Текст книги "Галактика Белая. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Наталья Бульба

сообщить о нарушении

Текущая страница: 305 (всего у книги 322 страниц)

– Госпожа капитан, – Литайя сорвала меня с многоточия, оставив в шаге от откровения, – Совет Храмов обратился с ходатайством к вашему командованию. Мы настаиваем, чтобы за эвакуацию отвечали вы.

– Мы? – переспросила я, отказываясь верить в то, о чем она говорила.

– Возможно, не вы лично… – она чуть замялась.

– Они не доверяют своим, – грубо бросил Кайман. – Я ведь прав? – К нам он так и не повернулся.

– Не так категорично…

– Кто вы?! – перебила я женщину. – Кто позволил судить их всех?! – произнесла резко, кивнув на воинов, разделявших толпу на ровные квадраты.

Ярость сдавила горло, не лишая возможности мыслить, лишь выставляя живующую во мне ненависть к скайлам в самый конец списка.

Про сук, предававших своих же, я не забывала, но помнила и о других. Тех, с кем шла в бой. Кому доверяла поддержку…

– Я – Верховная жрица Храма Огня Самри, – уже другим, уверенным тоном, ответила Литайя, – и это право дала мне кровь предков и заповедь, по которой мы – Хранительницы мира, а они – Хранители жизни.

– Если одна из сторон договора не выполняет своих обязательств… – едва ли не равнодушно произнес за моим плечом Кирьен.

Высшая форма справедливости…

Другой для этой реальности больше не существовало.

* * *

Злобин отвернулся от экрана, сделал шаг, замер, оставшись на «точке» движения, в которую спрессовалась нереализованная стремительность.

Воронов считал показатель один к десяти вполне приемлемым, Борис был с ним не согласен. Да, девять других диверсий удавалось предотвратить, спасая и җизни, и уже проделанную работу по обустройству эвакуационных лагерей, но он знал и другой счет. На этот раз обошлось без жертв – наставник по чистой случайности вывел группу адептов из учебного класса на тренировочную площадку буквально за несколько минут до взрыва, но чаще было иначе. Список тех, кого не уберегли, рос. Не так стремительно, как это могло быть, но…

– Господин адмирал, мы поддержим любые ваши действия.

Злобин кивнул – услышал, но даже не оглянулся. Как жестко, совсем не по-мальчишески, смотрит на него Натан – лидер местного самоуправления, он «видел» и так. Семнадцать лет… Один из тех, кто вел транспорты из Изумрудной.

Один из тех… Капитаны и их помощники прошли скрининг на скрытую личность среди первых. Сорок шесть из них оказались сухлебами…

Страшные цифры. Последствия могли быть еще страшнее.

– Кэр?

– Не уверена, – отозвалась самаринянка, отвечая на вопрос Злобина. – Да, страх велик, но ещё не достиг критической отметки, за которой они безоговорочно поддержат самые жесткие решения.

– Это не так, госпожа Иарель! – с надрывом, хлестко, возразил Натан. – Девочки боятся спать. Парни готовы взяться за оружие…

– Вот это – точно, – в голосе Кэр зазвенела ирония. – Им только дай волю…

– Вы нам не верите… – на этот раз угрюмо выдохнул Натан.

– А вы себе верите? – легко парировала Кэр, взяв тяжесть общения на себя.

Нет, Злобин не собирался избегать этой темы, но у помощницы Ликрая вправлять мозги получалось значительно лучше.

– Вы могли провести массовую проверку! – резко бросил Натан, догадавшись, что именно она имела в виду. Этот взрыв тоже был делом рук тарсов. Как и все до этого.

Свои своих…

Младшему из тех, кого удалось взять, лишь недавно исполнилось восемь. Он – настоящий, даже не осознавал того, что делал.

– Мы не могли провести массовую проверку, – спокойно произнес Злобин. Развернулся… четко, по-военному. – И – не можем. У нас просто не хватает специалистов.

– Что?! – мгновенно растеряв свой пыл, воскликнул Натан. – Но вы же…

– Значит, у нас получилось убедить вас в том, что это не так, – с другого конца стола откликнулась Кэр. Поднялась. – Надеюсь, вы понимаете, что эта информация предназначалась только для вас.

