Текст книги "Галактика Белая. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Наталья Бульба

сообщить о нарушении

Текущая страница: 273 (всего у книги 322 страниц)

– Взорвут здесь все нахрен! – озвучил мою мысль Сашка, тут же добавив… вроде как для разрядки: – Госпожа подполковник, до конца акта пять минут…

Я и сама видела – на командном отсчет не замирал ни на секунду, но что-то продолжало держать…

Что-то важное…

– Нет… – мотнула я головой. Не устало – долгоиграющие тонизаторы делали свое дело, сдаваясь перед неподдающейся пока задачкой.

– Попробуйте хоть ненадолго отстраниться от ситуации, – понимающе произнес Джориш. – Вы позволите проводить вас до ложи? – добавил, когда я согласно кивнула.

– Так я же вроде как ваша гостья, – мягко улыбнувшись, отозвалась я, сделала шаг, отходя от тактического стола… – А это что? – я резко развернулась, ткнула в одну из тех самых плит облицовки, на которую смотрела совсем недавно. – Это ведь карбиновый металлопластик?

– Да… – непонимающе посмотрел на меня Джориш. – В режиме военного времени это здание может быть использовано… – он замолчал, глядя на меня, потом закончил… медленно, но четко: – в качестве убежища.

Говорить, что мы серьезно… влипли, я не стала. Теперь он и сам об этом знал…

Глава 21

Так похоже на Землю…

Нет, похоже не было! Другое небо, такие же, но все равно чужие краски… формы, линии…. И только ощущение… не дома – того, что на своем месте, было знакомым.

– Господин адмирал, вызов от адмирала Ежова…

Жека…

Назвать Жекой главу сектора О-два, отвечавшего за Самаринию язык уже давно не поворачивался, но ведь осталось… не с детства, с той юности, в которой оба носили курсантские погоны одной Академии.

– Всем покинуть помещение, – поднял он голову. Совещание и так подходило к концу…

Узкий состав. Трое своих, четверо акрекаторов… тоже уже свои. Как и когда-то на флоте… неважно, кто ты и откуда, если делали одно дело.

– Господин адмирал, – встал он, как только «восьмерки» на экране сменились картинкой с курьерского крейсера.

Кусок каюты с идеальным порядком… И в молодости был таким же… педантом, с возрастом стало только ярче, острее.

Всего лишь внешнее, выставленное, чтобы создать обманчивое впечатление. Уж Злобину это было известно доподлинно.

Педантом Ежов никогда не был. И перестраховщиком… так тоже считали. Риск Ежов не любил, но уважал, что было значительно серьезнее. Противника – тоже.

– Сиди уж, – дернул тот рукой. Сам – поднялся.

Носорог! Сто двадцать с лишним килограмм несокрушимой мощи! Двигался при этом мягко, если не сказать – изящно. В каждом жесте скрытая сила соперничала с грациозностью…

Опасность, стремящаяся к безграничности абсолюта… Мнение не его – Орлова, но Злобин был полностью согласен.

– Как у тебя? – Ежов скинул китель, расстегнул ворот рубашки и, закатав рукава, накинул на шею свернутое в жгут полотенце.

Появлению гири Злобин не удивился. Единственная верная спутница адмирала. Менялся только вес. Тридцать два, тридцать шесть, сорок, сорок восемь… К первому месту назначения тогда еще лейтенантом уехал с подарком командира в пятьдесят шесть килограмм.

Эта – последняя любовь Ежова, по добытым спецами Кривых из спортивного интереса данным, тянула на шестьдесят четыре и использовалась уже лишь в качестве разминки.

– Пока без изменений, – он отодвинул лист с записями, которые делал во время совещания, вышел из-за стола. – Через сколько стыковка?

Ответ на этот вопрос Злобин знал, как и Ежов, на заданный им, но ведь ритуал…

– Через четыре часа, – перебросив гирю из руки в руку, выдохнул тот. – Мне передали твою последнюю ментальную карту…

– Это каким-то образом влияет на ситуацию? – оборвал его Злобин.

Про контроль знал и помнил, но… Будь он младше, вот это, неумение… «неощущение», а препарирование чувств, ударило бы больнее, сейчас же… В чем-то стало хуже, в чем-то легче. Главным же было другое – с тем, что ему досталось, можно было жить.

