Текст книги ""Фантастика 2026-193". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)"

Автор книги: Надежда Соколова

Соавторы: Елена Горелик,Андрей Федин,Андрей Вершинин,Макс Гато,Роман Тард,Алексей Птица
сообщить о нарушении

Текущая страница: 104 (всего у книги 340 страниц)

– Позер, – беззлобно выдохнула Весна, покачав головой.

Мы вскоре вышли на торговую улочку, усеянную различными ремесленниками и торговцами. Здесь, кроме лавок и магазинов, были палатки, прилавки и даже просто-напросто телеги, гружёные разными товарами. Здесь было много различных всякостей: сувениры, экипировка, простенькие артефакты, бакалея и многое другое.

Весна остановилась у одной из палаток, где продавали ткань и вышитые платки. Она перебирала тонкими пальцами различные ткани. Торгаш за прилавком тут же заметил её интерес и принялся расхваливать свой товар.

– Все платки сшиты в единичном варианте. Других таких вы нигде не найдёте.

– Правда? – спокойно спросил я. – А мне кажется, что вот этот я на соседней улице в магазинчике видел.

Я ткнул пальцем в случайный платок. Торгаш хитро прищурился, но удали не растерял.

– Что вы, молодой господин! Это явно подделка – жалкая копия! Здесь же…

Он обвёл свои товары рукой с гордым видом, будто продавал не ткань и платки, а золотые яйца.

– … неповторимый оригинал!

– Ты где такие умные слова выучил? – спросила его Ира, с удовольствием наблюдая за нашим разговором.

– Так с постоянными клиентами своими общаюсь. Вот они меня и учат. От человека к человеку, так сказать.

Он на мгновение замолчал, оценивающе поглядывая на меня, а затем вдруг кивнул и спокойно спросил:

– Есть несколько зачарованных платков с магическими узорами. Не желаете посмотреть?

Весна перестала перебирать платки и взглянула на меня.

– Давай, – махнул рукой я.

Торгаш ловко достал небольшую коробку, снял крышку и достал несколько платков.

– Вот этот голубой как раз подойдёт к предстоящему Дню Памяти. Он для защиты от злых духов.

– От злых духов мы сами защитимся, – возразила Весна.

Торгаш пожал плечами и быстро переключился на следующий платок бордового цвета с жёлтым узором.

– Вот этот платок даёт дополнительную силу и улучшает выносливость. Особенно рекомендую молодым мужчинам.

Торгаш хитро подмигнул мне.

– Что ж ты сам такой не носишь? – усмехнулся я.

– Тц. Ну тогда… – Торгаш достал чёрный платок с серебристой вышивкой. – Есть вот этот. Он, конечно, попроще – без узоров и без изысков.

Я заметил, как глаза Весны блеснули, хотя, возможно, это было отражение вечерних лучей солнца. Я посмотрел на платок и лишь покачал головой. Если от предыдущих двух действительно исходили слабые и едва заметные магические волны, то здесь всё было пусто – абсолютно ни о какой магии или зачарованности речи не шло.

– Ну и какие у платка свойства?

– Какие свойства? – протянул торгаш. – От зависти он, вот.

– От зависти?

– Ага, всё верно, – продолжил говорить торгаш. – Вот я его в руках держу и уже вам ничуточки не завидую.

Весна задержала взгляд на платке с серебристой вышивкой. Я знал, что она тоже не чувствовала в нём никакой магии.

– Хочешь себе такой? – спросил я.

Она пожала плечами.

– Давай свой волшебный платок, – выдохнул я.

На что торгаш тут же затараторил благодарности и заверения, что его товары высшего качества.

Я заплатил.

Весна взяла платок в руки, провела по нему подушечками пальцев, словно проверяя ткань на мягкость, а затем сделала шаг навстречу мне и обвязала платок мне на шею. Её глаза озорно блестели искорками – так бывало, когда она затевала какую-нибудь шалость.

– Я не боюсь зависти, – сказал я, когда Весна закончила и сделала полшага назад.

– Просто тебе идёт, – ответила она.

Весна смотрела на девчонок, и они тут же приняли её сторону:

– Да!

