Текст книги ""Фантастика 2024-176". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Арлен Аир

Соавторы: Анатолий Матвиенко,Алена Канощенкова,Лев Котляров,Валерий Листратов,Алёна Селютина,Сергей Котов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 348 страниц)

И тут я понимаю, кого мне этот товарищ напоминает. Сумасшедшего профессора. Вот один в один. Но скорость его щитов завораживает.

– Я Михаил Евгеньевич. Ректор данного дурдома. – а ректор-то с чувством юмора. – В общем, если согласитесь, я цену за обучение снижу вдвое если вы по оплате. Если по контракту, то вдвое же повышу стипендию.

– Какие риски несет… – начинает Степан.

– Я согласен. – говорю. Степа оборачивается. Я едва заметно киваю.

– Вот и чудненько. – замечает ректор. – приходите…

– Да уже сегодня, – профессор что-то прикидывает, – часа через четыре. У меня закончатся занятия, и понадобится Ваш потенциал лаборанта.

– Ну вот. Часа через четыре. У завхоза спросите про размещение в общежитии. Столовая местная. Очень неплохая. Узнаете там же. Оплату внесете сразу за два года. Допуск к материалам получите у куратора. Ну вроде все. А, если заканчиваете Гимназию раньше, на сумму оставшихся денежных средств получите вексель Имперского банка. Теперь точно все.

Выходим из основного здания гимназии на улицу.

– Ты почему согласился? – спрашивает Степан. – Мутный какой-то профессор.

– Не то слово. – говорю. – Но считай это предчувствием.

Мимо пробегает стайка девчонок.

– Фила себе нового лаборанта нашел, слышали? – говорит одна.

– Ну конечно, прежний-то быстро кончился. – хихикает другая.

– Ладно вам, сороки. Зато лютовать на лабах минимум пару месяцев не будет. Пока новый в больничку не загремит. Ой!

Девчонки почти влетают в нас со Степаном. Но замечают и легко убегают, смеясь.

Мы переглядываемся.

– Мне, кажется, или это они обо мне? – улыбаюсь.

Глава 12

– Домой? Или к завхозу? – Степа немного не в своей тарелке.

– К завхозу. Нам сегодня надо все закончить, что бы не рисковать попусту. – Я немного мнусь. – Стёп, мне будет тебя не хватать.

Степан улыбается.

– Ну не насовсем же, я обычно раз в сезон приезжаю в город. Ну дождусь подсылов, повожу их по тайге. Впервой что-ли. – смущается егерь. – Ладно, пойдем, племянник.

Завхозом у магов оказывается почти брат-близнец трактирщика на площади. Такой же крепкий и лысый дядька. Только в отличие от того, этот вот совсем не добродушен. Я смотрю на него другим зрением, и понимаю, что он тоже маг, и не слабый.

– Степан, ты какими судьбами? – внезапно удивляется этот дядька.

– Оппа, Жженый. Так не бывает, ты ж сгинул на перевале! – Степан замирает. – Не может быть.

– Может. Меня дня три как сюда перекинули. У этих шкетов завхоз пропал. И, похоже, с концами. А на складе шаром покати, вынес все, скотина. – Маг начинает заводиться. И сразу становится понятно, откуда кличка. Стол, на который он опирается, потянул дымком.

– Ммать, – одергивает руки. – Теперь я понимаю, почему послали именно меня. Степ, я под Смоленском пятый год курсантов гоняю. Что у вас тут творится, что нужно боевую звезду направлять? И кто это с тобой?

– Племяш мой. На довольствие у тебя встает. – егерь задумывается. – я так понимаю, что про Валю ты тоже не в курсе?

– Этот жук тоже здесь? Отлично. Семеро против скольких? – Завхоз сразу включает в свой расклад и Степу и Валентина.

– Так, ты еще здесь? – он обращается ко мне. – Вот твой допуск. Располагайся в общаге. Пока ничего нет, грузовой дирижабль только послезавтра.

Я получаю плоский амулет доступа.

– Общежитие не нужно. Но вот доступ в библиотеку необходим. – говорю.

– Забирай. Этого добра у меня много. К учебной части доступ бесплатен, к остальной… А, ладно, тоже. – успокаивается маг и перенастраивает амулет, – деньги, я так понимаю, Степан внесет?

Степа кивает.