– Нет, – не прекращая тягать гирю вверх-вниз, отозвался Ежов. – Все допуски продлены. Работай.

Единственное, что Злобин хотел услышать.

– Раксель доволен. Говорит, у вас получается понимать друг друга.

– Он – профи, – равнодушно заметил Злобин. – Да и Валанд в качестве посредника постарался сгладить острые углы. С остальным мы уже и сами справились.

– Это – хорошо, – кивнул Ежов, вновь перебрасывая гирю. – В систему Баркот предлагается перебросить инженерное подразделение. Использовать транспорты тарсов для орбитальных баз. Миллиарды под эвакуацию… – он умудрился качнуть головой, при этом не задев продолжавшую свою амплитуду гирю. – Сектора не периферии остаются наиболее безопасными для размещения.

– Моя задача? – тут же подобрался Злобин. У разговора должна была присутствовать цель…

– Все то же самое, но только с самого начала, – Ежов опустил гирю на пол, выпрямился. Стянув с шеи полотенце, вытер блестевшее от пота лицо. – Как только закончится операция на Самаринии, получишь новый приказ.

– Долгосрочный допуск? – Злобин не забыл упоминания ментальной карты.

– А ты не хотел слышать, – хмыкнул Ежов. – Самый долгосрочный, – улыбнулся, на мгновенье став похожим на доброго дядюшку. – Матрица стабилизировалась, угрозы для личности больше нет.

– А чувства? – не удержался Злобин от вопроса.

– А это уже не ко мне, – несколько обтекаемо ответил адмирал от О-два. Хотел еще что-то добавить, но, бросив взгляд на невидимый сейчас Злобину экран, махнул… мол, закончим позже.

О том, что этого… позже могло и не быть, ни один из них не подумал…

День был суматошным, вечер…

Три часа с момента разговора с Ежовым, а по «сделанному» – похоже на вечность.

– Кто у нас на обходе? – Злобин решительно встал, понимая, что нужна передышка. Эмоции – эмоциями, но и без них время от времени возникала потребность вырваться из этой череды решаемых, но все еще далеких от разрешения вопросов.

– Акрекатор Ликрай и майор Волгин, – мгновенно отозвался один из координаторов. – Ликрай – на втором. Волгин – четвертом и пятом. Остальные на стандартном патрулировании, – продолжил, опережая вопрос.

Схему, по которой как минимум раз в трое суток в каждом из поселков появлялся кто-то из высших офицеров, ввел он сам. Доклады – докладами, но своими глазами посмотреть на ситуацию бывало полезно.

– Передай Ликраю, что я к нему, – он потянулся за висевшим на спинке кресла кителем.

– Как прикажете, господин адмирал, – координатора его решение ничуть не удивило. Такое уже было и… еще будет. – Катер на стапеле. Готовность.

– Принято, – машинально отозвался он, накидывая на плечи плащ. Еще не рефлекс, но уже привычно.

Прежде чем выйти из кабинета, к тем двум пунктам предстоящих дел, что по срочности стояли первыми, добавил еще один. Нужно было написать Аксинье, успокоить.

До двойки сорок минут лета. И подумать, и даже подремать, ловя представленную возможность.

Ликрай ждал на стапельной площадке. Он и еще шестеро из местных.

Подошел первым. Поприветствовав, подал руку, здороваясь. На Самаринии было не принято, но ведь научили…

Мысль отдавала тщеславием, но лишь самую капельку.

Остальные повторили, закрепляя удовлетворение. Присутствовала в пожатии некая основательность… единство. А в исполнении самаринян, для которых смысл всегда был важнее облекавшей его формы, выглядело едва ли не ритуалом.

Куда идти, вопросов не возникало – маршрут согласован заранее, но Злобин решил нарушить зарождавшуюся традицию, по которой путь обязательно пролегал через центральную часть поселения.

Не свербило – службы проблем не скрывали, так что все было «на поверхности», но тянуло посмотреть со стороны… Другим взглядом.

Ликрай подноготную желания «раскусил» сразу, выдав на выбор два периферийных сектора. Те самые, которые по предложению Злобина добивались экспедиционными жилыми модулями.

