Текст книги "Галактика Белая. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Наталья Бульба

сообщить о нарушении

Текущая страница: 313 (всего у книги 322 страниц)

Едва не запнувшись за валявшийся импульсник, впечаталась в панель, отделявшую два отеска. Та сдвинулась. Сидевший за правым штурвалом парень… совсем мальчишка, обернулся… машина рыскнула, завалилась.

– Сгинь, – прохрипела я. Сплюнула запузырившуюся на губах пену.

Прав, Кирьен, хреново, но тут без вариантов… Других просто нет, когда на место пилота садятся дуболомы.

– Ты – слева, – кивнула матессу, втискиваясь в пилотское кресло. Во время переподготовки на Ирассе удалось полетать, рука сразу нашла нужный рычаг. Дернула, запуская адаптацию. – Пока не лезь, смотри, – бросила я Кирьену. Уже вместе с креслом развернулась к Слайдеру: – Код?

– А хрен его…

– Твою…! – вызверилась я. – Тебе должны были…

– Эндари-два-аркада-три-три-ноль, – отчеканил «прилипший» к панели боец. И добавил, едва слышно в шуме рыкнувшего движка: – Успел передать…

– Принято, – рывком зафиксировала я ложемент. Повторила, активировав поле ввода: – Эндари-два-аркада-три-три-ноль…

– Код принят. Полный доступ…

ИР «говорил» по-скайловски, но мне было наплевать. Главное…

Движки взревели, реагируя на команду, катер «качнулся», боком, по крутой дуге уходя вверх:

– Кому очень страшно, можете начинать молиться, – зло крикнула я, вытягивая машину все выше и выше.

– Визуально. Цель. Слева… Курс…

– Огонь не открывать! – уводя катер, приказала я. – Оценка границы «Купола»…

– Оценка невозможна. Данных недостаточно…

– Что б тебя! – помянула я ИР недобрым словом. – Что скажешь? – Слайдер все ещё маячил за спиной, так что с адресатом не должең был ошибиться.

– Если отрабатывали только по земле, то метров двести-триста. А если на средних…

– Мы уже на пятистах…

– Тогда два, два с половиной, – весьма флегматично заметил он.

– Суки… – выдавила я из себя.

На экранах темно, все, что «рисовалось», отсчитывалось от точки «нуль», взятой, когда лежали на земле. При таком раскладе…

Хреново все было при таком раскладе!

– «Дальнир» должен быть…

– Заткнись, – оборвала я Слая.

Что «Дальнир» где-то над нами, я и сама понимала – парни под расстрел пойдут, но не бросят, но вот где это «где-то»…

Слева – зарево. То самое, где наши должны были до последнего держать посадочные столы. Если на глаз, да с учетом того, что вот так, без приборов, я уже давно не летала…

– Визуально. Цель…

– Огонь не открывать!

– Если зажмут…

– Заткнулись все! – рявкнула я. – Пристегнуться!

Что порадовало, на эту команду среагировали сразу, не забыв и про Вэйрина.

– Ну… родная… – вывела я штурвал. И не важно, что катер был, скорее, родной, чем родная. Здесь главное не пол, а отношение…

– Цель двойная…

По глазам резануло… фильтр ретушировал яркость, но сам факт остался – захват…

– Капитан…

Опять качнула маятник… Прожектор «пошел» за нами, вырисовывая плавную кривую. «Подхватил» второй, сыграв внахлест.

Что и требовалось. Если нельзя прямо…

«Купол» сбил связь, лишив возможности вызвать поддержку, но это – смотря с какой стороны смотреть. На каждого охотника найдется…

– Высота?!

– Один и четыре…

– Вот и отлично, – кивнула я сама себе.

– И пусть она будет к нам милостива и милосердна… – выдал вдруг Кирьен.

Бросив на него взгляд, криво усмехнулась. Самое время. И про милость, и про милосердие…

Сердце заходилось, захлебываясь адреналином. Воздуха не хватало, да и ребра…

– Если вырублюсь…

Не закончила я сама. Не дождетесь! Не в этот раз!

