Текст книги ""Фантастика 2026-125". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Елена Кароль

Глава 16
Патрулирование. Разведка торговлей

Патрулирование с Машей – особый род удовольствия. Лучше, чем тренажеры, хотя внешние отличия не так сразу разберешь – вроде и там экраны, и тут экраны… Хотя если присмотреться даже при Машином почти совершенном рендеринге изображения отличия от реальности разобрать получалось. Глубины, что ли, больше?

Звезды в космосе не пульсируют – нет атмосферы, которая искажала бы их свет. Зато они разноцветные, яркие и, такое ощущение, что можно увидеть их угловой размер. Это иллюзия, разумеется, – человеческий глаз при всех его значительных возможностях такого не позволяет. Но ощущение, будто ты находишься на сцене с самыми крутыми во Вселенной осветительными приборами непередаваемо!

Солнце Фихсакола, красный карлик, значительно тусклее нашего Солнца. Но, поскольку мы все равно воспринимаем только небольшую часть света, субъективно здесь не казалось «темнее», чем в нашей Солнечной системе или системе Первой опорной. Хотя на тех задворках, что мы пока кружили, местная звезда выглядела просто крохотным алым диском, очень далеким, хоть и нестерпимо ярким.

– Какой тут… бурный радиоэфир, – заметила Маша, которая, конечно, начала прослушивать сигналы сразу же после скачка. – Прямо столпотворение!

– Ага, – согласился я, потому что кое-какие отрывки Маша вывела мне на динамики. – Как большой международный аэропорт в пятницу вечером. Смотри, вот этот голос, который все время повторяющиеся фразы произносит, – это, наверное, диспетчер?

– Наверное… Ты хочешь, чтобы я попробовала расшифровать этот язык?

– Смысл, если тут переводчики продаются пятачок за пучок? Ну или сколько там. Ты мне лучше скажи – по твоей оценке, местные нас не засекли?

– Не-а. Капитан Сурдин ведь распорядился – никаких радиопередач, только пассивное прослушивание. А таких мощных радаров, чтобы добивали из центра звездной системы сюда, у них нет, я бы засекла излучение. Ну и в любом случае нужно несколько часов на прохождение сигнала.

– Просто телескопы… – задумчиво проговорил я.

– Да маловаты мы для телескопов, даже и космических. Разве только у них есть оптика, на порядок превосходящая вашу земную. И возражение то же: должно хотя бы несколько часов пройти.

Я хмыкнул.

– А какая оптика была на метрополии? Какие спецификации? Что могли увидеть в телескоп твои создатели?

Маша издала звук вроде задумчивого мычания.

– Честно говоря, не знаю. Эту базу данных в меня не заложили. Понятия не имею, почему. Зато зачем-то заложили последние модные журналы… Вот какой смысл знать модные тенденции пятисотлетней давности?

– Ого! – я аж стойку сделал. – Маш, так это же круто! Это столько сведений о культуре метрополии можно почерпнуть! Тебе обязательно нужно их скинуть в корабельную базу!

– Что, интересно на фотографии красивых девушек поглядеть? – хмыкнула Маша.

Ну, честно говоря, да!

– Милая, в моем сердце кроме вас с Олей есть еще одна большая и светлая любовь – наука. Наука в широком смысле, как производное от естественного любопытства. И мало что может быть настолько же любопытным…

– … Как девушки в коротких юбках.

– А там короткие юбки?

– Вернемся с патрулирования, выведу на экраны, – щедро пообещала жена.

Как хорошо, что она у меня не ревнивая!

Так мы болтали с Машей, но не забывали и делать дело: а именно, визуально осматривать ближайшие окрестности и слушать эфир. Ничего нового по сравнению с тем, что уже «услышал» корабль не засекли.

