Текст книги "Галактика Белая. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Наталья Бульба

Чуть больше трех месяцев спустя после событий на Зерхане.

– Тебя уже давно пора пристрелить! – выдохнул Орлов, как только за ними закрылась дверь кабинета Шторма. – Авантюрист, твою мать, доморощенный!

– Расслабься! – довольно фыркнул полковник, падая в кресло и активируя оперативку. Без нее обстановочка была явно не та. – Вопрос: кто и что получил, остается открытым, но базы, заправочные и ремонтные станции, считай, в наших руках. А если к ним добавить корабли и экипажи, обещанные Индарсом, так про потрепанные нервы вообще можно забыть.

– Забудешь с тобой, – все еще недовольно проворчал генерал, расстегивая фиксатор кителя. – Где там твой коньяк?

– А может по девочкам? – подмигнул ему Шторм, прежде чем наклониться к нижнему ящику стола, где хранил свои стратегические запасы. – Тебе блондиночку, мне – рыженькую…

– Это ты про ту, что на тебя в коридоре плотоядно смотрела? – усмехнулся Орлов, вспомнив оценивающий взгляд младшей Горевски, уже довольно прочно обосновавшейся под крылом у Шторма. – А мести ее братца не боишься?

– Так девочка уже давно подросла, вполне самостоятельна во взрослых вопросах, – задумчиво глядя на пустую бутылку, которую выставил на стол, протянул Шторм. – Ты не знаешь, когда мы ее… того?

– Это не мы ее… того, – сдерживаясь, чтобы не захохотать (отпускало медленно, но отпускало), отозвался генерал. – Это вы ее с Лазовски. Даже блокировки не устояли.

– Веришь – не помню, – вроде как растерялся Шторм. Потом, махнув рукой, наклонился вновь, уже из-под стола поинтересовавшись: – А ты не в курсе, какая она была по счету?

– В курсе, – фыркнул Орлов, вспомнив то утро. По словам оперативного, кодированный по высшему уровню канал связи они в ту ночь держали почти шесть часов. – С твоей стороны было четыре коньяка и одна виски, а вот чем потчевал себя Ровер, извини, не уточнял. Но – хотелось.

– И чем он сумел вызвать у тебя столь пристальный интерес? – не поднимаясь, извернулся Шторм, выглядывая из-за стола.

– Так он потом еще и меня домогался, – «сдал» Лазовски генерал. – Это у тебя боты второго эшелона, а у него после скайлов столь глубоко ничего не цепляется. Тебя сбросило в коллапс, а он потом еще час мне Устав наизусть цитировал. Эмоциональной разрядки нет, а пробивает…

– Твою мать! – Шторм, закрывая, так стукнул ящиком стола, что в комнате отдалось звоном. Хоть и без толку – хватало не больше, чем минут на десять, но арсенал спиртного, располагающийся в горизонтальной плоскости, был весьма солидный. – А раньше сказать не мог?!

– А потому и не мог, – на этот раз жестко отозвался Орлов, – что глаза твои безумные видел. И сейчас вижу, что тебе одного Зерхана мало показалось! На Самаринию решил замахнуться?! Вотчина Ежова покоя не дает?!

– Мы с тобой об этом уже говорили, – никак не отреагировав на выволочку генерала (не свое начальство, чтобы подобострастно трепетать, да и привык уже), Шторм протянул руку к шкафу. Там, прикрытые старыми книгами, прятались стаканы. Не столько мера предосторожности – над головой никого не было, сколько привычка. – Все ниточки ведут туда. Или ты предпочитаешь потом нажираться, наблюдая, как в очередной раз рванет?!

Орлов не стал переспрашивать, о чем тот говорил, и так понятно…

Информация о намерениях домонов подтвердилась, став из практически беспочвенных подозрений в двойной игре предков демонов доказанным фактом. Отпущенное им для подготовки к вторжению время аналитики разных ведомств, проводившие анализ независимо друг от друга, оценивали приблизительно одинаково: два – два с половиной стандарта. Все отличия, что кто-то знал о замашках Индарса на третий корабль артосов, а кто-то оставался в неведении, но на итоговую цифру это мало влияло, если только не отменяло вовсе. Вполне подходило под признаки провокации, даже с учетом того, что первые два существовали лишь для небольшого числа посвященных. Очередная выходка Таши, сыгравшей на самой грани безрассудства, сохранила их для остальных только в памяти.

