Текст книги ""Фантастика 2024-176". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Арлен Аир

Соавторы: Анатолий Матвиенко,Алена Канощенкова,Лев Котляров,Валерий Листратов,Алёна Селютина,Сергей Котов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 272 (всего у книги 348 страниц)

Глава 25

Вопреки обыкновению в кабинете отца в Нави в этот раз отчего-то было темно, сыро и холодно. И когда Злата выдохнула, изо рта вырвалось облачко пара. Оно повисело в воздухе, дрогнуло и растаяло. Злата повернулась к камину, но топка, обычно озаренная жарким пламенем, сейчас чернела остывшим нутром.

Она подняла взгляд выше.

Над камином, где всю ее жизнь висел портрет матери, ныне зиял провал, очерченный прямоугольником рамы.

Злата порывисто выдохнула, заозиралась и обнаружила, что на всем вокруг – и на каминной полке, и на обоих столах, и на кресле – лежит толстый слой пыли. Она сглотнула и отступила к двери. Еще раз огляделась: вдруг показалось?.. А потом, подстегнутая непонятно откуда взявшимся страхом, выбежала из кабинета и плотно закрыла за собой дверь. Сбежала вниз по винтовой лестнице, нажала на выступ в стене, открывая потайной ход в тронный зал, и выскочила наружу.

Звук ее шагов разнесся по зале и эхом отразился от стен и высокого потолка. А здесь вроде бы ничего не изменилось. Разве что было сумрачнее, чем обычно. И слишком тихо. Ее мир не спешил спеть ей свою колыбельную. Почему?

Собственное дыхание оглушало. Злата снова обвела взглядом залу и только теперь заметила, что трон не пустует. Высокая спинка скрывала того, кто сидел на нем, но ведь варианта было всего два.

– Папа, – отчего-то шепотом позвала Злата.

Человек на троне не шевельнулся.

– Дём? – одними губами произнесла она.

И в этот раз сидевший ее услышал. Встал. Повернулся. Это был не папа и не Демьян. Незнакомый мужчина улыбнулся безумно и протянул к ней руки.

Злата не сдержалась и закричала. И в этот миг мир за пределами замка тоже наконец нарушил свое молчание и, вторя ей, издал отчаянный, пронзительный вопль. Он ударил по ушам, сбил с ног, отозвался в каждой клетке тела. Злата упала на колени и сжала голову руками, закрывая уши, но это не помогло, словно рев рождался не только за стенами замка, но и в ней самой. А в это время тот, кто встал с трона, сделал к ней шаг. Злата воззвала к силам, чтобы ударить. Но те не откликнулись. А ор вокруг нарастал. Мужчина был уже совсем близко. Она попробовала еще раз, и снова – ничего. Чувствуя, как подступает паника, собралась в последний раз, рванулась и…

…проснулась.

Подскочила, судорожно огляделась, ощупала то первое, на что наткнулась ладонь.

Выдохнула.

Она была в своей постели, у себя в комнате, дома. Одна и в безопасности. Ее спальня тонула в темноте, но лишь потому, что сейчас была ночь. И ничто не нарушало ее тишины.

Злата упала на постель. Какое-то время лежала, таращась в темноту и хватая ртом воздух, потом вытерла ладонью лицо – оно было мокрым от слез, – снова села. И помедлила мгновение, прежде чем махнуть рукой и зажечь свечи на тумбочке у кровати. Показалось, что может не получиться. Но огоньки послушно заалели на кончиках фитилей, осветив пространство вокруг.

Сон. Просто сон.

Но слишком реальный, он всё еще стоял перед глазами, и Злата до сих пор слышала страшный крик, собравший в себя сотни голосов. Сердце колотилось о ребра, не желая успокаиваться. Злата старалась дышать ровнее, но выходило плохо. Осознав всю тщетность своих попыток, она поднялась с кровати и принялась ходить по комнате.

Она – ведьма. А ведьмам порой снятся вещие сны. Навь хотела ей о чем-то сообщить? Злата предпочла бы сделать вид, что ничего не поняла, но, кажется, всё было сказано более чем прямо. Бежать к папе прямо сейчас? Разбудить его посреди ночи и заявить, что на их трон кто-то посягает?

Нет. Глупость. Да и потом, даже если сон вещий, время наверняка еще есть.

