Текст книги "Галактика Белая. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Наталья Бульба

сообщить о нарушении

Текущая страница: 228 (всего у книги 322 страниц)

– Это – неправильно! – догнал он меня у стола, схватил за плечи, развернул к себе: – Это – неправильно!

Я была с ним согласна, но… это ничего не меняло. Ни для него. Ни для меня.

– Ты можешь исправить? – даже не пытаясь вырваться из захвата, ровно спросила я.

А хотелось прижаться… Просто прижаться и замереть, вычеркнув из памяти все, что было.

Не навсегда – невозможно, но хотя бы на мгновение…

Если кто и догадывался, что стало основной наших с Ровером отношений, так Шторм. Мы с Геннори были похожи, оба доказывали в первую очередь себе, что, разбившись о реальность, смогли встать, переступить и… пойти вперед.

Это помогало понимать друг друга.

Понимать и… принимать такими, какими мы были.

– Нет! – не отводя от меня взгляда, четко произнес он.

– Я – тоже, – криво усмехнулась я. – Будем считать, что так получилось…

– Я знаю, что ты готова к этой работе, но чувствую себя при этом…

– Да у тебя комплексы! – на этот раз мне удалось улыбнуться. – Только не говори об этом Славке, долго будет потешаться.

– Мне не хватает тебя… – Ровер не шелохнулся, но я ощутила, как он напрягся в своей неподвижности. – Тебя, наших разговоров…

– А как же Аксинья? – ответила я лукаво. То, что сейчас рвалось из него, было дикой усталостью и одиночеством.

– Звучит, как благословение, – посмотрел он на меня с горечью.

– Звучит, как убежденность, что жизнь, несмотря ни на что, продолжает идти вперед, – повела я плечами. Ровер отпустил сразу, отступил… – Мне тоже не хватает тебя. Очень! – вздохнула я, развела руками… Одинокая капля кофе сорвалась с края перевернутой чашки, плюхнулась на светлый пластик пола. – И нам придется с этим жить…

– Мы можем хотя бы попытаться… – его голос звучал равнодушно.

Как у того Ровера… до Приама. Не второго Приама, который убил все, первого, сумевшего подарить нам несколько месяцев счастья.

– Забыть? – закончила я за него. Мое спокойствие тоже было защитой. – Я не перестала быть твоим другом, но как женщина…

Чашка сорвалась вслед за каплей, разлетевшись осколками. Я, стиснув зубы, чтобы не завыть, закрыла лицо руками.

– Лиз… – он все-таки прижал меня к себе. Крепко, надежно… – Лиз…

– Это – наше проклятье, – справившись с вставшим в горле комом, прошептала я. – Дар и… проклятье.

«Ты будешь моей кайри?»

Слова, которые я произнесла, были чужими, но их суть опутала нас всех невидимыми нитями. Ни развязать, ни разрубить.

– Я могу тебя попросить не лезть в самое пекло? – спросил он. Когда я шевельнулась, чуть отстранился, позволяя опустить руки, но так и не отпустил, обняв еще крепче. – Просто попросить…

– Я постараюсь, – отозвалась я, вдыхая такой знакомый запах тела.

Родство душ, слияние тел…

Ровер научил меня верить в будущее, Риман – жить настоящим.

– Нет, Элизабет, – хрипло выдавил он из себя. – Это – приказ! Во все этой кутерьме ты должна… обязана выжить!

Я не отстранилась – вырвалась из его объятий:

– Не смей! – хлестнула словами, видя то, что он прятал от всех, но позволил заметить мне.

– Ты меня неправильно поняла, – произнес он… едва ли не безразлично.

– Я тебя поняла правильно, – медленно вздохнув, ответила я с таким же спокойствием. – Вы со Штормом похожи, оба отморозки. – С командного подняла внешку с информацией, которую просматривала перед его появлением: – Кто из этих шестерых самый опасный?

– Радис, – не задержался он с ответом. – Джон Радис. Служил у Эхтандраева, но исчез еще до того, как мы добрались до адмирала. По косвенным данным был на Приаме вместе со Скорповски, страховал его.

– Откуда уверенность, что Радис в Союзе?

