Текст книги ""Фантастика 2026-175". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)"

Автор книги: Валерий Пылаев

Соавторы: Елена Шатилова,Александра Власова
сообщить о нарушении

Текущая страница: 47 (всего у книги 285 страниц)

Едва я выхожу из квартиры, сталкиваюсь с соседкой сверху – Полиной. Эта девушка всегда напоминала мне инженю из старых фильмов. А ее вечно удивленные глаза и голубая куртка с ромашками окончательно закрепляют образ.

Соседку так и распирает от желания поделиться последними новостями.

– Ты слышала? – восхищенно тараторит она. – Возле Думы появилась огромная статуя! Наверное, ко дню города. Говорят, она ростом с девятиэтажный дом!

Поля очень впечатлительная девчушка, поэтому все, что я узнаю от нее, можно смело делить на три. В любом случае я настолько не интересуюсь жизнью города, что ничего об этом не знала, о чем и сообщаю. Надеюсь, на этом наш разговор закончится и соседка отцепится.

Моя работа состоит в том, чтобы выслушивать людей. Самый лучший собеседник в редкий выходной – тишина.

– Так никто не знал, – соседка смешно таращит глаза, – даже объявлений не было – статуя возникла из ниоткуда за одну ночь! Поехали смотреть!

Меньше всего на свете мне хочется тащиться куда-нибудь сегодня. Никакая сила не выманит меня из квартиры и не оторвет от сериала. Начнись апокалипсис, я его просто не замечу. Аккуратно отделываюсь от Полины набором вежливых фраз и наконец оказываюсь на улице.

Еще не дойдя до супермаркета, чувствую нечеловеческую усталость. Прохожие куда-то спешат, толкаются, спорят по телефону. Я никогда не любила находиться в толпе, но сегодня скопление чужих негативных эмоций зашкаливает. Видимо, в конце недели люди даже не пытаются сдерживать себя.

Или я переработала, поэтому энергетические защиты ослабли? Находиться на улице неприятно настолько, что хочется сбежать обратно в свою уютную конуру. «Я только до магазина и обратно», – уговариваю себя. Дома в холодильнике мышь повесилась. Кажется, в ящике на кухне завалялась гречка.

Но перспектива питаться ей целый день заставляет меня решительнее направиться к магазину.

– Вот кто тебя, такую дуреху, замуж возьмет?! Ни посуду за собой помыть не можешь, ни убраться по-человечески! Руки растут не из того места, – неприятная полная женщина громко отчитывает субтильную девушку, судя по отдаленному сходству – дочь. – Муж-то убежит на второй день!

Мимоходом отмечаю: передо мной иллюстрация, как накладываются негативные программы. Конечно, до венца безбрачия дело не дойдет – для него нужно вмешательство опытного колдуна. Но слова матери обладают особой властью над судьбой ребенка. Навряд ли они прибавят девочке личного счастья…

Я осекаюсь. Как и всегда, когда рядом происходит нечто выходящее за рамки нормальности, «второе зрение» включается само.

Мать продолжает «воспитывать» дочку, а вокруг головы девушки сгущаются тени. Она трет виски, видимо, чувствуя, как на них что-то давит. Тени тем временем, танцуя, сплетаются в плотный черный обод.

Он «украшает» прическу девушки, будто корона. До меня не сразу доходит, что это тот самый венец! Воздействие настолько редкое, почти мифическое. В телевизионных программах и попсовых книгах по эзотерике оно встречается значительно чаще, чем в реальной жизни – я за годы работы не сталкивалась с легендарным «венцом» ни разу.

Разум отказывается верить в увиденное. Так не бывает. Чтобы средненькая порча закрепилась, необходимы месяцы, а серьезные долгосрочные воздействия «раскручиваются» до полугода.

Однако новой реальности, как обычно, плевать на мои представления о ней. Бедная девушка! Ее тонкие тела отныне подернуты темной вуалью, что сделает их хозяйку неприметной, а следовательно – невостребованной.

