Текст книги "Галактика Белая. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Наталья Бульба

сообщить о нарушении

Текущая страница: 311 (всего у книги 322 страниц)

– С тобой…

– Против… Подчиняюсь.

– Против… Моя воля свободна.

– С тобой…

Голоса звучали привычно ровно, но Аршану не требовалось слышать, ему достаточно было чувствовать, как стягиваются вокруг петли напряжения.

Прошлое. Настоящее. Будущее…

Развешанные по периметру зала факелы потрескивали. То ли… осуждая, то ли… Мрачное, грозовое небо над их головами заслоняло тяжелое брюхо щитоносца, но именно здесь, в каменном мешке древнего зала конкора, решалась судьба их мира.

Ими…

Четверть из стоявших вокруг стола конкора сменила запятнанных связью с традиционалистами глав каниратов. Больше половины – потеряло братьев, сыновей, отцов. А ещё и сестер, матерей, дочерей, не справившихся со своим горем…

Страшное время, не знающее жалости.

Ему самому придется идти до конца. Чтобы осталось, кому судить за это!

– Правом, данным мне предками, объявляю себя, кангора Аршана, единственным правителем кангората и главнокомандующим всех его армад. Арконессам отдать приказ о выставлении штандарта кангора на кораблях всех рангов.

– Штандарт кангора выставить… – Кримс вновь оказался первым.

– Штандарт кангора выставить… – повторил за ним Дин Экар, командующий армадой канирата.

– Штандарт кангора выставить…

– Штандарт кангора выставить…

…

– Совещание Объединенного Штаба кангората назначаю на девять часов утра. Глава Штаба… – Аршан помедлил, но не потому, что сомневался. Просто.…

Просто уже давно не было. И раньше за каждым решением судьбы, теперь же…

– Арконесс Ирдиш, – перевел он взгляд на командующего канирата, который возглавлял Валекс.

Лучше бы Фарлиш – гений военной стратегии, да и в верности сомневаться не приходилось, но там, где тот сейчас, тоже отдавали свои жизни.

– Верность кангору! – выступил Ирдиш из-за спины канира. – Верность кангорату! – выложил на стол родовой кинжал.

Равный среди равных… Нет! Теперь уже второй после единственного!

– Да будет так! – Аршан склонил голову. Когда поднял, в зале кроме Лаэрье никого не было. – Падальщики… – Вырвалось само. Символом той бездны, в которую их сорвало.

Двадцать восемь каниратов.

Двадцать восемь приспущенных штандартов.

Более чем сорок символов заселенных планет, два из которых сейчас пылали алым…

– Такого в нашей истории еще не было, – застегнув плащ, отозвался Лаэрье. Посмотрел на стол…

Из пяти каниров, отказавшихся отдать себя под волю кангора, все пять каниратов были пограничными. Самри и Херош, где сейчас полным ходом шла эвакуация, входили в один из них.

– Ты ведь не оставишь это так?

– Не здесь, – коротко бросил Аршан, забирая свой плащ. Поднялся на телепортационную платформу, дождался, когда Лаэрье встанет рядом.

Победа! Первая, но…

У этого успеха оказался смертельно горький привкус.

Вышли они уже в резиденции кангора. В молчании пересекли зал воинской славы, ответили на приветствие стоявших у дверей в его покои гвардейцев.

Там шла война, здесь…

Традции делали их сильнее, они же и ослабляли, не позволяя принять необходимые для выживания изменения. Отец это понимал, открыв дорогу в дальний космос.

Что могло быть в том, ином случае, представлять Аршан не хотел. Остаться один на один с вторжением домонов…

– Сделал бы ты для меня исключение, – устало произнес вошедший следом Кримс. Поднял брошенный им плащ, повесил на стойку.

– Что?! – Аршан думал о другом. О памятных табличках. Имя, статус, две даты. И – ничего, что между…

– Сделал бы ты для меня исключение, – повторил Лаэрье. – Неуютно чувствую себя без оружия.

Мастер дан-дан-кин – пустого боя, уровня которого Кримс достиг еще даже не став дакири. Ментат, лишь незначительно уступавший самому Аршану в способности управлять собственным даром. Советник…

Нахмурившись, Аршан медленно опустил голову, принимая то, что осталось несказанным. Несмотря на все усилия медицины, от травм, полученных на борту уничтоженного традиционалистами крейсера, Кримс полностью так и не оправился.

– Возьмешь телохранителя, – коротко бросил он. Отошел к окну, рывком сдвинул тяжелую ткань, закрывавшую панораму его владений.

Вся резиденция в распоряжении, но он выбрал именно эти покои, начинавшиеся с комнаты, в которой в последний раз видел отца живым. Отделанные темным деревом стены. Кажущийся низким потолок. Тяжелый, мрачный камин. Кресло…

Это – то, что за спиной, а перед глазами вся Ирасса. И здесь, до линии слившегося с горами горизонта, и… там.