В подобной ситуации оставлять за спиной флот Самаринии, который по оценкам специалистов, был вполне способен преподнести множество сюрпризов, не зная точно, на чьей стороне те выступят, являлось ошибкой на грани крупномасштабной катастрофы.

Просьба о помощи императора старха, который был лично заинтересован в возвращении Марии Истоминой, давала им оперативный простор, становясь весомым аргументом в предстоящем споре со штабными. И, как правильно заметил Орлов, чужая вотчина, и, сыграй они грубо – серьезные последствия для и так не простых отношений с воинственными соседями. Самариния была слишком близко к Союзу, чтобы забывать об этом.

Шторм потому и пошел на столь неоднозначный разговор с Индарсом, что видел открывающиеся перспективы. Генерал тоже видел… как окончательный приговор всем достигнутым со стархами соглашениям, хоть немного ошибись полковник в оценке своей необходимости Индарсу. Тот никогда не упускал своей выгоды, но… никому и никогда не позволял собой манипулировать, тонко чувствуя, когда это происходило.

– Остынь, – вздохнул Шторм, догадываясь, о чем думал, глядя на него Орлов.

Встал, поднял бутылку. Рассмотрев ее на свет, плеснул в стаканы. Не дожидаясь, когда подойдет Орлов, чтобы забрать свой, опустошил один двумя крупными глотками, наплевав на благородство напитка.

– Мы с тобой не юные девицы на выданье, чтобы смущаться и краснеть, прежде чем нас… – Не закончив (по смыслу было и так понятно), скривившись, проследил взглядом, как генерал последовал его примеру, избавившись от коньяка единственно правильным способом – внутрь. – Да и разводить рефлексии: как оно могло быть, но не случилось, тоже поздно. Но, – он ухмыльнулся, – Искандеру придется уйти в сторону, этот ему Наталью не отдаст.

– И когда тебе Индарс успел об этом нашептать? – скосив взгляд на нижний ящик стола, поинтересовался Орлов. Прав был Шторм – после такого визита либо напиться, либо… по девочкам. Вместо этого они, как два престарелых извращенца, все о работе…

– Когда я стоял у окна, – отозвался Шторм, отбарабанив по крыше стола свой любимый марш, вспоминая этот момент разговора.

– Вы позволите? – давая себе время обдумать ответ на весьма щекотливый вопрос, заданный Индарсом, уточнил Шторм, указав взглядом на окно. – Адмирал Искандер уверял, что из него открывается великолепный вид на сад.

Отметив, что стекло стало прозрачным – пусть и не прозвучавшее вслух, но приглашение, подошел ближе:

– Господин генерал убежден, что из всех союзников по коалиции, именно стархи будут до конца соблюдать заключенные между нами соглашения.

Вид, действительно, был великолепен. И Шторм без труда мог оценить это великолепие… идеально выверенное специалистами по безопасности. Несмотря на густую растительность, разноуровневые кроны прекрасно скрывали многоплановую систему активной защиты. И это лишь то, что он сумел заметить профессиональным взглядом, а сколько пропустил…

Эти сведения полковнику были совершенно не нужны – неприступность резиденций императоров стархов и демонов уже давно стала эталоном, – если только потешить самолюбие, но ведь интересно… Как еще один критерий работы… интересно…

– Это имеет отношение к моему вопросу? – словно бы не понимая связи между одним и другим, уточнил император.

Не вырвал полковника из размышлений – тот не пропустил легкого напряжения, кисеей повисшего в воздухе, но словно раззадорил. Мол, теперь твой ход.

Ход, действительно, был его, вот только начатую игру нельзя было начать сначала.

