Текст книги "Галактика Белая. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Наталья Бульба

сообщить о нарушении

Текущая страница: 225 (всего у книги 322 страниц)

– О благоразумии, – чуть слышно произнесла я. Отвечая не только Риману, но и себе. – О благоразумии, – повторила уже тверже. – Заметив удивление в глазах старшего Исхантеля, продолжила, не стыдясь того внутреннего надрыва, с которым говорила: – Вы – триада. Опора этого мира. От вас зависит, сохранит он себя в тех трудностях, которые ему предстоит пережить или станет осколками от былого величия.

– Красивые слова, – насмешкой отреагировал на сказанное Риман, глядя на меня с прищуром. – Но что за ними?

– За ними? – переспросила я, на миг замерев.

Этот Риман был другим, незнакомым. Или… забытым.

Обошла стол, контролируя каждый свой шаг – слабость нарастала, но им об этом знать не стоило, остановилась напротив.

Риман не поднялся, продолжая сидеть, вальяжно откинувшись на спинку стула, но так было даже лучше. Глаза в глаза… На равных.

– Посмотри на меня, – попросила я. Не безразлично, просто не позволяя выплеснуться той тоске, что требовала, забившись в угол, забыть обо всем. – Посмотри и скажи, что видишь?

Формулировка вопроса Римана смутила… Не того ожидал, не на то рассчитывал, упустив момент, когда из кайри и лиската мы вдруг стали обычными людьми.

Его взгляд метнулся по моему лицу, скулы заострились…

Я чувствовала, как просыпается его гнев, как заставляет пылать кровь, как сбивает дыхание почуявший добычу дар… и молчала, как и он. Глядела мимо, несмотря на серьезность момента вновь и вновь окунаясь в воспоминания.

Я. Ильдар. Лорианна…

Мне было горько! И… одиноко…

– Затрудняешься с ответом? – вновь посмотрела я на Римана. Улыбнулась. Грустно. – Никакие слова не скроют правды. Я – неплохой навигатор. Я – дочь, сестра, подруга. Женщина. На этом можно было и закончить, но сегодня я продолжу, рассказав то, что пыталась скрывать. От Ильдара, от тебя, от каждого здесь, в ком видела врага – не друга. Я – боялась и боюсь. Тебя! Его! Ее! Боюсь этого мира, который назвал меня своей Богиней, вознес на вершину власти, но не дал главного, что действительно имеет смысл – счастья. Боюсь за Лору. За Лорианну. За своих девочек. За всех тех, чья кровь может пролиться лишь потому, что я не нашла нужных, правильных слов.

– Мария…

Риман сделал попытку меня остановить, но я не позволила:

– Ты всегда был рядом. Учил меня быть сильной, мудрой… – Я вздохнула, развела руками: – Наверно, я была плохой ученицей. – На миг закрыла глаза, с трудом протолкнув ком воздуха, застрявший в горле: – Все, что у меня получилось – признаться… в надежде, что даже если не поймете, почувствуете. Не ради себя я прошу вас проявить благоразумие, ради памяти о тех девочках. – Я замолчала, пытаясь найти в закаменевшем лице Римана хоть намек на ответ.

И – не находила. В камне было больше жизни, чем в старшем брате Ильдара, который смотрел, а… казалось, не видел.

– Возможно, вам трудно это понять… – вынуждена была я продолжить. Растерянно… – Хотя бы три дня…

Тишина была невыносимой. Она давила, била по щекам, ухмылялась…

Когда просила собраться, не думала, что скажу, надеялась на их опыт, знание жизни. Верила! Что смогу, найду решение, как уже не раз находила. Подберу слова, объясню, отдам им то, чем страдала душа…

Реальность вернула все на свои места. Я – их Богиня, не могла объяснить…

Отведя взгляд, опустила голову.

Новый шаг…

Новый выбор…

Я могла потребовать и лишить смысла все, что пришлось пережить. Или – отступить и сдаться, став тенью рядом с Ильдаром.

Не могла…

– Я – не прикажу, – твердо посмотрела я на Римана.

