Текст книги "Галактика Белая. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Наталья Бульба

сообщить о нарушении

Текущая страница: 174 (всего у книги 322 страниц)

Глава 6

– Господин эклис…

Появление на экране Ильдара для Шторма стало полной неожиданностью – разговор, ради которого адмирал Ежов предоставил свой канал связи, должен был состояться отнюдь не с ним.

– Только не говорите, что рады меня видеть, – перебил его самаринянин.

Находился тот не в своей резиденции (с обстановкой кабинета Властительного Шторм был уже знаком), стоял, прислонившись к дереву и глядя на что-то, невидимое полковнику. Шелест листьев, невнятный шум воды… Этого хватило, чтобы в лицо ударило пряным, как бывает только после дождя, влажным и жарким воздухом.

Один вздох и ощущение, что часть чужого мира ворвалась в полностью экранированный модуль, пропало. Осталась лишь мимолетная улыбка на лице эклиса. Довольная улыбка.

– Если вы настаиваете… – даже не шевельнувшись, чтобы подняться, отозвался равнодушно Шторм. Он, и правда, был достаточно спокоен, чтобы пропустить провокацию самаринянина. Слишком многое в последнее время произошло, чтобы тратить силы еще и на соответствующие реакции. – Я могу узнать причину столь… неожиданной замены? – поинтересовался он все так же, сухо.

– Господин полковник… – прищурившись, протянул Ильдар, сохранив те самые интонации… недовольства, обиды, разочарования, тщательно контролируемой ярости, которые использовал и Шторм, произнося свое сакраментальное: «Господин эклис…», – давайте мы сразу оговорим наш с вами стиль общения. Дабы не тратить столь драгоценное время и не испытывать терпение друг друга.

– Господин эклис… – окинув Ильдара «усталым» взглядом, отозвался Шторм. Это внешне, а внутри просыпалось очередное «дыхание», способное вывести из того тупика, в который он сам себя загнал, пытаясь успеть то, что одному человеку явно было не под силу, – разве я могу ответить отказом на столь привлекательное предложение?! – Не позволив себе и малейшей паузы, продолжил: – С кого предлагаете начать… чтобы не выглядело, как попытка испортить и так непростые отношения между нашими расами?

– Ну,… если вы ставите вопрос именно так… – отстранившись от дерева, экслис подошел к краю обрыва. Не река, как показалось Шторма, берег моря. – Если использовать вашу терминологию, то я вам должен. За вашего отца, за Штанмар, Зерхан, Марию Истомину… госпожу Лазовски.

Его голос звучал ровно, словно убеждая – речь идет всего лишь о сделке.

Шторм – не верил. Сам эклис – тоже.

– Я не стал бы утверждать столь категорично, – с едва заметной иронией откликнулся полковник. Шевельнулся в кресле… сытый, довольный котяра… Вот только в сердце жила боль. Не по каждому пункту в отдельности, сразу за все. Где не получилось, как бы хотелось, где не хватило информации, изощренности мышления… – Каждый вел игру в силу своих способностей и возможностей.

– Но условия изначально не были равными, – с легкой укоризной, как если бы обвинял в лукавстве, заметил Ильдар. Оглядываться на Шторма он не спешил, продолжал смотреть куда-то вдаль. Синева, уходящая в изумрудную зелень. – Тормш рассказал мне о вашей просьбе.

– Я уже догадался, – все так же, безразлично, произнес Шторм. – Как и о вашем желании мне помочь.

– Не вам… лично, – поправил его Ильдар. – Нам всем.

Полковника все-таки «пробило». Выдохнул он уже сквозь стиснутые зубы. И ведь… к тому сам и подводил. Тщательно выстраивал, используя по крупицам собранные сведения и подвергая жестким сомнениям собственные выводы.

Вехи его пути к пониманию происходившего последние пару десятков стандартов в галактике. Вехи его побед и… кладбище его потерь. Одно другое уравновешивало, но только не для него.

