Текст книги ""Фантастика 2026-193". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)"

Автор книги: Надежда Соколова

Глава 43

– Я постараюсь, мам, честно, постараюсь. Но, во-первых, мне не с кем идти, а во-вторых… В чем я пойду? Тут нет швей столичного уровня, – я беспомощно развела руками. – Так что при всем моем желании, не знаю, получится ли что-то сделать

– Платье – не проблема, – небрежно отмахнулась мать. – Швею сюда можно и порталом привести. За лишний золотой она согласится и на это, и на работу здесь.

Еще б она не согласилась. В некоторых регионах, самых дальних, приграничных, семьи, что крестьян, что аристократов, на золотой месяц живут, а то и дольше. Да и в столице на ту же сумму можно купить два-три рулона приличной ткани.

– А жених… Чтобы покрасоваться на свадьбе сестры, можно и с Алексисом появиться, – продолжала мать. – Ничего страшного в этом нет. Затем ему все объяснишь и расстанетесь спокойно.

– А потом выслушивать недовольство батюшки, – тяжело вздохнула я.

Нет, мать в данном случае полностью права, мне действительно лучше всего согласиться и на швею, и на появление на свадьбе рука об руку с Алексисом. Таким образом я успокою подозрения отца, если они были. И докажу, что начала исправляться. А значит, замок может быть вполне официально вписан в мое наследство.

– С отцом я поговорю, – последовал решительный ответ, – особенно после этого дурацкого случая с дорисами и шартами. А портниха прибудет уже завтра. Жди, продумывай наряд.

Ну что тут скажешь. Только кивнешь в ответ. Ладно, пусть будут и портниха, и свадьба, и Алексис в роли жениха.

До обеда я прилежно развлекала мать разговорами, слухами, сплетнями. Отца видно не было, видимо, он внимательно осматривал замок и окрестности.

А вот когда подошло обеденное время, пришлось подниматься к себе и переодеваться. Отец все же позвал на обед Алексиса. А значит, следовало покрасоваться перед ним в одном из новых платьев.

– Ни в коем случае не пропускай Витора, глуши все звуки, которые он будет издавать, – приказала я замку после того, как Дарна одела меня и удалилась.

Выглядела я, конечно, сейчас более чем прилично, хоть платье по меркам столичной моды уже устарело. И поясок там должен быть другой формы, и декольте не треугольное, а полукругом, и рукава… Ой, да мало ли моментов. Вот моя мать одета модно. Но у нее в услужении и портниха столичная.

А я… Что с меня взять. Старая дева же. Вот этим и буду отговариваться, если кто-то вдруг обратит внимание на мой наряд.

Ухмыльнувшись про себя, я вышла из спальни и отправилась вниз, в обеденный зал – общаться с родителями и якобы женихом.

Инга, поставленная в известность насчет появления в замке гостей, успела приготовить обед на четверых человек. Алексис и отец сидели за столом с голодными глазами. И это явно была не метафора. Уж не знаю, кто и где кормил Алексиса каждый день, но тот, похоже, рад был набить живот сегодня в замке. Отец, несмотря на свой четкий график, тоже явно не прочь был отступить от правил и полакомиться блюдами с деревенского стола.

Я вошла в обеденный зал последней и сразу же уселась напротив Алексиса. Он, нарядно одетый, в костюм серо-серебряного цвета, выглядел настоящим денди. Этакий красавец, гроза женских сердец. Если бы еще гнили в душе не было, может, я и согласилась бы выйти за него. В пику Витору.

– Ах, ринья, вы великолепно сегодня выглядите, – поприветствовал меня Алексис.

– То есть в другие дни я выгляжу так себе? – насмешливо уточнила я. – Спасибо за такой изысканный комплимент.

Алексис покраснел. Мать улыбнулась. Отец хмыкнул. Да, я могу быть стервой. Сюрприз. Не для родителей, конечно. Настоящая Вильгельмина тоже была не сахар, так что они привыкли к ее частым взбрыкам.

