Текст книги ""Фантастика 2026-81". Компиляция. Книги 1-36 (СИ)"

Автор книги: Алекс Кош

Соавторы: Максим Шаравин,Сим Симович
сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 336 страниц)

В доме Елена забрала у меня костюмы, сообщив, что сама упакует вещи. Мне же оставалось только ждать и пить кофе. Пока Елена, Беркут и Лапа спустятся вниз, мы поедем на вокзал – в дорожные костюмы мы переоделись ещё в салоне.

Военную форму уже забрала Маша, чтобы постирать и оставить на будущее. Бестужев тем временем передал мне все необходимые документы на подпись. Я взял в дорогу двести золотых, надеясь, что этих денег нам хватит. Ещё триста золотых выдал Бестужеву, а остальное Беркут передал Егорычу на содержание дома и людей.

Время тянулось медленно, но вот наконец все спустились вниз, готовые к отправлению. Елена выглядела собранной и уверенной, в её руках были аккуратно упакованные чемоданы. Беркут и Лапа, одетые в новые костюмы, казались совершенно другими людьми – серьёзными и представительными.

Пора было отправляться. До поезда оставалось совсем немного времени.

Глава 24

На вокзале было шумно, толпы людей курсировали между перронами в поисках своего поезда. Торговцы предлагали свои товары приезжающим, а в маленьких лавках стояли очереди за свежими булками. Я впервые попал на железнодорожный вокзал и был растерян, куда нам идти и где искать наш поезд. Вертя по сторонам головой и уже предполагая, что мы, как и остальные, влившись в толпу, будем искать наш поезд, я почувствовал, как меня взяли под руку.

– Александр Михайлович, пойдёмте, нам на первый перрон, – я повернул голову и упёрся взглядом в смеющиеся глаза Елены. – Вы впервые на вокзале?

Я кивнул и пошёл рядом с Еленой, которая держала меня под руку.

Беркут и Лапа, пока я пялился по сторонам, уже успели где-то нанять носильщика, который погрузил наши вещи на большую телегу и следовал за нами.

Через несколько минут мы подошли к нашему вагону, и Беркут отдал наши билеты проводнику, который вежливо поклонился и проводил в вагон, показывая наши купе. В вагоне было всего четыре двухместных купе. В каждом – собственный душ и туалет, большие спальные места и небольшой столик с двумя креслами. В первом купе были два раздельных больших спальных места, туда заселились Беркут и Лапа. А вот во втором – одно большое двуспальное, похожее на кровать, место. Я встал в дверях купе, не зная, что делать.

– Что-то не так? – засуетился проводник, заглядывая мне через плечо в купе.

– Всё нормально, – ответила Елена проводнику, и тот, успокоившись, ушёл. – Проходите, княжич, – я повернулся к Елене. На её лице была улыбка, а в глазах плясали бесенята.

Подошёл Лапа с чемоданами Елены:

– Что-то не так? – спросил он и посмотрел на меня. Увидев, что я не отреагировал, он заглянул в купе и повернул голову к Елене.

– Всё хорошо, Лапа, поставь чемоданы здесь. Сейчас Александр Михайлович придёт в себя от радости и занесёт их внутрь, – Елена продолжала улыбаться.

Лапа усмехнулся, поставил чемоданы и пошёл в своё купе.

Меня же отпустило после того, как Елена назвала поручика Лапой.

– А как же ваше «никаких птиц и кошачьих лап», Елена⁈ – не знаю, что на меня нашло, но я вспылил.

– Похоже, у нас проблема, – спокойно сказала она. – Княжич, вы никогда не были с женщиной?

– Нет, – тихо ответил я и смутился. Схватив чемоданы, я прошёл в купе и сел в кресло.

Меня разрывало изнутри от переполняющих меня эмоций. Я боялся, что моя неопытность оттолкнёт Елену от меня, а я этого не хотел. Она мне нравилась как человек и как очень красивая девушка. Я не заметил, как подошла Елена, погружённый в свои мысли. Она поставила передо мной кофе.

– Поезд скоро тронется, у нас с вами будет больше недели, чтобы лучше узнать друг друга, но если вы хотите, я могу переселиться в другое купе. Я уже узнала, оно свободно, – я удивлённо посмотрел на неё. Её эмоции говорили за неё: она желала остаться со мной тут, в этом купе. Никакой неприязни она ко мне не испытывала, но готова была уйти в другое купе, если я ей скажу.

