Текст книги "Галактика Белая. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Наталья Бульба

– Рано?! – на мгновение остановившись, развернулся к нему Ильдар. Дамира, ждавшего их у тамбура, едва не впечатало в корпус катера волной гнева, которую выплеснул из себя лиската. – Он… посягнул… на мою… кайри, – шипя, медленно произнес он. – Он… оскорбил… мою… Богиню!

Законы… Древние законы за каждым произнесенным словом. И смерть, которой каралось их нарушение.

– Твое право, – первым отведя взгляд, склонил голову Риман. Выпрямился, произнес резко и бескомпромиссно: – Вызов!

– Вызов! – выдохнул Дамир, выравнивая дыхание после удара.

Не отступить, не передумать… Не Выбор – его последствия, которые можно только смиренно принять, признавая волю тех, кто выше.

Противостояние, которого не избежать.

– Оставайся здесь, – словно и не замечая, с каким священным восторгом смотрят на него окружавшие их хошши брата, жестко приказал Ильдар Риману. – Будешь моим посредником. Я хочу, чтобы к тому моменту, когда я доберусь до него, Полный Круг был собран.

– Да будет так! – еще ниже поклонился ему Риман. Не как равному, как тому, чью волю готов исполнять.

Вот только Ильдар пропустил и это. Ярость, которую он испытывал, была обжигающе холодной и… оглушающе звонкой. Боль, рвущая на куски сердце, – беспощадной. Как и приговор, который он вынес Шаенталю.

Он мог простить ему деда, брата, но не ту, которую любил вопреки всем обстоятельствам.

Видел все, фиксировал мелочи, на которые при других обстоятельствах и не обратил бы внимания. Отдавал распоряжения; смотрел глазами клона на тела, так и оставшиеся лежать рядом с телепортатором в парке; на меховой плащ, валяющийся на затоптанной вершине холма; слушал отчеты службы перехвата, пытающейся обнаружить следы катера с кодом эклиса; связывался со жрецами-наставниками, собирающими Девятку, чтобы облегчить поиск и… не существовал вместе с ней.

– Ильдар… – бросил на него взгляд Дамир, когда катер одинокой точкой завис над океаном, разделяющим два материка.

– Я – знаю, – оборвал его Ильдар, продолжая всматриваться вдаль. Там, куда он стремился, вступала в свои права ночь, здесь было еще достаточно светло, чтобы оценить безразличную ко всему безбрежность. – И знаю, где ее искать.

Дамир думал недолго:

– Джема, – буквально выплюнув, произнес он имя.

– Мы должны перехватить Шаенталя, пока Мария не оказалась у нее. Если он прикроется Джемой, доказать что-либо будет очень трудно, – спокойнее, уже четко понимая, что пути назад больше нет, произнес Ильдар, видя картины будущего в грязно-серой водной пустыне. Вздохнул, неожиданно зло усмехнувшись: – Он так и не поверил.

– Что она отдала тебе себя? – кинул на него задумчивый взгляд, заново переоценивая ситуацию.

Теперь хоть было понятно, почему эклис решился на столь опасный для себя шаг. Играй Мария в ненависть к Ильдару, Шаенталь вряд ли бы поверил, но она действительно ненавидела. Любила, тянулась к нему, но… не переступала черту.

Женское сердце такое непредсказуемое…

– Главное, чтобы он не осознал своей ошибки, – чуть слышно произнес Дамир, но Ильдар его услышал.

Поднялся, проигнорировав задумчивый взгляд своего матессу, сбросил плащ на крошечную площадку за их креслами, достав ритуальный кинжал, опустился на колени, положив его перед собой.

– Он не успеет…

И это была не вера.

Он – знал…

Эпилог

Скинув плащ на пол, я буквально упала на диван.

Уходящий день для меня, как кайри претендента, оказался мучительно долгим. Ритуал Возвещения, знаменующий рождение нового эклиса, начинался на рассвете, а заканчивался, когда последний луч светила скрывался за горизонтом.

Мне еще повезло – Ильдар стал Первым поздней осенью. Летом все было бы значительно труднее.