Взгляд Натана изменился мало – все то же… непонимание, но он все-таки кивнул, соглашаясь.

По большому счету Злобину должно было быть его жаль…

Большой счет закончился еще до того, как началась война.

– Вы можете сообщить о наших проблемах старшему кругу, но если…

– Я понимаю, господин адмирал, – догадавшись, что значила пауза, уже твердо произнес Натан. – Нам придется удерживать порядок, пока вы не найдете способ…

– … ее решить, – закончил за него Злобин. – А пока вы должны убедить все группы самообороны, что мы делаем все возможное и даже больше. И что очень скоро…

Это «скоро» тянулось уже не первый месяц…

Они действительно делали все возможное и даже больше.

– И еще… – Злобин вернулся к столу, поднял лежавший на нем планшет. Разыскивая нужную, «перебросил» несколько записей. – Решением Коалиционного Штаба структура самообороны эвакуационного лагеря «Рефреш» преобразовывается в батальоны национальной гвардии. Штатное расписание будет утверждено в ближайшее время, как и план подготовки, по окончании которой все, достигшие пятнадцати лет, получат воинские звания.

Натан отшатнулся еще до того, как Злобин закончил говорить. Отступил, замер… растерянный, обескураҗенный… Так и стоял, пока Борис не подошел, прихватив за плечи, притянул к себе:

– Не знаю, этого ли ты хотел, сынок, но…

– Господин адмирал… – вот теперь точно… по-мальчишески, всхипнул он, – да мы же… Мы и не думали…

– Мы – думали! – лишь крепче прижал его Злобин. – Это – наша общая война. И этот мир не только наш. Ваш он! Временно или постоянно, другое дело, но пока вы здесь…

– Спасибо, господин адмирал! – рывком отстранился Натан. Грубо, рукавом, вытер глаза. – Для нас это… – Слов не хватило, а вот чувств оказалось слишком много, чтобы сдержать их. Дернулся кадык, жесткими стали скулы, скрипнули сжатые зубы…

– Эту информацию скрывать не обязательно, – легко, срывая напряжение, улыбнулась Кэр. Подошла ближе: – Это – честь, но и ответственность. Форма. Нашивки. Воинские ритуалы… Не просто символы – кровь предков, свято исполненный ими долг, след, который оставили они… поименнованные и безымянные. Будущее, которое вам придется отстоять у смерти. То невозможное, которое станет вашим настоящим.

– Считате, что не справимся?! – дерзко вскинулся Натан и… тут же обмяк, заметив, как губы Кэр сложились в добродушной усмешке. – Кто будет командовать батальоном?

– Батальонами, – поправил его Злобин. – Предполагается, что кто-то из офицеров, на чьи плечи ляжет ваша подготовка. Продолжительность ускоренного курса от шести до двенадцати месяцев.

– Серьезно… – сглотнув, кивнул Натан.

– Многие организационные вопросы ещё не решены, – подхватила Кэр, непринужденно отыгрывая в паре. – Открытым остается вопрос с одаренными и их обучением. Да и те, кто младше пятнадцати…

– Генерал Воронов предложил основать кадетский корпус, – Злобин вновь отошел, «чувствуя», как «вибрирует» Натан, стараясь не согнуться под тяжестью их с самаринянкой авторитетов. – Предварительное одобрение получено, но…

Говорить можно было много… о планах, трудностях, их преодолении, но… Мальчишка чуть не сломался, «сорвавшись» на последнем взрыве. Того, что уже сказали, вполне хватало и собрать заново, и укрепить так, чтобы уже не треснуло.

Прошлое. Настоящее. Будущее…

– Ты можешь идти, – майор Дедонян, возглавляший местную группу СБ, четко поймал момент, свернув тему. – Поздно, сестра будет беспокоиться. – Дождался, когда тот, на ходу застегивая куртку, выйдет из кабинета, и лишь после этого продолжил: – Хороший парнишка, упертый. Побольше бы таких.

– Побольше бы, – согласился с ним Злобин, бросив быстрый взгляд на Кэр.

Осмотр места происшествия, разговор со свидетелями, наставниками, совещание со сборной командой, в которой пополам от безопасников Союза и җрецов самаринян… Кэр постоянно была рядом. Как и вчера, и позавчера, и уже много-много бесконечных дней.