– Ну вот и ладненько. Тогда эту лавочку я закрываю. Все. Пошли к Вале. А то следаки никакой информацией не делятся. – это он уже Степе. – так, курсант, ты еще здесь?!

– Притушись, он гимназист еще. – Степе даже стало неловко, – да и племяш мой.

– Племяша будем в два раза больше гонять. Потом спасибо скажет. Дополнительные занятия со мной, понял? – я киваю магу. – Но про гимназиста ты это правильно. Ладно. Библиотека твоя в левом крыле. Минус первый и первый этажи. Давай гимназист, увидимся еще.

Степа кивает.

– Завтра с утра загляну к тебе, нормально? – егерь вопросительно смотрит.

– Он у тебя отдельно живет? Молодец шкет, так и надо! – с одобрением похохатывает завхоз.

– Да, конечно. Буду ждать. – я что-то реально устаю уже от мага. Но зато запах казармы вспоминается как родной.

Завхоз выходит из дверей склада. Дядьки обнимаются и быстро уходят в город.

Тишина поначалу оглушает.

– Какой колоритный товарищ. – раздается голос в голове. – Хорошо я не появлялся. Вот точно, такой что-нибудь да почуял бы.

– Дааа, – тяну. – Ладно. В библиотеку.

В библиотеке довольно пустовато. Да и мне нужны не учебные материалы пока. Я иду к барышне в возрасте, которая заведует этим хозяйством.

– Здравствуйте, я новенький, жил немного от страны в стороне. Мне бы подборку газет за пару месяцев, лучше центральных если есть.

– Ну здравствуй и ты. – с одобрением смотрит заведующая. – А доступ у тебя какой?

– Да, вот, полный. Завхоз обеспечил. – говорю.

– Хм. Надо же. А второкурсникам не дал. Точнее дал, но не за деньги. Предложил поработать на складе. Ну ладно, что это я. – одернула себя женщина. – твоя подборка вон на том стеллаже. Там за пять лет. Если нужно больше, то это из хранилища поднимать. Газеты не рвать. Увижу – доступ обнулю.

– Конечно, – киваю.

Оставляю амулет доступа и иду в зал.

Газеты довольно плотные. И стопка за месяц весит прилично. Так что больше двух стопок брать не стал. Не переломлюсь, поношу.

Так. Что мы имеем.

В Мире я примерно месяц, плюс-минус неделя. Прямо не верится. Как всю жизнь уже здесь.

Нападение на мою семью было в городском доме. Отец Гранд Империи. В семье двое детей. В общем, должно быть не сложно найти свою фамилию с такими вводными. Про нападение точно должны были писать.

С этими мыслями начинаю штудировать периодику.

По-началу дело идет плохо, спотыкаюсь о немного другое написание слов. Но довольно быстро привыкаю, и работать начинаю на автомате.

Так же на автомате делаю выписки с биржевых сводок о крупных повторяющихся операциях, такая страница здесь тоже присутствует. Правда, замечаю это, может, через час. Хмыкаю.

Забавно работает память. В том мире это было навыком, от которого слишком многое зависело. Здесь – интересной особенностью.

За первые два месяца, я ни в происшествиях, ни в столичной хронике не вижу ни полслова.

Для очистки совести дорабатываю год. Пусто. Как будто это всё не моя память. Но это вряд-ли. Из хроники становятся немного понятны столичные расклады.

Пока мне это не важно, но на будущее знать надо. Сторону Империи я занимаю сознательно, а вот личности стоит еще проверять. Собираю газеты, забираю записи. Возвращаю допуск и выхожу из библиотеки.

Немного разочарован. Иду сильно задумавшись, и налетаю на какого-то подростка постарше.

– Извините, – сторонюсь.

– Смотри, куда прешь, деревенщина, – рычит подросток, и зажигает на правой руке огонь.

Тело, видимо все еще под действием казарменного духа. На автомате пробиваю левой под дых, а правой вырубаю мажонка в челюсть.

Однако. Транс в движении мне противопоказан. Осматриваюсь, но никого, как назло, рядом нет.

Оттаскиваю парня под дерево. Проверяю пульс. Нормально.

Немного ослабляю ему сорочку, и сильно нажимаю на точку под носом.

Через десяток секунд парень начинает шевелиться. Ну вот и славно. До целителя, поди, сам доберется. А я, пожалуй, к профессору, в лабораторию.

