Текст книги ""Фантастика 2026-125". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Елена Кароль

– Нет, что вы, я так не думаю, – покачал головой Сурдин. – Совершенно не думаю. Я, если хотите знать, прикидываю, не осчастливить ли мою лучшую половину на Земле известием о том, что тоже хотел бы взять малыша анракс, так сказать, в честь золотой свадьбы… Но это, конечно, я поддаюсь эмоциям, а этот момент надо еще как следует продумать. И учитывать не только наше благо – но и благо этих малышей, если уж на то пошло. Прежде чем решать, можем ли мы воспитать их на Земле, нужно изучить сведения об их физиологии… которые, кстати говоря, Кайной нам тоже переслали – вместе с информацией о вычислении прыжков. И возвращаясь к этому… – он сделал паузу.

– С этими данными что-то не так? – спросил я. – Кайной заверили, что мы сможем ими воспользоваться.

– Сможем… вероятно. Но сначала давайте поясню. Дело в том, господа, что, насколько я понимаю, захват инкубаторов Предтеч действительно придется проводить как захват – как полноценную военную… ну хорошо, пусть спецназовскую операцию. Ведь эту планету охраняют патрули нескольких развитых нанитских рас. И для эффекта внезапности нам как раз потребуется корабль, имеющий возможность совершать прыжки без привязки к аномалиям Предтеч. Именно поэтому эти два вопроса намертво увязаны друг с другом. И без Ктщ этот клубок нам не распутать.

– Вы хотите, чтобы он выделил нам еще ресурсы? – спросил Тимофей.

– Да – вычислительные мощности. Кайной, вероятно, правы: мы действительно можем применить их данные на деле. Математический аппарат вполне понятен – они воспользовались нашими же системами записи. Наш искин заверяет, что вполне способен составить по этим данным программу и запустить ее для расчета прыжка на межзвездные расстояния. Одна проблема – с нашими возможностями расчеты займут лет сто, – капитан развел руками.

– И вы думаете, что у Ктщ есть более продвинутые вычислительные мощности и он согласится помочь? – поинтересовался я. – Ну… он, конечно, будет рад заполучить этот секрет. Но попытается выдурить у нас его за «так», потому что уверен, что все равно сможет отобрать. Надо бы поторговаться. Попробовать получить больше защиты для Земли, а не только крохи с его стола.

– А это, – усмехнулся Сурдин, – я собираюсь поручить вам, как ассоциированному члену его рода.

Глава 6
Цифровой гарем Ктщ. Метрополия Родичей

– Три месяца, – сказала Эмейн. – Прошу прощения, Нодийяр, уважаемые гости. Но это так.

Эмейн выглядела сестричкой Элейн – та же юбка-карандаш, та же короткая стрижка, похожее лицо, хотя черты не совсем те же. Помимо того ее наряд включал голубую рубашку с жабо и высокие сандалии с ремешками до колена. Очень сексуально, по-моему, надо будет попробовать что-нибудь такое отыскать для Оли. Интересно, у Ктщ реально все искины такие? Неужели нет менее отвлекающих образов? И – все девушки? Вот это уже странно. А еще землян ругают, что мы шовинисты! Но даже в каком-нибудь занюханном навигаторе всегда можно выбрать мужской голос, если тебе так удобнее. У этих же – только кисоньки. Или просто таковы личные вкусы главы Ктщ? Интересно, если бы на его месте была женщина, у нее был бы… кто? Волоокие юноши арабского типа? Могучие невозмутимые лесорубы? Тощие айтишники с высокомерным выражением лица?

И тут я понял, что часть ответа внезапно передо мной. Мужчинам угодить просто. Плюс-минус один типаж (фигура «песочные часы», правильные черты лица, мягкий обволакивающий голос) зайдет если не всем, то девяносто, а то и девяносто девяти процентам. Этнос и конкретные объемы опциональны, что негритянка, что японка мало кого отпугнет. Женщинам… ну, тут сложнее. Полагаю, что «уверенный альфа-самец в полурасстегнутой рубашке» – это тоже относительно универсальный образ, но вот какой именно альфа-самец? Опять же, не помешает ли эта самая альфа-самцовость искина-помощника оператору-женщине принимать собственные решения на подсознательном уровне? Значит, наоборот, делать их совсем альфа-самцами нельзя, они должны быть услужливыми. И при этом не вызывать своей услужливостью неприязни и раздражения. Сложно!