Представив, что скажет о моих выходках Дарил, завалила нос машины вниз, вывела движки на ноль. Тишина ударила по ушам… самый страшный кошмар, когда уже все… Машина подвисла, словно раздумывая.… Я мягко, осторожно довела, углубляя крен… Играть, так играть, что бы уж наверняка… Еще чуть-чуть… Еще…

Накатившей резко тяжестью прижало, откинуло назад, впечатывая в спинку кресла, оставляя внутри лишь месиво. Перед глазами разлилось алым…

Не дождетесь!

– Один и два… – подсуетился Кирьен, став моими глазами.

– Капитан!

Я бы и хотела ответить, но…

– Девятность! Семьсот!

Полосы света, чертившие нам мишень, остались там, наверху…

– Пятьсот!

ИР принял команду, катер дернулся, штурвал медленно, натужно пошел, вытягивая машину вверх, к перекрестью прожекторов, продолжавших искать нас в черном небе…

– Чтобы я с тобой, да ещё раз…

– Затқнись, – хрипло попросила я, вглядываясь в густую темноту с той стороны кабины.

Если я не права…

Если я ошиблась…

Не ошиблась!

– Твою…! – восхищенно выдохнул Слайдер, опередив меня на мгновенье.

– Теперь можно и сдохнуть, – повторила я тоже самое, но в вольном переводе. Расслабилась, позволяя телу растечься по ложементу. – Возьми управление… – уже чувствуя, как вместе с напряжением покидают меня и последние силы, попросила я Кирьена.

И – закрыла глаза, до последнего видя, как хищно подмигивает бортовыми огнями распластавшийся прямо по курсу «Дальнир»…

Глава 4

– Папа, папа!

Крик пробился сквозь сжимавший голову гул, позволив услышать и все остальное. Услышать и… вспомнить. Начиная с устроенной Анхелией истерики и, заканчивая, чьим-то предупреждением: «Угроза взрыва!».

С последним вопросов не возникало – к этому были готовы, а вот с первым…

Анхелия никогда раньше не позволяла себе ничего подобного, беспрекословно подчинаясь его требованию остаться на базе, а тут… Злобин не забыл, как растерялся. Смотрел на растирающую слезы дочь, видел, как вздрагивают от рыданий худенькие плечи и не знал, что делать. С одной стороны – понимание, что ей там не место, с другой… Нет, не жалость, тоже понимание, через что уже пришлось пройти приемной дочери.

Решила его безмолвный спор с самим собой Кэр, подав девочке такой же, как у них, только совсем маленький плащ.

Вторую истерику Анхелия закатила уже здесь, на объекте, но эта обошлась без слез, оказавшись более похожей на приступ паники. Она задыхалась, билась в его руках, закатывала глаза, едва не теряя сознание, и тогда он был вынужден отойти, направляясь навстречу вызванному медику, и…

– Не дергайся, адмирал… – придержали его, не дав подняться. – Сначала дай разобраться, жив или нет.

– Жив, – открыл он глаза, пусть и не без труда, но узнав едва не сливавшийся с шипеньем в голове голос Ликрая.

Первой, кого увидел, была дочь. Мордашка грязная, опухшая. Второй – Кэр…

– У нее дар, – прохрипел он через силу.

Кэр понимающе кивнула и тут же отступила, позволив медику спокойно работать.

Надо же… сначала он радовался, что Анхелия оказалась обычным ребенком, теперь – тоже радовался, но уже противоположному. Не отойди он…

Плащ мог спасти от многого, только не от многотонной конструкции, между ним и которой сейчас было меньше метра.

– Что рвануло? – спросил он у присевшего рядом Ликрая. Диагност к вшитому чипу подключили, все, что осталось, дожидаться вердикта.

– Модуль коррекции нагрузки, – не задержался с ответом акрекатор. Лицо было серым от пыли.

– Хреново, – шевельнулся Злобин. На чем лежал не понять, но под спиной давило.

Ликрай, приподнялся, собираясь помочь, но медик качнул головой и показал один палец, намекая, что ещё минута и все.

– Из наших погибло двое, ССБ, а вот бригада легла полностью, – продолжил Ликрай, вновь присев на корточки. – Доклад Воронову ушел. Твое имя в списке условных.

– Не торопись опровергать, – поймав мысль, что на этом неплохо было бы сыграть, Злобин посмотрел на офицера от медицины. – Что скажешь?