Лиската дернулся, поморщился, перевел взгляд на Джориша. Глава Храма Судьбы входил в понятие благоразумия. В этом Риман не ошибся.

Поддержка пришла оттуда, откуда я ее не ждала:

– Не мне первой говорить, – воспользовалась заминкой Марьям, – но раз уж молчат мужчины, скажу я. – Ее взгляд был непривычно жестким – бремя ответственности, но в нем не было ничего, что касалось бы лично меня. – Не имею права успокаивать, – продолжила она, поднявшись и отойдя к Джоришу, – все слишком сложно, но я буду помнить о ваших словах.

– Спасибо, – судорожно втянув в себя воздух, кивнула я, чувствуя, как слезы подступают к глазам. Сдерживать их не собиралась. Это была моя боль, моя слабость и… моя сила, признать, что без них мне не справиться. – Для меня это важно.

– А ты изменилась, – вернул меня на землю Риман. Между нами было лишь два шага… а казалось, бесконечность.

– Это – неизбежно, – вздохнула я. Еще вчера готовилась бы к бою, сейчас… просто была. – Когда увидела тебя впервые, ты тоже был другим.

– Да, – кивнул он. Уголки губ дернулись и… застыли. Не в улыбке… Не в насмешке… – Жизнь преподносит неожиданные сюрпризы.

– Ты всегда был рядом. Врагом, другом, братом… – признание далось легко, слова сами сорвались с губ… Искренне, следуя внутреннему порыву.

Закончить мне не удалось – Риман поднялся. Рывком. Заставив отшатнуться, почувствовать, как обдало огнем… Раскаянием.

Я поторопилась. Старший Исхантель смотрел твердо. Спокойно. Словно хватило мгновения, чтобы безумие отступило, сдало свои позиции.

– Крошечная птаха, которая бесстрашно кидается на хищника, защищая свое потомство… – В его взгляде появилась ирония. Но не та, что похожа на сарказм, добродушная, без желания обидеть. – Ты можешь мне верить. – Он повернулся к окну: – Джориш?

– Да! – коротко бросил тот, направляясь к двери. Марьям, больше ничего не сказав, последовала за ним. Третьим был Риман…

Триада эклиса!

Это была победа!

Вот только я не чувствовала ее вкуса…

Глава 11

Трава была блеклой. Там где была. Несколько тонких стебельков. Тщедушных, истерзанных немилосердной Лаймэ…

Валанд отвернулся от псевдоокна, вернулся к рабочему столу. Зло отшвырнул попавшуюся под руку внешку.

– Ты именно этот расклад и предполагал, – ровно отреагировал на выходку Марка Тормш.

– Предполагал, – холодно отозвался Валанд. – Надеялся, что ошибаюсь.

– Не надеялся, – на этот раз жестко оборвал его Тормш. – Судя по тому, как лез в самое… – Он замолчал. Скрежетнули зубы… – Почему я его тогда не удавил!

– Потому что тогда у тебя были другие проблемы, – криво усмехнувшись, ответил Валанд. – Все! Рефлексии побоку, начинаем работать.

– А до этого мы…

– Как у Ракселя? – перебил Марк Станнера, не дав закончить.

– Как ты и просил, – мгновенно перестроился Дан. – Суета, но так, чтобы не привлекать лишнего внимания. – Он замолчал, оглянулся на оперативку. Та рябила… Не столь яростно, как в начале заварушки, но все равно оставляя стойкое ощущение, что ситуация застыла на грани. – У них плохо получается.

– Это хорошо, что плохо, – произнес Валанд, вернув сбежавшую от его гнева внешку на место. – Пусть считают, что процесс идет…

– А ты уверен, что считают? – перебил его Тормш.

Валанд посмотрел на Влэдира. Усмехнулся…

В такие мгновения вспоминался не Ежов, который возился, как с пацаном, которым он, по сути, тогда и был, а Шторм, учивший не кидаться на протянутую руку, а ждать… держаться до последнего. Скалясь в кривой усмешке, прикидываясь ручным, даже виляя хвостом, если потребуется и…

Средствами полковник не гнушался. Да и методы были далеки от человеколюбия, но это смотря с какой стороны смотреть. С той, на которой находились те, за чьи судьбы был готов перегрызть глотку, самое то.