Легкая напряженность притирки прошла довольно быстро. Благодаря ей, не ему. Она просто избегала острых углов, легко сглаживая их то шуткой, то – молчанием.

Как стала незаменимой, он ңе заметил. Просто однажды, когда не попалась под руку в нужный момент, вдруг осознал, как много она успевает. Для себя, для него, для них с Хелией.

А потом она вдруг стала своей. Как Ликрай, Волгин, Лютый…

Кэр Иарель. Жрец высшего посвящения Храма Предназначения…

– Значит, кадетский корпус и ускоренные офицерские курсы, – подошел он к столу. Наклонился, упершись ладонями в его край. – Это – на первом этапе. Затем – учителя, медики, технические специалисты по наиболее востребованным направлениям. Одновременно с этим будут продолжены работы по расширению эвакуационного лагеря и подготовке к размещению на поверхности планеты и орбитах производственных комплексов, которые выводятся из секторов скайлов и стархов.

– И все это нашими силами… – без малейшего намека на сарказм, произнес Дедонян.

– И все это нашими силами, – выпрямившись, подтвердил Злобин. – И… знаете что… – он посмотрел на Кэр, уже не в первый раз отметив и темные круги под глазами, и ставшие слишком резкими черты лица. – Давайте-ка на сегодня все! Отдыхать!

– Отдохни, – Кэр забрала уже пустую термоемкость, отставила в мойку.

– Сначала посмотрю сводку, – Злобин устало поднялся из-за стола. – Спасибо тебе, – подойдя ближе, коснулся плеча женщины.

– За что? – обернувшись, удивленно вскинулась она. Потом улыбнулась: – Мне нравится, как ты ешь. Основательно, по – мужски.

Вернуться к себе они собирались еще по светлу, но пришлось задержаться, разбираясь с местными проблемами. Сборная группа СБ, работавшая на шестерке, выкладывалась по полной, но иногда не хватало вот такого, по – душам, разговора, чтобы стало хоть немного, но по – другому. Нет, не легче, но… чуть правильнее, чуть человечнее, когда внешне все так же, но внутри становилось тверже, надежнее.

Подобный срыв планов случался не впервые, так что оба были к этому готовы. Злобин – передав дочь папе-два, которым стал его заместитель, подполковник Николай Волгин. Кэр – прихватив вместо сухого пайка приготовленный собственными руками ужин.

– Мне нравится смотреть, как тебе нравится смотреть, как я ем, – с теми же интонациями отозвался Злобин. – Тебе самой не мешало бы отдохнуть, – заметил, глядя на нее едва ли не вровень.

Помощь Кэр была неоценима – под термином «сумеречные матрицы», специалистом по которым она была, значились не только сухлебы, но и все, чье сознанание было в той или мере искорежено неправильно развивающимся даром, так что работы с тарсами хватало по всем направлениям. Кэр умудрялась отрабатывать, делая все и сразу. Поиск, принудительная активация, коррекция, дополнительная подготовка тех, кто мог стать полноценным помощниқом.

А еще она была женщиной. Твердой и категоричной, мягкой и заботливой…

– Успею, – легко улыбнулась самаринянка. Собралась отвернуться, но в последний момент «сорвала» движение, вновь посмотрев на него. Глаза потемнели, дыхание на мгновение сбилось, оставив похожую на пропасть паузу… – Извини, адмирал, но если я…

Она была немного, но ниже, так что пришлось приподняться на цыпочки. Губы коснулись губ… не настороженно, точно зная, что не отступят, пока не получат своего.

– Кэр… – Злобин все-таки попытался отстраниться, но сдался.

Сдался перед неукротимостью рук, обвивших шею, перед теплом дыхания, перед вкусом кожи, в котором была пьянящая пряность трав, которыми она щедро приправила мясное жаркое.

– Не отпущу… – почувствовав его слабину, задохнулась она. Рванула фиксатор… его… свой, освобождаясь из жесткого захвата воротника. – Не отдам…

А он и не собирался отказываться. Не мог чувствовать?! Не мог, но не тогда, когда тело горело, требуя вновь познать простую истину, в которой были лишь он и она. Когда все замерло, стремясь сорваться за грань. Когда весь мир сжался до трепыханья чужого сердца, до дрожи, когда от нетерпения сводит мышцы, до сладких судорог… острых, бесстыдных…

Кухня была небольшой, углами повторяя ту, в которой они обычно собирались, так что проблем с перемещением не возникло. Сброшенный по дороге китель… ее упал на сдвинутый в сторону табурет, его лег на пустой уже стол.