– Я на минуточку, – прерывая мое долгожданное уединение, заскочила в комнату Лора, тут же плотно закрыв за собой дверь. – Он еще не приходил?

– Кто? – устало уточнила я, коря себя за произнесенную только что глупость. Могла и не спрашивать, и так все понятно. Ильдар, которого после того похищения в моей жизни стало слишком много с его тотальным контролем.

Испугаться тогда я практически не успела. Только пришла в себя в незнакомой комнате, только сообразила, что присутствие в ней Джемы и Шаенталя мне ничего хорошего не предвещает, как реальность начала растекаться, словно краска под струями дождя.

Сам Ильдар появился буквально спустя мгновение, олицетворяя сказанные им же слова. Если мне кого и стоило бояться, так именно его.

Все остальное я воспринимала похожими на вспышки картинками, между которыми была не то темнота, не то пустота, дарившие тепло и уют.

Взгляд, обращенный ко мне, в котором сквозь пелену пылающего плазмой бешенства пробивалось беспокойство.

Застывшие напротив друг друга неподвижные фигуры, от которых веяло такой силой, что хотелось забиться в угол, закрыв глаза и сжавшись в комок.

Огромный зал, заполненный жрецами.

Вопросы, которые задавал мне один из них, и мои ответы, срывавшиеся с губ раньше, чем я понимала, что именно произношу.

«Да, я люблю его!»

«Да, я по своей воле позволила ему назвать себя кайри!»

«Да, он принадлежал мне, как я принадлежала ему…»

Это теперь я знала, что солгать, даже если бы и хотела, не смогла, в те же минуты проклинала себя за слабость, заставлявшую открыть то, в чем не хотела признаваться самой себе.

Этот мужчина сумел стать для меня всем.

– Отец! – прошептала Лора, словно нас могли услышать. – Если он узнает, что я у тебя была…

– Я ему не скажу, – вздохнула я обреченно.

Последний месяц, пока шла подготовка к инициации эклиса, я, насколько это было возможно, старалась с Ильдаром не встречаться. Он – тоже.

Ни у него, ни у меня, это не получалось.

Сам ритуальный бой впечатления на меня не произвел, хоть я и видела, с каким напряжением в абсолютной тишине следят за ним присутствующие. Да и чувствовала, как непроизвольно сжималась ладонь Дамира на моем плече, удерживая в кресле, в которое меня усадили.

А потом Шаенталь пошатнулся, взмахнул руками, словно пытаясь сохранить равновесие, опустился на одно колено и… растянулся на полу, заливая светлый камень своей кровью.

И только дружный крик: «Васай, Ильдар!», намекал, что перед моими глазами только что произошло нечто весьма значительное.

Чем это грозит лично мне, я тогда даже не предполагала.

Зря…

– А то он не догадается, – погрустнела Лорианна, но тут же встрепенулась, заговорив быстрее: – Ты должна знать, что он тебя любит, но никогда не признается в этом. Это не слабость, просто он дал слово, что отпустит тебя…

– Лора! – попыталась я ее перебить, вскакивая с дивана. Говорить о наших с Ильдаром… отношениях, я не собиралась ни с кем. Тем более, его дочерью.

– Он без тебя погибнет, – жалобно протянула она, трагично нахмурив бровки. Сморщив носик, хотела еще что-то добавить, но вместо этого выскользнула за дверь, оставив меня в полной растерянности.

А в ушах продолжало звучать: «Он дал слово, что отпустит тебя…»

В этом был весь Ильдар! Он дал слово…

– Ты позволишь? – вырывая меня из ощущения, что я, в очередной раз потеряв опору, лечу в бездну, в комнату вошел новоявленный эклис. Если не считать, что камень на навершии ритуального кинжала теперь был темно-фиолетовым, особых изменений в нем я не заметила.

– А если не позволю? – привычно огрызнулась я, поймав себя на том, что желание прижаться к нему пересиливает все доводы разума.

Видеть его было тяжело, не видеть – невыносимо.