– К войне – самое непосредственное, – чуть иронично улыбнулся полковник, заметив отголосок своего лукавства во взгляде Индарса. Тот мелькнул и… исчез, взятый под контроль сильной волей. – С провокацией все не столь однозначно, но… – Шторм помедлил, с выражением легкой меланхолии глядя на раскинувшийся перед ним пейзаж. – Господин император, – развернулся он резко, – вас ведь интересует именно мое ведомство?

Даже не риск, а как самому нажать на акер волновика, приставленного к собственной голове. Вызов, брошенный императору…

– Вы всегда столь… прямолинейны? – с неявным, но осуждением произнес Индарс, заставляя выбросить из головы все лишнее. Еще не выстрел, но палец уже дернулся, чтобы оборвать существование.

Ассоциация была неординарной, добавив в кровь порцию куража и, наконец-то, объяснив, что именно связывало императора с дочерью Орлова.

Они оба были обозначены Судьбой, отмечены ее талантами, отравлены ее благосклонностью. Не зная покоя, не приемля пустоты, стремясь к чему-то, ведомому лишь им…

Два отражения… Рано или поздно, но адмиралу придется отступить. Эту женщину Индарс ему не отдаст…

– Знаешь, – усмехнулся Шторм, вырывая себя из недавних событий, – а они даже улыбаются одинаково. Чуть склонив голову и слегка прищурив глаза…

– И тебе оказалось этого достаточно, чтобы сделать подобный вывод? – нахмурился Орлов. Тема любви императора стархов к его дочери была болезненной, хоть и не раз уже играла им на руку. Хотел Индарс того или нет, но ему приходилось учитывать и ее интересы.

– Предлагаешь поспорить? – устроившись в кресле и закинув ноги на стол, поинтересовался Шторм. – Или лучше скажи мне, – со знакомым Орлову блеском в глазах, вроде как передумал он, – с какого перепуга Индарс решил сплавить Карина Йорга на базу «Иероз»? Версия – с глаз долой, не принимается.

– Информация точная? – тут же «сделал стойку» генерал, предпочитая забыть и о том, что вытворял Шторм в кабинете старха, буквально подводя их под монастырь, и о том, что вновь обещал себе больше никогда не поддаваться на его уговоры.

Ведь точно знал, чем обычно заканчиваются его импровизации, вот только отказать не всегда получалось, уж больно хорошо умел убеждать. Этот случай исключением не стал, заставив в очередной раз поверить, что чудеса все-таки случаются. Когда с разговора о спасении Марии Истоминой, на которое Шторм, не сильно-то и сопротивляясь, подписался, перешли к теме несуществующих подразделений, уже не верил, что удастся выйти из кабинета Индарса живым.

Через идею создания подразделения «Ворош», командовать которой предстояло его вновь «погибшей» дочери, явно просвечивали те неизвестно куда исчезнувшие крейсера стархов, которые их спецы безуспешно разыскивали по всей галактике.

– Я же здесь не только для того, чтобы коньяк с тобой жрать, – вроде как недовольно бросил Шторм, но продолжил уже без иронии. – Готов заложить свое годовое жалованье, что первой в списке баз, которые Индарс нам предложит для размещения группы, будет стоять именно «Иероз».

Орлов и хотел бы прокомментировать заявление Шторма, но не успел. Комм на руке полковника завибрировал, заставив того выругаться сквозь зубы. Не столько от неожиданности, сколько от раздражения.

На этом уровне оповещения о поступивших сообщениях у него находился только один адресат. Тот самый благодетель, который называл себя должником.

* * *

– Ты никому не должна кланяться, включая эклиса…

– Я могу спросить моего господина, почему? – смиренно уточнила я, дождавшись короткой паузы.

На этот вечер моя одежда была белой, но столь же простой, как и обычно. Впрочем, я этому была рада. Игрушка – не игрушка, но, по крайней мере, не наряжали.

– Можешь, – равнодушно произнес Ильдар. – Ближний круг является отражением лиската, для других он не существует. Если эклис захочет задать тебе вопрос, он обратится ко мне, и именно я спрошу тебя. Твой ответ передам ему так же я. Или не передам, если таково будет мое желание.

– А брат моего господина? – чуть склонила я голову.