Потому и вспоминалось, что отзывалось отголосками собственной натуры. Не звериной, а той, когда знаешь: почему и за что.

– Если не считают? – переспросил Валанд. С тэнэка на внешке запустил режим калейдоскопа.

Немые разговоры – предпочел обойтись без звука, лица, места… знакомые и нет. Взгляды, улыбки… иногда похожие на оскал…

– Думать об этом поздно, – отвел он взгляд от экрана.

Планировал уложиться за двое суток, но те истекли шесть часов тому назад. Уже не просто критично – било по нервам пониманием, что каждая секунда…

Вся надежда на ранение Ильдара. Решения, которые предстояло принять противнику, так просто не давались. Выбор! Действовать по уже утвержденному плану или воспользоваться ситуацией… Нужна была запредельная наглость. Когда все на кон, включая самого себя…

Безумцев среди тех, кого он подозревал, не было. Слишком рациональны.

– Обмен неравноценный, – подошел к нему Тормш. – Я бы на твоем месте еще раз все взвесил.

– Уже хоронишь? – криво усмехнулся Валанд.

– Не призывай костлявую, – жестко оборвал его Влэдир. Продолжил чуть тише: – Я понимаю твой порыв, но…

– Они с Лорианной ровесницы, – глухо отозвался Марк. Смотрел потерянно… словно, действительно не понимал. – Кто сказал, что эта должна жить, а та…

– Речь не об этом!

– Об этом! – резко бросил Марк. – Знаешь, почему Вячек рвет жилы, но добивается своего? – Валанд специально назвал Шторма по имени. Не для того, чтобы больнее… ближе. Ответил сам, не дожидаясь вопроса: – Потому что через собственную шкуру пропустил – достаточно одного раза, чтобы начать сомневаться. В самом себе.

– Жесткая философия, – задумчиво протянул Станнер. – Познакомишь?

– Разберемся, – отмахнулся от него Марк. Вздохнул… – Время!. Время… – Подобрался, отреагировав на пришедшее на тэнэк сообщение. – Он здесь.

Тот, о ком сказал, появился в кабинете спустя четыре минуты. Специально не засекали, но…

Не признавались, но напряжение давало о себе знать. Слишком многое поставлено на карту. Слишком серьезную игру затеяли.

– Ну?

Первым не выдержал Станнер. Тормш и Валанд смотрели спокойно, как внешне неспешно расстегивает Бэйкар фиксатор плаща, скидывает его с плеч…

– Есть проход, – аккуратно повесив накидку на перекладину стойки, отозвался Бэй. Обвел кабинет невидящим взглядом, уверенно подошел к столу.

Внешка сдвинулась командой с тэнэка, смасштабировалась, увеличив план дома, стоявшего в окружении деревьев.

– Команде ближе, чем на пару километров не подойти, все очень серьезно…

– Никакой команды, – оборвался его Валанд. – Идем вдвоем. Как только ты заберешь девочку…

– Ты настолько уверен, что она там? – Умей глаза Бэйкара отражать эмоции, смотрели бы с недоумением.

Для подобной убежденности не было причин кроме одной – имя жреца, к которому они собирались наведаться в гости, идеально вписывалось в схему, вобравшую в себя все, что происходило на Самаринии в последнее время.

Для них этого было мало, для него…

И вновь вспоминался Шторм. Без фактов, на одном чутье и понимании, что никто, кроме него…

Валанд лучше многих других знал цену тем победам. За свои был готов заплатить не меньше.

– Настолько, – практически безразлично кивнул он. Перевел взгляд на Тормша: – Я там тебе накидал ценные указания. Как только дам отмашку…

– Не хочешь объясниться? – скривился Влэдир.

– Нет, – качнул тот в ответ. – Три часа на сон и выступаем. Касается всех. – Не дожидаясь реакции, направился в зону отдыха. Прямо в сапогах улегся на диване, положив ноги на подлокотник. – Время пошло.

Открыл глаза Валанд ровно через три часа. С пола тут же поднялся Бэйкар – спал, завернувшись в плащ, в кресле заворочался Тормш.

