Текст книги ""Фантастика 2026-81". Компиляция. Книги 1-36 (СИ)"

Автор книги: Алекс Кош

Глава 22

Мы свернули за угол и упёрлись в повидавший виды автомобиль марки «Престиж», выпускаемый княжеским родом Трубецких. Завод был построен ещё при прежнем императоре и выпускал три модели этого автомобиля: «Престиж», «Престиж люкс» и «Престиж княжеский». Все модели отличались комплектацией. А «Престиж княжеский» дополнительно оснащался толстой бронёй и амулетом с заклинанием «Кольчуга», который питался от встроенных накопителей маны большой ёмкости. По заверениям производителя, «Кольчуга» автомобиля могла сдерживать атаки двух магистров в течение тридцати минут.

Мы сели в автомобиль, и Бестужев, посмотрев на меня, сказал:

– Предлагаю поехать в ваш арендованный дом, княжич.

– Почему вы решили, что мы остановились в доме, а не в отеле? – спросил Беркут.

Юрист перевёл на него взгляд и усмехнулся:

– Всё просто. Встреча была назначена на сегодня на семь вечера, значит, представитель рода должен был приехать в Москву вчера или сегодня. Я воспользовался сегодня днём своими старыми связями и собрал информацию по отелям – кто в эти два дня снимал номер. Таких оказалось немного. Часть из них я знаю, а вторая часть связана с другими семьями. Увидев вас без вещей, да ещё и втроём, я сделал вывод, что вы сняли дом.

– А почему вы решили, что именно я княжич, а, к примеру, не он? – я кивнул на Лапу.

– Тут вообще всё просто. Заклинания «Дыхание дракона» и «Анаконда» – к сожалению, не знаю, как называется третье, впервые его вижу, – начал Бестужев.

– «Каменная мухоловка», – вставил я.

– Оригинальное название, очень похоже по названию и действию на один цветок, – продолжил юрист. – Эти заклинания – визитная карточка вашего рода. Кстати, в ресторане были люди, которые тоже их узнали. Смотрелось очень эффектно. Через два дня вся Москва будет знать, что наследник рода Драгомировых жив. Или вы уже глава рода?

– Только собираюсь им стать, – ответил я и назвал адрес дома.

Машина тронулась, а Бестужев продолжил:

– Значит, вы сняли дом у Евлампия. Я помогал ему получить наследство полгода назад, когда его родители сгинули в «Центральном разломе», решив стать наёмниками и заработать там денег.

– Почему такой профессиональный юрист занимается мелким наследством? – спросил я.

– Ну, вы же собрали обо мне информацию, значит, знаете, что денег у меня почти не осталось. Всё, что я заработал в «Доме Северных Ветров», я почти потратил. К сожалению, платили мне там очень мало, чтобы сколотить какой-то капитал и жить на проценты, – ответил Бестужев.

– У меня тоже нет денег, чтобы платить вам много, тем более очень много, – я посмотрел на него и считал эмоции. Признаться, они были неожиданными. Лояльность ко мне, к роду, к тем, кто находился в этой машине, уважение ко мне и… надежда, надежда, что я оценю его опыт, его желание стать полезным моему роду.

– Скажите, Сергей Родионович, а почему вы ушли из «Дома Северных Ветров»? – я внимательно отслеживал его эмоции, но ничего не менялось, Бестужев сразу стал отвечать:

– Княжич, прошу, называйте меня Сергей. А что касается моего ухода, то я сильно разочаровался в этом альянсе. Когда был законный Император, альянс был обычным политическим объединением. Да, порой они душили неугодных конкурентов, но всё было более-менее цивилизованно. Также в альянсе был негласный свод правил, в частности – не развязывать войны между родами.

А что сейчас? Экономические войны каждый новый день, санкции от альянса против не согласных платить в альянс долю от своей прибыли – по сути, негласный налог. Хочешь работать или торговать? Плати альянсу, и это помимо налогов для Императора.

