Текст книги "Галактика Белая. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Наталья Бульба

сообщить о нарушении

Текущая страница: 202 (всего у книги 322 страниц)

– Неожиданное зрелище, – равнодушно произнес тот, глядя куда-то мимо нас со жрецом. Вот только я почему-то была уверена, что он видит все… его испуг, покрасневшую кожу на моем животе, кровавые полосы от бича на бедрах, груди, руках, которые не скрывали обрывки одежды. – Насколько я помню, этот вид наказаний был отменен одним из первых указов, который я подписал.

– Господин эклис… – уже придя в себя от неожиданного появления свидетеля, выпрямился жрец, – она…

– Займитесь им, – безразлично приказал эклис кому-то невидимому и, пройдя мимо жреца, словно того и не существовало, опустился передо мной на колени. – Сейчас ты уснешь, а когда проснешься, ничего этого уже не будет. – Он нежно провел ладонью по лицу, стирая слезы. – Ты согласна?

Боль и страх отступили, сдавшись перед его лаской. Тяжесть в груди растаяла, став странной негой, в которую хотелось рухнуть и… падать, падать, падать, чувствуя, как бьется его сердце.

Четко и уверенно…

– Согласна, – прошептала я, отдаваясь во власть его уверенности. – Согласна…

Похоже, уснуть я еще не успела, потому что услышала разговор, показавшийся мне странным:

– Передай акрекаторам имя: Каими Биру. Инцула Аркит. Храм Судьбы.

– Думаешь, там…

Эклис перебил, не дав договорить:

– Я не думаю, я – знаю. Это – преступление…

* * *

Утро принесло с собой двойственное ощущение. Или тройственное, это если быть совсем уж точной.

Первой была радость. Поляризацию на стекле я с вечера не сменила, так что местное солнце, которое самариняне называли Лаймэ, бесстыдно шалило в моей спальне, норовя пробраться под закрытые веки. Для маленького, но счастья, вполне достаточно.

Вторым оказалась легкая болезненность в теле, словно нагрузка, которую я позволила себе накануне, была для него непривычной.

Ну а третьим – удовлетворение, как если бы мне удалось то, что я изначально сочла не по силам.

Сладко потянувшись, откинула покрывало и села на кровати, тут же замерев… наткнувшись взглядом на спавшего в кресле Ильдара.

Глубокий вздох дал понять, что и он уже… проснулся, но отреагировать хоть как-то я не успела – Ильдар открыл глаза.

– У тебя есть час, чтобы собраться и позавтракать, – поднявшись, совершенно спокойно произнес он.

Поднял плащ, брошенный на стоявший рядом стул, встряхнул, накинул на плечи. Добавил, сдержав усмешку:

– Только час.

– И что будет через час? – натягивая одеяло повыше, поинтересовалась я.

Вот ведь… статус кайри подразумевал не только поклонение жреца перед той, которую он назвал живым воплощением своей Богини, но я все равно продолжала смущаться, когда Ильдар смотрел на меня вот так. И ведь никакого подтекста – взгляд не равнодушный, но скорее с нежностью, чем со страстью, а все равно норовила прикрыться.

– Через час Орин объявит учебную тревогу и тебе придется отбыть на борт, – ответил он, не скрывая задорного блеска в глазах. – Ждан и Кир отправляются с тобой.

– Я в чем-то провинилась? – насупившись, я решительно откинула покрывало и встала, очень постаравшись, чтобы процесс надевания халата не был похож на стремительное бегство.

– Ты в чем-то провинилась? – вернул он мне вопрос, склонив голову к плечу.

– Я? – плотно запахнув полы, уточнила я и… вспомнила.

Всех тренировок самообладания не хватило, чтобы я не вскинула на него растерянный взгляд. Прогулка в Медьярар, чужой кошмар, который я «взяла» на себя, испытанный ужас, когда погрузилась во тьму пережитой неизвестной мне женщиной боли… Ильдар, разделивший ее со мной…

– Ильдар… – протянула я, наблюдая, как на его лице появляется самодовольная улыбка. – Я…

Он обошелся без демонстрации своей порывистой, стремительной походки. Подошел медленно, остановился напротив, но так, чтобы мне не пришлось задирать голову, глядя ему в глаза:

– Знаешь, чем кайри отличается просто от возлюбленной жреца?