Станнер вошел в кабинет спустя минуту. Прошел не к рабочему столу, к тому, что стоял неподалеку от дивана.

– Я иду с тобой, – не глядя на Марка, произнес он, выкладывая оружие.

Пара волновиков, парализаторы, плазменные ножи.

Валанд предпочел бы по минимуму – схема операции не предусматривала открытого столкновения, да и в случае чего выглядело отягчающим фактором, но спорить не стал. Если все пойдет по наихудшему сценарию, о котором Марку даже думать не хотелось, могло оказаться спасением. Не для него. Для девочки.

– Это ничего не изменит, – равнодушно отозвался Марк на реплику Дана. Взял протянутую им набедренную кобуру, затянул крепление на ноге.

– Может и не изменит, – вяло отозвался Станнер, – а может, изменит.

– У нас это называют фатализмом, – хмыкнул Валанд. Было заметно, что довольно.

– У нас – предприимчивостью, – парировал Дан. – Не получится – я ничего не потеряю, выйдет…

– Из него будет толк, – подмигнул Тормшу Валанд, закрепляя на руке браслет волновика. – Если вернется.

– Тьфу ты! – вызверился Влэдир. – Оторвать бы тебе язык!

Марк хохотнул:

– Вот именно это и отличает штурмовика-десантика от заплесневелого контрразведчика.

– Отсутствие языка? – тут же нашелся Тормш, переводя все в шутку.

– Здоровый пофигизм, – насмешливо прищурился Валанд. Выражение лица изменилось, словно слетела маска: – Твое дело – только сопровождение.

– Да понял я, понял, – «сдаваясь», отступил на шаг назад Станнер. – За штурвал хотя бы пустишь?

– Мне с тобой нравится, – выдал вдруг Бэйкар. Тоже подошел к столу, провел над ним рукой. – Говоришь, должно обойтись?

– У тебя – обязано, – поправил его Валанд. – По оперативке…

Закончить вопрос не успел, Тормш начал отвечать раньше:

– Все без изменений.

– Тогда… – Марк сделал паузу. В выражении лица спокойствие, а вот в глазах уже пробивало предвкушением, – пять минут на личные нужды и работаем.

Когда вернулся, в кабинете кроме Тормша никого не было.

– Станнер на площадке, Бэй будет ждать на исходной.

Говорить, что и сам знает, Валанд не стал, лишь кивнул, остановившись напротив:

– Ты же понимаешь, что другого варианта найти ее, у нас нет.

– Если ты так ставишь вопрос, то – нет, – ответил тот.

В глазах сквозила усталасть. Не та, когда заканчиваются силы, когда начинает подводить вера.

– Только так! – твердо произнес Марк. – Иначе будет слишком тошно.

– Наверное, так проще…

– Так правильнее, Влэдир. Только так… – Продолжать не стал. Взяв со стойки плащ, направился к двери. Остановился, когда створка отошла в сторону. – Девочку я спасу. – Посмотрел на Тормша… не прощаясь, просто ставя точку в том диалоге, который вел все это время и с самим собой. – Знаешь, а все остальное – неважно.

* * *

– Вот этот мост, – Лора вышла вперед. Сделала несколько шагов, остановилась.

Сегодня она выглядела старше, чем обычно. Плащ, такой же, как у меня. Не только защита, но и… символ. И взгляд, в котором больше не было шалости.

Уроки жизни. Перемены делали нас не только сильнее, они меняли, шлифуя под новую реальность.

– Они стояли там, – сестра протянула руку, указывая на небольшую площадь с другой стороны реки. – Он и Дамир.

Я подошла, остановилась рядом. Лорианна задержалась там, за спиной, словно давая нам возможность побыть вдвоем. Видимость – охрана была усиленной, но я уже начала привыкать к иллюзиям.

Когда все вокруг так мало похоже на реальность…

Трое суток без Ильдара. Не сказать, что были невыносимы – его состояние у медиков опасений не вызывало, они просто были другими.

Лишь здесь и сейчас!

Без сна, без покоя в душе, без мыслей о будущем…

Правильно или нет, вопрос не стоял. Я была одна за двоих. За себя и… за него.