– Завтра я покину Храм, – проигнорировав мой вопрос, произнес Ильдар, проходя в комнату. Поднял по дороге брошенный мною плащ, переложил его на спинку кресла. – Наверное, будет лучше, если ты останешься здесь, с Лорой. С новым лиската я уже разговаривал, он проявит к тебе гостеприимство.

– Наверное, – усмехнувшись, согласилась я. – Мне здесь все знакомо, да и с Лорианной мы подружились.

Хотела еще добавить: «Да и тебе мешать не буду», но промолчала. Мы и так наговорили друг другу слишком много лишнего.

– С тобой останется Ждан и трое хошши. – Заметив мой недоуменный взгляд, заверил, приняв смятение за страх: – Никакой опасности…

– Благодарю за заботу, – склонила я голову, и, не сдержавшись, продолжила: – мой господин.

Его ноздри дернулись, в глазах мелькнуло что-то предостерегающее, но он сдержался:

– Это не забота, – отстраненно произнес он, предпочтя смотреть не на меня, а на окно, за которым было темно и… холодно. С утра опять шел снег, добавляя праздничности пейзажу и одиночества мне. – Я привел тебя сюда, я должен…

– Ты – должен?! – Меня все-таки «сорвало».

Ярость, отчаяние, осознание, что я не смогу просто пройти по коридору, чтобы добраться до его комнаты; не увижу смесь облегчения и обреченности в его глазах, когда он поднимет на меня взгляд от дисплея планшета, за которым работал; не ответит полной иронии улыбкой на мое очередное едкое замечание…

Гремучая смесь…

Я не забыла, ради чего мы заключили то соглашение, но я чувствовала, насколько все изменилось за последнее время.

– Должен, – повторил он тихо и… резко выдохнул, словно вырывая из себя те слова, которые собирался произнести: – Я больше не могу… Не могу говорить одно, а думать – другое. Не могу слышать твое: «мой господин», когда это ты уже давно стала моей госпожой. Не могу надеяться, понимая, что ты предпочла бы увидеть меня мертвым, чем услышать то, что рвется из меня…

– Нет! – отшатнулась я.

Он был прав – я не хотела это слышать. Боялась.

Он был не прав – я хотела это слышать. Я его любила…

– Да! – твердо возразил он, срывая со своего пояса ритуальный кинжал и отбрасывая его в сторону. Сейчас передо мной стоял не эклис… просто мужчина. – Я не имею права просить тебя избавить меня от будущего, в котором я вновь останусь один. Обязанности и обязательства… Это выше меня… – Ильдар удрученно опустил голову, чтобы тут же вскинуть ее вновь. – Я отпущу тебя, отдам… ему.

Он поклонился, как кланялся когда-то Шаенталю, сделал шаг назад.

Когда он выпрямился и направился к двери, я уже не видела. Слезы текли из глаз, застилая, искажая реальность не хуже его иллюзий.

Я знала, о чем он говорил; я видела, о чем он говорил; в ту ночь я чувствовала его тело, как свое, но… я отказывалась принимать, догадываясь, что этот выбор станет для меня самым тяжелым.

Невозможным…

Но сейчас я поняла и другое – он только что избавил меня от него, согласившись потерять то, что было ему дорого.

– Ильдар! – закричала я, успев до того, как он вышел. Заметив сквозь влажную пелену, как он остановился, обернувшись ко мне… готовый к любому моему решению, попросила чуть слышно: – Не уходи.

Свой Выбор я предпочитала делать сама…

Наталья Бульба
ДВАДЦАТЬ ПЯТЬ ДНЕЙ ИЗ ЖИЗНИ КЭТРИН ГОРЕВСКИ

Я окинула зал ленивым взглядом.

Для меня, как представителя группы, проводившей экспертную оценку программ по обмену курсантами военных академий, прием у императора Хандорса был скорее обузой, чем приятным времяпровождением.

Для меня, как офицера контрразведки (вопросом: какое отношение работа на территории дружественного сектора имела к их прерогативам, никто в команде, возглавляемой полковником Штормом, даже не задавался) – прекрасной возможностью выполнить задание, которое на первый взгляд выглядело если и не простым, то хотя бы не выходило за рамки среднего уровня сложности.