Им бы добраться до одной из двух комнат…

Им было не добраться ни до одной из двух комнат.

– Хочу тебя! – раззадоренной кошкой зашипела она, скорее мешая, чем помогая стянуть с себя брюки и шортики, которые самариняне носили в качестве белья. – Хочу! Сейчас!

Она извивалась, тянулась к нему, ластилась, обжигала губами, чтобы тут же впиться скрюченными пальцами в его плечи. Задыхалась, замирала, впитывая взглядом, когда содрал с себя рубашку, оставшись в одной майке. Не выдержав, вцепилась в пояс его штанов, но… случайно скользнув ладонью вниз, вновь застыла, почувствовав, как через ткань дернулся навстречу ей его член.

– Богиня милосердная! – выдохнула, подняв на него взгляд. – Адмирал, если бы я знала…

Испуга в ее глазах не было, только восторг, перемешанный с возбуждением.

Он рывком уложил ее на стол, подтянул к себе, успев в этом движении избавить от всё ещё остававшейся на ней туники. С плотным корсетом столь же просто не вышло, но глаз был наметан, легко отыскав потайную застежку.

Освобожденные из плена груди дернулись, когда она выгнулась, набухшие страстью соски прочертили курс по шероховатым ладоням, пусть и не лишив остатков самообладания, но вдолбив в осознание, что это была… его женщина!

Та, для которой жил эти годы! Та, для которой выбирался из передряг! Та, для которой…

Она поймала его взглядом на этом понимании. Кивнула… осмысленно, четко зная, о чем только что думал, разделяя с ним это открытие…

Он и она…

– Не тяни, адмирал…

Как приказ. Не отступить…

Ее рука крепко перехватила запястье, сдвинула ладонь ниже, к плоскому животу, к треугольнику курчавых волос, к готовому принять его лону, к…

Он вошел в нее стремительно, успев поймать губами ее то ли стон, то ли… крик, и… замер… Нет, не ошеломленный, хотя было и похоже, в один миг признавший своим то, что она ему отдала.

Прошлое. Настоящее. Будущее…

– Ты – мой, адмирал, – шевельнув бедрами, прямо в губы выдохнула она. – Мой! – повторила, когда двинулся ей навтречу.

И повторяла, повторяла, повторяла в такт… пока не закричала, сорвавшись вместе с ним в их первый, но… не последний оргазм.

Прошлое. Настоящее. Будущее…

Шла война. Домоны захватывали сектора, уходили вглубь Галактики эвакуационные транспорты, взрывы терзали собранные наспех базы. Всюду были страх, боль, отчаяние…

Эта война не могла изменить главного: жизнь продолжалась…

Не потому что…

Вопреки!

Глава 5

Его способности эмпата-интуитивщика чаще мешали Александру, чем помогали. Нет, не выживать – наслаждаться жизнью.

Этот раз был другим – из будущего тянуло авантюрой. Да – опасной, но… именно авантюрой. Тогда, когда вроде и приказ, но это именно то, ради чего ты родился.

Какое отношение к этому имел домон по имени Рок Торрек, Кабарга не знал. Но то, что имел – точно. Хотя бы созвучием имени, толкавшего во все тяжкие.

Встретились они не на борту свиснутого у домонов СиЭс – на особом малом крейсере, приданном их сборной группе.

Мера предосторожности? Да. Несмотря на то, что Шторм подляны от такого же залетного, как и утяжеленный арх, домона не ожидал, Кабарга предпочел перестраховаться. Горевски его поддержал. Мало ли…

В жизни бывало все и даже больше.

Шлюзование завершилось уже пару минут как, а они все стояли в тамбуре нижней палубы, разглядывая друг друга. Домоны. Тарсы. Демоны. Люди…

Только и оставалось, что повторить: в жизни бывало все и даже больше.

– Старший лейтенант Кабарга, – первым протянул он руку, по полной оценив расслабленно-вальяжную подтянутость Торрека.