Выбор сделанный когда-то…

Первый шаг – только начало пути. Его предстояло пройти до конца.

– Это было… – сестра замялась, вздохнула… – Черное небо, мгла, которую расчерчивали на полосы прожектора и он… на тонкой полоске света… Эклис ступил на мост… Шел медленно, словно давая ощутить ту неизбежность, что развевалась плащом за его плечами…

– Мне начинать ревновать? – чувствуя, как горло вновь стягивает петлей и, стараясь, чтобы звучало небрежно, спросила я.

– Глупая, – толкнула меня плечом Лора. – Ты устала, – произнесла уже другим тоном. Заботливо.

Она ошибалась. Это была не усталость – я просто не была собой.

– Спасибо, – обняв одной рукой, коснулась губами ее лба. – И не только за беспокойство.

– Да ладно… – фыркнула Лора, отстранившись. Оглянулась на мужа. Продолжила как-то… растерянно: – Мне иногда кажется, что все это – сон.

– Хочешь проснуться? – понимая, о чем именно говорит, спросила я.

Свой ответ на этот вопрос я знала.

– Нет, – посмотрев на меня, твердо сказала она.

«Нет!» – повторила я мысленно.

За эти три дня было много встреч. В даркисах и инцулах, на борту крейсеров, в городах и поселках энариев.

Принимали по-разному. С восторгом, настороженно, со страхом, с непониманием, интересом, даже ненавистью. Передо мной преклонялись. Меня проклинали. Смотрели равнодушно. Просили благословения. Указывали на дверь…

Я слушала, не разрешая охране прерывать. Где-то молчала, просто позволяя увидеть в своих глазах то, что чувствовала. Где-то отвечала улыбкой. Прикосновением. Принимала дары. Одаривала сама…

Их мир! Мой мир!

Ту грань, которая их разделяла, я переступила. Все, что оставалось – идти вперед.

– А потом хлынул дождь, – Лора вновь перескочила на события того дня. – Сначала по капле, он словно пробовал свои силы. А когда Ильдар закричал, вдруг полился потоком. Но мы его даже не замечали, просто стояли и смотрели. На него…

– Было страшно? – я впервые набралась смелости задать этот вопрос. Не ей – вообще.

– Не знаю, – беспечно пожала она плечами. – Тогда – не думала, а сейчас…

Тогда… Сейчас…

– Я сегодня была у Хлои, – сбила я взметнувшееся напряжение. – Держала на руках ее дочь.

– И не взяла меня с собой! – несколько обиженно воскликнула Лора. Оглянулась на свою младшую тезку, правильно догадавшись, кто именно сопровождал меня во время того визита. – Довольна?

Сердиться сестренка не умела. И не только на меня.

– Очень, – улыбнулась я. – Крошечное чудо! Она такая хорошенькая…

– Тебе не пора подумать о своих? – тут же вцепилась в меня Лора.

– О своих? – обескураженно переспросила я.

– О своих, о своих, – настойчиво повторила Лора. – Лорианна видела…

– Ах, Лорианна! – протянула я с едва заметной угрозой в голосе. Повернулась, нашла девочку взглядом: – Инесса Исхантель, вы не могли бы подойти ко мне?

– Да, госпожа кайри! – тут же подбежала она к нам. Остановилась, глядя подобострастно. Роли не выдержала, склонила голову к плечу: – Я все слышала.

– Риману рассказывала? – не без беспокойства уточнила я. Видения девочки повторялись все чаще. Были короткими – как мелькнувшая тень, что не уменьшало их ценности.

– Рассказывала, – нахмурилась она. – Ты бы поговорила с ним…

Риман был и оставался проблемой. Внешне – уверенный в себе, вернувший ту опору, которую едва не потерял, он оставался надломленным внутри. Не так, как перед срывом – я больше не чувствовала в нем бездны, но словно потеряв смысл.

Причину я знала, как помочь… нет. Да и могла ли…

Даже Богини бывают не всесильны.