На второй и последующий, все было не столь оптимистично.

Стать «своей» в резиденции главного демона даже с моими талантами оказалось довольно проблематично. Представители этой расы, с которыми мне по долгу инспекторской проверки довелось иметь дело, очень четко придерживались границ собственных полномочий в контакте с членами нашей группы.

Нет, никто не делал попытки скрыть от нас негативные факты, касавшиеся обучения курсантов, никто не прятал концы проблем, но тех нашлось настолько ничтожно мало, что они не требовали участия более влиятельных лиц, чем те, с которыми нам приходилось сталкиваться.

Это, что касалось служебного…

В личном плане все было не лучше. На меня смотрели если и не восхищенно, то с должной оценкой внешних данных, которыми природа не обделила. Не упускали и другие, очень быстро дав понять, что ум и умение докапываться до самой сути и преподавать ее с неожиданной точки зрения, не уступают красоте.

Но… И вот тут начиналось все самое трагичное для моего самолюбия. На этом все и заканчивалось. Никаких попыток приударить не наблюдалось. Все знаки внимания – только в компаниях и не выходя за рамки приличий.

Так что приглашение появилось на моем рабочем столе не просто вовремя – стало едва ли не спасением. От одной мысли, что я должна буду доложить полковнику о провале задания, хотелось разнести все вокруг.

– Госпожа Оленева? – Вопросительных интонаций в голосе подошедшего ко мне демона было немного, лишь соблюсти принятые правила.

Чтобы понять, откуда этот… мальчик, оказалось достаточно и беглого взгляда. СБ. Звание… Ранг, поправила я сама себя. Скорее четвертый, что соответствовало промежуточному между нашими старшим лейтенантом и капитаном, чем пятый. И молод, и не хватало некоей небрежности в поведении.

– Вы угадали, – вежливо улыбнулась ему Кэтрин. В ее идентификаторе так и значилось – Екатерина Оленева. – Чем могу служить?

– Скорее, – не без легкого лукавства улыбнулся замерший напротив демон, – это я могу вам служить. Я – ваше сопровождающее лицо на сегодняшний вечер. Марис Хоур к вашим услугам.

– Мне начинать опасаться неожиданностей? – уже более сухо отозвалась я. Возможность получить то, что было необходимо, и так выглядела весьма призрачно, теперь же грозила остаться мелькнувшей на горизонте надеждой.

Молодой – не молодой, а профи.

– Всего лишь мера предосторожности, – продолжая улыбаться лишь одними глазами, произнес Марис и повел рукой: – Не хотите осмотреть дворец?

– А если скажу: «Нет?» – не без сарказма усмехнулась я, – потащите силой?

Переиграть не боялась, изначально вела себя с толикой не снисходительности – язвительной отстраненности, которая не предусматривала излишней опеки. Так что эта моя выходка была вполне в рамках выбранного стиля поведения.

То ли Марис оказался недостаточно подготовленным, то ли действительно не ожидал, что кто-то может отказаться от такой прогулки, но в его взгляде мелькнула тень обиды. Что стоило поставить ему в заслугу, тон остался все таким же, вежливым:

– Ваш допуск на этот вечер в группе наивысших, подобный случай может никогда не повториться.

Про случай это он подметил верно…

Кляня предусмотрительность демонов последними словами, но уповая на собственную везучесть, которая уже не раз выручала и не в таких ситуациях, я, словно до последнего взвешивая все «за» и «против», медленно кивнула:

– С последним аргументом трудно не согласиться. – Заметив, как повеселел демон (во что совершенно не верилось!), добавила, пусть и без особой радости, но с толикой энтузиазма: – Что ж, ведите. Хотя бы будет, чем похвалиться.

– Что бы вы хотели осмотреть в первую очередь: картинную галерею, библиотеку или собранную лично императором коллекцию статуэток?

«Спальню императора», – про себя подумала я, но вместо этого произнесла:

– Коллекцию статуэток. Слышала, что среди них есть весьма… уникальные.