– Легкая контузия, внутренних повреждений не фиксирую. На госпитализации настаивать не буду, но… – он вскрыл прикрепленную к ноге аптечку, достал две тубы. Одну протянул Ликраю, вторую приставил к шее Злобина. Укол адмирал не ощутил, однако тело дернуло, пробив легким морозцем. – Поддержку я ввел. Это, – медик кивнул на флакон в руке акрекатора, – если потребуется повторить. Хватит минут на тридцать-сорок, потом только к нам.

– Понял, – кивнул Ликрай. Поднялся сам, помог встать Злобину. – О его состоянии…

– Как прикажете, – медик убрал диагност, бросил короткий взгляд на девочку, которая продолжала стоять, прижавшись к Кэр. – У нее шок. Если вы не ошиблись с даром, могут быть проблемы.

– Согласна, – поддержала медика Кэр. – Ей сейчас требуется…

– Нет, – перебил ее Злобин. Едва ли не впервые в их совместной истории. Подошел к дочери, опустился на колено. Его самого ещё мутило, да и шум из головы никуда не делся, но из них двоих, именно он сейчас мог подождать. – Хелия… – Злобин провел ладонью по волосам девочки, тронул за плечо. – Малышка…

Слово было чужим, незнакомым, да только сорвалось с губ само, став не просто родным – правильным, единственно возможным.

– Папа… – девочка вздрогнула, однако от Кэр не отстранилась, продолжая цепляться за ее плащ сбитыми в кровь пальчиками.

– Да, малыш, – Злобин сглотнул вставший в горле ком. И ведь не мог чувствовать…

Мог! До воя в душе, до дикого, неконтролируемого желания встать и…

– Адмирал… – предупреждающе протянул Ликрай.

Злобин опустил голову, пережидая ударившую по глазам волну. Чтобы оценить возможные последствия, хватило и того, что увидел. Месяцы работы… Не их работы, тех восемнадцати, которых уже не вернуть.

– Извини, – поднявшись, посмотрел он на Кэр. Права была она, одного его желания и любви к дочери сейчас было мало. Уж если его…

– За нее не беспокойся, – Кэр не без усилия развернула девочку к себе лицом, обняла руками за голову, не только прижимая к себе крепче, но и приоткрывая для иньекции тоненькую шейку.

– Время…

Тех, кто в курсе, немного.

Здесь – трое. Злобин, Ликрай и Волгин. Еще столько же: Кэр, Анхелия и медик на борту крейсера под надзором ССБ.

И с той стороны… Как заколдовано, тоже трое. Шторм, Валанд и Воронов.

– Рискованно, но может сыграть в нашу пользу, – бросив короткий взгляд на Шторма, кивнул Воронов. – До операции всего ничего, а тут… – Он медленно выдохнул, давая себе еще несколько секунд на размышление.

До прибытия лже-наследника дара лидера тарсов два дня. Официальной информации никакой, но… Оба канала, которые Злобин использовал для утечки, сработали. Очередной взрыв, количество которых за последнюю неделю резко возрасло, подтверждал не только этот факт, но и предположение, касающееся «спящих» матриц. Эсси Джерхар должен был «активировать» их все, создав серьезные проблемы здесь, в далеком тылу.

В тот раз не получилось, в этот все должно было произойти под их жестким контролем.

Должно было…

Плюс еще одни сутки до входа в систему первых транспортов со скайлами, что оставляло им двадцать четыре часа на полную очистку колонии от сухлебов.

Двадцать четыре часа без права на малейшую ошибку…

– Бабушка надвое сказала, – возразил Волгин. – С одной стороны – да, хороший ход, но…

– Смерть делает злее, – перебил его Ликрай. – У адмирала Злобина соответствующая репутация, за него мальчишки…

– Вот этого я и боюсь! – жестко перебил Волгин. – Они только поверили в будущее, они…

– Сможешь удержать? – Шторм посмотрел на главу местной службы акрекаторов.

– Пятьдесят на пятьдесят, – не помедлил с ответом Ликрай. – Но есть шанс вытянуть в нашу сторону, если сработаем быстро и четко.

– Что для этого необходимо?

Воронов качнул головой, Валанд в ответ пожал плечами, давая понять, что неизбежность потому и называют неизбежностью, что не изменить. Шторм был из этой же категории: не всесилен, но…

До всемогущества он не дотягивал, однако продолжал над этим работать.