А после вступления в альянс рода Зарацких вообще творится чёрт знает что. Вы знаете, что Зарацкий активно увеличивает свою армию? Если не знаете, то я скажу: он готовится к войне против рода Орловых. Орлову плевать на санкции альянса, у него весь доход идёт от торговли с Китаем, а вот Зарацкому и альянсу – не плевать. Орлов обложил его пошлинами за проход по его землям. Да, я знаю, что земли вашего рода передали Зарацкому, кроме родового замка и пяти деревень.

Я посмотрел на Беркута – Бестужев только что подтвердил все наши догадки.

– Приехали, – сказал Бестужев, останавливая машину возле ворот дома.

Лапа вышел из машины и помахал рукой. К воротам подошёл Слон и стал открывать створки, чтобы машина въехала во двор дома.

Мы прошли в рабочий кабинет. Маша уже навела там порядок. К нам присоединился Егорыч, захватив кофе.

– Сергей, почему вы хотите помочь мне? Все юристы Москвы отказываются, а вы сами вышли на контакт. Тем более что вы готовы помочь бесплатно – это немного странно и обескураживает меня, – начал я разговор, когда мы расселись в кабинете и налили кофе.

– Я могу говорить открыто? – уточнил Бестужев.

– Конечно, чем честнее будет ответ, тем лучше для вас. А что касается людей, присутствующих здесь, то все они являются моими доверенными лицами и служат роду, – ответил я.

– И всё-таки я бы хотел остаться с вами наедине, княжич, это важно, – я почувствовал, как в его эмоциях появилась новая тревога – что я не соглашусь.

Это было странно. Я смотрел на Бестужева и не понимал, зачем ему это. На помощь пришёл Беркут:

– Лапа, Егорыч, давайте оставим княжича наедине.

Посмотрев на меня, он кивнул и вышел. Следом вышли Лапа и Егорыч, плотно закрыв за собой двери.

Я молчал, ожидая развития ситуации, но то, что произошло дальше, выбило меня из колеи окончательно.

Бестужев встал и подошёл к двери. Постоял возле неё, прислушиваясь. Повернулся и подошёл ко мне, остановившись на расстоянии в два шага.

– Три медведя – сила рода, Древний герб хранит свободу, – Бестужев смотрел на меня, а его глаза светились от счастья.

– Солнце светит над гербом, Древний род хранит свой дом, – ответил я.

Бестужев опустился на одно колено, склонил голову и прижал ладонь к сердцу.

– Я служил вашему деду и роду с тех пор, как он помог мне попасть на службу в альянс. Я был его глазами и ушами. Когда родовой замок пал и все были убиты, я думал, что всё закончилось и род перестал существовать. Но клятва верности никуда не делась. Это был хороший знак. Значит, кто-то из наследников выжил.

Когда я ушёл из «Дома Северных Ветров», я начал поиски того, кто выжил в той бойне. Собирал информацию по крохам, выяснил, что князь Зарацкий уверен: один из наследников рода выжил, но пропал. Потом я узнал от одного из наёмников, что Зарацкий нанял множество людей, кто знал в лицо юного Александра Михайловича Драгомирова, а за его голову предложена награда в одну тысячу золотых червонцев.

Я надеялся, что рано или поздно мы встретимся, и не оставлял поиски. В один из дней, будучи в коллегии юристов, я услышал, что объявился некто, кому нужны услуги юриста, и это напрямую связано с родом Драгомировых. Я нашёл одного старого информатора, который очень давно работал на род, и попросил его по старым каналам связи отправить сообщение, что готов предоставить услуги юриста. Я не надеялся, что моё сообщение дойдёт, и пытался выйти на вас через другие каналы, но безрезультатно. И тут со мной связывается человек и назначает встречу с представителем рода.

А когда я увидел, что вы применили заклинания вашего отца и деда… Княжич, наконец-то я нашёл вас! – Бестужев взял меня за руку и крепко сжал. Его вера в род и в меня была настолько сильна, что ядро стихии Духа снова подросло.

– Прошу меня простить, что я попросил остаться наедине, но я не мог произносить пароль в присутствии других лиц, – Бестужев всё ещё стоял передо мной на одном колене.

– Спасибо тебе за службу роду. Я никогда этого не забуду. А теперь встань и позови уже наших верных соратников. Придётся теперь знакомиться заново и менять наши планы, – я улыбался, так как был очень рад такому неожиданному повороту событий.