Словно только теперь вспомнив, что продолжает стоять спиной к собеседнику, самаринянин резко обернулся. Взгляды встретились всего лишь на миг, но и этого хватило, чтобы «душу» полковника вынули из его тела, встряхнули, очистив от всего, что тянуло истошной болью и, позволив пропитаться ставшим пронзительно терпким воздухом, швырнули на место.

– Вернемся к вашей просьбе, – будто ничего и не произошло, начал Ильдар… подходя к столу в своем рабочем кабинете. – Вам нужен специалист по иллюзиям? – Времени ни прийти в себя после столь откровенной демонстрации способностей, ни ответить на вопрос, Шторму он не предоставил: – Чтобы определиться с кандидатом, я должен знать несколько больше, чем мне уже известно.

– Господин эклис! – поднялся с кресла Шторм.

Врезать бы Ежову – еще один Игрок со своими целями, но ведь пока доберешься, от злости уже не останется ничего, кроме понимания, что все правильно.

Шторма все чаще пробивало на личном. Еще так… слегка, лишь заставляя вновь и вновь взвешивать, прежде чем принимать решения, но для фатальных ошибок вполне достаточно.

Противостояние не получилось, да и не могло быть. Очередное откровение – это был тот самый уровень, на который Шторма подтолкнул Орлов, начав со встречи с Индарсом, продолжив контактами с СБ Хандорса и вот теперь подведя и к самаринянам.

Полковнику предстояло занять место куратора Службы внешних границ… После генерала не самая завидная участь.

– Видите ли, господин эклис, – начал он с легкой иронией. Мир перевернулся вместе с пониманием его места в нем. То ли с ног на голову, то ли… все-таки прочно обосновавшись на своем месте, – есть такая вещь, как государственная тайна. Боюсь, что за ее разглашение мне придется отвечать собственной жизнью.

– А вы попробуйте так, – не пропустив изменений, произошедших с его собеседником, предложил Ильдар, – чтобы не доводить до крайностей.

– И кто бы об этом говорил… – вроде как невпопад произнес Шторм. Вновь опустился в кресло, провел пальцем по усам, краем взгляда успев заметить короткий жест эклиса. В его кабинете находился еще кто-то. – Вам ведь известно, что архи домонов, находящиеся в Белой вопреки договоренностям о невмешательстве в наши дела, «пишут» навигационные карты и устанавливают маяки и буи связи?

– Зная о будущем вторжении это нетрудно предположить. – Ильдар продолжал стоять, рассеянно глядя куда-то мимо Шторма. – Как и то, что лично вас, как и генерала Орлова, это вряд ли устраивает. – Опять глаза в глаза, но на этот раз лишь как опора для размышлений. – Жаль, на откровенность с вашей стороны рассчитывать не приходится! – Реплику полковника он предвосхитил, оборвав движением руки: – Повторять нет необходимости… Слышал я, – улыбка не коснулась губ, но он улыбнулся, – что не все корабли домонов, так неосмотрительно оказавшиеся в нашей Галактике, вернулись домой.

– К сожалению, такое иногда происходит, – «огорченно» отозвался Шторм.

– Главное, чтобы не чаще, чем среднестатистические потери в подобных случаях, – вроде как задумался Ильдар.

– Вот именно это в последнее время нас и беспокоит, – вздохнул полковник, тут же поймав задорный блеск в глазах Ильдара.

Вроде бы и радоваться надо – на одного врага за спиной меньше, но ведь и другом не назовешь. Все в рамках общих интересов, все до определенного предела…

С Индарсом было похоже, но не так. Там была Таши, избравшая для себя когда-то экилибр и две роли в нем: Шут Белого и Фаворитка Черного.

А еще была Элизабет и… Ни вычеркнуть, ни смириться, ни изменить!

– А ведь у домонов, кажется, были какие-то проблемы в Изумрудной? – сдвинул брови эклис, словно пытаясь вспомнить. – Докладывали мне о каком-то «Летучем Дальнире»… Если мне не изменяет память, этот корабль когда-то принадлежал артосам?

