Текст книги "Галактика Белая. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Наталья Бульба

сообщить о нарушении

Текущая страница: 189 (всего у книги 322 страниц)

Глава 10

– Господин майор, старший лейтенант Горевски…

– Подобострастия в глазах не хватает, – насмешливо хмыкнул Шаевский, перебивая. – И душевного трепета…

– Да… – вроде как ошарашенно протянула Кэтрин, продолжая стоять у двери и окидывая его цепким взглядом. – А всего лишь сменил кабинет.

– Иногда хватает и мелочи, – философски заметил Виктор, поднимаясь. Вышел из-за стола, подошел ближе… еще шаг и… нарушишь рамки приличия. – Жаль, в этом вопросе я полковнику не конкурент.

– Это в каком? – с иронией уточнила Кэтрин.

– Служебных перспектив, – с теми же интонациями отозвался Шаевский.

– А ты пробовал? – предполагая, что именно скрывалось за репликой майора, уже без улыбки поинтересовалась она.

Речь шла о том будущем, которое уже не состоялось. Должность офицера для особых поручений для нее была потеряна навсегда. Возможность войти в состав группы Шаевского – тоже. Слишком длинный хвост серьезных контактов тянулся из прошлого, чтобы наверху оценили риск ее предательства, как приемлемый.

Оставался только один вариант – стыковка на грани совместных интересов.

– Пробовал, – пару раз кивнув, заверил Виктор, выражая поддержу не столько словами, сколько взглядом. – Но твой шеф мое участие в этой авантюре просчитал с точностью до пауз.

– Все настолько серьезно? – нахмурилась она.

– Серьезно? – переспросил Шаевский, усмехнувшись. Поинтересовался, указав на кресло в небольшом уголке отдыха: – Кофе?

– А покрепче? – подмигнула она, присаживаясь. Не на самый краешек – не на приеме, но достаточно элегантно, чтобы получить от Виктора оценивающий взгляд… по сведенным вместе коленям, по плавно очерченному тканью форменной юбки бедру.

– А смысл? – отступая к кофемашине, полускрытой в нише перегородки, дернул плечом Шаевский. Продолжил уже под фырканье ароматной струи: – В полевых недостатка нет, товар хоть и эксклюзивный, но не штучный. А вот чтобы многопрофильные – единицы. Свой костяк Шторм потянул за собой…

– … но количество задач при этом не уменьшилось, – вздохнув, закончила Кэтрин за него. – Я бы и хотела, но…

– Кэт! – обернулся к ней Шаевский. Крошечная фарфоровая чашечка на таком же миниатюрном блюдце смотрелась игрушечной. – Шторм никогда и ничего не делает просто так. Раз ты здесь и в именно в этом качестве, значит: «а» – предстоит большая игра, иначе не стал бы он злить штабных, выбивая эту должность и усаживая на нее тебя, и «б» – твое место среди центральных, в противном случае ты бы не прошла через подобную подготовку.

– Уже сообразила, – с непонятным выражением лица произнесла она, принимая кофе, – но осадка это не отменяет.

– Я бы предложил тебе относиться к этому проще…

– Виктор… – осуждающе усмехнулась она. Медленно вдохнула тяжелый аромат, улыбнулась с блаженством. – Поделишься последними сплетнями?

Прежде чем ответить, Шаевский бросил быстрый взгляд на оперативку. Кэтрин, наоборот, опустила глаза, глядя в чашку. Не столько искала там ответы на беспокоящие вопросы, сколько не хотела смущать Виктора. Зелени на экране было непривычно много…

Впрочем, Кэт не сомневалась, что как раз это ненадолго. Свои операции Шторм предпочитал доводить до конца сам, потому и алело у него, а не у Шаевского.

Пока у него!

В свое бывшее кресло полковник пристроил Шаевского сам. Других рекомендаций не требовалось.

– Что тебя интересует? – подмигнув Кэтрин (ее мысли для Виктора тайной не стали – одна школа), и с наслаждением сделав глоток, спросил Виктор.

– Не против начать с себя? – Кэт с вызовом посмотрела на него.