Затем сделали еще три прыжка в произвольно выбранные точки в других квадрантах местной звездной системы, в том числе и по другую сторону от звезды. И все равно ничего тревожного. Все, что Маша пока предварительно пометила как военные объекты, вся торгово-логистическая активность явно были сосредоточены ближе к звезде. И там, судя по тону аудиопередач, ничего особенно конфликтного не происходило. Иногда незнакомая речь делалась бурной до истеричности, но никакого экстрима вроде рыданий, предсмертных хрипов или воплей не слышалось. Значит, там по крайней мере никого не убивали в мучениях перед микрофоном. Уже что-то.

Скорее всего, перекрестный допрос трех пленников-пиратов дал близкую к правде картину. Явной ловушки не было.

А когда мы с Машей вернулись после патрулирования на корабль, нас уже ждало свеженькое решение от Сурдина: будем выходить на связь с диспетчерской Фихсакола.

* * *

Представитель Таможенного Союза Фихсакола оказался типичным зеленым человечком: с бледно-изумрудной кожей, лысым, большеглазым, двуруким и двуногим. Без хвоста. Правда, все «зеленые человечки», которые мне приходилось видеть в голливудских фильмах, обычно отличались либо малорослостью и субтильностью, либо высоким ростом и болезненной худобой. А этот выглядел так, словно его снимали в Голливуде второй половины десятых годов двадцать первого века: прямо бодипозитивный, а если откровенно, толстенький. Но «бодипозитивный» подходило лучше, потому что к общей шарообразности и подпрыгивающей походке прилагалась к тому же широченная улыбка до ушей… или то был голодный оскал?

Короче, мужик производил неизгладимое впечатление!

Этакие два центнера живой массы, в огромных четырехпалых лапищах – планшетик со стилусом, огромные фаесточные глаза выпукло торчат из головы, в связи с чем ксенос не поворачивает голову, когда ему надо с вами поговорить, а просто активирует тот из трех речевых аппаратов, которые к вам ближе. Да, речевые аппараты – этакие биологические мембранчики, напоминающие динамики – у него отдельно от улыбчивой пасти. Хорошая биологическая приспособа, че. Немного избыточно, зато можно одновременно жрать и распевать арию «Царицы Ночи».

Одет этот товарищ был в утилитарный комбинезон, на груди и спине которого красовались какие-то надписи непонятными символами. Скорее всего, тот же «Таможенный Союз Фихсакола». Еще на нем были перчатки и фильтр-маска.

Мы встретили представителя местной бюрократии в приемном отсеке возле стыковочного шлюза. Это место когда-то специально разрабатывалось конструкторами «Юрия Гагарина» для возможных переговоров с инопланетными делегациями. Оно было отделено от основных коридоров корабля особенно массивными переборками, которые в случае активации особого режима опадали по сигналу «мертвой руки». Кроме того, в стенах тут имелись системы автоматизированного огня, а в соседнем отсеке – место для человека, который мог ими управлять. Сейчас там сидела Дарья Воронцова, наш главный оружейник, и держала нас на прицеле. А на встречу с инопланетянином отправились Сурдин, Тимофей, Лю Фей, Кабир Шарма и Роланд. Я наблюдал за этой встречей из кокпита Маши, по видео, как и остальные члены экипажа – со своих рабочих постов. Потому что мало ли что произойдет, а огромный человекоподобный робот – это всегда мощный аргумент на любых переговорах.

– Рад приветствовать вас в нашей звездной системе! – бодро отрапортовал инопланетный чиновник через коробочку-переводчик. – Спасибо, что не стали противиться личному досмотру! Как я и обещал, поставлю вам высший балл за кооперацию, в связи с чем вам предоставляется скидка двадцать процентов на парковочное место! Также поздравляю вас с первым контактом с разумными расами, в качестве небольшого подарка от Таможенного Союза – устройства-переводчики…

Чиновник махнул лапой, и у него из-за спины выполз ящик на гусеницах, размером с обычный Яндекс-доставщик. Тоже доставщик оказался! Крышка у него откинулась, и мы увидели в нем штабели приборов-переводчиков.