Да… этот тип умел задавать неоднозначные вопросы…

– И чем? – уже несколько спокойнее уточнила я.

Похоже, ничего, с чем он не мог бы справиться, не произошло. Впрочем, про «не мог бы справиться», это я зря. У меня не было ни малейших сомнений в его способности вывернуться из любой ситуации.

– Тем, что даже необдуманные и безрассудные действия кайри ведут ее жреца к величию, – хмыкнул он доброжелательно, и, прикоснувшись губами к щеке, направился к выходу. Обернулся уже от двери: – Пятьдесят минут… – Задумчиво прикусил губу, добавил… опять с улыбкой: – И заметь, это именно я уговорил Орина перенести тревогу на два часа позже.

Я прямо так и поверила…

Уложилась в сорок пять, так что когда на комм пришло сообщение о тревоге, была готова отправиться в путь.

«Долнезе-два» – малый крейсер из эскадры сопровождения, лежал на стапеле посадочной площадки главного Храма Самаринии. Располагалась та в долине, окруженной четырьмя горными вершинами. Две из них были иллюзиями. Какие из… точно знал только Ильдар. Кроме него шестиуровневых жрецов Выбора в этом мире больше не было.

– На взлете и стыковке Лен, твоя – первая вахта, – «обрадовал» меня дежурный офицер – Макс Друри, один из системотехников, когда я поднялась на борт. Ждан и Ким сразу направились к штурмовикам, присутствие хошши на корабле было чисто номинальным. Каждый, кто служил Ильдару, за меня мог и глотку перегрызть… – Мария, – окликнул меня Макс, я еще и отойти-то толком не успела, – а это правда?

– Что – это? – обернулась я, заметив, как еще несколько парней из других служб прислушиваются к нашему разговору.

– Ну… что ты… – слегка замялся он. А во взгляде… даже не обожание – священный трепет.

– Макс, – тяжело вздохнула я, – ты можешь говорить конкретнее?

На этот раз уточнять, что именно он хотел узнать, не пришлось:

– Говорят, ты ходила в Медьярар и взяла на себя чужой сон? – Про священный трепет я серьезно преуменьшила… Даже на Ильдара не всегда смотрели с таким восхищением.

Ответить я не успела. Возможно, к лучшему. Про необдуманные и безрассудные действия эклис сказал, похоже, не зря.

– Это действительно так, младший офицер, – произнес мой непосредственный командир – старший офицер-навигатор Шон Беркат. – Но разве это имеет какое-либо отношение к объявленной тревоге?

– Прошу простить, – склонил голову техник и отступил в сторону.

Вот только раскаяния в его глазах я не заметила.

– Я натворила что-то серьезное? – без особого воодушевления поинтересовалась я, когда мы обменялись с Беркатом приветствиями.

Стиль общения во флоте самаринян был достаточно свободным. Но только внутри одной команды, которая фактически становилась неким кругом… своими. Субординации и официоза это не отменяло, но лишь когда касалось взаимоотношений с теми, кто был «вне», ну или в подобных ситуациях, требовавших «поставить на место».

– Серьезное? – переспросил он, первым поднявшись на платформу телепортатора и сдвинувшись, чтобы освободить место для меня. – Ничего, если не считать, что утром большая часть Медьярара сияла чистым и ровным светом, а в нескольких инцулах ведут проверки акрекаторы, которым было приказано разобраться с издевательствами над младшими и средними адептами.

– Издевательствами? – пропустив первое и зацепившись за второе, вышла я вслед за Беркатом во вспомогательном отсеке, который примыкал к рубке. Прямого доступа к командному на кораблях самаринян не было. Перестраховка.