Хотела сказать – фривольные, но в последний момент сдержалась. Взгляд демонов на ту часть отношений между мужчиной и женщиной, которые называли «постельными» был лишен ложной скромности. Все, что естественно…

Пуританами они точно не были.

– Тогда, – предлагая мне опереться на его руку, выдал Марис, – нам направо.

– А это, – я кивнула на согнутый локоть… выглядело вполне надежно, – обязательно?

– Нет, – ничуть не стушевался демон, невольно подтверждая мои выводы о том, что не так уж он и прост, – но избавит вас от лишнего внимания. Не все из присутствующих на этом приеме обладают достаточной сдержанностью, чтобы не стать излишне назойливыми.

Шанс! Он, конечно, не торопился сам идти ко мне в руки, но… в нашем деле так и бывало: то ничего – то все и сразу. Главное – ввязаться…

Шторм не уставал повторять, что самый выверенный план не отменял умения импровизировать.

Посчитав, что проявить стервозность еще успею, я небрежно оперлась на чужую руку, словно говоря, что согласилась с его словами, но не до конца уверена в своем решении. Марис ответил легким наклоном головы и неторопливо, давая мне возможность в своем длинном вечернем платье без труда следовать за ним, направился к выходу из зала.

– Этому дворцу, – начал он, решив подработать экскурсоводом, – более двух тысяч лет. Первым его владельцем был глава клана Шор – ведущие, предок нашего императора.

– Он отличался жестокостью, – продолжила я равнодушно, намекая, что некоторые сведения без труда можно было найти и в свободном доступе, – но был справедлив, что позволило объединить вокруг себя еще три самых многочисленных клана. А если учесть, что к тому времени демоны уже успели расселиться на шести ближайших пригодных к заселению планетах, то именно ему приписывают создание сектора ХоШорХош – славный путь в будущее, который теперь просто называют сектором демонов.

– Вы неплохо подготовились, – совершенно серьезно произнес Марис. – Немногие наши гости могут похвалиться, если и не подобными знаниями, так хотя бы интересом к ним.

– Я просто хорошо делаю свою работу, – фыркнула я насмешливо, намекая, что подобное… знание объекта работы входит в обязанности пресс-атташе.

Кивнула шедшему навстречу офицеру из группы, к которой была «приписана» – тот был вне «игры», дернула плечом в ответ на его вопросительный взгляд, давая понять, что присутствие рядом спутника произошло по независящим от меня обстоятельствам.

Офицер, хоть и не имел отношения ко второму плану нашего бытия среди демонов, но отличался сообразительностью, на миг опустил голову – понял, и незаметным движением пальца показал на себя. Мол, если что…

Если что – не будет, он просто обязан доложить о произошедшем старшему. Правила, в которые я внесла определенные коррективы. Да и свои – не свои, но понятия братства никто не отменял. Здесь, у демонов, мы были братством.

– А ведь меня предупреждали, – как-то подозрительно задорно отреагировал на мое замечание Марис и ловко увел от столкновения. Мужчина, «несшийся» нам навстречу, был весьма навеселе. Задеть нас он все-таки задел, но слегка налетел на моего сопровождающего. Судя по ошалевшему виду… теперь уже потерпевшего, результат столкновения был не в его пользу.

– Прошу меня извинить, – тут же произнес Хоур, уводя от места происшествия так, чтобы у меня не получилось оглянуться, – но не все приглашенные столь уж скромны и непритязательны…

Уточнения, кого он имел в виду под этими самыми скромными и непритязательными, я так и не дождалась. Впрочем, подсказка была достаточно прозрачна – инструктаж, который провел капитан Виллер – командир нашей группы, в первую очередь касался именно этого вопроса.

Я же тоже предпочла промолчать, сделав вид, что с интересом рассматриваю роспись на стенах галереи, в которую мы успели войти.

Здесь было не то, что менее многолюдно, кроме нас Марисом лишь четверо медленно дефилировали по коридору, занимаясь тем же, чем и я – фресками. И это была точно не охрана.