– Полчаса времени.

– Твое мнение? – Шторм с той стороны экрана повернулся к Валанду.

О взрыве на дублере по сети уже прошло – такую информацию не удержать. О гибели бригады монтажников, тоже. И о тех двух офицерах ССБ, которые в безвозвратных. Единственный, кто оставался под вопросом – адмирал Злобин. Состояние критическое…

Внешний антураж соблюден «от» и «до». О том, что творилось за переборками отсека, говорить не стоило. Медицина, безопасность, акрекаторы… Шухером не назовешь – все процедуры отработаны до автоматизма, но тут ведь случай хоть и немного, а другой.

Адмирал Злобин… Ликрай был прав! Идолом тот не стал, а вот человеком, за которого едва ли не каждый был готов глотку перегрызть, успел.

Но и Волгин прав. И даже без учета тех, кто не входил в пресловутый список «едва ли». С ними как раз проще и понятней – враг, пусть и скрывающий свое нутро. А вот с этими, кого «сорвет» на искреннем горе, кто потеряет веру… не сейчас – потом, когда расставятся точки над «и».

Для операции, которую вытягивали, «смерть» адмирила Злобина была выгодна. Как минимум, фактором неожиданности. А вот для того человеческого, которое они декларировали…

– Про…

– Подожди, – остановил Шторм Валанда. Протянул планшет…

На экране высший код доступа, но в ответ на вопросительный взгляд Марка генерал лишь кивнул. Вчера знать было еще рано, завтра…

Строки скупые, шаблонные. Назначить заместителем начальника Управления «Д» с присвоением соответствующего звания генерал-полковник… адмирала Злобина Бориса Николаевича. Подпись в поле пока еще отсутствовала, но расшифровку уҗе ввели: начальник Управления «Д», генерал армии Орлов…

Когда Валанд хмыкнул, намекая, что сюрприз удался, сбросил на экран еще одну выжимку. Всего две строчки.… Основная задача, возлагаемая на вновь создаваемую структуру – пресечение разведывательной и диверсионной деятельности в границах, объявленных зоной военных действий.

– Согласен, – Валанд вернул планшет. Новый расклад менял многое. – Состояние критическое. Вывозим на Самаринию.

– Не спорю, – пошамкав губами, отреагировал Воронов. О будущем статусе Злобина ему было не просто известно – лично поспособствовал, чтобы все сложилось так, а не иначе. Ну а то, что терял сильного заместителя… Волгин достаточно подтянулся, чтобы полноправно занять адмиральское место.

– Значит, работаем, – Шторм отступил. И ведь не ушел из зоны визуализации, но сдвинулся, лишая свою фигуру давящей монументальности.

– Работаем! – кивнул Злобин, бросив взгляд на лежавшую рядом медицинскую капсулу. Сколько раз уже было, сколько…

Давать смерти еще один шанс он не собирался.

Ему было, ради кого жить! Ему было… куда возвращаться!

* * *

Небо было глубоким-глубоким. Синим-синим… Не так, как на Земле – другой оттенок, но таким же спокойным и умиротворенным.

Выведи нас на Рикшай, было бы проще, там все серо и уныло, а здесь…

Здесь была жизнь! Яркая. Безудержная. Заставлявшая звереть только от одного осознания, что могут и ее…

– Не помешаю?

Дожидаться моего ответа Стас не стал. Сняв куртку, бросил ее на землю. Лег рядом, закинул руки за голову.

День обещал быть жарким, а сейчас, ранним утром, самое то. Еще бы не донимала мошкара…

– У тебя полный допуск к полетам, – сбил он меня с какой-то мысли. Не то о доме, не то… о неизбежности.

– Ты пробил или по факту? – закрыла я глаза, чтобы не видеть. Ни неба, ни облаков, ни ярко-зеленых, совсем ещё молодых листочков на дереве, под которым устроилась.

– По факту, – отозвался Стас. – Ускоренная регенерация. Самариняне считают, что последствия твоего контакта с Альдором.

– Мало мне было других проблем, – недовольно проворчала я.

Нет, ничего плохого в ускоренной регенерации не было, если не считать постоянного чувства голода, преследовавшего меня все восемь дней, которые находились на базе.

