Текст книги ""Фантастика 2026-175". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)"

Автор книги: Валерий Пылаев

Соавторы: Елена Шатилова,Александра Власова
сообщить о нарушении

Текущая страница: 272 (всего у книги 285 страниц)

Валерий Пылаев
Молот Пограничья. Книга VIII

Глава 1

– Желаю. Переходи, – негромко ответил я.

А что мне еще оставалось делать? Раз уж неведомая машина Древних, наделенная голосом барышни чуть старше моих лет, решила поболтать вместо того, чтобы уронить нам на голову скрытый в полумраке потолок или выпустить откуда-нибудь стайку смертоносных механизмов – этим определенно стоило воспользоваться.

Пауза может и не затянуться – но ее хватит, чтобы собрать хоть немного маны.

Однако пока нас окружала тишина. Ни щелчка, ни гудения – только встревоженное дыхание Галки за спиной и едва уловимый звон в стенах, будто металл вокруг нас еще не успел привыкнуть к энергии, которая вернулась в электронные жилы. Экраны продолжали выдавать строчки символов, и голубоватый свет от них ложился на пыль и мох неровными пятнами.

– Голосовой режим активирован, – произнес тот же мелодичный голос. – Система готова к приему команд. Пожалуйста, сформулируйте запрос.

Я в очередной раз огляделся, выискивая глазами источник звука, но так его и не увидел. Только, кабели, свисающие с потолка, терминалы и металлические стены – все то же холодное нутро бункера, где только что сожгли упыря. Жив-камень мерно пульсировал в оправе, разгоняя по кресбулатовым щупальцам молочное сияние – но голос явно звучал не из этого модуля.

Говорить с невидимкой оказалось… странно. Я сразу понял, с чем имею дело – знаний из прошлой жизни с лихвой хватало сообразить, что передо мной искусственный интеллект, который когда-то управлял здесь всем, а теперь – тем немногим, что еще могло хоть как-то работать. Никакой магии, технология в чистом виде – и не такая уж сложная. До подобного местные умники наверняка додумаются лет через сто, а может, и раньше.

Я понимал. Но Основа все равно ощетинилась, а взгляд бегал по кабелям на потолке, выискивая угрозу. Тайга давно приучила меня к осторожности – особенно когда что-то говорит из темноты.

– Где ты? – спросил я. – И что ты такое?

– Я – логика обороны, реакции и аннигиляции, – откликнулся голос. – Вы можете использовать сокращенный идентификатор: Лора. Мой функционал распределен по всем узлам данного комплекса. Я не имею телесного воплощения, однако по запросу пользователя могу сформировать видимый аватар.

– Запрашиваю, – буркнул я.

Голограмма – или что там придумали Древние на такой случай? Все лучше, чем разговаривать с пустотой.

– Облик проекции будет сформирован на основе архивных данных с учетом видовой принадлежности и показателей пользователя. Если подобный вариант приемлем, пожалуйста, подтвердите. Также я могу предложить перечень стандартных шаблонов визуализации из…

– Подтверждаю. – Я не дал машине – то есть, Лоре – закончить. – Покажись уже, черт тебя побери.

Галка тихо хмыкнула за спиной. Я скосил глаза – она стояла в двух шагах с фузеей в руках. Стволом вниз – но палец так и лежал на скобе.

Воздух перед нами дрогнул.

Сначала я подумал, что это пыль поднялась от вибрации пола и зависла в голубоватом свете экранов, но крохотные частицы вдруг уплотнились, вытянулись и обрели контур. Линии проступили сверху вниз: голова, плечи, руки, ноги – будто кто-то рисовал прямо в воздухе, заполняя силуэт цветом и деталями.

Девушка. Рослая – на полголовы выше Галки. Толстые подошвы ботинок добавляли ей сантиметров десять, а серебристый комбинезон с широким ремнем еще больше вытягивал изящную фигуру. На пряжке я разглядел те же символы, что бежали по экранам.

