Текст книги ""Фантастика 2026-175". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)"

Автор книги: Валерий Пылаев

Соавторы: Елена Шатилова,Александра Власова
сообщить о нарушении

Текущая страница: 54 (всего у книги 285 страниц)

Пожелав всем спокойной ночи, я ушла.

Заняться было особо нечем. Подошла к зеркалу, рассмотрела лицо, пустила пигментацию бровей и ресниц.

Посмотрела в окно. Опять включила телевизор и стала переключать каналы: примитивные сериалы, и в моём мире их полно, за эти дни мне сильно поднадоел местный кинематограф. Интернета здесь нет, и, похоже, не предвидится в ближайшую сотню лет. Надо покопаться в семейной библиотеке, может, что интересное найду. Уже направилась к двери и спохватилась… я же вроде себя плохо чувствую. Придётся отложить до завтра.

Вернулась к телевизору, может, новости какие найду или научный канал.

События в стране практически не отличались от наших с единственной разницей, у нас было президентское правление, здесь же государство возглавлял император.

*Посол Германии посетил диппредставительство…

*Теракт во Франции…

*На границе восьмого сектора напряжённая ситуация…

Вот это было интересно и зрелищно. Я не заметила кого атаковали маги, слишком быстро переместилась съёмка, но фейерверк был знатный.

Дальше пошла реклама, куда ж без неё.

Нет, телевизор совсем не подходит для сбора информации, я здесь сутками могу сидеть и ничего не понять. Если в семейной библиотеке нет ничего, придётся выяснять уже у самих домочадцев.

В доме всё стихло, семейство разбрелось по своим комнатам. Когда в коридоре пропали последние звуки, я отправилась на поиски библиотеки. Сон совсем не шёл, а валяться без дела не было желания.

На втором этаже библиотеки не было, я всё комнаты хоть мельком, но видела. Надеюсь, книжные запасы не ограничиваются двумя шкафами в кабинете хозяина.

На первом этаже жизнь ещё теплилась, прислуга заканчивала дела. Вопросов мне задавать не будут, поэтому смело пошла заглядывать в комнаты. Левое крыло этажа занято комнатами прислуги и хозяйственными помещениями, так что пошла в правое, где была гостиная, в ней обычно принимали визитёров.

Одна из комнат закрыта, сомневаюсь, что это библиотека. Сунула нос в щель между дверью и косяком и понюхала. Глупо, наверное, смотрелось со стороны, но, если там много книг, я почувствую особенный запах. Потянуло затхлостью давно не проветриваемого помещения. Отошла чуть от стены. Соседние двери располагались слишком близко, значит там небольшая комната, точно не библиотека.

Следующая была музыкальная, там стоял тёмный рояль и много кресел. За эти дни не слышала звуков музыки. Сама не имела тяги к подобным инструментам, поэтому просто закрыла дверь. Дальше столовая, ещё один кабинет… Там стоял один шкаф, в котором виднелись несколько стопок с кожаными торцами. Ничего не найду, – вернусь.

Осталось две двери. Надеюсь, за одной из них библиотека, если нет, то остаётся третий этаж, что совсем нелогично. Хотя я вообще не в курсе, что там вверху.

Открывая створку, я почувствовала особый запах. Во взрослой жизни я пользовалась только электронными носителями информации и магическими нейросетями, но этот запах со студенческих времён никогда не забуду. В библиотеку ходили по большей части не за знаниями, всё можно было найти в компьютерах, а за атмосферой и общением. Там я познакомилась со своим первым парнем… Грустная улыбка заиграла на лице. Короткие, но очень романтичные отношения. Там же нашла и следующего, мне всегда нравились интеллектуалы или просто парни с мозгами.

Тихо закрыла за собой дверь и пошарила рукой по стене, нащупывая выключатель.

Тихий щелчок и помещение наполнилось мягким, тёплым светом. Я улыбнулась и тут же вздрогнула. Не ожидала здесь кого-то увидеть в столь поздний час, да ещё сидящего в темноте.

Глава 6

В кресле, между стеллажами набитыми книгами, сидела тётушка, которая выжидательно смотрела на меня.

