Текст книги ""Фантастика 2026-175". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)"

Автор книги: Валерий Пылаев

– Как солнце уйдёт, можно будет открыть, здесь очень красивый вид, – она сказала так, словно мне здесь придётся задержаться надолго.

Я, естественно, подошла к окну и посмотрела на улицу. Да, действительно, вид открывался великолепный. Несмотря на слепящее солнце, я полюбовалась видневшейся вдали рекой.

– Рабочее задание в этой папке. Пётр Михайлович прибудет после обеда для дальнейших разъяснений. Уборная за той дверью. А там, – она указала на другую комнату, – есть чайник и коробка с сухпайком. Через полтора часа я препровожу вас на обед. Если что-то понадобиться, вот здесь звонок ко мне в приёмную, – она указала на панель по другую сторону от включателя света. – Мне придётся вас закрыть, – Юлия Максимилиановна улыбнулась и вышла.

Интересно, она не любопытная и её совсем не смущает привлечение подростка, или здесь в порядке вещей присутствие разных личностей? – подумала я, посмотрев на закрывающуюся дверь.

Первым делом я ещё раз посмотрела на улицу. Сотников прибудет после обеда, для дальнейших… Хмыкнула. Значит, я могу застрять здесь на несколько дней. Александра будет паниковать, не удивлюсь, что пойдёт меня искать.

А теперь к сути моего нахождения здесь. В папке была пояснительная записка, в которой говорилось, что эти папки, работы Алексея Тимофеевича Шустрица и мне предстоит отделить все наработки, относящиеся к созданию формулы, и желательно положить отдельно всё, что относиться к финальному этапу создания.

Ясно всё с ними, решили ускорить процесс. Полностью поддерживаю такой метод, но всё же против вовлечения детей… Но, как говорится, в деле государственной важности все методы оправданы.

Тянуть смысла не было, надо работать. Я даже не исключала наличия здесь видеонаблюдения, – не покидало ощущение стороннего взгляда.

Прошлась взглядом по папкам, выхватив знакомую, она, как назло, была практически в самом низу одной из стопок. Переложив массу тяжёлых бумаг, открыла заветную находку. Да, это была именно та большая папка, которую мне показывал Алексей Тимофеевич накануне смерти, именно в ней должны быть чертежи с магической формулой.

Мдя… Горе-убийца так торопился отхватить мировой славы, что, ничего умней не придумал, как обвести жирно наш совместный с профессором чертёж, как грубо и по-дилетантски. Как вообще могли принять эту разработку, неужели всем плевать, как она сделана?

Хотя о чём я, они не стали бы даже проверять происхождение. Может, потом, если бы поступила жалоба. Ведь на кону мировое открытие! Выходит, убийца не сомневался, что её не последует, значит, были причины.

Ладно, меня не для того сюда притащили.

В папке были и лишние чертежи, скорей всего вора, стиль начертания другой. Делая анализ, я неожиданно поняла одну вещь. Да, память у меня всегда была хорошая, но подобными дедуктивными методами я не обладала. Значит, это черта Насти, которую я позаимствовала. Странно, она так естественно вписалась в мою личность, что я уже не мыслила по-другому. Даже если захочу, уже не отделю черты Насти от своих, ведь подтверждением может служить только моя прежняя жизнь. Такие себе доказательства, прошлый мир казался далёкой тенью, сном.

Кстати, о снах, – неожиданно посетила меня догадка. В те дни, что я видела сны с Чёрным миром, я жутко не высыпалась, словно совсем не спала. Может так и есть и эти экскурсии совсем не сон, а какое-то ментально воздействие, имитация жизни? Только от кого происходит воздействие или отчего? Пока никаких выводов не могу сделать. Хорошо бы пообщаться хоть с каким-нибудь адекватным носителем чёрной крови… мечты, очень опасные. Даже не стоит об этом думать, чтобы они не сбылись.

Думая, я продолжала перекладывать бумаги сортируя. Видела ошибки профессора, которые сейчас не имели значения, но вызывали тоску. Алексей Тимофеевич корпел над этими чертежами годами, имея возможность следовать только бесконечным расчётам. А я даже не могла представить, каким трудом доставались человечеству все эти открытия, я, да и всё наше поколение магов, просто брало готовое и что-то сочиняло, витая в каких-то несбыточных мечтах и желаниях наделить человечество, обычных людей, хоть частичной нашей силы.

