Текст книги ""Фантастика 2026-175". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)"

Автор книги: Валерий Пылаев

Соавторы: Елена Шатилова,Александра Власова
сообщить о нарушении

Текущая страница: 76 (всего у книги 285 страниц)

Глава 19

Хореография. Вполне понятная дисциплина, не оставляющая места для фантазии. В то же время, по моему мнению, ненужная боевым магам. Что могут дать изучение танцевальных движений и хождение в пуантах? Надеюсь, последнего не будет, так как это высшая степень глупости, особенно для таких, как Ирина.

Зайдя в класс хореографии, я приуныла, как и шедшая рядом пампушка. Она неожиданно стала моей приятельницей, вот Сергей удивится!

Мы оказались в большой светлой комнате с зеркальными стенами, у которых стояли балетные деревянные станки.

– Надеюсь, нас в пачки не нарядят?.. – прокомментировала Ира.

– Ты же даже не пробовала, вдруг понравится? – пошутила я.

– Наистрашнейшее будет зрелище, я свою сестру в пачке видела, – пампушка закатила глаза. – Ей один хлыщ приглянулся, решила похудеть, выписали её хореографа… Через неделю он сам убежал, даже плату не взял.

Я, уже не сдерживаясь, рассмеялась.

– Доброе утро, сударыни! – послышался женский голос, я аж вздрогнула.

В стороне стояла худая пожилая женщина, которая напоминала выбеленное сухое дерево, но умудряясь оставаться красивой. Светлое платье и седые волосы, собранные в пучок, делали её незаметной на фоне такого же серо-бежевого окружения.

– Прошу встать к станку, – она указала на перила по периметру зала.

Девушки стали расходиться по комнате, выискивая место поудобней, я же опять выбрала позицию у окна.

– Меня зовут Камила Семёновна, – несмотря на возраст, женщина обладала хорошей дикцией, без намёка на старческое дребезжание, возможно, не обошлось без вмешательства целителя.

Взяв папку, она стала вызывать нас по списку. Я ждала реакцию на своё имя. Преподаватель сделала вид, что я как все, но я видела, как у неё приподнялась одна бровь. Или она обладает завидным чувством контроля эмоциями, или она на моей стороне.

Началось занятие. Мы приступили к изучению позиций ног.

– Девушки, держим осанку. Вес на обе ноги распределяем равномерно. Живот втянут… – на этих словах хореограф сжала губы, пытаясь сдержать эмоции, глядя на наших пампушек. Скользнув по Ире и Ксении взглядом, пошла вдоль сокурсниц и стала поправлять постановку тела.

Я, если честно, не удержалась бы от колкости.

Несмотря на кажущуюся бесполезность, по окончании занятия, у меня болело всё тело и это только начало. Может, я и не права, но не покидало чувство, что это не то что надо. Хотелось выяснить, почему здесь не вводят нормальные занятия по физической подготовке?

После обеда шёл последний на сегодня предмет: Зельеварение. Было очень интересно, что мы там будем проходить, скорей всего это начальный курс алхимии, и мы действительно начнём с самых истоков, а именно ведьминых травок.

Так и вышло, Алексей Тимофеевич объявил тему: «Ядовитые растения и их роль в алхимии».

С этой темой я была не знакома. Сжатый курс по алхимии я проходила на готовых реактивах, и уж точно нас не учили разбираться в дикорастущих растениях. Как ни странно, мне понравилась лекция. Возможно, причина в живой подаче. Видно было, что Алексей Тимофеевич свободно владеет темой и рассказывал всё с юмором и подходящими примерами, которые приводил в виде коротких историй.

