Текст книги ""Фантастика 2026-175". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)"

Автор книги: Валерий Пылаев

Соавторы: Елена Шатилова,Александра Власова
сообщить о нарушении

Текущая страница: 86 (всего у книги 285 страниц)

Глава 11

Неделя пролетела пугающе быстро, скорей всего из-за однообразия деятельности. Единственное событие – это комиссия по фиксированию моего нового дара. Как и говорил Алексей Тимофеевич: простая формальность.

Теперь остаётся ждать паспорт и можно вести взрослую жизнь.

Опять выходной, сегодня мы с Александрой идём вдвоём к воротам. Сергею сказала, чтобы ждал в машине, а подруге запретила даже смотреть в её сторону.

Мне надо взглянуть на объект поближе, чтобы составить полную картину, когда получу дополнительную информацию.

Князь стоял на том же месте, где всегда, и, увидев дочь, слегка улыбнулся. Машина Сергея находилась за ним, намеренно выбрали это место, чтобы брат не привлекал внимания, поэтому я имела возможность пройти практически рядом.

Чмокнув подругу в щёку, я уже собралась идти дальше, но неожиданно увидела, что князь, пристально смотря на меня, сделал несколько шагов навстречу. Я приостановилась. Ещё этого не хватало!

Сделав лёгкий реверанс, слегка склонила голову.

– Доброе утро, Ваше Сиятельство!

– Разреши представить, мою подругу и соседку по квартире, графиню Анастасию Павловну Юсупову, князю Юрию Петровичу Шуйскому, моему любимому папеньке, – Александра разулыбалась и взяла его под руку, но я видела, что она жутко волнуется.

– Рад познакомится лично, Саша много о вас рассказывала, – очень надеялась, что это просто дань приличию и подруга не болтала обо мне в семье.

Я посмотрела в сторону, давая понять, что надо идти.

– Не смею вас задерживать, Анастасия Павловна, – мужчина скупо улыбнулся и склонил голову. А я, попрощавшись, ушла.

Сомневаюсь, что он что-то подозревает, скорей всего просто ради приличия решил познакомиться.

Сев в машину, увидела испуганное лицо брата.

– Доброе утро, Ёжа! Расслабься, не по твою душу.

– Как здесь не испугаться…? – Сергей посмотрел в сторону машины Шуйских.

– А кто-то собирался к нему на личную встречу. Да ты бы сказать толком ничего не смог, – поддела я.

– Теперь я понимаю, насколько ты была права… Квартиры сейчас будем смотреть? – брат перешёл к делу.

– С паспортом задержка из-за моего второго дара, – глядя на вытянувшееся лицо Сергея, поняла, что забыла поделиться важным событием в моей жизни.

– Прости, братишка, забыла сказать, у меня огонь проявился.

– Вот это новость! Покажи, – немного недоверия в голосе.

Хмыкнула и зажгла палец.

– Ух. Уже третий огонь в нашей семье! Наследственное, что ли? – немного грусти в голосе. – И что теперь, переводить будут на другой факультет?

– Нет. Но новая заведующая кафедрой обещала организовать занятия на полигоне, чтобы я дом не спалила, – на мои слова Сергей рассмеялся.

– Давай всё же заглянем в контору по недвижимости, а то информация из газеты может быть уже не актуальна. Да и хозяев могут отсутствовать.

Нужное здание я увидела издалека.

Контора агентства и комиссионерства

Смирнов А. Т.

Не заметить его было сложно, мало того, что вывеска кричаще-яркая, так ещё баннеры с объявлениями были выставлены с краю от двери. Там мы ничего читать не стали, зашли внутрь. Встретила нас женщина в годах, узнала о причине визита и проводила в кабинет к агенту.

– Приветствую, господа, чем могу быть полезен? – мужчина встал из-за стола и жестом указал на два кресла.

Мы сели, и Сергей рассказал суть визита. Мол, нужна квартира, маленькая, недорогая, не для жизни, а просто встреч студентки с семьёй. Ситуация для данного городка типичная, поэтому агент сразу потянулся к папке и начал предлагать квартиры. Остановились на двух, одну из них Сергей и присмотрел в газете.