Генерал Орлов как-то сказал, что когда подступает грань, все труднее оставаться человеком. Он тогда засомневался, поделив все по черте между жизнью и смертью, теперь же понял, о чем тот говорил. Слишком много оттенков. Не вписывались они в привычные нормы.

Это – тоже не вписывалось, но иного пути сохранить все, что передал отец, не было. Не в существующих реалиях.

– Ты сделал то, что должен был сделать, – Кримс, похоже, принял его молчание за сомнения. Подошел, остановился за спиной. – Будь адмирал Искандер…

– Адмирал Искандер мертв…

– Свой! – Аршан успел перехватить дернувшегося к подставке с мечом Лаэрье. Доверие – доверием, но оружие именное, о последствиях в таком варианте лучше не думать.

– Извини, рефлекс, – Кримс отвел руку от оплетенной қожаной лентой рукояти. – Мог предупредить.

– Проверял, – объяснился Аршан и тут же поправился, реагируя на вопросительный взгляд, вернувшийся от подошедшего офицера в форме Галактического Союза к нему: – Его проверял. Знакомьтесь. Вице-адмирал Мельников, Олег Петрович. Координатор с расширенными полномочиями.

– А также – заместитель адмирала Ежова, главы самаринянского сектора О-два, – пожав протянутую ладонь, продолжил за него Лаэрье. – Высокоуровневый ментат и…

– У вас устаревшие сведения, – улыбка Мельникова была обманчиво мягкой. – Адмирал Ежов вот уже как неделю возглавляет Особый отдел военной разведки. Его преемником в секторе Самаринии – контр-адмирал Астафьев. Ну а я… – он развел руками, давая понять, что для выводов сказал более чем достаточно.

– На этом вступительную часть предлагаю закончить, – Аршан направился в сторону кабинета. Когда вошли Мельников с Лаэрье, он уже стоял рядом со столом, рассматривая поднятую над ним объемку. Разбитый на сектора кангорат. – Пять каниратов. Четыре на границе с вольными, один – с демонами.

– Насколько мне известно, кан Радиш еще слишком молод. К тому же потерял отца и брата… – нарушил тишину Мельников. Первым.

– Я могу узнать, что здесь происходит?! – довольно резко отреагировал на его слова Кримс.

Смотрел на Аршана спокойно, но…

– Можешь, – не без удовлетворения кивнул Аршан. Уж если Лаэрье, практически постоянно находясь рядом, ничего не понял, то и для остальных все последующее станет полной неожиданностью. – С сегодняшего дня ты – глава особого Управления безопасности. Вице-адмирал Мельников, до полного формирования структуры, временно назначается твоим заместителем. Но и это еще не все, – кивнул он адмиралу, предлагая продолжать.

Дважды намекать не пришлось. Мельников подобрался, как для доклада, развернулся к Лаэрье:

– На борту крейсера сто шестьдесят восемь офицеров контрразведки и О-два. Ментаты. Блокировки на возможность манипулирования разумом выставлены. Все поступают в ваше непосредственное подчинение.

– И это тоже еще не все, – Аршан, словно лаская, провел по контуру шара объемки. – Через четыре часа к Ирассе подойдет эскадра самаринян. Пятнадцать матессу. Девяносто пять специалистов по сумеречным состояниям. – Он сделал паузу, давая возможность Кримсу до конца оценить масштаб грядущих изменений. – Теперь я ответил на твой вопрос?

Когда Лаэрье, помедлив, уверенно кивнул, обошел стол, предлагая самим разобраться со сложившейся ситуацией.

Пять каниратов… Пять каниров, не признавших его способность справиться с врагом…

Он должен был думать сейчас о другом. О тех двадцати трех, кто уже не ударит в спину, кто будет сражаться до конца, следуя заложенному в них предками. О Лаэрье и Мельникове. О новом Управлении, которому предстояло вписаться в структуру потерявшей доверие Службы безопасности, им когда-то и возглавляемой. Об Арлие и их неродившейся дочери. О…

Он о многом мог думать, но мысли вновь и вновь возвращались к этим пятерым. Словно именно они были его главной потерей…

Глава 3

– Не спится?

Соболев сначала ответил, и лишь затем посмотрел, откуда шел вызов. Список тех, кто мог достучасться вот так, в ограниченном режиме, был коротким, но и в нем больше двух десятков имен.

– Тебе, вижу, тоже, – отозвался он, отметив, что Орлов выглядит не просто неважно – отвратительно. – По делу или…

– Не знаю, – качнул головой тот. – Вроде и причин нет, но хотелось услышать… так сказать, из первых рук.

