Текст книги ""Фантастика 2026-193". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)"

Автор книги: Надежда Соколова

Глава 27

Сариэль вышла замуж через три дня, по-тихому, не ставя никого из эльфов в известность. Впрочем, и не должна была. Вед отныне она жила в замке и полностью подчинялась мне. Ее приданое к тому моменту уже было готово и оплачено мной. Они с Гартом принесли клятвы верности на замковом алтаре, получили от меня в подарок то самое приданое и, счастливые, отправились обживать две комнаты, как молодая семья, в крыле для слуг. Все, что нужно было на первое время, у них имелось. Защитной магией я их снабдила. И теперь в замке появилась еще одна семейная пара. Кузнец и лекарь. Одни из самых важных профессий в это время.

– Что нужно обычной аристократке для счастья? Платья, балы, восхищение кавалеров. Что нужно моей жене? Свадьба слуг, ремонт замка, новая мебель, – поддел меня Витор, когда мы вернулись в свою спальню после церемонии бракосочетания.

– У каждого свои приоритеты, – наставительно произнесла я.

– О да. Я заметил, – Витор и не думал успокаиваться, развлекаясь за мой счет. – Интересно, что именно ты будешь рассказывать на аудиенции императора? По этикету, если ты не забыла, нужно появиться там с его «подарком».

– Обойдется, – отрезала я. – Травмировать Сариэль я не дам.

Витор посмотрел на меня, как на душевнобольную. Вот, мол, дали боги истинную. В голове большая вавка, ведет себя не всегда адекватно, и ему, Витору, с такой красотой мучиться до конца собственной жизни.

– Императору не говорят «обойдется», – сообщил он мне очередную истину.

– Так я ему лично и не говорю, – пожала я плечами. – Здесь я этикет соблюдаю, если ты заметил. Я тебе отвечаю. Так что все в полном порядке. Нет?

– Вильгельмина… – начал было Витор.

– Ну? Что опять? – нетерпеливо дернула я плечом.

– К слугам положено относиться не так, как все время относишься ты. Это не родня. Они с рождения…. Вильгель…

Я полезла его душить. Да, самым натуральным образом. Сомкнула руки на шее, попыталась придавить. Бесполезно. Как будто дуб пытаешься обхватить.

Через пару-тройку мгновений мои руки были зафиксированы за моей спиной рукой Витора. Сам он навис надо мной подобно ангелу возмездия.

– Я еще раз повторю: слуги не родня, – наставительным тоном заявил он. – Привыкай…

– Укушу, – сообщила я, уже примериваясь к месту, в которое с удовольствием вцеплюсь зубами.

Витор поморщился, но даже не подумал отстраниться.

– Тебе будет трудно жить в этом мире, – словно проповедник, он попытался научить меня жизни.

– Это миру будет со мной трудно, – отрезала я. – И хватит меня учить. Без тебя учителя найдутся. Я буду вести себя так, как хочу. Замок, к Астеру нас!

Витор не успел возразить. И буквально сразу же над нашей парой раздался насмешливый голос призрака:

– Я смотрю, вы успешно притираетесь друг к другу. Чем она успела тебя так достать, оборотень?

Витор убрал руки, отстранился от меня, позволяя встать. Затем уселся в одно из свободных кресел. Осмотревшись, он все же ответил:

– Мне досталась жена, уверенная, что она права в любой ситуации. Она ведет себя резко и не желает видеть полумеры. Она будет перечить всем, включая императоров, если ей самой это выгодно.

– То есть она ничуть не похожа на большинство местных женщин, – сделал правильный вывод Астер. И не сдержался, уколол. – Это вас обоих боги отметили. В качестве наказания. Как ты, Вили, говоришь? Грешить надо меньше?

Я хмыкнула, усевшись в другое кресло. Астер на редкость быстро схватывал суть всех земных выражений, которые я частенько использовала в своей речи.

– Если говорить о грехах, то лично меня боги пожалели, – сострила я. – И почему, собственно говоря, я должна думать о чувствах каких-то там императоров, если они ни в какую не желают думать о моих?

Астер расхохотался. Его прозрачное тело заколыхалось, как кисель.

Витор нахмурился. Он, конечно, понял юмор. Но его, выросшего в других условиях и с другими устоями, мои слова покоробили.