– Это нормально, что ты ничего не помнишь, – кивнул он, посмотрев на меня с каким-то сочувствием. – И синеву под глазами не стоило замазывать, она все равно заметна, – улыбнулся по-доброму. Потом вздохнул, не торопясь направиться к переходному модулю. – Но твоя душевная чистота далеко не у всех отзывается радостью в сердце. Для кого-то это и повод задуматься, что будет, если он и ты войдете в полную силу.

– Шон, – в который раз уже за это утро, растерялась я, – я вообще перестала что-то понимать!

Бросив взгляд на информ-табло – до взлета оставалось меньше двух минут, качнул головой:

– Давай об этом позже?

Я бы и хотела возразить, но… что такое дисциплина мне было хорошо известно.

Беркат ушел – хоть и не ему сидеть на навигации, но Шон обещал Лену, своему заместителю, место первого, потому и постоянно курировал, дотягивая до нужного уровня, а я осталась, облюбовав ложемент в углу. Обычно здесь собиралась вахта перед тем, как вступить на смену, сейчас же расположилась я одна.

Как раз… время и место, чтобы подумать.

А подумать было над чем. Начиная с того, что я уже провоцировала события, которые при более внимательном рассмотрении оказывались не столь уж невинными, и, заканчивая, поиском смысла поступков Ильдара.

В том, что большинство кошмаров «взял» на себя мой… господин, я не сомневалась. Пусть многого и не помнила, но его слова: «Я разделю его с тобой. Ты и я…», не забыла. Да и чернота под его глазами могла послужить дополнительным подтверждением. Как Ильдар ни старался скрыть от меня своей истощенности, ему это не удалось.

Но оставался вопрос: «Зачем?» Что было в том, первом сне, который спровоцировал его на дальнейшие действия?

Что было?!

Вызов на комм сбил с мысли, оставив перед глазами лишь мелькнувший образ: небесно-голубой плащ… символ Храма Судьбы.

– Госпожа кайри, – голос наставницы Лорианны, дочери Ильдара, был встревоженным.

«Подняв» внешку, переключила на видеорежим, тут же отметив, что не ошиблась с предположением. Лицо женщины спокойным не было.

– Опять видение? – вскинулась я, точно зная, что без особой нужды инесса Вэри не стала бы меня беспокоить.

– Да, госпожа кайри, – протяжно вздохнув, посмотрела она на меня. Оглянулась назад, где на низком и широком диване, свернувшись калачиком, спала Лора. И что за день такой?! – Она видела, что вы… – наставница замялась, но потом решительно закончила: – что вы погибли.

Погибла?!

Испугаться я не спешила, не в этом мире, где все было не так, как казалось на первый взгляд. Если и стоило прислушаться к словам Вэри, то лишь как предупреждению.

Еще один нюанс к моим размышлениям… Ниточка между одним и… другим.

Когда дело касалось видений девочки, четко прослеживались два правила. Первое – причины и следствия. Будущее четко определялось произошедшим в настоящем, очень точно реагируя на ставшие реальностью события. И… второе – обратимости. Все, что возникало перед ее взором, можно было изменить.

В этом были уверены те, кто знал о способностях Лорианны значительно больше меня: Ильдар и его старший брат Риман.

– Эклису сообщили? – выдавила я из себя, заставив собраться.

– Нет, но…

– И не надо, – резко оборвала я ее. Заметив тень недовольства, мелькнувшую на лице женщины, слегка смягчила свою позицию: – Свяжитесь с лиската Риманом. Так будет лучше.

В отличие от Вэри, которая сочла предложенный мною вариант удачным, я в своем решении была не столь уж и уверена.

Что один брат… Что другой…

Страх перед возможной гибелью мерк при мысли о том, на какие действия способен лиската Храма Предназначения…

Глава 2

Из окна, раскрытого настежь, открывался вид на горы. Не самые высокие, но снег на изломанных на фоне яркого, насыщенного светом неба вершинах, не сходил даже летом, четко прорисовывая извилистую линию.

Странно, но вот эту смесь очарования и скрытой силы, которую они олицетворяли, Рэя ощутила только теперь. Впервые за несколько лет.

То ли намек, то ли… предупреждение.