«Венец» будет отталкивать от своей владелицы любых мужчин. Малышку никто не поцелует, не пригласит на свидание, даже не взглянет, несмотря на стройную фигурку и симпатичное личико. То, с каким смирением девушка выслушивает придирки матери, наталкивает на мысль, что она еще и добра…

Первый импульс – вмешаться, отчитать новоявленную «колдунью» и предложить девчонке срочную помощь. Но навряд ли мать с дочерью обрадуются, если к ним на улице пристанет незнакомка с пугающими речами о магии.

К тому же на чистку сегодня у меня просто нет сил. Провожаю парочку взглядом. Твержу себе: «Всем не поможешь, только растратишь себя. И вообще – у тебя выходной». Но настроение безнадежно испорчено. Я плетусь в ближайший продуктовый. Стоит зайти в магазин, отовсюду доносятся разговоры про статую. Люди просто помешались на ней!

– А ты уже смотрела скульптуру, которая появилась сегодня в городе? – спрашивает грубовато накрашенная женщина лет сорока свою подругу у входа. – Говорят, она размером чуть ли не с Родину-мать!

– Да какая статуя? – снисходительно улыбается ее собеседница. – Это фейк! Фотку сделали с помощью нейросетей. Удивительно, что ты повелась.

– А я говорю, – поджимает губы первая дама, – статуя существует. Никто не видел, как она появилась. Перевезти такую громаду незаметно почти невозможно. А что если… – дальше наступает время для конспирологических теорий, в которые сама рассказчица не слишком верит. Когда она доходит до версии про инопланетян, видимо, тех же, что до этого доставили на землю египетские пирамиды, я перестаю слушать.

Иду к полке со свежими фруктами – с моим образом жизни нужны витамины. Тянусь к наливному яблочку и вдруг инстинктивно отдергиваю ладонь. По телу проходит волна отвращения, будто я только что чуть не прикоснулась к мертвой вороне.

Приходит четкое осознание: мне ни в коем случае нельзя это есть.

И до сегодняшнего дня еда в магазинах не отличалась чудесной энергетикой. В идеале люди должны питаться продуктами с собственного огорода, с любовью выращенными на земле предков. Но раньше магазинная еда казалась мне просто менее ценной в энергетическом смысле.

А не опасной.

Может, на конкретное яблоко кто-то сделал переклад? Это не приветствуется в среде магов, но порой чернушники сбрасывают негативные программы и болезни на продукты в супермаркетах. Включаю ведьмовское зрение – уже второй раз за свой выходной.

Почти все на полках выглядит иначе, чем несколько дней назад, когда я забегала сюда за продуктами. К этой дряни действительно нельзя прикасаться.

Аппетитные с виду яблоки оказываются сморщенными и сгнившими, овощи покрыты зеленоватой плесенью, на упаковки молочной продукции даже страшно смотреть. Накатывает приступ тошноты – спасибо, есть больше не хочется. А если голод вдруг проснется, греча кажется не таким уж ужасным вариантом.

Но не смогу же я питаться ей вечно. Что же все-таки произошло? Теория с перекладом больше не кажется хоть сколько-нибудь состоятельной. Не могли же на каждую картошину сбросить по порче!

Внезапно мелькает догадка: негативные человеческие эмоции по неведомой причине обрели такую силу, что стали равносильны полноценному перекладу.

Наша усталость, раздражение, злость на очереди и нерасторопность кассирш еще пару дней назад были почти незаметны и уж тем более не могли никому навредить. Весь энергетический мусор, что мы генерируем в течение дня, теперь представляет угрозу?

В любом случае я так устала после вчерашнего ритуала, что навряд ли смогу в чем-либо разобраться – не в том энергетическом состоянии. В первое время придется довольствоваться запасами на черный день. Обо всем увиденном я смогу поразмышлять, когда как следует отдохну.

– Наш муниципалитет, оказывается, умеет хранить секреты! Прикинь, по новостям сказали, они никак не комментируют появление статуи – держат интригу. А еще, не поверишь, ее оградили менты.