– Есть в этом что-то…

Ткань платка была мягкой, так что я в общем-то и не возражал.

Мы двинулись дальше по торговым рядам. Сольвейг умудрилась найти кузницу, где принялась обсуждать сплавы и клинки.

– Мне как раз нужны наконечники для стрел. – сказала Ира.

В итоге она присоединилась к Сольвейг.

Я же, пока они были заняты, спросил у Весны, кивнув в сторону Сольвейг:

– Вы вроде не ладили?

Весна немного помолчала, а затем пожала плечами.

– Многое произошло. Думаю, что успели друг к другу привыкнуть.

Глубже копать я не стал. В конце концов, это их личное дело. Главное, что притёрлись и больше никаких холодных взглядов, ужимок и недомолвок.

Мы с Весной немного поговорили. Поток людей в кузницу и из неё не прекращался, а Сольвейг с Ирой никак не появлялись.

– Что-то они долго, – сказал я. – Пойду-ка посмотрю.

Я зашёл в кузницу и нашёл Иру, торгующуюся с невысоким, крепко сложенным кузнецом.

– Рубль за три наконечника – это настоящая обдираловка!

Ира была разгорячена спором и не обращала внимания на происходящее вокруг. Надо сказать, что выглядела она очень хорошо – раскрасневшаяся, с немного растрёпанными волосами.

– Я и так делаю скидку, – возразил кузнец.

И их торги возобновились по спирали. В итоге через несколько минут одних и тех же аргументов я вмешался:

– Заворачивай всё, что она выбрала.

Ира резко повернулась ко мне и уже открыла было рот, чтобы что-то сказать, но, заметив меня, замерла. Её глаза прояснились, и она согласно мотнула головой, отчего серебристые волосы рассыпались по её лбу.

– Хорошо.

– О как, – прошептал кузнец.

Он повернулся ко мне и уважительно кивнул.

Когда дело касалось вооружения, а особенно луков, стрел и всего с ними связанного, Ира превращалась из холодной спокойной девушки в настоящую бестию. Впрочем, знал я ещё один случай, когда это происходило… Но это уже совершенно другая история.

В итоге из лавки все вышли довольными: Ира – со стрелами, Сольвейг – с отличным представлением, а я – с уважением кузнеца и с полегчавшим кошельком.

– Спасибо, – поблагодарила меня Ира.

Мы продолжили прогулку по улицам Беловежска. Торговые ряды сменились жилым кварталом. Мы шли вдоль каменной ограды, за которой слышались голоса, детский смех и журчание воды. Сольвейг приблизилась ко мне и потянула меня за рукав.

– Зайдём в парк?

– Конечно.

После жары кузни я был не против укрыться в тени деревьев.

Это не был парк в полном понимании этого слова – скорее, большой сквер или даже городской сад. Мы свернули, миновали небольшую деревянную арку с вывеской и оказались в тени высоких деревьев. Пахло свежестью и пыльцой. Вдоль дорожек на скамейках сидели семьи, старики, читавшие газеты. На зелёной лужайке дети играли в догонялки.

Мы прошли вглубь парка и оказались у небольшого озерца, скрытого за стеной деревьев, где и расположились.

– Тихо здесь, – заметила Ира, садясь на скамейку и снимая перчатки. – Как будто не столица, а совсем другой мир.

Я же сел на траву в паре метров от воды, с удовольствием прищурился и ловил тёплые весенние лучи. Весна и Сольвейг сели рядом. Мы немного помолчали, наслаждаясь природой. Каждый думал о чём-то своём.

Вот только Сольвейг неожиданно пробурчала:

– Жарко.

Весна тут же бросила на неё свой коронный заговорщический взгляд.

– Озеро рядом. Можно умыться и ноги намочить.

Повисла короткая пауза, за время которой девчонки успели обменяться полдюжиной взглядов. Вокруг не было никого – ни детей, ни случайных прохожих. Лишь тишина да редкий шелест листвы.

Сольвейг без слов поднялась на ноги, сбросила сапоги и засеменила к воде. Она подошла к неподвижной прозрачной глади воды и окунула пальцы ног, пробуя температуру.