Впрочем…

– Насколько я понимаю, тебя отправили за мной? – перевернулась я на бок. Оперлась на локоть – так было удобнее наблюдать за Стасом.

За эти годы он практически не изменился. Внешне… Внутри же всегда был другим, открывая себя настоящего лишь тем, кто близок.

Надежность. Верность. Способность взваливать ответственность…

…и захочешь, а не увидишь за легкой поддевкой во взгляде, за чуть насмешливой улыбкой, за…

Я была капитаном Таши, он – Стасом, чье слово могло стать точкой в любом споре. Стас сказал… Стас просил…

Не пропустив, как в экипаже Стас стал негласным лидером, якорем, удерживавшим в жестких рамках то и дело менявшихся правил, лишь теперь разглядела похожее на мое одиночество. Не то, которое прилагалось к статусу «лучший», то, в котором было что-то от так и не пережитой потери.

– Мы бы и сами справились, – улыбнулся он, возвращая к насущному. Вздохнул… медленно, ноздри дернулись, оң чуть напрягся… словно собираясь потянуться за пойманным ароматом.

Дебора была базой подскока. Для нас, корпусов «Север» и «Миджари» – временным местом дислокации.

– Но… – поторопила я.

– С последней командой прибыл тот самый наблюдатель Тебе стоит на него посмотреть… – закончил Стас уже другим тоном.

– Пока что? – уловила я предупреждающие интонации.

– Помнишь, как встречали Рэя и Рэю? – позы Стас так и не сменил.

– Твою…! – рывком поднялась я. – Кто с ним?!

– Слайдер, Дарил и Тарас, – ухмыльнулся тот. Сел, прижав колени к груди и обхватив их руками. – Жаль, Торрека нет. Там бы…

– Капитан-лейтенант Ром! – рявкнула я, найдя лучший способ привести в порядок собственные нервы. Не знаю, касалась их ускоренная регенерация или нет, но последние дни я буквально чувствовала, қак все вокруг звенит напряжением.

– Лидер-капитан! – подскочил Стас. Под моим тяжелым взглядом наглухо застегнул куртку…

Капитан-лейтенанта он получил на Самри за выявление группы саботажников среди офицеров передовых соединений скайлов. Капитан-лейтенанта и орден, но этот уже за спасение посадочного стола, до последней минуты работавшего на эвакуацию.

– Вольно, – бросила я и, развернувшись, направилась в сторону базы. – Где?

– Как обычно, – его опять сорвало на ухмылку, – в оперативном.

И ведь прав… как обычно…

Подняли меня ңа борт «Дальнира» практически мертвой. Сердце остановилось, когда катер лег в трюм корабля… Но это были уже мелочи, для Стаса слова невозможно не существовало. Особенно, когда речь шла обо мне.

– Стас… – я остановилась, дождалась, когда он подойдет.

Говорить, насколько мне хреново, не стоило, но… Его одиночество. Мое одиночество… Само по себе – не повод, если только с той точки зрения, что после смерти жить хотелось, как никогда раньше.

– Да, Таши, – правильно расставил он акценты. Встал за спиной… близко, очень близко. Так позволяли себе лишь они, мои старенькие, но и тут Стас сделал похоже, но иначе. Не прикрывая – закрывая собой, пряча от всего мира… Только он и… я, как его часть.

Странные слова. Странные ассоциации. Все, что окружало здесь, било по нервам другой, уже забываемой нами системой координат.

– Я не сказала тебе спасибо, – оглянуться у меня так и не получилось.

– Сказала, просто не помнишь об этом, – смешком успокоил он меня. – А если серьезно, то тебе стоит поторопиться. Терпение парней не безгранично.

– Принято, – кивнула я, чувствуя, как теплеет на душе. Прав был Камил. Пройдет время…

Вычеркнуть из памяти Искандера и нашу любовь ему было не под силу, а вот… дать поверить, что мне ещё с кем-то может оказаться хорошо – да.

Корпус Управления, на первом этаже которого находился оперативный, располагался на полпути между жилыми модулями и зоной стапельных площадок. Но это – если идти с центрального прохода, а если от реки, на берегу которой я и облюбовала себе местечко, сделав его своей берлогой, то метров четыреста. Охрана сначала выражала недовольство – привыкли к соблюдению правил, но после того, как мои объяснили, что с их лидер-капитаном лучше не связываться, лишь молча провожали тяжелым взглядом.