Мелькнувшая при взгляде на очередное изображение ассоциация заставила резко остановиться:

– Это ведь скайл? – удивленно спросила я, внимательнее разглядывая ритуальный рисунок на лице одного из воинов, участника батальной сцены.

– Ваша наблюдательность достойна уважения, – заинтересованно протянул демон, заставив меня дать себе мысленный подзатыльник. Чтобы «спалиться», привлекая к себе особое внимание службы безопасности демонов, достаточно и такой мелочи.

– Если это ваши секреты, я готова сделать вид, что ничего не видела, – язвительно выдала я, вспоминая один из принципов своей работы: если нельзя уйти тихо и незаметно, наноси удар первой.

– Это – скайл, – не то, чтобы извиняясь, но не без сожаления, произнес демон. – В нашей с ними истории чего только не было.

Высказываться на тему, что его формулировка прозвучала весьма неоднозначно, я не стала, как и уточнять, что и самой истории вроде как тоже не было. Считалось, что на протяжении последних трех-четырех тысяч лет раса скайлов развивалась практически автономно, избегая внешних контактов. Если судить по тому, что я видела, все было совершенно иначе. Не говоря уже о кинжале, который этот самый скайл держал в руке, смахивающем на те, что на Самаринии считались одним из атрибутов лиската – главы Храма.

Но… эти вопросы пресс-атташе экспертной группы интересовать точно не должны были, да и в нашем разговоре накопилось достаточно острых моментов, чтобы слегка «спустить на тормозах».

Вместо этого отошла к следующей фреске – там кроме демонов никого не было.

– А это не знаменитая Тарсайская битва?

– Она, – кивнул демон, вновь одаривая меня радушной улыбкой. – Именно после нее был подписано временное Соглашение, а спустя десять лет – Союз четырех, ставший основой ХоШорХош.

– Если мне не изменяет память, – медленно продвигаясь вдоль расписанных стен, задумчиво протянула я, – в одной из поэм это описывалось так: «И тысячи кораблей замерли между звезд, чтобы либо стать светом, либо уйти во тьму».

– Сурэн Эрдис, Хроники! – не без восторга воскликнул Марис, вряд ли заметив в изъявлении своих чувств по поводу моей осведомленности быстрый, но цепкий взгляд. Вот только смотрела я не на Тарсайскую битву, а на небольшую фреску, мимо которой предпочла пройти «в упор не замечая». То ли провокация, то ли намек, то ли… для них я была всего лишь той, что значилась в документах.

Лучше бы последнее, уж больно знакомо выглядели обводы одного из крошечных кораблей на заднем плане – ардон домонов.

Полковнику явно понравятся эти сведения.

Решив слегка остудить восторг своего спутника, поинтересовалась:

– Нам еще далеко?

– Вам наскучила прогулка? – тут же насторожился Марис, словно его основной задачей было как раз мое развлечение.

– Не хочу по вашей милости упустить возможность танцевать на приеме у императора Хандорса, позволила я себе усмехнуться. – Я не только офицер, но и женщина.

– Об этом не беспокойтесь, – вроде как с облегчением вздохнул демон, вновь предлагая опереться на его руку. Моя свобода была недолгой, – но подобного развлечения я вас не лишу. – И без малейшей паузы добавил: – К тому же, мы уже пришли.

Дверь слева, к которой мы подошли, открылась сама. Отреагировала я на подобную оперативность без малейшего любопытства – всего лишь сканеры.

А вот в этом помещении была уже и охрана. Вряд ли затем, чтобы обеспечить безопасность коллекции, скорее уж заботились о моей репутации. Не будь их, во внутренних покоях я могла остаться наедине с сопровождающим, что было прямым нарушением установленных правил.

– Там, – указав на дальний правый угол, где высились горки из прозрачного камня, прикрытые маревом защитного поля, – статуэтки из Люцении. Там, – на этот раз он чуть развернулся влево, потянув меня за собой, – вещицы старханитов.

Посмотреть на древности предков стархов было, конечно, любопытно, но… пауза в пояснении Мариса ощущалась весьма соблазнительно, чтобы ее пропустить.