Теперь я понимала для чего – чтобы на фоне ущербных обывательских магов выглядеть ещё более могущественными. Я даже поморщилась от отвращения и к себе тоже.

А к чему стремятся маги здесь? Да всё к тому же. Никого не заботит благополучие простого населения. За всё время нахождения здесь, я не слышала рассуждений на эту тему, ни дома, не на телевидении и в академии не поднималась эта тема.

Так, может, я зря вообще им всё это даю? Ведь если бы я не решила поиграть в богиню знаний, то Алексей Тимофеевич был бы жив! Так, что-то меня опять в самокопание понесло…

Работай, Несса, ничего уже не вернуть!

Глава 15

Юлия Максимилиановна открыла дверь ровно в полдень и пригласила идти за ней. Мы спустились на первый этаж и пошли в самый конец коридора. Зайдя в дверь, оказались у арочного перехода, который вёл в другое здание, оказавшимся большой столовой.

Увидев обстановку, я улыбнулась, ну наконец-то привычная подача и большой выбор блюд. Меню некогда было читать, взяв подносы, мы встали в быстро передвигающуюся цепочку людей.

Ещё раз улыбнулась, и никого не колышет, что я графиня, хотя таких думаю, здесь немало, возможно, и князь или княжна найдётся, та же Юлия, совсем на простолюдинку не тянет.

Мы подошли к первым блюдам, к моей радости, компаньонка тихо начала пояснять, что это и из чего состоит… Первым я взяла очень аппетитно выглядевший салат с мясом и фасолью. Потом уже горячее мясо с грибами и овощами. В конце добавила слойку и морс. Порции были довольно большими, думаю, наемся.

Моя сопровождающая была совсем не многословна, как и все окружающие. Не привычно было обедать под аккомпанемент только бряцанья посуды.

Вернув меня в комнату-сейф, секретарь удалилась. По немногочисленным фразам я всё же догадалась, кто она.

Буквально через час дверь опять открылась, явился хозяин.

– Добрый день, Анастасия Павловна. Вижу, вы славно поработали, – не тени улыбки, просто факт. Я действительно много рассортировала.

– В этой папке я сложила всё, с чем мы работали с Алексеем Тимофеевичем. Лишние чертежи, которые туда засунул убийца, а вложила в отдельную папку.

– Отлично. Возможно, потребуется ваше пояснение. Если не хотите лично объяснять, можете составить сопроводительные записки, – Пётр Михайлович, открыл указанную папку и стал смотреть. На губах проскользнула улыбка, видно, вспоминает, как мы это всё строили.

– Я так поняла, сегодня вы меня не отвезёте обратно? – мне нужно было знать точно, на что настраиваться.

– Боюсь, вы не успеете сделать всё за сегодня. И ещё я хотел бы поговорить о дальнейшем развитии ключа. Как я понял, он уже подключился.

Я подошла к мужчине.

– Можно? – спросила, указывая на область, где был ключ.

– Да, конечно, – Сотников даже грудь выпятил, хоть китель не стал расстёгивать.

Положив руку на указанную область, я убедилась, что формула практически встроилась. Я бы могла просто объяснить всё словесно, но мне жуть, как хотелось посмотреть его сеть.

– Уф… – не удержалась я от удивления. – Вы за такое короткое время хорошо усилили скелет, – я знала в чём секрет, поэтому не получилось скрыть осуждения в голосе.

– Есть методы, вы же знаете, Анастасия Павловна.

– Вы сильно рискуете.

– У меня работа такая. Так, каков мой следующий шаг? – вроде и вопрос, но походил на приказ. Да, работа у него опасная, судя по состоянию здоровья, что-то сильно его подкашивает. Но заострять внимание на этом не стала.

– Я не сильно продвинулась и не имею возможности практиковать. Можно сказать, нелегально балуюсь у себя в комнате… – начала я.

– К себе я вас забрать не могу, профиль не тот, но попросить обеспечить вам место для практики, могу.

– Мне уже Стелла Константиновна пообещала поговорить с преподавателями, но от вас явно будет быстрей, – я улыбнулась. – Пока я заканчиваю скелет, с ключом это происходит быстрей. Мне кажется, что, если давать ему задачу, он её делает, – по сути, это правда. – Я перед сном концентрируюсь на участке, что надо пройтись и часто получается его сделать за время сна. Не знаю, как это работает, но стоит попробовать и вам.

– Спасибо, буду пробовать. Ещё я не понял, как вы мгновенно создаёте формулу?