Что-то я себя не узнаю. Вроде приступами агрессии не страдал никогда. Нужно тоже к целителю заскочить потом. Приглашал ведь.

Добираюсь до лаборатории минут через десять. И как раз застаю Айболита ругающимся с Сумасшедшим Профессором.

– Да он сам идиот! – почти кричит Проф. – Кто ему доктор, что он мокрыми руками холодильную банку с азотом потащил. И примёрз к ней.

– Я ему доктор! Я! Он выморозил у тебя все мышцы с костями на ладонях. Мне месяц теперь наращивать. И то я не уверен, что справлюсь. Студента теперь с ложечки кормят, так как ложку держать он не может. Твои дебильные эксперименты третьего студента за год ко мне отправляют!

– Дебильные! Возьми свои слова назад Оттович! – активно машет руками Профессор. – Благодаря именно моим «дебильным» экспериментам, Гимназия получила второй корпус от Императорского Рода. А если бы последний удался – нас бы еще и деньгами на исследования осыпали бы. Только вот этот кривосуй вмешался.

– Ладно, не дебильные. Но ты же можешь студентов хоть как-то готовить? – понемногу успокаивается целитель – их же учить вроде надо.

– Оттович, я и так наиболее понятливым предлагаю. Остальные только шарики свои пулять и могут. – тоже спокойнее говорит Проф. – Вроде последний поумнее будет, ну или более удачлив, не знаю, что важнее уж.

– Вот, кстати по поводу последнего. – уже окончательно спокойно говорит доктор. – Фила, я тебя как теоретика уважаю. Но если ты мне еще студента пожеванным, обмороженным или в любом другом некомплекте отправишь, то я тебе выставлю счет. И счет будет по твоей, столичной цене. Вот просто потому что.

Целитель оборачивается.

– Не говори, что ты на него теперь работаешь? – я киваю. – Господи, – закатывает глаза, – меня окружают идиоты.

Доктор почти успевает уйти.

– Алексей Оттович, у меня небольшая проблема с агрессией. Может взглянете? – останавливаю почти ушедшего целителя.

Целитель прислоняет очки к глазам и походя бросает диагностику.

– У Вас Кирилл, разбалансировка гормонального фона. Пройдет через неделю. При взрослении такое бывает. А тебя Фила, – кричит мимо меня, – я предупредил!

И быстрым шагом уходит из лаборатории.

Я оборачиваюсь. Профессор самым бестактным образом ржет.

– Анатолий Филафеевич, я к Вам. – говорю.

– Да, называй Филой, что уж там. Все зовут, даже гимназисты за глаза. Думают, что я не знаю. – профессор внимательно смотрит на меня. – Значит так. Что с предыдущим лаборантом, надеюсь догадался? Не испугался?

– Да, – говорю. – в больничке. Нет, нормально.

– Тогда так. Меня из столицы турнули полтора года как. Тот лаборант уже пятый. Статистика не очень, я понимаю, но большей частью они навернулись по-глупости. – Профессор машет рукой, приглашая за ним. – Смертельных случаев не было, и не будет, надеюсь. Но и нянькаться с тобой не буду.

Идем в пристройку на верхний этаж.

– В общем большую часть работ я провожу здесь. – Проф приглашает зайти в довольно небольшую лабораторию под крышей. – Догадываешься почему?

– Эээ, если ёбн…долбанёт, то отстраивать меньше? – говорю.

– А ты не безнадёжен, может и в правду не только удача. – тянет Фила. – так и есть. Твои предшественники начинали втирать о воздусях, близости к небу, солнцу, потоках. Хреноках. Потоки мы уже лет двести пятьдесят не видим. Выродились те, кто умел. Хоть очки успели создать, и то хлеб.

В общем, тебя я взял за холод. Мне таскать баллоны с первого под крышу вот совсем не улыбается, так что холод будешь делать прямо здесь. Как его усилить я покажу. Пока же. Вот доска. Выучить от и до. Тебе на это два дня.

Но это не все. Читать-писать умеешь?

– Да, обучен. – с интересом разглядываю доску. На ней всего пара простых чертежей и несколько формул.

«Я запомнил. Ерунда. Дома повторим» – Лис не дремлет.

– Это ты молодец. Рисовать умеешь? Вот например, – показывает первый чертеж. На нем рисунок, как фигура для формирования щита, только с вписанным внутрь кругом. – Можешь это повторить в уме, только без круга? Где-то в районе лба.