– Вот папа придет в себя…

Закончить мне не дал подошедший Гиран. Дождался, когда, повинуясь его жесту, две Лоры отойдут в сторону, склонился:

– Вас ждут в медицинском комплексе.

– В медицинском комплексе? – повторила я вопросом.

Подняла взгляд, чувствуя, как все вокруг перестает быть реальным. Лаймэ, делающая прозрачной голубизну неба. Белесая дымка облаков. Река. Мост. Город, раскинувшийся на том берегу.

Как исчезают звуки. Как замирает все… в ожидании ответа.

– Его начали выводить из комы, – ровно, четко, словно боясь, что не пойму, начал матессу. – С ним Дамир. Ждут вас.

– Его начали выводить из комы… – медленно произнесла я. Подняла голову…

Зачем?!

Я – не знала…

– Все закончилось… – тихо, но как-то очень веско, убедительно, произнес Гиран. И добавил, как только я посмотрела на него: – Почти закончилось.

– Да, – кивнула я машинально. Не понимая до конца, не осознавая… – Надо сказать Лорианне…

– Ей скажут, – мягко оборвал меня матессу. – Нам надо идти…

И я пошла… Молча.

Сдерживая себя, чтобы не побежать, не закричать, не заплакать…

Не позволяя сломаться именно сейчас, когда уже все позади, когда каждая из тех минут стала прошлым, когда…

Я не обманывалась. В том «почти», о котором сказал Гиран, была вся наша будущая жизнь.

В сектор, где находился Ильдар, я не вошла – влетела. У всего бывает предел, мой наступил, когда телепортатор вывел в холл медицинского комплекса.

Рванула фиксатор плаща, сдернула с плеч… Едва не споткнулась, наступив на попавшую под ногу полу, оттолкнула руку Гирана, который тут же оказался рядом…

Ничего не имело значения!

Не сейчас!

Мысль о том, что Вераш не позволит войти в модуль, оказалась запоздалой. Мелькнула, когда тот, укоризненно качнув головой, отступил в сторону. Пропуская…

Ударившись плечом о слишком медленно открывающуюся створу, ворвалась внутрь и… замерла, не в силах больше сделать ни шага.

Регенерационная капсула была открыта, верхняя часть приподнята… Контрольная панель светилась зеленым.

Взгляд фиксировал все. Вырывая кусками, собирая их, как мозаику, создавая новый мир, в котором я больше не была одна.

– Ты плачешь? – его голос прозвучал хрипло, заставляя вновь осознать себя. Понять, что дышу, вижу, чувствую…

На этой грани смерти я была вместе с ним. Как и он… со мной.

– Плачу, – шепотом, боясь спугнуть мгновение, в котором он смотрел на меня, призналась я, медленно… очень медленно подходя к капсуле. Склонившись, коснулась висков кончиками пальцев… убеждая себя, что это – он. Всхлипнула, на миг закрыв глаза и выдохнула… чуть слышно. – Люблю тебя…

– Люблю тебя, – успел повторить Ильдар раньше, чем я испугалась своих слов. И продолжил, не давая мне опомниться… все так же… прерывисто и сипло: – Я прошу кайри разделить со мной не только день, но и ночь… Не только настоящее, но и будущее… Не только жизнь, но и смерть…

Предложение постоянного союза…

В том, что отвечу – я не сомневалась.

Да!

* * *

– Мне повторить вопрос? – Валанд откинулся на спинку кресла. Расслабленность была не наигранной, действительно чувствовал себя спокойно.

Главное было попасть в дом, но с этим проблем как раз и не возникло. Он продолжал быть непонятной фигурой даже для Верховных, что уж говорить об остальных. То ли квадрат в круге, то ли круг в квадрате, но углы выпирали, не вписываясь в привычные схемы взаимоотношений. Опасен – не опасен… спорный момент. К тому же, заявился один – Станнер, оставшийся по требованию Валанда в кабине катера, был ни в счет.

Так что Марк просчитал точно – как серьезного игрока его не воспринимали. Не в той реальности, в которой он сейчас находился.

У Бэя тоже проблем не возникло. Но с его способностями и неудивительно. Таких, как он, на Самаринии больше не было. Уникум, хоть и жертва.