– Нет, нет, никуда уходить не надо. Оставайтесь здесь, Елена, – я был ей благодарен за то, что предоставила мне выбор. Надеюсь, я поступил правильно.

– Когда поезд тронется, мы можем пойти в ресторан. Он тут в соседнем вагоне, – сказала она, присаживаясь в соседнее кресло.

– Конечно, обязательно пойдём, – ответил я и улыбнулся.

Вагон тряхнуло, а за окном послышались крики. Я вскочил и кинулся в коридор, где столкнулся с Лапой и Беркутом.

– Что происходит? – спросил я.

– Похоже, наёмники решили атаковать поезд, чтобы добраться до нас. Вовремя мы зашли внутрь, – спокойным голосом ответил Беркут.

– Может, нам стоит выйти, чтобы не пострадали другие люди? – я немного растерялся от его спокойствия.

– Не стоит волноваться, княжич. Эти наёмники только что подписали себе смертный приговор. Никто не имеет права атаковать императорские поезда, и тех, кто в них едет, и уж тем более на вокзале. Городовые… – Беркут выглянул в окно, – уже блокировали их и ждут императорскую гвардию.

Беркут внимательно посмотрел на меня:

– Княжич, пользуйтесь моментом. Елена – прекрасная девушка.

Я понял, что покраснел от смущения.

Но следующие его слова заставили меня стать серьёзным:

– Я думаю, что в ближайшее время, как только мы удалимся от столицы на достаточно большое расстояние, последует более серьёзная и подготовленная атака.

– Ты же сказал, это смертный приговор – атаковать императорские поезда, – произнёс я.

– Конечно, если делать это на вокзале в Москве, как поступили эти недоумки. А если в двух тысячах километров, где-нибудь в степях нашей страны, куда императорская гвардия даже с помощью порталов попадает очень небыстро, то это вполне возможно, – серьёзно произнёс Беркут. – Думаю, дней пять у вас есть в запасе. Не упустите ваш шанс, княжич, – Беркут улыбнулся. – Пойду посмотрю, что там с этими наёмниками, и пособираю сплетни. Может, проскочит интересная информация.

Он развернулся и пошёл на выход из вагона вместе с Лапой.

Я посмотрел, как они выходят, и собрался войти в купе, когда мой взгляд упёрся в Елену.

– Александр Михайлович, я всё слышала, – у неё в глазах опять плясали бесенята, – у нас всего-то пять дней. Предлагаю не терять время и переодеться в нормальную одежду. А как только поезд тронется, сразу пойти в ресторан.

На удивление, но меня не охватила очередная паника. Я тоже улыбнулся и взял её за руку. Подняв, я поцеловал её пальчики.

– Конечно, Елена. Я подожду, пока вы переоденетесь, – она забрала руку и, улыбнувшись, закрыла дверь в купе.

Я же в приподнятом настроении встал возле окна, смотря, как императорские гвардейцы, окружив двух наёмников, сжимают кольцо, стараясь взять их живыми.

Беркут оказался прав – это были какие-то недоумки, а не профессиональные наёмники. На что они рассчитывали при атаке поезда, не имея в запасе даже самых простых накопителей маны, я не понимал. Не прошло и трёх минут, как у них закончилась мана под ударами императорских гвардейцев, и их в наручниках, блокирующих накопление маны центральным ядром, запихнули в грузовик.

Перед самым отправлением поезда вернулись капитан и поручик, сразу направившись ко мне. В руках Лапы был огромный букет роз, а Беркут нёс в руках небольшую шкатулку.

– Это что такое? Вы что, решили поиграть в сводников? – нахмурился я.

– Княжич, как вы только могли такое подумать, тем более о нас? – на полном серьёзе обиделся Беркут, а Лапа просто засопел и посматривал на меня исподлобья.

– Тогда что это? – я показал на цветы и шкатулку.

– Со мной по амулету связи связался Бестужев и сообщил, что во всей этой спешке забыл вам сказать: у Елены сегодня день рождения, ей исполнилось двадцать один год. Он приносит вам свои извинения за то, что поставил вас в такое неловкое положение, и попросил нас купить цветы и подарок, чтобы вы могли её поздравить, – ответил Беркут.