Кожа бледная, почти белая, без единого изъяна вроде веснушек или родинок – слишком гладкая, чтобы принадлежать живому существу. Глаза – два огромных сияющих сапфира – и волосы. Тоже ярко-синего цвета. Длинные, гладкие, уложенные так аккуратно, будто каждую прядь изнутри фиксировали проволокой.

У меня хватало оснований назвать воплощение Лоры привлекательной женщиной – но в ее красоте было даже меньше человеческого, чем в изуродованных Тайгой бесах.

– Лора готова к работе, пользователь. – Аватар чуть склонил голову, изображая учтивость. Движение получилось изящным и плавным, но каким-то неестественным. Похоже, Лора когда-то подсмотрела что-то похожее у людей, а сейчас просто повторила, не до конца понимая, в чем смысл. – Как я могу к вам обращаться?

– Можешь называть меня «ваше сиятельство». – Я усмехнулся и сделал шаг вперед, разглядывая проекцию. – Откуда ты знаешь русский язык?

– У меня было достаточно материалов для анализа, Ваше Сиятельство.

Коротко. И почти по-человечески – если бы не полное отсутствие интонации.

– Точнее, – поморщился я. – Ты ловила радиосигналы?

– Ответ отрицательный. В данной локации электромагнитное излучение искусственного происхождения фактически недоступно для приема из-за аномальных помех. – Лора покачала головой – так же механически, как поклонилась. – Мои языковые алгоритмы обучались на образцах человеческой речи.

– На нашей?

– В том числе. А также на речи тех, кто был здесь ранее.

А вот это уже интереснее. Я уже догадывался, у кого синеволосая красотка могла научиться говорить – и те, и другие лежали где-то за спиной высушенными мумиями. И если год с небольшим назад системы наблюдения вокруг бункера работали, как положено, Лора наверняка успела записать достаточно разговоров, чтобы выстроить грамматику и набрать какой-никакой словарь.

– Когда здесь были люди? – спросил я.

– В архиве зафиксировано два появления объектов, классифицированных как представители вида пользователя Ваше Сиятельство. – Лора чуть повернула голову, и я заметил, что синие глаза не моргают – вообще. – Первое состоялось за триста девяносто четыре тысячи девятьсот девяносто три оборота планеты вокруг собственной оси от текущего момента.

– Суток, – автоматически поправил я. – А сколько это в годах?

– Если принять один год за триста шестьдесят пять целых двадцать пять сотых суток, первое появление людей в командном центре произошло тысячу восемьдесят два целых семнадцать сотых года назад.

Десять с лишним веков. Несложно было догадаться, что Лора вспомнила визит князя Владимира и его дружины. Они-то, видимо, и выбили дверь в бункер и разнесли на части охранявшие его машины. Набрали добычи.

Вот только унести почему-то так и не смогли.

– Понятно, – кивнул я. – А второе?

– Четыреста девятнадцать суток назад.

– Год с лишним, – негромко сказала Галка за моей спиной. Я услышал, как она переступила с ноги на ногу. – Это твой брат?

Лора повернулась к ней – чуть запоздало, будто машина сначала зафиксировала звук, потом вычислила источник и только после этого скорректировала движение аватара.

– Предварительное подтверждение. Точная идентификация невозможна – архив не содержит биометрических данных по указанному объекту. Однако внешнее сходство пользователя Ваше Сиятельство с объектом, зарегистрированным под индексом сорок семь, позволяет предположить совпадение генетических последовательностей. Расчетная вероятность родства первой или второй степени составляет…

– Хватит!

Эхо от моего голоса прокатилось по металлическим внутренностям бункера. Вопросы разрывали голову – десятки, сотни, один важнее другого – и выдернуть из этой каши нужные оказалось не так-то просто.

– Что ты вообще такое?

– Я – логика обороны, реакции и аннигиляции, но вы можете называть…

Голос машины звучал так же размеренно и бесстрастно, как раньше, но мне почудилась в нем едва уловимая нотка – то ли издевка, то ли недоумение.

– Это я уже слышал. – Я не стал дожидаться, пока Лора представится еще раз. – Какова твоя функция? Чем ты здесь занимаешься?

