьи – сдаться.

За сдачу ратовали голландцы и… шведы.

Прорываться предложили немцы и русские.

На продолжении сражении настаивал английский командующий герцог Йорский. Для него все прочие варианты были сродни поражению, а проигрывать он не собирался ибо тогда все чего он добился обращалось в прах. А так глядишь, да вывезет кривая. По крайней мере можно надеяться на сведение битвы в ничью, что при некоторой ловкости рук можно выдать Парламенту и королю за победу. Все всё поймут, но лицо будет сохранено.

Возможно, даже скорее всего, английскому командующему удалось бы склонить остальных на свою сторону, в конце концов, как известно, кто платит, тот и заказывает музыку, а платили всем англичане, но случилось, то что всегда случается в такой напряженный момент – порвалось слабое звено сей коалиции.

Произошло фактическое предательство тех, кому собственно англичане не платили, то есть сдались или даже вовсе перешли на сторону противника голландцы.

Это в свою очередь образовало во фронте огромную брешь в которую тут же хлынули французские и бельгийские войска. Под удар попали шведы и их практически смяли, ударив во фланг и в лоб.

Пока «съедали» шведов, то есть добивали и пленили, англичане смогли отойти вдоль канала, но по факту весь правый фланг рухнул.

В таких условиях герцогу Йорскому не оставалось ничего другого, как идти на прорыв, это лучше полного поражения и тем более сдачи в плен. Можно будет по примеру Суворова сказать всем, что он спас армию, не допустив ее полного разгрома.

Вот только где и как прорываться?

Разбегаться всем в стороны как тараканам при виде тапка? Так перебьют по одному. Ну, в лучшем случае французы навалятся на кого-то одного, а остальные смогут уйти. Понятное дело, что никто жертвенной овечкой становиться в таких условиях не собирался.

Так что остался единственный вариант – прорываться всем вместе.

Где? Тут тоже особых вариантов не имелось.

Имеющиеся переправы через каналы слишком малы, пропускная способность низкая, так что неизбежно возникнет затор, который французы на пару с бельгийцами хорошо потреплют и оставшихся захватят в плен.

Потому остался один вариант – воспользоваться переправой возведенной французами на перекрестке водных каналов.

И вот вся союзная армия, точнее ее остатки, ломанулась к переправе.

Глава 16

37

– Всем набить вещевые сумки землей и повесить их на грудь! – прозвучал приказ со стороны офицеров. – Набейте землей плотно! Это защитит от пуль!

Оценив ужасающий уровень потерь, высшее командование наконец прозрело и решило повторить финт французов.

Солдаты оснащенные железными бронежилетами не стали игнорировать приказ, но защитили не грудь и живот, а подвесили так, чтобы сумки с землей прикрывали паховую область и ноги до колен.

Было конечно тяжело, но жить захочешь…

– Вперед!

Совместная атака всех войск союзников буквально сметала все силы французов и они спешно отступали через переправы ставя заградительные отряды, чтобы прикрыть отходящих, но их сметали огнем, но больше – штыковыми атаками.

«Только бы не заминировали переправы, – подумал Градов. – Иначе придется перебираться вплавь, а это такое себе удовольствие, не говоря уже о последующем наслаждении бегать в мокрой одежде и без оружия. Сам в плен сдашься только чтобы не окоченеть…»

Русские шли на левом фланге, немцы – на правом, а хитрые англичане затесались в центр ближе к арьергарду. В общем основной удар на себя приняли русские и немецкие наемники. Ну, им, собственно, как бы за это и платили – умирать за англичан.

Но если от пехоты французов проблем больше не было, ее буквально выдавили словно зубную пасту из тюбика, то вот французская артиллерия приносила много бед стреляя через валы каналов. Скученность союзных войск была таковой, что промахнуться им было просто невозможно, каждое ядро так или иначе наносило урон, сначала само по себе снося несколько человек, рвя их на части, а потом взрываясь осыпая всех осколками.

Позади двигалась артиллерия и останавливаясь ненадолго давала прикурить преследователям, так что те невольно оторвались.

Бах! Бах! Бах!

Зазвучали мощные взрывы и в клубах огня и дыма вставали водные султаны, а высоко в воздух взлетали деревянные элементы переправ вместе с успевшими вступить на мостки людьми.