– Ты про Лауру и сына Индарса? – смешком отреагировал Шаевский на ее вопрос. Когда Кэтрин кивнула, вновь поднес чашку к губам. Прихлебнул, не скрывая удовольствия. Прикрыл на мгновенье глаза… опять усмехнулся. Вспоминая… – Все точно в соответствии с планом Шторма. Рамкир галантен и предупредителен. Лишнего не позволяет, но ясно дает понять, что Лаура ему интересна не просто как девушка, а как девушка, на которую у него виды. Корректен. Встречается с ней только в присутствии либо членов своей семьи, либо наставниц пансиона. Делает подарки… Оригинальные, с выдумкой, но ни к чему ее не обязывающие.

– А Лаура? – приподняла одну бровь Кэтрин. О кофе она словно и забыла.

– Лаура? – с любовью протянул Шаевский, но когда заговорил, в голосе явственно ощущалось напряжение. – У нее нет шансов устоять перед ним. Тактика Рамкира беспроигрышна – он не только опекает Лауру, показывая, насколько она ценна для него, он всячески подчеркивает, что принимает ее не как красивую вещицу, а как личность, со своими взглядами и привычками.

– И ты видишь в этом проблему? – полюбопытствовала Кэтрин. Судя по беспокойству, с которым задавала вопрос, она – видела.

– А ты хочешь помочь ее решить? – заинтересованно уточнил Шаевский.

Вспыхнувшее в глазах Виктора воодушевление было Кэт знакомым. Противостояние… Эта игра обещала быть не скучной…

– Найдешь повод познакомить меня с Лаурой?

– И Рамкиром? – тут же среагировал Шаевский, подтверждая предположение про «не скучно…»

– Шторм нас… – аж сглотнула Кэтрин, представив, как это все может выглядеть.

– Это будет после, – «успокоил» ее Шаевский. – Так как? Ты со мной?

– С тобой, – твердо ответила Кэтрин, отставляя чашку с блюдцем на стол. – Как Элизабет? – посчитав, что эта тема больше не требует комментариев, задала Кэт следующий вопрос.

– Элиз? – выражение лица Шаевского тут же изменилось.

И ведь мог без труда сдержать эмоции, не показывая смеси горечи и какой-то щемящей нежности, но не посчитал нужным. Они были командой. С кем, как ни с ними оставаться людьми.

– О том, что они с Лазовски больше не вместе ты знаешь…

– Это первое, о чем мне сообщили, когда я вернулась, – «поймав» взгляд Виктора, словно бы вскользь заметила Кэтрин.

Шаевский только кивнул в ответ – займусь. Полковник Шторм и помощник директора Службы маршалов Элизабет Лазовски – предмет отдельного разговора. Ее участие в его операциях не осталось незамеченным, особые отношения – тоже. Что из этого выглядело опаснее для Элиз, однозначно сказать трудно: и то совсем нехорошо, и другое очень плохо. В одном случае могло осложнить работу, в другом… стать элементом чужой разработки.

И хотя сам Шторм задачи присматривать за Элизабет не ставил, для Виктора это стало делом чести. Напарники… Он еще не забыл, как называл ее своей наставницей*.

– А что было вторым? – наконец-то отставив уже давно пустую чашку, спросил Шаевский, возвращаясь к столу. Набрав запрос на дисплее планшета, отправил грызунам. Так свои называли службу перехвата.

– Твое назначение, – чуть слышно произнесла Кэтрин. Понимающе улыбнулась, когда он приподнял бровь, словно уточняя, правильно ли понял. – Кое для кого ты все еще пешка, пусть и успевшая подойти вплотную к позиции ферзя.

– Даже не знаю, как тебя отблагодарить за такую информацию, – многообещающе ухмыльнулся Шаевский, возвращаясь в зону отдыха. Присел в кресло напротив, положил планшет на столик, мягко, без рывка потянул верхний фиксатор кителя.

– Так затем и пришла, – произнесла Кэт, выщелкивая из паза комма слот и протягивая его Виктору. – Высокое соизволение получено. Ты в деле.

Тот обошелся без уточняющих вопросов, тут же вставив накопитель в планшет. Бегло просмотрел информацию. Активировав внешку и перебросив на нее первый из четырех файлов, откинулся на спинку, глядя на короткий список тезисов, которые вполне можно было рассматривать в качестве ключевых требований к будущей операции.