– Управление системой активного сдерживания аномальной энергии в зоне, установленной директивами, – отчеканила она. – В текущий момент приоритетная задача – восстановление контура подавления с целью минимизации проникновения активности среды за пределы контролируемого периметра.

– Это она управляет той дрянью, которая гуляет по лесу? – Галка ткнула стволом пальцем в сторону аватара. – Автоматонами?

– Подтверждаю. Объект пятьдесят один права. – Лора снова перевела взгляд немигающих синих глаз на Галку. – Передвижные устройства, которые вы обозначаете термином «автоматоны», входят в состав системы сдерживания и находятся в прямом подчинении управляющего модуля.

– Сама ты объект, – огрызнулась Галка.

Ей явно было не по себе. Мы не раз встречались со смертоносными машинами и каких-то четверть часа назад уложили Дракона – самую могучую и жуткую из них, но Лора…

От ее услужливо-механического дружелюбия веяло чем-то пострашнее боевой мощи автоматонов.

– Почему ты убиваешь людей? – спросил я.

– Формулировка некорректна. – Лора повернулась ко мне. – Моя задача – нед допускать нарушения периметра зоны сдерживания. Все биологические объекты в пределах зоны по умолчанию классифицируются как потенциальная угроза и подлежат нейтрализации.

Ничего нового. Доисторические железяки просто сносили все, что движется, не разбирая, сколько ног, рогов и еще Матерь знает чего имелось у цели. Тупая, бесчеловечная логика – но для машины, оставленной без хозяев на тысячу с лишним лет, вполне рабочая. То ли Древних не волновала судьба бедняг-людей, которые попадались на пути у автоматонов, то ли они защищали свои владения от всего и сразу.

А может, просто не предполагали, что кому-то понадобится лезть так далеко на север в погоне за серебристым металлом и всемогущими сияющими побрякушками.

– Понятно. – Я отступил на пару шагов и уселся на ближайший терминал. – Где мы находимся?

– Командный центр зоны сдерживания, регистрационный индекс альфа-альфа-один-ноль-ноль-ноль-четыре-восемь-тета…

– Хватит. – Я махнул рукой. – Сколько всего таких центров?

Лора замолчала. Впервые с момента появления ее ответ не последовал мгновенно – аватар застыл на полсекунды, и мне даже показалось, что где-то в глубине сапфировых глаз мелькнуло что-то отдаленно похожее на сомнение.

– Запрос отклонен, – наконец, проговорила Лора. – Данные недоступны для пользователя Ваше Сиятельство.

Недоступны – не значит отсутствуют. Я отметил про себя, но спорить не стал – вопросов и без этого оставалось хоть отбавляй.

– Кто тебя создал? Где твои хозяева?

– Данные о создателях недоступны для пользователя.

– Хорошо! Куда они делись? – Я понемногу начинал терять терпение. – Как давно?

– Данные…

– Недоступны, – закончил я вместо Лоры, махнув рукой. – Понятно. Не очень-то ты разговорчива.

– Подтверждаю. Протокол взаимодействия с пользователем предусматривает исключительно реактивный режим коммуникации – я формирую ответ на поступивший запрос.

На лице аватара не было даже тени улыбки – видимо, машина то ли еще не успела освоить человеческую мимику, то ли не считала нужным ее демонстрировать. Но мне почему-то снова показалось, что Лора надо мной издевается.

– Это все, что ты можешь?

– Ответ отрицательный. В данный момент основные вычислительные ресурсы и весь доступный объем энергии источника направлены на выполнение главной директивы.

– Это какой? – осторожно поинтересовалась Галка.

Я краем глаза увидел, как ее пальцы снова нащупали спуск фузеи. Видимо, моя спутница – как и я сам – никак не могла понять, почему машина, которая единолично повелевала смертоносными механизмами с плазменными пушками и еще Матерь знает чем под броней, ведет себе настолько дружелюбно.

И как долго это дружелюбие продлится.

Ответа, впрочем, не последовало – по непонятной мне причины слова Галки Лора на этот раз просто проигнорировала.

– Почему ты не атакуешь нас? – спросил я.