– А брат твоего господина, – с легкой язвительностью повторил он, – связан с ним родством крови. Ближе – некуда.

– Я благодарю моего господина за пояснения, – склонилась я ниже. Уже успела заметить, насколько это его раздражает.

На этот раз обошлось. Похоже, его волновали совершенно иные проблемы.

Бросив взгляд на Дамира, так же, как и я, облаченного в белое, Ильдар продолжил свой инструктаж:

– Ты должна постоянно находиться у меня за правым плечом. Если я буду вынужден отойти, с тобой останется Дамир. Его ты должна слушаться, как меня.

– Мой господин запретил Дамиру говорить со мной, – заметила я, не поднимая взгляда.

– Объяснится жестами, – резко бросил Ильдар, к чему-то прислушиваясь. – Пора.

Выяснять, усвоила ли я его урок, он не стал. Активировав жестом телепортационный круг, вошел в него первым, встав так, чтобы я могла занять место справа от него.

Всего лишь шаг… еще бы понять, много это или мало? Для любви и ненависти к нему, которые переплелись в моей душе так, что и не разрубить.

Вышли мы не у посадочных столов, как я предполагала, а на главной площади Храма. Невольно замерев – воспоминание о том, как здесь заживо горел мужчина, были еще свежи, – вынуждена была все-таки пройти вперед. Не время демонстрировать непокорность… Не время привлекать к себе внимание.

Как и тогда, с трех сторон площадь была окружена. Воины, адепты, варии…

Я только и успела, что окинуть все быстрым взглядом, отметив отсутствие внешнего пиетета к факту появления эклиса, как из опустившегося на антигравах катера с эмблемой Самаринии, вышел мужчина.

Один…

Наброшенный на плечи плащ нежно-голубого цвета не позволял оценить достоинства фигуры, но ростом он вряд ли уступал моему… господину.

Ильдар не двинулся с места (ну и порядочки!), дожидаясь, пока Шаенталь подойдет ближе. Когда между нами осталось метров десять, довольно низко поклонился, придержав рукой полы плаща.

Демонстрация подобострастия не затянулась, выпрямился он раньше, чем я успела рассмотреть эклиса. Про возраст трудно было что-то сказать – на первый взгляд за пятьдесят, но насколько… Смотрит спокойно, но не равнодушно; лицо приятное, хоть и без аристократизма, присущего братьям Исхантель.

– Храм Выбора под властью Единого, – на этот раз лишь слегка склонив голову, произнес Ильдар.

– Верности Выбору, лиската, – отозвался тот, подходя ближе. – Вижу, ты закончил формирование Круга. – Не сделав даже короткой паузы, чтобы Ильдар мог подтвердить или опровергнуть его слова, продолжил: – Васай, лиската!

– Васай! – понеслось над площадью. – Васай, лиската!

Как только гул затих, Ильдар вежливо, однако без малейшего намека на излишнее почтение, поинтересовался:

– Эклис почтит своим вниманием чужую Богиню?

На лице Шаенталя мелькнула едва заметная улыбка. Иронии в ней было не меньше, чем снисходительности старшего к причудам младшего.

– Моя Богиня лояльна к выбору других. – Бросил на меня быстрый взгляд. – К такому – тоже.

О ком он сказал, было понятно и без уточнений, а вот о чем… Способность замечать мелочи не могла мне помочь ответить на этот вопрос.

– У нас это всегда называли чудом, – довольно безразлично произнес Ильдар и указал на ббжизжб проход в стройных рядах адептов. Как раз там начиналась аллея, ведущая к святилищу.

– Я не вижу твоего брата, – заметил эклис, последовав приглашению. Теперь они с Ильдаром шли первыми, мы с Дамиром – следом. Про собравшуюся на встречу с эклисом толпу оба словно и забыли. Да и разговор начали явно не с погоды и здоровья, если уж вспомнить про вежливость и этикет.

– Риман предпочел одиночество, – вздохнул Ильдар. Показалось, что с наигранным беспокойством. – Через четыре дня я собираю Круг Девяти. Хочу быть уверен, что его дару не нанесен ущерб.