– Пятьдесят штук для удобства использования, стартовые информационные пакеты с языковыми кодами большинства разумных рас загружены предварительно, также прибор оснащен базовым рекомендательным модулем: вы можете задавать ему вопросы о правилах поведения на Большом Рынке Фихсакола, просить проложить маршрут до той или иной достопримечательности, а также уточнять рекомендованные места для проведения досуга и питания. Уточняю, что при участии в торговой деятельности в качестве продавцов вы получаете скидку за парковку в размере десяти процентов от итогового чека, а при одновременном участии в качестве покупателей – еще на двадцать процентов. Таким образом с учетом первоначальной скидки за согласие принять на борт административный персонал Таможенного Союза ваша скидка составляет пятьдесят процентов…

– Парковочное место вблизи орбиты Фихсакола стоит пятьсот мер серебра в сутки? – уточнил Тим.

– Именно, как вам уже доложила наша диспетчерская служба.

– А что если мы будем летать далеко от планеты и каждый раз приземляться на атмосферном транспортном средстве?

– Тогда вам придется оплачивать парковку на территории рынка. Десять мер серебра в час. Для тех, кто припаркован на орбите, наземная парковка бесплатно.

– Дороговато у вас, – заметил Тимофей.

– Членам Таможенного Союза предоставляется скидка. Как только ваша уважаемая раса приобретет достаточно хорошей репутации, вы можете ходатайствовать о вступлении в Таможенный Союз.

Тим и Лю Фей переглянулись, потом оба взглянули на Сурдина. Капитан кивнул.

– Мы оплатим орбитальную парковку, будем участвовать в купле-продаже на рынке, – сообщил Тимофей. – Какие документы оформить?

А дальше, мать вашу, им пришлось подписать глиняную табличку! Реально! То есть в электронной какой-то ведомости «зеленый человечек» тоже попросил расписаться, но, как он пояснил, роспись об ознакомлении с общими правилами и техникой безопасности они обязаны получить на «традиционном носителе информации», который не взломаешь. То есть даже не на бумаге, потому что бумага горит. А именно на глине.

Охренеть. Надеюсь, с традиционными жертвоприношениями, «чтобы солнце завтра поутру взошло», мы тут нигде не столкнемся?

Ну, по крайней мере, Машина помощь не понадобилась, и то хорошо.

* * *

А вот на планету первый раз нас повезла именно Маша. В кокпит нам к ней набилась большая компания: Тим и Лю Фей – как переговорщики-закупщики, Чужеслав – как «главный по тарелочкам» (уверен, Сурдину очень хотелось самому сойти на планету, но не положено, так что он отправил первого помощника), и Артур – для охраны. Тим вполголоса сказал мне, что Попович, наверное, специально послал самого мелкого и субтильного из наших безопасников, чтобы не было соблазна нагрузить его покупками. Я также вполголоса ответил, что все покупки все равно понесет Маша.

Действительно, моя «старшая супруга» прихватила для этой цели огромный контейнер, размером с бытовку, – мы их в количестве нашли на пиратском корабле. Почти пустой: там имелись разве что образцы товара, которым мы намеревались торговать – кое-что из холодного оружия, кое-что из лазерных пушек, прихваченных на пиратском корабле, другая пиратская снаряга с базы «Ясли-Садок»… Разумеется, мы не собирались продавать ничего из того, что принадлежало Машиным создателям и нашлось на базе в целом, а не разложившемся и сгнившем за пятьсот лет виде, вроде той же аблиционной краски (да, мы ее нашли, и Маша теперь щеголяла свежим слоем). Но явные излишки – почему нет? Еще бы знать, сколько удастся за это выручить!

Как оказалось, за это очень даже можно было выручить тюремный срок. Но по порядку.

Едва мы залезли в кокпит, как Чужеслав начал эмоционально восхищаться эргономикой, удобством и красотой Машиной кабины.

– Как пилот-навигатор, я просто в восхищении! – пробасил наш первый помощник.