Насколько права, ей предстояло узнать довольно скоро. Вызов к главе службы карающих мечей и сам по себе являлся нетривиальным событием, а уж в ее положении…

Вот о своем положении думать не хотелось. Непредсказуемо.

– Личное поручение эклиса Ильдара, инесса Ларкиль, – точно попав в мысль о непредсказуемости, наконец произнес старший акрекатор, оторвавшись от бумаг, которые просматривал до этого.

Словно давая ей дойти… до этого самого понимания.

Голос Самира Раксель, представителя одного из четырех древнейших родов Самаринии, звучал по-старчески ворчливо, но Рэя не обманулась.

Что касалось возраста, то новоявленному главе карающих мечей эклиса – службы, которая включала в себя следствие, розыск и приведение в исполнение вступивших в законную силу приговоров, было чуть более семидесяти. При их продолжительности жизни – самой большой в Галактике, расцвет сил.

В отношении второго – кажущегося недовольства, все выглядело не столь однозначно.

Первое, что сделал Ильдар придя к власти, «вычистил» ряды тех, кто слишком рьяно исполнял требования его предшественника, проредив список едва ли не на три четверти. Словно выжег на оставшихся клеймо: доверяю.

Занимался этим сам несс Самир, в прошлом один из наставников нынешнего Властительного. Почти полгода, но, на весьма предвзятый взгляд Рэи, усилия того стоили. Ни одного сомнительного… не считая ее.

Это было уже третьим. Причина, по которой ее до сих пор не отправили в очистительный огонь, была ей неизвестна.

– Слово закона под властью Единого, – наметив поклон, произнесла Рэя, подходя к подставке справа от стола Самира, на которой сиротливо лежал свернутый трубочкой пергамент.

Традиции… Самариняне были верны своим истокам.

Взяв приказ, приложила его к груди, дожидаясь, когда предупреждающий холодок защиты не сменится легким покалыванием, и только после этого развернула послание.

– Уровень моих полномочий? – дочитав до конца, подняла она взгляд на старшего акрекатора.

Оставаться равнодушно-отстраненной было сложно, но она справилась. Не могла не справиться, когда перед ней замаячили ответы на вопросы, которые задавала себе в последнее время все чаще. Еще не категоричное: да или нет, но уже надежда.

После всего, через что ей довелось пройти, и это немало.

– Самый высокий, – подтвердил предположения Раксель, ничем не дав понять, что ему известно о ее переживаниях.

Впрочем, Рэе для уверенности в этом, слова были не нужны.

– С вами в инцулу отправятся двое младших, – продолжил Самир, выждав несколько секунд, чтобы она могла привыкнуть к новому положению. – Если информация подтвердится, вы имеете право вынести приговор и привести его в исполнение.

– Несс старший акрекатор не сомневается в том, что все произойдет именно так? – внешне рассеянно уточнила Рэя, еще раз пройдясь быстрым взглядом по ажурным строчкам.

Почерк у эклиса был каллиграфическим. Идеальный размер, идеальный наклон… влево, не более десяти градусов.

Потомок рода Исхантель просто обязан быть безупречным.

– Подойдите, – не ответив, Раксель указал ей на платформу, находившуюся напротив его стола. Дождался, когда она, сняв плащ и аккуратно повесив на перекладину стойки, выполнит просьбу, активировал запись, переданную ему матессу эклиса. – Инцула Аркит, Храм Судьбы. Если судить по косвенным признакам, то события произошли около года тому назад.

– Меньше полугода, – поправила Рэя акрекатора, как раз в этот момент рассматривая жреца, склонившегося над своей жертвой. – Около года тому назад мода на подобную стрижку еще не покинула столицы. Насколько я вижу, наш подозреваемый – наставник старшей группы, до выпуска они постоянно находятся на территории инцулы.

– Вы наблюдательны, инесса Ларкиль, – похвалил ее Самир. И даже взглянул благосклонно – значительно более веское поощрение. Но не выводам, которые она сделала, умению достойно принимать столь резкие изменения. – Его стрижка не вызвала у меня никаких ассоциаций.