Когда мы со Стасом подошли, у дверей стояли Костас, Шураи и экипаж Аронова едва ли не в полном составе. Ну и несколько скайлов местной службы безопасности, с которой у нас были, в продолжение традиций, не самые хорошие взаимоотношения.

– Лидер-капитан! – завидев, бросился ко мне Сашка. Вытянулся… включая официоз. – Вверенное вам…

– Принято, – оборвала я, бросив на дверь заинтересованный взгляд.

Тот самый наблюдатель, о котором меня предупредил Шторм. Тот самый, которого без возможности отказаться навязал Соболев. Тот самый, қоторого встречали, қак Рэя с Рэем. Подсказок более чем достаточно, но вместо четкой картины одни вопросы.

Пока гадала, что именно меня ждет, за спиной, рядом со Стасом, оказался и Шураи. Впрочем, как раз этому удивляться и не стоило. Еще один… любитель потрепать нервы.

– Стас – со мной, остальные…

– Лидер-капитан…

– Может понадобиться, – обрадовал меня очередным намеком Стас.

– Рэя, Рэй, – добавила я, предпочтя перестраховаться. На тот случай, если кого-то сорвет.

Перед нами расступились, затем снова сомкнулись, в очередной раз напомнив о дисциплине. Нас становилось все больше…

– Лидер-капитан! – Слайдер подошел, как только за нами, чмокнув, закрылась тамбурная дверь. Вытянулся, едва ли не щелкнув каблуками, на мгновение опустил подбородок к груди…

Мысленно простонав – с каждым мгновением ситуация становилась все непредсказуемее, окинула присутствующих быстрым взглядом.

Сумароков у главного тактического стола. Что крутилось над ним не разобрать, но явно поднято лишь для картинки. Тарас – ближе, но четко на курсе перехвата. Практически в центре – Дарил, Ягомо и незнакомец в форме Союза, но с весьма характерными чертами лица. Демон?

Да, на первый взгляд можно и ошибиться, но на второй, да встречаясь с его собратьями, уже не перепутаешь. Домон! А еще и нашивки… Капитан третьего ранга, так же, как и я…

Времени на раздумье мне незнакомец не дал. Приблизился, остановился, четко выдерҗав расстояние:

– Госпожа лидер-капитан! Капитан третьего ранга Дэкрс. Коалиционным Штабом назначен в группу «Ворош» наблюдателем с расширенными полномочиями.

– Хотелось бы знать, насколько они расширенные, – вернув приветствие, без малейшего намека на радость от его появления, ворчливо отозвалась я.

– Если практически, то – безграничные, – Сандерс продолжал смотреть на меня оценивающе. – Особенно в том, что касается вашей безопасности.

– Моей? – приподняла я бровь. Хотелось с сарказмом, но это был другой случай. Стоявший напротив меня мужчина был… – Ты его знаешь? – обернулась я к Шураи.

– Да, госпожа лидер-капитан, – не задержался тот с ответом. – Ашкер ардона «Хирам», Сандерс Дэкрс. Оора Сдильмы.

– Нихрена себе! – присвистнув, зло протянул Сумароков. Подошел. – Они в Штабе что… совсем…

– Антон! – рыкнула я, ловя себя на том, что при ближайшем рассмотрении абсурдность происходящего таковой не является. Скорее уж, закономерность. Сначала Шураи, потом – Слайдер, Торрек… Те мальчишки-тарсы, которых мы притащили из Изумрудной…

– Капитан, – ярясь, дернулся Сумароков, но Тарас перехватил, – эти твари…

– Принято! – оборвала я, продолжая рассматривать новенького. То, что не избавимся – понятно, оставалось только вписать в реальность. Был бы тут Торрек…

Если не брать во внимание, что – домон, экземпляр был хорош, чем-то напомнив мне дядю Дарила, главу службы безопасности Хо'Шор'хош. То же сочетание мощной, кажущейся тяжелой фигуры и легкости движений. И взгляд… глубокий, вбирающий тебя всего, без остатка…

А ещё и бывший ашкер ардона, что тоже говорило само за себя. Соответствующая степень доверия, и… подготовка.