М-да, неловко вышло. Я чуть поклонился и произнёс:

– Прошу меня простить, я действительно не должен был так думать.

– Пустяки, княжич, – сказал Лапа, но я-то видел по их довольным лицам, что поступил правильно.

– Вот, – Лапа протянул мне букет.

– А тут колье, которое давно хотела Елена, но Бестужевы не могли себе позволить его купить, – Беркут протянул шкатулку. – Это нам Сергей сказал, – сразу дополнил Беркут.

– Надеюсь, ты не все наши деньги потратил? – усмехнулся я.

– За деньги не переживайте, княжич, их более чем достаточно, – улыбнулся Беркут.

– Хорошо, переодевайтесь, и пойдём в ресторан, – я забрал цветы и шкатулку.

Дверь купе открылась, и я услышал голос Елены:

– Александр Михайлович, вы можете заходить.

Я выдохнул, собрался с мыслями и вошёл в купе.

Елена стояла в центре в красивом платье с глубоким декольте, идеально подчёркивающем фигуру. Она смотрела на меня расширенными от удивления глазами.

Я молча вручил ей букет, открыл шкатулку и достал колье из белого золота, в центре которого был большой изумруд в форме сердца, а вокруг него – множество бриллиантов. Обойдя замершую Елену, я застегнул колье у неё на шее и, вернувшись, встал перед ней:

– С днём рождения, дорогая Елена, теперь ваш наряд полностью завершён.

Она медленно положила букет на стол и, обвив мою шею руками, поцеловала.

Оторвавшись от меня, Елена посмотрела мне в глаза:

– Спасибо, княжич, это лучший подарок за всю мою жизнь.

Отойдя на пару шагов и взглянув на мой дорожный костюм, она покачала головой и достала из шкафа другой.

– Вам необходимо переодеться, княжич, и я с радостью помогу вам. Хорошо, что я успела разобрать чемоданы с вещами, – она снова повесила костюм в шкаф и подошла ко мне, став расстёгивать мне пуговицы.

Я немного смутился, но, чуть отстранившись, стал раздеваться сам. Конечно, я её стеснялся, но Елена всем своим видом показала, что выходить не собирается.

Я переоделся в новый костюм под пристальным взглядом Елены. Она обошла меня и поправила воротник. Встав рядом со мной и взяв меня под руку, она посмотрела в зеркало.

– Мы идеальная пара, вы не находите, княжич? – Елена улыбнулась.

– Главное, чтобы вам нравилось, Елена, ведь сегодня ваш день рождения, – ответил я. С каждой проведённой с Еленой минутой я становился смелее и чуть-чуть раскованнее.

В этот момент поезд тронулся и начал выползать с вокзала, медленно набирая скорость.

– Как вовремя! Давайте пойдём в ресторан. Надеюсь, вы сказали Беркуту и Лапе переодеться? – она развернула меня и подтолкнула к выходу.

– Конечно, они уже должны быть готовы, – ответил я, открывая дверь купе и пропуская девушку вперёд.

Беркут и Лапа уже ждали нас в коридоре. Увидев Елену в новом шикарном платье и с колье, которое идеально подчёркивало её красивую шею и притягивало взгляд к её декольте, они смутились и отвели взгляд.

Елена была довольна произведённым эффектом и пошла вперёд, в вагон-ресторан.

Ужин прошёл под пристальным вниманием со стороны мужчин и женщин, находящихся в ресторане. Мы старались не обращать внимания, что нас рассматривают, но мне показалось, что Елена была довольна тем, как на меня смотрели другие женщины и особенно молодые девушки. Беркут и Лапа тоже не теряли времени даром и внимательно рассматривали одиноко сидящих женщин и девушек.

Когда Елена предложила мне уйти, Беркут и Лапа сообщили, что они ещё немного задержатся в ресторане.

– Только постарайтесь без конфликтов, а то вон тот мужчина очень недоволен, что вы так пристально смотрели на его соседку, – тихо сказала Елена Беркуту.

– Елена, у этого старика нет шансов, – усмехнулся Беркут.