Квартиры были меблированные, это подтверждало, что они просто переходят из рук в руки со всей обстановкой. Первая простенькая и на самом краю городка, а вторую, которую присмотрел брат, я сразу отмела и не стала объяснять агенту почему, он и так знал, Сергей же непременно спросит.

Сказали агенту, что подумаем, и пошли в машину.

– Хорошая же квартира и цена более чем приемлемая, – брат не мог понять отказа.

– Это бордель, где встречались парочки. Ты же не хочешь, чтобы нас считали такими?

– Настя, ты видно, не те фильмы смотришь, – Сергей сделал свои выводы.

– Хорошо, объясню. Ванная на двоих – это раз. Зачем в небольшой гостиной два огромных дивана, а на кухне зачем? И в обеих спальнях кровати, явно сделанные под заказ, больше, чем стандартные. Всего один маленький шкаф в кабинете, которым никогда не пользовались, даже комода нет. И ковры на стенах, как в деревне, явно для приглушения звуков.

– А я первым делом думал их снять. Убедила, наблюдательная… Девочка, откуда ты всё это знаешь? – в итоге Сергей посмотрел на меня с негодованием.

– Ты сам ответил на вопрос: фильмы смотрю. Всё, поехали, поедим что-нибудь.

За обедом обсудили дела, и брат отвёз меня в академию.

А у меня ещё полдня, чтобы поделать структуры. Идя за парнем из персонала, который по традиции нёс мои пироги, я обдумывала, чем займусь, но взгляд потянулся в сторону библиотеки. Мозг или предчувствие явно меня туда ведёт… Сказала парню, чтобы оставил коробки в фойе, за час ничего с ними не станет, а сама пошла в хранилище знаний. Надо, значит, надо.

Библиотека встретила меня знакомым вкусным запахом и яркой иллюзией на потолке, сегодня там кружились осенние листья.

Пошла к знакомым стеллажам. Взяла одну из книг профессора и стала читать. Что же ты хочешь мне сказать? То, что меня тянет именно из-за его трудов, не сомневалась.

Неожиданно услышала девичий голосок, а за ним знакомый тембр, похоже, это тот парень, который смеялся. Любопытство повело меня поближе. И подойдя к щели между стеллажами, я заглянула туда.

Парень стоял спиной. Крупный, темноволосый, горделивая стойка. Практически лицом ко мне стояла девушка, которая по сравнению с ним казалась гномочкой, едва ли она намного выше меня, зато формы вполне взрослые.

– Тебе птичка принесла послание из страны мечтаний, – она протянула ладонь, на которой была сложенная из бумаги птичка.

– Спасибо, Амелия, я тронут твоим вниманием, – парень говорил очень медленно, взвешивая каждое слово. Взяв презент, он положил в карман пиджака и показательно прихлопнул, мол, не забуду прочесть.

– Буду, надеется, что она принесёт мне ответ, – девушка кокетливо и слегка манерно сделала реверанс и быстро ушла.

– Пф-фф… – шумно выдохнул парень, когда Амелия удалилась на достаточное расстояние. Вытащив птичку, покрутил в руке, создалось впечатление, что он хотел её выкинуть. Ай-ай, какой плохой мальчик… она к нему с чувствами, а он!

Засунув послание обратно в карман, он прошёл к полкам, оставаясь по-прежнему спиной.

Одёрнула себя, хватит подсматривать! Сделала несколько шагов назад, боялась, что может почувствовать взгляд. На цыпочках прошла к стеллажам с научной литературой. Листая труды профессора, опять услышала тихий смех. Что он такое смешное читает? Надо в следующий раз глянуть.

Ладно, пора домой, а то от моих пирогов все слюной изойдут.

Александра пришла буквально за мной.

– Ой, ты здесь, а я думала… Надеялась, что ты опять приведёшь Сергея.

– Ты совсем мозги от любви растеряла? – сказала спокойно, даже с улыбкой. – Твой отец неглуп, может заметить твою влюблённость, даже без объекта твоих томлений.

– Ты права, что-то не подумала, он задумчиво на меня сегодня смотрел, – Саша вздохнула. – Папенька не опустится до расследования, но напрямую спросить может.