Честно сказать, я думала, что догадается, но не учла то, что этот мир шёл по другому пути развития магии – плоскому. Создала ключ удобного размера и повесила его напротив мужчины.

– Сконцентрируйтесь на сфере, надо охватить взглядом его полностью. Вы сразу поймёте, когда получится дубликат. Я его назвала слепок.

– Ничего не происходит, – Сотников был нетерпелив.

– Сконцентрируйтесь и потяните сферу ключом. Как я, – сделала вид, что я пытаюсь.

– Ничего не видно.

– Выходит, слепок вижу только я… жаль, – постаралась сыграть крайнее разочарование. – Сконцентрируйтесь, представьте, что из ключа вылазят ручки и цепляют сферу, – я хохотнула, представив, Пётр Михайлович просто скривил рот, видно, это обозначало подобие улыбки.

По тому, что у Сотникова слегка округлились глаза, я поняла – получилось.

– А теперь мысленно уменьшите сферу и заведите в ключ.

– Получилось. Как вызвать? – наверное, никто не видел такого восхищённого главного надзирателя, сея губернии.

– Те же действия, но в обратном порядке. Представьте, что хотите вызвать, и тяните из ключа.

Получилось с первого раза. Мужчина, уже не стесняясь своего чувства, улыбнулся.

– Жаль, что вы ещё с рунами не работаете. Думаю, механика будет похожая. Попробую сам что-нибудь сделать, если будет удачно, то сообщу вам, – видно, Пётр Михайлович вошёл в раж и уже просчитывал, что он ещё может сделать для нашего дела.

– Совместная работа – это замечательно, – не сказать, что я горела желанием с ним часто встречаться, но он явно ждал этих слов. – Хорошо, если бы вы вели записи того, что делаете.

– Всенепременно буду вести. А к вам большая просьба, воздержитесь от обнародования формулы. Я знаю, что вы консультируете группу старшекурсников… Удивительная вы девушка, Анастасия, – Сотников неожиданно переключился на мою личность. – Думаю, любая структура заберёт вас к себе, даже без образования, – мне послышалась, или он на что-то намекает?

– Мне надо учиться. Я же чистый практик, а в теории нахожу очень много полезного. Но, уверяю вас, я постараюсь закончить академию года за три, – поделилась своими планами.

– Не сомневаюсь. Но ваша персона в рядах надзорных органов, мне не светит. Надежда, конечно, есть. У вас появился второй дар, значит, стоит ждать следующий, по вашей же теории. Очень надеюсь, что будет менталист.

Хорошо, что Сотников не может увидеть мои дары, и надеюсь, нескоро сможет, иначе он вцепится в меня, а я, носитель чёрной крови… Хотя о чём я, если будет прорыв в определении даров, то все узнают, что у меня запретный дар, и меня ждёт институт или ещё что похлеще.

– Жаль, что нельзя выбирать, – вздохнула с сожалением. – Хотела спросить. Раз я здесь остаюсь, можно мне дома переночевать?

– Нет. Вы переданы под опеку Надзорных Органов до конца практики. Да, другого способа воспользоваться вашими услугами не было, только оформить практику. Хорошо, что нет запрета для первокурсников. Для отдыха вам предоставят номер в гостинице на территории управления. Больше не смею вас отвлекать. В шесть часов Юлия Максимилиановна отведёт вас в номер. Ужин, который пожелаете, вам принесут. До свидания, Анастасия Павловна!

Попрощалась и, посмотрев на закрывающуюся дверь, продолжила работу.

Спохватилась, что забыла спросить про бумагу для пояснительных записок. Хотела уже позвать секретаря, но включила голову, здесь, должно быть, всё необходимое. Прошла к стеллажам и сразу нашла, что искала. В папках, которые там лежали, была только чистая бумага, а в ящиках куча ручек и карандашей на любой вкус. Даже планшетка для комфортного письма в любых положениях. Но я привыкла на столе.

Решила сразу сделать записи. Ближайшие часы писала, вкладывала листы к каждому чертежу. Так увлеклась привычной работой, что не заметила, как наступил вечер.

Пришла Юлия, и мы покинули здание управления, но не через главный вход, а вышли во двор. Я видела его из окна, потому что моя рабочая комната выходила окнами на эту сторону. И здание, казарменного типа тоже видела, даже не могла предположить, что это гостиница.

При входе ничего не проверяли. Сопровождающая просто взяла ключи от номера у ключницы и повела меня на место ночлега.

Номер оказался на первом этаже, буквально первый по коридору. Внутри было всё просто, уютом и не пахло.