Бестужев встал и открыл двери, сказав, что княжич зовёт. Когда вошли Беркут, Лапа и Егорыч, они увидели на моём лице довольную улыбку.

– Знакомься, Сергей, это Беркут, Лапа и Егорыч. А это, как вы уже знаете, Сергей Родионович Бестужев, но… – я сделал паузу и улыбнулся ещё шире, – оказалось, что он служил деду и роду.

– Княжич, ты уверен? Я знал всех, кто в тайне служил роду, – Беркут внимательно посмотрел на Бестужева.

– Беркут, пароль, – сказал я. Беркут удивлённо посмотрел на меня, но произнёс первую часть пароля:

– Три медведя – сила рода, Древний герб хранит свободу.

– Солнце светит над гербом, Древний род хранит свой дом, – ответил Бестужев.

И снова, но теперь уже между нами всеми проскочила молния. Стихии подтвердили, что мы служим одному роду и приняли пароль.

– Но как⁈ – Беркут был удивлён не меньше Лапы и Егорыча.

– Капитан Егор Иванович Беркутов, капитан Савелий Ильич Егоров и поручик Михаил Игоревич Лапин – специальный отряд разведки под прикрытием. Тайные операции, диверсии, сбор информации, последнее время задействованы в исследовании разломов. Я ничего не забыл? – сказал Сергей. – Самое плохое, что я знал, кто вы и где вас искать, но выходить с вами на связь для поиска наследника рода не имел права, чтобы не засветить вас. Как только я начал поиски наследника, я в первую очередь проверил, где ваш отряд находится. И периодически проверял ваше местоположение. Вы оставались в разломе, значит вы либо получили приказ оставаться там, либо знаете где наследник рода, в любом другом случае вы должны были начать поиски, тогда я бы присоединился к вам.

– Ничего не понимаю, такой информацией владели только глава и бывший глава рода, и уж тем более знать нас в лицо, – Беркут был настолько обескуражен, что чуть не сел мимо кресла.

Я тоже находился немного в шоке, так как сам до этого момента не знал, как звали Лапу и Беркута, а Егорыча знал только по имени и фамилии.

– Вся эта информация, а также много другой важной информации и документов хранится в родовом хранилище. Там документы на имущество заграницей. И также право распоряжаться счетами рода и золотым хранилищем в китайских банках в Пекине, оформленное на главу рода. Я сам лично готовил все эти документы и передал их вашему деду, княжич. А он спрятал их в хранилище, так как предполагал, что ваш род может проиграть в войне против узурпатора, – сказал Бестужев, беря со стола кружку с кофе и становясь серьёзным и настроенным на рабочий лад юристом.

– Какие у вас планы, княжич?

– Я хочу добраться до родового хранилища и стать главой рода, потом вернуться в Москву и подать в Совет Великих Родов ходатайство о возвращении мне и роду всех привилегий и имущества, – ответил я.

– Если вы не против, я немного подкорректирую ваши планы. В родовое хранилище вам надо отправляться немедленно, самый крайний срок – завтра вечером. Потом будет сложнее, через два дня вся Москва будет знать, что род Драгомировых вернулся, и сюда слетятся наёмники.

Как только вы станете главой, вы пришлёте мне документ, назначающий меня главным юристом рода с правом подписи всех необходимых документов. Бумагу я подготовлю, вы её заверите артефактом «Перстень власти», когда он будет на вашем пальце и признает вас главой рода.

Далее, вы отправитесь в Пекин, забрав все документы, артефакты и деньги из хранилища и снова его запечатав. В Пекине вступите во владение счетами и частью имущества, которое там есть. И будете оставаться там, пока я не сообщу, что можно возвращаться. За это время я верну нам родовой замок и пять деревень вокруг него. То, что отдали Зарацким, к сожалению, через суд мы не вернём. Только война, – Бестужев сделал большой глоток кофе.

– И у меня просьба.

– Какая? Я постараюсь её выполнить, если это в моих силах, – сказал я.