– Рассказывал мне как-то травник из деревни, весёлый мужик, балагуристый. Барин к нему спозаранку нагрянул, мол, голова болит, мочи нет. А травник намедни со сватом просиживал, не проснулся толком. Так он перепутал и положил в отвар вместо болиголова купырь лесной. Барин через несколько дней приехал к нему, загадочный такой, выспрашивал… а что за отварчик такой был, а нельзя ли такой настоички сделать. Знахарь, толком не понял о чём он, сделал, как обычно… барин выпил и неожиданно осерчал… выпорол его и уехал… – профессор улыбнулся воспоминаниям. – Так знакомый подумал и стал вспоминать, что и как делал и нашёл подмену. Решил попробовать… ох и весёлый был отвар… Галлюцинации вызывал, особые, – Алексей Тимофеевич посмеялся. – В данном случае получился относительно безопасный препарат, но это, если делать на воде и в ничтожных дозировках растений. Но если настоять на спирту, то у человека возникают состояния, схожие с паранойей, из которого без помощи специалиста не выйдешь, происходят необратимые процессы в мозгу. Получился сильный нейротоксин. К чему это я? Важно соблюдать пропорции даже уже известных препаратов и ни в коем случае ничего самим не пробовать. Мы изучаем курс по ядовитым растениям не для того, чтобы вы пустились в эксперименты, которые могут закончиться фатально, а чтобы понять азы.

– А мы будем под присмотром что-нибудь делать? – задала вопрос сокурсница.

– Да. Во втором семестре у нас назначен практикум в лаборатории.

Девушка поморщила нос, видно, хотела сразу творить.

– Остаётся двадцать минут до окончания занятия. Может, появились вопросы по учебному процессу?

У меня были вопросы, но они не относились к учёбе. Сокурсницы задали несколько вопросов по предметам, сколько будет занятий в день и самое интересное, когда нас повезут на границу? Последняя тема мне тоже была интересна.

– Какие вы торопыжки. Первая поездка на границу намечена в конце второго курса, так что пока забудьте о существовании чёрных пут и углубитесь в учёбу. Чтобы туда ехать со смыслом, вы должны изучить много дисциплин, постичь целительское мастерство до определённого уровня, чтобы впитать всё то, что вам даст поездка. Ведь это не просто экскурсия, а часть учебного практикума. Там вы увидите, в каких условиях придётся проходить службу, кому-то даже посчастливится ассистировать мастерам, – сказав это, Алексей Тимофеевич посмотрел на меня.

Не стала его разочаровывать, улыбнулась. Не знаешь ты профессор, что стать высококлассным целителем не моя цель, я уже им являюсь.

А кем я хочу стать? Вопрос, о котором я толком и не думала. Самое странное, но меня совсем не прельщала карьерная лестница. Несса, ты ли это⁈ – пронеслось в голове, я только мысленно хмыкнула.

Так куда мне двигаться? Парадокс, но я совсем не видела себя в нишах данного общества. А всё почему? Потому что оно мне ничего не может дать, только сковывает. Вот моя первоочередная цель! Я должна скинуть эти оковы.

Здесь есть несколько возможностей.

Первая: доказать, что чёрная кровь безопасна – это невозможно. Общество одержимо страхом перед носителями проклятого дара. Нужно, чтобы прошли поколения в относительном спокойствии.

Вторая: доказать необходимость носителей дара для общества. О да, их и так пользуют на полную катушку. А для более глобального внедрения, мне придётся раскрыть себя. Да и в этом случае пройдут годы… мучительные для меня. Так что тоже мимо.

Следующее: отдать власть над этим миром носителям чёрной крови. По сути, это самый простой способ. Мне надо просто найти нужных людей, рассказать про мой дар и подарить им ключ. А дальше они уже сами.

Но в том-то и дело, что эти самые люди не добрые самаритяне, а скорей всего сообщество, которое как раз мечтает о таком могуществе. И как только я им подарю власть, то они меня убьют. А мне оно надо?

Так что ничего мне не подходит, значит, сижу мышкой и расту в этом самом обществе, – вернулась я к правильности своего положения.

Прозвучал звонок об окончании урока. Сокурсницы потянулись к выходу. Я намеренно замешкалась. Ирина, как назло стала ждать меня.

– Анастасия, прошу остаться на пару вопросов, – Алексей Тимофеевич нашёл выход из ситуации.

Пампушка почему-то посмотрела на меня с сочувствием и вышла из аудитории. Профессор подошёл и прикрыл дверь.

– Присядьте, сударыня, – указал на первый ряд. – Хотел показать вам первый вариант методички, – профессор положил передо мной папку.