Боец. Из тех, кому не стыдно и проиграть. И – ментат. Сильнейший ментат, связываться с которым очень не хотелось.

– Капитан-лейтенант Рок Торрек, – отозвался этот самый… с которым не хотелось связываться. Хмыкнул, словно знал, о чем только что подумал Сашка. И даже кивнул головой, подтверждая, но тему развивать не стал, давая понять, что на этом можно ставить точку.

– Майор Горевски, – повторил маневр Валесантери.

– Олиш, – коротко представился демон, предпочтя все свои регалии оставить за рамками общения.

Остальные промолчали, намекая, что их здесь вроде как и нет.

– Кьяр, Сандерс, Лой, Харли, Кирстен, – представил Торрек своих спутников.

«Три домона и два тарса», – тут же оценил расклад Александр.

Выглядело весьма серьезно. Насколько он разбирался в званиях приблудных из Изумрудной, все были из высшего эшелона, куда без особых заслуг перед аллерой не попадешь.

– Предлагаю пройти в кают-компанию, – Горевски взял продолжение на себя. – Если нет других вариантов.

Возражений не последовало. Замечаний – тоже.

Малый крейсер потому и малый, что разгуляться негде, но на месте отдыха экипажа не экономили. Полноценным отсек, чтобы тем двенадцати, составлявшим минимальный экипаж, было, где развернуться.

Их как раз столько и получилось. Шестеро на шестеро… Вышло случайно, но Александр, продолжавший где-то глубоко в душе верить в подобные намеки судьбы, посчитал, что этот можно приписать к удаче.

Равновесие…

– Шаре или что покрепче? – Кабарга дождался, когда гости рассядутся, заняв наиболее выгодные позиции с точки зрения боя в ограниченном пространстве.

Еще один штрих к тем, что уже были. Серьезные парни… Внешне – все разные, но вот эта… готовность, делала их похожими.

– А пожрать ничего нет? – поморщился Торрек, посмотрев на бутылку, которую Александр держал в руке. – Не помню, когда нормально ел. Все сухпай, да тонизаторы.

– Тебе предлагали… – как-то… равнодушно произнес один из пятерки. Сандерс. Домон с нашивками ашкера ардона.

Такую птичку рука тянулась пристрелить сразу, но…

– Нет, но будет, – усмехнулся Олиш. Обернулся к Красотке: – Сделаешь?

– Для таких мужчин все, что угодно, – поднимаясь с единственного в кают-компании кресла, весьма сексуально протянула она и, покачивая бедрами, направилась к выходу.

– Минут за пятнадцать-двадцать не сдохнешь? – Олиш «качнул» ситуацию ещё сильнее.

Торрек передачи не принял, просто кивнул, тут же откинувшись на спинку стула. На миг закрыл глаза…

«Устал зверски…» – мелькнувшая в голове Александра мысль была колючей. Все они устали, но…

У этого многоточия продолжения тоже не оказалось. Вроде и враги, но ненавидеть не получалось. Не тогда, когда факты уже перекрасили гостей в свои цвета.

– Как Джастин? – нейтрально поинтересовался Горевски, подобравшись к столу, рядом с которым стоял Кабарга.

Отобрал бутылку, разлил по кружкам. Взял две, одну, подойдя, протянул наблюдавшему за ним Торреку.

– Хотел вернуть его, но он отказался, – приняв емкость, ответил домон. – Сказал, что мне нужнее.

– Ваш лидер-капитан…

– Не надо… – взгляд Торрека стал жестким.

– Принято! – отсалютовал Горевски, приподняв кружку. Дождался, когда Кабарга раздаст остальные, и лишь затем влил себя. С маху, одним голотком… – Значит, об этом не надо. А о чем тогда? – продолжил он, дав знак Александру присмотреться к Сандерсу.

С этим опоздал. В том, что даже Торрек сейчас не главный, Кабарга разобрался и сам.

Лой и Харли. Тарсы. Не те, которых Александру довелось видеть. Измученных, не знающих, что ждет в будушем. Другие… Уверенные до такой степени, что хотелось добавить приставку «само».