– Да ты гонишь! – вновь доносится до моих ушей.

Медленно двигаюсь к выходу, стараясь избегать любых соприкосновений с людьми. Главное – не позволить вовлечь себя ни в какие магические разборки и просто бытовые конфликты.

Я не знаю, что повлияло на нашу реальность, может, по неизвестным причинам граница между астралом и физическим миром истончается, может – дело в необычном расположении планет – сказать не могу. В отличие от Лизы, я никогда не увлекалась астрологией.

Но здравомыслие и инстинкт самосохранения подсказывают – сегодняшний день лучше переждать дома. Скорее всего, аномалии не продлятся долго, страшно подумать, что произойдет, если каждый прохожий получит силу без малейших представлений о том, как ей распоряжаться.

Не зря в нашем мире существуют меры предосторожности и жесткий отсев для тех, кто вздумал изучать эзотерику. Иначе люди давно уничтожили бы друг друга. Боюсь, даже последствия сегодняшнего «сбоя» нам придется разгребать месяцами.

У самого выхода на меня налетает хамоватого вида тетка с немытой головой и большими сумками. Ее аура мгновенно вспыхивает красным.

– Смотри, куда прешь, тупая корова! – возмущается «пострадавшая». – Уткнулись в свои телефоны – ничего не видят! Да чтоб ты провалилась ко всем чертям!

Много лет назад наставница баба Марья обучала меня азам боевой магии. Не самое любимое направление в эзотерике, но благодаря дрессуре старой целительницы у меня появились инстинкты, которые не притупились с годами. Я мгновенно визуализирую зеркало, и уже летевшая в лицо порча отправляется назад, к отправительнице.

«Что это было?» – несколько минут я ошарашенно смотрю вслед новоявленной «колдунье». Та как ни в чем не бывало идет выбирать жухлую, покрытую слизью зелень, насвистывая себе под нос веселую песенку.

Остается лишь призрачная надежда, что снимать негатив будет так же легко, как она разбрасывается им направо и налево. Но почему-то я в этом сомневаюсь.

* * *

Только оказавшись дома, я могу выдохнуть и расслабиться. Не буду думать об увиденном. Не буду. Энергетические изменения случались и раньше – я неоднократно об этом читала в книгах. В скором времени жизнь возвращалась на круги своя.

Желудок урчит. К счастью, в морозилке завалялась пачка пельменей, в холодильнике – майонез, а в кухонном ящике пучок лаврушки. Десять минут – и я плюхаюсь с дымящейся тарелкой в уютное кресло перед экраном.

Пища богов, не хуже, чем в ресторане. Сериальчик, ты дождался меня! Может, настало время пересмотреть «старичков» – «Друзей» или «Как я встречу вашу маму»? А может, найти что-нибудь новенькое? Лиза недавно рекомендовала неплохую комедию…

Но только я успеваю зайти в интернет, отовсюду лезут новости про треклятую статую. В наши дни отсидеться в информационном вакууме стало практически невозможно, даже если специально задаться целью остаться в стороне.

Появление памятника действительно кажется странным.

Если не впадать в паранойю и оставить за скобками версию, будто все фотографии статуи сгенерировали с помощью нейросетей, получается, будто утром люди обнаружили невесть откуда взявшуюся гигантскую скульптуру.

Она изображает девушку. Возраст определить трудно, прообразу может быть как восемнадцать, так и тридцать пять лет. Изваяние стоит ровно, как солдат, каменное платье «развевается» на ветру.

Я мало что понимаю в искусстве, но на первый неискушенный взгляд кажется, будто мастер, работавший над ней, не уступает в гениальности самому Микеланджело: каждый волосок, каждая складочка на одежде выполнены с фотографической точностью.

Но самое необычное – это лицо. Невозможно понять его выражение, поэтому, как и в случае с Джокондой, хочется завороженно вглядываться в него бесконечно. Но в каждую секунду впечатление от увиденного меняется. Девушка, которую изобразил скульптор, с трудом сдерживает ярость? Нет – она само умиротворение и ледяное спокойствие. А может, грустит? Или напротив – напугана…

Чувствую, как по лбу течет капелька пота.