– Простите, ринья, я немного коряво выразился, – поспешил извиниться Алексис. – Я хотел сказать, что выглядите вы всегда чудесно, но сегодня – особенно красивы.

Я кивнула, принимая объяснение. Но, конечно, не поверила ни единому слову. У Алексиса был отлично подвешен язык. Да и опыт в охмурении дам имелся. А потому верить всему, что было сказано, – себя не уважать.

Первое ели молча. Пряный мясной суп был невероятно вкусным. Поэтому мужчины позволили себе съесть по полторы порции. Мы с матерью отделались традиционной порцией.

Затем служанки принесли и расставили на столе вторые блюда, ну и чистые тарелки заодно. И теперь уже можно было поговорить, обсудить насущные вопросы, возможно, решить проблемы.

Пока прислуга занималась посудой, я тщательно прислушивалась. Вот уже минуту мне казалось, что в замок кто-то ломится. Конечно же, не «кто-то», а вполне определенный тип. Судя по всему, Витор решил брать приступом магически защищенное жилище. И я гадала, надолго ли хватит его упорства.

– Алексис, расскажи нам, откуда в букете появились дорисы и шарты, – спустил меня с небес на землю отец. Пришлось внимательно слушать разговор за столом. – Насколько я знаю, они продаются в специальных магических лавках в столице. И что ты там забыл?

В ответ – тяжелый вздох мученика, которого жестокий палач прямо по земле тащит на виселицу.

Ну, и что же придумает этот лжец?

Глава 44

– Я не умаляю своей вины, ваше сиятельство, – начал Алексис покорно. Даже голову чуть наклонил в знак послушания и скромности. – Я прекрасно понимаю, что виноват. Но, поверьте, у меня и в мыслях не было попытаться оскорбить своими неловкими действиями ринью Вильгельмину! Да, я, конечно же, слышал о свойствах дорисов и по наивности своей посчитал, что смогу разжечь с их помощью пламя страсти в груди неприступной риньи. Она так холодна ко мне! Но я понятия не имел, каково влияние шартов! Я взял их исключительно из-за красоты!

Я ждала в заключении «Клянусь», или какой-то подобной фразы, чтобы было больше пафоса в речи. Но, видимо, Алексис справедливо решил, что боги не будут благосклонны к тому, кто лжет на каждом шагу, и решил лишний раз не испытывать судьбу.

Я глубоко сомневаюсь, что мать или отец поверили наспех придуманной сказочке, особенно про шартов. Понятия не имел, как же. Стоял в магической лавке, выбирал нужные ему растения и взял шарты только из-за красоты, даже не поинтересовавшись их влиянием на любое живое существо. Я почти поверила, да-да.

А между тем за стенами творилось нечто страшное. Ни родители, ни Алексис ничего не слышали, а вот я… Я могла себе представить, что происходило вне этих стен.

Замок, конечно, успешно гасил все звуки за стеной. Однако мне казалось, что Витор там просто беснуется и едва ли не воет от ярости и безысходности. Не лучшее начало нашей дальнейшей совместной жизни, что уж там говорить. Но впустить Витора сюда было бы наихудшим вариантом. Вот уж кто точно не станет держать язык за зубами и сразу объявит моим родителям о нашей с ним связи. А значит, прощай, замок. Нет, я не могла этого позволить.

– Я надеюсь, что подобного больше не повторится, – тоном учителя, распекающего нерадивых учеников перед всем классом, заметил между тем отец. И уже мне, с намеком. – Вильгельмина, ты его простишь?

– Я подумаю, батюшка, – уклончиво ответила я. – Рин Алексис еще ни разу не предоставил доказательств своих чувств ко мне. Пока что мы обсуждали исключительно замок и округу.

Незавуалированный намек на то, что Алексису нужно только мое состояние, а я его не интересую, вообще, никак, заставил его покраснеть. Только вряд ли от стыда. Скорее, от досады. Да, рин, да, я могла быть еще той стервой, когда хотела. И вы в этом скоро убедитесь.