– Добрый вечер, Елизавета Алексеевна. Вот не спится, решила почитать, – пропищала я.

– Похвально, деточка, – женщина покряхтела, меняя положение тела. Я удивилась, ждала нравоучений по поводу того, что детям в это время нужно спать. – Мне тоже не спится. В библиотеке спокойно, всегда любила здесь уединяться, подумать. Племянники не частые гости в этом храме знаний, как и твой отец, – досада в голосе так и сквозила. – Присаживайся, – тётя указала на соседнее кресло.

Пришлось сесть. Я немного побаивалась эту внимательную женщину. Настя её не помнила, с детства не осталось никаких воспоминаний, да и в дальнейшем она к ней не приезжала. Но тётушка не глупая, и подлог может почувствовать, пойдут ненужные вопросы. Хотя зачем я волнуюсь, ничего же особенного в том, что подросток говорит как взрослая? Если бы я была возрастом как Ярослав, тогда было бы очень сложно. Так что расслабься, Несса! Моё имя неприятно отдало эхом, словно что-то далёкое. Во мне зародилось беспокойство, очень надеялась, что Настя не вернётся и не станет меня выживать из этого тела.

– Давно не была в этом доме… – Елизавета Алексеевна выдернула меня из дум. Видно, что она не прочь поговорить, и то, что я, по сути, ребёнок, её мало волновало.

– Неуютно здесь, в доме, – озвучила сформировавшееся мнение. Тётка удивлённо приподняла бровь. – Хозяйки не хватает.

Женщина зыркнула на меня и резко отвела глаза, но я заметила, в них появившийся блеск.

– Да, со смертью твоей матери, из этого дома ушёл уют. А Ольга не способна его создать, не в мать, – Елизавета Алексеевна вздохнула.

– Поэтому я попросила пригласить вас, – слукавила я. – Мне… нам с сестрой необходимо наставничество мудрой женщины.

Тётка хмыкнула, не верит.

– Я толком не помню маменьку, – что было чистой правдой. – Да, я очень хотела её застать и получить то, чего была лишена, – говоря это, я не смотрела на родственницу, пусть считает, что я переживаю, а когда повернулась, то заметила слёзы на её глазах.

– Прости нас, Настенька…

– Что вы, тётушка! Я никого не виню… тем более семью, – но не стала озвучивать, что обязательно выясню, кто виноват в таком положении не только Насти, но и других невинных детей.

– Всё в этом доме, держалось на Марии. Она была мне как сестра, в пору возраста, как дочь. Никогда ни на что не жаловалась, всегда весела и общительна. У неё были головные боли. Но кто будет воспринимать всерьёз болячки активной, жизнерадостной женщины?

Елизавета Алексеевна замолчала. Я видела, что она борется с желанием заплакать.

– Прости, деточка, не стоит тебе выслушивать оправдания престарелой родственницы…

– Говорите, – прервала я тётку, которой очень хотелось выговориться. – Я должна знать правду о случившемся. Я хочу знать всё, что происходило в моё отсутствие.

Женщина кивнула.

– Роды… преждевременные и тяжёлые. Целитель, у которого она наблюдалась, говорил, что с беременностью всё хорошо. Оказалось, что один плод умер незадолго до родов, поэтому Мария так плохо себя чувствовала последние дни. Второго ребёнка спасли, но… Выяснилось, что у твоей матери, большая опухоль в мозгу, а тяжёлые роды только усугубили её состояние. Она впала в кому. Хорошего целителя пришлось ждать, Иннокентий Петрович всё это время делал что мог, он ходил как тень, пытаясь не дать умереть Марии. Но по приезде столичного мастера, излечить её уже не смогли, времени не хватило, она даже из комы не вышла.

– Надеюсь, его засудили?