Хотелось, но он не торопился, беря во внимание на этот раз опыт, а не интуицию. Да, уверенные, но…

С этим «но» нужно было что-то делать, но пока не получалось. Мозаика не складывалась, оставляя белые пятна, за которыми скрывалось самое главное.

Кьяр, Сандерс и Кирстен – домоны. Первый – капитан дорга. Последний – дарон, командир группы. Сандрес… С Сандерсом все было совершенно непонятно. Максимальная степень доверия в ооре…

Присутствие его на борту особого крейсера тоже не вписывалось в рисуемую реальностью картину.

– Лой и Кьяр должны как можно скорее оказаться у генерала, – Торрек поднялся рывком. Обойдя Горевсқи, подошел к Кабарге. – Информация, которой они владеют, бесценна.

– Так не проще ли… – Александр «расцвел» добродушной улыбкой, и только взгляд прищуренных глаз был острым, режущим.

– Не проще, – не принял его тона Торрек. – У обоих кодировки. Я мог бы снять, но это – время и риск.

– Уровень? – тут же «напружинился» Кабарга.

– Запредельный, – подтвердил его догадку Торрек. – И постарайтесь без ненужных вопросов. Риман разберется, что к чему, а до этого…

– Принято! – кивнул Александр. Сдвинулся в сторону…

Лой и Кьяр…

Один – крепқий, дородный мужик, чем-то напомнивший ему Ежова. И хотя тот – лысый, а этот – с густой шевелюрой, чем дольше смотрел, тем больше находил общего. Не во внешности, во внутренней основательности, незыблемости.

Второй – совсем мальчишка. Не будь домоном, дал бы лет восемнадцать, а так… А так – точно далеко за тридцать. В глазах ещё много шального, но движения уже выдавали, рассказывая, через что пришлось пройти.

– Сандерс должен попасть к капитану… – сбил его Торрек.

– К кому? – Горевски приблизился, встал за спиной домона.

Ролик и Нолик тут же передвинулись, перехватив контроль за отсеком…

Вот тебе и… окрашенные в цвета своих…

– К лидер-капитану Наталье Орловой, – ровно и… совершенно безэмоционально повторил Торрек. – И хватит уже…

– Хватит, – согласился Кабарга, возвращаясь к столу. Долил себе шаре… – Кому еще? Или – покрепче?

– Коньяк, – Сандерс поднялся медленно, давая себя оценить.

Мог не стараться. Зверюга ещё та… Если кто и мог встать в спарринг, так Олиш. Ну и Красотка… И не в подготовке дело, в скорости. На спецботах отработать в паре были способны и люди, но…

Это «но» позволило закончить оборванную фразу: но без гарантий и недолго.

– Хоть кто-то! – довольно воскликнул Олиш. Прихватив стоявшую с другого конца стола бутылку, подошел к Сандерсу. – В шаре?

– А ты никогда не пробовал? – вроде как не поверил тот. Когда демон качнул головой, подставил кружку: – Лей до қраев.

– Как скажешь! – добродушно хмыкңув, Олиш выполнил просьбу домона. Посмотрев, как жидкость забурлила, пытаясь пеной выплеснуться через край, повторил то же самое и со своей кружкой. – Не сдохнем?

– Мы – точно нет, – заржал тот и… сделал глоток. Губы на миг покрылись белесым налетом, который тут же исчез, оставив влажный блеск. – А вот тебе не стоит, – остановил он Кабаргу, когда Александр решил последовать примеру. – У тебя дар. Рванет так, что потом можешь и не вернуться.

– А у тебя?! – едва ли не обиженно насупился Александр.

Провокация. Ничего более…

– И у меня – дар, но когда пил впервые, потом дней десять от всех шарахался, ловя и свое, и чужое.

– Тогда – нахрен! – согласился Кабарга. Сделал глоток шаре, наблюдая, как Олиш настороженно «тянет» носом клубящийся над кружкой пар. – Так зачем тебе к Таши?

– Это не мне, это ему нужно, – Сандерс кивнул на Торрека.

– Еще иңтереснее, – нахмурился Кабарга.

Четкости в приказе, который они получили, не было. Лишь обтекаемое: все, что сможете…

«Все, что сможете…» в этом варианте приняло причудливую форму. Место встречи, переданное через каналы связи группы «Ворош». И вот эта компания, оказавшаяся на борту исчезнувшего во время операции у Гимли четыре-два-нуль.