– Что же вы, рин, так невнимательно относитесь к нашей дочери, – вмешалась мать. – Мы, женщины, существа влюбчивые, но нам нужны внимание, ласка, забота. А не только трезвый расчет и холодный ум.

– Виноват, ваше сиятельство, – наклонил голову Алексис. – Обещаю в ближайшее время исправиться.

– У вас будет такая возможность, рин, – кивнула мать. – Вильгельмина приглашена на свадьбу к своей сестре. Надеюсь, вы будете сопровождать ее.

– С большим удовольствием, ваше сиятельство, – почтительно уверил Алексис.

Конечно, с удовольствием. Надо ж посмотреть, как живут будущие тесть с тещей. Оценить их благосостояние и возможное приданое несговорчивой старшей сестры.

Удовлетворенный сложившимся разговором и моим якобы согласием, отец переключил внимание на тарелку. Мы последовали его примеру. И остаток обеда прошел в молчании.

Сразу же после него отец проводил Алексиса порталом и повернулся ко мне.

– Мать завтра придет с портнихой. Вильгельмина, не противься.

Да я как бы и не собиралась. Пока что. Посещение свадьбы Сандры не равнялось собственной свадьбе. Выйду-то я все равно за Витора, как бы чего ни хотелось моим родителям. Он, кстати, успокоился практически сразу же, как ушел Алексис, и больше не пытался прорваться в замок. Возможно, даже сам ушел.

Родители по очереди крепко обняли меня и исчезли в портале. Я же отправилась на кухню. Мне нужно было наконец-то переговорить со служанками насчет возвращения их родственников в мои деревни.

На кухне оказалось многолюдно. Там толпились и служанки, и приглашенные мужики. Все они ели то, что осталось после господского обеда.

– Хорошо, что вы все здесь, – кивнула я, переступив порог. На меня посмотрели настороженно, явно не ожидая ничего хорошего. И каждый на всякий случай отставил подальше свою тарелку. – Думаю, у многих из вас есть родственники, которые давно ушли на заработки к владельцам других замков. Ушли и там создали семьи. Возможно, даже детей родили. Передайте им, что каждому такому родственнику, вернувшемуся сюда, домой, с семьей, включая иждивенцев, я выдам десять серебрушек подъемных. На пять месяцев. И потом столько же добавлю, на следующие пять месяцев. И работу они всегда найдут в замке и округе. Работы тут много. А в ближайшие месяцы станет еще больше.

Глаза окружающих, кроме Инги, Дарны и Агнессы, засверкали алчным блеском. Там сразу же стали отображаться монеты, прямо как в земном кассовом аппарате. Да-да, десять серебрушек – неплохая сумма для всей семьи даже на год. А тут я предлагаю эти деньги на пять месяцев. И потом повторю материальную помощь. В общем, отличный вариант для вернувшихся.

– Мы передадим, ринья, – степенно ответила Инга, пока остальные переваривали эту новость.

Я кивнула еще раз и направилась к себе в спальню. Мне нужны были тишина и покой, чтобы обдумать все произошедшее. Отец даже не заикнулся об общении с мужиками. А не пообщаться он, как хозяин, не мог. Вывод: или его все устроило, и он решил не лезть, или управляющий сегодня-завтра попытается перехватить инициативу. Последнее так точно я не позволю. Ни в коем случае. Надо будет – сообщу отцу, что этот скользкий гад работает сразу на двух хозяев. Пусть отец ищет кого-то другого, более честного и ответственного.

Завтра мне предстояла очередная встреча с матерью и столичной портнихой. Главное, чтобы в это время не пришел Витор, с разборками. Видимо, придется дать замку очередные ценные указания на этот счет.

Я вздохнула и откинулась на спинку кресла. Как много дел, и как мало помощников. Вернее, их вообще нет. И взять их неоткуда.

Глава 45

Управляющий действительно появился ближе к вечеру. И сразу же начал разговор с поучений.