– Значит, если спросит, подбери естественные оправдания в зависимости от настроения, главное, чтобы они были далеки от любви. Ты же дипломат!

– Да, так и сделаю. Пойдём чай пить, а то я с ума сойду от запаха пирогов.

За чаем завели разговор про Ирину, она как-то отдалилась, даже на чай не приходила. Но когда мы поменяли тему, раздался звонок в дверь.

– Ты жестока! – услышала я вместо приветствия от пампушки.

Сделав удивлённое лицо, пригласила девушку в квартиру.

– Я отказываю себе во всём, даже с отцом сегодня поругалась… потому что не взяла гостинцы. Но захожу в подъезд, а он буквально пропитан запахом моих любимых пирогов. Пока поднялась на этаж, поняла, что бороться больше не могу. Где мой кусок⁈

Мы с Александрой рассмеялись.

Опять мои мечты заняться структурами потонули в бесконечной болтовне и чашках чая… Выходной, он всегда проходит под знаком обжорства.

* * *

Сегодня я уже не кричала от страха, просыпаясь посреди ночи. Дёрнуло меня запросить продолжение экскурсии! После того как я начала делать заказ на дальнейшие действия в Чёрном мире, я наконец-то перестала видеть его спонтанно.

Меня забросили почти в тот же момент, только отодвинули на несколько метров. Но я всё равно испугалась, когда в щели показалась огромная чёрная голова с истекающей слюной пастью. Что там за мир такой, что водятся такие твари?

Я наблюдала, как монстр пытается протиснуться, но щель была явно мала. Интересно, что он будет делать, ведь тело не пройдёт, как ни тужся? Но судя по тому, как тварь беснуется, желание зайти затмевает мозг, если он там есть, конечно.

Монстр бился, рычал, но не отступал. Отойдя на значительное расстояние, он побежал обратно и, втиснув голову в щель, явно нанеся себе увечья, завопил так, что я резко проснулась, подскочила на кровати и инстинктивно закрыла уши.

Придя в себя, убрала руки от головы и задумалась: зачем мне это показывают?

Первое, что напрашивалось, меня готовят к посещению этого места. Меня аж передёрнуло. Желание соваться туда отсутствовало. И если судить по разговору с Рокотовым, такие сны снятся всем носителям чёрной крови. А это значит, что всех нас готовят. К чему? Да к убийству этих тварей! – пришла логичная догадка, которая давно крутилась в голове.

Дар у населения этого мира появился после появления Чёрных пут. Кто-то или что-то просто родило защиту от них, а человечество испугалось и сделало их дойными коровами. Сомневаюсь, что тот же Рокотов не знает об этом, думаю, и правители государств в курсе.

И что я могу сделать?

Всплыли слова начальника Надзорных органов: «если кто-то выйдет на вас…» Он понимал, что я имею благодатную почву, чтобы поддаться на уловки сторонников чёрной крови и сдаётся мне, что они не добра желают. Скорей всего они просто хотят захватить власть в секторе или во всей стране. И носителей чёрной крови хотят использовать как орудие, а пока исследуют их, чтобы найти способы безопасно управлять ими. Значит, что? Если на меня выйдут, строю наивную девочку, далёкую от политики.

Уснуть уже не смогу. Значит, душ и за работу!

Звонок в дверь, отвлёк меня от процесса, Ирина явилась. Запаковав заготовку, пошла открывать.

Проводив её в гостиную, я направилась к себе, так я всегда делала. Но подруга меня остановила.

– Настя, поговорить надо, – сказала серьёзно и как-то со стеснением.

Я вернулась, сама поставила чайник и, раскладывая на тарелке пирожки, приготовилась слушать.

Ира молча смотрела на мои манипуляции и глотала слюну.

– Я не могу сама с этим справится, мне нужна помощь. У нас все полные в семье, да и во всём роду, я считала это нормальным. Но увидев, как… только здесь я поняла, почему парни смотрят на моих сестёр, да и на меня, как на мешок с деньгами, потому что как женщины мы их не привлекаем. Моя старшая сестра имеет жениха, красавчик, свадьба скоро… Но он её не любит. Я не хочу так, мне хочется, чтобы на меня смотрели как на Сашу, как на Эльвиру, – девушка заплакала.