А с другой стороны, что она так всполошилась? Да, ведьмам снятся вещие сны, но и просто кошмары тоже порой снятся, а она переволновалась из-за зачетной недели, которую как раз вчера закрыла, попыталась расслабиться, вот и получила ответ.

Да, так всё и есть.

И папе она обо всем обязательно расскажет, но с утра. Вот и всё.

Злата нашла телефон и оживила дисплей. Два часа ночи. Нужно спать. Она вернулась в постель. Подушка оказалась мокрой, Злата перевернула ее и наконец улеглась, но смелости закрыть глаза не хватило. А если она сейчас уснет, а оно снова…

Вновь села. Огоньки свечей то мелко подрагивали, то принимались тянуться вверх. Больше всего хотелось и правда пойти к родителям, забраться между ними и пролежать так до утра. Но взрослые двадцатилетние девочки так не делают. Взрослые девочки для таких целей заводят себе взрослых мальчиков.

А мальчик-то, кстати, есть. Удивится, конечно, но…

Яша сам сказал: нельзя смеяться над тем, кого любишь.

И, стараясь не думать о том, насколько всё это глупо, ведомая испугом, Злата потушила свечи, подошла к зеркалу и шагнула в него.

Из незашторенного окна лился мягкий белый свет, отраженный от снега в парке. Яша мирно спал в своей постели, лежа на животе и обнимая подушку. Злата тихонько приблизилась, разглядывая его. Ей показалось, что спал Яша так же сосредоточенно и обстоятельно, как делал вообще всё на свете. И если бы вопль неживых всё еще не звенел в ушах, то она, пожалуй, отказалась бы от своего плана, не стала ему мешать и вернулась домой, но их крик до сих пор отзывался в ней, и нужен был кто-то, чтобы заставить его замолчать, развеять. Кто-то рассудительный и в то же время готовый выслушать ее в два часа ночи. Кто-то, кто смог бы согреть ее и успокоить.

Злата помедлила еще немного, не решаясь, а потом всё же осторожно дотронулась до Яшиного плеча, так и не придумав, как будет объясняться. А можно как есть, не приукрашивая и не извиняясь? Можно?

– Яша…

Он подлетел мгновенно и выпрямился едва ли не по стойке смирно.

– Что? Что такое?..

Злата немедленно пожалела, что пришла. Глупо! Так глупо! Но убегать теперь еще глупее.

Ну и пусть. Мужчина, поднявшийся с трона ее отца, всё еще стоял перед глазами.

– Яш, мне кошмар приснился…

Она ждала, что сейчас он честно выскажет всё, что думает по этому поводу. Но вместо этого Яша вдруг расслабился и широко зевнул.

– А… ясно… – ответил Яша, а потом уверенно, будто кто-то уже не раз приходил к нему с подобными заявлениями и поэтому он точно знал, что нужно делать, сгреб ее за талию, уложил себе под бок и накрыл их одеялом.

– Всё, спи, больше не приснится, – пробормотал он, снова зевнул, уткнулся носом ей в затылок и тут же вновь провалился в сон, если вообще до конца просыпался, конечно.

Идя сюда, Злата едва ли рассчитывала на что-то конкретное, но такого точно предвидеть не могла. Слегка шокированная, она устроилась настолько удобно, насколько позволила это узкая кровать, да так и осталась лежать, уставившись в окно. И что теперь делать? Разбудить Яшу и уточнить, точно ли ей можно остаться? Или уйти тихонько? Но если она сейчас уйдет, а утром Яша всё вспомнит, он точно обидится. И будет прав. Наверное, она полежит немного, а потом разбудит его и скажет, что всё уже нормально. Да, так и сделает. Тем более и впрямь стало не так страшно, и вой в ушах поутих.

Злата прислушалась к тишине общежития. Мама рассказывала, что тоже когда-то жила здесь. Интересно, в какой комнате? А вдруг в этой самой? А папа приходил сюда? А вдруг они тоже лежали тут вдвоем? Было ли им так же спокойно и хорошо, как ей сейчас?

Ах, нет… Мама говорила, что к моменту, когда начала встречаться с папой, уже сняла квартиру. Ну и ладно…

А вокруг пахло Яшей. От него, от подушки, от одеяла. Запах был ненавязчивым и очень приятным. Успокаивающим. Злата представила, как сейчас встанет, пройдет зеркалами, вернется в свою комнату, ляжет в пустую постель… И уходить окончательно расхотелось.