– Аренда моего дома заканчивается через пять дней. Мне надо её продлять, либо, если вы не против, я бы переехал сюда. Мне надо две спальни и этот рабочий кабинет. Либо одну спальню и кабинет. Я могу временно поспать тут, а моя дочь в спальне. И вторая просьба, точнее даже рекомендация – взять с собой мою дочь. Она поможет вам со всеми юридическими тонкостями в Китае. Хоть она и не училась на юриста, но её учил я. Она знает столько же, сколько и я, – Бестужев смотрел на меня, ожидая ответа.

– Переехать вы можете вместе с дочерью. Что касается спален, всеми делами в этом доме занимается Маша. Вы потом познакомитесь. Думаю, она придумает, как решить вопрос размещения. Касаемо поездки в родовое хранилище и в Китай – в целом я согласен. Но надо решить проблему денег. Беркут, сколько у нас осталось наличных денег? – я повернулся к Беркуту.

– На данный момент, после покупки амулетов связи, оплаты дома и текущих расходов – семьсот пятьдесят золотых червонцев и пять серебряных рублей, – ответил Беркут.

– Княжич, вы можете не переживать за деньги. По крайней мере первое время. В родовом хранилище достаточно наличных денег, а на счетах и в золотом хранилище в Пекине их очень много. Моя дочь сможет помочь вам в финансовом плане первое время. Но я бы рекомендовал найти нам хорошего финансиста, когда вы вернётесь. Раньше этим занималась ваша мать, и у неё было много помощников, – Бестужев сделал глоток кофе. – Мне на первое время понадобится около трёхсот золотых, чтобы начать заниматься возвращением нашего имущества. Это оплата пошлин, комиссии, взнос за оформление передачи имущества и так далее. Полный отчёт по затратам я вам предоставлю по факту. Если нам понадобятся ещё деньги, то моя дочь объяснит вам, как сделать перевод из Китая в Москву, чтобы мы смогли здесь их получить.

– Хорошо, когда вы хотите переехать? – уточнил я у Бестужева.

– Сейчас, хоть уже и почти девять вечера. А завтра вы можете забрать мою машину и поехать на ней, но я рекомендую поезд. Это будет дольше, но не так изматывающе. И вы точно доедете. Я не гарантирую, что моя машина сможет преодолеть такое расстояние, – ответил Бестужев.

– Хорошо. Беркут, отправь кого-нибудь с Сергеем помочь с вещами. И на вокзал, купить нам билеты до Красноярска. Оттуда до родового замка ближе всего, сможем нанять грузовик, – я посмотрел на Беркута, и он встал:

– Будет сделано, княжич.

Мы вышли из кабинета. Беркут отправил в помощь Бестужеву Слона, а на вокзал поехал сам, наняв извозчика.

– Егорыч, попроси Машу сделать кофе и выйти в гостиную. Мне надо с ней поговорить, – я сел в кресло возле окна. Настроение было прекрасное, я уже почти забыл про сегодняшний бой, когда вспомнил, что один браслет полностью разряжен.

– Лапа! – крикнул я, и через минуту со второго этажа спустился Лапин.

– Звал, княжич? – Лапа сел в соседнее кресло.

– У меня вылетело из головы, что во время боя я истратил ману из одного браслета. Вы с Беркутом ходили по окрестностям, когда покупали артефакты связи. Где можно быстро зарядить браслет? – я уже снимал его с предплечья.

– Давайте мне, сейчас схожу. Они могут это сделать за двадцать минут, но будет стоить чуть дороже, – сказал Лапа.

– Хорошо, Егорыч, выдай денег, – обратился я к капитану, который подошёл к нам с Машей, в руках которой было кофе.

– Денег я выдам, а про какой бой вы говорили? – он удивлённо смотрел на меня.

– Лапа потом расскажет, – отмахнулся я и взял из рук Маши кружку с кофе. – Присаживайся, Маша, – я показал ей на кресло, откуда только что встал Лапа. – Маша, у меня к тебе несколько просьб. Первая – сделай нам ужин, я так понимаю, что никто не ел и все ждут нас? – Маша утвердительно кивнула.