Хм. Интересная теория, конечно, надо будет как-нибудь при случае спросить у Ктщ, верна ли она. Если верна, то ассистентки-девочки должны быть и у женщин-операторов. Просто, скорее всего, не с такой эффектной внешностью, их как-то «прикручивают».

Впрочем, ладно. Главное – мы находились в «рабочем кабинете» Нодийяра, то есть на лужайке посреди сада внутри его огромного звездолета. И красавица-Эмейн возникла перед нами в голографическом столбе света, совсем как в старой фантастике. Точнее, в столбе тьмы. Уж не знаю, как он создавался – чисто оптическими средствами, напылением сверхтонкого экрана на поверхность воздуха или какой-то экзотикой типа «просеивания» фотонов, чтобы оставались только «нужные», но иллюзия узкого окошка в темную комнату, где словно бы в луче света сидела в элегантной позе непонятно на чем Эмейн, создавалась полная! Эмейн, кстати, при этом была заметно больше человеческого размера. То есть если бы красавица встала, то возвышалась бы метра на три без каблуков. Это делало ее формы еще более впечатляющими.

Хорошо, что я, скажем так, полностью удовлетворен физически, но взгляд все равно периодически залипал! Бедные мои неженатые товарищи.

– Ты уверена, что целых три месяца? – нахмурился Нодийяр. – У тебя же самое мощное вычислительное шасси, которое я только мог собрать!

– И да, и нет, – развела руками Эмейн. – На самом деле у меня самое мощное вычислительное шасси, которое можно собрать на материалах рода Ктщ. Бывают и помощнее. Но в любом случае обращаю ваше внимание, господин, что задачу вы мне поставили очень сложную. То, что мне вообще удалось решить ее, приспособив формулы, написанные одной расой и переложенные на математический аппарат совершенно другой, для программированиянаших компьютеров, то есть компьютеров третьего вида… Скажем так, это достижение, за которое любой другой адекватный квалифицированный пользователь не скупился бы на похвалу!

– Язва, – буркнул Нодийяр. – И это она перед гостями, – пожаловался он нам. – Распустил я их!

– Вы не программировали меня для осуществления дипломатических функций, – заметила Эмейн довольно холодно. – Только для навигации.

«Он точно живет с ними в квази-браке, – подумал я. – С Элейн, Эмейн и какой-нибудь Этейн…»

Впрочем, мне ли кидать в него камень по этому поводу? Хотя… мы-то с Машей – душа в душу! А они постоянно пикируются. Так что мне повезло больше.

Правда, неизвестно, как мы с Машей будем общаться лет через сто… если доживем. Но что-то мне подсказывает – не так.

– Таким образом – получается, что? – спросил я. – Получается, несмотря на достигнутые нами договоренности, вы не можете обеспечить расчеты аномалий?

– Я этого не говорил, – поморщился Ктщ.

– Три месяца – это слишком долго для миссии по извлечению инкубаторов, – заметил я. – Мы не сможем нормально уйти от погони. Даже Маша не сможет. Не говоря уже о том, что для Земли это слишком долго. Нам придется пользоваться нанитскими аномалиями. Значит, понадобится большой флот сопровождения. От вас, – я поглядел на Ктщ с выражением, мол, «взялся за гуж – не говори, что не дюж!», надеясь взять его на слабо.

– И влезть в противостояние с нанитскими державами больше, чем я уже подписался? – фыркнул Ктщ. – Нет уж, благодарю покорно! Мы пойдем другим путем.

Я адресовал Ктщ вопросительный взгляд.