– Несс Валанд, – стоявший в центре гостиной мужчина тоже не демонстрировал признаков волнения, – я вам уже сказал, что мне неизвестно, где именно может находиться Лея Лармиль.

– Да, – с насмешкой кивнул Марк, – это я уже слышал. И даже порадовался, что не пришлось объяснять, кто такая.

– Род Лармиль…

– Про тысячелетнюю историю повторять не стоит, – оборвал мужчину Валанд. – Давайте лучше вернемся к тому, что вы – один из немногих, у кого была возможность узнать имя генетической матери этой девочки.

– Наличие возможности не является фактом её использования.

– Тоже верно, – рывком поднявшись, согласился Марк. Прошелся от кресла к окну и обратно, чувствуя на себе безразличный взгляд хозяина дома.

Владел тот собой безукоризненно. Уверенный даже не в своей безнаказанности – в праве на нее.

– Я согласился на этот разговор…

– Потому что не могли отказать, – чуточку насмешливо ухмыльнулся Валанд. – Трудно выставить за дверь того, кто обличен властью. Особенно, если предпочитаешь разойтись миром, не привлекая к себе лишнего внимания.

– Вы – амбициозны, юноша, – глядя снисходительно, ответил мужчина. – Для вашего возраста простительно, но для положения, которое вы столь неожиданно заняли…

– Благодаря вашему сыну, – добавил Валанд.

– Благодаря моему сыну, – легко повторил Саул Исхантель.

Выражение лица Марка не изменилось, только слова:

– Которого вы ненавидите настолько, что вам мало его просто убить! Надо уничтожить все, что ему дорого, лишить спокойствия, заставить проклясть этот мир. – Он сделал шаг к Исхантелю, остановился, глядя презрительно: – Или вам настолько нужна власть, что готовы пожертвовать своими детьми?!

– Ты не понимаешь, чужак! – процедил сквозь зубы Исхантель. Единственное, что выдавало его гнев.

– Не понимаю, – и на этот раз не возразил Марк. – И не только этого. Например, – он подошел чуть ближе, – я не понимаю, как жрец вашего статуса, у которого уже на генетическом уровне вбита забота о детях, являющихся основой будущего Самаринии, согласился на этот безумный план с похищением Леи Раксель.

– Я тебе уже…

Он «дернулся». Не снаружи – внутри и лишь на мгновение, но Валанду хватило. Поймав взгляд, он ударил всей мощью обретенного дара, пробиваясь сквозь выставленные блоки, разрывая разум. Разбивая на осколки, накидываясь, как бросается на беззащитный берег волна цунами, поглощая, растворяя в себе…

Он больше не был собой, став тем, кем делали его Ежов, Шторм, Орлов, Ильдар, Риман…

Силой, способной оставлять после себя пепел.

Ради других!

– Я еще раз спрашиваю, – «заглатывая» Саула в себя, низко и хрипло, давя, начал Валанд, – где находится Лея Лармиль?!

– Я не знаю… – глядя на него залитыми кровью глазами, с трудом выдавил из себя Исхантель. Отступил, схватившись руками за голову. Воздух хрипло вырывался из приоткрытого рта… – Не знаю…

– Знаешь! – «наступая», не давая ни на мгновенье освободиться от вибрирующего напряжения, рявкнул Марк. Лицо «плыло», выпуская из-под маски самообладания безудержную ярость. Верную, преданную, готовую по команде своего хозяина впиться, довольно урча от кровавой трапезы. – Знаешь!

– Нет! – протяжно застонав, рухнул на колени Исхантель. Голова бессильно опустилась на грудь, алая капля упала на белоснежный пол. – Нет…

– Где?! – не сдвинувшись с места, приказом бросил Валанд.

Схватка с Риманом не прошла даром. Тот неплохо покопался в его голове, Марк не остался в долгу. Технологии контроля разума перестали быть мертвыми, став опытом. Чужим, но пропущенным через себя.

– Не знаю… – раскачиваясь, выл Исхантель…

Неприятное зрелище…

Расслабляться Валанд не торопился. Достаточно просто произнести имя – Исхантель, чтобы понимать… еще ничего не закончилось, только начиналось.