– Второе, к нам переезжают два человека, один из них молодая девушка. Ей нужна отдельная спальня. В принципе, все подробности расскажет Савелий, да, Егорыч? – я повернул к нему голову, он уже вернулся, выдав Лапе денег на зарядку моего браслета маной.

– Расскажу. Пошли, Маша. Дел у тебя много, надо успеть до приезда новых людей. Я помогу, – Егорыч забрал Машу и ушёл, а я остался один, попивая кофе и до сих пор не веря в свою удачу.

Глава 23

Елена Бестужева была молодой женщиной двадцати лет от роду, с тонкими чертами лица и проницательным взглядом, унаследованным от отца. Её внешность отличалась особой интеллигентной красотой.

Лицо – овальное, с высокими скулами и выразительными карими глазами, в которых читались острый ум и решительность. Тонкие брови и прямой нос придавали её облику благородство.

Волосы – тёмно-русые, собранные в аккуратную причёску, подчёркивающую стройную шею. Несколько непослушных прядей выбивались, придавая образу лёгкую небрежность.

Фигура – стройная, подтянутая, с красивой грудью. Прямая осанка говорила о хорошем воспитании. Она держалась уверенно, но без высокомерия.

Одежда – всегда безупречная, соответствующая статусу. Строгие костюмы или платья, подчёркивающие её фигуру, но не вызывающие. Элегантные аксессуары дополняли образ.

Манера общения отличалась чёткостью и прямотой. Она говорила спокойно, взвешивая каждое слово, что выдавало в ней человека, привыкшего к деловым переговорам. При этом в её поведении чувствовалось уважение к собеседнику.

Движения были плавными и уверенными, без лишних жестов. В ней ощущалась внутренняя сила. Сдержанная, но не холодная. В её глазах иногда проскальзывала теплота, особенно когда речь шла о семье или важных делах.

Она производила впечатление человека, способного как к жёстким решениям, так и к тонкой дипломатии. В целом Елена Бестужева производила впечатление достойной продолжательницы дела своего отца, готовой взять на себя серьёзные обязанности.

Очень хорошо владела стихией Воды и специализировалась на целительстве. Вишенкой на торте был её врождённый навык усиливать чужие способности, который передался ей от бабушки по материнской линии.

Ужин проходил в спокойной обстановке с разговорами на отвлечённые темы. Мишка, увидев Елену, сразу попытался завоевать её расположение, но успеха не имел. Елена в мягкой форме объяснила ему, что шансов у него нет, и попросила больше не оказывать ей знаки внимания. Поэтому на ужине Мишка сидел молча и больше хмурился, чем ел.

Поезд в Красноярск отправлялся завтра в пятнадцать часов дня, и Бестужев собирался ночью немного поработать, чтобы составить необходимые документы мне на подпись, как только я стану главой рода. Поэтому после ужина он ушёл в рабочий кабинет, а Елена попросила показать ей спальню, где она сможет провести эту ночь и подготовиться к поездке в Красноярск.

Я тоже решил пойти спать, а Беркут ввёл круглосуточные дежурства для охраны дома до тех пор, пока он не получит статус неприкосновенности. Я не знал раньше таких тонкостей, но оказалось, что все юристы в Российской Империи имели статус неприкосновенности и были под защитой Императора. И их жильё тоже получало такой статус, и не важно, кто в нём находился, кроме юриста. Жильё нельзя было атаковать или штурмовать даже личной императорской гвардии.

Этот закон был принят в разгар родовых войн, чтобы воюющие стороны могли с помощью юристов решать спорные вопросы и заключать мир, не рискуя своими переговорщиками. И что самое интересное, его поддержали все семьи, и он исполнялся неукоснительно до сих пор. Поэтому я со спокойной душой мог оставить здесь своих людей и не переживать за их безопасность. А все вопросы за пределами дома мог решить Бестужев.

В пять утра меня разбудила Маша:

– Доброе утро, княжич, – виноватым голосом поздоровалась она. – Елена ждёт вас на завтрак через тридцать минут и очень просила не опаздывать, – сказав это, она сразу закрыла дверь в спальню и ушла.

От такого заявления я сразу проснулся и пребывал в некотором недоумении. Встав, я оделся и спустился в баню, где привёл себя в порядок, и пошёл в столовую.