Довольная результатом, она медленно шагнула в воду, приподняв лёгкое платье выше колен. Она нагнулась, зачерпывая ладонью прозрачную воду, отчего платье тут же натянулось, обрисовав округлые бёдра и узкую талию.

– С ума сошла, – выдохнула Ира.

Вот только она уже сняла кожаную куртку, сбросила обувь и закатывала штанины выше щиколоток.

Весна сняла полусапоги и присоединилась к Сольвейг, только в воду она не заходила. Села на самый край берега, подняла подол робы и опустила ноги в воду по щиколотку. По её бледной коже побежали мурашки.

– Поберегись! – раздался бойкий голос Иры.

Она смело и без раздумий влетела в озеро, подняв вокруг себя столб брызг и окатив Весну и Сольвейг с ног до головы. Лёгкое платье Сольвейг тут же намокло, став полупрозрачным. Оно обтягивало каждый изгиб стройной подтянутой фигуры.

– Ира… – негромко произнесла Весна.

Впрочем, на её лице не было ни раздражения, ни разочарования. Даже несмотря на то, что чёрные волосы намокли и растрепались, а капли воды стекали по её тонкой шее, исчезая под воротником.

Весна приподняла подол, обнажив бледные бёдра. Пальцы вцепились в мокрую ткань, выкручивая её, и капли побежали вниз к гладким икрам. Она провела ладонью по бедру, смахивая влагу, но только размазала её, отчего бледная кожа заблестела в лучах солнца.

Ира лишь смеялась – заливисто и искренне. Она сама отделалась легко: слегка намокшая рубаха прилипла к плоскому животу с чётким очертанием пресса. Да капли воды скатывались по обнажённым ключицам, исчезая в вырезе рубахи.

– Сами виноваты! Нечего ворон считать!

Она откинула голову назад, явно наслаждаясь своим поступком.

У меня от разыгравшейся сцены перехватило дыхание. Я почувствовал, как по телу медленно распространяется волна тепла – и вовсе не от солнца.

– Хаос… – произнёс я чуть охрипшим голосом.

Вот только ни Весна, ни Сольвейг не были готовы признать своё поражение.

– Ну держись! – выпалила Весна

Она поднялась на ноги и окатила Иру порцией брызг с ног до головы.

Сольвейг присоединилась – швырнула охапку воды в сторону сразу двух девушек. Раздался смех, крики и весёлый визг.

Сцена была почти нереальной – будто не было ни Зоны, ни Родов, ни сражений. Только солнце, смех и вода. Девушки заливали друг друга водой с таким усердием, что вскоре все трое промокли до нитки. Они вроде бы пришли отдохнуть и расслабиться, но рисковали такими темпами превратиться в утопленниц.

Я скинул с себя куртку и ботинки. Как командир, я нёс за них ответственность – за жизнь, здоровье и безопасность. Именно поэтому, и только поэтому, я лихо влетел в воду к трём смеющимся мокрым красоткам.

Глава 17

После купания тишина в парке стала какой-то особенно звенящей. Солнце уже клонилось к горизонту, освещая верхушки деревьев мягким янтарным светом. Три девушки, промокших до нитки и слегка смущённых собственной игривостью, уже выбрались из воды.

Сольвейг отжимала подол платья, которое прилипло к её ногам и бёдрам, будто вторая кожа. Ира откидывала с лица мокрые пряди – она закатала штаны ещё до заплыва, поэтому ей было немного полегче, только рубашка промокла насквозь, хотя вода и стекала с одежды настоящим ручьём. Щёки у девушки немного порозовели – то ли от активности, то ли от понимания, что она и заварила всю эту кашу.

Весна единственная легко улыбалась. Её глаза озорно блестели, даже несмотря на мокрую робу.

– На что смотришь? – прошептала она одними губами, поправляя на плечах намокший капюшон.

Я только улыбнулся и покачал головой. Знала бы она, чего мне стоило держать себя в руках – от меня разве что пар не шёл.

Я провёл ладонью в воздухе. Над ней медленно вспыхнула едва заметная рябь – мягкое заклинание воздуха.

– Подразнили меня, – усмехнулся я. – Вот теперь не дёргайтесь.