– Сволочи!

«Даже странно что взорвали сразу, а не немного погодя, позволив переправиться части союзных войск, чтобы без проблем их перебить или пленить», – возникла мысль.

К счастью, взлетели далеко не все переправы. Три из них все же уцелели. Все-таки нынешнее минное дело очень зависит от погоды. Порох отсырел или бикфордов шнур бракованный попался, а может его оборвало…

«А может специально оставили несколько целыми…» – с подозрением подумал Андрея когда он ступил на мостик.

Французы открыли по району переправ совсем уж бешенный огонь из пушек. Люди гибли десятками и сотнями, но все же прорывались через канал. А там их ждала уже французская пехота, что давала по перебравшимся союзным войскам залп за залпом.

Первые подразделения, перебравшиеся на другую сторону канала, погибли практически мгновенно в полном составе устилая землю сплошным ковром из своих тел. Им не помогли никакие сумки с землей. Слишком частая велась стрельба да с минимальной дистанции.

Да еще и арта вдарила картечью.

Но на смену павшим выходили новые подразделения русских и немецких солдат, что в свою очередь палили по врагу.

– Стройся!!! – орали офицеры. – Заря…

Французы дали очередной залп и оравшего офицера снесло сразу двумя пулями. И не только его.

Попали и в Градова, но уже вторым залпом. Во время первого – сразили его сподручного Кирилла, за которым он прятался. Ему вышибли мозги, что брызнули прямо на лицо Андрея.

«А могли быть мои…» – подумал он.

Доспех выдержал очередной удар, только лишь пуля смялась и разорвалась на части и в правую щеку впилось несколько кусочков свинца. А один влетел прямо в правую ноздрю так, что острый кончик пробил кожу снаружи…

«Можно пирсинг вставить, прокалывать уже ничего не надо…» – мелькнула совсем уж какая-то неуместная в своей дикости мысль.

– Заряжай!!! – вырвав кусочек свинца из носа, заорал уже Андрей, осознав, что офицеров просто не осталось. – Целься! Пали-и-и!!!

Грянул залп.

– В штыки!!! Вперед!!! Коли петушар!!!

Градов забывшись полностью отдался бою, в эти мгновения ощутив то самое упоение, о котором говорил какой-то не то писатель, не то поэт.

– Ура!!!

Порыв белозерских мушкетеров подержали соседи. Там может быть еще остались офицеры, но они подались общему куражу… или это лучше назвать яростью обреченных. Да и не послушал бы их сейчас никто и не услышал даже. Сейчас всем управляло бессознательное.

Удар и пошло ожесточенное рубилово.

Французам сейчас очень мешали эти рюкзаки с землей. Мало того, что они тяжелые, так еще и сильно сковывали движение. Русским мушкетерам и гренадерам тоже было тяжело, по крайней мере из числа «голландцев», что обзавелись доспехами, но эти железные кирасы хотя бы не так сильно мешали.

Французы не выдержали и побежали.

Упоение боем несколько схлынуло с сознания Градова и он немного осмотрелся, при этом взгляд зацепился за группу французов стоявших в отдалении, но невысоком возвышении, этаком микрохолмике, и посматривающих на происходящее в подзорные трубы. И среди них выделялся явный коротышка.

– Ах ты сука!!! – заорал Градов у которого вновь начала падать планка. – За мной! Впере-е-ед!!! А-а-а!!!

Навстречу бешеным русским выдвинулся один из резервных полков французов, может даже гвардия или те, кто позже станут той самой знаменитой гвардией.

Французы дали залп, но без особого успеха, хотя несколько десятков человек все же упало, а потом снова началась штыковая.

Андрей же приотстав, принялся лихорадочно заряжать штуцер, сплевывая кровь.

Зарядил.

Прицелился.

Вот только руки ходили ходуном, в глазах плыло и мутилось.

Тогда он подобрал чей-то мушкет и воткнул его штыком в землю. Получился неплохой упор. На приклад Градов положил свой штуцер.

На холмике между тем поднялась нездоровая суета. Видимо все эти генералы сильно заволновались по поводу своей безопасности. Наполеона, что оставался невозмутим, то и дело перекрывали другие люди. Ему видимо пытались дать понять, что пора бы и честь знать, дескать, вон кони, надо на них садиться и алга…

– Да замрите вы твари!