Чем дольше смотрю на скульптуру, тем сильнее хочется охарактеризовать ее сленговым словом – криповая[2]2
  Жуткая, вызывающая страх (англ. сreepy).


[Закрыть]. Не спорю, возможно, такой и была задумка творца, но не могу не признаться себе – если скульптура исчезнет в неизвестном направлении так же внезапно, как и появилась, я вздохну с облегчением.

Но в чем статуе нельзя отказать – в умении разжигать любопытство. Если кто-то задался целью привлечь внимание большого количества людей, ему это удалось. Про скульптуру как раз снимают прямой эфир, и я, забыв о сериале, сама не замечаю, как открываю видео.

Вокруг памятника толпится народ – причем часть людей будто опасается подходить близко и рассматривает скульптуру на почтительном расстоянии, часть наоборот – агрессивно рвется к ограждению. Даже не входя в рабочее состояние, чувствую: у статуи происходит нечто совсем нездоровое.

Она будто притягивает… не самых ментально стабильных граждан. На ум приходят истории о проклятых предметах искусства – картине «Плачущий мальчик», что якобы вызывает пожары, вазе Бассана, которая, по утверждению владельцев, приносит в дом смерть.

Неужели скульптура из таких?

Мотаю головой, пытаясь выбросить из нее всякий вздор. Не ожидала, что зарок не думать об эзотерике окажется выполнить настолько непросто. Хотя… всем известно об эффекте «розового слона» – феномене, при котором намерение не думать о «розовом слоне» вызывает обратный результат.

Слово берет репортер, молодой парень. Он изгибает губы в профессиональной улыбке.

– Добрый день! Сегодня на улицах нашего города произошло необычное событие. На главной площади была обнаружена загадочная статуя высотой около тридцати метров. По сообщениям местных жителей, монумент установлен в честь дня города. Однако представители муниципалитета отказались подтвердить эти сведения и не дали никаких дополнительных комментариев. Также стоит отметить, что статую охраняют сотрудники правоохранительных органов – они ограничили доступ к памятнику, в том числе и для нашей съемочной группы. Оставайтесь с нами, чтобы первыми следить за событиями!

Камера разворачивается с целью запечатлеть происходящее. На видео статуя кажется еще более пугающей, чем на фотографиях. Изображение увеличивают, чтобы показать лица полицейских – те безрезультатно пытаются разогнать толпу, но люди не реагируют ни на уговоры, ни на нотации, ни на угрозы.

По лицу немолодого, полного сотрудника безопасности струится пот. Особо рьяный мужчина перелезает через ограждение, вскарабкивается на пьедестал скульптуры и начинает что-то яростно проповедовать.

Слов не разобрать, но по характерному выражению лица, экспрессивным жестам читается, что «оратор» крайне возбужден и не отличается психической стабильностью. Камера жадно запечатлевает мельчайшие детали происходящего. Уставший полицейский терпеливо убеждает мужчину спуститься.

Тот в ответ размахивает руками, взывая к толпе. Зрители радостно поддерживают «спикера», от чего он окончательно распаляется и постепенно теряет самоконтроль… во время особо пылкого монолога «оратор» плюет на сотрудника безопасности прямо со своего пьедестала.

Раздается всеобщий возглас. Плевок попадает на лысину. Полицейский краснеет, начинает униженно оттирать с головы чужую слюну.

Зрители же ликуют: одобрительно воют, аплодируют и беснуются… Они сошли с ума – и это уже не вопрос. Утверждение. Даже при взгляде на экран компьютера чувствуется: напряжение возле статуи достигло своего пика.

За ним непременно последует взрыв. Единственное, чего я не ожидала – что у этого слова будет самое прямое значение. Полицейский больше не в силах сдерживать себя.

Он смешно трясется от гнева, сует руку в карман и достает пистолет.