Елизавета Алексеевна округлила глаза, – не поняла, о чём я или не ожидала от меня услышать подобное. Ну не могу я мыслить и говорить как подросток…

– Если ты о наблюдавшем за Марией целителе, то сразу не получилось, он на границу сбежал. А на тех, кто на боевом контракте, невозможно подать иск. Да и не известно, сколько он будет там скрываться от правосудия, невозможно всё это время носить в себе желание отомстить. Мой брат решил не трепать имя твоей матери и оставить всё на суд Богу…

Я тяжело вздохнула. Возможно, он прав, жену этим не вернуть, а судьба сама осудит шарлатана, а по сути, просто бездельника, имеющего ценный дар, я в этом не сомневалась. Единственное, сейчас бы эти деньги очень пригодились семье…

Но меня удивило другое, неужели целители настолько слабы, что не могут диагностировать подобные заболевания и надо тыкать пальцем в проблему? Может здесь вся магия такая ничтожная? Я невольно посмотрела на свою руку, подсознательно в пальцы пошла энергия. Я пустила максимальный поток, каналы чуть засветились. Заметила, что тётя, замерев, смотрит на мою кисть.

– У тебя сильный дар, Настя.

– Мне уже говорили. Но я не понимаю, как такое могло произойти? Почему даже лучшие целители не могли спасти маму и почему не способны вылечить вас?

Елизавета Алексеевна отвела взгляд. И я сразу поняла причину.

– Вы заболели после смерти мамы и просто решили не лечиться, а уйти вслед за ней… Такая себе попытка самоубийства.

Судя по реакции, я попала в точку.

– Как ты смеешь такое говорить? – женщина сделала попытку встать, но не получилось.

– Смею. Вы почему-то вините себя за болезни мамы… Но это глупо!

– Я была ей плохой матерью…

Чуть не сказала, что она сама назначила себя таковой, но сказала другое, не менее жёсткое:

– И поэтому вы решили сделать из себя жертву, совершенно не подумав о брате, а ведь он потерял любимую жену, и о племянниках, которым была необходима забота!

– Дитя, ты ещё ничего не смыслишь в жизни, чтоб судить меня! – сомнение в голосе. Но самообладания не потеряла, я не слышала желания кричать на меня. Видно, она была готова к обвинениям.

– Смыслю. Мне пришлось очень рано повзрослеть, в тюрьме рано взрослеют, – Елизавета Алексеевна громко глотнула. Задело. – Что вы знаете о боли, тётушка? Да ничего! И поверьте, живя там, – неопределённо махнула в сторону, – я ни разу не подумала о самоубийстве. Никого не винила в своей судьбе и сейчас не собираюсь капаться, – неожиданно всплыли Настины воспоминания: обрывки разговоров, увиденное…

В институте часто случались самоубийства. Но сама хозяйка тела верила, что никогда не наложит на себя руки. Она жила надеждой выбраться оттуда и попасть домой. Желание исполнилось, для этого ей пришлось умереть… Бойся своих желаний – я знала эту истину, поэтому старалась ничем не гореть, а мыслить реальными возможностями, и самой делать всё для достижения цели.

Елизавета Алексеевна шумно задышала, видно, не ожидала подобных разговоров от малявки.

– Ни к чему все эти разговоры, – решила прервать неприятный разговор. – Прошлого не вернуть, и в каком-то смысле слава Богу! Мы нуждаемся в вас, дорогая моя тётушка, с этого мгновения назначаю вас нашей матушкой, у вас просто нет выбора! – я улыбнулась, Елизавета Алексеевна нервно хохотнула и растянула губы в подобие улыбки, искривлённое инсультом лицо стало нервно подрагивать. В глазах стояло непонимание происходящего. – Нам много надо сделать, а для этого понадобятся силы. Поэтому, для начала, я вас немного подлечу, чтоб вы сладко спали и набирались сил для дальнейшей жизни в семье.

Я взяла её за холодные пальцы. Через одну руку было неудобно работать, поэтому я встала перед тётушкой на колени и взяла её за руки. Она как заворожённая смотрела на меня, видно, не понимая, что происходит, а, возможно, принимая меня за сон.

– Расслабьтесь. Я пока не умею лечить, как настоящий целитель, но Иннокентий Петрович показал мне кое-что… – немного слукавила. Целитель, по сути, не может навредить, чтобы я не делала. И эту истину, я так думаю, знают все.

Пальцы у женщины потеплели очень быстро, как и взгляд. Я не стала экономить силы, влила сколько могла.

– Уф, аж голова закружилась, – встав с пола, я села в кресло.