– Легко. – пожимаю плечами.

– Да? А идиоты снизу только на это месяц тратят. Хорошо, вот как ты чашку морозил, направь свой поток в линии этой фигуры мысленно. – профессор с интересом наблюдает.

Я еще раз пожимаю плечами и формирую щит холода.

– Да, не дурак, – качает головой Фила.

«А вот Лис не согласен!» – мысленно возражаю. Лис хихикает.

– Вот сейчас ты себе сэкономил минимум полтора месяца занятий. – профессор опять качает головой. – хорошо. Добавь в фигуру круг. Он должен касаться всех граней. И так же наполни Силой линии.

Убираю щит, и формирую заново. На этот раз формируется полусфера холода и раза в два больше, но расход Силы остается почти таким же.

– Приемлимо. – Проф немного удивлен. – Сделать вокруг плоской фигуры мысленно сферу, и все это наполнить сможешь?

Убираю сферу, делаю как он говорит. Вокруг меня возникает тонкая пленка щита холода.

– А вот это действительно хорошо. – Фила обходит вокруг. – Долго сможешь держать?

Я прислушиваюсь к себе. «Эй, ты только в Гимназию поступил, – напоминает Лис, – про ядро знать не должен».

– Не знаю, – пожимаю плечами. – вот тут в груди что-то чуть быстрее пульсировать стало.

– Это ядро. – профессор подходит к доске и дописывает что-то. – оно у всех магов есть. Чем больше ты Силы расходуешь, тем быстрее пульсирует. До неразличимости тактов не доводи. Перегоришь.

Вот это выучи тоже, хоть и не к спеху. Это даже важнее. Это моя разработка. Но без основы, поставленной на рефлексы работать не будет. Так что сначала щиты.

Про рефлексы слышал что-нибудь? Хотя откуда тебе, – машет рукой. – В Новгороде есть зверотехник известный. По-новому, химеролог, Павлов Иван Петрович. Так он лет пятнадцать назад собачек мучал. Хотел сделать из них что-то более полезное чем охранник.

А потом, лет через пять, теорию одну предложил для них же. Как обучать их проще. Но для людей теория тоже работает. Как повторениями ускорить действия.

Так вот, он советует жесты. Привыкаешь к определенным жестам вместе с формированием техники, и сможешь по жесту вешать щит, или пулять шариками своими. Это сильно ускоряет формирование техник. Для военных важно.

Но я считаю, что мысль еще быстрее. Сложность в том, что мысль должна быть точной и чистой. Чуть не та фигура, и результата не будет. Это когда разумом по частям формируешь конструкт, поправить всегда можно. А для рефлексов точность нужна. Чистота.

Чистоту разума сложно и долго нарабатывать. Но для мага, если он хочет добиться высот, она важнее всего.

Эти из Новгорода смеялись. Только вот прислушался только Граф. Ты мне его чем-то напоминаешь. – Проф вздыхает. – Ладно, что-то я заговорился. Сейчас один эксперимент, и тебе домой.

Он подзывает меня к обсидиановому кругу, на котором лежит металлический блин. Вся конструкция стоит на весах с противовесом и накрыта стеклянным колпаком.

– Вот сюда подаешь потоком холод, как во вторую чашку недавно. Если сможешь, я попрошу тебя усилить или уменьшить. Всё. Это безопасно, так что не сдерживайся, но и перегореть себе не позволяй.

Я подхожу к кругу и начинаю тонким потоком подавать Силу.

Проф надевает очки артефактора и следит за моими действиями.

– Больше, и сильнее. – Проф что-то вертит на весах.

Я увеличиваю поток.

– Теперь попробуй напор усилить, а поток сделать тоньше.

Делаю. Сейчас поток холода идет очень быстрой, но тонкой рекой в обсидиановое основание. Там хитро закручивается и заметно охлаждает блин металла.

– Еще сильнее! – повышает голос Профессор, так как конструкция начинает потрескивать. – давай как тогда, с первой чашкой!

Я обращаюсь к ядру и бахаю со всей дури.

– ААА!!! Ты видишь, ВИДИШЬ!? – орет Проф. – Он летит!

Над постаментом на пару сантиметров поднялся вращающийся диск металла.

Конструкция заметно холодит, и треск уже стоит безостановочный.