Там я удивился ещё больше. За столом с хмурыми лицами сидели Беркут и Лапа. Напротив них, с идеальной причёской и макияжем, в строгом деловом костюме, который очень выгодно подчёркивал фигуру, сидела Елена.

Стол был накрыт на четыре персоны, и моё место было во главе стола. Справа от меня сидела Елена, слева первым сидел Беркут, потом Лапа.

– Доброе утро, Александр Михайлович, – Елена встала и слегка поклонилась, при этом так глянув на Беркута и Лапу, что они тут же встали и тоже поклонились.

Я молча прошёл на своё место, пребывая в тихом шоке. Хотел уже сесть, когда понял, что не поздоровался и все стоят и смотрят на меня:

– Доброе утро, Елена.

– Сергеевна, – добавила Елена.

– Елена Сергеевна, – поправился я. – Беркут, Лапа, – я кивнул и хотел было уже сесть, но не тут-то было.

– Александр Михайлович, очень прошу вас, никаких птиц и кошачьих лап. У ваших людей есть имена, – Елена посмотрела на меня с вызовом.

– Доброе утро, Егор Иванович и… эээ… – чёрт, я забыл, как зовут Лапу.

– Михаил Игоревич, – подсказала Елена.

– Михаил Игоревич, – произнёс я, вообще не понимая, что тут творится.

– Доброе утро, Александр Михайлович, – дружно ответили они, добив меня окончательно.

Я посмотрел на Елену, ожидая ещё какого-нибудь номера, но она показала мне взглядом, что я могу садиться.

Сев, я хотел приступить к еде, но все продолжали стоять.

– Да что здесь творится-то⁈ – вскипел я.

Елена вздохнула, кивнула Беркуту и Лапе и опустилась на стул. Остальные тоже сели.

– Александр Михайлович, сейчас вы княжич, а через пару недель или даже раньше станете князем и главой древнего рода. Вы должны выучить этикет поведения для князя в присутствии других людей, даже если они из вашего рода, – Елена перевела взгляд на Беркута и Лапу. – И ваши люди должны быть обучены, как вести себя с князем, особенно, – на этом слове она сделала упор, – в присутствии посторонних лиц. В конце концов, вы лицо древнего и уважаемого рода, не стоит позориться своим невежеством.

Я открыл рот, чтобы ответить, но Елена посмотрела на меня и продолжила:

– Я ещё не закончила. Пока мы будем добираться до Красноярска, я буду учить вас этикету и поведению в высшем обществе. А также самым важным особенностям поведения и традициям в Китае, чтобы вы случайно не развязали войну с одним из родов Китая. Сейчас мы позавтракаем и поедем в салон красоты, а также посетим ателье, где приведём вас и ваших людей в подобающий вид и купим необходимую одежду для путешествий и посещения важных мероприятий в Китае. Тем более что я еду с вами в одном купе, княжич, и хочу лицезреть всю дорогу красивого мужчину, а не мужлана в военной форме, которая сшита явно не для него. А теперь давайте позавтракаем. Через час нас уже ждут в салоне, я договорилась с хозяйкой об этом ещё вчера, когда увидела вас впервые. Опаздывать нельзя.

После этих слов Маша, которая стояла в дверях столовой с открытым ртом от удивления и, как остальные, пребывая в тихом шоке, быстро подошла к столу и стала всем накладывать еду. Внимательно следя за взглядом Елены, которая показывала, в каком количестве и в каком порядке, что и как делать.

Дальше завтрак прошёл в относительной тишине, прерываемой замечаниями Елены.

После завтрака, прежде чем отправиться в салон, я зашёл к Бестужеву:

– Сергей, это что вообще сейчас было с вашей дочерью⁈ – возмутился я. – Я уже жалею, что согласился взять её с собой.