Она невольно улыбнулась, на мгновенье забыв, что капюшон больше не прикрывает лица, но тут же поправилась, вновь воспользовавшись маской отстраненности:

– Это стечение обстоятельств, несс Раксель. Мой брат одно время был одержим желанием избавиться от своих роскошных волос, выбрав именно этот стиль.

– К вашему брату мы еще вернемся, – с той же пусть и тщательно завуалированной, но все-таки доброжелательностью, откликнулся старший акрекатор, – а пока я хотел бы узнать, что вы можете сказать о жертве.

– О жертве? – переспросила Рэя, переключаясь на собственные ощущения. Та, чьим делом ей предстояло заняться, проявляла себя только на этом уровне. По крайней мере на записи, которая транслировалась на ее тэнек. – К сожалению, немногое. Страх и боль забивают все остальные реакции тела, которые могли бы рассказать об уровне и особенностях ее дара или дать еще какие-либо подсказки. Но вряд ли ошибусь, сказав, что девушке семнадцать-восемнадцать лет. И это был ее первый сексуальный опыт. Причем, – она жестко посмотрела на Раксель, дождалась его кивка, и только после этого закончила: – противоестественный опыт.

– Теперь вы понимаете, почему я не сомневаюсь в итоге расследования? – Акрекатор поднялся, жестом потребовав от нее оставаться на месте. Подошел ближе, встав напротив. – Все его действия – четкие, уверенные. Не торопится, не дергается, следует отработанной схеме. Опыт.

– Откуда стало известно имя жертвы? – отложив в памяти сказанное Самиром, спросила Рэя, заглянув в послание эклиса. Каими Биру. Обезличенность жертвы на записи противоречила точности сведений, приведенных в требовании на проведение расследования.

– А догадки есть? – явно провоцируя, поинтересовался Самир.

Вызов? Скорее уж, подсказка.

– И многие сегодня получили подобные… – она приподняла руку, в которой держала пергаментный свиток, – личные поручения?

– Чтобы в особом порядке, – частично подтвердив ее предположение о связи приказа и расползшихся по столице слухах о событиях в городе снов, – только вы. Остальные либо вышли за рамки сроков давности, либо не столь драматичны, либо не могут быть рассмотрены по иным основаниям.

– Это честь для меня, – склонила она голову. Фраза хоть и звучала, как ритуальная, шла от сердца.

Ее вина перед нынешним эклисом была значительной. Невольной, не по внутренней склонности, а по воле сложившихся обстоятельств, что если и оправдывало, то лишь в малой мере. Так что удивляться было чему. И тогда, когда вместо лишения дара она получила уведомление о подтверждении статуса акрекатора, и теперь.

Личное послание… Ее имя, проставленное самим Властительным…

Кому много давалось, с того и спрашивали вдвойне.

– И ответственность, – произнес Самир вслух, то, о чем она только подумала. – Эклису Ильдару известны причины, заставившие вас отказаться от службы при Храме и надеть фиолетовый плащ акрекатора.

– Я сделала свой Выбор, – совершенно спокойно ответила Рэя, выдержав испытующий взгляд главы службы. – И повторила бы, доведись вновь принимать то решение.

– Не самое легкое решение, – несколько отрешенно заметил мужчина. Но продолжил уже совершенно о другом: – Отдельное требование эклиса касается вашего брата, инесса Ларкиль. Он будет сопровождать вас в качестве хошши. Если достойно пройдет испытание, станет вашим напарником.

– Рэй?! – воскликнула она… растерянно. Вот тебе и выдержка! Вот тебе и уверенность, что ничто больше в этом мире не способно удивить настолько, чтобы она не поверила услышанному. – Но ведь он…

– …свободный жрец с даром, который должен использоваться не только для розыгрыша приятелей, – закончил за нее Самир. – Ему предстоит продолжить древний род Ларкиль. Эклис Ильдар дает ему шанс войти в круг избранных. Тех, кто будет строить будущее Самаринии.

– Я уверена, брат не подведет Единого, – ниже, чем предписывалось традициями, склонила она голову. Когда подняла – добавила. Твердо, бескомпромиссно: – Я – тоже.