– Это больше чем уверенность, – нахмурился Ровер, на мгновенье вновь становясь «живым». – Из разных источников получены данные о том, что Горину, одному из доверенных лиц Эхтандраева, готовят побег. Радис в этой группе.

– И ты отдал его мне? – задумчиво уточнила я, наблюдая, как меняется выражение его лица. Твердеют линии, деля на черное и… белое… – Не ты, – вздохнув, горько усмехнулась я, – Орлов. А ты узнал слишком поздно, чтобы изменить.

– Генерал уверен…

– Генерал правильно уверен, – перебила я его, невольно скосив взгляд на осколки чашки.

Вот и моя жизнь…

И Ровера…

И Орлова…

– Я обещаю тебе, что буду осторожна, – подошла я к Геннори. Прижала ладонь к его щеке, вздрогнула, когда он накрыл ее своей, – но и ты пообещай, что не позволишь себе вновь оказаться в той тьме.

– Звучит, как ультиматум, – во взгляде Ровера был укор.

– Как гарантия моего спокойствия, – поправила я его. – Не хочу терять тех, кто мне дорог.

– Я сделаю все, что от меня зависит, – едва заметная улыбка тронула его губы. – Хочешь, отвезу тебя домой.

– А сам? – ответила я иронично. – Обратно, в Кошево?

– Ты же все понимаешь, – склонил он голову, так и не отпустив мою руку. – Я рад, что пришел сюда.

– Я – тоже, – не покривила я душой. – Если тебе будет не с кем поговорить…

– Госпожа Лазовски! – в кабинет без стука влетел Кабарга. Остановился, глядя на нас не просто удивленно – ошарашенно. – Прошу меня простить, – пятясь, скрылся за закрывшейся створой.

– Аксинья девушка хорошая, не обижай ее, – вновь посмотрела я на Геннори. – И береги себя, – отступила назад.

Мою руку он отпустил только теперь:

– Мне было трудно прийти, но уходить…

– Я тебе помогу, – отходя к двери, усмехнулась я. – Давай! Вали!

– Категорично! – вновь окидывая кабинет быстрым взглядом, откликнулся он. Подошел… прикосновение губ к щеке было коротким, но обжигающим: – Славка и ты… Ближе, чем вы, у меня никого нет…

Он уже вышел, а я продолжала стоять, прислонившись к стене… Стоять и думать о том, что все могло быть иначе.

Могло, но… не стало… И нам предстояло с этим жить…

Глава 3

– И давно он в таком состоянии? – расстегивая фиксатор воротника-стойки, поинтересовался Ежов у Злобина.

Тот просто пришел раньше, мог быть в курсе.

– Как вернулся из Штаба, – флегматично отозвался Борис, тоже посмотрев на застывшего у псевдоокна Орлова. Стоял генерал спиной к ним, но для понимания, насколько взвинчен, хватало и этого. – Предлагал коньяк, – продолжил Злобин, потерев подбородок, – отказался, сказал, что мешает думать.

– Думать? – скептически переспросил Ежов. Снял китель, аккуратно повесил на плечики, вернул их во встроенный в стену шкаф. Размял шею и плечи и только после этого заговорил вновь, словно лишь теперь заметив направленный на него взгляд Бориса: – Уверен?

Контр-адмирал Евгений Ежов, глава сектора О-два, работавшего по Самаринии, а теперь еще и один из кураторов новой структуры, был высокоуровневым ментатом с полной невосприимчивостью к внешнему воздействию.

Знали об этом единицы, но и те, кто не числился среди осведомленных, редко ловился на образ этакого добродушного увальня, который для Ежова стал сродни второй натуре. И не только потому, что званий в военной разведке за «просто так» не давали. Было в нем что-то, вызывающее ассоциации со жрецами самаринян. Та же неизбежность и… незыблемость.

– Ты его лучше не зли, – подмигнув, предостерег Злобин Ежова. – Судя по тому, что за последние десять минут не было ни одного вызова, Орловское «не в духе» ощутили и с той стороны.

Комментировать слова Бориса Ежов не стал, пройдя мимо генерала, подошел к кофе-машине. Наклонился, провел пальцем по сенсору. На дисплее тут же вспыхнула надпись, сменилась второй, третьей… Было их пара десятков на все случаи жизни.