– Не вижу причин для спешки, – не скрыв недовольства, сказал эклис, но, тем не менее, вроде как согласился с решением Ильдара: – Я пришлю своего наблюдателя.

Вторую часть фразы лиската проигнорировал, а вот первую решил прокомментировать. Звучало не вызовом, но что-то мне подсказывало – именно им и было:

– Я всего лишь пытаюсь восстановить то, что было утрачено.

– Ты о моей репутации? – довольно безразлично полюбопытствовал эклис, продолжая все так же спокойно идти рядом с Ильдаром.

– О стабильности триады, – поправил его мой… господин. А вот это было уже обвинением, хоть я и не понимала его смысла.

– Это был нелегкий выбор, – вроде как с грустью парировал Шаенталь.

Не знаю, как Ильдар, но я ему не поверила, как не поверила и внешней доброжелательности. Ощущение, которое я испытывала, находясь довольно близко от эклиса, напоминало удушающую духоту.

Давит, давит, давит…

– Кэнтар брашьян! – на мгновение остановившись, резко бросил Ильдар. Дернул фиксатор, скинул плащ на руки тут же оказавшемуся рядом с ним Дамиру. И только после этого обернулся ко мне: – Надень!

Возражать я не собиралась, да и не получилось бы. Я еще только пыталась осмыслить причину подобной заботы, а интасси уже накинул ткань мне на плечи.

Фиксатор беззвучно закрылся и… стало значительно легче, словно я оказалась дома…

С шага я не сбилась, хоть и захотелось сорвать с себя плащ и бежать… От него, от себя, от тех чувств, которые я считала своей самой большой ошибкой.

– Она слаба, чтобы стать достойной, – посчитав, что задерживаться больше не стоит, эклис первым двинулся в сторону святилища.

Ильдар последовал за ним, пристроившись рядом.

Вышитая серебряной нитью белоснежная туника спадала свободно, не стянутая ремнем, добавляя Ильдару внешней простоты, что ничуть не мешало ему выглядеть тем самым лиската, которого обожествляла оставшаяся на площади толпа. И ни легкое пренебрежение, прозвучавшее в произнесенной эклисом фразе, ни его статус не могли этого изменить.

– Ритуал очищения потребовал значительных усилий, она скоро восстановится.

– Сан траш?! – То ли воскликнул, то ли спросил Шаенталь.

– Траш! – твердо ответил Ильдар, заставив меня задуматься еще и над этим.

Траш… Слово было мне знакомо, Лорианна несколько раз произносила его, когда мы однажды гуляли по парку втроем. И каждый из них это звучало так, словно она уточняла: «Так?».

Но что значило: «Сан?»

«Даже так?!»

Перевод оказался достаточно очевиден, чтобы размышлять над ним долго. Если, конечно, упустить тот факт, что касалось это именно меня. Ну и забыть про упоминание о ритуале очищения.

– А как же Джема? – похоже, зашел с другой стороны эклис, поднимаясь на ступеньку.

Святилище находилось на плоской вершине пирамиды. Сто и одна, как-то сказала Лора, а потом добавила: «Путь в небо». Со стороны сооружение подобного впечатления не производило, но я с выводами не торопилась. Все, с чем мне уже пришлось столкнуться на Самаринии, наталкивало на мысли об иллюзиях. Храм богини Выбора исключением не стал.

– Джема? – повторил Ильдар. И ведь не привычка, отвечал вопросом на вопрос он вполне сознательно. – Тратить свои силы на нее я не собираюсь.

– Жестоко, – качнул головой экслис. – Но тогда ведь ты будешь не против, если я введу ее в свой Круг?

Ильдар продолжал выглядеть расслабленным, легко поднимаясь наверх, но я не видела – чувствовала, как жгутами начало скручиваться вокруг него напряжение, заставляя тонко вибрировать воздух вокруг нас.

– Я не могу указывать эклису, кто достоин подобной чести, а кто способен стать песком, под которым будут погребены следы великих дел, – вроде как задумчиво протянул Ильдар и… остановившись, развернулся ко мне: – Устала?