– Настя, это какое-то чудо! Ты чудо! Я давно так хорошо себя не чувствовала, – тётя выпрямила спину и пощупала лицо, видно, ожидая, что оно восстановилось.

Я намеренно не буду восстанавливать лицо до последнего момента, это будет выглядеть слишком показательно и привлечёт ко мне излишнее внимание.

– Придётся вам выпить снотворного, а то не уснёте, – видела, как у женщины возбуждённо горели глаза.

Я встала и наиграно шатающейся походкой отправилась на выход.

– Спасибо, деточка. Всё хорошо? – небольшое беспокойство в голосе.

– Да. Спокойной ночи, тётушка, – я повернулась и подарила ей улыбку. Зачем мне нужна эта женщина, не знаю, но этому дому необходима хозяйка, иначе я начну здесь качать права и всех строить. А мне оно надо?

С чтением сегодня не сложилось. Я влила немного силы, для себя прошлой, но для Насти почти истощилась. Поэтому зашла на кухню, в которой уже никого не было, чтобы взять еду, иначе я не усну под урчание желудка.

Не стала включать свет, от уличных фонарей хватало света. В большом холодильнике нашла остатки ужина. Стала доставать тарелку, получилось не сильно тихо. Пока накладывала, послышались шаги в коридоре, и в дверях показался кто-то в длинном халате.

Щёлкнул свет, девушка-служанка удивлённо округлила глаза.

– Ой, барыня, что ж вы не позвали никого?

– Иди спать, я сама справлюсь. Посуду не буду мыть, – я улыбнулась, но девушка не поняла шутки и не сдвинулась с места. – Кыш спать, говорю! – уже приказным тоном, подкрепив жестом. Служанка попятилась, и в коридоре послышались быстрые шаги.

Когда я доедала, в кухню зашёл ещё один слуга. Не дожидаясь глупых вопросов, и этому сказала «кыш», и показала пальцем куда. Завтра им будет, о чём за моей спиной пошушукаться…

На сытый желудок даже лень было подниматься в спальню. Но домочадцы не поймут, если я усну в гостиной.

Спать, спать. Кое-как дошла до апартаментов, скинула платье, надела приготовленную сорочку и только успела закутаться в одеяло, как уснула.

* * *

Меня разбудил тихий стук в дверь. Я знала, что мне нет необходимости вставать. В комнату зашла Марфа-кухарка, что меня очень удивило. В руках поднос.

– Доброе утро, барыня! Елизавета Алексеевна распорядилась подать вам завтрак в комнаты, – улыбается, а в глазах беспокойство. Неужели всё ещё волнуется по поводу моего внезапно пропавшего аппетита.

– Спасибо, оставь на столе, я оденусь и позавтракаю. Помогать не надо, – жестом пресекла попытку. – Можешь идти, – меня начало немного выводить из себя, что надо постоянно говорить им, что делать.

Марфа поклонилась и уплыла к себе. Интересно, что там стряслось, что мне некому принести завтрак, ведь мы должны были выслать из дома только двоих слуг? Потом выясню, не настолько я любопытная.

Накинула халат, переплела взлохмаченную за ночь косу и пошла завтракать. Совсем обленилась с такой жизнью, даже умыться лень. Улыбнулась, вспомнив себя в этом же возрасте.

После еды опять потянуло в сон, но я переборола себя. Завтра, или послезавтра приезжает учитель, а мне хотелось хоть немного покопаться в местной литературе, там должна быть информация – куда я попала.

На втором этаже стояла относительная тишина, но внизу, несмотря на утро, уже кипела жизнь.

Спускаясь по лестнице, я увидела пробегавшую служанку с тряпкой в руке, которая так торопилась, что не заметила меня.

В одной из комнат доносился голос тётушки:

– К шкафу двигай, – приказным тоном. – Кому в голову пришло поставить сюда комод? Чуть ближе…

Идя в библиотеку, я везде видела работающих слуг. Ах вот почему завтрак был в комнату? Это чтоб домочадцы не мешали наводить порядок в доме. Я улыбнулась, – здесь появилась хозяйка. Надеюсь, папаша не будет против бурной деятельности своей сестры.