Раздается выстрел в воздух. Не обязательно обладать мистическим даром, чтобы понять: начнется давка. Мои худшие опасения подтверждаются сразу. Толпа, что еще мгновение назад упивалась собственной силой и властью над «забавным» толстым ментом, испуганно дробится на отдельных людей, они в свою очередь трусливо разбегаются прочь.

Видимо, кто-то толкнул оператора или задел штатив. Камера поднимается – мы видим бесстрастные глаза без зрачков. Статуя! Если бы работа не приучила меня избегать суеверий, я бы подумала, будто перед нами лик божества, которое искренне наслаждается учиненным им хаосом.

– Продолжаем съемку! – слышится приказ репортера. В кадре вновь появляется его лицо на фоне расталкивающих друг друга людей. – События приобретают неожиданный поворот из-за конфликта председателя религиозной общины, широко известного в нашем городе как Миросвет, и сотрудника правопорядка…

Договорить репортер не успевает, потому что давка мгновенно прекращается. Будто повинуясь взмаху волшебной палочки, все люди падают.

Шок. Проходит пять секунд, десять – никто не шевелится. Они умерли? Потеряли сознание? Ответом служит лишь тишина. Камера крупным планом запечатлевает горы тел. Люди, что еще секунду назад двигались, похожи на кукол, сваленных в одну кучу непослушным ребенком.

«Да, эфир, безусловно, получит высокий рейтинг», – мелькает нелепая мысль.

Мы вновь видим лицо репортера. Кажется, впервые за всю программу с него сползает профессиональная маска. Парень по-настоящему напуган. Он озвучивает то, что наверняка пронеслось в голове каждого зрителя:

– И что, черт подери, это было?..

* * *

Сколько времени необходимо для того, чтобы наш привычный и такой упорядоченный мир погрузился в хаос? Когда началась пандемия, хватило нескольких недель. Финансовый кризис создает суматоху примерно через пару дней. Но после того, как люди потеряли сознание у памятника, всеобщая истерия начинается примерно через полчаса.

Интернет взрывается бредовыми видео и теориями, возвещающими о конце света.

Репортер, который еще недавно потерял самообладание, уже вернулся к своему привычному амплуа. Кажется, он единственный едва ли не светится от счастья. Сюжет со статуей вскоре сделает тележурналиста звездой, а воцарившаяся неразбериха порождает новые и новые инфоповоды.

Мужчина опять появляется в эфире, на этот раз он берет интервью. Собеседник репортера – очередной гуру. В последние месяцы они повылезали из всех щелей на запах всеобщей неуверенности, смятения и страха.

Раньше, если человек начинал вещать об армагеддоне, его отправляли в специальное заведение. Сейчас – приглашают на телевидение.

– Сегодня на месте происшествия царит напряженная тишина, – заводит речь репортер. – По предварительным данным, причины неожиданной потери сознания людей остаются необъяснимыми. Наука не дает точных ответов – возможно, в толпе кто-то распылил токсичный газ. Что именно произошло, остается загадкой. Нашей съемочной группе запретили приближаться к пострадавшим. Пока эксперты хранят молчание, мы решили обратиться к альтернативным источникам информации.

«Альтернативный источник информации» не заставляет себя долго ждать. Растрепанный и не слишком опрятный духовный лидер грубо выхватывает микрофон и гнусавит:

– Вселенная говорит с нами! Люди забыли старых богов. Каждый день своим развратом, ленью и глупостью мы приближали конец света. Посмотрите на современную молодежь – они не отрываются от экранов, их бог заключен в смартфонах…

Неужели кто-то всерьез верит в эту чушь? Тем не менее вокруг него собирается публика. Что еще более удивительно, на многих лицах не здоровый скепсис, а трепет и обеспокоенность. То, что в обычное время вызывало только усмешку, после «злого чуда» у статуи заставляет задуматься и больше не кажется бессмысленной чепухой.