– Ах, – картинно вздохнула Весна. – Нам угрожают.

Ира лишь шмыгнула носом. Сольвейг встала чуть боком, приподняв подбородок и следя за тем, что я колдую.

Я провёл рукой перед собой, целясь в Весну. Провёл от ступней до плеч. Потоки тёплого воздуха закружились, подхватывая капли с одежды и кожи, превращая их в лёгкую дымку. На Весне я не остановился – она просто стояла ближе ко мне. То же самое сделал и с Ирой, и с Сольвейг.

Платья и рубашки затрепетали от движения ветра, а затем по ткани пробежал короткий, еле заметный импульс. Вместе с воздушной магией я использовал огненную – самую капельку, дозированно и предельно точно. Получилось не пламя, а скорее сухой ветер с подогревом.

Влага испарялась почти мгновенно. Из-под закатанных штанин Иры поднялся лёгкий пар, и она ещё пуще раскраснелась. Сольвейг зажмурилась, как кошка, наслаждаясь тёплыми потоками воздуха. Весна, почувствовав, как её чёрная роба становится сухой, хмыкнула.

– Такому заклинанию ты меня не учил.

– Услуга платная, – подмигнул ей я.

– На такую магию можно и раскошелиться.

Весна улыбнулась, поправляя полы одежды.

– Тогда в следующий раз, – выпалила Сольвиг, – я первая.

Ира с Весной тут же посмотрели на неё с интересом.

– Ну а что? – мотнула головой Соль.

– Да ничего, – ответил я. – Первая так первая.

Поток магии плавно угас. В воздухе всё ещё остался лёгкий озоновый запах. Сам я себя в порядок привёл моментально – одной короткой, но мощной волной горячего пара.

– Я видел по пути чайную, – проговорил я, когда все оделись и собрались. – Давайте зайдём.

Моё предложение было встречено энтузиазмом и радостью. Всё-таки, несмотря на магическую сушку, горячий чай девчонкам явно не помешал бы.

– Первая, – хмыкнул я, глядя на Сольвейг. – Ты сапоги-то не забудь.

Она стояла в траве и с удовольствием смотрела на заходящее солнце. Нам уже пора было идти, потому как становилось прохладно, но Соль начала свой шаг, перебирая босыми ногами, совершенно забыв про свою обувь. После моего напоминания она огляделась по сторонам, нашла сапоги и быстро обулась.

Когда мы выходили из парка, на скамейках стало уже намного меньше людей. Всё-таки на город медленно наступала ночь, а это значило, что все расходились по домам.

Небольшая чайная на углу улицы, возле парка, оказалась очень уютной. Она занимала первый этаж трёхэтажного здания. Внутри пахло древесной смолой, засахаренными фруктами и смесью чая с травами. Потолок был невысоким, а стены были обиты деревянными панелями. Мы устроились в дальнем углу у широкого окна, выходящего на улочку и парк.

Весна села напротив, завернувшись в робу и молча глядя на огонь в едва потрескивающем камине. Ира сняла кожаную куртку и подсела ближе ко мне, облокотившись на резной столик. Сольвейг устроилась на мягкой кушетке. Тёплый янтарный свет ламп внутри словно поглощал последние лучи солнца и немного размывал фигуру девушки, придавая ей мягкий магический ореол.

Я заказал два чайника – один с молочным чаем, другой с ягодным. Вскоре нам принесли фарфоровую посуду, в которую разлили горячий, пышущий паром чай.

По всему телу разошлось приятное тепло, наполняющее спокойствием.

– Не думала, что обычный вечер в парке может быть таким… – произнесла Сольвиг, на мгновение задумавшись. – Насыщенным.

– Даже без чудовищ, – подметила Ира.

– Особенно без чудовищ, – хмыкнула Весна. – Хотя мне всё время казалось, что кто-то за нами следит.

Три пары глаз уткнулись в меня. Если бы они видели себя со стороны, то не удивлялись бы, что за ними наблюдают. Скорее уж оторвать взгляд было невозможно.

– Город большой, – невозмутимо ответил я. – Столица.

На мою фразу девушки заулыбались.