Я взяла и начала читать. Всё было предельно ясно, даже я так не смогу объяснить, ну, может, пару нюансов… Взяла ручку и дописала, пояснив правки. Заведующий кафедрой кивнул.

– Пока мы сами нарабатываем базу по стихиям, можете спокойно учиться. Я вот хотел, вот чем поинтересоваться, вы говорили про вторую степень, как глубоко вы продвинулись? – на лице Алексея Тимофеевича читался азарт.

– Для группы пока рано это осваивать, но с вами могу поработать.

– Замечательно, только не здесь, – он почему-то воровато осмотрелся. Хотя, может, и показалось. – Вы сможете подойти через два часа в мою лабораторию? Просто у меня сейчас ещё группа.

– Конечно, – заодно и Дечебала проведаю, надеюсь, он там будет.

В дверь постучали, а затем без спроса зашли первые студенты. Парни, по виду чуть постарше наших. Смотрели на меня с интересом, без колкостей, естественно, не обошлось. Да и Бог с ними, дети малые!

А у меня есть время на себя. Пойду-ка я в библиотеку. В апартаменты не рискнула возвращаться, боялась усну или увлекусь структурами и прозеваю время.

В библиотеке было тихо. Минуя персонал, прошла к знакомым полкам с научной фантастикой, как обозвал эти труды Даниил.

Стала интересно, что ещё пишут. Копаясь в трудах, наткнулась ещё на несколько работ Алексея Тимофеевича, все были по алхимии. Ещё на глаза попалась пара книжек за авторством профессора Виктории Юрьевны Афанасьевой. Одна из них была по знакомой теме создания магической формулы, а вторая по рунологии, что натолкнуло меня на мысль: это труды нашей училки. Раскрыла, чтобы убедиться.

Язык был тяжёлым, создавалось впечатление, что она намеренно употребляет редкие слова и цветастые описания. За вязкостью текста сложно было прослеживать основную мысль. На второй странице я сдулась и закрыла сей опус. Ставя на полку, зареклась его больше не открывать.

После этого чтива я потеряла интерес к научной литературе и перешла к стеллажу с развлекательной. Надо подобрать несколько книг для Александры, чтобы в очередное посещение библиотеки быть подкованной.

Просматривая романы, поняла, что увлеклась и сама начала читать, пришлось экстренно направляться в учебный центр.

Зайдя в лабораторию, поздоровалась со всеми присутствующими. Дечебал был на месте. Увидев меня, насторожился, потом расслабился и выдавил подобие улыбки. Всё вроде в порядке. Но следить продолжу, дикая структура для меня пока непредсказуема, может, получится так, что она оставляет следы или вообще работает как опухоль и может пускать своего рода метастазы.

Профессор пришёл минут через десять, я успела рассмотреть всё вокруг и даже пообщаться с парой подопытных из нашей группы.

Алексей Тимофеевич сразу позвал меня в свой кабинет. Небольшое помещение вмещала всё необходимое для работы и даже кресло для гостей, куда меня и усадил заведующий кафедрой.

– Я готов, – профессор потёр ладони и сел напротив.

А я начала объяснять:

– Вторая ступень позволяет видеть сеть внутренним зрением, и не только свою, – это он уже знал после происшествия с Дечебалом, поэтому на мои слова Алексей Тимофеевич только кивнул.

Дальше я стала объяснять, как этого достичь, подчеркнув, что для студентов не стоит это практиковать до усвоения первой ступени. Единственная трудность, с которой я столкнулась – это как объяснить действие рентгена через магическое восприятие.

Вроде получилось. Профессор ушёл в себя, а когда заговорил, то выглядел ошарашенным.

– Невероятно! Когда понял, теперь кажется таким естественным… Я всегда понимал, что мы не в полную владеем магией, но, чтобы настолько!

– Это тоже далеко не придел.

– Вы уже подумываете про третью ступень? Простите, Анастасия Павловна, в этом вам не помощник, сейчас я ваш ученик и впитываю знания мастера, – не услышала сарказма от Алексея Тимофеевича.

– Нет, третья пока настолько далека, что даже не думаю, – лукавишь, Несса. – Мне вначале надо закончить своё магическое тело.