В библиотеке тоже работала служанка. Когда я зашла, она прервалась на приветствие и продолжила протирать пыль. Думаю, не сильно помешает, тем более я хотела просто взять заинтересовавшие меня книги и уйти к себе.

Вчера у меня не было возможности даже посмотреть на книги, поэтому подошла к ближайшему шкафу и стала рассматривать обложки: в нём были сплошь романы, от фантастики до детективов. Здесь явно ничего не найду, – перешла к другому.

Энциклопедии, работы каких-то деятелей… Можно покопаться, но мне надо что-то другое, пока не могла понять что.

Когда в четвёртом шкафу на глаза попались учебники истории, я обрадовалась – то, что надо! Древний мир, старый мир… История нового мира, золотыми буквами было написано на торце очередного тома. Нового? Интересно.

Книга была не сказать, что толстая и судя по оформлению, предназначалась для школьников. Обложка мне сразу не понравилась, нет, не сама по себе, а изображением на ней.

Земной шар не отличался от привычного, но присутствовала одна значимая деталь, что вызывала противные мурашки по телу, я даже села в кресло.

Можно было подумать, что это просто фантазия художника недоучки, но такого не могло быть на учебнике истории. По поверхности земного шара располагалась чёрная редкая паутина. Не сказать, что равномерная, скорей однородная, прослеживалось подобие рисунка, страшного и отталкивающего.

Со страхом открыла обложку и стала читать.

Вначале был краткий курс прошлой истории, буквально пару параграфов, они практически совпадали с моим миром. Единственно, при упоминании развития магии, я не встретила развития магических структур и вообще упоминания открытия Формулы Созидания. Возможно, история магии вынесена в отдельный курс…

Следующие параграфы повергли меня в шок, я читала и не могла оторваться. Это напоминало фильм ужасов…

Игнорируя имена, даты и места событий, я вчитывалась в страшную суть.

Сто двадцать четыре года назад, к земле приблизились неизвестные объекты. Я помнила эти события из своего школьного курса, но здесь они пошли по-другому. У нас эти объекты были уничтожены магами ещё на подлёте к атмосфере и почти все остатки за небольшим исключением улетели в космос. Событие никак не повлияло на дальнейшую жизнь обитателей, поэтому осталось просто главой в истории.

Здесь объекты вошли в атмосферу, часть взорвались сами, часть распылили маги. Ничего не предвещало беды, просто появились какие-то чёрные пятна в небе. Все думали, что они рассеются, но всё пошло наоборот, стали уплотняться и соединяться в огромные длинные субстанции, напоминающие полосы, нависшие над миром. Шли годы, они так и висели в небе, словно призраки, невероятным образом пропускающие солнечные лучи и не отбрасывая тени.

Люди смирились с новыми реалиями, но неожиданно всё изменилось, гигантские полосы начали опускаться, поглощая всё что попало под них. Люди потеряли имущество, земли, но успели сохранить жизни. Мир разделило на сектора, сохранилась коммуникация, так как полосы были не сплошные, не стабильны и периодически как бы съёживались, образуя переходы между секторами. Процессы были очень медленными, мир опять адаптировался к новому.

Внутри чёрных зон, названных Чёрными путами, ничего не выживало. Нашлись добровольцы, которые решились туда зайти, вернулись не все, а выживших ждала долгая реабилитация.

Следующий этап, который начался чуть больше пятидесяти лет назад, был не менее страшный, и его связывали с Чёрными путами, стали рождаться дети со страшным даром Чёрной крови. Вполне обычные дети, но как только начиналось движение полос, они впадали в безумие, и все, кто находился рядом, заболевали, а слабые умирали.

Обезвредить их получилось, только отдаляя от Чёрных пут. Стали строить исследовательские институты в центре секторов и свозить туда носителей этого дара. Он проявляется примерно у одного процента магов.

Это было не всё: грянул самый страшный этап. Путы ожили, буквально. Оттуда начали выползать сущности и нападать на живых, высасывая их досуха. Проще всего обезвредить их получается при появлении из чёрной зоны, тогда они ещё медлительные и легко рассеиваются под воздействием стихийной магии, любой, но стоит им вылезти, как они приобретают материальность и проворность. Тогда случаются масштабные боевые действия, – видно фрагмент одного из них я видела в новостях.