Не трущобы, но…

О том, что не ошибся, Злобин сообразил сразу, как только добрались до первого.

Руки не доходили…

А вот память – помнила. Пацанов и девчонок, которых упустили на Сайхи. Лагерь для перевоспитания подростков со сложной социальной адаптацией…

Не их вотчина, но подавлять бунт пришлось СБ и О-два… Злые, не знающие жалости волчата… у которых тоже были свои мечты и надежды…

– У нас не хватает преподавателей, – правильно понял его взгляд один из местных. – По нормам превышаем в два раза. А эти, – он кивнул на нескольких мальчишек, среди которых ярким пятном выделалась чумазая девчонка в светлой тунике, – либо совсем без дара, либо с таким слабым…

– Мы их просто потеряем, – не дав ему закончить, жестко произнес Злобин. Откинул капюшон плаща…

Джерхар… Возможные волнения на планете… Да – важно, но… Это относилось к настоящему, а дети, которых он видел, были будущим. Тем будущим, ради которого собирались сражаться до последнего…

Стоило подумать об этом, как цена становилась ценностью. Или… бесценностью, это уже как чувствовать.

– Господин адмирал, – задумчиво начал Ликрай, так же, как и адмирал, глядя на ребятишек, – а если пригласить воспитателей из Союза? Не вывозить их, как предполагалось раньше, а объединить разные системы обучения здесь, на месте.

Злобин думал недолго, без труда оценив все преимущества предложения. Более плотные контакты, взаимное влияние, необходимость уживаться вместе…

– Подготовьте рапорт на мое имя, – кивнул он и замолчал, глядя, как от жилого модуля к ним идет та самая девчушка.

Белокурые кудряшки непослушных волос, грязь на щечках, разбитые коленки…

И взгляд… упертый, бескомпромиссный… Как у Аксиньи…

Остановилась напротив, посмотрела исподлобья…

– Дядя, а это правда, что ты мой папа? – спросила шепеляво, выделив его из всей группы.

Язык тарсов, но переводчик не подвел, воспроизведя с теми же интонациями.

Командный тоже не сплоховал, выведя информацию из базы. Анхелия Лоуз, пять лет. Дар – слабый. Старший брат – Риа Лоуз, семь лет, погиб во время нападения на конвой… Родители – сразу после рождения дочери во время налета домонов…

– Мальчишки… наверное, – чуть слышно произнес стоявший рядом Ликрай.

Про мальчишек это он точно… И ведь вряд ли со зла…

Там, на Сайхи, тоже все начиналось не со зла…

– Тебя зовут Анхелия? – используя тот же переводчик, спросил он, распахнув плащ и присев на корточки. – Анхелия Роуз?

– Да… – выдохнула девочка, посмотрев на него широко раскрытыми глазами. Появившиеся слезки сделали их влажными, блестящими… – А ты правда мой папа? – всхлипнула она, теребя край измызганной туники…

– Господин адмирал… – Ликрай сделал шаг к ним, но Злобин остановил категоричным жестом.

Чувства?! Возможно, он никогда не сможет чувствовать, но…

Решение было единственным, другого просто не существовало…

– Да, малышка, – он протянул к ней руки. Подхватил, прижал к себе, ощущая, как вздрагивает хрупкое тельце под его ладонями, – я твой папа!

В том, что Аксинья его поддержит, он не сомневался.

А все остальные…

* * *

Джориш, я, Валентир, Сашка…

Мы с лиската впереди, его Верховный и мой вездесущий координатор следом.

Охрана тоже была поблизости, но отрабатывала умело, не мешая ни нам, ни остальным зрителям, которые воспользовались антрактом, чтобы размять ноги.

– У главной люстры своя история, – Джориш невозмутимо продолжил рассказ, начатый, когда мы вышли из ложи. – В первоначальном замысле она выглядела…

Я остановила его легким прикосновением к руке:

– Госпожа кайри покинула здание ОперА.

Пауза была короткой, но неожиданно пронзительной…

Взгляд на мою ладонь, «придержанный» в самый последний момент, ощущение, словно он отступил… вглубь себя и… миг «пошел», сдвинулся, возвращая на то мгновение, когда всего этого еще не было.

– Вы хорошо держитесь, – небрежно произнес он и, дождавшись, когда я отведу руку, отбросил назад капюшон. – Неужели не боитесь?