– Какая красивая формулировка. С вашей техникой действительно формируется настоящие тело. И самое приятное, этот процесс можно контролировать. Вы чудо, настоящий ключик к прогрессу!

Профессор задумался, я видела, он хочет ещё что-то спросить.

– Анастасия, а у вас нет соображений по другим сферам?

– Я много о чём думаю. Что конкретно интересует?

– По алхимии, например, – предсказуемо спросил Алексей Тимофеевич.

– В этой дисциплине я полный профан. Мне ближе механики магических процессов. Можно сказать, я магический инженер с даром целителя, у которого нет выбора только как развиваться в этом направлении, – прозвучало как-то высокомерно и одновременно грустно.

– Да, я понимаю. Может, тогда по артефакторике есть соображения?

– С уклоном в целительство?

– Да, – профессор рассмеялся.

– Тоже пока не успела столкнуться с этой дисциплиной. Я же как маг всего полгода от роду.

– И за полгода столько открытий… но есть же соображения, вижу.

– Может, не новое. Я, когда лечила сестру и тётю, заметила, что каждый орган издаёт особую пульсацию.

– Да, вы будете это проходить на практикуме по диагностике заболеваний.

– Почему только по диагностике? Разве это знание не используют для лечения? – подтвердились мои опасения о примитивности целительского мастерства в этом мире.

– Мы думали об этом и даже работы ведутся в данном направлении… – профессор не стал продолжать, принял выжидательную позу.

– Во-первых, целитель может запомнить пульсацию здорового органа и передать её на больной. Это самый простой и общедоступный способ на данный момент, но довольно длительный. Ещё при помощи моей техники, второй ступени, можно будет считать магический спектр органа. Есть же артефакты, которые считывают спектр магии, почему не сделать такой на излучение органа.

Чем больше я говорила, тем сильней Алексей Тимофеевич морщился.

– И на крайний случай возможно сделать общедоступный артефакт, простой, можно сказать, который будет просто пульсировать, как сердце, в определённом ритме для каждого органа, ну и подавая при этом поток энергии нужного объёма.

– Настя, я не понимаю, как вы умудряетесь, вот так на лету буквально видеть суть? Над последним мы как раз и работаем. Дмитрий из нашей группы, вы с ним знакомы. Очень способный мальчик, будущий артефактор, пишет диссертацию по этой теме. Если бы я услышал сказанное от другого, то подумал о краже идеи.

Я улыбнулась, понимая, что он не хотел меня обидеть.

– Но вышесказанное меня ввело в шок. Понимаю, что без вашей техники невозможно было до такого додуматься, это просто звенья одной цепи. Но так просто всё, можно сказать примитивно и достоверно звучит. Простите, я бестактен. Просто почувствовал себя первобытным человеком, а ещё профессор… книжки пишу… – профессор был в удручающем состоянии.

– Бросьте, Алексей Тимофеевич, какой же вы первобытный, они в костюмах не ходили! – на полном серьёзе сказала я.

Профессор замер на мгновение, видно, соображая, а потом громко рассмеялся.

– Ох, Анастасия, развеселили старика. Надо запомнить шутку!

– У молодого и старого органа тоже должна отличаться пульсация, – добавила я.

– У меня тоже промелькнула эта мысль, спасибо, золотое дарование. Вы не против продолжить такие беседы, когда вам будет удобно? – неожиданно предложил он.

– Только за зачёт, – сказала опять на полном серьёзе.

Заведующий кафедрой опять рассмеялся.

– Я бы вам диплом сразу выдал, будь это в моей компетенции. Может у вас есть ко мне вопросы?

– Да. Я с Дечебалом начала работу, вы можете включить его в группу, волнуюсь о его здоровье.

– Включил. Очень усердный и способный мальчик с нелёгкой судьбой, ему будет на пользу, – заинтриговал меня профессор. Но появившиеся вопросы я задам не ему, а Даниилу.

– Ещё, уже личный. Мне бы к Рокотову попасть на приём. Как вы думаете, уместно будет сейчас его дёргать? Он же должность только принял.