– И всё же я хочу провести ночь в спокойствии, а не заниматься решением юридических вопросов рода. Надеюсь, вы меня понимаете? – Елена посмотрела в глаза Беркуту и улыбнулась.

– Вас никто не потревожит, Елена, будьте уверены, – Беркут и Лапа поклонились, а мы пошли в своё купе.

– Александр Михайлович, что-то я устала. Помогите снять колье и убрать на место в шкатулку, – сказала Елена, когда мы вошли в купе и я закрыл двери.

Я бережно расстегнул колье и подошёл к столику, чтобы убрать драгоценность. Аккуратно уложив его в ложемент, я закрыл крышку и услышал за спиной нежный шелест платья. Повернувшись, я увидел идущую ко мне абсолютно голую Елену. Я замер от восхищения. Её прекрасная грудь плавно покачивалась в такт шагам. Елена двигалась с такой грациозной плавностью, что каждое её движение словно становилось магнитом для моего взгляда.

Внезапно громкий стук в дверь купе разорвал этот момент. Елена вздрогнула и, бросив взгляд на дверь купе, с присущей ей грацией направилась к ванной комнате. Её походка была настолько плавной и завораживающей, что каждый шаг словно оставлял за собой след изящества. На ходу она подхватила платье, и оно, будто по волшебству, скользнуло в её руки.

Открыв двери, я увидел перед собой Лапу и Беркута с очень озабоченными лицами.

– Надо срочно поговорить, княжич. Где Елена? – спросил Беркут.

– В ванной комнате. Что случилось? – я был раздосадован, что Беркут и Лапа нам помешали.

– Нам срочно надо убираться с этого поезда, – ответил Беркут.

– Заходите в купе, – я услышал голос Елены и повернулся. Она вышла из ванной комнаты уже одетая в платье.

Я пропустил их в купе и закрыл двери.

– Как только вы ушли, в ресторан зашли двое. Мы с Лапой их узнали – это два профессиональных наёмника, причём один из них достаточно сильный магистр. Мы не справимся с ними. Надо уходить, – быстро проговорил Беркут. – Скоро будет разъезд, где поезд сделает остановку, чтобы залить воду и пополнить запасы угля. Нам надо выйти. Оттуда доберёмся на автомобиле до Ярославля – это примерно около ста километров.

– А дальше? – спросил я.

– Дальше по Волге, через Северо-Двинскую водную систему идём в Архангельск, там садимся на судно и по северному морскому торговому пути идём до Енисея, а там уже на пароходе до Красноярска. Это будет дольше на пару недель, но там наёмники нас искать не станут, – ответил Лапа, а Беркут кивнул, подтверждая его слова.

Все смотрели на меня, ожидая моего решения. А я не понимал, что делать. Мысли то и дело уносились в сторону, формируя перед глазами образ обнажённой Елены. Встряхнув головой, я собрался, окончательно прогоняя образ девушки.

– Я могу попробовать сразиться с ними, – начал я, но Елена взяла меня за руку и нежно произнесла:

– Не стоит сейчас рисковать, княжич. Мы не знаем, сколько ещё наёмников в поезде. Я тоже предлагаю поехать северным маршрутом.

Я посмотрел на девушку, на Беркута и Лапу.

– Хорошо, пакуем вещи и уходим, – согласился я.

Елена уже не просила меня выйти, а переодевалась прямо передо мной.

– Княжич, вы бы тоже переоделись, а то времени не так много, – улыбнулась Елена, заметив, что я наблюдаю за ней.

Я замешкался, когда Елена специально выгнула спину, демонстрируя свои прелести, но всё-таки отвёл взгляд и начал переодеваться.

На сборы и переодевание в дорожные костюмы ушло тридцать минут.

Я вышел в коридор и вынес чемоданы – поезд уже начал сбрасывать скорость, готовясь к остановке.

Беркут о чём-то разговаривал с проводником. Я увидел, как он передал ему золотой червонец, и проводник часто закивал головой.

Капитан заметил меня и, подойдя, произнёс:

– Проводник выпустит нас через рабочий тамбур с другой стороны от площадки. Там есть маленькая пустая сторожка, где мы сможем укрыться, пока поезд не уйдёт. Если кто-то спросит о нас, проводник скажет, что мы в купе и не выходим. Надеюсь, у нас будет время скрыться, прежде чем наёмники обнаружат наше отсутствие.