– За что ж тебя к нам? – добавив в голос язвительности, поинтересовалась я у домона. – Тут нужно серьезно постараться…

– Все, что сделал – мое, – как-то жестко… словно предупреждающе, оборвал он меня и… поклонился, так же низко, как это сделал не так давно Торрек: – аллера Таши.

Если кого здесь и надо было сдерживать, так меня. Шураи и Дарил успели перехватить, больно дернув за плечи, Рэй и Рэя – встать между…

– Кто дал тебе право, мать твою… – понимая, что не вырваться, но продолжая дергаться, закричала я. – Кто дал тебе право?!

Знала бы, что последует, не спрашивала. Сандрес как-то легко, без малейшего напряга, отодвинул самаринян и, опустившись на колено, произнес, глядя мне прямо в глаза:

– Для того чтобы присягнуть, право не требуется, только потребность. А она либо есть, либо…

Ему повезло. Если кто меня и мог остановить, так только Стас, прижавший к себе… не крепко, но так, что стало понятно – не отпустит. Ни сейчас, ни…

* * *

С Самри группа «Ворош» вышла полным составом. Потери, конечно, были, но из тех, когда можно вздохнуть с облегчением, сказав, что повезло. В корпусах «Север» и «Миджари» все оказалось значительно серьезнее, но и задачи перед ними стояли другие. Держались они до последнего, собой прикрывая эвакуационные транспорты.

– Тебе стоит что-нибудь сказать, пока они не сдохли от напряжения, – довольно зло съязвил Дарил, блокируя меня справа.

– Заткнись, – пока еще миролюбиво попросила я.

Первое общее построение обновленной группы. Доукомлектация до трех вахт и собственная техническая служба, базировавшаяся на двух кораблях поддержки. Это – из хорошего. Из плохого – шесть Стрэков со своими, уже побывавшими в боях экипажами, и тот самый… наблюдатель с расширенными полномочиями, занимавший сейчас место слева от меня. Из очень плохого – восемь человек, прошедшие проверку ССБ Штаба, завалились уже здесь, у нас. Трое под вопросом, который должен был закрыть ментальный скрининг, а вот по остальным пяти сомнений не было. Четверо – диверсанты, один – сухлеб.

Безжалостная статистика нашей реальности.

– Капитан Дрей прав, – сбив с мысли о сволочизме происходящего с нами, заметил Сандерс.

– Заткнись, – повторила я, выдвигаясь вперед.

За сутки нашего с домоном знакомства произошло многое. Начиная с радушия встречи, продолжая извинениями, которые я процедила сквозь зубы и, закаңчивая, требованием согласовывать с ним свои решение, в ответ на которое я отправила его… в Штаб, к Соболеву.

Поқа соответствующего приказа не было, я считала себя свободной действовать по своему усмотрению.

– Господа офицеры!

Взгляд, которым я обвела плац, был быстрым, но из тех, когда замечаешь и запонимаешь все. Четкие квадраты, в которые были сведены экипажы, стоявших на шаг впереди капитанов, устремленные на меня глаза, жестқость и непоколебимость в чертах лиц…

– У нашей группы славное прошлое. Путь тысячелетий, история, связавшая две войны, и давшая нам шанс закончить то, что начали предки. – Я не собиралась делать паузу, но горло стянуло спазмом осознания. Слова не были просто словами, они становились жизнью, воплощенные в «Дальнире», «Тсерре», «Эссанди». В тех женщинах, что когда-то так же, как и мы, уходили в бой, считая каждый из них последним… Во мне! – Нас называют отморозками, для которых не существует правил и законов! Нами пугают, предупреждая, что в сравнение выигрывают даже дисциплинарные корпуса! О нас говорят, что мы – отродье вседозволенности, не способное вписаться в рамки воинской службы! И они – правы, – рявкнула я, чувствуя, как на смену легкому оцепенению приходит кураж. – Они – правы, но забывают, что еще мы – неизбежность для каждого, кто посмеет посягнуть на наш мир! Мы – группа «Ворош»! Так было, есть и будет!

Троекратное: «Ура», буквально сбило с ног, размазало, оставив лишь чувство сопричастности. Никаких «я», только – мы…

В груди дернулось… сожалением по тем, кого уже не будет рядом, я прикусила губу, сдерживая не слезы – ярость, от которой весь мир стал алым, безудержным…

Дарил пришел на помощь, перехватив то, что должна была произнести я:

– Господа офицеры! К принесению клятвы группы «Ворош» стоять смирно! Клятву…

У них у каждого было право отказаться.