Агрегат подарил Орлову Шторм во время последней командировки. Тащил через половину Галактики, неизвестно где обнаружив экземпляр, адаптированный под один из закрытых секторов с ограниченными внешними контактами. Названия напитков, которые был способен приготовить, на межгалактический не переводились.

– Кофе в этом доме наливают или у нас самообслуживание? – проворчал Ежов «недовольно», разглядывая очередное со четание нечитаемых символов.

– Не тот случай, – остановился рядом с ним Злобин. Прокрутил ленту назад. В чашку дохнуло паром, фыркнуло и зашелестело ароматной струей. – Насколько я понял, Соболева совсем списали. Просто травля закончилась, начали сливать.

– Суки! – не сдержался Ежов, забыв про кофе.

– И это еще не все, – подлил масла в огонь Борис. – На его место четко продвигают Далина. Группу спецов с нашей стороны, которые займутся формирование Координационного Штаба, возглавляет именно он. Похоже, оценили заслуги при разработке плана эвакуации тарсов. – Он вздохнул, и закончил: – Соболев тоже в ее составе, но на вторых ролях.

– И когда это всплыло? – нахмурился Ежов.

– Сегодня и всплыло, – выдохнул Злобин. Зло… – И то не через первые руки.

– Кто?!

– Ты меня спрашиваешь? – уточнил Борис. Пока Ежов думал над ответом, взял чашку, поднес к лицу: – Как ты это пьешь?

– Я? – ошеломленно посмотрел на него Ежов. Наклонился, принюхиваясь… – Это с чем?

– А хрен его знает, – дернул плечом Злобин. – Но звучит красиво. – Он посмотрел на все еще моргающую надпись: – Хандрус… тьфу ты, язык сломаешь.

– Хандрускаркан, – без запинки произнес Орлов, «отмирая» и разворачиваясь к ним. – Очень крепкий кофе и смесь из соли и жгучего перца. Хорошо тонизирует, но на любителя.

– Даже звучит мерзко, – скривился Ежов, но, отобрав у Злобина чашку, сделал осторожный глоток. Почмокал, повторил попытку. – Не знаю, как на счет тонизирует, но вкус необычный.

– Ты сильно не увлекайся, – возвращаясь к рабочему столу, бросил Орлов. – Он не только на мозги так действует.

– Так чего ж ты раньше молчал! – рявкнул вдруг Ежов, влив в себя остатки и сбрасывая чашку в утилизатор. Проглотив, крякнул от удовольствия: – Эх! Гульну сегодня! – задумчиво посмотрел на кофе-машину: – Слушай, а подари ее мне! – Бесшабашность еще сквозила сквозь «стекающую» с лица улыбку, а взгляд был уже безжалостным, непримиримым: – Догадываешься, кто?

Орлов в ответ качнул головой:

– Нет, – прозвучало сухо и едва ли не равнодушно, – но это уже не просто саботаж.

– Запасной план? – уточнил Злобин.

Имел в виду он сорванную не без их участия попытку расколоть Союз, предпринятую антиправительственной организацией «За будущее Галактики»*.

– Надеялся, что – нет, но всё говорит за то, – опускаясь в кресло, ответил Орлов. – Служба внешних границ, вброс кредитов у стархов и демонов, махинации с акциями крупных корпораций… Мы и раньше понимали, что это – звенья одной цепи, но…

– Надумал что? – взгляд Ежова потяжелел, стал напряженным, но чувствовалось за этим что-то напористое, агрессивное.

– Не без того, – довольно ровно произнес Орлов. Усмехнулся… не задорно – многообещающе: – Как там Вячек говорит…

– Только не это! – демонстративно схватился за голову Ежов, тоже перебираясь к столу. – По принципу: пленных не брать, живых за спиной не оставлять?

– Зато – надежно, – подтвердил Орлов. Бросил быстрый взгляд на дисплей комма – по безопасности стояло на максимуме. Продолжил уже другим тоном: – Конкретика – по ситуации, пока только в общих чертах. – Он поднял оперативку… Для антуража. «Заведенный» поставленной задачей мозг требовал информации, соглашаясь и на крупицы золота среди тонн песка. – Далина мы про*** – высказался он четко и прямо. Все свои, не до сантиментов, – но ситуация еще не вошла в стадию «критично», так что время на реакцию есть.