Я кивнул и вернулся в купе. Елена сидела за столом и пила кофе, который только что сварила на маленькой плитке для турки.

Она налила кофе во вторую чашку и протянула мне:

– Александр Михайлович, вы приняли правильное решение. Рисковать сейчас бессмысленно. Вам нужно набраться сил перед столкновением с магистром.

Я промолчал, понимая её правоту. Я действительно был ещё слишком слаб для такого противостояния.

Поезд почти остановился, и мы вышли в коридор. Я пропустил Елену вперёд и подхватил чемоданы.

Проводник открыл дверь в тамбур и прошёл вперёд, открывая выход из вагона. Поезд ещё двигался, но проводник настаивал на прыжке, чтобы успеть укрыться незамеченными.

Мы спрыгнули и побежали к сторожке.

Поезд ушёл через тридцать минут. Всё это время мы прятались в полуразрушенном домике, пока Беркут и Лапа следили за выходами из вагонов. После отбытия поезда мы ждали ещё час.

На улице стояла глубокая ночь, когда мы направились к пункту заправки поездов. Беркут пошёл внутрь один, чтобы не привлекать лишнего внимания.

Через десять минут он вернулся:

– Можем нанять только грузовик. Водитель просит пять серебряных рублей, но обещает доставить нас в Ярославль за два-три часа.

– Хорошо, мог бы и не спрашивать, – ответил я, и Беркут снова вошёл в здание.

Через пять минут мы уже сидели в кузове грузовика, выезжая на дорогу.

В Ярославль мы прибыли под утро. Дорога заняла больше двух часов, и мы успели немного поспать.

Беркут и Лапа отправились в речной порт узнавать о рейсах в Архангельск. Их не было больше часа, и я уже достал амулет связи, когда Елена заметила спешащего поручика.

– Через двадцать минут отходит грузовой пароход. Беркут выкупил нам две каюты. Они, конечно, не такие комфортные, как купе в поезде, но вполне сносные, – Лапа взял наши чемоданы и вещи, нагрузившись как ослик, и направился к пристани.

Рассвет мы встречали на пароходе, который уже начал движение, а мы – новую попытку добраться до родового хранилища.

Глава 25

Капитан грузового парохода был суровым мужчиной средних лет с седыми висками и проницательным взглядом, излучал уверенность и опыт, приобретённые за годы плавания по речным просторам. Его мозолистые руки крепко держали штурвал, а каждое движение выдавало в нём человека, привыкшего отвечать за жизни десятков людей и сохранность груза. Он выделил нам две свободных каюты и сообщил, в какое время у них принято принимать пищу.

Елена выбрала для нас каюту с одной большой кроватью, небольшим шкафом и креслом. Беркуту и Лапе досталась каюта с двухъярусной кроватью и небольшой тумбой. Разложив вещи, она позвала меня пойти прогуляться по пароходу, что я воспринял с большим энтузиазмом, так как впервые совершал речное путешествие.

Ничего интересного для себя я на пароходе не увидел, кроме открывающихся по обеим сторонам реки красивых видов, сменяющихся по мере движения парохода. Мы стояли с Еленой на носу, когда я почувствовал исходящие от одного из матросов эмоции тревоги и вины. Я резко обернулся и посмотрел на него.

Матрос сразу отвёл глаза и сделал вид, что занят уборкой палубы, но к его эмоциям теперь добавился страх. Его руки дрожали, а движения стали нервными и суетливыми, словно он пытался скрыть что-то важное.

– Позови Беркута и Лапу, – тихо сказал я Елене, не сводя взгляда с матроса.

В её эмоциях проскочило удивление моей просьбе, но она молча пошла за ними в каюту.

Беркут и Лапа появились через три минуты в сопровождении Елены и, молча увидев, что я пристально смотрю на матроса, подошли к нему.

Матроса словно подменили: он бросил швабру, которой мыл палубу, и хотел выпрыгнуть за борт, но Лапа и Беркут оказались быстрее. Сбив его с ног, они скрутили ему руки и подняли.

Я подошёл и посмотрел ему в глаза – страх и паника обуяли матроса.