– Давай, оборотень, – отсмеявшись, предложил Астер, – расскажи ей, обязательно с умным видом, что императоры высоко стоят над простыми смертными, считаются выше них просто по факту своего рождения. А значит, их всех непременно надо уважать и почитать. Так ведь обычно учат молодежь? Заодно и вдалбливают им в головы, что слово императора – закон. А кто, как не один из императоров, начал гонения на другие расы?

Намек понял бы даже ребенок.

Витор снова поморщился.

– Этикет создали для того, чтобы его соблюдать, – ответил он скорее мне, чем Астеру. – Твоя эльфийка – служанка. И по этикету…

– Нет! – решительно перебила я его. – Никакого этикета. Девчонке и так психику поломали, причем в довольно нежном возрасте. Обойдутся без ее присутствия. А попробуют предъявить претензии – услышат очень много нового о себе. Все в рамках этикета, поверь. Я сумею и на место поставить.

– Ах, вот о чем спор, – понятливо протянул Астер. – Вилли жалеет то испуганное нечто, которое ей недавно в приступе щедрости подарил император. Нормальное отношение к ближнему своему, оборотень. Совершенно естественное. Не нужно смотреть на всех свысока, только если тебе повезло родиться наследником альфы. Те, кто ниже тебя, тоже имеют право на жизнь. И счастье.

– Ты сейчас смел в высказываниях только потому, что призрак, – отрезал Витор. – Никто не сможет спросить с тебя за то, что ты говоришь. Никто и не спросит – призраков принято бояться. Те же императоры частенько вас остерегаются. А Вильгельмина, в отличие от тебя, жива, мало того, она – родственница эльфов. Потомок или сына, или внука того самого императора. То есть прямое родство, И нашим с ней детям может понравиться жить при эльфийском дворе. Не нужно рубить сплеча и обрывать связи только лишь из-за одной девчонки.

Астер хмыкнул. На него слова Витора не произвели ни малейшего впечатления. Впрочем, как и на меня.

Глава 28

– Раз уж ты так заботишься о чувствах императоров, поинтересуйся как-нибудь у эльфийского, насколько сильно ему нравится общаться с твоей женой. Возможно, он как раз видит в ее поведении особый шарм, тот, которого не хватает остальным женщинам этого мира, – предложил Астер. – А то ты так печешься о нем, и, возможно, зря. В общем, не лезь не в свое дело, оборотень. Твое назначение – быть ее мужем и наблюдать за поместьем. С остальным Вилли и император разберутся без тебя.

– Ты хамишь, призрак, а хамство всегда было признаком слабости, – Витору слова Астера однозначно пришлись не по душе.

– Упертость – тоже, – парировал Астер. – Нужно быть гибким, чтобы выжить в этом мире. Или тебя такому не учили твои учителя этикета?

Разговор зашел в тупик. Ни одна из сторон не желала уступать.

Витор поднялся и со словами: «Не вижу смысла продолжать обсуждение» вышел из комнаты. Мы с Астером остались одни.

– Любят тебя боги, – с явным намеком произнес он.

– Веришь, сама об этом часто думаю, – я вздохнула. – Там, где я жила раньше, тоже было много самовлюбленных упертых баранов. Но ни один из них не являлся моим мужем.

– Везение не может быть вечным.

Стервец. Весело ему. Забавляется за наш с Витором счет.

– Он заботится об императоре эльфов сильнее, чем обо мне, – я передернула плечами. – Нашелся преданный подданный.

– Оборотни не подчиняются эльфам, – последовал ответ. – В чем-то он прав. Надо думать о будущем, не только вашем, но и ваших детей. Вот только император эльфов – далеко не нежная салонная дама, которую, несомненно, покоробит откровенное непослушание прислуги. Ты выкажешь характер, и ему это понравится, я более чем уверен. Он любит, когда с ним общаются волевые существа. Так что в этом моменте можешь не слушать оборотня. Он просто перестраховывается. Единственное, что тебе может не понравиться: его величество, возможно, захочет прислать тебе другую служанку. Ее тоже будешь замуж выдавать?

– Понадобится – выдам, – равнодушно пожала я плечами. – Что за желание приставить ко мне своего шпиона?

– И правда, – с сарказмом заметил Астер. – Жена будущего альфы, владелица обширных земель, практически не заселенных, да еще и родственница самого императора, причем живущая в теле человеческой аристократки. Откуда тут может быть интерес, а?