В его голосе было столько заботы, что я едва не поверила…

Впрочем, он мог быть и таким. Внимательным и… нежным.

– Да, мой господин, – склонила я голову, не упустив намека. О том, что для меня этот подъем проблемой не является, Ильдар знал превосходно. Холм, который я облюбовала для прогулок, был значительно выше и круче.

– Отведи ее, – приказал Ильдар Дамиру, вроде как утратив интерес, но стоило мне только протянуть руку к фиксатору, чтобы вернуть плащ, жестко бросил: – Не снимать!

Сердце дернулось в мрачном предчувствии – их разговор был полон недомолвок, похожих на попытки прощупать, насколько прочна позиция противника, но я лишь низко поклонилась, демонстрируя покорность. Когда я выпрямилась, Ильдар уже продолжил свой путь…

У меня не было причин думать так, но мысль о том, что все это – неправильно, была оглушительной.

Я не хотела, чтобы он шел туда один…

* * *

– Что с ним? – соскочила я с кресла, в котором сидела, поджав под себя ноги и сжавшись в комок, когда Дамир вернулся в комнату. Уже давно стемнело, а Ильдар в Храме так и не появился.

Вместо ответа интасси лишь на миг опустил ресницы, словно пытаясь спрятать от меня свое беспокойство. Приказ Ильдара не разговаривать со мной он не нарушил даже теперь.

Преданность… Преданность Дамира была безграничной. Несмотря ни на что…

– Ему грозит опасность? – подошла я ближе.

Кивок был медленным, но я заметила, как непроизвольно сглотнул Дамир.

– Ты можешь ему помочь? – продолжила я допрос. Мой тон был далек от дружелюбного, но интасси, похоже, это не смущало. Он разделял мое волнение. – Не можешь… – продолжила я, прокомментировав его движение головой. – А я?

На это раз Дамир предпочел отойти к окну, мельком взглянув на накрытый стол. К ужину я так и не притронулась. Он, кстати, тоже, оставаясь со мной практически безотлучно. Отправить его за новостями мне удалось лишь дважды.

Глупо – их технологии связи вряд ли уступали нашим, но он сдавался, замечая, что я начинаю сходить с ума об беспокойства.

Тоже не умно, но… боялась я не только за Ильдара, но и за себя. Его жизнь… моя жизнь…

– Хочешь сказать, что нам остается только ждать? – протянула я, лихорадочно обдумывая ситуацию. Неизвестно, насколько я была права, но… даже на мой взгляд ничего хорошего от эклиса ждать не приходилось. То ли Ильдар пошел против его воли, когда спас брата, то ли у этого противостояния были значительно более глубокие корни, но результат сомнений не вызывал – один из этих двоих должен был отступить.

Я очень сильно сомневалась, что им будет мужчина, которого называла своим господином.

Дамир не шевельнулся, продолжая смотреть вдаль. Туда, где была чья-то свобода…

– Нас слушают? – неожиданно вырвалось у меня.

Еще мгновение назад я думала об очередном повороте судьбы, заставившем меня волноваться о человеке, которого я имела полное право признать своим врагом, теперь же все мысли были лишь о том, что подобный шанс может не повториться.

Интасси развернулся резко, с недоумением посмотрев на меня. Пришлось повторить вопрос:

– Нас слушают?

Приподнятая бровь явно символизировала удивление – я вряд ли сейчас походила на ту Мария, что со смирением склоняла голову, – но, тем не менее, он качнул головой, подтверждая, что удача решила перейти на нашу сторону.

– У тебя полный доступ к телепортационной сети?

Кивок… и взгляд, в котором появилось понимание. Что порадовало, фанатичного: уж лучше сдохну, там не было.

– Тогда – последнее, – протянула я, подняв с кресла плащ Ильдара и накидывая его себе на плечи. – Сканеры фиксируют только код поля защиты, но не берут сам объект?

Дожидаться, когда подтвердит, не стала – хоть и навигатор, но кое с чем подобным встречаться приходилось, так что достаточно оказалось красноречивого молчания и воспоминаний. Даже визуально при активированном поле ни рост, ни особенности фигуры не взять. Все размыто.