– Ваше сиятельство, вы, наверное, не знаете, но у нас в округе живут оборотни, – заявил он назидательным тоном. Как если бы со служанкой разговаривал и давал ей очередные указания. Сразу видно, что после очередного общения с отцом волю почувствовал. – Мы, конечно, им спуску не даем, ничего лишнего не позволяем. Но сегодня я видел у вашего дома следы их лап. Вам нужно быть осторожней, ваше сиятельство. Не выходить наружу в одиночестве, не принимать гостей. Возможно, следует взять приживалку?

– Спасибо за заботу, – я с трудом сдержала усмешку. Оборотни тут живут, угу. А то я не знаю. – Но как мне поможет приживалка, если на замок внезапно нападут оборотни? Сообщит моему отцу, сколько именно особей разрывало мое тело?

Управляющий побледнел, слившись цветом лица с побелкой на стене. Да, хлипкий тут народец живет. Фантазия, правда, хорошая. Но и только. Обычного черного юмора не понимает. Если у моего собеседника прямо сейчас инфаркт случится, то я же и виновата буду. Напугала бедняжку, заставила переживать.

– Это шутка была, – пояснила я. Управляющий выдохнул. К нему вернулся нормальный цвет лица. – Я действительно не понимаю, чем мне может помочь приживалка. Что даст жизнь с ней? В доме есть слуги, обоих полов. Они быстрее помогут мне, чем слабая немощная женщина-аристократка.

Управляющий помолчал немного, будто обдумывая мои слова, потом произнес.

– Кстати о слугах. Мужского пола. Ваше сиятельство, незамужней леди не пристало общаться с мужиками из деревни.

– Я бы и не общалась, – иронично заметила я. – Но мой управляющий почему-то очень быстро сбегает отсюда и не желает брать на себя ответственность ни за что в этом доме. Не знаете, почему так случилось, рин Ингар?

Тот покраснел. Как светофор. То и дело меняет цвет.

– Я приношу извинения, ваше сиятельство. Уверяю, подобного больше не повторится. И прошу вас не напрягаться. Для леди даже здесь есть достаточно дел.

В переводе на обычный язык: «Сидела б ты, дамочка, с книжками или рукодельем и не лезла бы в дела мужчин». В общем, обыкновенный сексизм. Я и на Земле терпеть не могла, когда мне указывали, что делать, особенно когда это касалось моего пола. А тут тем более не собиралась давать спуску одному нахалу. Поэтому я чуть ухмыльнулась и поинтересовалась:

– Как же вам верить, рин Ингар, если вы параллельно работаете не только на моего батюшку, но и на владельца соседнего имения? Кстати, батюшка мой в курсе этого?

В гостиной повисло неловкое молчание. Похоже, мой собеседник не ожидал, что я буду настолько осведомлена о его делишках, и теперь тщетно пытался понять, как же выкрутиться из этой щекотливой ситуации.

– Ваше сиятельство, это гнусная ложь, распространяемая невежественными крестьянами! Они терпеть не могут меня из-за того, что я собираю с них налоги для вашего отца! – наконец-то опомнился рин Ингар. – Уверяю вас, я никогда даже не думал ни о чем подобном! Прошу не верить крестьянским наговорам!

Я сдержала так и рвавшийся из груди смешок. Крестьянские наговоры, о да. Куда проще обвинить во всем тех, кто не способен привести доказательства или не может быть выслушан в суде из-за своего низкого социального положения. А если так?..

– Это были не крестьяне, рин Ингар, – покачала я головой. – У меня свои источники. Впрочем, сейчас не так уж важно, от кого я узнала о данном факте. Главное другое: это все имеет место быть. И мой батюшка не в курсе. А потому… Надеюсь, рин, вы не станете в дальнейшем настаивать на моем невмешательстве в дела замка.