– На формирование Штаба отводится восемь месяцев, – вроде как вскользь заметил Ежов.

– Если жизнь не внесет свои коррективы, – довольно мрачно прокомментировал его слова Орлов. Потом посмотрел на адмирала… Не жестко, но так, что было понятно – этот не отступит. Сдохнет, но своего добьется. – Последние несколько лет его хорошо прикрывали, значит, был расчет на использование. Но такие кандидатуры так просто не всплывают. Характер и прошлые заслуги не при чем – к идейным он если и относился, то без фанатизма.

– Считаешь, что если копнуть…

– Уверен, – резко отрезал Орлов. – Поэтому мне нужно все, вплоть до мелочей типа кражи магнитных фиксаторов на заштатном крейсере, входившем в его подразделение.

– Начнем искать, засветим интерес, – не возражая, дополняя, отозвался Злобин, пристраиваясь справа от Орлова. Столы стояли буквой «Т» в зоне совещаний.

– Для этого есть Шаевский и Элизабет, – продолжая размышлять вслух, ответил Орлов. – Использовать Лазовски категорически запрещаю.

– А Шторм? – Ежов не стал заострять внимания на главе ОСО. О том, что там продолжалась утечка, с которой Злобину пока не удавалось справиться, ему было известно. – С его-то чутьем.

– У Шторма своя война, – с сожалением вздохнул Орлов.

– Я еще о чем-то не знаю? – уперся ладонями в стол Ежов.

Основное направление деятельности Координационного совета оперативного реагирования курировал Орлов. Ему подчинялась вся аналитика, с ее оценками ситуаций, прогнозами и рекомендациями. Он же стыковал вновь созданную службу с ОСО, выкристаллизовывая нарытое в схемы будущих операций.

На Злобине была собственная безопасность в самом широком смысле этого слова. Все, до чего мог дотянуться, включая правительство и объединенный Штаб Галактического Союза.

Ежов взял на себя внешние связи, используя, как основные, каналы военной разведки.

Границы зон ответственности были размыты, шли внахлест. Не столько для перестраховки, сколько, как вариант при необходимости перехватить управление.

Вопрос Ежова как раз и относился к имеющейся у Орлова возможности получать нужную им информацию, минуя официальные потоки. ХоШорХош, скайлы, стархи…

В этом мире личные связи все еще значили многое.

– Непонятные подвижки у скайлов. Внешне незаметно, но стиль поведения Аршана меняется. Шторму это не нравится, но понять, откуда тянет, он пока не может.

– Вот тебе и расклад! – присвистнул Ежов. – Нам только проблем с каниром не хватало!

– У мальчика – амбиции, – заметил Злобин.

– Он – твой ровесник, – недовольно качнул головой Ежов, намекая, что время для шуток закончилось. – А ты – мальчик!

– Так не девочка же? – продолжил ерничать Злобин. Жестом остановил Ежова, уже собиравшегося высказаться: – Еще до начала контакта со скайлами была одна история…

– Только не говори, что встречались? – приподнял бровь Орлов.

Собственное прошлое – за грифами секретности. О других – только то, чему сам был свидетелем или вот так, выплывало в разговоре.

Доверию этот факт не мешал. Чтобы не сомневаться, достаточно побывать вместе на краю. Или, так же – вместе, вытаскивать оттуда других.

У всех троих подобный опыт наличествовал. И в разных комбинациях.

– Аршан был тогда значительно моложе, – оттарабанив по столу что-то невнятное, ответил Злобин. – Я – тоже.

– И? – выпрямился Ежов.

Орлов, окинув быстрым взглядом, усмехнулся.

Злобина нельзя было назвать щуплым – все в рамках внутренних стандартов, включающих рост не ниже метр семьдесят шесть и соответствующие индексы массы тела, но на фоне адмирала О-два Борис терялся, выглядел едва ли не безобидным.

Ощущение было обманчивым. И не только по физическим данным – это в последнее время сердце у того сбоило, а так в рукопашке раскладывал и спецов из десанта, но и по другим показателям. Из четырех предложенных на эту должность кандидатур Орлов без размышлений выбрал именно Злобина. С его хваткой, принципиальностью, неспособностью отступать и… человечностью.