– Она вам не изменяет, – кивнул Шторм, продолжая удерживать на лице присущее моменту выражение. Сожаления, тревоги… Маска для маски. – Увы, – пожал он плечами, – «Летучий Дальнир» был уничтожен во время одного из боев. Как и второй корабль ваших предков… Невосполнимая потеря!

– Я вам искренне сочувствую! – с «искреннем» сочувствием, воскликнул Ильдар, уже не скрывая улыбки. – Но вернемся к нашим с вами проблемам. – Эклис тронул фиксатор плаща, сбросив его на руки свидетеля их разговора, так и не появившегося полностью в зоне визуализации. – О какого рода иллюзиях мы говорим? Насколько объективными они должны быть или какие уровни восприятия затрагивать?

– Понимаете, господин эклис, – проникновенно, словно исповедуясь, заговорил Шторм после короткой паузы, – я не могу назвать себя специалистом в этой области, чтобы четко и однозначно ответить на ваши вопросы. Могу лишь сказать, что вводить в заблуждение придется не только ментально высокоразвитых существ, но и приборы.

– Даже так… – весьма заинтересованно протянул Ильдар, но обошлось без наводящих вопросов. – Насколько я понимаю, ради сохранения той самой государственной тайны, о которой вы упоминали, своего подданного я увижу еще не скоро.

– Более того, – только теперь позволив себе откровенную усмешку, ответил полковник, – у меня есть вполне обоснованные подозрения, что этот ваш подданный и сам не захочет покинуть нас после выполнения этого задания.

– Даже так?! – повторяясь, то ли восхитился, то ли огорчился эклис. Укоризненно качнул головой. Относилось последнее не к Шторму, а тому неизвестному, кто смешком отозвался на реплику Ильдара. Вздохнул… – Не будь я вам должен…

– Но ведь должны! – парировал полковник, не дав Ильдару закончить. Не констатация факта – всего лишь согласие, что этот стиль общения способен дать обеим сторонам значительно больше, чем просто официальные контакты.

– Должен, – согласился Ильдар, насмешкой, которой дрогнули губы, дав понять, что без подвоха в этой истории не обойтись. – Тогда позвольте вам представить ваших новых помощников…

Сектор визуализации сдвинулся, оставив эклиса на втором плане.

Шторм поспешил утешить себя тем, что все могло быть значительно хуже. Оставалось убедить в этом Орлова…

* * *

– Демоны вселенной! – выдохнул мой обычно флегматичный помощник, когда сканеры, войдя в режим, обновили информацию на экранах.

Я бы сказала иначе – грубее и витиеватее, но пришлось держать образ. А ведь так хотелось… То, что мы видели, называлось хорошей трепкой. Трепали на этот раз корабли Службы внешних границ.

– Капитан! – оглянулся ангел, посмотрел холодно… захотелось передернуть плечами, но последний раз я съеживалась под его взглядом стандартов пять тому назад.

Оторвался от своих внешек Костас…

– Таши… – Это был уже Таласки с силой прижимавший к себе забившегося в его руках Тимку. Многих из тех, кто сейчас умирал у базы «Кушнар», он знал…

– Боевая тревога! – произнесла я… спокойно. – Экипажу занять места по боевому расписанию…

– Внимание, – тут же отозвался Антон. Другой Антон, с которым я сейчас столкнулась впервые. Слишком равнодушный в клокочущей в нем ярости, слишком бесстрастный, чтобы можно было начинать бояться… – боевая тревога!

А в каждом звуке билось: «Твари! Твари! Твари…»

Вспыхнул алым тревожный абрис, в уши ударила какофония звуков и… все затихло. Понимание, что никто, кроме нас, не нуждалось в дополнительном стимулировании.

– Сообщение каперангу Шмалькову. Литера – экстренно! Вхожу в сектор базы «Кушнар», прошу допуск к каналам связи и личный код для подтверждения. Приступаю к выполнению задания.

– Принято, сообщение каперангу Шмалькову… – подобрался Костас.

А сердце дернулось… Началось!

– Поднять защиту на максимум, приказ на активацию ракетных установок подтверждаю! Разблокировать минные хранилища!