Так вот, значит, каково это – засыпать с кем-то. Засыпать, когда тебя обнимают. Было очень волнительно ощущать всё это в первый раз, и немного жаль, что Яша спит и не может разделить с ней этот момент.

Злата нашла его ладонь, сжала пальцы, решилась и закрыла глаза. Ничего не случилось. Под веками была лишь темнота, и никто больше не тянул к ней оттуда руки. Яшины объятия в очередной раз помогли. Точно так же, как помогали в детстве объятия родителей, ведь маленькой она тоже боялась темноты и часто прибегала по ночам к ним в спальню, и они укладывали ее между собой. Наверное, тогда она чувствовала себя как сейчас: в безопасности рядом с теми, кому была дорога. Так уютно.

А спать всё-таки хотелось. И в этот раз Злата не стала сопротивляться.

Утро началось с настойчивого стука в дверь. Злата поморщилась. Ну кто там?.. У нее заслуженные выходные… Дайте поспать… Она заворочалась, и кто-то сзади в ответ на это притянул ее к себе. Сон как рукой сняло. Злата распахнула глаза и обнаружила себя в комнате Яши. Оу.

Яша! Память услужливо подсказала события прошлой ночи. Это Яша сейчас прижимал ее к себе, обняв за талию, и его дыхание щекотало ей ухо. Ощущение было новым и крайне интересным. Злата проанализировала его и пришла к мнению, что оно ей нравится. Этой ночью она впервые уснула в одной кровати с мужчиной, а этим утром впервые проснулась не одна. Вот это да! Продолжать наслаждаться новым опытом помешала очередная дробь, выбитая кем-то по двери. Яша за ее спиной тоже завозился, потом замер.

– Злата? – совершенно искренне удивился он. – Ты как тут?..

Стук повторился. В этот раз он прозвучал еще громче и напористее.

– Так, подожди секунду, – попросил Яша, садясь на кровати. – Наверное, Клим. Сейчас выпровожу и вернусь.

Он широко зевнул, встал с кровати, сдернул со спинки штаны и, в процессе пытаясь натянуть их на себя, побрел к двери. По-хорошему, нужно было проявить немного деликатности и тоже встать, но место, где только что лежал Яша, было таким теплым, а выемка на подушке от его головы такой притягательной, что Злата не смогла себя пересилить и осталась в постели, перекатилась на его место. Оно отчего-то было теплее ее. Сейчас Клим уйдет, Яша вернется к ней, и у них будет замечательное утро. Можно даже попробовать его как-нибудь разнообразить. Готова она или нет? Что ж, проверить-то им никто не мешает. Она тут целую зачетную неделю пережила и явно заслужила сладенького. А ведь впереди еще сессия…

Точно заслужила.

А если поймет, что не готова… Что ж, они придумают что-нибудь еще.

– Да открываю, открываю… – тем временем бурчал Яша, пытаясь справиться с замком. – Что ты… О!

Дверь открывалась вовнутрь, поэтому Злате не было видно, кого к ним принесло, но, судя по реакции Якова, явно не Клима.

– А вы…

– Позови Злату, – раздался из-за двери раздраженный и очень знакомый голос.

– Злату?

– Парень, не изображай идиота. Злату. Зови.

Злата обреченно вздохнула и села. Поправила пижамные майку и шорты. Никто не говорил, что будет легко. Родственники вечно орут: «Заведи парня!» Но стоит действительно им обзавестись, как тут же выясняется, что ты еще слишком молода и не так поняла их просьбы. Ваш максимум: подержаться за руки у всех на виду.

– Яш, – окликнула она. – Это мой брат. Впусти его.

Демьян ворвался в комнату черным вихрем и застыл по центру, ошеломленно глядя на нее.

– Ты с ума сошла! – вынес вердикт он. – Отец тебя ищет, а ты тут разлеживаешься! И скажи спасибо, что я его успокоил и пообещал сам тебя привести!

– Ну и сказал бы как обычно, что я у тебя… – нахмурилась Злата, пытаясь осмыслить причины такой бурной реакции со стороны мужской половины своей семьи, и тут же резко захлопнула рот. Но Яша, кажется, смысла ее фразы не понял. Повезло. Наверное, Демьян тоже об этом подумал, потому что комментировать не стал.

– Как ты меня нашел?

– Ну, клубок ты мне так и не вернула. Пришлось по-быстрому смастерить поисковый кулон.