И как по заказу все эти генералы расступились перед наполеоном, что видимо тоже рыкнул на свою свиту, дескать, хватить суетиться и дайте мне посмотреть. Типа сбежать всегда успеем.

– Да…

Андрей, несколько раз глубоко вздохнул, прицелился. Дистанция была максимальной и взять нужное возвышение представлялось делом очень трудным. Тут скорее все на ощущении.

Градов, задержав дыхание, плавно выжал спусковой крючок.

Удар кремнием…

Вспыхнул порох на полке, обжигая кожу, ибо сыпанул туда щедро и случился настоящий вулкан с взрывным извержением…

Бах!

Штуцер, выплюнув подкалиберную пулю, с силой лягнул Градова в плечо. Но хорошо хоть ствол не разорвало, потому как Градов заложил тройную порцию пороха.

Как результат образовалось просто огромное дымное облако. Андрей даже сместился в сторону, чтобы посмотреть на результат своего выстрела.

И он был. На холмике поднялась совсем уж какая-то истеричная суета. Все бегали, кто-то склонился над упавшим и этим упавшим был Наполеон. Ему пытались оказать помощь…

– Да! Да!! Да-а-а!!! Как тебе такое, чертов маленький ублюдок⁈

Андрей испытал просто невероятный экстаз от того, что завалил самого Наполеона, вдруг осознав, что подспудно желал это сделать с того самого момента, когда узнал в какое именно время он провалился.

Даже мелькнула мысль, что именно в этом и заключалась высшая цель его здесь появления и он ее выполнил, значит теперь можно с чистой совестью заниматься своими делами, найти «тихую гавань» и мацая буфера пятого размера какой-нибудь молодухи, потягивать винцо на пляже.

Осталось совсем немного: выжить в этом замесе, суметь слинять и добраться до того пляжа, где бы он ни был… да хоть на Гавайях.

Конечно, оставался вопрос того, смертельная ли рана, но он надеялся на лучшее. Подкалиберная пуля хоть и поменьше колпачковой, но сравнима по своим размерам с пулей от винтовки Мосина, а на ее убойность никто не жаловался.

– Отходим! Отступаем!!!

38

Союзные войска все-таки смогли вырваться из устроенный им ловушки. Но может потому и смогли, что тот военный гений, кто эту ловушку устроил больше не мог командовать своей армией, отдавая ей необходимые приказы. А тот, кто пришел на смену Первому консулу, либо не обладал должной компетенцией, либо же банально потерял нити управления армией, или вовсе не знал, что делать дальше и за что хвататься. Все-таки французскую армию тоже немало потрепало в боях, она устала и просто уже не могла развить достаточную скорость, чтобы настигнуть стремительно уходящего на север противника.

Немцы, добравшись вместе со всеми до Рейна, не задерживаясь, двинули в родные края. Германский правитель видимо посчитал, что выполнил свою часть сделки, ну а то, что не получилось, не его вина и дальше он участвовать во всем этом не будет. Тем более не станет слать подкрепления, чтобы итоге не оказаться единственной силой, что противостоит франкам, что для него могло оказаться весьма чревато, ибо остальные участники коалиции дополнительных сил выставить в ближайшие месяцы не могли.

Остались только англичане с русскими, но противостоять французам с бельгийцами они уже были не в состоянии. Соотношение боеспособных сил достигало минимум четыре к одному, запасы пороха исчерпаны, большая часть артиллерии просрана, так что герцог Йорский вступил с французами в переговоры для заключения мирного соглашения, кое было достигнуто спустя несколько дней. По нему, союзные войска должны были быть эвакуированы из Голландии до конца января.

«Недолго музыка играла, недолго фраер танцевал», – подумал Андрей о голландском короле, что просидел на троне меньше двух месяцев, как его вновь попросили на выход.

В Голландии вновь устанавливалась республиканская форма правления. Но на это Градову было наплевать с высокой колокольни, как и на то, что в данном случае история проявила упругость своего хода и пусть с задержкой, но восстановила свое течение в прежнем русле.

«Вопрос в том, как она отреагирует на смерть Наполеона⁈» – размышлял он.