– Александр Михайлович, я полностью с ней согласен. Вы будущий глава рода и должны вести себя и выглядеть соответственно, так же как и ваше ближайшее окружение. Вспомните вашего деда, отца, мать – как они вели себя и выглядели в присутствии других представителей рода? Я сейчас не имею в виду детей или самых ближайших родственников. Вас должны были отправить учиться в Императорскую академию – самое большое и главное учебное заведение Российской Империи. Где вы должны были, помимо магии, изучать этикет, законы, правила поведения и много других дисциплин. Но, к моему большому сожалению, наш род постигла трагедия. Но теперь вам необходимо учиться. Чему-то научит Елена, чему-то я. Но если, точней, когда мы решим первоочередные проблемы, я буду настаивать, чтобы вы пошли учиться в академию. Это важно для вас и всего вашего рода, – ответил Бестужев.

И… он был прав, прав на все сто процентов. Я чувствовал, что он яростно желает, чтобы наш род снова стал великим.

– Хорошо, Сергей. Я сделаю всё, что необходимо, чтобы снова возвеличить наш род, – я кивнул и пошёл во двор, где за рулём машины Бестужева уже сидел Лапа. На переднем сидении устроился Беркут, а Елена ждала меня сзади.

В салоне с названием «Мадам Жизель» нас встретила элегантно одетая женщина с очень красивой причёской:

– Доброе утро, Елена Сергеевна. Всё готово, мы вас ждали.

– Доброе утро, Ольга Владимировна. Вот из этого неопрятного мужчины, – она кивнула головой в мою сторону, – необходимо сделать красивого и элегантного мужчину, чтобы все девушки пускали на него слюни, если вы понимаете, о чём я. Будущий князь и глава древнего рода Драгомировых должен выглядеть выше всяких похвал. А вот тех двоих, – теперь она кивнула на Беркута с Лапой, – надо привести в порядок, чтобы они не пугали своим видом прохожих и соответствовали высокому статусу свиты будущего князя. Вы предупредили Альберта, что у него много работы и он должен обеспечить выполнение нашего заказа по пошиву одежды в течение трёх часов?

– Конечно, Альберт будет через пару минут, я уже отправила за ним девушку в его ателье. Что будем делать для вас? – спросила Ольга Владимировна.

– Мне что-нибудь простое и красивое, но чтобы не заниматься укладкой каждое утро. Мне предстоит долгий переезд в поезде, – ответила Елена.

– Всё сделаем, вам понравится, – Ольга Владимировна слегка поклонилась.

В этот момент в двери салона зашёл невысокий пожилой мужчина.

– Елена, какая честь лицезреть вас с утра, да ещё и в таком очаровательном образе. Вы, как всегда, радуете мой взор своей красотой, – мужчина низко поклонился. – Что привело вас в столь ранний час? К тому же Оленька заставила вывести меня всех сотрудников. Сказала, очень срочный и важный заказ, за который я получу очень много золотых червонцев, – мужчина широко улыбался.

– Альберт, этот мужчина на днях станет князем и главой древнего рода Драгомировых, – Елена указала на меня. – Ещё мы уезжаем в Китай, где нам предстоят встречи в высшем обществе. Как вы думаете, зачем весь этот переполох?

Альберт внимательно посмотрел на меня и мельком глянул на Беркута с Лапой:

– Я так понимаю, рядом с княжичем его будущая свита?

Елена кивнула.

– Для свиты одежда будет готова через два часа, для княжича – через два часа примерка и тридцать минут на подгонку. Что необходимо для вас? – уже серьёзно заговорил Альберт.

– Дорожный костюм и удобное платье для похода в ресторан поезда, – сказала Елена.

– Ткани, как я понимаю, самые лучшие? – уточнил Альберт.

– Альберт, зачем задавать мне такие вопросы? – чуть обиженно произнесла девушка.

– Значит так… Для княжича: дорожный костюм, два стандартных костюма, один для приёмов и ещё один в китайском стиле. Для свиты: дорожный костюм и два стандартных. И по одному в китайском стиле. Для вас – дорожный костюм, шикарное платье для ресторана и добавлю одно платье в китайском стиле. За такой большой заказ с учётом срочности я возьму двести золотых червонцев, – сказал Альберт и посмотрел на Елену.

У меня глаза полезли на лоб от таких цен, а ведь ещё надо будет заплатить Ольге Владимировне.