– Где находится Лея Лармиль?! – на этот раз медленно и четко произнес он, меняя тональности, играя голосом… разрушая личностные схемы, добираясь до той, что была основой…

Отцу эклиса лучше бы сдаться…

Останавливаться Марк не собирался.

– Не знаю! – тонко, противно, взвизгнул Саул и упал на пол, забился.… Зарыдал, размазывая по лицу кровь и слезы… – Не знаю…

Он не был слабым, он просто не поверил, что пришлый может быть настолько силен…

Ошибся дважды. Пришлым Марк тоже больше не был.

– Где?! – только теперь приблизился к Исхантелю Валанд. Пнул ногой, заставляя перевернуться на спину. – Где?! – наклонился, шипя.

Ответный взгляд встретил спокойно. Рука, на которой «сидел» волновик, не дрожала, несмотря на затраченные усилия.

– Если я задам вопрос еще раз, тебя не станет. Совсем, – ровно произнес он, наводя раструб на Исхантеля.

– В подвале, – хватая воздух, окровавленными губами прошептал тот, то, что уже произнес мысленно. – Ненавижу!

– Взаимно, – криво усмехнулся Валанд, отходя к окну. Сказал, словно в пустоту: – Бэй, лови картинку. И дай Тормшу отмашку.

Все, что ему оставалось, только ждать…

Риман появился, когда Бэйкар уже доложил о том, что покинул зону. Вместе с девочкой.

Вошел в сопровождении охраны – где сели катера Валанд не заметил, но периметр был оцеплен. Окинул все быстрым взглядом, лишь на мгновение задержавшись на отце, лежавшем на полу отце.

– Жив?

Валанд поднялся с кресла, пошатнулся – угар прошел, остались усталость и брезгливость от осознания, к чему именно пришлось прикоснуться.

Равновесие удержал, хоть и с трудом, посмотрел на Римана:

– Да. И даже разумен, – он все-таки отступил в сторону, привалившись к спинке кресла.

Тело было чужим. Мягким, податливым…

Сейчас бы просто упасть, растворяясь в той слабости, что манила, обещая похожий на пустоту покой.

– У него уровень эклиса, – дав команду охране покинуть комнату и дождавшись, когда ее исполнят все, кроме двух хошши, словно ненароком заметил он.

– У тебя – тоже, – через силу усмехнулся Марк. Мотнул головой, разгоняя подступившую муть. – Кого ты из меня сделал?

– Ты сам себя сделал, – равнодушно ответил лиската. – Он – мой отец!

– Твой, – согласился Валанд, но уже не столь спокойно. Остатки неупокоенной результатом ярости взбрыкнули, требуя справедливости. – И именно твой отец приказал похитить внучку Ракселя, чтобы иметь возможность им манипулировать.

– Он – мой отец… – повторил Риман.

– План с убийством тех девушек тоже придумал он, – процедил сквозь зубы Марк. Сплюнул на пол…

Кровь… То-то было кисло…

Вот она… справедливость!

Себе он мог признаться, та ему была нахрен не нужна! И справедливость! И благодарность!

Нахрен!

– Он – мой отец!

– Тварь он, а не твой отец, – отстегнув волновик и, с кривой усмешкой отбросив его в кресло, прохрипел Марк. Сил больше не было… Не было! – Тварь! – Вновь посмотрел на Римана. И… заорал! Не ожидая, что еще способен… – Он предал всех! Твоего деда! Тебя! Ильдара! – Выдохнул, пытаясь справиться с дыханием. Посмотрел на лиската, как на пустое место: – Трус, не способный бросить вызов, чтобы получить то, к чему стремился и чего жаждал. У него даже мечты были… – голос сорвался, последнее слово получилось сиплым: – трусливыми…

– Арестовать его, – кивнул на Валанда Риман, направляясь к отцу. Откинув полу плаща, опустился перед ним на одно колено. – Ты за это еще ответишь…

Марк его последние слова услышал, но… думать о том, к кому относились, не стал. Задачу, поставленную перед собой, он выполнил, все остальное…

Все остальное для него больше не имело значения!