– Почему ты боишься? – спокойно спросил я, не сводя с него взгляда.

– Я… не х-х-хотел, м-м-меня заставили, – заикаясь, заговорил матрос.

– Что тут происходит⁈ – сзади раздался громкий голос капитана, который вышел к нам, увидев, что мы схватили его матроса.

– Мы сами пытаемся это выяснить, капитан, – ответил я, не поворачиваясь и продолжая смотреть на матроса. – Кто тебя заставил и что ты сделал? – снова обратился я к матросу.

Но эффект неожиданности прошёл: матрос, увидев, что на палубу вышел капитан, воспрял духом.

– Я не обязан вам отвечать, – уже обычным голосом ответил матрос.

Но я чувствовал, что он до сих пор боится и постоянно отводит глаза, чтобы не смотреть на меня.

– Капитан, я не знаю, что совершил этот матрос, но уверен, что ничего хорошего, – я повернулся к капитану парохода. – Есть два варианта решения сложившейся ситуации: первый – вы сейчас сами его допросите, второй – это сделают мои люди. И в том и другом случае я узнаю, говорит он правду или нет, – спокойным, но твёрдым голосом произнёс я, глядя капитану прямо в глаза.

Капитан не отводил взгляд и молчал. Наконец он принял решение:

– Кто тебя заставил и что ты сделал? – он посмотрел на матроса, и тот словно сжался под его пристальным взглядом. – Отвечай!

– Капитан, они убьют меня, – тихо пробормотал матрос.

– Мы не сделаем тебе ничего плохого, – сказал я.

– Не вы, княжич, они, те, кому я сообщил, что вы на нашем судне, – тихо отвечал матрос.

– Княжич? – капитан повернулся ко мне, и в его глазах было любопытство.

– Будущий глава рода Драгомировых, княжич Александр Михайлович Драгомиров, – представился я.

– Простите меня, ваше сиятельство, за неподобающее поведение, – сказал капитан и поклонился.

– Быстро рассказывай всё княжичу! – капитан рявкнул на матроса.

– Капитан, – промычал матрос.

– Я сказал быстро, иначе отправишься на дно кормить рыб! – угрожающе сказал капитан и шагнул к матросу.

– Вчера, когда мы стояли на якоре и ждали погрузки, приходил человек, разыскивая княжича и Елену Бестужеву. Он показал мне портрет спутницы княжича и сказал, что её зовут Елена Бестужева. Он объяснил, что с ней будет княжич Драгомиров и, возможно, ещё какие-нибудь спутники. Если они появятся, то я должен сообщить об этом директору порта, и он заплатит мне пять золотых червонцев. Что я и сделал, когда увидел, что вы продали им места на пароходе, – матрос втянул голову в плечи и опустил глаза.

– Ты знаешь, кто это был? – спросил я.

– Не знаю, ваша сиятельство, он не представлялся. Но это точно был наёмник, – ответил матрос.

Я кивнул Беркуту и Лапе, чтобы они отпустили матроса, и повернулся к капитану парохода.

– Когда нас смогут догнать? – я посмотрел на него.

Капитан задумался и почесал подбородок:

– Сложно сказать. Вдоль реки дорог нет, ближайшие крупные населённые пункты – это Череповец и Вологда, но мы пройдём мимо. Остальные мелкие деревни и посёлки, до них ещё сложнее добраться, остаётся только Архангельск, куда мы идём. Не думаю, что раньше мы кого-то встретим.

Я посмотрел на своих разведчиков, ожидая, что они скажут.

– Я тоже так думаю. Могут, конечно, попробовать нас перехватить на реке, но у нас всё равно нет других вариантов, кроме как двигаться в Архангельск, – начал Беркут. – Будем с Лапой дежурить посменно, чтобы не было неожиданностей.

– Хорошо, значит, остаёмся тут и надеемся, что сможем добраться до Архангельска, – произнёс я.

– А вам зачем в Архангельск? – спросил капитан, когда матрос ушёл и мы остались впятером.

– Хотим сесть на торговое судно, чтобы добраться до Енисея, а по нему до Красноярска, – сказал я, не переживая, что капитан сообщит о наших планах наёмникам.