Не нужно обладать ясновидением, чтобы предположить, что будет дальше – не ровен час, дойдет дело до шапочек из фольги, ухода в леса и попыток переждать апокалипсис в бункере – у тех, кто может себе это позволить.

Сначала под влияние сумасшедших попадут самые внушаемые, затем те, кто еще сегодня кажется вполне здравомыслящим.

Я закрываю видео с твердым намерением переключиться. Любые социальные катастрофы напоминают шторм на море. Только он начинается не из-за ветра и влаги в атмосфере, а из-за всеобщей паники и страха, – чем больше энергетический потенциал того, кого удалось вовлечь в происходящее, тем выше «волна».

Нужно выключить компьютер. Нельзя позволить себя зацепить. Но, кажется, у интернета другие планы – он, будто осьминог, уже запустил в меня свои щупальца.

Точнее, я позволила это сделать, поскольку происходящее больше не оставляет меня равнодушной. Мне предлагают посмотреть еще одну новость: и в этот раз я снова не могу пройти мимо. На экране знакомое лицо. Константин Валерьевич! Щелкаю на эфир.

Сейчас репортаж ведет молодая, бойкая блондинка с агрессивно-яркими губами.

– Сегодня утром в центре внимания оказались серьезные новости, связанные с одним из преподавателей университета. В ходе расследования был задержан доцент кафедры психологии, являющийся также доктором психологических наук. Причина задержания – обвинения, выдвинутые против него студенткой. По ее словам, профессор требовал сексуальных услуг в обмен на положительную оценку в зачетке. Обвинения вызвали широкий резонанс в академическом сообществе и затронули вопросы этики внутри учебного заведения.

Домогательства? Фыркаю – в жизни не поверю. Любой, кто хоть немного общался с Константином Валерьевичем, сразу поймет, подобные обвинения чушь!

Однако, похоже, журналистка, которая берет интервью, не сомневается в виновности профессора. Она старается держаться с профессиональной беспристрастностью, но резкие движения и сверлящий Константина Валерьевича взгляд выдают истинное отношение репортера. Девушка чувствует себя защитницей поруганной добродетели. Только деловая этика мешает ей наброситься на профессора, будто коршун:

– Что вы можете сказать в свою защиту? Есть ли у вас желание принести извинения пострадавшей и прокомментировать ситуацию?

– Извинения? – Константин Валерьевич высоко поднимает голову. По его горделивой осанке видно – профессор ни на секунду не испытывает раскаяния. – Мне не за что извиняться. Ее обвинения – обычная клевета. Я принимал зачеты на глазах других учащихся. Марина не подготовилась, а когда получила «неуд», начала угрожать. Есть свидетели – в аудитории было много студентов.

Но что бы он ни произносил, ответом будет лишь презрительный взгляд. Презумпция невиновности никогда не работала в реальности. Девушка-репортер настолько уверена в порочности Константина Валерьевича, что ее точка зрения невольно передается и зрителям.

Одно из преимуществ моей профессии – почти наверняка знаешь, когда человек врет.

Я достаточно много времени провела рядом с любимым профессором, чтобы изучить его ауру. Сейчас она переливается нехарактерным для Константина Валерьевича алым – доктор психологических наук старается держаться достойно, хотя внутри него все клокочет от гнева. Но в биополе нет ни коричневых, ни грязно-зеленых оттенков, которые бы указывали на попытки скрыть правду.

Как я и думала, профессора оболгали.

Но его внешнюю невозмутимость и отсутствие любых сожалений зрители принимают за наглость и черствость. Под видео сотни комментариев. «Маньяк!» «Психопат-извращенец», «Моральный урод!» «А моя дочка училась у него – нужно срочно забирать документы и переводить ее в другой вуз». «Наконец-то педофила вывели на чистую воду! Он всегда мне не нравился. Мнил из себя слишком умного».

«Константин Валерьевич, держитесь», – думаю я.