– Через секретаря не получится записаться, приём начнётся только через две недели. Давайте, я у него поинтересуюсь и вам передам.

Вот и отлично, подумала я с улыбкой.

– А сейчас, коллега, пойдёмте посмотрим, чего добились наши лентяи! – Алексей Тимофеевич встал, а я посмотрела на часы. – Мы недолго, опрос буквально минут на десять, успеете на ужин, не беспокойтесь.

Глава 20

Учёба затянула. Я не заметила, как прошла неделя. Одно скажу, вернуться в студенческие годы, с моими знаниями, очень интересно. Не знаю, как быстро мне это надоест, но очень здорово быть самой мелкой и самой успешной ученицей в группе.

Есть, конечно, минус. Влиянию зависти поддалась почти вся группа, возможно, только Ирина держалась. Девушка обладала самокритичностью на гране с дурью. Хотя это могло быть, наоборот, глубокая закомплексованность. Честно, мне надоело быть психологом, поэтом просто не стала разбираться в её проблемах.

Но узел из злости уже затягивался на мне.

Крыска-Тамила обзавелась-таки двумя пираньями. Первые претендентки отпали, а их место заняли достойнейшие. Самое неприятное, одной из них была Ксения. Возможно, причина её ненависти была в том, что Степан в итоге обратил внимание на Ирину, она очень старалась привлечь его внимание, и первая симпатия быстро поблёкла.

Так как пампушку трогать побояться, и не в положении в обществе дело, вряд ли они её даже втроём скрутят. Несмотря на женскую принадлежность, она была очень сильная и выносливая, этому удивилась даже наша хореограф. Пока все девушки изнывали, выполняя па у станка, Ира даже не потела. А на шпагат садилась – загляденье.

Вторая тихушница Светлана. Девушка из простых, вначале мне показалась скромницей, но взгляд насторожил. Теперь она раскрылась. Стала тенью твари и подражателем. Растёт настоящий монстр, озлобленный на общество.

В итоге, судя по сигналам, которые я получала от этой шайки – первой их жертвой буду я. Ну и дуры! Уж я им зубы обломаю, есть уже несколько заготовок. Надеюсь, не оплошаю, ведь я в ситуации жертвы ещё не была.

Сомневаюсь, что у них будет что-то кроме грубой силы и словесных унижений, но готовой надо быть ко всему.

Шёл третий урок, после него я обычно хожу в уборную, надо – не надо, а ходила. Приучала шайку к своему графику.

Я не была уверена, что они решатся на прессинг так рано, но видела, что Ксения очень агрессивно настроена и может уговорить Тамиллу.

После звонка вышла в коридор и направилась в сторону следующего кабинета. Решила проверить, как они будут себя вести в этом случае. Потом словно вспомнила что-то, развернулась. В коридоре стояла Ксения и смотрела мне вслед, а когда я развернулась, подошла к окну, делая вид, что она совсем мной не интересуется. Такая предсказуемая.

В уборной было ещё две девчонки, они мыли руки и разговаривали. При свидетелях точно не будут… Зашла в кабинку и стала ждать. Разговор стих, послышался звук закрывающейся двери.

Жду…

Кто-то зашёл, но шагов не слышала. Пять минут… Может, я зря это затеяла? Есть вероятность, что никого и нет, а это ветер плохо закрытой дверью поиграл.

Пора выходить в любом случае. Открыла дверцу кабинки.

У входа стояла одна Ксения.

– Ну что мышь… – начала она и сделала шаг.

В ногу полетел деструктор анестезии, лёгкая форма при движении просто сбила шаг и, запнувшись, девушка растянулась на полу, судя по звуку хорошо саданула лицо.

– Сука-а! – завопила она. И когда она подняла голову, увидела, насколько сильно. Носом шла кровь, под глазом на скуле наливалась гематома.

– Ой, Ксения, как тебя угораздило? Я сейчас позову кого-нибудь!

– Убью, сучка! – девушка пыталась дотянуться до меня, но структура видно не совсем выработала ресурс, ничего не получилось. Надо в следующий раз ещё меньше энергии лить, – подумала я и прошмыгнула мимо.