Не стала говорить, что есть мужчины, которые любят таких женщин, она уже решила измениться, и я хочу поддержать её рвение.

– Чем я могу помочь? Ты же знаешь, сколько я ем, бывает и побольше тебя.

– Придумай для меня еду, которая вкусная и даст похудеть, – она умоляюще на меня посмотрела.

Не знает, чего просит, такой еды не существует, но говорить пришлось другое:

– Я не повар. Не проще было бы поговорить с вашим шефом из ресторана, чтобы он придумал что-нибудь?

– Не могу. Отец узнает, а потом станет выпытывать причину. Я же не смогу промолчать, ты просто не знаешь, какой он хитрый, всё вытянет. А если узнает, что мне нравится Даниил, то и его достанет, вынудит ухаживать за мной.

Мне почему-то стало смешно.

– Даня только кажется клоуном. Сомневаюсь, что твой отец сможет его принудить, и купить не сможет. Скажу одно, как человек ты ему понравилась, я видела, с каким удовольствием он с тобой общался в первый день.

– Вот я хочу именно такого, но не по принуждению. Я честно готова уже заткнуть свою гордость и навязываться ему, – при её словах вспомнила Амелию из библиотеки. Я против того, чтобы девушка унижалась. – Не сказать, что у меня чувства к нему, просто с ним легко и весело… Помоги, Настя!

– Готовить я не умею, но могу поговорить с Марфой, может, что придумает. Но для начала… не стоит себя изводить, – неожиданно вспомнила метод одной коллеги, которая страсть, как любила сладкое. – Когда ты голодаешь, то потом срываешься, а от этого только хуже. Давай договоримся так… сейчас потренируешься. Вот сколько ты обычно ешь за чаепитие, положи на тарелку.

Ира посмотрела на блюдо с пирожками и взяв в руку пару штук, отложила отдельно. Я с сомнением посмотрела на неё. Она вздохнула и пододвинула основное блюдо.

– Пфф… – не удержалась от реакции. Значит, у нас она просто скромничала. – Так. Дели зрительно на четыре части.

– Здесь семь пирожков. Один откладывать?

– Нет. Полтора, а лучше два. Не жалей себя. И так поступай с каждым блюдом. Не оставляй недоеденное, а именно сразу убирай с тарелки, иначе увлечёшься и доешь. В твоём случае лучше выкинуть лишнее.

– Вроде несложно. А это точно сработает? Всё, что обычно могу есть? – Ира оживилась и с вожделением смотрела на пирожки.

– Да. Но сейчас съешь только… два. Завтрак скоро. И на завтрак возьмёшь не своё любимое пюре с котлетой, а кашу, как и мы с Александрой, – девушка скривилась. – Ладно, и котлету, одну! – подруга чуть в ладоши не захлопала от радости.

* * *

День начинался обычно, можно сказать обыденно. Практикант-рунолог немного обвыкся, но по-прежнему читал с бумажки. И дисциплина на уроке страдала, так что сокурсницы спокойно перешёптывались, а кто-то просто занимался своими делами.

Я смотрела в окно… скучно.

Но в один момент скуку как рукой сняло, ещё бы по территории академии ехала чёрная машина, что было нонсенсом, и направлялась она к административному зданию.

Мне опять стало не по себе, в голове всплыли два случая, когда я видела подобные машины, и ничего хорошего это не предвещало.

Как на иголках досидела до перемены.

Во время перерыва ничего не произошло, так же как и на второй паре. Идя с Ириной в столовую, я слушала её болтовню о еде, а сама глазела по сторонам.

За обедом кусок не лез в горло, но я, взяв в руки труд Алексея Тимофеевича, старательно жевала, и всем своим видом давала понять, что так интересно, что не до еды.

– Ты чем так зачитываешься? – Александра стала всматриваться в страницы.

– Труд Алексея Тимофеевича по магической формуле, хочу продолжить его изыскания.

– У-у, – протянула девушка и потеряла интерес.

Чтение немного успокоило, и я даже поела.

По пути из столовой я заметила странность, но уже в поведении преподавателей. Они о чём-то эмоционально разговаривали. И если бы парочка, так буквально все встреченные.