А голос у него действительно такой басовитый, глубокий – блюз таким бы петь, да простят меня за расовые стереотипы.

– Благодарю, Чужеслав Радомирович, мне очень приятен ваш комплимент, – весело ответила моя супруга. – Однако прошу заметить, что пилот у меня может быть только один!

– Да я не претендую! – он поднял вверх широкие кисти, как будто сдаваясь и одновременно отпираясь от любых поползновений. – Просто приятно с таким элегантным образцом техники работать, что уж!

Ну-ну. Кажется, я тоже ощутил укол ревности!

Для транспортировки, как я подозреваю, десантной группы или эвакуации из зон стихийных или техногенных катастроф в Машином кокпите имелась возможность вполне штатно разместить пять человек, как я уже сказал. Не колхозить что-то с импровизированными пристяжными ремнями, а нормальные захваты из плотного, чуть ворсистого на ощупь, но несомненно пластмассового материала. По конструкции немного похожи на те, которые прижимают людей к креслам на «американских горках».

Я еще по прошлому разу, когда возил наших Рыцарей, заметил: как только ребята заняли свои места вдоль стен и крепления защелкнулись, то как будто чуть поменяли форму, подстраиваясь под каждого в отдельности. Теперь история повторилась, и я был точно уверен, что все так и есть! Ладно, Тим примерно средних пропорций, но слишком уж большой контраст представляли высоченный Чужеслав, аккуратный Фей и невысокий жилистый Артур – а захваты пришлись каждому, как по нему кроились.

Фей даже поежился, словно по нему дрожь прошла.

– Что такое? – встревожилась Маша. – Фей, я вас ущипнула? Где-то неудобно?

– Нет-нет, все в порядке, – ответил наш вежливый китаец. – Просто немного… непривычно.

– А мне наоборот хорошо! – с энтузиазмом отозвался Чужеслав. – Будто обнимает кто!

– Прошу прощения, но обнимаю я тоже только своего пилота! – сообщила Маша, и я действительно ощутил, как кресло-ложемент меня сжало чуть плотнее.

– Моя жена – самая лучшая! – сказал я вслух.

– Даже не буду спорить! – так же весело произнес Чужеслав, этот подхалим. – Ничего! Вот оживим Юрин искин, будет и на моей улице праздник!

– «Юра» – мальчик, – невинным тоном заметил Тимофей.

– Девочка, ее просто так назвали оригинально, – отшутился наш первый помощник. – С ее-то характером – точно девочка!

Информационный буклет, который предоставил нам бодипозитивный зеленый человечек, сообщал примерно следующее (в пересказе Фея специально для нас с Тимом, потому что для нас переводческие машинки на базе нанитов не работали – не было у нас нанитов).

Фихсакол – процветающая планета, между крупнейшими государствами которой царит мир и гармония (ага, так мы и поверили… То-то у них столько явно военных спутников на орбите!). Благодаря уникальным природным условиям на территории самого обширного на планете горного хребта образовалось огромное плато площадью несколько десятков тысяч квадратных километров. Помнится, в мое время любили сравнивать разные области России с Францией или там какой-нибудь Германией. Так вот, по случайности это плато оказалось по размеру примерно равно Московской области, если мы правильно перевели единицы измерения. И всю эту огромную территорию отдали под межзвездный рынок. Благо из-за своего высокогорного положения эта территория оказалась особо никому не нужна: припасы подвозить – морока, полезные ископаемые проще добывать, подкапываясь снизу, даже как полигон не используешь! Единственное, для астрономов и астрофизиков, вроде моих Энакина и Талассы, конечно, раздолье: в таких местах обычно получают самые лучшие снимки космоса. Но, насколько я понял, уровень развития местных цивилизаций давно позволил практически отказаться от наземных астрономических исследований: вон сколько спутников летает, в том числе и очень «тяжелых», явно с постоянным экипажем! Телескопы на таких разместить совсем не трудно.