– Говоришь, Шторм повесил это на тебя? – Молчание было долгим – минут десять, не меньше. И довольно напряженным.

– Скорее, это было условие Хандорса, с которым полковник вынужденно согласился. Самаринян я тоже полностью устраиваю.

– Благодаря Валанду, который предпочитает иметь дело с теми, кого знает лично, – добавил Шаевский.

Кэтрин подумала, потом медленно опустила голову, соглашаясь. Вряд ли бывший майор, выбывший из списка личного состава по причине своей смерти, не участвовал в этой схеме.

– Как он? – воспользовавшись тем, что разговор сам свернул в эту сторону, поинтересовалась Горевски.

– Я с ним не контактировал, – вздохнул с сожалением Виктор, – но Ежов держит в курсе. Подтвердил статус лиската. Успел провести ритуальный бой с Риманом.

– И как? – «воодушевилась» Кэтрин. О Римане Исхантель, старшем брате нынешнего эклиса и организаторе событий на Зерхане ей было слишком хорошо известно, чтобы искренне желать победы Валанду.

– Проиграл, – «разочаровал» ее Шаевский, – но, скорее, технически, чем по факту.

– Заставил обратить на себя пристальное внимание, – уже совершенно с другими интонациями прокомментировала сказанное Кэтрин. – Туго ему придется.

– Вот и поддержишь, когда встретитесь, – провокационно улыбнулся Шаевский.

– Мне хватает и нынешних проблем, – хмыкнула Горевски, чтобы тут же добить: – Если только ты, по-дружески…

– На полный контакт? – тут же подобрался Шаевский.

– Ну, так это кресло, – кивнул на рабочую зону кабинета, произнесла Кэт, – предусматривает не только звание…

– … но и все сопутствующие ему прелести… – поднимаясь, протянул задумчиво Виктор. Уже встав, посмотрел на Горевски, которая даже в форме производила обманчивое впечатление светской кокетки. – Из всех вариантов, где можно было бы провести будущую встречу, стоит рассматривать только два. Да и то, один из них вызывает серьезные сомнения… в безопасности.

– Ты про Самаринию или Ярлтон?

– Ярлтон.

Теперь поднялась уже и Кэтрин:

– Что-то серьезное?

– Скажем так, – обтекаемо произнес Шаевский, – императору Хандорсу в ближайшее время лучше бы находиться где-нибудь подальше.

Понимая, что большего она не услышит, глубоким вдохом усмирила заполошно дернувшееся сердце.

Шторм был близко… Хандорс – далеко, но в ее случае это мало что значило. Слишком много нитей, слишком много осталось недосказанным, слишком много решений не принято, чтобы ей вновь и вновь не приходилось задаваться одними и теми же вопросами.

– Хорошо, – не дав внутреннему отразиться в голосе, заговорила она спустя долгую минуту, – принимаем за основу Самаринию. На мне – подготовка, на тебе – обеспечение. Если что…

Шаевский неожиданно улыбнулся, став похожим на довольного охотой котяру. Кэтрин едва не вздрогнула, со всей очевидностью поняв, что этот майор, стоявший напротив, если и уступает ее командиру, то только возрастом и опытом.

Прозрение было ярким и… успокаивающим. Тот… этот… Сволочизм в их работе всегда являлся залогом выживаемости.

Виктор ее ожидания оправдал, тут же перетасовав карты:

– Рамкир завтра ужинает у нас. Ты же не против стать неожиданной, но желанной гостьей?

– Разве я могу упустить такую возможность насолить Шторму? – в том же тоне отозвалась она, отходя к двери и давая понять, что на этом свою миссию она считает законченной. – Предварительный план я тебе сброшу через пару дней и… – Она задумалась, глядя куда-то мимо Шаевского, опять глубоко вздохнула, словно вырывая себя из чего-то глубокого и затягивающего. – У нас с тобой нет права на ошибку.

Ждать ответа она не стала, резко развернувшись и выйдя из кабинета.

Что ж… Виктор мог повторить ее слова: права на ошибку не было. И не только у них…

* «Космический маршал. Очень грязная история».

* * *

– Капитан… – Карин остановился на пороге моей каюты, не слишком-то и торопясь сделать следующий шаг.