– А ей нечем, – Галка ехидно ухмыльнулась. – Машины наверху, а тут одна болтовня и картинка. Иначе давно бы…

– Директива не подразумевает атаку объекта с сигнатурой пользователя. Объект с индексом пятьдесят один определен как дружелюбный по отношению к пользователю Ваше Сиятельство и по умолчанию занесен в список исключений исполнения главной директивы. – Лора в очередной раз повернулась в мою сторону. – Желаете удалить объект из списка с последующей нейтрализацией?

Голос аватара не изменился. Машина, разумеется, не угрожала Галке – всего лишь информировала пользователя – то есть, меня – о наличии возможности ее… нейтрализации.

И я почему-то подумал, что в этом бункере вполне могла остаться еще парочка смертоносных игрушек, которые мои славные предки не успели разнести до винтика.

– Да я тебе провода вырву, дрянь электрическая! – Галка шагнула вперед. – А потом засуну в…

– Регистрирую угрозу. Уровень опасности – низкий, – бесстрастно ответила Лора. – Я не имею физического тела, следовательно…

– Не желаю! – Я шагнул вперед и встал между двумя женщинами – настоящей и бестелесной. – В смысле – не надо никого устранять!

Машина ко мне благоволила – если это слово вообще применимо к набору алгоритмов, лишенному человеческих эмоций. И этим определенно стоило пользоваться, пока дают.

Раз уж я… кхм, пользователь.

– Перестань атаковать людей. – произнес я. Тем же тоном, которым обычно отдавал приказ дружине. – Любых. И отзови автоматонов… куда угодно – главное, подальше на север!

– Отказ. Выполнение данной команды противоречит главной директиве. Нейтрализация объектов в периметре зоны сдерживания является обязательным условием поддержания целостности контура.

– Ладно… Ладно, Хаос тебя забери! – Я потер переносицу. – А ты можешь добавить конкретные цели в список исключений? По моему запросу?

Снова пауза. Короче первой – но я уже научился их замечать. Секунда, может, полторы. Для машины, которая до этого отвечала мгновенно – целая вечность. Где-то в недрах окружавших нас терминалов программа Лоры работала, прогоняя мой запрос через установленные тысячу с лишним лет назад фильтры.

– Данная команда входит в набор функций, доступных пользователю Ваше Сиятельство, – наконец смилостивился синеволосый аватар. – Объект с индексом пятьдесят один уже внесен в список исключений. Желаете добавить дополнительные объекты?

– Да. Двоих снаружи – они наверху, у входа. И основной отряд – они примерно в десяти километрах на юг.

– Объекты пятьдесят два и пятьдесят три добавлены в список исключений. – Лора чуть склонила голову. – Остальные указанные объекты находятся за пределами радиуса действия системы наблюдения данного командного центра или детекторов устройств. Желаете, чтобы я направила разведывательный модуль для установления контакта, Ваше Сиятельство?

Перед глазами тут же мелькнула картина: автоматон – что-нибудь небольшое, юркое, на четырех лапах – несущийся через Тайгу к лагерю Рахметова.

– Нет, – поморщился я. Ни в коем случае. Пусть все устройства остаются на своих местах. Никаких перемещений.

– Данная команда недоступна для пользователя. Противоречит…

– … главной директиве. Черт с тобой. – Я махнул рукой. – Хорошо. Тогда объясни мне вот что: чем ты сейчас занимаешься? Прямо в эту минуту?

– В текущий момент сто процентов мощности доступного источника энергии направлено на восстановление контура подавления аномальной активности. – Экраны за спиной Лоры вспыхнули чуть ярче. – Задача выполнена на восемь целых четыре десятых процента. Восемь целых пять десятых. Восемь целых…

– Хватит. – Я рывком поднялся с терминала. – Ты восстановишь… барьер? Поле, которое сдерживает Тайгу?