– Хм… У меня груз для торгового судна, которое уходит в Дудинку на Енисее. Я знаю капитана, мой хороший и проверенный друг. Я могу с ним договориться по амулету связи, чтобы он выделил вам две каюты, а к нему на борт вы попадёте на лодке. Которую он пришлёт с доверенным лицом до того момента, как мы встанем на разгрузку, – сказал капитан и посмотрел на меня. – В Красноярске вы будете через три недели.

– А что делать с матросом? – спросил Беркут.

– Ничего, запру его сейчас в трюме, чтобы не сболтнул лишнего, пока вы не уйдёте. А что касается меня, скажу, что вы уже покинули судно на лодке, если наёмники явятся ко мне, – капитан не врал, сделает так, как говорил.

Через десять минут у нас была бронь на две каюты до Дудинки на торговом судне и договорённость, что нас заберут на лодке перед Архангельском.

После завтрака Елена предложила пойти в каюту. Беркут тоже ушёл спать, а Лапа остался дежурить на случай, если всё-таки на нас нападут.

Елена закрыла каюту и повернулась ко мне:

– Александр Михайлович, помогите мне раздеться, я так устала, что уже не в силах сама снять этот дорожный костюм.

Она улыбнулась и подошла ко мне. Погладив меня по волосам, Елена взяла мою руку и положила к себе на талию. Обняв меня, она приподнялась на цыпочках и поцеловала.

К моему счастью, в этот раз нам никто не помешал. Мы предавались любви с перерывами на отдых, а мой организм требовал ещё и ещё. В какой-то момент мы обессиленные и счастливые уснули.

Я проснулся первым. Не знаю, сколько прошло времени, но за иллюминатором уже было темно. Я обнял Елену и поцеловал в шею. Она томно потянулась и прижалась ко мне, вызывая во мне новое желание.

Из каюты мы вышли через полтора часа и поднялись на палубу.

– Я не стал вас беспокоить. Капитан предупредил повара, что вы будете на ужине позже. Он ждёт вас, – из темноты вышел Беркут.

Елена вздрогнула от неожиданности, но я уже давно знал, что Беркут на палубе, уловив его эмоции. В последнее время я мог определять присутствие других людей, улавливая их эмоции.

Мы прошли в небольшую столовую, и повар, увидев нас, стал накрывать на стол.

Никаких изысков в еде: жареная рыба и салат из овощей, ещё тёплые пирожки и кофе.

Следующие два дня мы с Еленой провели в постели, выходя только для того, чтобы поесть.

– Капитан говорит, что сегодня вечером мы прибудем в Архангельск, – сообщил Лапа, когда мы вышли из каюты на обед. – Надо приготовиться, скоро за нами придёт лодка.

Я кивнул, надеясь, что не придётся пробиваться силой, но мои надежды оказались напрасными.

Нас ждали и перехватили в тридцати километрах от Архангельска.

Мы с Еленой стояли на палубе, когда я почувствовал чужие эмоции и безошибочно повернулся в сторону двух лодок, которые начали приближаться к нам со стороны берега.

– Похоже, это за нами, – произнесла Елена.

– Да, за нами, но это наёмники, – подтвердил я.

Рядом тут же появились Беркут и Лапа.

– Лапа, сходи за капитаном, пусть он посмотрит, – приказал Беркут, и Лапа бегом бросился в капитанскую рубку.

Через пару минут он вернулся:

– Это чужие лодки. Капитан обещал не сбавлять скорость, что бы ни случилось.

Напряжение нарастало с каждой секундой, пока лодки неумолимо приближались к нашему судну.

На нас вспыхнули кольчуги, переливаясь всеми оттенками радуги, словно древние обереги ожили и приготовились к битве. Я бросился к борту парохода, чувствуя, как внутри закипает сила стихии. Мощным потоком маны я создал исполинский водяной щит, который, словно живая стена, двинулся перед судном, ограждая нас от вражеских атак.

Кроме щита и хлыстов, я больше ничего не умел делать из стихии Воды – некому было учить меня более серьёзным вещам. На помощь пришла Елена: словно почувствовав мой порыв, она встала рядом и создала гигантскую волну, которая, подобно разъярённому морскому чудовищу, устремилась к приближающимся лодкам, грозя поглотить их целиком.