Вдоль всех чёрных зон появилась полоса отчуждения в несколько километров и граница, даже в океанах. Человечество перестало воевать между собой, – общий враг объединил всех.

– Жуть! – прошептала я под нос. Вот это я попала.

Глава 7

Теперь до меня начало доходить, почему всё так странно в этом мире. Люди не просто так цепляются за прошлое, мир развивается нестабильно, если можно так сказать медленнее того же нашего, немного не в том направлении. Нарушена логистика по всей планете. Скорей всего из-за этих чёрных зон каждый сектор развивается по-своему, в меру возможностей. По сути, это уже отдельная страна, а в каком-то смысле отдельный мир. Авиасообщение, если оно есть, тоже распространяется только на внутренние зоны, хотя могу ошибаться, может, мосты достаточно широкие, чтоб пропустить самолёт или что здесь летает.

Ну даже не в этом причина отставания. Все силы и ресурсы уходят на защиту границ от неведомых тварей и не удивлюсь, что все маги, в какой-то степени военнообязанные. Так что без работы я точно не останусь, – грустно ухмыльнулась.

И это основная причина, почему такая проблема с целителями – они все на передовой, а обычным людям остаются недоучки, вроде шарлатана сгубившего мать Насти, или пенсионеры вроде Иннокентия Петровича.

Очень хотелось посмотреть на боевых магов, а именно на их начинку. Надеюсь, в академии есть практикующие маги.

Несколько месяцев… я же не выдержу. Сомневаюсь, что присланный учитель будет боевым, скорей всего зубрила-теоретик.

На несколько вопросов я получила ответ. Дальше читать не стала, вряд ли я найду здесь информацию по чёрной крови.

Надо было заполнить море свободного времени, поэтому взялась рыться в художественной литературе. Что за жизнь, даже прогуляться не могу одна, разве только в сад. Взяла пару книг и вышла на улицу.

Там тоже велась работа. Знали бы кто стимулировал тётку, возненавидели бы меня.

Сад был небольшой, во все стороны просматривались ограждения соседних участков. Но мне главное хоть какую-нибудь захудалую скамейку и отсутствие надсмотрщиков, последнее, наверное, от Насти, мне, Нессе, было всё равно на присутствие посторонних.

Нашла большую лавочку и открыла первую находку. Книги не пошли. Одна слишком приторно-любовная, вторая предсказуемый детектив. Через два часа я уже маялась от безделья. Как так можно жить⁈ И даже магию попрактиковать не могу! Не приставать же к домочадцам?

Взгляд выхватил медленно идущую по дорожке кошку. Идея родилась сразу, главное – не спугнуть…

Поднялась, медленно пошла к животному.

– Кыс-кыс! – тихо позвала лохматую. А она и не думала убегать, увидев меня мяфкнула и пошла навстречу.

Я наклонилась, стала её гладить, а она тыкалась в руки, наверное, решила, что я хочу её угостить. Чуть позже.

Вернулась на лавочку с мягким трофеем и поглаживая, принялась проводить диагностику органов. Кошка вначале пыталась вырываться, но, когда я пустила волну энергии, навострила уши и замерла. Я слышала, что животные более чувствительны к воздействию магии, особенно кошачьи, но до этого момента не пробовала экспериментировать, не до кошек мне было в той жизни. Через короткое время лохматая расслабилась и даже тихо замурчала, что совсем не мешало, казалось, наоборот, помогало настроиться.

Кошка молодая, но уже беременная. Срок маленький, но я смогла определить как минимум четыре плода. Так, их пока не трогаю, начну с органов. Обследовала, тут же лечила, что требовало вмешательства. Кто-то бы упрекнул, узнав, чем я здесь занимаюсь, вместо того, чтоб предложить помощь нуждающимся, но мне нужно как-то раскачивать каналы, а налечиться людей я ещё успею. Будь я стихийным магом, проблемы не было.

Через час кошка начала вырываться. Решила не мучить животное, пошла с ней в дом, чтоб покормить.