Но был еще один вопрос, который стоило прояснить, прежде чем ринуться в пропасть. Как-никак, на кону стояла не только моя жизнь, но и… его предательство.

– Другой возможности не будет, – начала я жестко, подходя к Дамиру вплотную. – Ни у тебя, ни у меня. Или сейчас, или сдохнем оба. Ты – на костре, я… – Я ухмыльнулась… – Для меня тоже способ найдется. Ни Ильдар, так эклис. Ни эклис, так Ильдар… – Вздохнула… иронично. Никогда не думала, что когда-нибудь произнесу подобное. – Мне без тебя не уйти, тебе без меня не выжить. Я свой выбор готова сделать, а ты?

Отвечать Дамир не стал, просто обошел меня и направился к двери. Я пошла следом…

Выбор! Путь к нему был нелегким, но… отступать я не собиралась, отказывая себе в горькой любви и останавливаясь на свободе, которая оказалась предпочтительнее несбыточного счастья.

Единственная, о ком я была готова сожалеть – Лора, но… это был ее мир, девочка в нем выживет. Мы с Дамиром – нет.

Коридор был пуст. Впрочем, ничего необычного, Ильдар обходился минимумом хошши, оберегая собственное одиночество. Да и неприхотливо он был, в этом за последние три месяца я успела убедиться.

Первым телепортатором мы не воспользовались. Когда прошли мимо, я осторожно тронула Дамира за руку. Кивнула назад, намекая, что путь на волю остался у нас за спиной. В ответ интасси лишь качнул головой, наталкивая меня на очередное откровение – по большому счету, причин доверять ему у меня не было.

Ну – да, отступник, но до этого момента он не сделал ничего, чтобы сохранить свою жизнь. А возможности у него были, в этом я не сомневалась. Зная личный код доступа лиската, покинуть планету труда не составляло. И если он все-таки решился…

То, что я не видела причин, не значило, что их не было. Дамиру я верила. Безотчетно, безосновательно, но чувствуя, что имею на это право.

Очередная глупость, которая могла стоить мне всего, но я предпочитала ее совершить, чем жалеть об упущенной возможности.

Еще один поворот – в этой части Храма я еще никогда не была, – и мы вышли к лифтовой площадке.

– Пока эклис находится в Храме, внутренний контур отслеживается его хошши, – предвосхитил мой вопрос интасси, и сам предпочтя закончить игру в молчанку. – Накинь капюшон, – то ли приказал, то ли попросил он, как только створа кабины приглашающе сдвинулась.

Опередил он меня с рекомендациями буквально на мгновение, я уже и сама собиралась принять меры предосторожности.

Спускались вниз мы в полной тишине. Правда, давила на плечи она недолго.

– Охрана, – шепнул он, когда лифт остановился. Чуть сдвинулся назад, предлагая мне идти первой. – Прямо – двадцать. Направо – двадцать. Направо – десять…

Мне оставалось лишь надеяться – он знает, что делает.

Вышла я решительно, не дав себе задуматься о том, что будет, если наши усилия окажутся напрасными. Что будет, то – будет. Полы плаща разлетелись, но это было не столь уж и важно, активированная еще в комнате защита держала кокон.

Первый шаг сделала машинально, затем пришлось заставлять себя идти. Но теперь хоть было понятно, о чем предупредил Дамир. В помещении, куда мы попали, было абсолютно темно. Вспыхивала только панель под ногами, стоило на нее наступить.

Семнадцать, восемнадцать, девятнадцать, двадцать… досчитала я, надеясь, что когда Дамир называл количество шагов, имел в виду именно мои. Резко развернулась направо, заткнув вскинувшийся страх – если я ошиблась…

Снова двадцать и вновь резкий поворот. Ярко вспыхнул свет, ослепив, но я, пусть и ничего не видя, досчитала до десяти, успев сделать еще половинку, ощутив под ногой уже знакомую упругость телепортационной платформы. Поворот, мгновение ощущения свободного падения и нас вынесло на границу посадочного поля.