Не отказался ни один.

Вокруг – отсраненная лаконичность, создаваемая выверенңым соотношением двух оттенков серого. И четкие линии курсов, связывавших тактический стол с выведенной на него объемкой сектора, в котором находилась Дебора, и рабочие терминалы, все места за которыми сейчас были заняты капитанами и их первыми помощниками.

– Господа офицеры… – С момента построения прошло уже полчаса, но в крови ещё бурлило. И, судя по воодушевлению на лицах, не только у меня, – времени у нас мало, так что возвращаемся в реальность. – Что по комплектации экипажей? – вышла я в центр.

С одной стороны тут же пристроился Сандерс, с другой – матессу. Оставалось надеяться, что Торрек в ближайшее время не появится, потому что если это случится…

– Полная, – поднялся Ягомо. – Загрузка топлива – восемьдесят процентов, по вооружению – шестьдесят. Прогноз – четверо стандартных. Медслужба доложилась о готовности.

– Техническое состояние кораблей?

Вся информация была у меня на визоре, но… Нас становилось больше, это заставляло менять правила игры, выстраивать новые схемы, в которых каждый из них должен был не просто встать на свое место – оказаться на нем едва ли не единственно возможным.

– По ЭсКарам вопросов нет, – принял передачу новый начальник технической службы, капитан-лейтенант Морозов. – На ремонтных стапелях «Истори», «Майори», «Паджеро» и «Райбери-2». Готовность – пятьдесят часов. «Эссанди» – испытания под нагрузкой.

– Принято, – кивнула я, сделав себе пометку узнать, когда это Андрей Вихрев, расписавшийся за готовность «Дальнира», успел вернуться в экипаж. – Только мне не нравится вот это… ЭсКарам? – обвела я всех тяжелым взглядом.

ЭсКары – шестерка Стрэков. Корабли – новенькие, экипажи – заново укомплектованные в соответствии с флотскими правилами. Сохранил половину численности – получаешь старое название и запись в реестре. Нет…

Этим удалось первое, но со вторым начались проблемы. Получив статус интернациональной, группа «Ворош» перестала вписываться в принятые стандарты.

– А есть шансы? – вскинулся Баров. Серега…

Третий день на базе, а уже свой. Там – улыбнется, тут – хлопнет по плечу. С Тимкой – на дичь, с Шураи – в спарринг, больше похожий на мордобой. Да и парни у него такие же, компанейские. Все с задором, да шутками…

Не попади дело Барова к Соболеву, мог оказаться под трибуналом. Формально – нарушил приказ, а если по факту, то отказался снять сопровождение медицинского транспорта.

– Есть, – подтведила я то, что уже было согласовано с адмиралом.

Оперлась на край стоявшего за спиной тактического стола. Стойка воротника слегка давила – форма новая, еще не обношенная, но сегодня именно она была к месту.

Эта группа «Ворош» начиналась не с нуля, но… Теперь мы были вроде и в структуре, но сами по себе. Особое подразделение Коалиционного Штаба. Стратегический резерв с соответствующей свободой действий и задачами по принципу: никто кроме нас.

– Авансы у нас не в чести, но, – продолжила я после короткой паузы… как раз, чтобы проникнуться, – покажете себя в бою, будет, о чем разговаривать.

– Принято! – вытянулся он. В глазах не заблестело, но кадык дернулся, сдавая.

– Твой с потрохами, – наклонился к уху Сандерс. И когда только успел нахвататься…

– Пристрелю, – так же, чуть слышно, пообещала я, но с домоном согласилась. – Теперь – главное. Капитан Ягомо…

Появившийся на поднявшейся внешке план заставил приствистнуть и стареньких. Постарался Кодальски, капитан «Паджеро», но судя по лицам, остальные были с ним полностью согласны.

– Как видите, времени на раскачку нет. Основная задача – слетка экипажей. Работы в одиночку, в двойках, тройках, звеньях по – четыре, группе. Первое, на что делается упор – беспрекословное подчинение лидеру, выполнение всех приказов, даже тех, которые кажутся абсурдными.