Выбежав в коридор, столкнулась с Тамиллой и Светланой.

– Там Ксения упала… – хватая воздух ртом, округлив глаза, я стала тыкать в сторону туалета, играя неподдельный испуг. – Надо помощь позвать, – побежала к ближайшему кабинету, я знала, что там припадает женщина.

На эмоциях рассказала о происшествии, она сразу побежала к пострадавшей.

Всё, на сегодня хватит, – мысленно хмыкнув, пошла на следующее занятие.

Артефакторика – очень интересная дисциплина. Я с удовольствием слушала лекции.

Крыска с оставшейся пираньей пришли практически следом за мной. Сели на свои места и стали шушукаться. Ксения не придёт, она на неопределённое время выведена из строя, скорей всего будет отлёживаться в госпитале. Вины за собой не чувствовала, намерения её были более чем ясны. Эта бешеная гамадрила просто избила бы меня, наплевав на последствия. Хотя, может, пройдя школу Тамиллы, сработала тоньше, но результат был бы плачевный для моего слабого тела.

Следующая на экзекуцию пойдёт… Светлана. Тамилла будет завершающим аккордом. А вообще, буду действовать по обстоятельствам. Идея была создать вокруг крысы атмосферу проклятия, чтобы однокурсницы даже стоять рядом боялись. И так, чтобы на меня даже не подумали. Как это воплотить, пока не знала, идея пришла только что, до этого я просто хотела чувствительно, но не фатально вывести их из строя.

Новость о Ксении моментально просочилась в группу, и девчонки бурно её обсуждали. Кто-то клял скользкие полы и неудобную обувь, а кто-то тихо упомянул её лишний вес и непомерный аппетит. Сочувствия от однокурсниц я не услышала.

Пришёл преподаватель, Максимилиан Андреевич, и разговоры сразу стихли.

После окончания урока я следила за Тамиллой, она шарила глазами по девчонкам и остановила взгляд на своей первой сателлитке, Татьяне. Не знала Ксения, что её уже списали и крыса ищет замену, видно ей не комфортно с одной сопровождающей.

Так даже лучше, структур у меня на всех хватит.

Крыска подозвала девушку и елейным голосом стала что-то говорить. Мимо них проходила ещё одна сокурсница.

В книгу, что она несла, полетел деструктор перемещения, она тут же упала на пол в ноги Тамилле, а я тихо прошипела одно только слово «проклятая». Дело в том, что перед этим я отправила ей голову обычную структуру «слуховой проводник». А в пару поместила себе в рот голосовой передатчик.

Реакция была на загляденье яркая, девушка была в панике, начала осматриваться и пятиться, но кроме Тамиллы с сателлитками рядом никого не было.

– Что встала, корова неуклюжая? – высказалась Светлана.

Девушка подняла книгу и поторопилась уйти.

Как всё замечательно складывается. То, что кто-то заметит мои структуры, я не беспокоилась, их отработала до прозрачности. Если каким-то невероятным образом заметит, то примет за мошку.

Вот теперь на сегодня точно хватит пакостей.

А сейчас меня ждёт приём у Рокотова, можно сказать, я соскучилась. Как и обещал Алексей Тимофеевич поговорил с ректором и собственноручно доставил приглашение на приём, минуя запись.

Назначено было на 17.30, поэтому я более чем успеваю.

Юрий Андреевич встретил меня с улыбкой, было чувство, что и он соскучился. Хотя вряд ли, просто надеялся, что я ему принесла ещё идей. Возможно, так и есть, но вначале кое-что выясню.

– Анастасия Павловна, как я рад вас видеть! – поприветствовал меня ректор, как только закрыла дверь.

– И я рада.

– Присаживайтесь! Кофе? – предложил хозяин кабинета.

– Не откажусь, – уселась в кресло и стала рассматривать кабинет. Видно было, что здесь проходила своего рода чистка: на стенах не явные, но следы от картин, на креслах покрывала не в цвет, да и портьеры… – Ремонт надо сделать и мебель другую, – высказала мнение.

– Пока не до этого. Вы искали встречи, возникли проблемы с преподавателями? – Юрий Андреевич в подозрении сощурил глаза.