Личное пространство… Для стархов оно имело особое значение. Впустить во внутренний круг – признать своим. Понятно, что в данном случае аналогия была не совсем прямой – ограниченность пространства корабля добавляла нюансов, но как некий символ вполне можно было рассматривать.

А в этом, так вообще лишь констатация факта. Все мы уже давно были… своими.

– Проходи, не стесняйся, – не подняв головы от планшета (давала ему время осмотреться), произнесла я. Коротким жестом указав на кресло в небольшой зоне отдыха, продолжила: – Сейчас закончу и поговорим.

О том, что уже не в первый раз пересматривала сделанную Дальниром запись охоты, упоминать я не стала. Тешила мужское самолюбие.

Тварь, которую парни выбрали своей добычей, обладала хорошим запасом живучести. Верткая и быстрая несмотря на свои внушительные размеры – в холке она была выше Дарила; сообразительная – пока мои парни охотились за ней, та загоняла их на территорию, где обитала стая. Да и вид она имела устрашающий. Клубки мышц под плотной, похожей на броню шкурой; мощные челюсти; зубы, наводящие на мысли о бренности бытия…

Легких путей ребята не искали.

На их счастье – в ответной реакции на их проделки я могла оказаться значительно страшнее этого монстра, закончилось все благополучно. Общего языка не нашли – зверье не было настолько разумно, чтобы оценить жест доброй воли, но разошлись мирно, признав, что сила и ярость с одной стороны полностью компенсировались хитростью и изворотливостью другой.

Для себя же я отметила не только это.

Во-первых, обошлось без жертв, что радовало и добавляло гордости. Требование: не оставлять следов нашего пребывания здесь, они выполнили, обойдясь самым примитивным оружием.

Во-вторых, Дарил, расставляя парней на позиции, предусмотрел и те самые проблемные моменты, которые осложняли мне жизнь. Антон и Карин прикрывали друг друга. Рэй без соответствующей опеки тоже не остался.

– Прежде чем я начну, – отметив, что старх окончательно расслабился, заговорила я, повернув планшет в его сторону. Картинка замерла на том самом моменте, где мои первый помощник и второй пилот, обнажив длинные ножи, встали против одного из шести хищников, – хочу отметить, что амплуа, в котором предстоит выступить, является для меня новым.

Выражение лица младшего Йорга изменилось мгновенно. Легкая полуулыбка сползла, оставив после себя плотно сжатые губы. Скулы затвердели, а ладони хоть и не сжались в кулак, но только благодаря его самообладанию.

– Я понимаю, что это может прозвучать несколько неожиданно, – поднимаясь с кресла, в котором уже успел почувствовать себя уютно, жестко произнес Карин, – но я люблю Рэю. И не отступлюсь…

Что ж… в том, что он сделает правильный вывод, я нисколько не сомневалась.

– Карин… – мягко попыталась я его остановить.

Зря старалась. В папочку…

– Капитан, это не та тема…

– Молчать! – резко оборвала я его, поднимаясь. Смотреть на него снизу вверх я не собиралась. – В твоем недавнем прошлом была другая женщина. И ее ты тоже любил. И пытался защитить.

Обмяк он как-то неожиданно. Словно сжимало, сжимало и… отпустило. Резко! Сразу! Оставив после себя пустоту.

– И люблю до сих пор, – чуть слышно прошептал он. И добавил… словно прощаясь… – Мою Марию…

– Его Марию, – практически равнодушно поправила я Карина. Без моего сочувствия он точно мог обойтись.

А я? Без очередной аналогии?

Качнула головой… вспомнив про Индарса и… себя. Уж больно похоже.

– Тебе не кажется, что ситуация выглядит несколько странно?

Ответил он не сразу. Сначала молча смотрел на планшет все с той же, застывшей картинкой. Затем, на меня. Внимательно. Изучающе.

Решая… Взвешивая… Делая свой выбор…

– Когда думаю о Марии, – сглотнув, наконец, заговорил он. Застывшая на губах улыбка была нежной, но какой-то отстраненной. Он был здесь и… там, – на душе становится тепло. Как благодарность за все, что было. Но когда произношу: «Рэя…», чувствую, как встречаю с ней будущее. – Он посмотрел мне в глаза. Прямо. Спокойно. – Отцу никогда этого не скажу, но я рад, что все произошло именно так. Та жизнь была бы другой. Возможно даже счастливой. Но… – и опять, взгляд твердый, уверенный, – эта мне ближе.