– Как Эмейн любезно подсказала – не думай, что я не заметил, Эмочка! – здешний компьютер – один из самых мощных из тех, что создала наша цивилизация, но далеко не самый мощный. Он предназначен для навигации, решения бытовых вопросов на борту крейсера, ведения боевых действий, бухгалтерии, документации, лечения, диагностики, поддержки научных исследований… и прочего, прочего, прочего.

Только я хотел сказать, что, должно быть, мощности Эмейн должны быть исключительны, Ктщ легко взмахнул рукой.

– Но это не те глобальные вопросы, на которые и мы, и другие роды затрачивали больше всего энергии. Самые мощные комплексы разрабатывались и собирались именно для тех… скажем так, отраслей.

– И что же это за глобальные отрасли? – фыркнул я. – Генерация ИИ-порно?

Ктщ поглядел на меня со смесью уважения и раздражения.

– С вами неинтересно, Иван! Вы и так уже все знаете. Я начинаю думать, что наши виды действительно слишком похожи, и вас ждет та же судьба!

Пока я пытался как-то вернуть себе дар речи, Ктщ проговорил с ноткой печали в голосе:

– К сожалению, речь идет не только о порнографии – как было бы просто! – воскликнул он. – Самые большие вычислительные мощности у нас были сосредоточены в индустрии развлечения, а также в самоподдерживающемся кластере «ответов на глупые вопросы», которые порождали еще больших глупцов. Но всякого рода цифровые игры, интерактивные сериалы и прочие грезы наяву… эх! – он вздохнул. – Как подумаешь, сколько пар калош можно было сделать!

– Простите, чего?..

– Резиновая обувь для ходьбы по лужам, – совершенно серьезно пояснил мне Ктщ. – Цитата из культового сатирического произведения одного из наших бессмертных классиков… о котором теперь помнит человек сто умеющих читать, да. Высмеивает, кстати, одновременно как человека, который устарел и не понимает цифровую экономику, так и саму цифровую экономику.

«Мы, блин, действительно близнецы-братья!» – подумал я.

– Так вот, – продолжил Ктщ. – Если я правильно понял Эмейн, она говорит, что подобного рода системы можно было бы собрать на корабле и перенастроить для решения нужных нам задач. Ты это имела в виду?

– Да, – сказала Эмейн, но, как мне показалось, чуточку поколебалась при этом. – Это, безусловно, возможно. Если имеющиеся у меня данные о технических наработках других родов верны. Я могу составить для вас подборку компонентов и возможных мест их расположения, а также – список инструкций для их получения.

– Где искать? – спросил я. – На вашей Метрополии?

– Разумеется, – кивнула Эмейн. – Некоторые компоненты, если мои данные еще не вполне устарели, можно просто купить. Другие придется забирать с охраняемых складов или добывать иным образом. Кроме того, прошу обратить внимание, что, поскольку ряд этих разработок создавался враждебными родами, в поисках и приобретении нельзя задействовать никого с геномом рода Ктщ. То есть это должны делать земляне. Да, и многофункциональному юниту Марии Кузнецовой там тоже присутствовать нельзя.

Офигеть. Новый квест! При этом, похоже, даже не для меня.

* * *

Интерлюдия. Лю Фей, Сергей Ким, Ева Новикова, Алёша Попович и Артур Мальцев. Снабженческая миссия – 1

Лю Фей с некоторой опаской наблюдал за приближением планеты в смотровой экран шаттла. Шаттл был обычный, земной, хоть и с доработками – например, в нем уже не чувствовалась невесомость. За это спасибо их бортовым инженерам: иногда русские были почти такие же молодцы, как их китайские коллеги… Ладно, совсем такие же молодцы. Национальная гордость – хорошее чувство, а вот с шовинизмом стоит бороться, особенно внутри себя.

Последнее время у Фея мало было работы как ксено-переговорщика. А теперь, кажется, его навыки снова понадобились. По иронии судьбы, работать приходилось не с гигантскими моллюсками, ящерицами или котами, а вполне себе с людьми… которые настолько походили на землян, что члены экипажа «Гагарина» могли с минимальными пояснениями понимать их культурные отсылки!