Но враг оказался готов к сопротивлению. Волна разбилась о невидимый воздушный щит, созданный наёмниками, а в ответ с лодок в нас понеслись огненные шары, похожие на маленькие солнца. Первые три снаряда бессильно угасли, столкнувшись с моим водным барьером, но четвёртый, словно разъярённый дракон, разнёс защиту на тысячи сверкающих брызг.

Беркут и Лапа не оставались в стороне, обрушивая на врага огненные шары, но они бессильно гасли, встретившись с воздушным барьером. Елена, положив руку мне на плечо, использовала свой врождённый дар усиления чужих способностей, и я почувствовал, как моя магическая мощь многократно возросла.

– Я не могу атаковать, пока усиливаю тебя, – прошептала она, нежно целуя меня в щёку. – Действуй, княжич!

Собрав всю свою волю, я воздвиг новый щит, мощнее прежнего, направив в него энергию из магических браслетов. Водяные хлысты, послушные моей воле, устремились вперёд.

Лодки были уже слишком близко. В отчаянной попытке я ударил сразу двумя хлыстами, и они, словно щупальца разъярённого кракена, разнесли воздушный щит в клочья. Один из хлыстов зацепил лодку, и в неё тут же угодили огненные шары Беркута и Лапы.

Лодка вспыхнула, как факел, а находившиеся в ней люди, крича, прыгнули в ледяную воду. К моему удивлению, вторая лодка, вместо того чтобы продолжить атаку, развернулась, чтобы спасти своих товарищей.

Я маневрировал щитом, держа его между пароходом и отступающим врагом, готовый в любой момент отразить новую атаку. Елена, прекратив усиливать меня, подошла к борту и создала мощное течение, которое, словно гигантская рука, погнало вражескую лодку и барахтающихся в воде магов к берегу, прочь от нас.

Я снял щит, чтобы не тратить драгоценную ману. Браслеты были опустошены наполовину. Конечно, у Беркута и Лапы были в запасе стандартные артефакты-накопители маны, но даже половина ёмкости моих двух браслетов, доставшихся мне от наёмников в разломе, значительно превышала возможности нескольких обычных накопителей. Возможно, удастся успеть зарядить их в Архангельске, пока торговое судно будет загружаться.

– Я не знал, что ты настолько сильно можешь усиливать других магов, – я приобнял Елену за талию и наблюдал, как пароход постепенно удалялся от наших противников.

– Бабушка говорила, что в среднем усиление составляет около тридцати процентов. Она вычислила это, когда проводила эксперименты с разными магами. Но есть ещё один секрет, – Елена хитро прищурила глаза. – Бабушка рассказывала, что если между тобой и магом существует любовная связь, то усиление может превышать пятьдесят процентов. И чем чаще и продолжительнее эта связь, тем мощнее становится эффект. Например, она усиливала деда в два раза.

Эта информация показалась мне удивительной. Я посмотрел в сияющие от счастья глаза Елены и, не выдержав, прижал её к себе, жадно целуя.

Нужная нам лодка встретила нас прямо у входа в Архангельск. Капитан парохода сбавил скорость. Мы сердечно поблагодарили его за помощь и отправились на торговое судно, которое пока не подошло к причалу для погрузки, а ожидало своей очереди на рейде, не заходя в порт.

Торговое судно оказалось внушительных размеров – высокий борт, массивная надстройка и несколько грузовых кранов возвышались над водой. По обшивке было видно, что судно недавно было обновлено. На палубе суетились матросы, готовясь к погрузке, а в воздухе витал характерный запах моря, смолы и машинного масла.

Встречал нас лично капитан:

– Приветствую вас на моём судне, ваше сиятельство, – обратился он ко мне, когда мы ступили на палубу. – И вас, прекрасная спутница, и хмурые спутники уважаемого княжича Драгомирова, – капитан поклонился. – Я капитан и владелец этого прекрасного торгового судна, Харитон Никифорович Белозёров. Прошу вас, следуйте за мной, я проведу вам краткую экскурсию по судну, на котором буквально полгода назад я закончил ремонт и модернизацию с учётом современных реалий, и покажу вам ваши каюты. Уверяю вас, они вам понравятся. Всё сделано с учётом новых технологий в судостроении.