Пути Судьбы неисповедимы… Со жрецами одноименного Храма Самаринии Александр все чаще был готов согласиться.

– Ничего интересного, одни проблемы, – несмотря на некоторое воодушевление, в голосе Торрека было… нет, не сомнение – сожаление, что все получилось именно так. – Я признал лидер-капитана аллерой. Сандерс, один из высших офицеров Дерхаи. Его появление рядом с Натальей Орловой заставит задуматься и других.

– И сделает ситуацию еще сложнее, – резко бросил Сандерс. Показалось, что продолжая начатый уже давно спор. – За нее и так назначена награда, а теперь…

– Награда?! – передвинулся и Горевски.

– У вас говорят: кость в горле… – Сандерс сам потянулся за бутылкой. Одной… Второй… Гремучая смесь вновь поползла из кружки… – Все и так было…

– Это он о чем? – свел брови к переносице Горевски.

– Кто тут самый голодный, – сместив акцент, в кают-компанию вернулась Красотка. Была не одна, с вахтенным, который, как и она, тащил заставленный термоемкостями поднос.

Крышки большинства были открыты, аромат еды… настоящей еды смешался с запахом спиртного, будоража и без того «заведенные» шаре и коньяком желудки.

Сообразив, что пока не поедят, разговор продолжать не стоит, Горевски отошел, освобождая место у стола. Кабарга чуть задержался – организм, «забитый» мотаньем по Окраинам, вдруг очнулся, требуя усиленного питания, но когда Красотка сунула ему первому посудину в руки, тоже предпочел освободить место.

Пока ели – не молчали, но к главной теме встречи не возвращались. Обменивались репликами, приглядывались друг к другу, хвалили приготовленную хоть и на скорую руку, но такую домашнюю… уже едва ли не забытую пищу.

Гости, распробовав, тянулись за добавками…

Никто не забывал, кто они и откуда, но…

– Похоже, возвращаться ты не собираешься? – разбил Кабарга идиллию, как только большинство сыто расслабилось.

– У меня еще есть дела, – пересеклись взглядами лишь на мгновение, но Александру хватило, чтобы поймать смешанный с горечью кураж.

– Дела? – переспросил он, вставая. Подошел, навис над сидящим домоном. – Слушай, парень…

– Не трогай его… – Сандерс положил руку ему на плечо. – Там все серьезно.

– Не сомневаюсь, – передернувшись, избавился Кабарга от чужой ладони. Заметив, как слегка напрягся Горевски, дал знак не вмешиваться. – Я слушаю…

– Пацан ты… – резко поднявшийся Торрек заставил сдвинуться, освобождая место для маневра. – Без дочери я не вернусь…

– Твою…! – выдохнул за спиной Олиш.

– Неожиданно! – усмехнулась Красотка, сидевшая на подлокотнике кресла. – Отцовский инстинкт? – прозвучало без малейшего намека на шутку.

– Не понял… – протянул Горевски, наплевав на предупреждение. Подошел, встал рядом с Кабаргой. – Это она о чем? – спросил у Торрека.

– Об отцовском инстинкте, – вместо него ответил молчавший до этого момента Лой. – Проклятие домонов. Женщины равнодушны к собственным детям, пока те не способны начать обучение. Малышей до трех-четырех лет воспитывают отцы.

– Твою…! – повторил реплику Олиша Горевски. Потом посмотрел на демона, проведя параллель… Кэтрин еще не родила, а тот уже любил ее ребенка.

– С кем она сейчас? – Кабарга больше не ерничал.

– С родичем нового любовника Дерхаи, – бросил Сандерс, отходя к столу.

Бутылка с шаре была уже пустой, но Красотка, наклонившись, достала из угла еще одну. Перекинула домону…

– А твоя? – развернулся Александр, упершись взглядом в спину ашкера ардона. Монументальную такую спину, на который крупными буквами была выписана «выдержанная» временем ярость.

Складывать два и два он умел, так что причина, по которой Сандерс пошел за Торреком, выглядела едва ли не очевидно.

Предательство. Предательство аллерой своего капитана.

– Умерла полгода назад. Ей было всего несколько дней… – глухо отозвался Сандерс. Плеснул в кружку шаре. Потянулся за второй бутылкой, но Красотка успела раньше, добавив туда же коньяк.