На кухне вовсю колдовала Марфа. Крупная женщина буквально порхала между готовящимися блюдами. Но меня заметила быстро.

– Проголодались, Анастасия Павловна? – кухарка отложила ложку и, вытерев руки полотенцем внимательно с улыбкой, посмотрела на меня.

– Кошку хочу покормить.

– Барыня, так это соседская…

– И что? – мне всё равно было, откуда она, хоть инопланетная. Она мой пациент и ей надо поесть. Думаю, требование отразилось на моём лице.

– Сейчас, барыня, – улыбка сошла с лица, ну да я совсем не лапушка, если копнуть глубже. И чем дальше, тем больше меня настоящей будет выходить на свет.

Марфа достала кусок мяса из холодильника и нарезав положила в миску, я взяла её и сразу поставила на пол перед кошкой.

– И молока.

Здесь уже обошлось без лишних разговоров.

Кошка съела всё, в конце мяфкнув, словно сказала «мало». Но плата была достаточной, тем более я ей хорошо здоровье поправила, были небольшие проблемы с почками и с задней ногой, стара травма, возможно, её били.

Взяла кошку на руки и вернула на место, откуда взяла.

Время до полудня скоротала, что дальше?

Обед был на двоих: для меня и Ярослава. Пока я возилась в библиотеке, не заметила, что все разъехались по делам. Павел Алексеевич с Сергеем на работу, у брата была практика. А Ольга с Олегом на занятия в частную школу. Оказывается, отец отпросил всех на несколько дней, чтоб встретить Настю. Очень мило. Но мне стало немного завидно, я бы даже в школу вернулась с удовольствием.

– Тебе понравилось дома? – мелкий неожиданно начал разговор.

– Конечно, как иначе, здесь же моя семья, – подкрепила улыбкой.

– Я рад, что ты появилась. Ты очень красивая и женихов будет больше, чем у Ольги. Она вредная, – это было так непосредственно и не по-детски, что я рассмеялась. Сам ребёнок не мог это сочинить, значит, слышал и не раз.

– Спасибо, братишка. Ольга хорошая, просто ей любви больше надо, чем мне, – очень надеялась, что мальчик поймёт, что я имела в виду.

Ярослав кивнул. Немного зная его, захотелось понаблюдать, как он будет теперь поступать со старшей сестрой.

Общение с мальчишкой, конечно, хорошо, но оно, как и обед не заняло много времени, я опять осталась не у дел.

Вышла на улицу, погода прекрасная. Осмотрелась и пошла искать кошек.

Вторым пациентом стал наш толстый кот Никодим, старый, больной – то, что надо. Схватила его как великую ценность и потащила к себе в комнату. Блохи не помеха лечению.

Он совсем не сопротивлялся. Положила его на кровать, села рядом и стала копаться во внутренностях.

Непаханое поле для целителя!

Провозилась с ним два часа, перекусила, хорошо отдохнула и продолжила. Настино тело было ещё слабое, поэтому приходилось постоянно прерывается на восстановление, но кошак сносил все мои манипуляции, даже мурчал периодически. Или понимал, что ему делают хорошо, или принимал за странные ласки.

Ещё через пару часов я всё-таки решила вынести его обратно на улицу, а то напрудит ещё в постель.

Когда я поднималась на второй этаж, услышала, как подъехала машина, решила посмотреть кто. Оказалось, начали возвращаться домочадцы.

Ольга не в настроении, вышла из машины, хлопнув дверью, несмотря на бешенство на лице, поздоровался со мной, ей вторил Олег – безликий прихлебатель. Бедная девушка, которая в него влюбится, а влюбится точно, внешность никто у него не отнимал, хоть по мне и слащавей, чем у Сергея. Возможно, в пору возраста, а может, и характер своё накладывает.

К ужину появился Сергей, сообщил, что отец задержится на переговорах.

В столовой почти в дверях меня встретил Ярослав, проводив до стола, выдвинул стул и помог сесть, я его поблагодарила, тётушка, уже сидевшая за столом, одобрительно кивнула.

Появилась сестра, настроение хмурое.