Боялась ли я?

«Капли дождя» на красно-золотом фоне…

Летящий с неба огонь…

Плиты карбинового металлопластика…

– Боюсь, – мягко улыбнувшись, честно призналась я, – но разве это что-либо меняет?

За меня ответило эхо… там, в душе… Меняет… Меняет… Меня…

– Ваши озарения… – Джориш смотрел мимо, но я не обольщалась. – Вы кажетесь понятными. Вы сами, ваш мальчик, – он кивнул на Сашку, – подполковник, больше похожий на нас, чем на людей. Вы не уникальны… – продолжил лиската отстраненно, словно говорил не со мной – с собой. – При желании я сам могу стать вами…

– Но… – перебила я его, чувствуя, как твердеют скулы, поддерживая уже не улыбку – оскал.

Он совсем по-человечески пожал плечом:

– Это похоже на взрыв. Вашу ментальную матрицу рвет, она разлетается… потом все затихает, вы – умираете и… разум восстанавливается в стабильную структуру.

– Это приятно, что мы еще способны удивлять, – медленно произнесла я. Насколько была напряжена, осознала лишь теперь, расслабившись.

Медленно вздохнула, чуть откинула голову назад…

– Со стороны выглядит, как будто вы пытаетесь меня соблазнить, – заметил Джориш… все так же ровно.

В ответ засмеялась. Легко… беззаботно, но… как же тяжело это далось!

Я должна была…

Я должна была быть не здесь…

– За нами наблюдают, – отходя к перилам, мягко произнесла я.

– И кого из тех десятков, кто сейчас не сводит с нас глаз, вы имеете в виду? – лиската встал рядом.

– Мужчину в черном плаще, который стоит уровнем ниже, – сдвинув руку, чтобы наши ладони вновь коснулись друг друга, отозвалась я.

– Александер? – в голосе Джориша послышались прохладные нотки. – Госпожа подполковник…?

Он сам не изменился, только его взгляд. Не холодный – нет, обезличенный…

– Вы – следующий, – было капельку обидно, но я все равно улыбнулась…

И опять, не было даже намека на недоумение – я его себе придумала, и Джориш «оттаял», впустив в себя жизнь:

– Кажется, у вас это называется коварством? – приподнял он бровь, вновь посмотрев вниз.

– Предприимчивостью, – подправила я, наблюдая, как надвое рассекает толпу уходящий Александер. Отвела на мгновение взгляд: – Простите, но это оказался самый надежный вариант.

– Возможно, вы и правы, – после недолгого раздумья протянул он, – но… – Джориш слегка замялся, заставив посмотреть на себя с недоумением, и тут же продолжил: – чувствую себя паскудно. У вас ведь так говорят?

Что имел в виду, было понятно – необходимость покинуть опасную зону, но…

Это проклятое «но» повторялось, каждый раз звуча чуть, но иначе…

– Лиската Джориш… – голос Римана не застал меня врасплох, но я вздрогнула… Так, слегка…

– Лиската Риман… – медленно, без суеты обернулся к нему Джориш.

Я последовала примеру с небольшой задержкой, предпочтя пропустить все самое интересное. Но и того, что увидела, вполне хватило.

Противостояние…

Всего лишь взгляды, но для осознания, как это могло быть на самом деле, вполне хватало.

– Госпожа Элизабет, – склонился передо мной Джориш, первым прервав контакт глаз, – ложа к вашим услугам. А сейчас прошу меня простить…

Застывшее время…

Исчезающий в пустоте супертяж…

«Капли дождя» на красно-золотом фоне…

Джориш говорил об озарениях, в которых мы умирали. Был прав… лично мне каждое из них стоило жизни.

Он остановился, уже сделав шаг. Развернулся резко, словно решаясь…

– Все, что вам нужно, верить себе! – четко и как-то… увесисто, впечатывая эти слова в меня, произнес он и…

То ли было, то ли… просто привиделось…

– И как не поубивали друг друга? – Сашка подошел, как только лиската скрылись под галереей. Тяжело вздохнул.

Я предпочла промолчать. Взгляд Римана… Он был коротким, но таким отчаянным, что мне захотелось сжаться и перестать существовать.