– Что происходит? – Александра тоже заметила. Ответа, естественно, не получили, на нас даже не обратили внимания.

Когда мы с Ирой зашли в аудиторию по следующему предмету, вслед за нами влетела крыска-Татьяна, и как завопит:

– Магическую формулу открыли! Из нашей академии, профессор!

В первые секунды повисла тишина, а потом поднялся гул, все начали друг друга поздравлять. Только я одна понимала, что случилось!

– Вот, Настя, теперь тебе не надо ломать голову над формулой, кто-то тебя опередил, – Ирина с улыбкой обратилась ко мне. – Ой, прости, ты расстроилась?

– Нет, что ты, просто задумалась. Отличная новость! – я улыбнулась и резко поднявшись, направилась из аудитории.

Убили… всё-таки убили! Злость затмевала разум, я сама готова была убивать. Даже почувствовала нарастающее напряжение в ключе, он блокировал выброс чёрной крови. Приостановилась и часто задышав, постаралась успокоиться. Ключ затих.

Глава 12

Я шла по коридору и вглядывалась во всех проходящих, счастливые лица. Они не знают, что кто-то решил получить известность на крови! Для них это долгожданный прорыв, к которому всё человечество шло десятилетия. Хотя не исключаю, что кто-то сделал втихушку и пользуется.

Не знаю, что на меня нашло, но я пошла по всем этажам. Стала заглядывать в аудитории, в надежде найти виновника. Я непременно его узнаю. Кто же ты, тварь⁈

Прозвенел звонок, я осталась одна в коридоре. Что же делать? Ноги понесли к аудитории, где преподавала Стелла Константиновна. Постучав, я приоткрыла дверь, женщина сразу посмотрела на меня.

– Можно вас?

Видно, лицо у меня было говорящее, потому что она сразу вышла.

– Что случилось? – с волнением преподавательница всматривалась в мои глаза.

– Мне надо срочно поговорить с Юрием Андреевичем, это касается академии.

– Насколько срочно?

– Желательно сейчас.

Она зашла в аудиторию и дав задание ученикам, сразу вышла.

Мы направились в административное здание. То, что Стелла не задаёт лишних вопросов, говорит о том, что она много обо мне знает, и, скорей всего получила распоряжение быстро реагировать на мои просьбы. И я даже знаю, кто его отдал – Рокотов. Я неожиданно поняла, кто она – любовница, а, возможно, и возлюбленная. М-да, Екатерина смотрелась сопливой девчонкой рядом с этой хищницей. Только такая женщина может выдержать его характер.

Без препятствий мы прошли в здание и поднялись на нужный этаж.

– Подождите здесь, – сказала Стелла Константиновна и, игнорируя предупреждение секретаря, что он не один, направилась в кабинет ректора.

Постучала и тут же открыла дверь. Послышались голоса нескольких человек. Появился Рокотов.

Сказав что-то шёпотом, женщина вернулась ко мне.

– Пять минут придётся подождать, присаживайтесь, – указала на диван напротив секретаря.

Я видела, что Стелла изнывает от любопытства, но эта информация не для её ушей.

Ректор слегка задержался, выпроваживая делегацию. Когда дверь открылась, я увидела напряжение на его лице, что очень контрастировало с довольными лицами мужчин в костюмах, которые один за другим покидали его кабинет. Как только они вышли из приёмной, Рокотов пригласил меня.

Стелла до последнего надеялась, что и её позовём, но Юрий Андреевич промолчал, и я тоже.

Хозяин кабинета незамедлительно активировал звуковой щит, я поприветствовала его и не удержалась…:

– Вы хорошо смотритесь вместе, – ректор улыбнулся только глазами.

– Но вы же не это пришли мне сообщить? Слушаю.

– Формулу изобрёл Алексей Тимофеевич. Он не успел отправить заявку… – этого было достаточно, чтобы Рокотов побледнел. Догадался, что я хочу сказать дальше.

– Следов убийства не обнаружили, он просто не проснулся. Взлома тоже не было, не в квартире, не в кабинете… Надеюсь, у вас есть доказательства? Последствия могут быть очень серьёзные, – в его голосе была сталь.