И Дём поднял руку с зажатой в ладони цепочкой и потряс ею. Цепочка заканчивалась заостренным с одного конца камнем. Тот, в свою очередь, был обвязан знакомым курчавым медным волосом.

– Где ты взял мой волос?

– Разобрал сток в своей ванной, – мрачно ответил Дём.

Злата рассмеялась. Могущественные маги, блин! Дети они оба, что с них взять. Хорошо, что отец не знает, обоим бы дал ремня.

– Ладно, мир, – предложила она, поднимая ладони вверх. – И раз уж ты здесь, предлагаю вам познакомиться. Это Яков – мой парень. Яша, это мой брат. Демьян.

Мужчины оглядели друг друга. Демьян хмыкнул.

– Так вот ты каков, похититель юных царевен. Прости, но семья требует ее к ответу. Вынужден забрать.

Яша перевел растерянный взгляд с него на Злату, потом обратно.

– Она ничего не сделала…

– Серьезно?

– Яш, всё нормально…

– Еще как сделала!

– Эй! – нахмурилась Злата. – Всё, Дём, выключай режим старшего брата.

– Злат, а это случайно не тот брат, который зануда? – поинтересовался вдруг Яша.

Демьян глянул на него ошарашенно, а Злата не удержалась и захихикала. Лицо у Яши выражало крайнюю степень возмущения. Он оскорбился за нее очень глупо, но это было так приятно.

– В смысле – зануда? – не понял Демьян. – Так, я сейчас обижусь. Всё, марш домой.

– Не надо обижаться, – попросила Злата. – Нет, Яш, это тот, который нормальный, хотя недолго ему осталось носить этот статус, если он сейчас же не прекратит…

– И не подумаю! Домой!

– Дём!

– Злата.

Имя ее Демьян произнес серьезно, и это заставило задуматься. Черт, такое утро им испортил. С другой стороны, родители, наверное, и правда перепугались, не найдя ее. Надо было подумать об этом раньше. В общем, кажется, и впрямь сама виновата.

– Ладно, пошли, сходим домой, – нехотя согласилась Злата и встала. – Яш, если я не вернусь к тебе к обеду, знай, что я попала под пожизненный домашний арест. Ищи меня в самой высокой башне, хотя есть вероятность, что для охраны отец притащит самого Горыныча… Эй, я шучу. Шучу! Выдыхай! Меня не надо спасать, Демьян просто глупо шутит, всё хорошо!

Яша глянул на нее с недоверием, но потом вроде как успокоился. Кивнул. Она подошла ближе и поцеловала его в щеку. Хотела показать язык брату, но это было бы уже совсем ребячеством.

– Пойдем, – позвала она и направилась к зеркалу в шкафу.

– Иди первая, – отозвался Демьян.

– Но…

– Иди.

Злата перевела взгляд с него на Яшу. Потом обратно. Потом снова на Яшу. Какие-то мужские разговоры намечаются? И что ей делать?

– Злата, иди, – кивнул Яков. – Успокой родителей.

– Но…

– Чем быстрее уйдешь, тем быстрее вернешься.

И улыбнулся.

Ну ладно.

Злата повернулась к Демьяну.

– Только попробуй, – пригрозила она на всякий случай.

– Иди уже, – закатил глаза брат.

Она еще раз окинула взглядом обоих и шагнула в зеркало. Посмотрела в комнату из зазеркалья. Демьян не мог ее видеть, но явно догадался, что она не ушла, и махнул рукой, давая знак двигаться дальше. Злата вспыхнула и насупилась. Ну и ладно, пусть сами разбираются. Раз оба ее выгнали…

Уже по пути домой она поняла, что они с Демьяном не договорились о единой версии событий, а значит, придется импровизировать. Главное, сделать так, чтобы ее и правда не посадили под домашний арест.

Уф!

В такую передрягу она еще ни разу не попадала. Совсем как взрослая!

Интересно-то как!

Однако стоило Злате переступить раму зеркала и увидеть лица родителей, как сразу стало понятно, что интересно и весело тут ей одной. Черт. Ну вот что такого произошло? Ну не обнаружили они ее с утра в постели. Но ей же двадцать, а не десять, как-никак! А папа смотрит так, словно она пешком прошла через лес в Нави и вышла из него ему навстречу с букетом ромашек.

– Где ты была? – без предисловий начал допрос отец.

– Доброе утро, пап! Доброе утро, мам!

– Злата.

Злата покусала губу.

Сказать, что отлучилась по делам? В пижаме?