«Тсерра» в соответствии с моим приказом ушла в зону нападения на лайнер.

Дарил был недоволен… не самим фактом самостоятельной работы, а тем, что оставляет меня без прикрытия. Стоило признать, что мне стоило порадоваться его отсутствию. Машина для убийств… В подобной ситуации удержать демона не смогла бы даже я.

– Защита на максимуме…

– Сброс вспомогательных систем…

– Модульные щиты опущены…

– Аварийные системы в штатном режиме…

– Капитан! – С момента объявления тревоги прошло четыре минуты… Только?! Уже?! – Фиксирую отметку среднего. Удаление шесть стандартов…

Дальнее охранение… Соблазнительно, но…

– Принято, – глухо отозвалась я. – Держим курс!

Картинки не было… Все еще не было. Видеть – видела, чувствовать – чувствовала, но не слышала. Мне нужны были переговоры. А их…

Я лезла не в свою игру. Из двоих: Искандера и каперанга, «поймать» с лету мою задумку мог только последний. Не потому, что умнее или сообразительнее, не благодаря полученному опыту… Адмирал продолжал оставаться скайлом – предложение сдаться и немедленный огонь на поражение. Шмальков был не только тоньше, он был изворотливее, чем-то напоминая мне Шторма. Хорошо это или плохо, вопрос не стоял, просто напоминал…

Восемь минут… Только бы не в прыжке…

– Капитан… – Во взгляде Антона, направленном на меня, не было отчаяния… если только отголоски обвинения.

Там гибли наши ребята!

Похоже, о том, что являлось нашей основной задачей, на этом корабле помнила только я.

– Держим курс! – жестко оборвала его, продолжая цеплять кусочки мозаики.

«Кушнар» огрызался. Довольно бодро, но вряд ли мое первое впечатление оказалось обманчивым – мельтешение, видимость. Еще не агония, но уже признаки ее приближения.

Дальнир не просто обрабатывал поступающую со сканеров информацию, он ее структурировал, вычленяя главное и ретушируя второстепенные детали. Интраксорные следы кораблей, взбудораженность гравитационного поля, засветки ракет, протяжные «стоны» пространства, когда его после очередного залпа пронизывал мощный пучок высокоэнергетических частиц…

Если я правильно понимала то, на что мне намекал ИР, слабые места базы вольным были хорошо известны.

Пятнадцать минут… Костас делал все, что мог, но мало наткнуться на нужный диапазон, необходимо еще и декодировать сигнал…

Эх… Владимир Валентинович…

– Капитан, все цели классифицированы и сгруппированы.

– Принято! – машинально отозвалась я на доклад Валечки.

Первая волна гнева отступила, оставив после себя не только эмоциональную опустошенность, но и способность взвешивать без того опьяняющего угара, в котором слово: «Твари!» оставалось единственным цензурным.

– Костас, курс на…

– Капитан, – заорал тот, заставляя выдавить сквозь зубы комок, что камнем бился в груди, – сообщение от каперанга Шмалькова. План – одобряю. Каналы… коды… – Короткая пауза, и… обиженно: – Напоминаю о необходимости сохранения секретности пребывания «Дальнира» в секторе боевых действий.

Мне бы сказать… хоть что-нибудь, но к чему слова, когда и так все ясно…

– Код принят! Курс – цель тэ шесть, готовность к сбросу маяка.

– Принято, капитан. Расчет курса…

Костас играл с данными, дирижируя шестью внешками… Завораживающее зрелище…

Каждый из них был лучшим! Я об этом никогда не забывала.

– Капитан… – Закончить Сумароков не успел.

Голоса сшибли, размазали по переборкам отсека, порвали на ошметки, перемололи в труху, уничтожив и вновь возродив. Не в ненависти, в понимания, что либо они, либо…

Второго «либо» быть не могло!

– … два пять – убери с меня эту суку!