– И это все, чем вы меня можете удивить? – не без скепсиса протянула я, решительно освобождаясь от опеки демона. Тот, в чем я не сомневалась, возражать не стал.

– Конечно же, нет, – «оправдал» он мои надежды. – Прошу, – отступив чуть в сторону, Марис предложил мне первой войти в небольшой коридорчик-тамбур, который до этого прикрывал собой. – Не многие могут сказать, что видели эту часть коллекции.

– И за что же мне такая честь? – пробурчала я чуть слышно. – И чем грозит?

На ответ не рассчитывала, его и не последовало. Это мальчик точно знал, когда лучше промолчать.

Створки тамбура раскрылись. Отдаваясь чуть заметным пощипыванием по коже, сверху вниз прошелся луч мощного сканера – командный уже давно «лежал», готовый к подобным сюрпризам. Красная панель информера сменилась зеленым сигналом – единообразие внешних коммуникативных форм было одним из условий взаимодействия между секторами, разошлась вторая пара створ.

Эта комната была значительно меньше, чем предыдущая, но мерцало здесь вокруг каждой композиции. Чтобы было удобнее рассматривать, те были размещены на беспорядочно расставленных по помещению высоких подставках.

Про фривольность и определенную свободу взглядов демонов я вспоминала не зря. Миниатюрные демон и демоница, танцевавшие любовь и первыми попавшиеся мне на глаза, выглядели живыми.

Какой именно реакции ожидал от меня Марис, спрашивать было глупо. Демонстрировать скромность – тоже, достаточно зная о демонах, я просто обязана была понимать, что именно увижу.

Даже не взглянув на своего спутника, подошла ближе, рассматривая скульптуру внимательнее. Поза была необычной и требовала определенной физической подготовки, но… я отметила это машинально, наслаждаясь красотой фигурок. Капля пота стекала с виска демона, рот демоницы был слегка приоткрыт, словно с ее губ только что сорвался стон страсти.

Напряжение и нега, томление и неукротимость… Тяжесть внизу живота была еще едва ощутима – сказывались техники контроля, но пробивало и их. То, что видели мои глаза, было лишенной покровов и стыдливости чувственностью. Жизнью, проявившейся в своем стремлении соединить две половинки своего творения в одно целое.

– Мне придется просить у вас прощения, – выдохнула я, заставив себя отступить на шаг назад и обернуться к Марису. – Это просто восхитительно!

Демон мой восторг принял не без удовлетворения. О том, что я – не только человек, но и женщина, он словно и забыл.

– Я не буду вам мешать, – широким жестом предложил он мне чувствовать себя, как дома. Подтверждая свои слова, отошел в сторону, давая возможность самой осматривать коллекцию.

Мысль о том, что этот демон вхож в святая святых дворца Хандорса мелькнула и… пропала. Об этом я могла подумать и позже.

Следующую композицию можно было бы назвать «классикой жанра», если бы не искусность, с которой она оказалась рождена из камня.

Широкое ложе, смятые простыни, раскинувшаяся на них женщина. Ладони судорожно сминают ткань, голова чуть запрокинута назад, как если бы она пыталась приподняться, следуя за отстранившимся от нее партнером по вечной игре.

Острые соски, как символ запредельного возбуждения; упругие груди; раздвинутые ноги, между которыми на коленях стоял мужчина, склонившейся к раскрытому его пальцами лону… О его намерениях гадать не стоило, и так понятно.

Самообладания хватило не только на то, чтобы не отвести глаз, но и остановиться на миг, словно любуясь. Но вот слегка покраснеть я себе позволила – была уверена, что за каждым моим движением следят.

И не движением – тоже.

К тому моменту, когда завершила круг, от изнасилования Мариса спасало лишь присутствие в комнате постороннего – одного из тех двух охранников, которых я уже видела.

– Вам понравилось? – «невинно» полюбопытствовал демон, когда я подошла ближе.

– Это было весьма познавательно, – насмешливо хмыкнула я. Если уж говорить двусмысленности… – Вы весьма искусны.

Уточнять, в чем именно, Хоур не стал. Оставалось надеяться, что благоразумно.