– Ответ положительный, – ответила Лора. – Если я верно интерпретирую условные обозначения, используемые оператором, под термином «Тайга» подразумевается территория, подверженная воздействию аномальной энергии, классифицированной в системе как…

Дальше я уже не слушал. Лора продолжала что-то монотонно вещать на своем машинном языке, выдавала термин за термином, однако общий смысл и так был понятнее некуда. Жив-камень, когда-то извлеченный братом из терминала в недрах бункера, вернулся на место. Система снова функционировала, восстанавливая магию Древних – или что там у них было заместо магии? Все возвращалось на круги своя – более того, уже вернулось на целых восемь с половиной процентов, но…

Но в этом определенно присутствовал какой-то подвох. Я слишком долго прожил на Пограничье. Вполне достаточно, чтобы раз и навсегда убедиться: тут легко не бывает. И даже если моя экспедиция на север и увенчался успехом – вот так, запросто – что-нибудь наверняка пошло не так. Или с экспедицией, или с успехом…

Или с самим севером.

– Твой барьер будет эффективен? – тихо спросил я. – Он сможет полностью остановить распространение аномальной активности?

– Ответ отрицательный, – отозвалась Лора. Тем же механическим тоном, который не менялся, говорила ли она о языковых алгоритмах или о грядущем конце света – ну, или о чем-то очень на него похожем, – Источник аномальной активности демонстрирует устойчивую тенденцию к самопроизвольному наращиванию мощности. Я продолжу выполнение директивы в штатном режиме, однако эксплуатационный ресурс подавителей и передвижных устройств в условиях нарастающей аномальной нагрузки ограничен.

– Оцени остаток ресурса.

– Совокупный остаточный ресурс системы – одна целая пятьдесят две сотых процента от изначального. При текущей нагрузке его хватит примерно на одну тысячу пятьсот девяносто одни сутки.

– В годах, – поморщился я. – Пожалуйста.

– Четыре целых и тридцать шесть сотых года. При переходе в режим экономии ресурсов с отключением второстепенных контуров и сокращением зоны патрулирования передвижных устройств – до семи лет.

Признаться, я ожидал цифры куда хуже. У Лоры остались жалкие полтора процента ресурса – но ресурса системы, которую строили существа, способные перекроить целую планету. Даже огрызок их наследия стоил немногим меньше, чем императорская армия с орудиями, картечницами и боевыми магами.

Четыре с половиной года. Или семь – если повезет. Хватит, чтобы подготовиться. Достроить электростанцию, оборудовать форпосты за Невой… Может, даже разобраться, что хранят терминалы Лоры и вытащить из них что-нибудь полезное.

Не так уж плохо. Для начала.

– Понял. – Я опустил ладонь на рукоять молота и поднял его. – Было приятно побеседовать, но сейчас нам пора уходить. Ты сможешь со мной связаться – когда я буду снаружи?

– Ответ положительный, Ваше Сиятельство. Настройка канала связи на индивидуальные энергетические сигнатуры пользователя потребует калибровки. Расчетное время завершения – ноль целых две десятых суток.

Несколько часов. Неплохо – особенно если для этой самой связи не придется смотреть в пасть Пальцекрыла или еще какой-нибудь бронированной дряни.

Я повернулся к выходу, стараясь не глядеть на пепел на полу. Галка закинула фузею на плечо, шагнула следом, и терминал с пульсирующим жив-камнем остался за спиной – вместе с экранами, по которым все так же бежали строки на языке исчезнувшей цивилизации.

– У вас есть еще запросы, Ваше Сиятельство?

Голос Лоры догнал нас у самого выхода из зала – там, где перекошенная створка двери лежала на полу, согнутая пополам чудовищным ударом.

– Нет. – Я ответил, не оборачиваясь. – Пока – нет. Просто продолжай работать.

Глава 2

– Ну вот. – Я осторожно опустил кресбулатовый клинок на грудь мертвеца в позолоченной броне и выпрямился, утерев пот со лба рукавом. – Теперь, кажется, все.

Тела улеглись вдоль стены – и древние воины в остатках ржавых доспехов, и гридни из Гром-камня. Я перетаскивал их где-то с полчаса, и под конец усталость дала о себе стать. Даже силы Стража… ладно, почти Стража – оказались не безграничны, а поход через Тайгу со здоровенным рюкзаком и схватка с Драконом выпили большую их часть. Высохшие мумии весили немного, но повозиться все же пришлось.