– … лег маршевый, иду на разгонных…

– … пятерка черных перегрелась! Казин – на добивание…

– … серый один два… Пыхтит третья трескалка… Работаю по брюху…

– Капитан, – это опять был Валечка. Отрезвляюще бесстрастный Валечка… – смена классификаторов целей…

– Есть курс на черный шесть… – тут же отчеканил Костас.

Черными шли тяжелые…

– Курс подтверждаю! Готовность к погружению! Маяк на установку…

– Капитан, входим в ви-сектор серого один шесть… Удаление один и четыре…

– Держим курс! – приказала я, с каким-то чувственным наслаждением наблюдая, как приближается к нам махина среднего. Видеть нас они не могли. – Сброс мин на нуль девять…

Тарас все-таки оглянулся… Дрогнули губы: «Самоубийца!» А в глазах: «Я! С тобой!»

– Серый один шесть…

– Есть волна! Мы в зоне действия СПУ!

– Тихо, Костас, – медленно протянула я, наплевав на то, что это его работа успокаивать меня и буквально кожей чувствуя, как ближние сканеры оглаживают корпус «Дальнира», – это не дорг…

– Мне бы твою уверенность, – огрызнулся он, тут же добавив: – Удаление один и один…

– К сбросу мин готов, – мгновенно отреагировал Валечка. Вот кто был все так же непрошибаемо спокоен.

Расскажи кому, чему именно я завидовала…

Искандеру об этом точно знать не стоило!

– Один… – прорычал озверевший Костас.

Сглотнув – время на этом корабле играло с нами в догонялки, приказала:

– Сброс! Дальниру – погружение!

Рывок оборвал желудок – компенсаторы сидели на минимуме, но все это словно шло фоном. Главное, мы «свалились» буквально за мгновение до контакта. На таком удалении система прямой угрозы могла пробить и нашу защиту…

– Есть погружение! Выход через…

– Таши, – воспользовавшись возможностью, развернулся ко мне ангел, – мы же не свалим отсюда просто так?

По-хорошему бы дать в морду, но не в разгар же заварушки.

Скривившись, ничего воспитательного в голову так и не пришло, задумчиво приподняла бровь:

– У тебя есть предложения?

Растерянность, мелькнувшая в его глазах, ударила под дых…

Демоны их задери! Эти парни знали, как добиться своего!

Спас Тараса от чего-нибудь… неуставного, Дальнир:

– Капитан, до выхода из погружения… три… два… один…

А там, словно только нашего появления и ждали:

– Аронов, мать твою! Охренел! Убирайся из-под тройки…

Голос был слишком знаком, чтобы не узнать – Стельков. Виталий Стельков…

Вот ведь… действительно, мать твою!

– Что по серому один шесть? – вместо того чтобы послать все и ринуться в самую гущу бойни, уточнила я. Нам не стоило оставлять за спиной тех, кто хоть что-нибудь мог заподозрить.

– Реквием! – удовлетворенно прошипел Валечка, опередив Сумарокова.

– И это очень хорошо, – вроде как невпопад произнесла я, выискивая взглядом среди засветок тех двоих, чьи голоса продолжали звучать у меня в ушах. Вздохнув, продолжила, уже наметив следующую жертву – ту самую тройку, которая прижимала перехватчик Сашки Аронова к защитному полю тяжелого: – Потому что я настроена сегодня знатно повеселиться…

Если для того чтобы спасти парней, мне нужно было стать чудом…

Да хоть лихом, лишь бы живы…

* * *

– Капитан, черный шесть. Наблюдаю признаки разгона!

Оторвавшись от надписи, которая подмигивала с моего дисплея, выдохнула:

– Принято!

«Невидимка, невидимка! Я тебя знаю!» И все это кодом, который мы со Стельковым использовали там, в Изумрудной…

– Таши? – бросил на меня быстрый взгляд Костас. Замер… глядя с подозрительной задумчивостью.

Весточку от Виталия откопал в чехарде переговоров ИР, передав после раскодировки на мой терминал. Еще один… заботливый.

– Дальнир, – проигнорировав хакера (допроса не избежать, но до него еще предстояло дожить), – мне нужен курс тяжелого и расчет оптимального удаления.