– Я пойду с тобой, – Кабарга не обернулся, но к кому обращается, было понятно.

– Нет! – качнул головой Горевски.

– Я пойду…

– Старший лейтенант…

– Господин майор! – интонации Александра изменились, тут же расставив все по своим местам. Полномочия… В данном случае от званий они не зависели.

– Я доложу генералу, – посчитав, что последнее слово еще не сказано, поднялся Олиш.

Пауза была короткой, но насыщенной. Не противостояние… что-то похожее на притирку, когда острые углы сдирались до костей.

– Принято, – согласнов кивнул Кабарга. Отступил… – Но ведь это еще не все?

– Не все, – подал голос Харли, второй из тарсов. – За всей этой заварушкой стоит кто-то из ваших.

– Из наших? – дернулся Кабарга, словно его со всей дури саданули кулаком в грудь. Развернулся…

– Харли – мой кровник. Один из старших аналитиков ооры, – Торрек, принял протянутую Сандерсом кружку, сел. – Мне и раньше казалось, что все не так просто…

– Не тяни! – жестко оборвал его Кабарга.

– Скайлы. Самариняне, – влив в себя гремучую смесь и откашлявшись – сочетание шаре и коньяка не просто выбивало дыхание, сжигало внутренности огнем, прохрипел он. – И, скорее всего, это – женщина.

– Что?! – послав самообладание к демонам, прорычал Горевски.

– Скорее всего, это – женщина, – равнодушно повторил Торрек. – Аллеры не стали бы связываться с мужчиной. Или, связавшись, отыграли в свою пользу. Здесь же все на равных.

– Твою… – качнул головой Александр.

Сейчас бы добавить ещё что… ядреное, но со словами вдруг стало туго. Сдохли слова, сдавшись перед пониманием…

Эта война оказалась ещё паскуднее, чем выглядела на первый взгляд…

* * *

Командование брать на себя контроль над эвакуацией в секторе скайлов отказалось. Более того, было выпущено специальное заявление, в котором Коалиционный Штаб, признав допущенные в процессе подготовки ошибки, тем не менее, высоко оценил проделанную в секторах работу.

Спасти наследие рас…

Эта мысль звучала подтекстом в каждой фразе размещенного на всех информационных площадках меморандума.

– Подключили вспомогательный модуль…

– Принято, активирую тестовый режим…

– Думаешь, они нас за это полюбят? – зло хохотнул Костас.

Не будь таким вымотанным, вряд ли позволил подобный тон, но…

– Мне все равно, полюбят они нас или нет, – ровно ответила я, продолжая смотреть в «глаза» БиСи, как назвал себя Альдор сектора, в который входили Самри и Херош.

Визуальный образ оказался близок к человеческому, но, при всей схожести основных признаков, назвать человеком «это» было практически невозможно. Все слишком остро и напряженно. Ни одной плавной линии. Ни малейшего намека на равновесие.

При этом БиСи был по – своему привлекателен. Хотя бы той устремленностью, которую не могла скрыть «идущая» от него мощь.

– Тестовый режим запущен…

Находились мы в «захваченном» нами же координационном узле, размещенном у самой границы эвакуационного сектора. Четыреста метров – зона контроля, теперь отделенная от зоны космопорта внутрисекторальных линий защитной сетью.

Дальше – технический корпус, на крыше которого устроили смотровую площадку. Затем – площадь, с выставленными на ней мобильными модулями, и одноэтажное здание, в помещении которого проходило формирование групп в соответствии с предварительными списками.

Три посадочных стола располагались на удалении одиннадцати, двадцати шести и тридцати трех километров. Вокруг каждой – временные лагеря, вмещавшие до двух полных «загрузок» транспорта, от двадцати четырех, до тридцати тысяч человек. Плюс – оцепление, сотрудники служб порядка и около сотни адепток Храма Огня, помогавших женщинам и детям принять существующую реальность.

Доставка в зону посадки шла антигравитационными платформами. Время ожидания – от шести до двенадцати часов.

Стоявшая перед нами задача – снизить его до самого минимума. Имеющиеся средства коммуникации и обработки выполнить ее не позволяли. А вот сети Альдора…