Я уложил их в ряд, плечом к плечу. Потомки упокоились с далекими предками – одинаково. Ни надгробий, ни надписей, ни похоронной службы – просто братская могила в недрах древнего бункера.

Все, что мы могли им дать.

– Не сожжешь? – тихо спросила Галка, указав на тела. – Тебе это раз плюнуть.

– Пусть лучше так. – Я подобрал Крушитель, прислоненный к стене, и закинул на плечо. – Не будем нарушать традицию. Заодно будет меньше желающих сюда лезть.

– Их и так не найдется. – Галка в очередной раз покосилась на потолок, где змеились кабели и мерно гудело что-то невидимое. – Твоя синеволосая девка наверняка нагонит сюда целое полчище машин.

– Может быть. Только они и тысячу лет назад никого не остановили.

Галка не ответила – только огляделась по сторонам, будто выискивая глазами те самые уши, которые у здешних стен определенно имелись. Лора могла слышать все, что мы говорим – я не догадался запретить.

Впрочем – зачем?

Мы прошагали по коридору и вышли наружу. После пропитанного сыростью и смертью подземелья воздух Тайги ударил в лицо – густой, пахнущий хвоей и прогретым мхом, чуть сладковатый от вереска, который цвел на склоне. Я вдохнул полной грудью и на мгновение замер.

А Галка – наоборот – выдохнула. Громко, со свистом, будто вытолкнула из себя все, чего наглоталась внизу – и только сейчас ее плечи опустились, лицо разгладилось, а рука перестала то и дело проверять приклад фузеи, которая болталась на ремне за спиной.

– Боги всемогущие… – Шагнув на склон, Галка обернулась к зиявшему в металлической стене темному кругу проема. – Что это вообще было?

Я так и не понял, о чем именно она спрашивает. То ли о подземном бункере с его экранами и кабелями, то ли о Мише. А может, о Лоре. Впрочем, Галку скорее заинтересовало, почему бестелесная синеволосая девица записала меня в пользователи, а не в объекты, подлежащие нейтрализации.

– Технологии. – Я на всякий случай решил выбрать самый безопасный ответ. – Куда более продвинутые, чем все, что ты видела на Пограничье.

– Да уж, покруче телевизора… – Галка прищурилась. – И магия?

– Без нее не обошлось.

Даже на Пограничье техника и чары порой шли рука об руку – те же волоты работали на жив-камнях. А уж там, в недрах бункера Древних, одно и вовсе не отличалось от другого.

– А ты неплохо в этом разбираешься. – Галка прищурилась. – Откуда?..

– Ну… может, это потому, – улыбнулся я, – что в новгородском кадетском корпусе учат все-таки чуть получше, чем в висящей на дереве избушке?

Галка насупилась, потом показала язык, но допытываться не стала – хотя вопросов у нее наверняка осталось целое море. Да и у меня тоже. Куда больше, чем ответов, которые соизволила дать синеволосая сударыня в подземелье.

Но ответы подождут, а вот дела насущные – нет.

Жихарь поднялся навстречу, едва заметив нас на склоне.

– Ваше сиятельство! – Он шагнул вперед, и на покрытом грязью и копотью от костра лице мелькнуло облегчение – видимо, Жихарь всерьез опасался, что я не вернусь. – Слава Матери! А мы тут уже…

Сокол поднялся следом – медленнее, припадая на перевязанную ногу. Он, судя по ухмылке, во мне не сомневался ни минуты – так что перешел сразу к делу:

– Что вы там видели, Игорь Данилович?

– Ничего особенного. – Я прислонил Крушитель к стволу ближайшей сосны. – Мертвые машины. И люди – не менее мертвые.

На лице Сокола проступило разочарование – он явно надеялся на нечто большее. Найти несметные сокровища, а может, разгадку древних тайн – но уж точно не металлический склеп с парой дюжин высохших трупов.

– Так это… – Жихарь замялся, переступив с ноги на ногу, и его голос стал тише. – А Михаил Данилович, выходит?..

– Тоже там.