– Принято! – отозвался ИР, остальные проявили солидарность и меня проигнорировали. Не высказался даже Костас, хотя и должен был.

Чутье у них на пакости, что ли?!

Задаваться вопросом не стоило, ответ на него я знала. Да и проблемы времени на лирику не оставляли.

Последние пять часов были из тех, что способны запомниться на всю жизнь. Болью, злостью, бессильной яростью, отчаянием, гордостью.

Нас били… Мы били… Репетиция будущей войны.

Появление «Дальнира» не могло поменять соотношение сил настолько, чтобы говорить не только о безоговорочности нашей победы, даже о самой победе, но… два средних остались на нашем счету. Необратимые, как напишут в сводках.

Ситуация изменилась, когда прошло сообщение о выходе из прыжка щитоносца адмирала Искандера и крейсера «Хурагва», приписанного к Управлению коалиционной службы. Не просто поддержка – даже один скайловский супертяж был достаточно серьезной игрушкой, чтобы задуматься о необходимости сохранения собственной жизни.

Судя по тому, что мы видели на экранах, именно это сейчас и происходило. Не бегство – объективности я не теряла, но отступление. Четкое и тактически грамотно выстроенное.

– Капитан, – нарушил Дальнир похожее на упрек молчание, царившее в командном, – есть предварительный курс тяжелого и расчет по удалению. Отрабатываю контуры для САС.

– Принято! – произнесла я, сделав вид, что оскорбленные физиономии Тараса и Костаса меня нисколько не беспокоят. – Курс подтверждаю, маршевые на разгон. Готовность для системы активной стабилизации…

Позволив себе короткую паузу, перевела взгляд с ангела на Джастина. Одному из них предстояло сотворить невозможное. Другому – повторить. И так столько раз, сколько потребуется, чтобы добраться до места логова этих тварей.

Не безумие – безумие не отражало и сотой доли моей задумки, вызов! Самим себе, возможностям «Дальнира», неписаным сотнями погибших испытателей правилам!

Вот только выбора не было. Когда загадка, подброшенная нам вольными, найдет свой ответ благодаря накапливаемой по крупицам информации, может быть уже поздно.

Слишком поздно.

– Тарас… – мой голос дрогнул – как бы я не хорохорилась, а риск сорваться в неконтролируемый или вывалиться из «мертвой» зоны тяжелого, попав в плотный интраксорный поток, был очень велик, но закончила уже без сомнений, – синхронизация хода. Идем на прыжок.

– Принято, капитан, – протянул он… глухо, разделяя мои сомнения. Продолжил четко, если даже не с оттенком иронии: – Идем на прыжок!

Шестерка, которую мы облюбовали своей будущей путеводной звездой, держалась в стороне и в гущу сражения не лезла, лишь избавляясь от самых ретивых. Достаточно хорошо знакомый стиль поведения для категоричных выводов. Командовавший крейсером капитан был старшим в этой группе.

– Ты хотя бы отсемафорила мужу! – сменив тон, негодующе произнес Тарас, вырывая меня из мрачных раздумий. Сразу и обо всем.

Использовал ангел личный канал командного.

– Или доложилась отцу, – вторил ему мой хакер-навигатор. Тоже по… личному.

Стадия – следующая, доведение до кондиции…

– Костас, мне нужна корректировка курса тяжелого, – сдержав улыбку, приказала я.

Мелочно, но… играть на чужих нервах я тоже умела. Их же стараниями.

– Капитан, – вроде как обиженно протянул он, спустя пару секунд. Я буквально замерла в предвкушении, – есть корректировка курса тяжелого.

– Корректировку подтверждаю, – равнодушно отозвалась я, оценив данные лишь быстрым взглядом. – Пилоту принять курс.

Вот только на душе было не столь безмятежно, как я пыталась показать.

Двадцать шесть экипажей… Это те, что при нас. Мог быть и двадцать седьмой, но Виталий успел поднять парней Аронова и его самого, пока мы прикрывали, сбросив на спешивший добить их средний несколько волновых мин.