– Ты сегодня прелестно выглядишь, сестрёнка. Тебе очень идёт это платье, – выдал мальчишка серьёзным тоном, и пригласительным жестом указал на стол. Ольга замерла, но быстро очнувшись, пошла к отодвинутому стулу. Ярослав опередил её и, выдвинув чуть сильней, помог сесть.

Девушка, нервно улыбаясь, посмотрела на меня, я пожала плечами, типа я не понимаю, что происходит. К чести Сергея, он сдержался от ехидной улыбки.

Все расселись, и тётя на правах хозяйки велела подать ужин.

* * *

Очередной скучный вечер у телевизора. Вздёрнуться можно от такой жизни.

На экране вяло текли действия пресного сериала, а мысли гуляли где попало. Всплыл разговор с тёткой в библиотеке, что-то в нём не давало мне покоя. И тут меня как током шибануло.

Мария умерла два года назад, а Ярославу уже где-то четыре – это же не тот выживший ребёнок! Где же ещё один, ведь тётка не говорила о его смерти.

Захотелось выяснить. Зачем? Не знаю, возможно, мною движет непомерное безделье.

Елизавета Алексеевна нашлась в библиотеке. В этот раз горел свет, и она мирно читала книгу.

– Добрый вечер, тётушка! – поприветствовала я и прошла к соседнему креслу.

– Добрый вечер, деточка! – она улыбнулась как могла.

Я не знала, с чего начать, ведь предстоящий разговор может затронуть неприятные для неё события.

Молчание затянулось.

– Ты хочешь что-то спросить? – женщина положила на стол книгу, которую читала до моего прихода и выжидательно на меня посмотрела.

– Да. Где выживший ребёнок? – не стала ходить вокруг да около.

Елизавета Алексеевна поджала губу. Вряд ли она не ожидала этого вопроса, скорей всего просто собиралась с мыслями.

– Это девочка, твою сестру зовут Полина. Сейчас поздно, она спит. Завтра утром я познакомлю тебя с сестрой.

– Где она? – мне хотелось знать, но догадка пришла раньше, чем её озвучила Елизавета Алексеевна.

– На третьем этаже, там ей создали все условия.

– Она больна?

– Да, очень, постепенно её состояние нормализуется. Единственное, что могу сказать, вряд ли она когда-нибудь станет полноценной, – тётка кусала губы и пристально смотрела на меня.

– Я хочу её увидеть. Сейчас! – это звучало как приказ.

Елизавета Алексеевна продолжала на меня смотреть, но я всем своим видом показывала, что не отступлюсь.

– Хорошо, – тётка нащупала клюку, которая стояла сбоку кресла, тяжело вздохнула и с кряхтением стала подниматься.

Я не торопила женщину, ей тяжело давались подъёмы по лестнице, подставив локоть, терпеливо следила, как она переставляет ноги по ступенькам.

– Поскорей бы занятия с учителем, так хочется хоть немного научиться лечить, – я лукавила, просто мне надо было хоть какое-то оправдание для реального воздействия на больного, а не простое вливание силы, да и Елизавету Алексеевну отвлечь от неприятных дум.

– Похвально твоё рвение к учёбе, деточка, – сказав это, женщина глубоко вздохнула, а я слышала облегчение, казалось, я услышала её мысли… «наконец-то у нас будет свой целитель».

– Я только дома почувствовала себя полноценной и хочу наверстать всё упущенное, – мне придётся ползти с самого низа, но я сделаю всё, чтоб хотя бы приблизится к себе прошлой.

Мы поднялись на третий этаж.

Мне не с чем было сравнить, я, до этого, никогда не была в заброшенных помещениях, но сейчас мозг охарактеризовал чувства именно так: здесь не пахло жизнью, хоть и не было затхлости. Воздух буквально звенел пустотой, которой нет этажами ниже, там он плотный, обволакивающий, умиротворяющий, можно сказать. Возможно, мой настрой сыграл, а может так и есть.

Правое крыло этажа было погружено в темноту, а вот левое отгорожено ещё одной дверью. Тётушка погремела ключами и открыла её. Пахнуло чем-то приятным и слегка знакомым, – благовония, заключила я. Глубоко вздохнула.