– Здесь даже если следят, делают это вежливо.

– Ну-ну, – хитро произнесла Весна.

Горячий чай и неспешные разговоры ни о чём постепенно убаюкивали, пока за окнами город медленно укрывался одеялом ночи. Зажглись фонари, слышался глухой, но заметный гул городской жизни. Улицы становились тише, но не опустели. Беловежск не замирал и не спал даже ночью.

Мы покинули чайную уже ближе к полуночи. Шли назад медленно, пешком, не торопясь шагая по мостовой. Вновь проходили мимо уже знакомых лавок и магазинчиков. Из торгового квартала к нам тянулся пёстрый шлейф из разнообразных запахов: пряные травы, копчёная рыба, сладкое тесто и жареные орехи. И не мудрено – ведь большинство магазинчиков уже закрылось, но несколько палаток всё ещё вовсю торговали, даже несмотря на поздний час.

Девушки тихо перешёптывались и улыбались. После озера и чайной они с интересом поглядывали на палатки с угощениями.

– Погодите, – сказал я, подняв руку. – Нам сюда.

Я повёл девушек за собой и остановился у палатки, где работал пожилой мужчина лет шестидесяти пяти в запыленном кафтане с протёртым воротом.

– У нас мало что осталось, – сразу предупредил он. – Но если возьмёте несколько угощений с собой, сделаю скидку.

Я от его предложения отказываться не собирался. Аромат корицы, сдобы и чего-то тёплого, словно домашней кухни, заставил живот заурчать, даже несмотря на то, что мы только что чаёвничали.

– Говори тогда, что осталось, – коротко произнёс я и достал пару серебрушек.

– Булочки с маком, пышки с мёдом, две яблочные ватрушки в сиропе, а ещё пастила из черёмухи.

Мужик заглянул под прилавок, закопошился.

– О! Ещё есть пряники есть с малиновой пудрой.

– Берём.

– А-а-а… – протянул мужичок. – Что из этого?

Я взглянул на девушек и достал из кошелька несколько рублей.

– Всё, что есть, заворачивай.

В итоге в пути обратно девушки с удовольствием ели разные угощения. Оказалось, что в палатке осталась ещё и карамелизованная вишня. Именно ей с удовольствием похрустывала Весна, вдыхая ягодный запах и периодически закрывая глаза от удовольствия. Я внимательно поглядывал, чтобы она от наслаждения не споткнулась и не растянулась на набережной.

Ира жевала ещё тёплую ватрушку, смело откусывая мягкое тесто с яблочным вареньем. Она периодически чуть ли не рычала от удовольствия. Сольвейг ела пастилу из черёмухи и чуть ли не подпрыгивала на ходу, отчего подол её платья свободно развевался.

Ира немного замедлилась.

– Зря ты это сделал, – пробормотала она, вытирая уголок рта. – Теперь придётся покупать нам сладости каждый раз.

– Значит, будет у нас с вами такой сладкий обряд, – ухмыльнулся я. – Ритуал перед присягой.

– Ритуал со вкусом детства, – ответила Сольвейг

Она замедлила шаг и грустно улыбнулась.

– Сладкоежки, вы хоть детям пару гостинцев оставьте, – тут же сменил тему я. – А то останутся им одни сахарные крошки.

Мы вернулись к арендованным домам, когда на небе уже вовсю сияла полная луна. В домах светилось лишь несколько окон – похоже, что большинство жильцов уже легло спать. Лишь у ограды стоял Аскольд в плаще на плечах и с сухой травинкой в зубах. Он переводил взгляд с довольных девушек на меня, а потом снова на них.

– Давай завтра, – выдохнул я.

На что Аскольд лишь кивнул, пожал плечами и удалился к своему дому.

Я же распахнул дубовую дверь, пропуская девушек вперёд. Сольвейг с Ирой тихо переговариваясь, удалились – как я подозревал, на кухню, отнести оставшиеся сладости. Весна задержалась на секунду у порога. Она положила ладони мне на грудь и заглянула мне прямо в глаза.

– Ведь было неплохо… – то ли утвердительно, то ли вопросительно проговорила она.

– Пожалуй.