Диск раскручивается все быстрее, и в какой то момент его расхреначивает взрывом на кучу мелких ошметков.

Но Проф успевает поставить щит, и пережидает дождь из осколков. Меня прикрыть он не забывает, слава богам.

– Ты видел! – он с горящими глазами обращается ко мне. – Я был прав!

Профессор обращается глубоко в себя и начинает ходить из угла в угол.

Я помаленьку тоже охрениваю. Проф на коленке получил левитацию и сверхпроводимость, с помощью палок, стекла и гимназиста. И все это без теории физики позднего двадцатого века. Да Профессор чертов гений. Правда оценить это мало кто сможет.

– Так, ты иди домой тогда. Сегодня, – он оглядывает разбитое помещение, – тут делать нечего. Выучи, что написано… было на доске, – запинается. Кусок с частью написанного повис на стойке, а остальные же части размолотило в труху, – мда. И, наверное, послезавтра подходи так же. Подумаем, какие выводы можно сделать.

Я киваю. И под впечатлением иду домой.

Внизу ловлю извозчика и минут через десять уже дома.

Пока еду, опять загружаюсь поисками сестры. Вообще проблему можно, скорее всего, решить, побывав в крупных городах Империи. Я уверен, что память проснётся в знакомых местах. Да и деньги на это есть.

Но в сословном обществе, даже с моими документами, пока что передвижение довольно ограничено. Все-таки по закону я еще не дееспособен.

Поэтому нужно придумать откуда копать. Опять же знакомые Степы выглядят в этом смысле довольно привлекательно.

Тут я замечаю, что давно сижу за столом. И Анки с интересом смотрит на меня.

– Ты пришел? – улыбается, – или еще идешь?

Мда, косяк. Мало что бесит девушку так, как невнимание. Я прислушиваюсь к себе. Никакого сопротивления эта мысль во мне не вызывает. Анки стала близким мне человеком. Внутренне радуюсь, и решаюсь поделиться.

– Я почти ничего из своей жизни не помню, Анки. Но не так давно на мою семью произошло нападение. К сожалению, из родных точно могу найти сейчас только сестру. У меня были основания искать зацепки в гимназической библиотеке, во многом за этим туда стремился. Но там тишина, и я теперь не знаю с чего начинать новые поиски.

– Не хмурься, у твоей беды есть много решений. – Девушка садится ко мне на колени. – Можно попросить мою бабушку сделать путевик, если у тебя какая-нибудь вещь её есть. Или спросить у духов. Вот например, как то твой Спутник того же Медведя находит?

Глава 13

– Ты тоже гений! – я с восхищением смотрю на девушку.

– Хвали меня, хвали, – Анки улыбается. – Почему-то от тебя это слышать слаще, чем от других. А кто еще гений?

– А. Этот человек явно тебе не конкурент. – смеюсь. – Вот на моё время он планы имеет, но обойдется, тебе же я нужнее?

– Да, – Анки нежно проводит кончиками пальцев по моей скуле. – ты мне нужнее. И знаешь что, на твое время я уже имею планы. А к делам мы ведь можем вернуться попозже?

К делам я возвращаюсь сильно позже.

– Лимон пожуй или вон сушеной облепихи горсть. Они тебя в норму приведут. – ворчит чуть-чуть Лис.

– Ладно, не завидуй. У тебя все впереди. – говорю. – давай лучше про поиск подумаем. Действительно, как ты Медведя находил? А недавно, еще и Степана?

– Да в общем, не знаю. У Медведя магия такая с вкусным запахом, а Степана ты хорошо себе представлял. – говорит.

– Ага, представлял. – Я цепляюсь за слово. – Смотри, – вспоминаю образ Анки. Её запах, её эмоции, её движения. – Вот где она, можешь сказать?

– Легко, вот напрямую, метров двадцать. – понимает, что я делаю Лис.

– А вот, положим, Валентин. – я вспоминаю этого огромного дядьку, – на него настроится получается?

– Несколько сложнее, но я тоже его чувствую. – Лис в азарте даже принюхивается.

– Тогда усложняем. Ректора мы видели мельком, правда оба. Настроится на него сможешь?

– Да, и ректора мы найдем если что. Но с твоей сестрой будет сложнее. – говорит Лис. – ты ее только по воспоминаниям знаешь, а это вещь тонкая. Да и человек мог поменяться.