– Да. Мне надо встретиться с Сотниковым и желательно сегодня, пока можно хоть как-то восстановить справедливость.

– Почему вы не пришли сразу после смерти? Можно было бы не доводить до этого… – он навис надо мной. Я понимала, что его больше всего беспокоить репутация академии.

– Я боялась, что обвинят меня. Вы всем доверяете? Сомневаюсь. Если бы Надзорные органы явились в академию сразу после смерти Алексея Тимофеевича, то убийца мог бы затаиться, надолго… А меня взяли бы в оборот.

– Хорошо. Я сейчас позвоню ему. Ждите у себя в квартире.

– Я буду в библиотеке, – встретив непонимание в глазах, не стала пояснять зачем мне это.

– Не раньше чем через два часа, и это с учётом, если он на месте.

Я кивнула и направилась из кабинета.

Заведующая кафедрой была в приёмной.

– Стелла Константиновна, проводите Анастасию в библиотеку, – на слова ректора она только слегка кивнула.

Шли мы молча. У библиотеки она остановилась и посмотрела в сторону учебного корпуса.

– Мне надо проконтролировать группу, скоро звонок. Никуда не выходите из библиотеки, – не знаю, что она там надумала, но приглашение проводить меня, восприняла как надзор.

– Мне там не меньше двух часов придётся поработать, – сказала я, вызвав ещё больший интерес к событиям, о которых она не догадывалась, судя по лицу.

Я направилась снова к стеллажам с научными трудами, хотела кое-что проверить, чтобы в одном деле быть уверенной на сто процентов. Поругала себя за то, что не спросила имя «автора» магической формулы. Сейчас Стелла вернётся и спрошу. А пока…

Взяла с полки работы крысы-рунички, которые совпадали с темами Алексея Тимофеевича, и прошла к столу.

Открыла два тома и стала читать кусками.

Разница была на лицо. Если текст профессора был лёгкий, понятный и легко усваиваемый, то у рунички воспринимался тяжело, от обилия лишних описаний и пояснений, которые порой дублировали по смыслу друг друга. Я ещё в прошлый раз заметила, что текст, словно намеренно исказили, заменив слова на синонимы, от этого он местами казался нелогичным, приходилось вчитываться. Сейчас я убедилась в этом на сто процентов.

В одном месте текст резко изменился, словно был написан другим человеком. Продолжая вчитываться в обе книги, я нашла новое место «сшивки», опять пошёл искажённый текст профессора. Так повторялось несколько раз.

Отложила эти труды, перешла к другим.

От Алексея Тимофеевича: Система алхимических преобразований — ясно и понятно.

От рунички был: Компендиум алхимических трансформаций.

Мдя, завернула.

Явилась Стелла, села на стул чуть в стороне. Мешать или даже спрашивать ничего не стала. Посидела минут пять, пошла, взяла книгу с полки и тоже начала читать.

Глаз уже привык выхватывать стиль профессора, и сравнив четыре пары книг, я убедилась окончательно, – сучка Виктория, строя из себя друга, просто воровала у профессора его работы. И не удивлюсь, что она если не убийца, то причастна. Ведь если бы она была «автором» мировой сенсации, то не было бы такой реакции у всех, ведь она уволилась. Вот теперь я догадываюсь почему. Её вынудил этот вор-убийца, видно, боялся, что взболтнёт лишнее. Не удивлюсь, что он и её прикончил.

– Кто изобрёл формулу? – всё же спросила у алхимички.

– Профессор Андрей Робертович Вайсс, артефактор, преподаёт у парней на третьем курсе. Его труды тоже здесь есть, – мне показалось и сказано было пренебрежительно?

Это имя мне ничего не говорило, а для данного анализа бесполезно, у Алексея Тимофеевича нет трудов, близких к артефакторике.

Спрашивать, как он связан с руничкой, не стала.

Два часа пролетели, но никто за мной не явился. Пошла к полке и взяла пару томов от других авторов. Начала читать. Первый явно сам писал, а вот второй, судя по стилю, использовал метод рунички или кто там законодатель так перерабатывать ворованное? Возникла идея открыть глаза общественности на такие выкрутасы. Поубавится вот таких, может, и нормальные открытия появятся.