Так не прощают, так… прощаются…

– Госпожа кайри покинула опасную зону, – добавил Кабарга, но уже «под глушителем».

Вместо ответа кивнула. Командный отрабатывал в полном объеме, так что вбитую Ракселем сводку я не пропустила. Продолжавшую семафорить красным отметку по Ильдару – тоже.

Оставалось надеяться, что всего лишь перестраховка.

– Глотнуть бы чего… – сбивая себя с мысли о втором из возможных вариантов, прошептала я.

– Глотнуть? – тут же переспросил Сашка. В глазах мелькнуло… искушением. Но прежде чем я успела отреагировать, он, оглянувшись по сторонам, переступил, закрывая меня собой: – Спирт. Будете? – достал из внутреннего кармана маленькую фляжку.

– Буду, – не раздумывая, протянула я руку. Отвинтила крышку, продышалась, сделала обжигающий глоток, выдохнула носом. Замерла, когда прозвенел третий звонок…

Огонь растекся по жилам…

Это ожидание было похоже на пытку…

– Работаем! – отдавая фляжку, теперь уже действительно спокойно произнесла я.

Сорок пять минут на заключительный акт, десять-тринадцать на аплодисменты и выход артистов…

Несмотря на приглашение Джориша, вернулись мы к себе. Низморин встретил у входа, протяжно втянул в себя воздух, поморщился…

– Это – к нему, – согнув руку, указала пальцем я на застывшего позади Сашку.

– Начальственный произвол, – хмыкнул тот довольно. Обошел меня, вытащил фляжку: – Будете, господин подполковник?

– В наше время они не были такими борзыми, – отозвался Валера с явно ностальгическими нотками. – Как прошло? – мгновенно сменил он интонации.

– Был момент, когда стало откровенно страшно, – скривилась я. – Что по эклису?

По сводке все еще светилось красным.

– Господин майор, а вы? – Сашка отступил к Грони, оставляя нас с Низмориным «наедине».

– На пути в резиденцию, – не то успокоил он, не то… – Оцени, – кивнул куда-то в зал.

Уточнять, о чем это он, я не стала. Неторопливо подошла к бортику… тридцать вторая ложа была пустой, но это и не удивительно – представление с родами продолжало разыгрываться на одном из уровней, вроде как закрытых для посетителей, зато в центральной…

Я на мгновение оглянулась на Низморина – тот чуть опустил голову, давая понять, что не ошиблась, вновь посмотрела на ложу, в которой находился… эклис. Свет еще не погас, так что его фигура четко выделялась на фоне темно-красной отделки.

– Раксель вне игры! – тут же вернул меня в реальность Валера. – Валанд взял безопасность на себя.

– Надолго выбыл? – вернулась я к креслу, но садиться не стала, просто встала так, чтобы видеть, как «стекает» по каплям свет, как смазывается перед глазами одна картинка и четче становится другая.

Та, в которой обратный отсчет и скупые на эмоции коды оперативки…

– Медики пытаются чем-то накачать… – он поморщился, – но отрабатывать скорее всего будем без него.

– Твою… – попыталась высказаться я, но получилось сухо. Да и музыка… – Труппу проверили?

– Проверили, – вместо Валеры ответил Грони. – Двое рабочих сцены. Все остальные на месте.

– Пока на месте, – поправила я, глядя, как медленно поднимается занавесь.

Театр консервативен…

Тяжелая ткань, собранная волнами…

– Пойдем-ка прогуляемся, – бросила я Кабарге, направляясь к выходу из ложи.

– Госпожа подполковник?! – вновь подал голос Марвел, успев встать на пути.

– Валера, скажи ему… – процедила я сквозь зубы.

И ведь понимала…

Все мы всё понимали…

– Господин майор, – Кабарга подошел, встал рядом, – я – присмотрю…

Еще одно противостояние и Грони отступил, заставив меня задуматься. Не о себе, о Сашке, который сейчас выглядел совсем не мальчишкой.

– Особые полномочия? – искоса посмотрев на Кабаргу, ухмыльнулась я.

Момент истины…

– Очень особые полномочия, – расплывшись довольной улыбкой, подтвердил он. – Господин генерал обещал самолично морду набить, если хоть царапина…

– И этот генерал – не Шторм… – зло прищурилась я. – Пошли, салага… – протянула мстительно.