Ну что ж. Это могло оказаться даже сложнее, он не обольщался. В конце концов, в их «профессиональном цехе» ходил расхожий анекдот, что с иным международным террористом договориться проще, чем с собственной женой!

Планета Родичей со стороны очень сильно напоминала Землю, только суши на ней было несколько больше – на выпуклый глаз. Крупного океана, занимавшего все полушарие, по крайней мере, точно не было, моря распределялись между кусками суши довольно равномерно. От этого планета на первый взгляд казалась этакой мозаикой калейдоскопного типа, и трудно разобрать, что там и где.

Впрочем, у землян имелись координаты, приспособленные для навигационной системы, используемой в земных шаттлах.

– Между прочим, я все проверила вручную! – похвалилась Ева. – Сама рассчитала координатную сетку для глобуса этой планеты, нашла нужные координаты и сличила на карте, которую нам передали.

– И нашла ошибку? – спросил Ким с улыбкой.

Из-за фамилии Лю Фею еще на этапе совместных тренировок экспедиции трудно было избавиться от ощущения, что заместитель главного инженера был корейцем. Но корейской крови в нем оставалось немного: совершенно европейское лицо, об азиатских предках напоминал только разрез глаз. И по-корейски он не знал ни слова.

– Нет, – сказала Ева. – Просто хвастаюсь, какая я предусмотрительная и работящая. Цените!

– Ценим, ценим, – проворчал Ким.

Шаттл между тем вошел в атмосферу – момент, который всегда заставлял Лю Фея, как фаната космических программ очень сильно напрягаться, потому что ему всегда казалось, что тут-то они должны и сгореть. Однако компенсационные механизмы этой новейшей земной разработки работали идеально – внутри даже теплее не стало.

– Идем по первым координатам в списке, – тем временем сказал Алёша Попович, занимавший кресло второго пилота (первым пилотом шаттла в этом полете работал Артур Мальцев). – Город, который можно приблизительно транскрибировать как… – он издал невнятную мешанину звуков.

Для судового журнала и отчетов капитан Сурдин выбрал следующий вариант написания: Бж-е-хлерр. Причем центральное «е» полагалось произносить как-то особо утробно, больше похоже на русское «ы», но одновременно не совсем. Лю Фей, еще когда услышал наименование рода Ктщ, понял, что в лице Родичей он, как лингвист, столкнулся с вызовом, который, возможно, не сумеет принять достойно.

Даже поразительно: вроде бы то же самое строение языка и глотки, то же самое строение ушей, а те фонетические выкрутасы, которые на Земле оставались скорее за сильно изолированными и не слишком малочисленными языками, здесь получили статус мейнстрима! Интересно, почему так? Сколько научных работ и монографий по лингвистике – настоящей сравнительной лингвистике, наконец-то! – ждут своего часа!

Город, который их интересовал, располагался на морском берегу, в ложбинке между спускающимися к самому морю горами. Климат тут был мягкий, на самой грани субтропиков: нет удушающей жары летом, нет холодных зим. В сопроводительной записке, составленной и переведенной искинами Ктщ, Лю Фей прочел, что относительно крупные поселения – то есть те, где проживает более пятнадцати (!) человек – сохранились только в таких местах.

Издали городок выглядел вполне аккуратно. Зная о планете то, что он знал, Лю Фей ожидал картин запустения: местный бамбук, взломавший крыши домов, лианы, обвившие стены… Однако улица, ведущая от гавани к центру города, где они приземлились, выглядела чистой. Покрывал ее не асфальт, а, надо же, брусчатка! Чуть дальше брусчатка сменялась узорным кирпичом, который казался недавно уложенным. Внезапно Фей понял, почему так: прямо на его глазах из-за поворота улицы выехала небольшая тележка, остановилась над участком мостовой, постояла так несколько минут и двинулась дальше. Оставшийся после этой тележки участок блестел новым, замененным покрытием. Тележка подкатила почти вплотную к шаттлу землян, где один из булыжников тоже казался выщербленным, остановилась на мгновение над ним, а когда миновала это место – от щербины не осталось и следа.