– Ну, не попробовав, не узнаем. – говорю. Закрываю глаза, и вспоминаю те моменты, когда я делал Насте бабочек, когда убегал с ней, когда прощались около призрака.

Я чувствую, как Лис замирает и принюхивается. Присутствую безмолвным наблюдателем, стараясь не вспугнуть.

Лис находит одну паутинку такого почти запаха среди очень и очень многих, потом другую. Но паутинок мало. Они убегают от Лиса, прячутся.

Я обращаюсь к ядру и начинаю вливать Силу в Напарника. Запахи становятся отчетливей, обретают резкость и глубину. Для меня даже появляются цвета.

И Спутник начинает подбирать эти паутинки, двигаясь в таком странном пространстве.

Напарник перемещается своим, звериным пониманием. Он ищет сестру, как выслеживал раньше добычу.

Ядро начинает пульсировать все быстрее. Я тяну энергию из накопителя. Это довольно хорошо помогает, но чего-то явно не хватает, Сила вырывается.

И тут чувствую прохладу рук Анки на плечах.

Ядро резко успокаивается, а поток становится ровным и плотным.

И Лис, как ждет этого, находит отчетливый след Насти. И, почти мгновенно, оказывается в незнакомой комнате.

На комнату смотрю как будто через старую линзу. В центре видно отлично, но по краям картинка размывается. Взгляд перемещается, и я вижу лицо девушки. Тут Лис вываливается из состояния.

– У нас получилось! – Напарник прыгает по комнате довольный.

Я тоже не скрываю улыбку. Мы смогли. И сделали.

Растекаюсь медузой по топчану. Сил нет никаких. Ядро бешено пульсирует, но, очевидно, ему далеко еще до предела.

– Я знала, что у тебя получится, – помогает мне устроится девушка. – Ты большой молодец. Вы вдвоем опять делаете то, что считается невозможным.

– Это как? – спрашиваю.

– А посмотри на своего Спутника, – улыбается Анки.

Лис просто бесится от радости. Я не понимаю, что с ним. До меня доносятся только отзвуки эмоций. И тут замечаю, что у этого белого паразита три хвоста.

Лис останавливается. И смотрит на меня.

– Кир, я бы хотел за основу принять твой слепок разума. – обращается он ко мне.

– Ну если это не сильно больно, то конечно. – говорю.

– Спасибо за жертву, но это вообще не больно, – ухмыляется Напарник. – я постепенно буду теперь строить свой разум, а твой возьму за основу. Понимаешь, для Духа обретение разума, это как переход даже не в другую лигу. Как Рождение. Теперь я есть. И это просто невероятно!

– Вот про то я и говорила. Вы что-то сделали, что Напарник твой сильно вырос. – говорит Анки, – Я его слышу. И, кстати, теперь могу его гладить.

– А что мы сделали? – говорю.

– Ну я же говорил, что ты не сильно сообразительный. – смеется Лис. Потом резко становится серьезным. – Лицо своей сестры вспомни.

Я задумываюсь, и понимаю, что Настя выросла. Девочке года на два больше, чем когда я ее отправлял из поместья. Теперь она почти девушка. Стала взрослее.

– Это как? Она вообще где, или в когда? – немного путаюсь.

– Да нет, – мысленно пожимает плечами Лис, – она в сейчас. Далековато только. В сторону заката. Отдохнем, и не без проблем, но сможем добраться теперь.

Хотя ты знаешь, когда мы пробирались к Насте, были какие-то другие варианты. Но пока проверять не будем, хорошо? Я только повзрослел, жаль терять себя.

– Не вопрос, я тоже рисковать без пользы не хочу. То есть, ты её теперь чувствуешь. Но все равно не понимаю, чего тогда мы совершили.

Анки сидит с ногами в кресле и хихикает, наблюдая за нами как в театре. Только попкорна ей в руки не хватает.

А, нет, берёт ягодки. Ну тоже дело.

– Кир, она выросла. Изменилась. Того человека, чей образ мы брали за основу почти нет, это же только твоя память, а не что-то вещественное, где остался ее след.

У нее другие интересы, другие реакции, да даже запах мыслей другой почти. И все равно мы ее нашли. Это невозможно так-то.

– Так. Тогда будем пробовать еще? – говорю.