– Я – с вами, – Марвел бросил мне плащ, лежавший до этого на спинке свободного кресла. Второй подал Сашке. Третий сразу накинул себе на плечи. Судя по едва ощутимому гулу, с командного активировал волновик…

Мы с Кабаргой повторили за ним. Предчувствия, чтоб их… Что хочешь, то и думай, но игнорировать точно не стоило.

Когда выходили, Низморин не оглянулся. Примета…

Отметила это машинально, как и появившийся на оперативке код – зеленый. Лиската Марьям. Оставались Джориш и Риман… Судя по сводке, оба все еще находились в опасной зоне…

– Ты знаешь, что твой отказался покидать ОперА? – отголоском моих собственных мыслей, чуть слышно поинтересовался Грони, как только мы оказались в коридоре.

Взгляд метнулся на стоявших у входа в ложу акрекаторов. Четверо… Одного из них я знала…

– У нас нет права приказывать лиската, – пропустив многозначительное «твой», отрезала я, «переключившись» на последнюю сводку Валанда.

Из пяти установленных мобильных телепортаторов три не сработали. Проблема та же, что и с основными: отклик – есть, нагрузку не держат. Техники предположили, что идет сброс с контура питания, но где мог находиться генератор, рвущий канал, просчитать пока не удавалось.

– Он отказался покидать ОперА без тебя, – поправился Марвел. – Его безопасность…

Я остановилась, успев заметить, как мелькнуло удовлетворением на лице у Сашки…

– Давай примем как данность, что лиската и сам способен оценить уровень личной ответственности за происходящее, – жестко произнесла я, продолжая «крутить» выставленные ребятами Валанда цифры.

Зал вмещал в себя четыре тысячи двести человек. Труппа – сто семьдесят два. Сто четырнадцать – артисты, пятьдесят восемь – вспомогательный персонал. Охрана… Тут точных данных не было, но по грубым прикидкам от двухсот пятидесяти до трехсот.

За время антракта удалось эвакуировать восемьдесят шесть. Это не считая эклиса, его кайри и глав двух Храмов.

Женщины и дети…

– И все-таки я не понимаю… – посмотрела я на Грони, явно ожидавшего продолжения начатой до этого фразы.

Оглянулась… пустой коридор. Не тихо – звуки музыки и голоса исполнителей хоть и глухо, но доносились до нас, но как-то мертвенно. Словно две реальности… рядом, но не вместе…

– Ты о чем? – мрачно уточнил Марвел.

Я его недовольства предпочла не заметить, хоть и признала, что он имел для этого все основания:

– Детекторов на демкаш не существует, – обойдя Грони, сделала я пару шагов. – Мысль, что он может быть использован появилась лишь потому, что другого способа «уронить» нам на головы супертяж мы не придумали. Не при данных обстоятельствах.

– Спешу тебя огорчить, – правильно понял мою мысль Марвел. Теперь он находился у меня за спиной, предпочтя остаться на месте, – детекторов на демкаш действительно не существует, но только в привычной нам интерпретации.

– Исхантели! – выдохнула я, признавая его правоту. Генетический скрининг… Родовой камень, присутствие которого они «ощущали». – И когда это стало известно? – поинтересовалась я, развернувшись.

– Раксель передал Низморину. Я – присутствовал, – Грони безропотно выдержал мой тяжелый взгляд.

– Значит, все-таки демкаш, – качнула головой, не став заострять внимание на том, что о подобных… откровениях, я должна узнавать первой.

Да, должна, но…

Тут проблема даже не в плохой координации или ее практически полном отсутствии. Мы просто не успевали объять необъятное…

– Демкаш, но не обязательно, – подал голос Кабарга.

Очень хотелось зыркнуть, но… сейчас это был не шебутной Сашка, а старший лейтенант Кабарга. Офицер особого отряда генерал-полковника Орлова в особой группе Галактического Союза на Самаринии…

Едва ли не смешно…

– В равновесном состоянии черный инурин не фиксируется. Вброс примеси вызывает дестабилизацию и взрыв. Излучение, которое его сопровождает, ориентированно…

– Что подтверждает версию с возможным падением крейсера, – закончил за меня Кабарга. – Наши действия? – он тоже включился в импровизированное прогнозирование возможных раскладов.