– Некритичные. Просто есть несколько тем, на которые хотелось поговорить…

– Да, хотел в очередной раз сказать спасибо, – перебил меня ректор. – Я насчёт энергетических узлов. Пришлось отправлять рекомендации в другие академии, ссылаясь на результаты нашей опытной группы.

– Меня там не упоминалось?

– Я посчитал, что будет правильней ссылаться на работу исследовательской группы, но вы будете в списках. Если пожелаете, то можем оформить ваш вклад… – Рокотов немного растерялся.

– Нет, так даже лучше. Денег здесь не заработаешь, пусть хоть для академии престиж.

Рокотов рассмеялся.

– Единственное, пришлось ссылаться на проводимые исследования по усовершенствованию энергетической сети. Теперь нас торопят, аргументируя безопасностью магического сообщества. Так что не получается сохранить приоритет. Но я сделаю так, что во всех бумагах будет фигурировать название нашей академии и вас как основателя методики.

Я хмыкнула, изменить уже ничего не смогу. Хотела сидеть тихо, Несса, а теперь твоё имя будут трепать на каждом углу… А может рассказать про ключ?

Наливая кипяток, ректор резко поставил чайник и пошёл к столу, прервав этим мой порыв.

– Простите, закрутился, – он принёс бумажный пакет и поставил на стол рядом со мной.

Даже не заглядывая туда, знала что там, на пакете была изображена витиеватая чашка с кофе, а внутри лежала жестяная банка с не менее красивым позолоченным рисунком.

– Спасибо, – поблагодарила я и взяла чашку с готовым напитком.

– О чём вы хотели поговорить? – Юрий Андреевич присел на соседнее кресло.

– О Соне.

– Она благополучно поступила, живёт у Екатерины Савельевны, они неожиданно сильно подружились, – не дожидаясь вопросов, сказал ректор.

– Я обещала отдать ей кристаллы, – достала из сумочки мешочек.

– В них нет необходимости, Екатерина заплатила недостающую сумму, и они оформили с ней договор, Софье ей постепенно возместит траты.

– Но я обещала! – сказала настойчиво.

– Давайте сделаем так. Как только вам исполнится четырнадцать, и вы получите паспорт, то мы оформим передачу кристаллов распиской. Только я сомневаюсь, что Софья примет их, она очень вам благодарна за её новую жизнь.

– Она должна благодарить вас… Ладно, ждём эти три недели. Следующий вопрос. У меня на счетах скопилась значительная сумма… – Рокотов хмыкнул. – Будут ли ограничения по использованию средств после получения паспорта? – решила уточнить.

– Да, до совершеннолетия, при оперировании большими суммами нужно будет юридическое сопровождение, так как придётся указывать источник их возникновения. Могу предложить свои услуги на сделки. У вас есть планы?

– Есть. Но у меня брат юрист, так что воспользуюсь его услугами. Не стоит вас отвлекать от новой головной боли, о которой вы мечтали, – я широко улыбнулась.

– Не сказать, что мечтал, просто душа болела. Можно задать вам личный вопрос? – ректор неожиданно переключился. – Откроете секрет, что было во второй заявке?

Долго же он держался.

– Что ж не сказать. Синтезатор пищи, – такого лица я никогда не видела у этого мужчины. Отвисшая челюсть ему совсем не шла.

– Так это ваша идея наделала столько шума? Поражён… Как? Всё, не буду задавать глупых вопросов.

– Вы же знаете ответ… я много думаю, – тихо рассмеялась.

– А вы не из будущего к нам прибыли, дорогая Анастасия?

– Вы знаете, откуда я, – прервала Юрия Андреевича, сбив с него позитивный настрой, и заодно отвела от неудобных для меня размышлений.

Молчание затянулось.

– Может не моё дело, но я всё же хочу спросить. Почему в академии не вводят нормальную физическую подготовку для девочек? Хореография – это не совсем то, что нужно магу. Да, она даёт что-то, но мне, как целителю, больше подойдёт умение быстро бегать и таскать грузы в виде раненых.