Для их специфики редкость, но… случалось.

– Я тогда был приписан к среднему. Из тех, что в списках не значатся.

Ежов понимающе хмыкнул, Орлов от комментариев воздержался.

– Вывалились мы из прыжка по аварийной. Где – не понять, системы падали одна за другой. Сутки, вторые, третьи… На четвертые техники нашли причину. Крейсер участвовал в боях с самаринянами. Вирус отсроченного действия, ИИ легло окончательно и бесповоротно.

– Судя по тому, что ты все еще жив… – начал Ежов, но заткнулся раньше, чем закончил.

– На нас наткнулись скайлы. Случайно или нет, хрен их знает, но после нескольких часов переговоров к нам на борт поднялись их спецы и команда охраны. Аршан был среди последних.

– И это – все? – с иронией уточнил Ежов.

Провокация чистой воды…

Злобин улыбнулся, бросил взгляд на Орлова:

– Пьянеют они быстро. Особенно, если знать, что и в каких пропорциях смешивать.

– И он согласился? – склонил голову Ежов.

Орлов пока предпочел в их разговор не встревать. Соответствующий антураж, думать помогало.

– А это – смотря, как уговаривать, – загадочно протянул Злобин. Выражение лица изменилось молниеносно, вся безобидность слетела, словно переключили режим. – Мне не хочется тебя заранее огорчать, – обращался прежде всего к Орлову, – но если он посчитает нужным, пойдет по трупам.

– Посчитает нужным… – задумчиво протянул Ежов, первым отреагировав на слова Бориса. Надолго его не хватило: – Подожди! Считаешь, что там не все так просто?!

– Все козыри у тебя, – обтекаемо ответил Злобин.

– Добро! – кивнул Ежов. – Есть что добавить? – задумчиво посмотрел на Орлова, как если бы вновь перебирал в уме весь разговор. Впрочем, так оно и было, для понимания, в какую сторону двигаться, сказано оказалось больше, чем нужно: – Ты же присутствовал на том совещании? По схеме эвакуации.

– Тебя кто интересует: Далин или Аршан? – уточнил Орлов, но, не дожидаясь ответа, дернул головой: – Сброшу запись.

– Запись? – сделал стойку Ежов. Потом ухмыльнулся – не важно, что это было невозможно. Главное, что она все-таки была. – И молчал!

– О чем? – «не понял» генерал. Встретив насмешливый взгляд, дернул плечом: – Повода не было.

– Хорошо, – «отступил» Ежов. Выдвинул стул, сел, положив на стол перед собой планшет, – что по Далину?

– По Далину? – переспросил Орлов. Удивление в его исполнении смахивало на сарказм: – Так ты же сам все сказал: пленных не брать, живых за спиной не оставлять.

Хохма была заезженной, не соответствуя ни по возрасту, ни по статусу, но… к чему играть в словесную эквилибристику, если для отражения сути вполне достаточно: в этой войне кто не друг – враг.

А с врагами…

* * *

Снег все-таки выпал. Ночью. За несколько часов сумев до неузнаваемости изменить город, сделав его светлым, праздничным, нарядным.

С настроением все было значительно сложнее. Жить с ощущением, что ты совершил ошибку, которую уже не исправить, оказалось довольно трудно.

– Госпожа Лазовски… – оперативный дежурный фразы не закончил, заставив меня оторваться от внешки и посмотреть на дверь. Нечто подобное уже случалось, что следовало за этим, я помнила.

Ни память, ни предчувствия не обманули. Не прошло и минуты, как створа сдвинулась, явив передо мной генерала Орлова.

Задержавшись секунду на пороге, он решительно вошел в кабинет, окинул все быстрым взглядом, лишь после этого посмотрев на меня:

– Не засиделась еще?

До конца нормированной части ненормированного дня оставалось полчаса.

– Есть предложения? – продолжая сидеть, спокойно поинтересовалась я.

Не сказать, что ожидала чего-то подобного, но кое-какие мысли, связывавшие дополнительную нагрузку, визит Лазовски и вот теперь появление самого Орлова, у меня имелись.