Наконец-то пришёл посыльный, я сразу поняла, что он по мою душу. Мужчина в форме надзорных органов показался между стеллажами, дождался моей реакции на него и пошёл дальше. Нехитрая маскировка, словно он просто патрулирует, с учётом того, что я здесь ни разу не видела надзирателей.

Взяв пару книг для наглядности, отправилась к Рокотову в сопровождении Стеллы.

В приёмной нас встретила секретарь с круглыми глазами и пара крупных молодцев в форме. Я сразу пошла в кабинет, зав. кафедрой осталась в приёмной.

– Добрый день, Пётр Михайлович, – поздоровалась я, стараясь сохранять спокойствие.

– Здравствуйте, Анастасия. Надеюсь, срочность оправдана, – сказал бесцветно, но жёстко.

– Да. Алексей Тимофеевич Шустриц изобрёл магическую формулу, а заявивший об этом – убийца. Я могу доказать.

«Палач» кивнул, мол, продолжай.

– За пару дней до смерти профессор продемонстрировал мне готовый ключ, так мы решили окрестить магическую формулу, – Рокотов с Сотниковым переглянулись. А я поняла, что убийца был настолько глуп, что даже название наше взял. – Убийца скорей всего даже не подозревал, что кто-то ещё знает… верней убийцы. Ещё причастна женщина, и я более чем уверена, что это Виктория Юрьевна Афанасьева. Она на протяжении многих лет воровала идеи Алексея Тимофеевича, я могу доказать, – я хотела уже открыть книги.

– Это не доказывает, что они убийцы, – Пётр Михайлович не то чтобы был разочарован, но на гране.

– Убийца украл только то, что было на бумаге. Возможно, даже сотворил ключ визуально, чтобы доказать изобретение действующей формулы. Но он не мог украсть разработки, которые были у меня… – я постучала по голове и не удержавшись, вытянула руки и создала между ними ключ.

Мужчины замерли, и несколько секунд не сводили взгляда со светящейся сферы.

– Убийца даже не подозревает, что это и как применяется. Он не сможет объяснить, как создавал его. Перефразирую слова Стеллы Константиновны: он не сможет говорить достоверно, когда знания заимствованы… Я хотела продолжить труды Алексея Тимофеевича и со времени его смерти сильно продвинулась в изучении формулы. И да, я выжидала, было сомнение, что он сам умер.

– Почему сразу не сообщили? – задал вопрос Сотников.

– Вы знаете почему. Я везде буду первая подозреваемая, вне зависимости, что за дело, даже если просто рядом буду проходить, – странно, но на мои слова Пётр Михайлович ухмыльнулся, и я даже увидела подобие улыбки.

– Я вам верю, но как вы докажете, что вы причастны к созданию формулы, а не украли?

«Палач» не видел, с каким негодующим лицом на его слова отреагировал Рокотов, но я надзорника прекрасно понимала.

– Если вам недостаточно, что я создала это перед вами, то есть ещё один способ. В том случае, если комиссия затребует черновики работы, а она затребует… Думаю, не составит труда исследовать их и выяснить, как они сделаны и не в одно ли время. А если, вор будет иметь глупость, предоставить хоть часть черновиков Алексея Тимофеевича, то там будет и мои почеркушки. И я легко, в отличие от него, расскажу все этапы создания и даже расскажу, как применять формулу, потому что я это уже сделала, – я приложила руку к груди.

– Можно поинтересоваться как? – Рокотов то и дело возвращал взгляд на висящий в воздухе ключ. И когда я подвинула его в сторону, он аж дёрнулся.

Сотников не стал возражать, я первый раз видела столько нетерпения в его лице.

Криво улыбнувшись, я решила рассказать, отступать уже нет смысла.

– Мы с профессором не просто так назвали формулу, ключом. Он реально откроет нам, магам, новый этап развития. Можно сказать, это центр управления всей магической сетью. Я уже сказала, что испытала на себе. Получилось это, практически случайно, – надеялась за волнением неслышно вранья. – Ключ имеет свойство трансформироваться, если сделать это в течение нескольких минут после создания. Вот этот, – я прикоснулась к сфере, – уже статичен, – развеяла. Мужчины растерянно посмотрели на меня. Я тут же создала новый.