Серьезные потери! Невосполнимые! Да и удар по репутации…

– Капитан, маршевые – сорок. На курсе!

– Спасибо, Антон, – совершенно не по-уставному ответила я.

Рапорт Сумарокова прозвучал очень вовремя. Я как раз рассуждала о будущей судьбе Службы внешних границ.

Искандер, конечно, справится – авторитет сумел заработать, чтобы получить второй шанс, да и Индарс с Синтаром не оставят без поддержки, но… В преддверии большой войны им просто могло не хватить времени, чтобы восстановить боеспособность в полном объеме. Ни один перехватчик, участвовавший в этой бойне, не вернется на базу без повреждений. Да и сам «Кушнар»…

Думать мне об этом не стоило, но ведь думалось…

– Костас, сообщение на «Тсерру». Иду по плану. Связь через Ван Хилда. – Вздохнула… нужно было хоть что-нибудь жизнеутверждающее, но не получалось…

Ярость, помогавшая держаться в бою, начала стихать, оставляя после себя опустошенность. Не самое лучшее состояние для очередного безрассудства. Но – другого просто не было. Трудно заставить себя испытывать кураж, когда за твоей спиной… смерть.

– Маршевые – сорок пять…

– Принято, – машинально обронила я. Мысли о погибших не ушли, но словно отодвинулись, уступая место другим, которые были сейчас важнее. Этих уже не вернуть, а тех… тех еще можно было спасти.

Новый расчет от Дальнира… Второй – от Костаса. В другое время можно было бы и улыбнуться – противостояние пусть и гениального, но всего лишь человека и ИР, я же лишь убедилась, что результат одинаков, вновь возвращаясь к ключевым моментам плана.

Крейсер тяжелый, на разгон шел медленно. Тормозиться потом тоже будет с трудом, кряхтя и постанывая… Нам же и сложнее, и проще. Проще в корректировках – сможем контролировать до последнего. К тому же разница в гравитационном воздействии… если зацепимся в «мертвой», не придется держать столь уж плотную защиту, чтобы не нарваться на волну СПУ. Сложнее – по той же причине. Зона прокола… Центровка с запредельной точностью.

– Шестьдесят, – с весьма неожиданными интонациями выдал Сумароков.

Чуть оглянулась – он опять стоял у меня за плечом, окинула задумчивым взглядом. Тот ответил загадочной улыбкой.

Я точно пропустила что-то важное… Оставалось понять – что?

Задаваться вопросом долго не пришлось. Отвлеклась я только на мгновение, а когда развернулась, рядом с ложементом стоял Джастин и смотрел на меня. Глаза в глаза, не пытаясь подчинить или желая подчиниться, но принимая мое право распоряжаться его жизнью и смертью…

Все это было совершенно не вовремя, но… мои мальчики сами выбирали, когда добавить своему капитану проблем.

Клятву преданности Джастин мне так и не дал. Возможности были, но… каждый раз случалось что-либо, не позволяющее ему произнести слова ритуала. Потом все забылось, отодвинулось, стало не важным… для меня. Что думал об этом мой второй пилот, я не спрашивала, предпочтя оставить все, как есть.

– Семьдесят, – добавил экспрессии Антон, успев как раз, пока скайл опускался передо мной на одно колено.

– Принято, – выдохнула я, не шевельнувшись. Хоть что-то вокруг меня должно было оставаться неизменным. Хотя бы я сама. – Стабилизирующие на мощность. Подготовка к центровке. Костас, Дальнир, корректировка курса.

Слившееся в одно: «Принято!», резонировало с биением пульса в жилке на виске. Шаре бы мне сейчас точно не помешал.

С желанием я опоздала, на дисплее моего терминала появились два расчета. Одновременно! Завизировав своим кодом, отправила Тарасу. Вот кого происходившее между мной и Джастином нисколько не беспокоило.

Завидовать ангелу не стала – сама бы я вряд ли взяла на себя штурвал в подобных обстоятельствах. Несмотря на азарт и то самое «слабо», которое уже неоднократно помогало выходить из самых нестандартных ситуаций, предел своих возможностей, как пилота, мне был известен.