– Ничуть в этом не сомневаюсь, – уже долее отстраненно отреагировал на ее слова старший акрекатор, возвращаясь к столу. Опустился в кресло, отключил запись. – Докладывать лично мне. Каждые двенадцать часов. – Как точка в разговоре.

Когда инесса Ларкиль покинула его кабинет, несс Раксель, хитро прищурившись, улыбнулся, глядя на мужчину, который выступил из-под прикрытия искажающего поля:

– А ведь ты прав, это – личина. Идеально сработанная, очень близкая к оригиналу, но личина. Уверенный четвертый уровень с заделом на пятый. – Взглянул вопросительно, но не дождавшись комментариев, все-таки спросил: – Догадался или кто подсказал?

– Мне просто удалось выяснить, через что ее провел Шаенталь, добиваясь преданности, – холодно отозвался его собеседник. Подошел к стойке, на которой совсем недавно висел плащ Рэи, склонил голову, словно к чему-то прислушиваясь. – Когда она выполнит задание, отправь ее к Ильдару. Я договорюсь, он примет.

– Настолько уверен, что она справится? – хмыкнул Самир, явно провоцирую главу Храма Предназначения, который и был его гостем.

– Уверен, – так, словно ему было совершенно безразлично, насколько он прав в своем предположении, отозвался Риман. – Ради спасения брата она позволила спихнуть себя на самое дно, ради возможности вернуть ему соответствующее положение среди круга высших жрецов, поднимется и на вершину.

– И тебе ее нисколько не жаль? – пристально посмотрев на старшего из двух отпрысков рода повелителей, с надрывом поинтересовался акрекатор.

– Жаль? – переспросил тот изумленно. Качнул головой, однако по рассеянному взгляду было понятно, что его думы занимали уже иные мысли. Но он все-таки ответил, проведя ладонью по перекладине, словно та рассказала не все из того, о чем могла поведать. – Такие, как она, в жалости не нуждаются. Истинная дочь своего Храма.

Рэе не суждено было узнать об этом разговоре. Возможно, к лучшему.

Иногда три Богини становились настолько похожи друг на друга, что Выбор выглядел, как Предназначение, на самом деле являясь испытанием Судьбы.

Этот случай к таким и относился…

* * *

– Первый навигатор – ментальная кома. Второй – ранен, – выдал очередную вводную Орин.

Не было даже короткого взгляда в мою сторону… Кайри осталась где-то там… за бортом этого крейсера…

Такой вариант меня полностью устраивал. Он был не только более правильным, но и позволял ощущать реальность собственного существования.

– Третий навигатор вахту принял, – четко произнесла я, сдвигая ложемент в рабочую зону и вбивая личный код. Глупо – ментальный сканер уже «взял» мою карту, но традиции требовали.

Приветствие ИИ пропустила – было не до него, тут же активировав навигационный экран. Тот вспыхнул над рабочей консолью, растянулся овалом, выдав многомерную картинку.

Предложи мне кто-нибудь дать емкое название увиденному, голову бы ломать не пришлось. Страшный сон навигатора… И ведь понятно, что с действительностью тот имел мало общего – тревога была учебной, но сложности задачи этот факт не уменьшал.

– Вероятность столкновения, – выделив из всех проблем наиболее важную на данный момент, выдала красный код. – Курс… – задумалась на секунду – разыгрывалась имитация боя четыре на два в условиях гравитационного шторма, повторила, принимая решение: – Курс…

– Курс принят, – тут же отозвался пилот. Связь шла через тэнек – размеры рубки, не докричишься, но к этому я уже привыкла.

– Ракетный залп…

– Отрабатываем перехват…

– Уровень защиты…

Внешне все выглядело настолько спокойно, что сознание едва ли не отказывалось принимать напряженность момента. Команды, действия… и ни тебе куража, ни тебе той здоровой ярости, которую я представляла себе когда-то, думая о возможности службы на военном флоте. Все размеренно, все – четко. И ведь не симулятор – максимально приближено к боевым, но от ощущения, что это – просто работа, отделаться было нелегко.