Елена улыбнулась очаровательной улыбкой и заговорила томным голосом:

– Альберт, я думала, вы не только прекрасный мастер, но и хороший продавец, думающий наперёд, а не пытающийся получить сиюминутную выгоду, – Елена замолчала и уже продолжила грустным голосом: – Наверное, я по молодости своих лет жестоко ошиблась.

Она вздохнула:

– А ведь пока мы ехали к вам, я расписывала княжичу, что вы лучший мастер во всей Москве. «Ваши костюмы – это настоящее произведение искусства, – говорила я. – Каждая строчка, каждый шов выполнены с такой точностью и любовью, что даже императорский портной мог бы позавидовать вашему мастерству».

– Я лучший, – насупился Альберт, но Елена проигнорировала его реплику.

– «Как бы было здорово, чтобы весь наш древний род Драгомировых одевался у Альберта», – говорила я. «У него не только прекрасные цены, но и чувство стиля, которое не встретишь больше ни у кого. Нам бы завидовали все семьи», – Елена чуть ли не плакала, что я и сам поверил, будто она мне это говорила.

– Ладно, хватит, – сказал Альберт. – Сто золотых и ни червонцем меньше.

– Альберт⁈ – Елена сразу стала серьёзной.

– Ну что Альберт? – теперь уже Альберт ответил грустным голосом. – Хорошо, сделаю всё бесплатно, в качестве рекламы.

– И двадцать процентов скидки на все последующие заказы от рода Драгомировых, – добавила девушка.

– Елена, имейте совесть. Пять процентов.

– Пятнадцать.

– Десять.

– Договорились, – Елена протянула Альберту руку и улыбнулась.

Он вздохнул, взял её руку и поцеловал:

– Вы меня разорите, Елена.

– Не прибедняйтесь, Альберт. Вам это не идёт, – парировала она.

Как только Альберт вышел, Елена повернулась к Ольге Владимировне.

– Елена, только без драмы, это, конечно, было шикарно, но ты знаешь мою ситуацию, после смерти мужа. Я только недавно выплатила все его долги, – произнесла Ольга.

– Знаю, поэтому скидка двадцать процентов на все твои услуги, если хочешь, чтобы род Драгомировых в Москве пользовался только твоими салонами, – произнесла серьёзным голосом Елена.

– Договорились, – Ольга протянула руку, и Елена её пожала.

– Ну а теперь за работу. И сделай мне кофе. Княжичу и этим двоим тоже, – сказала Елена и присела на диванчик возле небольшого столика.

Когда нас всех подстригли, побрили, сделали маникюр и педикюр, а мне ещё и очищающую маску для лица, я уже перестал чему-либо удивляться. Да, мне было приятно, что вокруг меня суетятся молодые красивые девушки и ухаживают за мной, но под конец я уже хотел выть.

Елена с новой причёской выглядела потрясающе. Она стояла напротив меня и внимательно разглядывала каждый новый костюм, который я надевал, а вокруг неё вился Альберт, расхваливая своё творение.

– Хорошо, Альберт, меня всё устраивает. Княжич выглядит великолепно. Считай, что теперь род Драгомировых будет пользоваться только твоими услугами, – Елена повернулась к Альберту. – Что с моим костюмом и платьями?

– Уже всё готово. Будете мерить? – спросил Альберт.

– Не в этот раз, Альберт, мы уже опаздываем. Да и мне есть, перед кем переодеться, чтобы он оценил, – Елена бросила на меня весёлый взгляд, а я смутился и, кажется, покраснел.

Беркут отдал Ольге сорок золотых – и это с двадцатипроцентной скидкой! Но по его эмоциям и эмоциям Лапы я понял, что они в восторге от проведённого времени, хотя и не показывают вида.

Мы сели в автомобиль и поехали домой. Как заметила Елена, мы действительно уже задержались, и, скорее всего, обедать придётся в ресторане поезда.

Я украдкой разглядывал Елену, поражаясь, как такая красивая девушка смогла только что сэкономить роду кучу денег – и сейчас, и с прицелом на будущее. Её деловой подход, умение вести переговоры и природное обаяние произвели на меня неизгладимое впечатление. В ней сочетались грация и сила, красота и острый ум – поистине редкое сочетание для молодой девушки её возраста.