Короче говоря, местные устроили здесь рынок, и не прогадали. Идея, что называется, взлетела: Фихсакол стал одним из десятка или двух популярных торговых центров, предназначенных для всех наземных разумных видов, практикующих торговлю и бизнес.

Здесь имелись обширные, просто гигантские территории, заставленные крупными товарами – от звездолетов до каких-нибудь жилых фургонов, рассчитанных на самые разные формы жизни. Некоторые из этих пространств были залиты водой, там продавались яхты и подводные транспортные средства. Были и площадки, занятые палатками и павильонами для товаров поменьше. Были большие крытые многоэтажные павильоны, насколько мы поняли, похожие на привычные земные торговые центры – там продавали разнообразные мелкие товары, от еды и наркотических средств (Фихсакол запрещал продажу только того, что являлось наркотиком для населения Фихсакола и государств Таможенного Союза, все остальное дозволялось к продаже) до оружия, антиквариата и ювелирных украшений. Для досуга же имелись гостиницы, театры, казино, парки развлечений (да, три штуки, один из них водный!), ночные клубы, бордели, едальни, аналоги чайных и распивочных, даже геймерские клубы – невозможно перечислить! Смысл многих названий мы даже не поняли: видимо, наниты не нашли им прямых аналогов ни в русском, ни в китайском, ни в хинди или в английском.

Разумеется, во всем этом великолепии торчало также что-то вроде городского сити: представительства стран Таможенного Союза, офисы каких-то крупных корпораций, просто бизнес-центры для тех, кому помимо павильона еще нужна была обычная контора. Безумные масштабы.

За порядком на рынке надзирала полиция Таможенного Союза – организации, в которую входили то ли все, то ли почти все крупные державы Фихсакола, а также еще несколько инопланетных стран или цивилизаций. К нашему удивлению, деление на страны сохранялось много где, хотя до этого большинство земных ученых сходилось во мнении: если не объединить ресурсы на уровне планеты, в космосе делать нечего! Оказалось не так. Что там, даже наши пленные рапторы-пираты, как выяснилось во время допросов, происходили из разных стран на своей планете и даже принадлежали к разным расам! (У одного радужка глаз была желтая, а двух других голубая).

У этой полиции и вообще у органов Таможенного Союза имелась на плато собственная инфраструктура, которая отжирала до одной восьмой территории рынка. Не слабо! Ну что ж, вот и оценим, насколько хорошо эти ребята справляются с поддержанием порядка.

Приземлились мы на краю огромной стоянки для шаттлов – тоже «государство в государстве в государстве». Встали в очередь для таможенного досмотра, и местные чиновники сразу предложили нам взять в аренду транспортное средство: что-то вроде небольшого вездехода с шарообразными колесами. Очень разумное предложение – попробуй-ка походи по такой территории на своих двоих! Да и покупки, если что-нибудь возьмем, надо же куда-то складывать. Отказываться мы не стали, тем более, что цена аренды показалась нам приемлемой. Но спросили, может ли Маша нас сопровождать.

– Разумным ее размера удобнее держаться центральных аллей, – сообщил нам такой же трехротый бодипозитивный чиновник, как и тот, что поднимался на борт «Гагарина». – Воздушные полеты на территории рынка запрещены, но допустимо передвижение на антигравитационных двигателях не выше метра над землей. Рекомендуем вам воспользоваться этой опцией, чтобы не создавать лишнего шума и вибрации почвы.

– Благодарим за совет, – ответил Фей, который вел беседу. – Что-нибудь еще?

– Да, – проговорил чиновник. – К сожалению, вынужден задержать вас за нарушение правил Таможенного Союза и возможную контрабанду запрещенных предметов.

Не было печали!

Глава 17
Мужики смотрят тачки. Базарные знакомства

Что-то у нас веселое межпланетное путешествие по сию пору: в первой точке пытались взять на абордаж, ограбить и в рабство угнать (наверное). Во второй – в тюрьму посадить!