– Эвакуация, – принял пас Низморин. – Дальше отказ телепортаторов и…

– Приказ опустить панели, – закончила я. – А потом, как сказал вот этот, – кивнула я на Сашку, – взорвут всех нахрен.

– И что это даст? – ухмыльнулся Кабарга. – Контур индивидуальной защиты…

– Масштабные жертвы, которых они, вроде как, должны были избегать…

Я сделала еще один шаг, вновь обойдя Марвела. Потом еще один…

А перед глазами мозаика из картинок, выбитые на всплывающих внешках обрывки сказанных фраз…

Центр города…

… зона отдыха…

… парк, детские площадки, аттракционы…

Плиты карбинового металлопластика…

Слова Джориша о том, что в военное время здание может быть использовано в качестве убежища…

Тоже слова, но уже Марии, сказавшей, что для Римана не стоит вопрос: я или его верность Самаринии…

Грони, поставившего в известность, что лиската отказался покидать ОперА без меня…

А еще цифры… За время антракта эвакуировано восемьдесят шесть человек. Женщины и дети…

Я лишь теперь осознала, что увидела, но не поняла, «зацепившись» за фигуру эклиса в главной ложе. Пустые места! Даже не просматривая записи, «помнила» цвета плащей жрецов, которые их занимали.

Черные и фиолетовые… Храм Предназначения, глава которого продолжал оставаться в здании…

И акрекаторы вместо хошши, когда мы вышли в коридор…

И так удачно «выбывший» Раксель…

– Скажи, – мне пришлось повернуться, чтобы посмотреть Марвелу в глаза, – ты бы стал размещать здесь убежище?

Усмешка на его лице мелькнула и тут же пропала… Думал… Иронизировал… Посмотрел на то же самое, но теперь уже с другой стороны…

– Даже с учетом карбинового металлопластика – нет! – твердо произнес он спустя еще секунду.

– Вот чувствовал я, что что-то здесь не чисто! – недовольно осклабился Кабарга. Дернул полу плаща, расстегнул верхний фиксатор парадного кителя… – Ты ничего не хочешь мне сказать? – нахмурившись, поинтересовался у Степаниды, которую вытащил из внутреннего кармана.

Та, как и следовало ожидать, безмолвствовала…

Впрочем…

Подошла к Сашке, под его задумчивым взглядом прихватила край капюшона… Невооруженным глазом не видно, но сканер на командном информацию «взял» с первого прохода. Код, серия, модификация…

Отпустив Кабаргу, проверила у себя. Код, серия, модификация…

У тех, которые нам выдали по прибытии, значилась четвертая. У Валанда, насколько мне было известно, пятая. У лиската и эклиса – шестая.

– Твою…! – чуть слышно выдала я. Максимальный уровень защиты… Окинула взглядом пустой коридор и повторила уже громче: – Твою…! – Потом посмотрела на Грони…

Вызов от Низморина опередил мой буквально на доли секунды:

– Нам приказано…

– Валера, – не дала я ему закончить, – за нашей спиной играют.

Картинка на командном «подтаяла», давая возможность увидеть выражение его лица. Воодушевленное такое… с явным желанием кого-нибудь пристрелить.

Оценить подобную «откровенность» я не успела. Низморин продолжил, напрочь проигнорировав мою реплику:

– Нам приказано немедленно покинуть…

Как Джориш сказал… чувствую себя паскудно…

Кажется, теперь я понимала, о чем именно он говорил…

* * *

– Подожди… – вновь не дала я Валере договорить, отвечая на входящий. – Слушаю…

– Командир…

Неожиданностью стал не голос Куиши, а вот это обращение… Командир…

– Конкретней! – скрывая за резкостью некоторую растерянность, поторопила я.

Понял приамец мои затруднения или нет – неважно, но продолжил он с тем же задором:

– Знаешь, командир, тут Шуте решил тебе сюрприз преподнести…

– С некоторых пор я начал побаиваться его сюрпризов, – со смешком заметил Сашка, как-то уже привычно пристроившись за моим плечом.

– Дальше! – я решила обойтись короткой репликой.