Ответить управляющему было нечего. Тут, как говорится, куда ни кинь, всюду клин. И владелец замка недоволен, и его дочь не в восторге. И оба они наседают на несчастного рина Ингара, давят на него с двух сторон, не позволяя даже вздохнуть. И попробуй пойми, что делать в подобной ситуации, как угодить сразу обоим.

Расстались мы, недовольные друг другом. Мне не нравилось, что отец с управляющим вмешиваются в мои дела, моему собеседнику пришлась не по душе излишне своевольная старая дева с ее откровенностью, граничащей с грубостью.

На следующий день мне пришлось забыть на некоторое время о домашних проблемах. В замке с утра пораньше появились мать и Дина, та самая портниха, у которой обшивался весь высший свет. Они заняли меня разу на несколько часов. Следовало и ткань выбрать, и расцветку подходящую найти, и фасон обговорить… В общем, вырвалась я от них уже после обеда, еле живая, и сразу же заперлась в своей спальне.

От обычного обсуждения наряда я устала так же, как грузчики устают от длительной разгрузки вагонов. У меня подрагивали ноги, тряслись руки, в голове стоял неясный шум. А еще я жутко хотела есть.

Пришлось вызывать Дарну.

– Принеси поесть, сюда, – приказала я ей.

– Как прикажете, ринья, – и глаза прячет.

– Что? – нахмурилась я. Ну вот что могло произойти за те несколько часов, что я была занята⁈ Кому опять неймется⁈ И почему именно сегодня⁈

– Ринья, маг-оборотень проходу не дает слугам, – пожаловалась Дарна. – Появляется у каждого из выходов, не позволяет выйти из замка. Требует встречи с вами.

Витор? Это что еще за детский сад? Требует он встречи. Ладно, будет ему встреча.

– Зови, – приказала я. – И накрой к обеду в зале. На две персоны.

Придется спускаться и, несмотря на усталость, выяснять отношения с одним наглым оборотнем.

Глава 46

Довольно быстро переодевшись с помощью служанки в очередное домашнее платье, я подошла к зеркалу, осмотрела себя с головы до ног и откровенно ухмыльнулась. Темно-фиолетовое. Как у настоящей старой девы. Думаю, Витор оценит. С его-то желанием поскорее жениться на мне. Четкий намек с моей стороны, что я замуж не стремлюсь. Ни за него, ни за кого-либо другого. Пока, во всяком случае.

По лестнице я спускалась медленно и аккуратно, тщательно стараясь унять нервную дрожь. Да, я волновалась перед встречей. И меня это жутко раздражало. Мое тело решительно меня предавало. Оно заявляло, что Витор – идеальный вариант для совместной жизни, так как является моим истинным. И мое собственное мнение в расчет не бралось. Оттого я и бесилась.

В данном мире все подряд старательно внушали мне, что нужно делать, а что – нет. И моя свободолюбивая натура восставала против этого. Мне хотелось начать самой думать собственной головой, принимать решения самостоятельно, не пытаться зависеть ни от кого вокруг. Но в том-то и дело, что здесь и сейчас подобной возможности у меня не имелось!

Витор ждал меня в обеденном зале. Хмурый, раздраженный, он недовольно сверкнул глазами, едва я переступила порог.

– Добрый день, – я решила брать быка за рога. – Предлагаю сначала поесть, потом переместиться в гостиную и там поговорить. Ну, или можете начать говорить здесь, а я пока поем. Правда, не обещаю, что стану отвечать.

Подействовало. Витор молча уселся за стол.

И первое, и второе, я буквально проглотила. Мой организм был чересчур измучен после общения с портнихой. Ему требовалось серьезно подкрепиться.

Уже потом, когда оставался только чай, я отодвинула от себя тарелку. Теперь можно и в гостиную перейти. Там и поговорить можно.

– Слуги доложили, вы искали встречи со мной, – ровно произнесла я, когда Дарна накрыла в гостиной стол для чаепития и вышла из комнаты. – Я здесь. Что вы хотели?