Наверное, нужно позвонить ему – выразить поддержку. Уже беру телефон, нахожу номер в контактах, но внезапно соображаю, что в СИЗО забирают всю технику. И пойдет ли мое прямое вмешательство на пользу профессору? СМИ могут «зацепиться» за звонок бывшей студентки, явно обеспокоенной судьбой преподавателя, и выставить меня еще одной жертвой коварного соблазнения, несчастной влюбленной девушкой. Может, стоит подсобить профессору с помощью магии?

Однако, судя по тому, что я видела, и колдовство в последнее время работает не так, как обычно.

– А теперь вернемся к главной загадке дня – статуе, которая неизвестно откуда появилась посреди города, – вещает эфир.

На этот раз вид памятника вызывает у меня стойкое отторжение, будто скульптура действительно виновата в сегодняшнем хаосе. Новости заключаются в том, что новостей практически нет. Пострадавших наконец-то эвакуировали. Они живы, но, несмотря на усилия врачей, в сознание не приходят, и ни один человек не в состоянии объяснить, что приключилось у памятника.

Испуганные очевидцы событий, те, кто наблюдал за статуей, но не отважился к ней подойти ближе чем на пять метров, до сих пор находятся в шоке.

Кто-то все отрицает и упрямо твердит, будто увиденное – перформанс, разыгранный ради телевизионных рейтингов. Кто-то считает, будто невесть откуда взявшаяся статуя – идол неизвестного бога. Забрав у людей сознание, он выразил свой гнев. К моему удивлению, таких больше и больше.

Эфир переключается на экстренные новости. Как всегда, когда начинается суматоха, активируется нечисть, что мирно дремала внутри всяких подонков. Товарищи бесы подпитываются всеобщей паникой, звереют от переполняющей их энергии и подталкивают своих носителей на преступления.

Становятся опасны даже люди, которые еще пару дней назад были вполне законопослушными, а демоническое влияние проявлялось в том, что принято называть гневливостью и дурным характером.

Они даже представить не могли, что способны на преступления. Однако криминал в городе зашкаливает. Начались нападения и ограбления. Какие-то бандиты, воспользовавшись воцарившейся неразберихой, захватили школу, где я когда-то училась.

Террористы выставили требования: немыслимый выкуп – по тридцать миллионов долларов за заложника. Чтобы никто не сомневался в серьезности их намерений, в телестудию отправили видео. Сердце сжимается. На нем Вероника Геннадьевна, моя любимая учительница, в окружении пятиклассников.

Я понимаю, видео снято заранее и вышло на телеканале с задержкой, а текст, скорее всего, подготовили террористы, главная цель которых – заставить правительство раскошелиться. Но когда Вероника смотрит в камеру, кажется, будто она обращается лично ко мне и при этом мысленно молит о помощи.

За время, что мы не виделись, бывшая классная руководительница изменилась. Она повзрослела и больше не напоминает неопытную, слегка легкомысленную студентку. Золотистые волосы собраны в строгий жгут, вокруг глаз и рта прорезались первые мелкие морщины.

Но главное – глаза Вероники Геннадьевны стали иными, мудрыми. Учительница не позволяет себе ни слезинки, говорит спокойно и сдержанно, стараясь не пугать детей собственным страхом. Она ведет себя так, будто отпрашивается у завуча на больничный, а не читает требования правительству. Так, будто на нее не направлен никакой автомат.

Мужество хрупкой женщины давит на зрителя гораздо сильнее любых истерик.

– Здравствуйте, меня зовут Вероника Геннадьевна, я преподаватель истории и обществознания. Сейчас моя жизнь и жизни учеников находятся в руках захватчиков. С нами обращаются хорошо, – учительница подавляет вырывающийся всхлип. – Я обращаюсь к правительству и всем, кто знает меня или моих учеников. Просьба не впадать в панику и собрать средства. Любые задержки могут иметь трагические последствия – время передачи выкупа ограничено. Помните, что речь идет о наших жизнях.

Я смотрю на происходящее будто со стороны – это немного похоже на практику выхода из физического тела. Любые эмоции, как всегда, когда становится чересчур тяжело, отключаются. Насколько бы бредово это ни звучало, теперь я точно чувствую: некая сила методично уничтожает все, что мне дорого.