Да, Бонапарт, получив тяжелое ранение в живот, спустя несколько дней скончался. Французы даже вопили про использование негуманных и варварских в своей сути пуль. Как понял Андрей суть обвинений, его подкалиберная пуля оказалась с эффектом смещенного центра тяжести, то есть попав в тело, начала кувыркаться, резко ушла в сторону и превратила внутренности Первого консула в фарш. Так-то она ему попала в бок и будь это обычная пуля, все могло обойтись, или крутанись подкалиберная в другую сторону, но… не фартонуло.

«Появится ли у франков новый Наполеон, что спустя какое-то время так же объявит себя императором и начнет всеевропейскую бойню, а потом вся эта орда двинется на Россию?» – размышлял Андрей шагая вместе со всеми на север Голландии.

Что-то определенное сказать было весьма затруднительно. Имелись доводы как «за», так и «против» такого варианта развития событий.

Доводы «за» звучали весьма убедительно. Наполеон ведь тоже не просто так начал всю эту военную вакханалию. Вроде изначально он даже не собирался воевать, но… он являлся хорошим командующим, чувствуя себя на поле боя как рыба в воде, а вот гражданским управленцем оказался посредственным, как это обычно и бывает с генералами решивших, что они могут быть столь же эффективными управленцами на гражданке, какими являлись в армии. Но гражданка не армия, там все работает несколько иначе.

И все бы ничего, может даже и вырулил бы, но экономическая ситуация оставляла желать лучшего. Неурожаи продолжались, торговля обвалилась (спасибо англичанам, что перехватили все маршруты французов и выбили их из Индии), американские колонии тоже ничем не могли помочь, наоборот сами запрашивали поддержку…

В общем Наполеон на фоне этих проблем нашел единственный способ поправить финансовую ситуацию, каким уже пользовался при вторжении в Италию, то бишь банальный грабеж соседей. То есть решил переложить финансовую нагрузку на покоренные народы. В прошлый раз это сработало. Добыча в Италии оказалась такой значительной, что это хватило Директории, чтобы какое-то время «поддерживать штаны».

Так почему приемник Бонапарта не должен пойти по уже проторенному им пути? Этот вывод напрашивается сам собой.

Но и довод «против» тоже казался весомым. И звучал он как: роль личности в истории. Бонапарт был личностью, сильной, харизматичной, целеустремленной и так далее и тому подобное. Найдется ли среди его приемников личность схожего с ним калибра?

На данный момент Градов таких не видел. Вторые или временные консулы Сийес и Дюко, что сейчас сидели в Париже и пытались управлять гражданской жизнью государства, впечатления особого не производили, что называется труба пониже и дым пожиже, причем сильно ниже и жиже.

«Кто-то из нынешних генералов? – подумал Градов. – Тот же Мюрат, Дезе или Моро?»

Это выглядело уже реальнее, ведь и сам Наполеон вышел из армейской среды. Так что прецедент создан и светил путеводной звездой для остальных. Данные генералы уже успели прославиться и были достаточно популярны в армии, и эту популярность легко конвертировать во власть государственного уровня. Вопрос в том, захотят они и смогут ли?

То, что кто-то, а то и все, захотят, Андрей не сомневался. Власть штука такая, желанная, по крайней мере для тех, кто уже достиг каких-то значимых высот. Значит они проявили для этого упорство и обладают изрядным честолюбием, и следовательно им всем хочется взобраться еще выше. А получив власть мало кто может в последствии от нее просто так отказаться. Власть меняет людей… кого-то больше, кого-то меньше, но меняет, неизменно и необратимо. Так что да, вероятность того, что кто-то пойдет по пути Наполеона и объявит себя в итоге императором оставалась крайне высокой. Сама логика жизни диктовала такой ход действий.

Но опять же, хватит ли новому императору талантов, как Наполеону, чтобы захватить почти всю Европу?

Сможет ли он удержать власть в самой Франции, тем более что даже Наполеону, этому политическому и военному гиганту, в этом плане приходилось прилагать немало усилий, а то и откровенно бросать армию, чтобы, прихватив безоговорочно преданные ему части, лично руководить подавлением оппозиции в Париже.

«Ладно, будем посмотреть», – подумал Градов, так и не придя к каким-либо выводам относительно будущего, которое он своим выстрелом сделал столь неопределенным.