– Тебя, – откровенно и резко произнес Витор. – И не нужно придуриваться. Тебя тоже ко мне тянет. Что за игру ты ведешь? Боги все равно не свяжут тебя с другим. Ты – моя истинная.

Угу. Наболело, значит. Да так, что аж на грубости перешел.

– Полагаю, мои слова о навязанных чувствах тебя не впечатлят, – задумчиво проговорила я, тоже переходя на «ты». – Скажи, ты уже заранее потратил мысленно мое приданое? Или что-то оставил?

Витор зло усмехнулся, да так, что обнажились белоснежные клыки. Надо же, какие они у него длинные…

– Пытаешься меня оскорбить? Не выйдет. Твое приданое мне не нужно. Без него прекрасно обойдусь. Ты станешь моей женой и матерью моих детей. Так велели боги. И не нам с тобой им противиться.

– Там, откуда я прибыла, любят постоянно говорить о свободе воли, – откликнулась я, параллельно «переваривая» его слова о приданом. Если оно его не интересует, то почему он так бедно одет? Соврал? Не любит наряжаться? Или по какой-то причине скрывает свое состояние, если оно у него есть? – Я предпочитаю помнить о ней.

– Свобода воли, – скривился Витор. – Чушь. Причем полная. Иначе нам всё позволили бы выбирать: и свою жизнь, и свою судьбу, и даже свое будущее. Но ты родилась человеком, а я – оборотнем. Нас обоих не спросили, хотим ли мы этого. Уже одно это говорит о том, что никакой свободы воли не существует. Что всем заправляют боги. И только им решать, какая судьба нас ожидает.

Уел, да…

Ну что ж, я так тоже умею. Как и умею бить по больному.

– В любом случае, у меня есть жених, которого мне выбрали родители. И я…

Договорить мне не позволили. Одно плавное движение, затем – рывок. И вот уже я выдернута из кресла. А губы Витора крепко прижимаются к моим.

Поцелуй вышел жестким и грубым. На меня словно поставили печать: «Моя. Не прикасаться. Убью». Не сказать, что мое тело было против. И когда Витор наконец-то разжал руки, меня хорошенько так потряхивало. Руки дрожали, сердце стучало в груди, перед глазами стояла пелена. Разум отключился, сознание померкло. Осталось лишь животное желание принадлежать тому, кто стоял напротив. Полностью принадлежать, не слушая доводов рассудка.

– Твое тело сказало все за тебя, – хрипло произнес Витор.

– Именно, – разум постепенно возвращался к загулявшей хозяйке. И хотя в голове все еще стоял туман, я уже могла мыслить здраво. Еще бы успокоить руки… – Тело. Не душа. Я тебя не люблю. Это навязанные чувства.

– Или же ты противишься настоящим, – отрезал Витор.

– Я? Противлюсь? – искренне изумилась я. Вот это самомнение, блин. Я так тоже хочу! А то сижу, сомневаюсь в своих чувствах, копаюсь в собственных эмоциях, размышляю обо всем на свете. А тут вон точно знают, что чувства те, которые боги дали, самые что ни есть настоящие. – Откуда тут взяться настоящим чувствам? Я видела тебя несколько раз, мы даже не поговорили толком. И что здесь может быть настоящего? Я не из тех, кто влюбляется с первого взгляда.

– Есть привязанность душ, – Витор уже выровнял дыхание. Я же все еще приходила в себя. – Ты противишься ей.

– Слушай, – я постаралась перевести разговор на другую тему, – что такого в этих истинных? Почему ты так хочешь меня взять в жены? Почему соглашаешься с волей богов? – «если, конечно, дело не в моем наследстве», – добавила я про себя.

На этот раз Витор смотрел снисходительно, как взрослое существо на малолетнего ребенка.

– Истинность – гарантия крепкой семьи и удачного брака. Только у истинных может быть больше трех детей. И только истинные способны полностью чувствовать друг друга. И как бы ты ни противилась нашему браку, но ты – моя истинная. Смирись с этим.

«Только у истинных может быть больше трех детей», – ой, мамочки…