– Ошибка доступа к сканеру эф-девять-один-девять, – не получив нужные мне для расчета данные, вклинилась я в перекличку.

– Ошибка доступа на контроле, – тут же отозвался один из системотехников. Жаль, не Макс. Вот кто всегда действовал на грани интуиции…

Мысль оказалась из тех, что лучше бы передумать, но с этим я опоздала:

– Отказ на ближних!

– Отказ на ближних! – тут же повторили вслед за мной на несколько голосов… в которых на этот раз явственно слышалось напряжение.

– Получен приказ: покинуть зону! – добавил ажиотажа в происходящее оперативный.

– Приказ покинуть зону, принял, – мгновенно отреагировал Орин. – Навигатору. Сектор прыжка!

– Принято, – надеясь, что прозвучало не слишком растерянно, отрапортовала я. Для определения зоны прокола ближние были вроде как и не нужны, но ведь оставалась текущая обстановка…

Подняв по допуску особых обстоятельств второй консоль, выставила дополнительную внешку, подсадив на нее последнюю из доступных навигационных карт, составленную по данным теперь уже заглохших сканеров. Запустила программу экстраполяции. Пока та отрабатывала, отсматривала гравитационные срезы, постоянно вводя поправочные коэффициенты на возможные изменения в напряженности полей…

– Навигатор… – раздалось совсем рядом.

Я даже не дернулась, продолжая вести с системой ИИ увлекательный диалог на известном лишь нам с ней языке. Она мне циферку, я ей – запрос. Она мне ответ, я – команду на корректировку. Она – код исполнения, я – повтор задачи с новыми исходными…

Ради чего Орин покинул капитанское кресло – сообразила. Да и командир предупредил, прежде чем благословить на мою первую учебно-боевую вахту. Называлось это – давить до срыва.

Методика действенная, даже в таком варианте, но ведь уже давно не малек. Прогибаться – одно, сдаться… сдаваться я не собиралась.

– Навигатор! – жестко произнес Орин буквально у меня за спиной.

– Пилоту принять курс, – проигнорировав капитана и на этот раз, сбросила в систему новый расчет. Если мы с ИИ не ошибались, то крейсер выходил на критическое для залпа грандера сближение с кораблем противника. – Внимание, – продолжила, внутренне вздохнув с облегчением, – сектор прыжка! – Бросила взгляд на сидевшего за пилотским ложементом Дерека – оценка «стиля» управления вбита до автоматизма, сменила один из коэффициентов на минимальный. Хоть и второй, но первому мало уступал. Даже не профи… про таких говорят: родился за штурвалом. – Расчет точки входа…

– Капитан, ближние сканеры…

Остальное я уже не слышала, хватило и того, что данные по запросу обновились, совпав с расчетными с допустимой погрешностью. Высший класс…

Расслабляться пока не стоило…

– Курс в системе, – все-таки позволив себе чуть заметно улыбнуться, произнесла я, когда на карте зеленью прорисовалась тонкая линия. – Жду подтверждения…

– Курс подтвержден, – довольно буркнул Орин, тронув меня за плечо. – Учебная задача выполнена. Смена…

Закончить команду на смену вахт ему не удалось…

– Капитан, – перебил его офицер связи, – катер с «Предназначения». Время до входа в зону контроля – двадцать минут. На опознавателе вымпел лиската Римана.

– Что ты еще успела натворить? – склонился ко мне Орин. Несмотря на добродушный тон, во взгляде, который я «поймала» обернувшись к самариняну, отчетливо фиксировалось беспокойство.

Сейчас он в меньшей степени был капитаном флагманского крейсера личной эскадры эклиса, в большей – тем, кого у нас назвали бы близким другом Ильдара.

– Ничего, за что сразу в его руки, – так же тихо отозвалась я.

Кроме всего прочего Риман контролировал и службу внутренней безопасности Самаринии, что для меня являлось лишним поводом пересекаться с ним как можно реже. И не важно, что вины за собой не чувствовала, под его тяжелым взглядом не трудно сознаться и в том, чего не совершал.