Что ж, кажется, конспирации пришел конец.

«Мне приснился страшный сон, и я сбежала к своему парню, потому что идти к вам в спальню было глупо».

Но это тоже так себе звучит. Еще варианты?

Однако варианты не находились, зато за ее спиной из зеркала шагнул Демьян. Что ж, теперь она хотя бы не одна.

Демьяну отец даже вопросов задавать не стал. Просто посмотрел на него поверх ее головы.

– Она была у своего парня, – без запинки выдал брат.

Злата распахнула глаза. Что?..

– Подробнее, – непререкаемым тоном потребовал отец.

– Это Яков. Внук Сокола.

Что?!

Злата едва не подпрыгнула от обиды. Ну зачем сдавать-то? Обернулась и посмотрела на Демьяна, а он не отвел глаз. В его взгляде читался вызов: сама виновата, думать надо было.

– Злата, – строго позвал отец. – Это правда?

Злата взглянула на маму, но та не улыбнулась ей. Да что ж они все, сговорились, что ли?

– Да.

– И почему мы узнаём, что вы, оказывается, больше чем просто друзья, сейчас и таким образом?

– Мы не очень давно встречаемся… – неуверенно начала она, но отец перебил.

– Но ты уже ночуешь в его постели?

– Так получилось…

– Случайно?

– Пап…

– Сколько вы встречаетесь?

– Месяц.

– И месяц – это слишком мало, чтобы сообщить об этом родителям?

– Как-то к слову не пришлось…

– Мы настолько тебе безразличны, что ты не хочешь поделиться этим с нами?

– Я собиралась…

– Ты вообще представляешь, что мы пережили, не найдя тебя?

– Пап, прости…

– Прости?

– Ну не украли бы меня, в самом деле! Кому я нужна?! – не выдержала Злата.

– В первую очередь ты нужна нам с мамой! – отчеканил отец. – Живой и невредимой! И нам бы хотелось знать, где ты и что с тобой и что вообще происходит в твоей жизни! И узнавать об этом не так!

Мама кивнула.

Злата снова повернулась к Демьяну, ища поддержки, но вместо того, чтобы защитить ее, он внезапно ответил:

– Отец прав, Злат.

И тогда она разозлилась. Ах, прав, значит! Ну держись, предатель.

– А ты живешь с Юлей! И тоже никому об этом не говоришь! – выпалила она.

Что ж, своего Злата добилась. Всеобщее внимание немедленно переключилось на брата, а у него лицо стало такое, будто его поймали с поличным во время попытки ограбить отцовское артехранилище. В принципе, Демьян замялся всего на мгновение, но этого хватило, чтобы все это заметили и всё поняли, и дальнейшее его сопротивление больше напоминало отчаянные попытки отбиться того, кто уже осознал, что для него всё кончено.

– С чего ты взяла? – выдохнул он.

– У нее в ванной твоя зубная щетка, – пробурчала Злата.

– Почему ты решила, что она моя? Может, у нее их две…

– Серьезно? – изумилась она. Нет, ну правда, брат ее совсем за дуру держит, что ли? – Черная электрическая зубная щетка с тремя режимами и сменными насадками, с блютузом и экраном. У тебя уже года два такая. А у Юли розовая с зайчиком. Боги, как вы вообще вместе живете?

– Отлично живем, – огрызнулся Демьян. При этом лицо у него стало такое, что Злата немедленно пожалела о содеянном. Черт, судя по всему, она опять не подумала. А ему теперь расхлебывать. Да что такое-то?

Снова взглянула на родителей. Те смотрели на них так, что сразу стало понятно: да, они напортачили. Оба.

Ой.

– Завтрак, – наконец негромко сказал отец. – Через двадцать минут. Быть всем.

И вышел из комнаты. Мама вздохнула.

– Дети, – позвала она. – Скажите мне, зачем мы устраиваем семейные ужины?

– Чтобы увидеться? – неуверенно предположила Злата.

– Чтобы делиться друг с другом тем, что с нами происходит, потому что мы всё-таки не чужие друг другу, – покачала головой мама. – Я пойду к отцу. Спускайтесь.

И она тоже ушла, а Злата с Демьяном остались одни. Брат молчал, и Злата не выдержала первой.