– Вот-вот начнутся танцы. Мы можем вернуться или…

Я ничего не имела против хорошенького словесного поединка, но не в этих условиях. Кроме того, что не стоило слишком заигрываться – не то у меня амплуа, так и возбуждение не торопилось поддаваться контролю, заставляя вновь и вновь возвращаться к фигуркам. Некоторые из увиденных поз я вполне могла повторить… с хорошим партнером.

– Лучше первое, – бросив быстрый взгляд на тамбур, довольно жестко прервала я Мариса, – чем все остальное. Если вы намерены настаивать на продолжении банкета…

– Ваше желание для меня закон, – пошел на попятный демон. Кажется, нагнетание обстановки в его планы не входило.

Пока возвращались, молчали. Я продолжала демонстрировать легкое недовольство, причины которого были легко просчитываемы, он предпочитал не замечать моего состояния, став всего лишь сопровождающим. В определенной квалификации этого «просто сопровождающего», сомнений у меня не было с самого начала.

– Лейтенант Оленева! – Капитан Виллер направился к нам наперерез, как только мы с Марисом вошли в зал. Выглядел при этом крайне недовольным. – Ваше поведение…

Тут тоже обошлось без догадок… Юрген обеспечивал мне прикрытие, давая основания предположить, к какому именно ведомству принадлежит. Не сказать, что слишком явно, но профи вполне мог сделать соответствующие выводы.

– Капитан Виллер, – без малейшего напряжения в голосе, перебил его Марис, – по приказу императора Хандорса госпожа Оленева находится под особой защитой. Вас должны были об этом уведомить.

– Особая защита? – приподнял Юрген бровь, «поймав» мой знак. С легкой руки нашего шефа – полковника Шторма, иначе, как «добавить градус», его не называли. – Прогулка по закрытой для посещения зоне императорского дворца тоже расценивается, как эта самая особая защита?! – Дожидаться ответа он не стал, тут же продолжив непререкаемым тоном: – Я требую немедленных разъяснений…

– Вам их предоставят… – все еще спокойно отозвался демон, сдвинувшись так, чтобы со стороны наш разговор не производил впечатления дуэли.

– Немедленно! – процедил Виллер, и, не прекращая «давить», бросил на меня холодный взгляд.

– Я не могу… – попробовал объясниться Марис. Не столько «держал» ситуацию, сколько давал время своим «коллегам» просчитать возможные последствия.

Не дождавшись от меня сигнала «отмены», Юрген процедил сквозь зубы:

– Наша группа немедленно…

– Капитан Виллер, – к нам подошел еще один демон. Постарше и рангом повыше. Представляться не стал, Юрген его знал. Я – тоже, хоть вроде как и не должна была. Нэшэвиш – куратор делегации Союза от местной Службы Безопасности. – Давайте пройдем в помещение внутренней охраны и проясним все неясные моменты.

Ноздри Юргена раздулись, но он, медленно выдохнув, произнес уже спокойнее:

– Речь идет о потере доверия к лейтенанту Оленевой. Не уверен, что нам удастся прояснить те самые… неясные моменты, о которых мы говорим.

Я вскинула на него растерянный взгляд… точно зная, как именно он будет действовать. Вариантов было немного, этот – самый перспективный. Сама бы била «по больному» – разнице в менталитете.

Виллер был не просто умничкой, он был одним из тех полевиков Шторма, с которыми легко отыгрывать именно в паре. И ведь сам, сволочь белобрысая, получал от демонов гарантии безопасности их команде, которые включали и защиту чести и достоинства, но словно и не помнил, что именно крылось за этими словами.

– Я готов предоставить вам лично все записи, – после короткого раздумья произнес Нэшэвиш, не собираясь доводить до того уровня напряженности, когда дело способно обернуться дипломатическим скандалом. – Госпожа Оленева, – он равнодушно посмотрел на меня, но я была готова поклясться, что за отстраненной холодностью в его взгляде скрывалось сочувствие, – действовала четко в соответствии с утвержденными нашими сторонами инструкциями.