С этим надо что-то делать…

Не успел я, правда, начать прикидывать, как вызвать Машу, чтобы она здесь все разнесла, а Тим подхватил меня под локоть и быстро сказал:.

– Вань, только не пори горячку. Думаю, дело можно разрешить. Вряд ли они горят желанием нас реально арестовывать.

– С каких это пор я стал тут главным берсеркером? – хмыкнул я.

– Да водятся за тобой всякие импульсивные поступки… К общему благу, я ничего не говорю! Но лучше подожди натравливать на них Марию.

Фей тем временем начал выяснять у чиновника, в чем дело. Оказалось, что в ящике с образцами нашего товара, который мы послушно отдали на проверку – багаж тут просвечивали рентгеном точно так же, как в наших аэропортах – есть вещь, которая содержится в местной базе данных как краденая.

– Хм, – Тим тут же включился в беседу, – я что-то не помню запрета торговать вещами, отбитыми у пиратов! А именно так мы эту вещь и получили.

– Запрета на торговлю трофеями, взятыми с бою или в результате успешного воровского ритуала, действительно, нет, – кивнул чиновник.

«Воровского ритуала»? Надо же, какая у некоторых культура интересная!

– … Однако если обслуживающий персонал обнаруживает на рынке Фихсакола предмет, зарегистрированный в базе данных Таможенного Союза как украденный у одного из членов Союза, то такой предмет попадает под юрисдикцию соответствующего государства Таможенного Союза, а не Устава Рынка.

– Понятно, – сказал Лю Фей. – Таким образом, если бы предмет был украден у любого из участников торгового процесса, кто не принадлежит к Таможенному Союзу, то мы могли бы его продавать как свой без всяких нареканий?

– Если бы он не был украден на территории рынка, – педантично поправил чиновник. – Воровство и насилие на территории Рынка строжайше караются!

– Очень похвально с вашей стороны, – кивнул Фей. – Но мы не знали, что этот предмет принадлежит кому-то из членов Таможенного Союза. Если мы добровольно вернем его, мы избежим неприятностей?

– Разумеется! – широченный оскал таможенника стал еще шире. – И поскольку вы предложили это первым, до того, как я озвучил соответствующий пункт правил, вам также предоставляется пятипроцентная скидка при оплате стоянки за соблюдение норм общегалактических принципов добросовестного ведения дел!

Ну, нормально так у них все оказалось. Цивилизованно. А я уж думал, придется еще из одной кутузки бежать. А очень вряд ли тут нашлась бы вторая любвеобильная рабыня, готовая помочь нам скрыться!

Впрочем, нет, неправильно я подумал. Оля – не любвеобильная. Она, скорее, просто искренняя. И, если я правильно понимаю ее мотивацию, довольно нестандартно мыслящая. Во всяком случае, «сырой» интеллектуальный потенциал мне у нее видится хороший, надо будет спросить, не против ли она расширенных исследований у Лю – он мне уже намекал, что более чем заинтересован в таком уникальном объекте для когнитивных исследованиях.

Кстати говоря, губа у Таможенного Союза, как выяснилось, не дура: в их списке краденого фигурировал самый красивый из прихваченных у пиратов арбалетов, инкрустированный золотом и самоцветами. Мы думали выручить за него неплохую сумму, а если не получится, то хотя бы золото спилить. Потому что и золота, и серебра у нас собой было не так чтобы много. В основном, то, что мы захватили у пиратов.

Вообще-то на Земле на «Юрия» погрузили некоторое количество драгметаллов, именно на случай, что, возможно, удастся их использовать, как валюту – хотя наши умные головы считали обогащенный уран более перспективным в этом смысле. Но мы не рассчитывали на необходимость оплачивать парковку около Фихсакола! Да и вообще как-то не думали, что выдастся возможность полноценно и вдумчиво поторговать на хорошо организованном зарегулированном рынке…

То самое, о чем я рассуждал в самом начале: как ни продумывай на Земле список всевозможных неожиданностей и вероятностей, все равно реальность найдет, чем тебя удивить!