Весна поднялась на носочки и быстро чмокнула меня в губы, а затем засеменила в дом.

Я ненадолго задержался на крыльце.

Почти все ближники спали, как и Беловежск. Завтра снова начинались дела. Завтра нужно было вновь принимать решения. Но сегодня… Сегодня был славный вечер. Спокойная ночь. Тихая. Тёплая. Почти домашняя.

Я закрыл за собой дверь и отправился к себе в главную спальню. Эту ночь я проспал как младенец.

Следующие несколько дней пролетели незаметно. Почти всё время занимала подготовка: костюм, этикет, последние новости, разведка тут и там.

Утром в назначенный день внизу, в гостином зале, меня уже ждали Аскольд с Ромой и Весна. Я спустился по лестнице вниз, и меня встретил уважительный кивок от Аскольда.

Он с интересом разглядывал мой камзол. Я сегодня оделся в чёрный цвет с тонкими, едва заметными золотыми оттенками. Вышивка была аккуратной и зачарованной.

– Меня на этот раз не позвали, – сказала Весна.

– Ха, – усмехнулся я. – Мне и прошлого раза в Выкречи хватило.

На поясе у меня висела сабля. Всё-таки негоже было главе отряда расхаживать по городу без оружия. Посох был крупноват. Конечно, саблю придётся сдать, с ней не пустят. Но иметь с собой клинок – это всё-таки традиция. Да и Клинков я или нет, в конце концов?

– Ты прям как будто не на аудиенцию, – пробормотал Рома. – Воевать что ли собрался?

– С князем-то? Ни за что.

До уровня Архимага мне было ещё расти и расти. Да и мне князь нужен союзником или деловым партнёром, но уж никак не соперником или врагом.

– Пригласительное письмо взял? – спросила Весна.

Она поднялась с места, подошла ко мне и принялась быстрыми движениями поправлять камзол, расправляя складки. Затем поправила пару моих прядей в причёске.

– Волнуешься? – улыбнулся я.

На что девушка лишь прищурилась.

– Странно, что ты нет.

– Вот-вот, – поддакнул Аскольд. – Я бы и с Магистром постарался бы по возможности не сталкиваться, а уж с Архимагом и тем более. Они все себе на уме.

Я промолчал. Это было правдой. Подняться до уровня Архимага – это настоящий труд и долгий путь, который обязательно оставляет след. Магический, ментальный, физический или все сразу.

В первый раз, по крайней мере.

Весна сделала шаг назад и удовлетворённо осмотрела меня с ног до головы.

– Готов, – тихонько выдохнула она.

– Кто же ещё будет готов, как не командир, – бодро подхватил Аскольд.

– Ну, присядем на дорожку, – сказал Рома.

Я спорить не стал и сел. Весна присела рядом. Она перебирала пальцами края робы. Я накрыл её ладонь своей и легонько сжал. Она благодарно посмотрела на меня и едва слышно вздохнула.

Немного посидели в полном молчании, а затем я поднялся.

– Пора.

– Давай, командир, не подведи, – сказал мне Аскольд напоследок.

Я кивнул и вышел из дома.

Нагружать всех остальных и заставлять их собираться и провожать меня на аудиенцию я не хотел, поэтому выходил заранее, чтобы заодно пройтись по городу и осмотреться в верхних кварталах, где располагался дворец князя.

Конечно, День Памяти и присяга были важны, но сегодняшний день по-настоящему определял не только моё будущее, но и всего нашего дела. Я был уверен, что приёмы у князя шли сейчас плотно в самом преддверии праздника, но это было не главным. Я точно знал, что у властителя Беловежска и Южноуральска будут вопросы, на которые мне однозначно нужно будет отвечать.

Я двинулся по улице, нырнув в городскую суету. Беловежск жил в предвкушении торжества. В отличие от вечеров и ночей, днём по улицам тянулись настоящие процессии.

Продавцы торговали чем только могли, вглубь двигались вереницы караванов, родовых отрядов и магов. На всех углах слышались разговоры: кто же станет новым аристократом, кого приблизят к княжескому двору, а кого, возможно, признают недостойным.