– Это хорошо, – машинально провела я ладонью по волосам. Жест был новым, еще непривычным, но уже спасительным. – Нечто подобное я и предполагала, когда посчитала, что должна выяснить точку зрения эклиса Ильдара и императора Индарса на подобный поворот событий…

– Капитан?!

Он даже дернулся, вроде как сделать шаг, но замер, глядя на меня то ли с вопросом, то ли… с возмущением.

– Это мое дело, Карин, – вздохнула я, только теперь хорошо представляя себе, что именно чувствовал каперанг Шмальков, когда выяснял, действительно ли я собираюсь выйти замуж за Искандера, или это все-таки розыгрыш. – Я – твой капитан. Я – командир группы «Ворош». Все, что происходит внутри команды, касается меня напрямую.

Реакция ждать себя не заставила:

– Да, госпожа лидер-капитан, – вытянулся он.

Да хоть бы начал плясать… О нем я, конечно, думала, но спокойствие Рэи для меня оказалось важнее.

Женская солидарность… Ну, или, самодурство капитана. Кому как ближе.

Все, что мы уже сотворили в Изумрудной, блекло перед тем, что нам только предстояло. Если он этого не понимал, я должна была осознать и за него тоже.

– Император Индарс передал мне право заключить ваш брак, если на то будет обоюдное желание. Рэе предоставляется двойное гражданство, со всеми вытекающими последствиями. – Заметив, что он собирается высказать свою точку зрения на этот вопрос, поторопилась продолжить: – Экслис Ильдар, хоть и с одним условием, но так же готов признать ваш союз.

– С каким? – чуть слышно уточнил он.

– Ваши дети будут признаны стархами, – слегка расслабившись, выдохнула я. Разговор свернул в конструктивное русло. Почти успех!

С выводами поторопилась. Йорг, он и есть Йорг, без сюрпризов не обошлось:

– Так даже лучше, – неожиданно легко улыбнулся Карин. – Знаешь, капитан…

– Знаю, – перебила я его, тут же идя ва-банк: – Рэю звать?

Тот даже отступил, настолько шокировал его простой вопрос.

– Таши, – сбился он с привычного «капитан», – ты хочешь…

Я недоуменно пожала плечом:

– А к чему тянуть? Если ты тверд в своем решении, если она не будет против…

Пауза была недолгой, но вспомнить про демонов я успела.

– Признайся честно, зачем тебе это надо? – спросил Карин как-то… обескураженно. Суть моих поступков он точно не понимал.

– Честно? – переспросила я. Самой бы знать, как выглядела эта самая честность в данном случае… – Не хочу, чтобы ты своими походами в ее каюту разлагал мне остальной экипаж. Сколько Валечка должен тебя прикрывать?!

– Дисциплина, – то ли поверив, то ли приняв, что другого ответа не будет, расслабился он, – это действительно серьезно. – Потом кивнул… довольно: – Вызывай.

Самаринянка появилась минут через десять, мы с Карином уже успели пройтись по некоторым нюансам прохода тяжелых и супертяжелых кораблей в секторах сложной навигации. Благодаря возможности поддерживать связь между Дальниром и Хранителем, я была в курсе предложенных тарсам схем эвакуаций. Не со всем соглашалась – богатый опыт в перевозке давал основания иметь собственное мнение, но принимала и тот аргумент, что некоторые, в том числе и политические нюансы, мне могли быть просто неизвестны.

Вошедшая в каюту Рэя воспринималась сонной и… какой-то теплой, домашней. Другой! Ни акрекатор, ни специалист по иллюзиям, ни любящая сестра, взвалившая на свои плечи то, что не каждому мужчине по силам. Просто женщина, только что вынырнувшая из мира, в котором чувствовала себя счастливой.

– Капитан? – вскинулась она, тут же замкнувшись, стоило заметить присутствие в моей каюте Карина.

– И что ж сегодня все такие пугливые? – недовольно буркнула я, возвращаясь к креслу, стоявшему у рабочего стола. Обернулась, посмотрев на старха, спросила: – Позволишь мне?