– С ума сойти, – пробормотала Ева. – У нее внутри склад компонентов дорожного покрытия, или она прямо на месте синтезирует?

– Я от души надеюсь, что первое, – сдавленно проговорил Ким. – Потому что представляешь уровень энергии, если?..

– Там может быть атомный движок, чего такого, – сказал совершенно спокойным тоном предположил Артур Мальцев. – Росатом же анонсировал атомные самолеты. Подумаешь, тут только чуть миниатюрнее.

Ким бросил на него ироничный взгляд, но ничего не сказал. Хотя Фей чувствовал, что у второго инженера вертелось на языке что-то едкое.

– Ладно, выходим, – сказал Алеша Попович. – Ева, оставайся в шаттле.

Понятный расчет: все они, даже Лю Фей, могли пилотировать челнок в случае необходимости.

– Я не спорю, Алексей, но, может, если убедишься, что безопасно, ты меня хоть прогуляться выпустишь? – со вздохом спросила Ева.

– Выпущу, конечно, – качнул головой Попович. – Я тебя сейчас оставляю потому, что ты хуже всех бегаешь, а не по какой-то другой причине.

– Блин! – воскликнула Ева. – Вот не знала, что еще и этот норматив надо было подтянуть!

Мальцев и Ким засмеялись, Фей тоже вежливо улыбнулся. И сделал себе пометку, что все-таки надо с Евой плотнее поработать на тему ее… как бы это сказать, «комплекса отличницы». Он был присущ всем женщинам на корабле, даже тете Виоле и Ольге Кузнецовой… в своем роде. Но у Евы он выражался особенно сильно, и Фей считал, что девушке стоит получше поработать над осознанием своей ценности вне профессиональных достижений.

В конце концов, у нее есть любящие родители и маленькая дочь. Неужели она считает, что семья ее любит только за то, какая она молодец?

Впрочем, работа работой (а именно психологическое состояние экипажа было основной работой Фея, кто бы что ни говорил!), а ему тоже не терпелось ступить на землю новой планеты – по сути, впервые, если не считать Фихсакол, который подсознание почему-то упорно отказывалось считать «настоящей» новой планетой из-за ее рыночного формата! На Второй Лю побывать не довелось, на Живую его тоже не взяли… Про планету тюленей и вовсе говорить не приходится – да там и поверхности никакой нет.

Так что Фей не очень сочувствовал Еве, что ее оставляют в шаттле. Потому что понимал: если бы не она, пришлось бы остаться ему.

Конечно, никакого «ветра с чужой звезды» или как там писал один из русских поэтому (впрочем, мог что-то путать) в лицо ему не ударило: никто из землян не снимал защитных костюмов и шлемов. Но Фей наконец-то смог оглянуться своими глазами, а не через экраны шаттла.

И получил странное ощущение, будто он случайно перенесся на Землю, в обычный приморский европейский городок… ну ладно, не совсем европейский, может быть, на какой-нибудь остров, бывшую европейскую колонию. Совершенно привычные дома, сложенные из мелкого камня и крытые черепицей, совершенно привычные улицы со сточными канавами, перекрестками и даже табличками-указателями (хотя зачем они в таком маленьком населенном пункте?). Две детали удивляли: во-первых, в таком узком городке около моря дома должны стоять часто-часто, смыкаться стенами, а связность между улицами должна обеспечиваться не только поворотами проезжей части, но и лестницами, вырезанными прямо в скале. Фей неоднократно видел это в городах родной страны и не только.

Однако тут дома стояли довольно далеко друг от друга, между ними простирались идеально скошенные газоны. Многие дома окружали низкие или даже не очень низкие заборчики, но в них либо не было калиток, либо калитки были открыты и подперты камнями. Идеально подстриженная трава с мелкими цветочками, кое-где декоративные фонтанчики, тоже идеально чистые. Местами цветущие кусты и клумбы. К домам, расположенным выше по склону, не вело никаких лестниц, но, похоже, можно было просто пройти, петляя по газону.