– На ужин есть какие-то предпочтения? Или вам меню предоставить? – спросила Юлия.

– Мясо какое-нибудь, картошку по-деревенски, чай, пирожок или булочку, можно ещё салат…

Женщина кивнула.

– Я рано встаю. Когда я могу приступить к работе, хотелось бы завтра всё закончить? – не было желания здесь задерживаться.

Юлия удивилась.

– Хорошо. Зайду за вами в семь. Спокойной ночи, Анастасия Павловна!

Мдя… села на край кровати и осмотрелась. Сегодня у меня будет самый скучный вечер в этом мире, даже структуры не поделаешь… Подошла к окну, оно выходило во двор управления и ничего примечательного там не было, просто громадина здания и несколько деревьев. Надеюсь, мне никто не запретит выходить из гостиницы?

Подошла к ключнице.

– Добрый вечер! А не подскажите, есть ли возможность прогуляться перед сном, не покидая территории управления?

– Да, конечно, – женщина мне улыбнулась. – за гостиницей есть терраса с видом на город, даже реку видно.

– Отлично, спасибо! – настроение сразу повысилось.

Ужин принесли в семь. Большая порция, видно, Юлия не пояснила, что для девушки, или перестраховалась, вдруг не наемся. К моему заказу добавились фрукты и конфеты. И что порадовало, чай был в литровом термосе, таком же, из которого я пила кофе в машине.

Аппетит со времён института у меня сильно убавился, осилила только половину порции. Не стала распоряжаться, чтобы унесли остатки ужина, вернусь с прогулки, сто процентов проголодаюсь.

Взяла термос, пирожок и пошла гулять.

Солнце уже клонилось к горизонту, об этом я могла судить только по освещению, так как закатное светило загораживало здание управления, но это обстоятельство никак не испортило вида, который я увидела с большой террасы.

Эта часть города уходила чуть под уклон к реке, и мне всё прекрасно было видно: частные коттеджи, сами улицы, на которых уже зажгли фонари. Снующие машины, спешащих домой людей и блестящую поверхность реки, в которой играло яркими красками облачное небо. Красота!

Налила чай, облокотилась на перила и стала любоваться.

Вроде и довольна всем, и стою сейчас с улыбкой, но одновременно выводят из себя непонятные приступы уныния и страха, которые порой накатывают вроде как на ровном месте. По сути, я не знаю, что меня ждёт впереди, и куда заведёт это прогрессорство. Что будет, если меня захотят проверить? Ведь дотошных умников много на свете, и в надзорных органах тоже. Могут сделать это на всякий случай и явно будут затрагивать неудобные темы.

Ещё вопрос: пойдёт ли на это именно Сотников? Сомневаюсь, он ведь не дурак, понимает, что под принуждением я вряд ли буду плодотворно работать. Значит, по сути, он, наоборот, меня должен прикрывать от такого рода интереса со стороны. И это хорошо.

Рокотов тоже будет меня прикрывать, у него свой интерес – это академия, и ещё что-то пока даже нет предположений, что именно. Он закрытый для меня человек, и дружбы с ним не построишь.

По сути, и всё… Я, конечно, не исключаю других интересантов, но пока их не наблюдаю. Возможно, Пётр Михайлович для этого меня и предупредил, чтобы отсечь все поползновения на мою личность. Значит, будет легальная причина подставить такие личности, если появятся в опасной близости.

За размышлениями быстро стемнело, надо возвращаться. Перекусила на ночь, и сама отнесла поднос к ключнице.

Всё, спать, завтра долгий день.

* * *

Делать пояснительные записки я закончила к обеду, это меня вполне устраивало. Теперь надо поторопиться с разбором писанины профессора. Если честно, я не понимала, по какому принципу их сортировать. Если по сферам деятельности, то это совсем не ко мне. Но хоть что-то я могу сделать.

После короткого обеда приступила.

В первой папке алхимия, пробежалась по листам и отложила. Во второй были какие-то разработки по целительству: гнойная хирургия, опухоли… методы диагностики, лечения. Для меня эти труды не имели никакой ценности, поэтому убрала в сторону. Дальше просто просматривала и раскладывала в разные группы, на своё усмотрение.

Неожиданностью стала одна тонкая папка, судя по дате на ней, Алексей Тимофеевич вёл её лет пять назад.

Рунные структуры – гласила надпись от руки на обложке тетрадки, – она единственное, что я там нашла. Стала её листать.