– Ты – капитан, – развел он руками. – Разве я могу…

Закатив глаза – нет, чтобы самому броситься перед возлюбленной на колени, тяжело вздохнула.

Хоть и немногое, но для успокоения Рэе вполне хватило.

Зря! Будь я на ее месте, ничего хорошего бы мне в голову точно не пришло.

– Значит так! – резко начала я, заставив Карина поднять на меня удивленный взгляд. А не надо все самое тяжелое перекладывать на меня! – Рэя, – продолжила я уже несколько мягче, – у Карина возникла серьезная проблема, справиться с которой сам он не в состоянии.

Тот прикусил губу, чтобы сдержать улыбку, но самаринянка, казалось, на это даже не обратила внимания. Вот что значит чутье!

– Мне кое-что удалось сделать, – сбивая ее с толку, заговорила я после непродолжительной паузы, – но… так сложились обстоятельства, что без твоей помощи не обойтись.

– Я не совсем понимаю, о чем идет речь, – медленно, подозрительно глядя на меня, произнесла Рэя, – но очень надеюсь, что это в моих силах.

– В твоих, – твердо заверила я ее, окончательно запутав. – Ты помнишь наш разговор о Рэе? О том, что пора его отпустить? Дать возможность самому идти по жизни?

– Помню, – нахмурилась она.

Представить, какое отношение одно имело к другому, у нее точно не получалось.

– Так вот… – опять тяжело вздохнула я. Подмигнула Карину. «Держать лицо» у него получалось, но вот лукавство в глазах прямо-таки плескалось. – Тут кое-кто, – сбивая интонации и с улыбкой кивая на старха, выдала я, – намерен жениться.

– А я… – буквально закаменев, выдавила из себя Рэя.

Закончить я ей не позволила:

– Как это: а я тут причем?! – строго взглянула я на нее. – Если он на тебе намерен жениться?

– На мне? – растерянно прошептала она.

Вот тебе и невозмутимый акрекатор…

К счастью, как и к горю, невозможно подготовиться. Жди – не жди, настраивайся – не настраивайся, а все равно станет неожиданность. Только в одном случае приятной, а в другом…

Думать об этом именно сейчас мне не хотелось. Всему свой черед.

– Карин, – преувеличенно устало склонила я голову, позволяя себе просто радоваться за них, – вы тут дальше разберитесь сами, а я пока пойду, прикажу подготовить кают-компанию.

– Капитан! – взвилась Рэя, посмотрев на меня с испугом.

– Карин, – проигнорировав самаринянку, подошла я к выходу, – я в тебя верю.

– Принято, капитан! – вытянулся он и… развернувшись, опустился перед девушкой на колено…

Жизнь продолжалась…

Даже приближающаяся война не в состоянии была отменить этот факт…

* * *

Вернуться на Леорию мы так и не успели – напомнила о себе Харитэ, предлагая забрать выкуп за будущее спокойствие. Лже-Торрека. Уложилась до установленного срока, семь дней вместо десяти.

Наше общение оказалось коротким, что меня полностью устраивало. Гарантии ненападения, новые координаты точки, где ее арх с дублером капитана «Шиары» будет дожидаться нашего «борка» и пожелание больше не пересекаться. Но это уже со стороны ашкера.

Произойди так, была бы только рада, но этот вариант оказался не для нас с нею. И не по моей вине.

Спустя час передышки – еще раз взвесить все за и против, и Дальнир вновь активировал канал дальней связи, используя оставшиеся действующими буи. На этот раз, со Сдильмой.

Если я правильно все рассчитала…

Слайдер сомневался. Шураи – нет. Я же просто шла вперед, помня, ради чего рисковала.

На вызов Сдильма ответила и даже приняла информационный пакет с историей настоящего Торрека, но с полным контактом я продолжала тянуть, не решаясь дать последнюю команду. Слишком много стояло на кону…

Отступить – не проиграть, ошибиться – свести на нет все, что мы уже сделали.

– Ты еще можешь отказаться, – обернулась я к домону, биением сердца провожая каждое мгновение. Все, что я произнесла, относилась и ко мне.