– Прости, – попросила она. – Прости, мне не надо было… Но зачем ты сказал про Яшу? Я сама могла! Если бы ты не начал…

– Да потому что отец испугался! – перебил Демьян. – Правда испугался, Злат. Ты его не видела. А я вообще не помню, чтобы он хоть раз чего-то боялся. Его нужно было успокоить. И потом, рано или поздно тебе снова захочется остаться у Яши, и тогда его точно хватит удар.

– Тогда почему с утра ты просто не сказал, что я у тебя…

– Да потому что я говорю так, когда ты заранее меня об этом предупреждаешь, и я точно знаю, где ты и как ты! – взорвался брат. – А если с тобой что-то случилось? Мама заглянула к тебе, а тебя нет, в замке тоже нет, телефон здесь, и я не в курсе, где ты. Ты просто исчезла. Ночью. Из постели. Злат, вот что мы должны были подумать?

– Что я решила сходить в магазин?..

– Голой в пятнадцатиградусный мороз? Отец первым делом проверил обувь и верхнюю одежду. Ты могла записку оставить, сообщение написать, телефон с собой взять… Не знаю. И тогда бы никто не стал устраивать панику.

Вот теперь она поняла. Самое гадкое заключалось в том, что Демьян был прав. Полностью. Это и правда был косяк. Серьезный.

– Прости, – искренне попросила Злата.

– Тебе не передо мной нужно извиняться, – вздохнул брат.

– Дём…

– Думать надо…

– Ты поэтому от нас съехал? Чтобы не надо было всё время думать, да?

Демьян снова вздохнул и опустился в кресло, стоящее возле стола. И ответил честно:

– И поэтому тоже, да. Так проще. Не быть причиной чужого беспокойства, ни перед кем не отчитываться, ничего никому не объяснять. Но ты-то пока здесь живешь.

– Будто папа меня так просто отпустит…

– А ты с ним уже об этом разговаривала?

– Нет.

– Тогда рано делать выводы.

– Дём.

– Что?

– Что нам теперь делать?

Брат поднял глаза к потолку.

– Я так понимаю, сейчас у нас с тобой есть только один выход, – тяжело вздохнул он. – Будем бить на опережение. Предложим устроить семейный ужин, на который приведем Якова и Юлю.

Злата не могла не признать, что в их случае это единственный адекватный план. Только вот не то чтобы он внушал ей хоть какой-то оптимизм.

– Ты меня, конечно, извини, – попросила она, – но я только-только наконец-то обзавелась нормальным парнем. И ты хочешь, чтобы я так быстро его потеряла?

– Наоборот. Если они придут вместе, отец не сможет сконцентрировать всё свое внимание на ком-то одном. То есть, конечно, его внимания и так будет более чем достаточно, но…

– Но.

– Но.

– Хорошо, допустим, – медленно кивнула Злата.

– Как будто у нас есть выбор, – качнул головой Демьян. – Знакомить всё равно придется. Наша с тобой задача – сделать это максимально безболезненно для всех. Так, ты переодевайся, умывайся, а я вниз. И не дрейфь, прорвемся!

– Ну да…

Демьян встал с кресла, подошел ближе и погладил ее по голове.

– Всё нормально будет, – пообещал он то ли ей, то ли самому себе и поцеловал в макушку.

– Ага, – поддакнула Злата. – Конечно, будет. Дём, ты тоже напугался, когда вы меня не нашли?

– Издеваешься?

– Тогда прости меня хоть ты.

– Прощена, – наконец улыбнулся он. – Кто в двадцать не лажает? Но, Злат, давай всё-таки так, чтобы не вмешивать в это родителей.

– Угу.

– Всё, не расстраивайся.

И он тоже вышел из комнаты.

«Не расстраивайся».

Легко сказать.

Атмосфера на кухне царила напряженная. Злата бочком вошла внутрь и заняла свое место за столом, надеясь, что про нее все забыли или что отец уже остыл и отменит окончание допроса. Но чуда не случилось.

– Итак, внук Финиста, – продолжил Кощей так, будто они и не прерывались. – Это тот, который пришел учиться на боевого мага?

А с другой стороны, расскажи она им всё сама, и допроса бы не было. А теперь придется отвечать.

– Нет, тот Клим – его старший брат, – вздохнула Злата. – Яша учится на инженера. Если точнее, то на инженера-конструктора. Но он и сам изобретает понемногу.

– Много изобрел?

– Папа!

– Кош.