– Молчи, – подсказал в очередной раз Дамир.

А то я и не знала!

Четверо хошши появились, словно из-под земли.

Весь мой план был сплошным безрассудством! Но разве это имело значение?!

Раздраженно отмахнувшись, продолжила идти в сторону стапеля, на котором лежал «Лиската-1».

Наше появление вызвало оживление на площадке. Сначала «заморгали» ограничители зоны, затем «засемафорил» подъемник. К столь неожиданному появлению лиската здесь привыкли, что было нам только на руку. Речь сейчас шла не о минутах… секундах. Каждая из них могла стать последний.

Несмотря на это, остановилась я сама, пропустив интасси вперед. Так делал Ильдар, не стоило нарушать привычного порядка. Дождалась, когда Дамир поднимется наверх, вроде как задумчиво глядя в царившую за мерцающей границей ночь…

А перед глазами стоял он… Враг и… любимый мужчина.

Теперь я могла ответить сама себе – Карина я не любила. Или любила, но спокойно, размеренно, видя в нем то хорошее, что могло сделать нашу с ним совместную жизнь полной искренней заботы друг о друге и тихого уюта. И дела, которое для нас обоих было смыслом существования.

Ильдару удалось столкнуть меня лицом к лицу с тем, о чем я даже не подозревала. Мой мир до встречи с ним был пресным и бессмысленным.

– Садись в кресло капитана, – распорядился Дамир, когда я добралась до рубки, понимая, что никогда уже не стану прежней, не забуду об этих днях и… той ночи, которая мне не приснилась, но не собираясь отступать.

– Код доступа? – потребовала я, прежде чем активировать консоль управления. Возражать Дамиру и убеждать, что неплохо смотрелась бы и на месте навигатора, я не стала.

Коротким жестом отправив мне комбинацию, Дамир, молча, продолжил выполнение полетной карты.

– Есть доступ к системе, – заставив себя расслабиться, произнесла я, как только пульт раскрылся, признав мое право находиться за ним.

– Надеюсь, у тебя есть план, – наблюдая, как ИИ тестирует бортовые системы, буркнул интасси. В мою сторону он даже не посмотрел.

– Надеюсь, – парировала я, перехватывая у Дамира навигационный контроль, – когда ты узнаешь, что именно я задумала, не будешь упрекать меня в безрассудстве.

– Если кого здесь упрекать в безрассудстве, так меня, – угрюмо отозвался мой напарник по побегу, не отводя взгляда от информера, на котором заканчивался обратный отсчет выхода двигателя на предвзлетный режим. – Было все так просто…

– И не говори, – хмыкнула я, раскручивая перед собой карту сектора. – Через сколько тебя там должны были сжечь?

Вместо ответа Дамир, жестом, предложил мне заткнуться. Спорить я не стала – полетная карта была завершена.

– Здесь борт «Лиската-1». Прошу снять контроль, – произнес он четко и спокойно.

Мне бы его выдержку… Сердце колотилось где-то в горле, отзываясь лихорадочным ритмом в висках.

Очередная мысль, возникшая на фоне убегающих мгновений, была весьма нетривиальна. Сбегать в первый раз было страшно, а во второй?

От истерического смешка меня спас голос диспетчера:

– Введите код для подтверждения полномочий.

Тогда, в наш первый полет на «Лиската-1», Дамир смотрел на Ильдара, в этот – на меня, словно давая возможность передумать. Да только отступать было некуда. Мы уже рискнули всем, больше у нас с ним ничего не осталось.

Кивнув – я свой выбор сделала, с каким-то даже безразличием наблюдала, как Дамир вводит на дисплее символы.

То ли нашей свободы, то ли… нашего с ним безумия.

– Код принят, – отозвался невидимый оператор, избавляя меня от идущих фоном размышлений. – Контроль снят. «Лиската-1», ждем вашего возвращения.

– Принято, – бросил интасси, погружая затянутые в перчатки-вариаторы ладони в свечение контактного поля. – Взлетаем.

– Взлетаем, – повторила я, откидываясь на спинку ложемента.

Это был еще не конец, но… уже начало.