Впрочем, это была уже не я – Лами, а Лами точно рефлексиями не страдала, деля весь мира надвое: цхаай и… дэ цхаай.

– Могу, – согласился он, безучастно глядя не на меня, на все еще серый экран, чуждо смотревшийся в антураже рубки борка, – но не откажусь.

– Вот и хорошо, – на миг прикрыла я глаза, чтобы тут же приказать: – Тарас…

– Присмотрю, капитан, – отозвался тот без привычной язвительности и встал за спиной домона. И не важно, что парализатора под личиной не видно. Главное, что он был.

– Не доверяешь? – со злой иронией уточнил Торрек.

– Доверяю, – равнодушно «разочаровала» я его, – но не настолько. – Остановив резким жестом следующую реплику, обвела иллюзорный командный внимательным взглядом. Если я все правильно рассчитала, мы все «присутствовали» в нем последний раз. – Дальнир… связь!

– Принято, капитан, – отрапортовал он уже на командный. – Пять…

Экран вспыхнул четко на зеро.

Ду-декер ардона, домоница, сидевшая на сэнкаре…

Воспоминания о событиях, произошедших стандарт тому назад, были острыми, но отдавали не горечью, а верой – тогда мы победили, справимся и теперь. Три капитана дальней разведки, погибшие десять тысяч лет тому назад, чтобы стать воплощением божественной триады самаринян, вышли из телепортатора именно в этом отсеке.

– А ведь я так до последнего и не верила… В его невиновность. – Произнесла Сдильма вместо приветствия. Из нас двоих: меня и стоявшего чуть в стороне Торрека, последний интересовал ее значительно больше. – Он может говорить?

– Да, – безразлично бросила я. – Когда я позволю.

– Значит, я ошибалась, – только теперь перевела она взгляд на меня. – Мне его даже жаль. Так доказать свою преданность…

– Он не нуждается в твоей жалости, – холодно оборвала я ее. – Если только в отмщении.

– Мне странно слышать подобное от тебя, – поднялась она с сэнкара. – Ты лишила меня трех кораблей.

– Это была моя добыча! – чуть наклонилась я вперед, словно пытаясь рассмотреть ее внимательнее. – Я могла взять и значительно больше.

– Но не сделала этого, – словно поймав меня на обмане, прищурилась Сдильма, подтверждая то, о чем говорил когда-то Слайдер. Из трех ашкеров эта была наиболее опасна.

– Не сделала, – безразлично согласилась я с ней. – Твоя раса больше не цхаай. В вас осталось мало жизни.

– Так уходи, – скривилась она… брезгливо. – Тебя сюда никто не звал.

– И это вместо благодарности… – недовольно выдохнула я. На мгновение оглянулась на Торрека – тот выглядел скорее мертвым, чем живым… Закончила… безразлично: – Наш дальнейший разговор не имеет смысла.

Развернуться я не успела, как и отдать команду сбросить канал, признавая, что просчиталась:

– Чего ты хочешь? – Вежливости в ее голосе было не найти.

Джастин слева от меня дернулся, недовольно рыкнул. Синекожий Антон угрожающе повел шеей, словно разминаясь перед броском.

Демонстрации силы на Сдильму мало подействовала. Что там было во взгляде, не понять – слишком далеко от границы визуализации, а на лице все то же спокойствие.

– Информацию в обмен на информацию. – Я тоже обошлась без эмоций.

– И его, – движением подбородка показала она на своего капитана.

Конечно! Я прямо так и согласилась!

– Его? – позволив себе ухмыльнуться, переспросила я. – Нет! – произнесла твердо. – Торрек – мой.

– Он понимает, о чем мы говорим? – прежде чем продолжить общение уточнила Сдильма.

– Нет, – отстраненно отозвалась я. – Он слышит только мой голос, но слова для него ничего не значат. Лишь приказы.

– Он был хорош в постели… – вроде и безразлично, но явно не без умысла произнесла она. – Услужливый…

– Ты уверена, что хочешь узнать, кого из нас двоих он предпочтет, если я позволю ему сделать выбор? – холодно поинтересовалась я, разворачиваясь к Торреку.