– Есть, – кивнул генерал. Был он в цивильном, но это вряд ли кого-то обманывало. Такую выправку ни под одним костюмом не спрячешь. – Идем, прогуляемся.

– Заманчиво, – сворачивая внешку, протянула я. – Саша, – вызвала Кабаргу, который в качестве наказания за очередное самоуправство занимался координацией между службами, – если что, я с генералом Орловым.

– Принято, – резво отозвался тот. – На контроле.

– И где мы будем гулять? – поинтересовалась, поднимаясь.

– Увидишь, – многообещающе ответил генерал, покидая мой кабинет. – Жду тебя у главного стапеля, – добавил он, уже выйдя в коридор.

Хоть и пыталась не суетиться, но собралась быстро, успев, пока одевалась, сбросить аналитикам еще одну порцию данных на обработку. Совсем немного – информацию собирали по крупицам, но была надежда, что те добавят по итогам перекрестного поиска.

Когда поднялась на стапельную площадку – та была обустроена на защитной платформе над второй секцией здания, которое занимала Служба маршалов, Орлов довольно увлеченно разговаривал с Марвелом Грони, заместителем Эда. Судя по тому, что тот вел себя совершенно свободно, были знакомы. И уже давно.

При моем появлении беседы они не прервали:

– В Термиши работала группа Андрея Лисневского, нас – планировали, однако перебросили на Кейшу. Но если надо, я могу поднять старые контакты, связи остались.

– Надо, – чуть сдвинувшись, чтобы я могла встать между ними, кивнул генерал. – И как можно скорее.

– Не вопрос, – подобрался Грони, – я сменяюсь в восемь, к утру уже что-то, да будет.

– Договорились, – первым протянул руку генерал. – Передашь все Элизабет, она знает, что с этим делать.

– Как прикажете, – пожав ладонь Орлова, ответил Марвел. Опустив руку, обратился ко мне: – Вы совсем?

– Это к нему, – улыбнувшись, кивнула я на генерала.

– Совсем, – обронил Орлов, поворачиваясь к лежавшему на ближнем стапеле катеру с эмблемой ОСО. – Зафиксируй, что под мою ответственность.

– Понял?! – подмигнула я Грони. Тот ответил соответствующим взглядом. Против генеральского произвола аргументов ни у него, ни у меня не нашлось.

Орлов продемонстрированную ему солидарность никак не прокомментировал, лишь в глазах мелькнуло что-то похожее на усмешку. Возможно, показалось.

– Термиши, это ведь сектор Корон*? – уточнила я, когда мы, напротив друг друга, устроились в эвакуационной зоне катера. Кроме нас двоих там находились еще четыре человека – охрана генерала.

– Кейшу – тоже, – подтвердил Орлов мое предположение. – Две малые планеты, полуавтоматизированные комплексы по добыче и переработке. Одна из крупнейших операций вольных в современной истории Окраин. Плюс поддержка наемников.

– Не помню, – сокрушенно качнула я головой.

– И не должна, – «успокоил» Орлов. – Тринадцать лет назад, ты еще даже не закончила Академии.

– А какое отношение имели к этому мы? – разглядывая панораму раскинувшегося внизу города, поинтересовалась я.

Управление Службы маршалов находилось в северной части Новатерры, в одном из деловых центров практически на самой границе охранно-парковой зоны. Катер летел как раз над ней. Сиди я с другого борта, смотрела бы на раскинувшийся до самого горизонта лесной массив.

– Официальная просьба правительства сектора. К нам и к императору ХоШорХош, – вопреки ожиданиям ответил Орлов, тоже посмотрев вниз. – Мы отреагировала первыми, четыре эскадры. Работали и штурмовики, и спецгруппы СБ.

– Звучит серьезно, – хмыкнула я.

– Выглядело – не менее, – согласился со мной Орлов. – Особенно, когда к нашим присоединились демоны.

– Стратегический список?

– И – да, и – нет, – уклончиво ответил генерал, – но экономика сектора могла быть серьезно подорвана.

– Хотите сказать, там что-то осталось? – попыталась сыронизировать я, представив себе возможные последствия.

– Приказ был не более двадцати процентов по потерям. И по людям, и по материальному обеспечению, – «порадовал» он меня. – Не с нашей стороны, естественно. И не по вольным.