– А как вы так быстро создаёте его? – Пётр Михайлович везде искал подвох.

– Это не я, а ключ. Он мгновенно всё делает, – я сделала несколько сфер, которые теперь висели между мной и мужчинами. – Трансформация… – я взяла и вначале сжала ключ, потом опять расправила.

– И что это даёт? – Юрий Андреевич подошёл к одной сфере и приблизил руку, когда он почти коснулся её, она сдвинулась, мужчина тут же отдёрнул руку. Потом взял сферу между ладонями…

– Трансформация… – повторил он и сжал. Видно, слово воспринял как команду. А разжать уже не смог. – Время вышло? – догадался. – Так как применять?

Задумалась на мгновение. В лице этих двух мужчин я выпускаю джинна из бутылки. По сути, я мало что о них знаю, а доверилась как наивная девчонка. Но в том то и дело, что я не чувствовала в них подлости и двуличия. Да и поздно уже давать попятную, один шаг остался.

– Ключ надо уменьшить до размера горошины, говорить ничего не нужно, – улыбнулась Рокотову, – и вставить сюда, – я показала на область над желудком. – В этом месте рождается искра инициализация, там и должен стоять ключ. Его хорошо видно, если освоили внутренне зрение.

– Выходит, я могу прямо сейчас его использовать? – глаза Рокотова засверкали от вожделения. Он взял между пальцами крошечную сферу.

– Возможно. Я не знаю. Даже интересно будет как получится, – я разыграла нетерпение, и даже губу начала покусывать.

– Юрий Андреевич, не стоит рисковать, – Сотников пытался его остановить, но ректор словно не слышал.

Расстегнул пиджак, он бы и рубашку расстегнул, но подняв на меня насмешливые глаза, только придавил одной рукой ткань на груди и глубоко вздохнум, я почуствовала едва заметное сомнение. Потняв на меня лихорадочно возбуждённые глаза он проложил ключ к намеченному месту сферу. Или он слепо мне доверяет или жажда могущества так сильна. Я-то знала, что ничего не произойдёт, а вот Рокотов был разочарован.

– Что я не так сделал? – послышались нетипичные для него нотки обиды.

– Возможно, вы сами должны его сделать, я так предполагаю… логично, вроде, – пожала плечами, а мужчины с ужасом посмотрели на переплетение лучей в светящейся сфере.

– С чего начать? – Юрий Андреевич снял пиджак и стал закатывать рукава рубашки, мелькнули ряды рун на руках.

Не ожидала такой прыти, как и Сотников, который удивлённо смотрел на манипуляции ректора. Потом неожиданно тоже снял пиджак.

Я нервно хохотнула.

– В начале кофе, а то у меня горло пересохло, – выпалила я, удивляясь своей наглости.

Рокотов тихо посмеялся и поставил чайник.

* * *

Странно было сидеть чаёвничать с такими необычными людьми. Первый – Сотников, наделён безграничной властью, сейчас походил на школьника, который прилежно повторяет всё за учителем, и даже лицо стало приятным. Но не стоит ему говорить об этом, реально убьёт или придумает причину, чтобы засадить подальше.

Рокотов, мой прямой начальник, если можно так сказать, тоже внимательно слушал, был предельно сосредоточен, ни один мускул не двигался на лице.

Мужчины работали довольно быстро и перестали делать ошибки, когда я сказала, что не стоит торопиться, заготовка никуда не денется, если её слегка подпитывать.

Сидели мы так около двух часов, и когда у моей сферы встал последний луч, она засветилась ярче. Вторым активировал Пётр Михайлович, я видела, что Рокотов намеренно отдал ему первенство.

Палач сразу уменьшил формулу и хохотнув, быстро подвёл к нужному месту и впечатал в тело.

– Ау… – мужчина от неожиданности открыл рот.

– Простите, забыла сказать, что будет больно, – я реально испугалась и вжала голову в плечи.

– Прошло… уже, – сдавленно сказал Сотников.

Рокотов не стал ждать и повторил.

– Мдя… Чувствительно. Что дальше?