– Он тут потряс твою Малику Дайли…

– Покинув Самаринию семья Дайли поселилась на Ргое, – перебил его Виешу. – Шесть лет спустя ее родители погибли при странных обстоятельствах.

– На тот момент она уже училась в Гордонской консерватории, – вспомнила я скупые строчки из наскоро собранного личного дела Малики.

– Именно, – подтвердил Шуте. – Ее обучение оплачивалось, как и дополнительные уроки вокала, которые она брала. Кем, неизвестно.

– Но это ведь еще не все? – хмыкнула я, посмотрев не на Виешу, что было бы правильнее, а на Низморина, продолжавшего оставаться в другом квадрате командного.

– Только начало, – подтвердил Шуте. – Дважды в год она возвращалась в свой дом на Ргое, за которым присматривала ее няня. И именно в это время в этом самом городе происходили странные убийства…

– Молодые белокурые женщины… – перехватила я его мысль.

– С клеймом на шее, – подтвердил Шуте. – Но и это еще далеко не все. Победа на конкурсе молодых исполнителей, несколько гастрольных туров…

– И везде – трупы… – сухо выдавила я из себя.

– Судя по сведениям, переданным нам акрекаторами, будущий Верховный Матео на момент совершения преступлений на Самаринии отсутствовал, – «помог» ему Куиши. – Где именно находился, установить не удалось.

– Вот это расклад! – качнула я головой. – Но это значит… – Низморин хотел что-то сказать, но я не дала, остановив коротким, но бескомпромиссным жестом. – Дайте мне пару минут… – ни к кому не обращаясь, протянула я.

Три шага вперед, три… назад…

Мы искали первую жертву Матео… А были ли она жертвой?! Или он сломал ее позже, когда нашел на Окраинах?!

Жрец с искореженным даром и его кайри…

Но главным сейчас было даже не это…

Эсси Джерхар и Верховный Матео…

Одному я прочила место на вершине власти Самаринии, а другому…

Твою…!

Гениальный аналитик, знающий нас и наши методы работы и не имеющий до этого мгновения своего лица…

А ведь я всегда считала его фигурой… Не рвущейся в ферзи пешкой – Игроком!

– Марвел, – не спокойно – обезличенно, как мог бы сделать это Джориш, Риман, Ильдар, Валанд, Злобин, обернулась я к Грони, – возвращайся к Низморину.

– Госпожа подполков… Как прикажете, госпожа подполковник, – поправился он, напоровшись на мой взгляд.

Что увидел в нем, я бы и сама не взялась определить, столько всего оказалось намешано…

– Передай информацию Шторму, – бросила я Шуте и скинула вызов, тут же отправив свой.

Две секунды… Три…

– Лиз, тут немного…

– Заткнись и слушай, – перебила я Валанда. Похоже, проняло, потому что возражений не последовало. – Вопрос – один. Ответ: да или нет. – Марк кивнул, сообразив, что без серьезных на то оснований я бы не стала действовать столь жестко. – Под этим зданием есть что-то, стоящее жизней всех находящихся здесь?

Тишина была недолгой. Стук сердца…

– Да! – коротко и… обреченно. Для нас всех.

– Тогда идем дальше, – разум пасовал перед вырисовывающейся картинкой, но… я продолжала делать то, что должна была. – Матео и Малика Дайли – сообщники. Но и это не главное, – заметив, как он… понимающе прищурился, продолжила я. – Команда метаморфов, скорее всего, подчиняется именно Матео. И задача у них, как ты понимаешь, несколько иная, чем та, которую мы предположили.

– Ограничивать себя в жертвах они точно не будут, – Валанд медленно выдохнул…

– Именно, – кивнула я. – Валера, – вот теперь я удостоила вниманием и Низморина, – кто работает против Джерхара?

Улыбка подполковника получилась… злой, яростной:

– Адмирал Ежов.

Полная ментальная невосприимчивость и дар на уровне лиската…

– И это он тоже просчитал, – имея в виду все того же Матео, глухо произнесла я.

– Через двенадцать минут Малика закончит свою партию, – Александр встал рядом.

– И тогда они начнут… – в горле встал ком. – Твою…! – Взяла в руки я себя мгновенно – на рефлексии больше не было времени: – Мы со старлеем за Маликой, вы… – я перевела взгляд с Низморина на Валанда…