Я промолчала. Нет, все, несомненно, выглядело логичным, только ничуть не радужным. И это меня откровенно бесило. Не нравилось чувствовать себя марионеткой в чужих руках.

С Витором мы, конечно, позже помирились. Уже в постели, да. После ставших привычными игр. Хоть каждый и остался при своем мнении. А через два дня прибыл гонец от императора эльфов и с поклоном вручил нам с Витором приглашение на аудиенцию у его императорского величества, которая должна была состояться аж на следующий день. Времени на подготовку не давалось, видимо, намеренно. И в самом деле, женщина, тебя заранее предупредили, что аудиенция обязательно состоится. Когда – уже не так важно. Не твое это дело. Будь добра подготовиться. И обязательно появись при эльфийском дворе в новом платье!

Я только плечами пожала. Платье для аудиенции, сшитое столичной портнихой, давно висело у меня в шкафу, ожидая своего «выгула» в свет.

Вообще от публичного общения с императором я не ждала ничего хорошего. Мой довольно-тки богатый жизненный опыт и прочитанные на Земле книги, в том числе и фэнтези о попаданках, прямо в один голос вопили, что ущемленный в правах эльф не преминет похвастаться моей принадлежностью к его роду, небрежно раскрыв при этом мое инкогнито. Мол, посмотрите, сами боги даровали мне нового члена семьи, пусть и дальнего родственника. Да еще и в теле одного из надменных людей. Точно милость божья, угу.

С Витором на тему аудиенции я больше не заговаривала. Только и спросила, будет ли там кто-то из его родни.

– Разве только Наиль, – задумчиво потер подбородок Витор. – Он любит пышные приемы и возможность покрасоваться в очередном новом наряде.

Первый советник эльфийского императора, двоюродный брат самого Витора? Птица не самого низкого полета. Никакой поддержки от него, конечно, ожидать не придется. Мало того, не удивлюсь, если этот самый Наиль окажется первым сплетником в нашей округе и быстро разнесет по соседям все, что узнает во время аудиенции. Ведь во благо дела же! Чем больше сплетен расскажешь, тем больше их услышишь, особенно в человеческих замках, от прислуги, работающей там.

Аудиенция должна была состояться после обеда, ближе к вечеру. Так что у меня оказалось достаточно времени на подготовку. Я вызвала Дарну и отдалась ее умелым рукам. Было искушение позвать еще и Сариэль, расспросить ее в подробностях о достаточно сложном эльфийском этикете и правильно наложенном макияже. Но потом я решила, что не стоит лишний раз напоминать эльфийке о ее и так не особо легкой жизни при дворе. Так что Дарна справилась сама. А хорошо ли, плохо ли, уже другой разговор. Но к назначенному времени я, в платье, туфлях, с прической и макияжем (во всеоружии, как говорится) спустилась в холл, где меня уже ждал Витор.

Глава 29

Приглашение от императора сработало пропуском. И портал открылся на площадке перед дворцом.

Нас встречал статный высокий дворецкий, смесок оборотня и эльфа. Уж не знаю, кто там был мамой, а кто – папой, и почему их ребенок служил в эльфийском дворце, но выглядел он величаво и горделиво. Словно всю жизнь мечтал об этой профессии и вот, наконец, добился ее.

– Ваши сиятельства, – склонился он в низком поклоне, подчеркивая таким образом наш статус, – прошу, его величество вас ожидает.

«И, думаю, не он один», – подумала я, следуя за дворецким сначала по ступенькам дворца до холла, а затем оттуда и по длинному коридору вглубь помещения.

Роскошь дворцов, что человеческого, что эльфийского, напоминала мне украшения в домах олигархов на Земле. Слово «скромность» точно было ругательным во всех трех местах. И человеческий, и эльфийский императоры стремились выставить напоказ все, чем владели. А потому искусная лепнина, золото, серебро, тщательно вышитые гобелены, драгоценные камни в изобилии располагались везде, где могли уместиться, включая всевозможные поверхности.

Коридор, достаточно хорошо освещенный яркими магическими шарами, наконец-то привел к очередным дверям, искусно украшенным по поверхности деревянной резьбой и россыпью изумрудов.

Дворецкий приложил к одной из створок перстень, который носил на пальце. И двери распахнулись сами собой.

– Витор Лорант с супругой Вильгельминой Лорант, – торжественным тоном объявил дворецкий.