– И какое отношение все это имеет к текущей ситуации? – спросила я, посчитав, что вопрос: как им удалось уложиться в столь жесткие рамки, лучше оставить для самостоятельного изучения.

В том, что справились, я не сомневалась, но вот какой ценой…

– Ты же не была на малом полигоне у Воронова? – вместо того чтобы удовлетворить мое любопытство, перевел он разговор.

Я с грустью посмотрела на свое светлое пальто. Когда речь шла о полигоне, где обязательно найдется что-нибудь типа небольшой заимки, рассчитывать на защиту от непогоды бесполезно. Не справится.

Банька, домик с верандой, на которой можно за рюмочкой чего-нибудь крепкого поговорить за жизнь, мангал для шашлычков… Называлось все это – джентльменский набор.

– Не переживай, – добродушно усмехнулся генерал, правильно догадавшись о моих опасениях, – там найдется, во что переодеться.

Кто бы сомневался?! Если Орлов брался за что-то, предусматривал все.

– Кто еще не был на малом полигоне у Воронова? – смирилась я с неизбежным. Ночевать мне предстояло отнюдь не в своей постели.

– Пусть это станет сюрпризом, – бросив взгляд на дисплей комма, отозвался он.

– Господин генерал, – словно только этого и ждал, повернулся к нам один из пилотов, – Кошево. Три минуты.

Искажающий купол работал в одну сторону, так что Орлову пришлось кивнуть. Мол, принято.

Задавать наводящих вопросов я больше не стала. Кошево, так Кошево.

База возникла словно ниоткуда. Сначала в глаза бросилась темная гладь озера – в него отводили лишнее тепло от обрабатывающих систем, так что вода не замерзала даже в сильные морозы. Затем мелькнул в стороне один из турельных комплексов, потом раскрывшая пасть антенна дальней связи.

– Так надо, Элизабет, – поднимаясь, невпопад произнес Орлов.

– Надо, так надо, – дернула я плечом, опершись на подставленную руку.

Первыми катер покинули двое бойцов из охраны, затем был генерал, я замыкала шествие. Вторая пара так и осталась внутри.

Спустившись на площадку, повернулась в сторону главного корпуса, в котором расположился Отдел стратегических операций, возглавляемый Ровером. Закрученная в спираль сорокаэтажная пирамида… Конструкция модульная, с высоким индексом по жизнеобеспечению…

Кабинет Геннори находился на двадцать четвертом, в самом защищенном секторе. Блок управления Координационного совета оперативного реагирования, в который входили генерал Орлов адмиралы Ежов и Злобин и куча их заместителей, нашел прибежище на подземных уровнях.

– Кого я вижу!

Я отвлеклась лишь на секунду, но для появления нового действующего лица оказалось достаточно.

– Господин адмирал! – с наигранным энтузиазмом развернулась я к Злобину. – Неужели меня встречаете?

– Ну не его же! – кивнув в сторону Орлова, хохотнул адмирал. – Идем-ка.

Я посмотрела на генерала, тот сделал вид, что моего взгляда даже не заметил.

Ситуация становилась все более интересной… Нет, опасности я не ощущала, скорее, чувствовала себя пешкой в игре, с условиями которой мне предлагалось ознакомиться по ходу дела.

Такое уже было. Не раз. И еще будет. Не раз.

– Не мне спорить с начальством, – покладисто откликнулась я, подходя к Злобину. Тот довольно фривольно приобнял за плечи, потянул за собой в сторону помещения охраны.

Сопротивляться я тоже не стала. Эти парни точно знали, что делали.

– Вот есть в вас, женщинах, что-то такое, – между тем вещал Злобин, чуть наклонившись ко мне, – что заставляет нас, мужиков, держать фасон. Вон, даже генерал принарядился, стоило только попросить захватить тебя по пути.

– По пути откуда? – тут же зацепилась я, усмехаясь.

– Хваткая, да?! – хохотнул в ответ Злобин. Отпустил меня, пропуская в открывшуюся дверь. – В Штабе был, очередной нагоняй получал.

– Для нагоняя он не слишком воодушевленный, – парировала я, так же, как и адмирал, демонстрируя веселье.