Иллюзия мгновенно отреагировала на участившееся дыхание, синие прожилки желез откликнулись пульсирующим свечением… Джастин слева от меня глубоко втянул воздух, прикрыв глаза от удовольствия. Антон дернулся, как если бы пробило по нервам, и тут же замер, глядя на меня с вожделением.

Подумав о том, что в памяти Дальнира придется провести ревизию – Искандеру этот взгляд Сумарокова точно не стоило видеть, сделала шаг к домону. Внимание, с которым наблюдала за мной Сдильма, я отслеживала на секторе визуализации командного.

– Я или она? – прошептала я, остановившись напротив. Протянула руку к его лицу, но не коснулась – ладонь замерла настолько близко, что я чувствовала тепло его кожи.

И микроампула с ядом… достаточно капли крови, чтобы он перестал быть собой навсегда. Действие препарата со временем ослабевало, но привязка оставалась.

Мгновения не вернуть, сделанного не изменить…

Риск был очень велик, но я сама загнала себя в дамариб, оставив только один вариант избежать разоблачения.

Жизнь за жизни… Страдать угрызениями совести я не собирались…

Хотелось так думать.

– Я или она? – повторила я, глядя Торреку в глаза.

А внутри, вопреки собственной убежденности, что я права, все рвалось в клочья!

От ненависти к самой себе… От необходимости идти до конца…

От желания, забывшись, прижаться к оставшемуся где-то там отцу, прячась от того, что было мне не по силам…

От понимания, что этот бой – лично мой, и никто из тех, кто замер вокруг, не в состоянии приблизить меня к победе, способной обернуться поражением…

– Я или она? – все так же бесстрастно произнесла я, дав нам с ним еще секунду.

Одну секунду, прежде чем переступить через грань и лишить его свободного будущего!

– Ты! – выдохнул Торрек, прижимаясь лицом к моей руке. – Ты! – протянул он вновь, прежде чем медленно, позволяя мне увидеть опустошение в своей душе, закрыть глаза.

– Ты не защитила его, – отступая назад и разворачиваясь к Сдильме, но до последнего чувствуя, как горит моя ладонь от слезы, которая так и не скатилась по его щеке, прошипела я, – я же дала ему покой.

– Чего ты хочешь? – повторила она уже заданный не так давно вопрос, вот только смысл у него был уже иным.

– Мне нужна пища, – вроде как, успокаиваясь, выдохнула я. – Много пищи!

– Мы же тебя не устраиваем, – фыркнула она. Зло!

А взгляд нет – нет, да скатывался с меня, на застывшего Торрека. Ни малейшего движения, абсолютная неподвижность… Моему предупреждению, что любой жест может рассматриваться, как провокация, он внял.

– Не настолько, чтобы отказаться, если не появится другого варианта, – с такой же… ядовитой усмешкой, парировала я.

– Я дам тебе карты, – сквозь стиснутые зубы процедила она, признавая то, на что я рассчитывала. Домоны с леорами предпочитали не связываться. – Там ты найдешь все, что тебе нужно. Но я хочу знать, что получу взамен?

Испытывать ее терпение я не стала. Она предлагала остаться в ситуации «на равных», меня такой вариант полностью устраивал.

– Я дам тебе координаты точки, где меня ждет арх ашкера Харитэ.

– Что на нем? – поторопилась она с вопросом, выдавая свой интерес.

Соперничество с Харитэ… Слайдер хоть и сомневался в моей способности отыграть со Сдильмой, был прав, утверждая, что их противостояние пустило слишком глубокие корни, чтобы закончиться совместной подготовкой к вторжению.

Стать первой… Не одна только Харитэ мечтала об этом.

– Его дублер, – кивнула я на Торрека. – Если хочешь, можешь забрать сама.

– Дублер? – переспросила она, выигрывая время, чтобы обдумать обновившийся расклад. – Этого мало!

– Есть еще шесть капитанов… – Заметив, как она заледенела, добила: – Твоих капитанов, готовых повторить его судьбу…

– Тварь! – выдохнула она зло. Дерхаи я не завидовала… – Доказательства?!

– Будут карты, будут и доказательства… – только теперь позволив себе улыбнуться, заверила я Сдильму.

И ничего, что хотелось вцепиться ей в глотку. Какую именно навигационку получу взамен, я даже не сомневалась.