В тетради были изложены мысли о строении рунных слоёв. Профессор тогда предполагал, что есть возможность изолировать слои без использования чёрной крови, а именно при помощи структурной сетки. Профессор забросил эту идею, не найдя практического воплощения. Ну да, для этого надо было перейти с листка бумаги, на энергетическое построение в воздухе, тогда он об этом не догадался. Но сама разработка была рабочая, особенно с учётом появления ключа. Он уже тогда догадывался, что должен быть какой-то управляющий узел, который объединит все слои и приведёт их в рабочее состояние.

Я сидела и улыбалась, мне не придётся искать способы и имитировать изобретение структуры, это уже сделал Алексей Тимофеевич. Гениальный был человек!

Сделала несколько правок и сразу села за пояснительную записку, где излагала все свои мысли по поводу этой работы, не забывая подчеркнуть невероятный прорыв, который сделал профессор, а я только внесла несколько нюансов.

С чувством удовлетворения закрыла папку, которая получила наполнение из десятка листов. Поняла, что времени на остальную работу остаётся слишком мало, надо ускориться. Сейчас я не желала увидеть в работах что-то стоящее внимания. Простите, Алексей Тимофеевич, я нисколько не принижаю вашу гениальность, но хочу уехать отсюда в свою уютную квартирку к уже истерящим подругам, в последнем я была уверена.

Сотников зашёл в комнату в пять часов вечера. Кивнул и встал в стороне, наблюдая за моим суматошным просматриванием содержимого папок и тетрадей.

– Есть успехи в поиске? – мужчина не выдержал длительного бездействия.

– Да. Неожиданно нашла продолжение развития ключа, – коротко глянула на Петра Михайловича и уткнулась в открытую тетрадь.

– Подробней, пожалуйста, – Сотников подошёл и, взяв у меня из рук тетрадь, закрыл и отложил в сторону.

Я потянулась к заветной папке.

– Алексей Тимофеевич пять лет назад пытался раскрыть тему рунных структур, но ему тогда не хватило понимания. Сейчас, после изобретения магической формулы, он бы легко завершил сей труд, – я открыла папку, приготовившись объяснять.

– Так, Анастасия, вы очень хорошо поработали и сэкономили нашим экспертам уйму времени, – мужчина хмыкнул. – Вам пора возвращаться, – он взял у меня папку. – Давайте я вас отвезу, и вы по пути подробно расскажите, как эти структуры связаны с ключом.

Я растерянно посмотрела на папку. Пётр Тимофеевич правильно меня понял.

– Возьмём её с собой, – он нетипично широко улыбнулся. – Выходите во двор, я подъеду минут через десять, – он указал на дверь, а я не стала задерживаться.

Шла по коридору и понимала, что мне ещё придётся сюда вернуться, Сотников так легко от меня не отстанет.

Вышла из здания и стала ждать. Появилась стандартная чёрная машина, я просто проводила её взглядом, потом проехала ещё одна. Но было чувство, что главный надзиратель ездит на чём-то особенном. У него всё слишком сдержано в работе, где-то он должен отводить душу. И когда из-за здания управления появилась серебристая, смахивающая на спорткар машина, я улыбнулась. А вот и Сотников!

Предсказуемо, машина остановилась рядом. Мужчина не стал выходить и услужливо открывать мне дверь, ну да, я же не барышня на свидании. Но сам факт, что он повезёт меня собственной персоной, говорил о многом. Свидетельством этому, стали ошарашенные взгляды служащих.

– Шикарный автомобиль, – сев на переднее пассажирское сидение, не удержалась я от комплимента. – Такой же хищный, как вы.

Пётр Михайлович удивлённо на меня посмотрел, но я заметила довольную ухмылку на лице.

Мужчина потянулся за папкой, которая лежала на заднем сидении, видно, предполагал, что я туда сяду, а я наглая девчонка, не выказала и капли страха. Странное дело, но этот человек, несмотря на пугающее положение, стал вызывать у меня интерес и даже уважение.

Понимала, что его благосклонность может быть обманчивой, и он, не задумываясь, раздавит меня, но было чувство, что он человек слова. Если сравнить с Рокотовым, то я не чувствовала двойственности.

Мы тронулись. Подъехали к воротам, которые незамедлительно начали открывать два крупных охранника. Выехав на улицу, мы влились в поток, здесь тоже бывает час-пик, и мы в него попали. Радовало то, что машин не так чтобы много, значит, пробок не должно быть.