– Моя сила и воля, мой путь и моя слава, – начал Джастин, не отводя от меня взгляда, – мой выбор и моя преданность…

– Восемьдесят, – вклинился в возникшую паузу Сумароков.

Это был уже не бардак!

Желание рявкнуть задавила в зародыше. Ко всем своим ошибкам добавлять еще и эту точно не стоило – не заслужил Джастин такого отношения. Да и понятно было, что именно вытворял – игра с Судьбой. По крупному! Когда на кон все, что у тебя есть – честь, свободу, жизнь!

Воспоминание о Судьбе было совершенно некстати, вырывая из прошлого Рауле и… меня на его рисунке карандашом в образе богини самаринян Тайраши.

– Девяносто! – с каким-то священным трепетом сорвалось с губ Антона, вторя моим собственным мыслям. – Удаление нуль девяносто пять.

– Корректировка курса произведена, – забивая слова Джастина отрапортовал ангел. – Центровка по второму кругу… Гасим рыскание…

– … быть рядом…

– Капитан! – вскинулся Костас. – Волна СПУ. По касательной!

– Поднять уровень защиты! Корректировка погрешности…

– Девяносто четыре! Удаление нуль восемьдесят…

Оптимальное Дальнир вывел, как нуль шестьдесят пять…

Этот разгон нам предстояло запомнить на всю жизнь! Сколько бы ее нам не осталось!

– … порукой тому имя рода…

Имя рода… В последнее время все умные мысли приходили ко мне слишком поздно.

Джастин был подопечным Аршана, об этом мне было известно. Переходя на службу во имя кангората, скайлы отказывались от своего рода, подчеркивая свободу от любого влияния.

Но клятва!

Исключение?

– Корректировка погрешности завершена. Центровка выполнена!

– Девяносто семь! Удаление нуль семь…

Единственный наследник? Будущий канир?

Дарил тогда сказал, что я могу принять клятву… Не без умысла – этот никогда и ничего не делал просто так, но в абсолютной уверенности, что меня это ни к чему не обяжет.

Не обяжет… Но… Второго пилота в мой экипаж привел Искандер… Он же знал о намерениях Джастина и не предостерег меня, признав, что этот вариант его относительной свободе не повредит.

Я чувствовала, что на правильном пути, но разгадка продолжала убегать от меня, как и разгоняющееся вместе с нами время.

– СПУ – поиск!

Поздно, окружавший нас интраксорный туннель давал столько помех, что можно было не опасаться. Это из хорошего, из плохого…

– Девяносто девять! Удаление нуль шестьдесят пять! Готовность к прыжку… Десять… девять…

– … клянусь!

Демоны их задери! Малый круг! Преданные кангора…

– … шесть… пять…

Я могла отказать, я имела на это право, но… сломав его жизнь, сделав отвергнутым.

– Принимаю! – четко и бесстрастно, как и положено по ритуалу, произнесла я. Связывая нас… навсегда.

– … два… один…

– Сумарокову принять вахту, – поднимаясь, бросила я.

Чувствуя направленные мне в спину взгляды, дошла до телепортационного круга и только там позволила себе оглянуться.

Они все смотрели на меня. Тарас, Костас, Джастин, отсутствующие в командном, но остававшиеся на связи Стас, Валечка, Карин, Андрей, Хорс, Марк, Слайдер, Игорь, Тимка. С верой в меня. С надежной на то, что пока я с ними, удача будет сопутствовать нам в самых невероятных переделках.

Смотрели, как когда-то смотрел на меня Камил, видя не женщину – воплощение Богини, которой продолжал поклоняться, даже перестав быть жрецом.

Сделав вид, что ничего не замечаю – я заслужила эту маленькую слабость, и, усмехнувшись, невозмутимо пожала плечами:

– Будет что серьезное – разбудите.

В отличие от вольных, тактически грамотно отступавших, я спасалась бегством.

Ради своих мальчиков…