– Так то – привычка, – глубокомысленно выдал в ответ Злобин. – Извини, – уже другим тоном продолжил, заметив знак, который ему подал дежурный офицер, – подожди меня пару минут. – Он указал на дверь кабинета, рядом с которым мы остановились. – Я не задержусь.

Я кивнула… створа сдвинулась, пропуская внутрь…

Называлось это – защита от дураков. Случайности… Кто-то проходил мимо. Кто-то кому-то что-то ляпнул…

Помещение было небольшим, судя по всему в нем отдыхала «третья» смена. Те, кто на подхвате. Стол, пара стульев, двухуровневая кровать, диван. На нем как раз и лежала безликая серая форма, которую здесь носил обслуживающий персонал.

– Вы позволите ваше пальто?

Вошедшая через другую дверь женщина неуловимо напоминала меня. Комплекцией, пластикой, темными вьющимися волосами…

Что ж, о причинах подобной подстраховки мне лишь предстояло узнать, но в одном я была уверена: разыгрывать подобное представление ради ерунды Орлов точно бы не стал…

* «Капитан – неизбежность»

* * *

С заимкой я не ошиблась. И с крепким деревянным домом, и с банькой, и с шашлыком. Да и компания была в какой-то мере ожидаемой. О генерале Воронове упомянул Орлов, о возможном присутствии Ханаза догадалась я сама. Цепочка рассуждений была короткой: «его человек» в моем окружении, особые предосторожности и уверенность, что без прикрытия Николай Сергеевич не оставит. Далее следовало имя – Шаиль идеально подходил сразу на обе предполагаемые роли: помощника и телохранителя.

Единственным, кого просчитать не удалось, был подполковник Валерий Низморин, статный красавец, местом службы которого значился Штаб объединенного флота. Занимаемую им должность Орлов не озвучил, но дал понять, что при необходимости тот поможет с вопросами кадровых перестановок фигурантов дела, которое мне предстояло вести.

В том, что наши контакты только этим и ограничатся, я сильно сомневалась, уж больно специфичным был взгляд этого самого Низморина. Знакомая сумасшедшинка, присущая Славе Шторму, мгновенно сменявшаяся бездушной отстраненностью, в которой невозможно было ощутить даже отголосков жизни. Высокоуровневый ментат.

О-два или контрразведка – особого значения не имело, для выводов хватало и того, что было известно. В прошлом подполковника точно наличествовал момент, когда его судьба (не без помощи Орлова) резко изменилась, приведя в Штаб. Та самая, скрытая до времени структура, начавшая проявлять себя в последние полтора года.

– Ты пей, пей, – заметив, как я в очередной раз «ушла в себя», Орлов наполнил до краев мою рюмку, положил на тарелку несколько сочных, ароматных кусков мяса. – Когда еще доведется вот так, по-простому, – добавил он с улыбкой, когда я, не удержавшись, сглотнула. Как бы ни была сыта, но запахи все равно будоражили желания.

Влажный от близости реки лесной воздух, россыпь звезд над головой, треск обласканных огнем поленьев, всполохи, раздвигающие границы темноты, и… услужливо накинутая мне на плечи куртка…

Так похожая на иллюзию реальность…

– А смысл? – скептически фыркнула я, тем не менее, поднимая рюмку вместе со всеми. Пили водку. Ботам было все равно, что нейтрализовать.

– Это не смысл, – наклонился ко мне через стол Воронов, – это – традиции, а традиции утверждают, что ни одно серьезное дело не должно обходиться без хорошей пьянки, его знаменующей.

Закончив говорить, он довольно шумно выдохнул, залпом выпил, занюхал куском черного хлеба, потянулся за соленым огурчиком.

Став генералом, маску Воронов так и не снял, продолжая самозабвенно играть в этакого недалекого службиста, любителя незатейливых развлечений в виде охоты и рыбалки. Ну и женщин. Куда же без них.

Я знала Олега и другим. Внешне невзрачный, медлительный, чуть сутулый – тоже часть образа, он мгновенно преображался, когда дело доходило до схватки, выпуская наружу того, кем действительно был – не знающего пощады матерого волкодава.

– Ну, раз традиция, – выдавила я из себя обреченно и повторила маневр Воронова. Выдохнуть, влить, занюхать, закусить…