Уточнять я не стал – вряд ли хоть кому стоило знать, что старший сын князя Кострова не просто погиб, а еще целый год просуществовал здесь, под землей, понемногу пожирая мертвых товарищей и превращаясь в огромную кровожадную тварь, которую я пару часов назад обратил в горстку пепла.

– Храни Матерь его душу, – Жихарь стянул шапку и помял ее в руках. – Ну, значит, судьба у него такая. Может, оно и к лучшему… Мы-то уж к новому князю привыкли.

Сокол приподнял бровь. От комментариев он, разумеется, воздержался, но смысл явно уловил. Останься Михаил каким-то чудом в живых, ситуация могла бы стать… непростой. Старший сын князя, да еще рожденный в законном браке, определенно имел куда больше прав на отцовский титул и вотчину, чем какой-то там бастард – пусть даже прославленный подвигами и признанный полноправным наследником императорским указом.

– Забрать бы его домой, – сказал Жихарь, надевая шапку обратно. – Не дело князю вдали от дома лежать.

– Ну, один князь там уже есть. – Сокол криво ухмыльнулся и кивнул в сторону проема. – Как по мне – лучше гробницы не придумаешь.

– Пусть остается, – решил я. – Если Владимир из Новгорода и правда был предком Костровых – можно сказать, фамильный склеп. Пусть лежат рядом.

Отвернувшись, я поймал взгляд Галки – и едва заметно кивнула. Видимо, поняла: о том, что мы видели под землей, лучше не болтать.

Во всяком случае – пока.

– Кресбулата там, кстати, выше крыши. – Я вздохнул. – Правда, унести все равно не получится.

– Да ничего, ваше сиятельство! – Жихарь улыбнулся и указал туда, где вдалеке между деревьев поблескивала неподвижная туша Дракона. – Этого добра нам и так хватит!

– И правда. – Сокол заметно повеселел. – Это ж какой там жив-камень должен быть… Большой!

Больших оказалось два – как в волоте Годунова. Катя отдала бы все на свете, чтобы поковыряться в потрохах такой машины, однако грузовик сюда проехать не мог, а тащить на горбу не только снаряжение и молот, а еще и целую кучу металла было не под силу даже мне. Так что мы забрали только самое ценное – два магических кристалла, заменявшие Дракону сердце… сердца.

Жив-камни переливались в ладонях – теплые и наполненные маной до краев. В последнее время я видел такие сокровища не так уж редко, однако еще не успел забыть, сколько они стоят. Может, не так много, как рисовалось в фантазиях Сокола, но определенно достаточно, чтобы удовлетворить даже его величество императора.

В каком-то смысле экспедицию можно было назвать успешной – хоть она и стоила жизни Шереметеву и его помощникам. Его величество наверняка потребует подробнейший отчет и разве что не заставит всех, включая рядовых солдат, вывернуть карманы, когда мы вернемся в крепость на Черной – однако эта перспектива меня не смущала.

В отличие от того, что где-то на севере продолжала расти и шириться дрянь, способная сожрать если не весь мир, то Пограничье уж точно.

Обратно мы шли молча. Тайга темнела – солнце проваливалось куда-то за кроны, и тени ложились все гуще. Стволы деревьев теряли цвет, превращаясь в серые колонны, а мох под ногами из зеленого понемногу становился черным. Ночь приближалась, и вместе с ней просыпалось то, что предпочитало охотиться в темноте. Где-то вдалеке за соснами глухо ухнуло – наверное, сова.

Только размером примерно с трофейный годуновский внедорожник.

– Машину мы так явно не найдем, – Я в очередной раз осмотрелся по сторонам, пытаясь разглядеть хоть что-то похожее на знакомый квадратный силуэт. Или нащупать чары Борменталя. – Куда ж они ее загнали?..

– Темно уже, ваше сиятельство. – Сокол привалился плечом к сосне и с тихим стоном подтянул больную ногу. – Остановиться надо. По ночи идти – так себе дело.

– Может, обратно вернемся? – предложил Жихарь, оглядываясь. – Там вроде и места хватает, и вход всего один. Стены крепкие…

– Ну уж нет! – Галка сбросила рюкзак. – Я туда больше не полезу. Заночуем здесь, а утром дальше.