Безопасники не теряли время: в дополнение к сканирующим системам корабля Попович выпустил из своего ранца дополнительные дроны, которые, неспешно жужжа, улетели в ясное синее небо. Судя по всему, ничего криминального они не обнаружили, потому что минут через пять Попович сказал, что можно выдвигаться.

– Где тут наша цель? – спросил Ким. – Ктщ говорил, что тут есть склад.

– В сопроводительной записке то же самое, – подтвердил Лю Фей.

– Артур, ты видел что-нибудь сверху? – уточнил Попович. – Потому что я – нет.

– Видел, – кивнул Артур. – Группа зданий, обнесенных оградкой, должны быть за поворотом дороги. Давай проверим, что это точно он, ну и осмотримся заодно. А потом уже будем штурмовать.

Странный получился обход. Здания, замеченные Артуром действительно оказались складом: это было несколько длинных серебристо-серых бараков без окон под двускатными крышами, и на каждом из них помещалась табличка с надписью: «Долгосрочное хранение и резервация. Комплектующие вычислительных кластеров. Род Вейксир.» После чего шел длинный буквенно-цифровой индекс. Складской комплекс окружал такой же идеально подстриженный газон без единой протоптанной дорожки – они увидели медленно ползущую по нему автоматическую газонокосилку, но больше ничего.

– Обратите внимание, нет столбов электропередач, – сказал Ким. – Наверное, энергия передается по подземным кабелям.

– Или прямо по воздуху, – вставил Артур. – Как Тесла хотел сделать.

Ким бросил на Мальцева мрачный взгляд и, похоже, только хорошее воспитание удержало его от фейспалма.

– Самое странное, – пробормотал Попович, – что нас тут никто не обстреливает, на прицел не берет и даже документы не спрашивает.

– Может, только пока мы агрессию не проявляем? – предположила Ева.

– Мне тоже так кажется, – осторожно добавил Лю Фей. – Это согласуется с тем, что сообщил Ктщ.

– Может быть…

Они дважды обошли вокруг складского комплекса. Увидели даже несколько аборигенов: молодая девушка попивала чай в кресле-качалке, глядя на море, и помахала им рукой. Еще один мужчина рисовал на мольберте в собственном дворе. Он тоже помахал им рукой, а затем – вот удивительно! – даже подошел.

По мнению Лю Фея, он ничем не отличался от обычного полудеревенского парня – такое простецкое, расслабленное лицо, медленная, немного нечеткая речь. Может, местный если не дурачок, то полудурок? Смутно-европеоидной расы, но в отличие от знакомых ему Ктщ, которые чем-то походили не то на арабов, не то на индийцев, этот больше напоминал германца или англичанина – вытянутое такое лицо с выраженной челюстью.

– Хорошего времени, добрые люди, – проговорил он (так перевела его речь коробочка-переводчик на груди Лю Фея). – Я – Аймаюн, местный шериф. Не из враждебного ли клана? Не замышляете ли вы вред?

Его темно-карие глаза смотрели ясно и спокойно, как будто он ни на секунду не верил в такую возможность.

– Нет, – сказал Лю Фей, выступивший вперед. – Мы – совершенно посторонние на этой планете. Проездом.

– А! Ну что ж. Милости просим, – кивнул «шериф» без всякого интереса и развернулся к своему мольберту.

Вдруг Лю Фею пришла странная идея. У них были с собой переданные Ктщ хакерские насадки для взлома склада, которые должны были сработать и не поднять тревогу, но…

– Прошу прощения, добрый человек! – крикнул Лю Фей в спину уходящему. – Мы бы хотели позаимствовать кое-что с вашего склада! Можно?

– Да, да! – он обернулся и широко улыбнулся им. – Берите, конечно.

– А… какой пароль? – спросил Лю Фей под обалдевшее молчание своих спутников.

– Да какой там пароль? Мы охрану еще лет сто назад отключили. Только зря донимали всех.

Однако.