Да, и в заключение нам предложили положить немного серебра в местный банк, чтобы получить на руки дебетовую карточку для расчетов и защитить себя от кражи. Что мы с благодарностью и проделали, потому что местных монет («мер») у нас не было, а каждый раз рубить серебро и взвешивать его на весах, чтобы рассчитаться – гемор тот еще.

* * *

Фихсакол действительно находился в приливном захвате со своей звездой – то есть его вращение вокруг своей оси за миллиарды лет синхронизировалось с обращением вокруг светила. Или, иначе говоря, к местному солнцу была повернута только одна сторона. И по логике-то это должно было привести к тому, что одна сторона в вечном дне, другая – в вечной ночи, по терминатору – зона сумерек. Плюс чудовищные ураганы, которые постоянно дуют из одной зоны в другую, плюс мало ли что еще – компьютерные модели подобных планет давали самые разные результаты! В самом оптимистичном сценарии считалось, что жизнь будет возможна то ли на узкой зоне между двумя полушариями, то ли в каких-то еще защищенных зонах, в горах, например, или на островах.

Однако действительность оказалась не такой драматичной: парниковый эффект «прикрыл» Фихсакол плотной шапкой густых облаков, которая в паре с биосферой и океаническими течениями способствовала установлению на всей планете ровного, мягкого климата. Да, даже на теневой стороне! Правда, здесь действительно постоянно дули сильные ветры, поэтому местные формы жизни отличались этакой степенной массивностью и неторопливостью – отсюда и «бодипозитивность» зеленых чиновников. Но в остальном климат был почти курортный.

Мне, правда, казалось, что на темной стороне должно быть слишком уж темно, но нет: туда попадал отраженный от облаков свет, плюс в самих этих облаках жило множество фосфоресцирующих организмов, которые давали вполне приятный рассеянный свет. Да, с фотосинтезом на «теневой» стороне было – было бы – не очень, но большую его часть покрывал океан, где базовый трофический уровень (фитопланктон) состоял либо из организмов, не ведущих фотосинтез, либо из тех, кто приспособился существовать на слабом освещении, пробивающемся сквозь облака. Да и сами облака служили источником органики для этого океана, потому что крошечные фосфоресцирующие существа в них, разумеется, постоянно умирали и пылью падали вниз.

Короче, очень интересная и очень на наш взгляд хрупкая экосистема, которой Кабир начал петь оды сразу же, как только с ней ознакомился! А базовые сведения о Фихсаколе содержались в информационном пакете, переданном первым же чиновником.

Нам очень повезло в том плане, что Рыночное плато находилось, во-первых, в окружении высоких горных пиков, которые хотя бы немного прикрывали его от ветра – насколько вообще можно защитить такую огромную территорию, которая, к тому же, высоко поднята над уровнем моря. А во-вторых, что оно находилось в условной «сумеречной» зоне, и для желающих полюбоваться на особо красивую игру света в облаках достаточно было дойти до западного края плато.

Широкая главная аллея как раз вела с востока на запад. Выглядела она как обычное, но очень широкое шоссе, над которым этаким автобаном поднималась высокая арочная конструкция – скоростная магистраль для тех, кто не собирался телепать на установленных для нижней части сорока километрах в час. Мало ли зачем может понадобиться попасть на другой конец Рынка не за несколько часов, а минут за двадцать!

Мы же пока никуда не торопились, ехали и осматривались. Причудливое, конечно, место. Реально нельзя было понять, на что смотреть, и также на что смотреть первым.