– Нет, милый. Я тебя кормить буду. Отдохни теперь. – внезапно говорит Анки. – Ты невозможное уже сделал, что бы тут некоторые с хвостами не говорили. Работать и учиться завтра будешь. Сегодня отдых.

– Ну и ладно, хоть записи разберу. – улыбаюсь я. – Не хочу тебе сопротивляться. Ленивые пара часов ничего не решат.

Разбираю записи от профессора и довольно четко понимаю, что я такое уже делал. Да даже больше, я именно с этого и начинал сам, еще малышом. Мой щиток, который я ставлю почти на автомате – именно такая мысль-рефлекс. Это становится интересным. Рядом появляется Лис. Откладываю пока.

– Слушай, вопрос. – говорю, – Вот смотри, Настю мы теперь найдем. – Лис кивает. – а как мы общаться будем?

– Найти не сложно. Я даже сейчас её чувствую. – Напарник прислушивается к чему-то. – Мне добраться туда. Сил, ну как на большой щит, думаю, надо. Выслушать я ее тоже могу. Это всё вообще не вопрос. А вот меня услышать она вряд-ли сможет.

– Вот и я о том. Ты с третьим хвостом, случайно, возможности на Мир влиять не приобрел? – спрашиваю. – Перо взять и написать пару строк сможешь?

Лис прислушивается к себе. Втыкается взглядом в тарелку на столе. Сильно напрягается, так что даже шерсть встает дыбом.

И ничего не происходит.

– Ну я должен был попробовать. – оправдывается. – У тебя в памяти столько информации про телекинез, что я не мог не попытаться. Ну а вдруг.

– Мда. А иллюзии? Можно же звук, например, иллюзией сделать? – спрашиваю.

– Можно думаю, – мысленно пожимает плечами. – Вот только я не умею. Я умею сознательно только то, что умеешь ты. Теперь-то, может, и что-то выучить смогу, но пока так.

– Ладно. Тогда вот. Давай попробуем как с холодом тогда. Ты что-то делаешь, а я попробую уловить ощущение магии. – я ощущаю себя на пороге чего-то интересного. – вот смотри. Ты, когда мы были у Шамана, полосами полупрозрачными пошел. Сможешь так же?

– Вот так? – Лис начинает переливаться белыми и прозрачными полосами. Потом прозрачного становится больше и он почти полностью становится невидимым. Кроме головы. Которая еще и улыбается в сорок четыре зуба.

– Мне Чеширский кот понравился. – лыбится. – я когда твою память копирую, натыкаюсь на разное.

– Кино и немцы, – прикрываю глаза. – да, именно так. Только подожди пока. Давай по порядку. Чтобы я уловил изменения.

Лис встряхивается и появляется из ничего. Очень красиво.

Я закрываю глаза и тянусь к Напарнику. Тот опять запускает свой навык. А я открываюсь ощущениям. Держу это состояние и представляю золотой кружок над указательным пальцем. Замечаю, как из потока выделяется тоненькая ленточка, которая свертывается в кольцо. Мысленно окрашиваю в золотой. И открываю глаза в своем теле.

Над указательным пальцем крутится именно то колечко, которое я себе представлял. Начинаю из этой ленточки лепить другие буквы алфавита, кроме О. И минут за пять пробегаюсь по всем.

Со словами сложнее. Обнаруживаю, что могу удержать только шесть букв. Седьмая заставляет исчезнуть все написанное.

– Вот. Этим я смогу написать. – говорю.

Состояние, как грузовик разгрузил. Непонятно почему. Ядро пульсирует спокойно, но общее состояние очень тяжелое. Видимо иллюзии нагружают не столько Силу, сколько Разум. Ну и ладно. Все завтра.

На утро ждем Степана. Тот появляется довольно рано. И я снова чувствую его, только теперь чуть дальше. Кажется, сфера внимания увеличивается понемногу.

– Привет племянник! – довольный, заходит в дом. – Как твой Профессор? Слышал, Вы вчера полгимназии разнесли?

– Степан, врут твои источники. Ничего не полгимназии. Комнату, и даже не полностью. Но было весело. Проф реально гений, только убьется ведь когда-нибудь.

– Это ладно, – посерьезнел, – главное, что ты не пострадал. Ты поаккуратнее с ним. Он людей не жалеет совсем.