И честной люд, мещане, купцы и даже дворяне не зря поговаривали о решении князя. Да, нас должны были принять как Род в Южноуральске. Вот только приглашение не гарантировало финального решения.

Архимаг – это не просто ранг, магия и титул. Это отметка о том, что человек превратился во что-то очень могущественное. Заклинание Магистра, показанное родом Железных, по сравнению с силой Архимага – это детская игра. Нет, конечно, неопытного, молодого по меркам мага, Архимага несколько Магистров вполне могли сдержать. По крайней мере на бумаге. Но тем не менее – это иной уровень магии, а главное, мышления.

Я шёл по каменной мостовой, ведущей к верхнему кварталу – той самой части столицы, куда не пускали без звания или особого пропуска. У ворот меня встретила стража. Они окинули меня холодным взглядом, но когда я показал пропуск и письмо, то взгляд сменился на уважительный.

Один из гвардейцев надел амулет распознавания, использовал заклинание и начал проверять списки. Миг – и широкие створки с глухим звуком распахнулись.

– Проходите.

Удивительно, но верхний квартал встречал меня тишиной. Здесь не было слышно того рыночного гама, который раздавался внизу. Мои шаги разлетались гулким эхом по выложенной камнем дороге.

Дома были повыше, крыши круче, а окна блестели ставнями из зачарованного стекла. Особняки были отделены оградами и заклинаниями, скрывающими то, что происходило внутри. Вполне возможно, что сейчас на меня из-под Полога или Завесы смотрели любопытные глаза, но почувствовать это было сложно.

У некоторых ворот я замечал каменные изваяния – громадные статуи различных зверей и магические печати. Каждый защищал свой дом как мог. Воздух дрожал от плотности маны, что висела здесь постоянной вуалью.

Я поднялся по аллее вверх, туда, где виднелась громада княжеского дворца. Он не был вычурным – наоборот, стены были из светлого камня, простые, без росписей. Над ними возвышались купола и башенки с острыми шпилями. И в этой простоте было что-то властное и величественное.

Я и сам пришёл на аудиенцию один, без сопровождения, золотых карет и прочей мишуры. Деревья вдоль аллеи бросали тень, не пропуская солнечные лучи вниз. На нескольких скамейках даже сидели люди, но им было абсолютно плевать как на меня, так и на происходящее вокруг. Они были заняты собой и своими делами.

Проехала повозка с десятком всадников с родовыми знаками.

На подступах к дворцу меня остановили один раз, а затем второй. Но каждый раз я отвечал одно и то же:

– Максим Клинков. На аудиенцию к князю. Без сопровождения.

И на одном из постов магов меня наконец-то встретил жрец в простой серой робе без узоров – мужчина лет пятидесяти и, судя по всему, крепкий Мастер. Он повёл меня не к главному входу, а вдоль белой стены, пока наконец мы не пришли к боковому входу. Передо мной открылась тонкая, светлая, почти незаметная на фоне каменной стены дверь. Жрец кивнул и повёл меня внутрь.

В княжеской резиденции было вовсе не торжественно, как могло бы показаться на фоне приближающегося праздника. Наоборот – было спокойно, даже тихо. Каменные стены, высокие арочные окна, тёплый свет фонарей – всё в коридорах и помещениях настраивало не на восхищение, а на серьёзность и сосредоточенность. Стены тут и там были украшены гобеленами с изображениями битв и ритуалов, а в воздухе пахло не только деревом, но и ментальной магией.

Жрец провёл меня по нескольким лестницам, сквозь несколько залов и кабинет, и наконец привёл меня к арке – створкам дверей. Везде во дворце присутствовала стража с княжеским гербом, из высокоранговых магов и воинов. Вот и здесь перед дверьми стоял целый отряд стражи.

– Удачи вам, – спокойно произнёс жрец.

Его голос был глубоким и сильным.

Я взглянул на тяжёлые двери, ведущие в приёмный зал. Там сегодня я получу ответ. Ответ, за которым шёл больше года. И оставлять решение удаче я не собирался.

– Она мне не понадобится, – спокойно произнёс я.

Словно вторя моим словам, ворота передо мной распахнулись, и я вошёл в приёмный зал.