Мы переступили порог и сразу же попали под прицел нескольких десятков внимательных глаз. Нас рассматривали с любопытством ребенка, получившего новую экзотическую игрушку. И я сильно подозревала, что такое внимание оказывалось не столько Витору, сколько мне. Как же, человеческая женщина в святая святых эльфов. Небывалый случай, о котором теперь будут судачить кумушки всех возрастов в самой империи и за ее пределами.

Император эльфов вместе с супругой, красивой утонченной женщиной, восседал на троне у дальней стены зала. Как я потом узнала, супругой императора была оборотница, дочь одного из альф. Впрочем, бабушкой императора тоже была оборотница, уже из другого клана. Так что связи оборотней и эльфов можно назвать чрезвычайно крепкими.

Но то оборотни, такие же парии[5], как и эльфы. А вот люди… Людей тут не только не видели, их появление однозначно не приветствовали. И я удивлялась про себя, как еще никто из собравшихся эльфов не посмотрел в мою сторону с презрением или гневом. Пока что я чувствовала только безграничное любопытство.

Мы с Витором без особой спешки дошли по постеленному на полу синему ковру до трона и склонились в традиционных эльфийских поклонах, которым обучил меня Витор. Обучил, конечно, мягко сказано. Скорее, попытался за короткий срок вбить в мою голову хоть какие-то знания о том, как правильно кланяться и что говорить. Получилось, честно говоря, слабо. Для того чтобы выполнить настоящий эльфийский поклон, следовало родиться эльфийкой и всю свою жизнь провести при дворе. А у меня же вышла легкая пародия на тот самый поклон. Но, как понимаю, эльфийский император был безгранично рад и этому. Что еще взять от попаданки…

– Поднимитесь, – послышался властный голос императора.

Мы с Витором подчинились. Я посмотрела перед собой, уставилась, не стесняясь, на венценосную пару на тронах.

Ротариэль Великолепный, сын Араторна Могучего, император выглядел согласно своему прозвищу, то есть великолепно. Одежда на нем сверкала и переливалась всеми тонами красного цвета. Скорей всего, благодаря магии, конечно. Но смотрелось очень, очень эффектно. Одежда его супруги, Ираиды Досточтимой, кстати, переливалась оттенками желтого цвета. Вместе и тот, и другой цвета мне лично резали глаз.

Из-за обилия красок я так и не смогла разобрать, что же именно было надето на супругах и на чем конкретно они сидели. Впрочем, то, что произнес император, оказалось намного важнее того, что он носил.

– Мои дражайшие подданные, – начал говорить Ротариэль, – сегодня знаменательный день не только для нашей расы, но и для всего мира. Боги сжалились над своими детьми, вняли молитвам многих из нас. Возрадуйтесь же, ибо перед вами сейчас находится та, о которой упомянуто в пророчестве. Сказано и записано в книгах мудрых, что придет день, когда в нашем мире появится женщина, способная объединить в себе сразу три расы. Та, с появлением которой к эльфам вернется их былое величие! Арантариэль! В этой женщине душа эльфийки, тело человека. Замужем она за оборотнем. Их будущий наследник станет существом сразу трех рас! И я торжественно объявляю о том, что принимаю Вильгельмину Лорант в свой род!

Ошеломленное молчание в ответ лучше всего сказало о том, какие чувства испытывали эльфы. В принципе, и я тоже.

Глава 30

– В честь этого знаменательного события, – продолжал, по-актерски выждав паузу, Ротариэль, – во дворце сегодня устраивается бал. И я прошу чету Лорант быть на нем почетными гостями.

– Мы с удовольствием принимаем ваше приглашение, ваше величество, – сообщил Витор, как глава семьи, естественно, не спросив моего желания.

Я только мысленно за голову схватилась в отчаянии. Ну какой бал⁈ Ну вот где я и где бал⁈ Мало того, что я танцую, как слон, мы еще и не договаривались ни о чем подобном! Я домой собиралась сразу же после аудиенции! У меня, можно сказать, Астер извелся без сплетен и новостей! А тут бал! И ведь не откажешь же императору – не поймет!

В общем, пришлось вместе с толпой переходить в соседний зал. Вернее, не столько вместе с, сколько после толпы. Иначе я боялась, что нас с Витором просто-напросто затопчут любопытные. А может быть, сначала порвут на сувениры нашу одежду, а уж потом затопчут.

Радовало только то, что мое платье выглядело годным одновременно и для аудиенции, и для танцев. Так сказать, и в пир, и в мир.