Мама покачала головой, глядя на отца, и поставила перед Златой тарелку с сэндвичем. Злата внимательно оглядела мамино творение: паста из авокадо, лист салата, пластинки помидора и вареное яйцо. Выглядело аппетитно, но есть не хотелось. Вопреки словам о том, что она вернется к обеду, позавтракать Злата всё же планировала с Яшей. Какова вероятность, что ей удастся совершить побег?

– Мы подумали, что было бы неплохо нам всем познакомиться, – наконец подал голос Демьян. – Возможно, после Нового года…

– Завтра, – прервал его Кощей.

– Что? – не сдержался Демьян.

Злата тоже уставилась на отца.

– Не вижу никаких препятствий к тому, чтобы нам всем познакомиться в этом году, – приподнял бровь Кощей. – Целых два дня осталось. Устроим внеплановый семейный ужин. У кого-то были другие планы? Злата, ты же вроде всё сдала. Демьян, что-то с работой?

– Завтра в четыре у Юли елка…

– И во сколько закончится?

– В полшестого, но…

– Отлично. В восемь вас устроит?

– Да, – сдался Демьян.

– Дочь? – повернулся к Злате отец.

Злата кивнула хотя бы просто ради того, чтобы поддержать Демьяна. Да и что она могла возразить? Чтобы подобрать достойный ответ, нужно время, а его не было. Но тут правило было простое: не можешь достойно ответить – достойно промолчи.

– Я так понимаю, мы встречаемся у нас дома, – улыбнулась мама. – Что приготовить? У Яши или Юли есть на что-то аллергия?

– У Юли на цитрусовые, но не смертельная, и она ни в каком виде не ест сыр, – вздохнул Демьян, явно думая о чем-то другом.

«Вау!» – восхитилась Злата, отдавая брату должное. Она неожиданно поняла, что на самом деле имеет весьма отдаленное представление о Яшиной жизни. Он любит ее, инженерное дело и сладкий кофе. До сего момента этой информации ей было достаточно.

– Я уточню, – пообещала она маме и отложила в сторону закусочный нож, который до этого машинально вертела в руках. – Могу прямо сейчас пойти и уточнить.

– Зла… – начал было отец, но мама мягко положила ладонь ему на плечо.

– Хоть кофе выпей, – попросила она. – Папа специально для тебя готовил.

Злата послушно взяла в руки чашку. Подумала, что можно погадать. В школе она так часто развлекалась.

Погадать… Увиденный ночью сон встал перед глазами. Злата облизнула губы и отставила чашку. Ночью ей хотелось рассказать отцу обо всем немедленно, но вот теперь, когда она дождалась подходящего момента, решимости у нее осталось намного меньше. И тем не менее сделать это было необходимо.

– Сегодня ночью мне приснился сон, – аккуратно начала она. – Я была в Нави. И на троне сидел другой человек.

«И я не смогла использовать свои силы, а Навь орала словно сумасшедшая». Но произнести эти слова уже не вышло. Может быть, потому, что теперь все смотрели на нее.

– Ты полагаешь, он может быть вещим? – абсолютно ровно спросил отец.

Злата облизнула губы. Стоило сказать себе «нет», и она понимала, что просто выдает желаемое за действительное. Но и сказать со стопроцентной уверенностью «да» Злата не могла.

– Я не знаю, – ответила она.

– Скорее всего, просто сон, – решил отец. – Не переживай, о любом непрошеном госте я узнаю тут же. Ты просто устала, и тебе нужно отдохнуть.

– Да, наверное.

Злата всё-таки осушила свою чашку и по привычке заглянула на ее дно, но ничего конкретного там не увидела, чему, впрочем, втайне обрадовалась. Хватит с нее предсказаний.

– Так я могу идти? – с надеждой поинтересовалась она.

– Можешь, – вздохнул Кощей. – Телефон с собой возьми.

– Конечно, пап.

Она встала из-за стола, чтобы быстрее бежать к Яше, и…

И подумала, что и правда могла бы быть помягче с отцом. А то завела себе парня и тут же отодвинула родных на задний план. А ведь папа ради нее всегда старался и помнил о ней, как бы ни сложились обстоятельства. И вон как грустно смотрит. Поэтому вместо того, чтобы припустить наверх к зеркалу, Злата всё же в первую очередь подошла к нему и обняла.

– Я тебя очень люблю, – шепнула она. – Ты у меня самый лучший. Прости, что напугала.

Папа погладил ее по спине и поцеловал в висок.

– Вот и не забывай об этом. И о том, что я тебя тоже люблю, – попросил он. – Всё, иди.