Если кто-то и собирался с ней спорить, то уж точно не я. Перспектива спать прямо в лесу оставляла желать лучшего, однако все еще казалось куда привлекательнее возвращения туда, где я своими руками укладывал в ряд высохшие трупы – и где спалил дотла родного брата.

То, что от него осталось.

Место нашлось быстро – небольшая прогалина между корнями двух огромных сосен. Достаточно сухая, чтобы мы не рисковали проснуться в воде, и достаточно укрытая сверху, чтобы нами не заинтересовалась какая-нибудь плотоядная дрянь, летящая над лесом. Автоматонов я уже не опасался, однако в Тайге и без них хватало того, что не прочь… скажем так, нейтрализовать кого-нибудь не слишком крупного и съедобного.

Но пока все было тихо – Жихарь негромко шуршал, собирая сухие ветки. Через пять минут в полумраке затрещал небольшой костер, и рыжий свет выхватил из темноты сосновые стволы, мох и рюкзаки, сваленные в кучу. Сокол устроился у поваленного дерева и принялся кашеварить – сноровисто, привычно, будто последние несколько месяцев не правил землями вокруг Гатчины от моего имени, а только и занимался возней с огнем и котелком.

И даже больная нога ему нисколько не мешала – Сокол просто вытянул ее вперед и работал, не меняя позы. Натаскав дров, Жихарь подсел к огню и принялся чистить штуцер – молча, без разговоров, хотя обычно в таких случаях болтал без умолку.

Видимо, чувствовал, что князю надо побыть в тишине и подумать.

Я отошел чуть в сторону, устроился на корень сосны, прислонив Крушитель к стволу, и стал ждать. Основа гудела, понемногу восстанавливая резерв.

Но голова гудела громче. Будто где-то в моей многострадальной черепушке крутились крохотные шестеренки, приводя в действие механизм, который не без труда, но все же приводил мысли в порядок. И каждая с тихим щелчком становилась на свое место.

Брат. Лора. Четыре с половиной года. Барьер, который не удержит Тайгу. Годунов где-то на севере. Император. Шереметев, от которого не осталось даже блокнота.

Слишком много всего.

Галка подошла, когда стемнело окончательно. Костер уже почти потух, и только на одной не до конца прогоревшей ветке еще жил крохотный огонек, трепыхаясь в такт негромкому похрапыванию на два голоса. Жихарь и Сокол наелись и уснули прямо у огня, вымотанные дорогой до последней жилки.

Галка опустилась рядом со мной, скрестив ноги, и некоторое время молчала, глядя в лес за крохотным кругом света, очерченным костром.

– Твой брат… – сказала она наконец. – Мне жаль, князь. Если вы хоть немного похожи – он был достойным человеком.

Я молча склонил голову. Галка наверняка обвиняла Мишу во всех бедах, которые случились с ее деревенькой на ветвях сосен-великанов – и, пожалуй, имела на это какие-никакие основания. Но не могла не понимать, что брат отправился в Тайгу не за славой и не за приключениями. Погнала нужда – та, от которой не отмахнешься. Захиревшая усадьба, пустая казна, младшие сестры без приданого. Он шел, чтобы позаботиться о семье. Добрался дальше, чем кто-либо за последнюю тысячу с лишним лет.

И погиб… Нет, даже хуже.

– Спасибо тебе, – тихо отозвался я. – Правда, спасибо. Только…

– Им лучше не знать? – Галка указала взглядом на Жихаря с Соколом. – Ведь так?

– Пожалуй. Уж точно не про то, что мой брат стал упырем. И не про синеволосую девчонку. От такого у кого угодно голова кругом пойдет.

Галка кивнула. Наверняка она тоже все это время пыталась собрать воедино то, что мы видели сегодня. Запретные земли, жуткое чудище за рубежными камнями – все это укладывалось в привычную картину мира, когда-то нарисованную дедом. Но синеволосая бестелесная машина с механическом голосом, управляющая полчищем автоматонов – такого наверняка не было ни в одной из его историй.