Представьте себе, что любопытство оборудовано зуммером, и каждый раз, когда вы видите нечто интересное, он начинает попискивать. Так вот, во мне лично этот зуммер вопил настолько непрерывно, что я был вынужден просто перестать обращать на него внимание – а не то я бы и шага не прошел, занимаясь постоянным анализом покрытия шоссе, неба над головой, проезжающих мимо транспортных средств, сидящих в них пассажиров, указателей на рыночных дорогах и материала, из которого они сделаны. Это не говоря уже о торговых участках, мимо которых мы проезжали. Блин, да подростком я бы половину жизни отдал, чтобы получить возможность исследовать любую хреновину, созданную инопланетной разумной расой, – а теперь вот, хоть обмазывайся!

Думаю, мои спутники чувствовали себя примерно так же: как я уже знал, почти все на корабле – кроме, кажется, очень прагматичного Артура и, внезапно, моего подчиненного Энакина, еще в младенчестве уставшего от родительской шизы, – с детства мечтали о том, чтобы отправиться на другие звезды. Соответственно, у нас у всех любопытство отключилось от перегрузки, и мы вели себя почти как обычные мужики, приехавшие на обычный строительный рынок прицениться. Хотя нет, поначалу мы вели себя как деревенщины, привыкшие покупать только тракторы, в продажной зоне салона городских спорткаров… наверное. Понятия не имею, как владельцы тракторов себя там ведут, сам машину уж больно давно не покупал – и ни разу в будущем.

Маша же, которая следовала за нами, по совету местных чиновников приподнявшись над дорогой с помощью антиграва, сохраняла олимпийское спокойствие и воспринимала окружающее как должное.

(Я не ехал в кокпите Маши, потому что мне не хотелось отрываться от коллектива и вообще хотелось побыть тем самым деревенщиной, крутя головой во все стороны.)

К Главной Аллее перпендикулярно присоединялись аллеи поменьше, вдоль каждого располагалась какая-то секция. Мы миновали секцию звездолетов, что породило бурную дискуссию между Чужеславом и Тимофеем, нужно ли пытаться продавать тут «наш» пиратский крейсер. Старпом хотел попробовать, а суперкарго уверял, что в таком состоянии мы его явно продадим только по цене лома, и что гораздо больше пользы он принесет дома.

– Я уже подал Виктору Георгиевичу доклад, – заметил Тимофей. – Раз существуют пиратство, преступность и даже межпланетные конфликты, где гарантия, что кто-нибудь не явится к Земле и не попробует ее… ну пусть не захватить – пусть пограбить? А у нас сейчас практически нет космического флота. Переоборудовать «Веселого Роджера» в наш военный корабль и починить его куда дешевле, чем строить с нуля. А сбывать… Мало того, что хорошей цены не получим, так это почти наверняка и долго. Посмотри сам, вон те корабли, что подальше от главной аллеи, выглядят так, как будто тут уже месяцами стоят!

– Н-ну, пожалуй, – с сомнением согласился Чужеслав.

Я же видел, что Тим совершенно прав. Возле главной аллеи действительно выстроились новенькие, с иголочки (ну или выглядевшие таковыми) летательные аппараты – в основном, небольшие, явно рассчитанные на крохотный экипаж и не слишком далекие перелеты. Все они сверкали свежим покрытием (не думаю, что это краска или лак, скорее, что-то вроде Машиного аблиционного слоя), вокруг многих ходили покупатели – или лазали по ним. Зато в глубине секции, дальше от Главной аллеи, виднелись куда более хламоподобные машины, которые также чем дальше, тем делались больше. Совсем у горизонта смутно высились в туманной дымке и вовсе гороподобные звездолеты. Как они их приземлили – и главное, зачем? Ясно же, что такие невероятные монстры должны собираться на орбите!

Естественно, поскольку все, кроме Фея, имели техническое образование (в случае Артура – среднее специальное), и просто все, не исключая нашего психолога, участвовали в недавней починке «Гагарина», немедленно завязалась бурная дискуссия о видах и моделях окружающих нас космических кораблей. Наверное, мы бы даже свернули к обочине и остановились, чтобы спокойно доспорить, но следующей была секция атмосферного транспорта, потом – наземного транспорта…