И всё-таки придержал ее еще немного.

– Я тогда, пожалуй, тоже пойду, – подал голос Демьян. – Предупрежу Юлю.

И они ушли вместе.

– И когда они оба успели повзрослеть? – спросил Кощей, когда они с Василисой остались на кухне вдвоем.

– Самая большая загадка в моей жизни, – отозвалась Василиса. – Но это не значит, что мы их потеряли. И вообще, может быть, завтра у нас с тобой станет вдвое больше детей.

– О, прекрати! – Он придвинул к себе чашку с кофе. – Ладно Демьян, но Злата… Первые отношения. Это несерьезно.

– Ревнуешь? – улыбнулась Василиса.

– Нет, – нахмурился Кощей. – Скорее, недоумеваю: почему из всех возможных вариантов она выбрала именно внука Сокола?

– А почему бы и нет? Разве это плохой вариант?

– Вариант для чего?

– Ну, кто-то недавно рассуждал о внуках.

Кощей едва не подскочил и с негодованием воззрился на жену. Та ответила невинным взглядом. Он покачал головой: ведь явно провоцирует. И что самое ужасное – у нее получается.

– Это был чисто гипотетический разговор, – не удержался от ответа он.

– Боги тебя услышали.

– Василиса!

Она засмеялась, и Кощей прикрылся чашкой кофе.

Дети. Жёны. Как же это порой сложно.

– Ладно, – смилостивилась над ним Василиса. – Я шучу. Разумеется, ни о каких внуках речь пока не идет. Так что лучше скажи мне, что думаешь по поводу ее сна?

Кощей вздохнул, поставил чашку обратно на блюдце и сжал пальцами переносицу.

– Усилю охрану, поговорю с Демьяном. Но не думаю, что ей действительно приснился вещий сон. Злата слишком преувеличивает свою связь с Навью. Полагаю, это возрастное. Со временем пройдет.

Василиса кивнула. В конце концов, она думала так же. Да и после пережитого утром не хотелось снова поддаваться эмоциям и раздувать из мухи слона. Хотелось выпить кофе и морально подготовиться к завтрашнему ужину.

* * *

Яша был у себя. Завтракал в одиночестве, но, когда Злата шагнула из зеркала – дверь в шкаф была предусмотрительно открыта, – подскочил.

– Привет, – выдохнул он, оглядывая ее с ног до головы. – Всё нормально? Не заперли? Сильно ругали?

Это было очень трогательно.

– Яш, я правда пошутила, – улыбнулась Злата. – Не настолько папа страшен.

– Но он… он… он же не запретит нам встречаться? – выпалил Яков. – Надо было пойти с тобой, да?

Злата покачала головой.

– Папа воспринял новость достаточно спокойно, – поделилась она, а сама подумала, что раз отец до сих пор не стоит здесь с мечом-кладенцом наперевес, значит, он новость просто замечательно воспринял, просто она сообразила это только теперь. – И там была чисто семейная сцена. Полагаю, она не очень подходила для знакомства с родителями.

А вот завтра… Как же сообщить об этом помягче? Злата прошла до кровати и села на нее, прислонившись спиной к стене. Потом положила между спиной и стеной подушку. Стало удобнее.

– Что сказал тебе Демьян?

– Ничего такого, – улыбнулся Яша. – Я бы сказал всё то же тому, кто вздумал бы ухаживать за моей сестрой. Он тебя любит.

– Это да. – Злата тоже широко улыбнулась. – А я – его. Нам друг с другом повезло. Угостишь завтраком? Я так к тебе спешила, что ограничилась кофе.

– Конечно.

Яша вернулся к столу, налил кружку чая, положил на тарелку пару пирожков и принес всё это ей. Постоял, посмотрел, а потом сходил за своим завтраком. Устроился рядом. Они сидели на его кровати и ели пирожки, запивая чаем. На календаре было двадцать девятое декабря, они оба закрыли зачетную неделю и могли ненадолго выдохнуть перед сессией, торопиться стало особо некуда. На подоконнике в обрезанной бутылке из-под воды стояли еловые ветки, которые Злата принесла сюда, желая хоть немного украсить Яшину комнату к празднику. А за окном медленно-медленно кружились пушистые белые хлопья снега, знаменуя теплую погоду. Чуть позже можно было пойти погулять. И Злата поймала себя на ощущении тихой безмятежности. Давно ей не было так спокойно.