Соседний зал был просторней того, в котором проходила аудиенция. А еще расторопные слуги вовремя украсили его живыми цветами. Зимой, да. Где нашли только, спрашивается. И сейчас в зале стоял одуряющий запах от разных растений. Голова начинала кружиться сразу же, как только существо попадало в сам зал.

– Вдохни и несколько секунд не дыши. Потом резко выдохни, – прошептал мне на ухо Витор, догадавшись о моем состоянии. – Запахи больше не будут чувствоваться так остро.

Я благодарно улыбнулась и последовала совету. Запахи действительно уменьшились. Дышать стало легче, пусть и ненамного.

– Для кого такое разнотравье? – проворчала я, становясь на свободное место у стены. – Тут же помереть можно.

Витор раздвинул губы в ухмылке.

– Эльфы – раса, любящая природу. Они подчеркивают это везде, при каждом удобном случае.

Угу, оно и заметно, что подчеркивают. Бедным аллергикам в такой агрессивной среде точно не выжить.

Между тем невидимый оркестр заиграл первый вальс. Ну как вальс. Его местное подобие – рагнорт, спокойный танец. Народ активно потянулся на паркет. В основном молодежь, конечно. Эльфы постарше предпочитали проводить время за разговорами.

– Я танцевать не умею, – предупредила я Витора. – В принципе, из-за этого меня и сослали в Уотерхолл.

– Жестоко, – признал Витор. – Научиться не пыталась?

– Когда? – развела я руками. – То женихи ломятся, то призраки бушуют, то императоры аудиенции устраивают.

– И правда, – в тон мне поддакнул Витор, – совсем времени свободного не остается.

Я хотела ответить, причем что-нибудь едкое, но не успела. Перед нами, словно из воздуха, материализовался наследник императорского престола, тот самый, с которым я встречалась в Уотерхолле. Его высочество принц Ларнатариэль, как просветил меня раньше Витор.

Одетый с иголочки, он, как и его родители, блистал словно новогодняя елка. Его костюм был украшен многочисленными драгоценными камнями сверху донизу.

Сам принц смотрел перед собой уверенно и чуть надменно. Впрочем, когда он обратился ко мне, надменность исчезла из взгляда – признак того, что его высочество признал меня равной себе.

– Разрешите пригласить вас на танец, аратта, – произнес Ларнатариэль.

Тон не подразумевал отказа.

– Я не умею танцевать, ваше высочество, – честно ответила я.

В глазах Ларнатариэля появилось и быстро пропало изумление. Действительно, как же так: аристократка и вдруг не умеет танцевать? Непорядок. Что-то где-то сдохло, причем очень, очень крупное.

– Думаю, это не проблема, аратта, – улыбнулся принц и что-то прошептал. А затем подал мне руку. – Прошу на паркет. Уверяю, у вас будут получаться отличные танцевальные па.

Мне б его уверенность.

Но коронованным особам не принято отказывать по пустякам. Поэтому я подала руку, и мы оба вышли на паркет.

Оркестр заиграл шаггот, тоже спокойный танец, очень похожий на вальс. Мы с моим спутником подчинились музыке и плавно поплыли по полу ей в такт. Надо сказать, танцевал Ларнатариэль по местным меркам изумительно. Он аккуратно вел партнершу в такт мелодии и при этом не отрывался взглядом от ее лица, считывая всевозможные отголоски эмоций, словно сканер.

Я же… Я, сама не знаю, каким образом, еще ни разу не наступила ему на ногу. Магия, чтоб ее.

– Позвольте поинтересоваться, аратта, где ваша служанка? – спросил Ларнатариэль, тщательно отслеживая мою мимику.

Я только хмыкнула про себя: «Ах, вот зачем ты здесь. Собираешь информацию. Скорее всего, для отца. То, что позволено принцу, вряд ли простят императору».

– Дома, ваше высочество, – просто ответила я. – Где и положено быть слугам.

– Разве она не рассказала вам об эльфийском этикете? – удивился Ларнатариэль.

– Наверное, рассказала бы, – я подавила желание пожать плечами. Не поймут. Здесь и сейчас это жест простолюдинки. – Но я ее не спрашивала.

Немое изумление на лице принца послужило мне наградой. Что, ваше высочество, не ожидали, что кто-то не захочет подчиняться великому эльфийскому этикету?