– Понимаю вашу обеспокоенность. Эта проблема поднималась много раз и даже вводился бег в зале и силовые дисциплины, как у парней, но прежнее начальство быстро всё сворачивало под предлогом большого количества жалоб на неподобающее обращение с девушками, ведь им приходилось заниматься в тех же помещениях, что и парни… Для отдельных спортивных залов нет такого количества площадей. Такое же положение и в других академиях.

С этим я бы поспорила, та же временная столовая для абитуриентов… Но не стала пока об этом.

– Значит, надо придумать такое, что будет выглядеть красиво, престижно и не займёт много места, – внесла предложение.

– И у вас есть что предложить, иначе не начали бы этот разговор, – Юрий Андреевич был в нетерпении.

– Да, есть кое-какие намётки, – хорошо, когда знаешь эту кухню изнутри. Я периодически посещала фитнес-клуб, больше для поднятия тонуса. – Нужна посильная тренировка. Вначале независимо от основных занятий, что-то наподобие кружка по интересам. Принуждение здесь не подействует, начнутся опять брожения. На фоне с этим нужна будет психологическая обработка. Не от преподавателей…

Рокотов смотрел сосредоточенно, но без сути ничего не понимал. Я намеренно повела разговор по такой схеме, практически с конца.

– Старшекурсники, а лучше выпускники, ненароком заглянувшие в академию, могут послужить лучшими мотиваторами… А теперь сама идея. Нужны стационарные тренажёры с разными степенями нагрузки, такие, чтобы и я смогла на них заниматься.

– Что вы подразумеваете под тренажёрами? – ректор был нетерпелив.

– Возьмём, к примеру, велосипед. Я не сильна во механизмах, но можно сделать его без колёс, а педали подсоединить к механизму, который будет регулировать нагрузку. Его можно сделать с разным положением педалей, вперёд, вверх…

– Я понял вашу задумку. А как к этому привлечь внимание?

– Можно сделать в виде силовых аттракционов для приятного и полезного времяпрепровождения. Можно даже совместить с зоной отдыха или кафетерием, – здесь я уже сочиняла на ходу.

– Но велосипед не всё, для вашей идеи нужны разные тренажёры.

– Да, беговая дорожка, боксёрская груша, показывающая силу удара… Если вас заинтересовала идея, я могу написать свои соображения, – не видела особого энтузиазма от Рокотова, он ещё не понял ещё.

– Пока не могу сообразить, как это встроить в жизнь академии. Академический совет не согласиться выделить средства на столь…

– Сомнительное мероприятие, – продолжила я. – А в академию допускаются частные вложения? Допустим, я за свои средства захочу оборудовать подобную физкультурную студию, назовём это так… Вы предоставите мне помещение?

Я понимала, что будь его воля, он сейчас ввязался в эту авантюру, но он связан рамками.

– Можно сделать проще, попробовать оформить как испытательную базу, а подкупить совет тем, что за всё платит частный инвестор. Признаюсь, что-то меня зацепило в вашей идее, и я готов вложиться.

– Пятьдесят на пятьдесят. Я не могу отдать вам столь прибыльный и дальнейшем проект.

Юрий Андреевич хмыкнул.

– О прибыли я пока не думал, для меня важней сделать так, чтобы наша академия была у всех на слуху, в хорошем смысле. Престиж – вот моя цель!

– Раз мы вдвоём в деле, тогда распределим обязанности, – на мои слова Рокотов удивлённо приподнял бровь… Да, я наглая девчонка, сделала вид, что не заметила. – Я набросаю соображения по тренажёрам и распишу возможные функции, а вы, дорогой партнёр, посмотрите в Банке Идей, может есть подобные механизмы в реестре. И нам работа облегчится, и изобретатели заработают.

– Хорошо, только не обещаю быстро.

Неожиданно ректор рассмеялся.

– Анастасия Павловна, я восхищён вами. Жаль, я не могу брать вас на сделки в силу вашего юного возраста. Вы превосходный переговорщик. Убедить меня за столь короткое время, да ещё заставить с нетерпением воплощать задуманное, это многого стоит. Я только сейчас понял, что вы меня с первых слов обрабатывали. Браво!