– Интересно, – неожиданно задумчиво протянул капитан, посмотрев на меня с укоризной, – и почему я тебе не верю?

Все, что оставалось, лишь пожать плечами. Орин не имел особо выраженного дара, что не помешало ему быть хорошим воином с чутьем, которого хватало, чтобы распознавать опасность задолго до того, как она окажется в непосредственной близости от него.

– Смена вахт, – отойдя от меня, закончил он приказ. Дождался, когда я передам навигацию Лену и покину рабочую зону, и лишь после этого продолжил, обращаясь к дежурному офицеру: – Сопроводить третьего навигатора в медицинский отсек. Полный осмотр.

Вздохнув – бесполезно убеждать, что совершенно здорова, направилась к выходу из отсека. Кому именно служил, Орин не забывал ни на секунду. Кого именно обязан защищать – тоже. В данном случае его задачей было не допустить моей встречи с Риманом до тех пор, пока он не поговорит с ним сам.

В капсуле диагноста я оказалась спустя десять минут. Спорить и доказывать, что могла бы просто пересидеть в каюте под надзором хошши, даже не пыталась. Не сказать, что совсем уж напрасно, просто из этих двух вариантов, предложенный Орином был выгоднее. Для меня. Полтора часа отдыха после той безрассудной ночи и более суток непрерывных вводных… о чем еще можно мечтать.

Когда опустили верхнюю полусферу, отрезая от легкого гула аппаратуры, закрыла глаза и расслабилась, позволяя сну утянуть меня за собой. Этот отдых был долгожданным и… заслуженным.

Проснулась я от прикосновения. Резко!

Вскинулась… пытаясь подняться, но была вынуждена вновь откинуться назад, на подушку. Жест, которым меня остановил Ильдар, воспринимался категорично.

– Ты?! – непонимающе посмотрела я на… своего господина, отметив, что за время, которое мы не виделись, выглядеть он стал значительно хуже. – Что-то случилось?

Спрашивать, как я оказалась в собственной постели, не собиралась – глупо. По чьему приказу – тоже. Единственный неясный момент – что произошло между тем и этим, заставившее Ильдара забыть про намеченные встречи, на которых он должен был присутствовать и находиться здесь.

– Ильдар? – повторила я. Подспудный страх сжал горло, так что голос подвел, отдавшись хриплым скрежетом. – Что?

Отвечать он не торопился. Оглянулся на застывшего на пороге спальни Дамира, перевел взгляд на меня.

Напряженный! Отчаянный!

– Ильдар, – сделала я еще одну попытку приподняться, но он вновь вернул меня обратно. Твердо, но с такой… болезненной нежностью, что мне окончательно стало не по себе. – Ильдар… – жалобно протянула я, чувствуя, как на глазах выступили невольные слезы. – Что-то с Лорой…

– Выйди! – холодно произнес он, на этот раз снизойдя до ответа.

Дождался, когда Дамир покинет комнату, отошел к окну, сменил поляризацию стекла…

День был ярким… Задорным!

Постоял, закинув руки за голову и прижав к затылку сцепленные ладони.

– Этого не должно было произойти, но… – мгновение тишины тянулось… тянулось… тянулось… вытягивая в тонкий жгут мое терпение, – но… произошло, – выдохнул он наконец, так и не обернувшись. – Ты была беременна.

– Я? Что? – переспросила я, ожидая услышать что угодно, но только не это. – Беременна?

– Да! – глухо произнес он, только теперь развернувшись ко мне.

Опустил руки, попытался сложить их на груди, но движения не закончил, поправив ремень, на котором крепился стержень электрической плети.

Пережиток прошлого… далеко не единственный из тех, что прописались в списке традицией, прежде чем перестать быть необходимостью.

О чем я думала?!

– И? – сглотнув ком в горле – все оказалось не столь страшно, но… только не для меня.

– Плод погиб, – Ильдар твердо посмотрел на меня. – Той ночью. В городе снов.

– Его убила я? – Голос не подвел. Вопрос прозвучал спокойно… мертво.