– Да, я уже понял. Только никто не замечает, что себя он не жалеет тоже, – говорю. – Я вот вчера посмотрел, он вообще не про жалость или безопасность. И теперь вообще не понимаю, как он дожил до своих седин.

– Ну, тебе виднее, конечно. Ладно. Готов к тренировке?

– Какой? Прости, мы вроде с тобой не собирались ничего делать, – задумываюсь.

– Не, не. С Жженым. Эээ, так-то он Матвей, кажется, Ольгович. Мы еще в учебке с его отчества ухохатывались, – вспоминает Степан, – а он, когда узнавал про это, уже ухохатывался с нас. Он у нас с Валентином куратором был. А потом и приданным начальством. Маг всё-же.

– Хм. Я так понимаю, готовым к этому быть нельзя? – уже начинаю догадываться.

– Правильно понимаешь. Пойдем.

Отличная погода склоняет нас к прогулке пешком. И до гимназии добираемся через полчаса.

– Вот привел тебе курсанта. – приветствует Матвея егерь. – только все-таки помни, что он гимназист. И да, он забыл про тренировку.

– Доброе утро, – здороваюсь с завхозом, – не думал, что вот прям так сразу.

– Ну, а чего тянуть-то, курсант. Я тут ненадолго, думаю еще неделю-две, – прикидывает что-то маг. – но кое-что мы с тобой успеть сможем. Ты знаком с концепцией, что лучший щит для мага, если он один, это его ноги?

– Нет. – говорю, – но ведь…

– Не, концепция эта не одна, понятное дело, – перебивает, – но для заготовки подойдет. Бегом вокруг гимназии кругов пять для начала. – тихо говорит завхоз.

– Что? – переспрашиваю я.

– БЕГОМ! – орет этот нехороший человек. И шибает меня небольшой молнией.

Ноги сами подрываются и я бегу вокруг корпусов гимназии.

Первый круг дается легко. А на втором рисуются проблемы.

– Эй, я узнал тебя! – кричит давешний подросток. И бежит ко мне. – А ну стой, и прими вызов, как мужчина!

Нашел дурака. Если я остановлюсь, то мне, походу, не только молнией прилетит от завхоза. Я бывал в казарме, я знаю. «Тебе нужно, ты и догоняй», – думаю.

Бегу дальше. Подросток чего-то сзади орет, и начинает нагонять. Я даже не сбиваю темп.

Внезапно сбоку доносится.

– О, нашел себе приятелей? Это правильно. Одному бегать скучно. – глумится маг. – Так, вы трое, тоже в строй.

– Вон тот на Андрона, а мы поддержать… – доносится до меня.

– Кто чего не понял?! – раздаются звуки разрядов. – БЫСТРО В СТРОЙ!

Бежим уже вчетвером. Я, за мной обиженка, за ним двое крепких парней.

Я внутренне ржу, и это помогает держать ровный темп, просто-таки дыхание открывается.

Полкруга обиженка пытается что-то говорить, но небольшие молнии завхоза обрывают этот порыв раз за разом.

С каждым кругом, количество бегущих подростков увеличивается. Завхоз на круг направляет всех учеников, кто к своему несчастью, умудрился появиться на пути нашего стада. А что бы никуда не расходились, маг легко бежит рядом и успевает подгонять отстающих маленькими молниями.

Видно, что этот человек соскучился по любимой работе и сейчас на своем месте.

Круге на третьем, из дверей гимназии выбегает ректор, сопровождаемый девушкой со старшего курса.

Когда же толпа пробегает рядом, ректор с одобрением кивает завхозу. Потом с умилением смотрит на студентов.

«Угу, – думаю, – он, наверное, давно мечтал о чем-то этаком».

До конца четвертого круга доходят не все. Я еще слышу указания не расходиться и сползаться к площадке перед входом, но обращать на это внимание уже сложновато.

На пятый мы выходим всего вчетвером. Я, обиженный парень, один из его гардов и, неожиданно, худой подросток, что нам дорогу показывал.

– Кто придет первый, сможет безнаказанно попинать остальных троих. – объявляет новые правила завхоз.

Это мотивирует не только меня. И в нашем неожиданном соревновании в конце пятого круга лидирует худой мелкий парень.

Мы стоим и пытаемся отдышаться, когда сзади опять возникает завхоз.

– Итак, победителем у нас вот этот щегол. – говорит. – Бей. – и показывает на гарда.