Любимый профессор в университете, школа, к которой я была привязана… Неужели весь хаос – дело рук твари, что угрожала мне через Лизину дочку? Что ей нужно? И главное – как ее остановить?

Следующая новость. Сердце царапает нехорошее предчувствие. Хочется немедленно выключить компьютер, словно если я буду пребывать в счастливом неведении, ничего страшного не случится.

Поздно.

– Далее в нашей программе. Сегодня в городе произошел взрыв газа в жилом доме на улице… – слова ведущего заглушает шум в ушах. Чтобы расслышать точный адрес, нужно перемотать видео назад.

Но дополнительные действия не требуются. Мне слишком знаком дом на видео. Ему уже лет двадцать как нужен ремонт. Фасад покрыт розовой штукатуркой, потрескавшейся от солнца. На балконах разводят цветы – анютины глазки, герань, бегонии. У подъезда красуются лебеди, сооруженные из шин неизвестным умельцем.

Я прожила здесь девятнадцать лет. Сейчас часть здания обуглена, на месте нескольких окон зияют черные дыры, будто кто-то выколол дому глаза. На крыше пробоина, из которой сочится темный дым. Место, что когда-то было оплотом спокойствия и уюта, превращено в символ хаоса и разрушения. Но страшнее всего другое.

Мама! Сегодня воскресенье, значит, она не работает. Дрожащими пальцами набираю телефон – не отвечает. Телеведущий что-то бубнит про списки погибших.

Не знаю, возможно ли пережить сердечный приступ в молодом возрасте, но у меня так болит в груди, что невольно сгибаюсь вдвое и закусываю губу, чтобы не завыть. По щекам льются слезы.

Я готова на что угодно, лишь бы мамы не оказалось в квартире. Она встречалась с подругой, решила сходить в кино… «Пожалуйста, – повторяю про себя, неизвестно к кому обращаясь, – я сделаю все, что захочешь, только бы мама была жива».

Некстати появляется мысль: тот, кто мне угрожал, кем бы он ни был, приступил к исполнению своего плана. А в ушах звучит и звучит его обещание убить всех.

Божество

Мне приходится сдерживаться, чтобы не рассмеяться. Пусть моя форма в этом мире – камень, но я в состоянии заставить и мраморные губы расползтись в улыбке. Глядя на хаос, который творится вокруг, сладко представить, что начнется, если статуя оживет и, превратившись в голема, сокрушит все живое на своем пути.

Я могу сжать этот мир в свой кулак, будто бабочку, и расплющить. С неохотой останавливаю секундный порыв – рано. Я еще не насладилась сполна. Вначале раздавлю тебя, маленькая мерзкая ведьма. Предательница, что неоднократно от меня отвернулась.

Сколько раз ты игнорировала знаки, которые я тебе оставляла? Считала само мое существование бредом, порождением своего сознания, и даже лечилась от паранойи.

Смешно! Думала, можешь придумать своего бога? Ты лишь бледный отблеск моего пламени. Возомнила себя психологом?

Каждый раз, когда я была рядом, ты напускала на себя такой сочувственный вид, что казалось, будто ничтожная ведьмочка может быть выше, умнее меня. Или действительно в состоянии кому-то помочь.

Самое забавное, в какой-то момент я и сама в это верила. После «наших» сеансов мне становилось чуть легче. Приятно вообразить, что тебя кто-то любит и жалеет. А участие несколько раз даже согрело мое сердечко, если оно еще осталось в груди.

Но твоя эмпатия – лишь фальшивая маска, за которой скрывается профессиональная беспристрастность. Ты не в состоянии исцелить даже себя, ты слабая и ничтожная, и уж точно не способная ничего изменить.

Было уморительно наблюдать за твоими попытками отгородиться от меня – поставить защиты на квартиру, спрятаться за магическими побрякушками. Тебя не скроет ни расстояние, ни толстые стены.