– Из первых рук, – парировал Соболев, – это тебе к Аршану. Он сейчас на рубеже, а мы так… – концовка беспечной не получилась, голос сорвался, выдав спресованную выдержкой ярость. – Извини, – адмирал поднялся из-за стола, – хреново здесь. Мы готовились и к худшему, но… Ты же знаешь, когда оно в планах, видишь лишь пометки на картах, а когда вживую, да с людьми, о каждом из которых знаешь едва ли не с рождения… Тебя медики еще за глотку не взяли? – резко перевел он тему.

– Пытаются, – понимающе усмехнулся Орлов. – Пока удается отбиваться.

– А вот это – зря, – Соболев обошел стол, расстегнув китель, присел на край. – Выстоять и победить – мало. Нам ещё мир строить. Тот, который будет после. А там столько всего поднимется, хвататься придется за все и сразу. И если ты сейчас…

– Я к тебе ради одного, а ты… – генерал шутливо поднял руки, но взгляд был серьезным. – Иногда начинаю сомневаться, что оно будет, это… когда, – встал и он.

Соболев отметил заминку – точкой на выбранном курсе было окно, мысленно хмыкнул. Щепетильность даже в мелочах. Орлов – на Земле, а у него на визоре лишь картинка, да и на той что – то абстрактное, чтобы за душу не хватало.

– Будет! – перехватил он генерала на первом же шаге. – Как у вас там?

Такое случалось, когда передышка и у одного, и у другого. Когда спать не получается, а от мыслей мозг уже кипит. Когда…

– Странно у нас, – Орлов все-таки не сменил курс, потянув с собой и зону визуализации. Остановился у узкого подоконника, развернувшись к нему спиной.

Пленка искажающего поля рябила, но…

Соболев судорожно вздохнул, споткнувшись взглядом о кусок отразившегося в озере неба. Голубое, с небрежными пятнами облаков…

Пока не видел, казалось, нормально, а сейчас понял – нет! Не нормально до спазма где – то в районе желудка. До петли на шее. До…

– Мы – сутками здесь, на кофе и тонизаторах, – вернув в реальность, продолжил Орлов. Смотрел мимо него… на выложенные в закладки внешки? На уже давно пустую кружку? – А выйдешь на улицу, там.… – Он опять замолчал, но на этот раз ненадолго. – Вчера впервые за последний месяц попал в столовую, а там две девчонки из медицины, видно, только на смену, переодеться не успели. Обе в платьях, на лицах улыбки… Развернулся я и ушел. Вспомнил про Наталью…

– Ты за нее не дергайся. Присматривают, – кивнул Соболев. О чем тот хотел сказать, в объяснении не нуждалось. Все то же: здесь… там… – Насколько это возможно.

– Вот-вот… – не без горечи хмыкнул Орлов. – Мне бы гордиться – наши, орловские принципы, но…

– Скучаешь? – Соболев спросил, но… сам понял, что получилось утверждением.

– А ты? – дернул губой Орлов.

И ведь прав… Не в том, что скучал – что причин для беспокойства не меньше. Одна – в бою, вторая… Хоть и в глубоком тылу, но тихо на Самаринии не было. А уж тем более в непосредственной близости от эклиса.

– За ней тоже присматривают, – Орлов поймал его мысль.

– Знаю, – он кивнул, вспомнив последний разговор, но уже с другим генералом. – Шторм успокоил.

– Ну, если Шторм… – заговорщицки улыбнулся Орлов.

– Что?! – тут же вскинулся Соболев.

Генерал качнул головой, потом засмеялся… сначала чуть слышно, потом, не сдержавшись, громче.

– Со мной тут связались… – слегка успокоившись, начал он и… смех – не смех, но на улыбку все ещё пробивало. – Когда увидел код входящего, о чем только не передумал. Пока шло шифрование, успел по десятку раз всех похоронить, а оказалось… – В ответ на задумчивый взгляд Соболева, качнул головой – такое не расскажешь, надо видеть. – Если коротко, то Шторму своих проблем оказалось мало, он решил засунуть нос в чужие. Не всем нравится.

– Судя по тому, что ржешь до сих пор, кто – то с верхушки.

– С самой верхушки, – поправил его Орлов. – Булганин.

– Кто?! – присвистнул от неожиданности Соболев.

– Маршал Галактического Союза, глава Штаба объединенного флота, Булганин Иван Федорович, – едва вновь не срываясь на смех, ответил Орлов. – И ведь начал издалека… с ценности его времени, с необходимости концентрироваться на поставленных задачах…

– Булганин? – Соболев вынужденно подался вперед. – Издалека? Ты ничего не путаешь? Он при подобном раскладе выдает… по – старшински, с такими оборотами, что объяснять больше ничего не приходится. А ты говоришь…

– Да слышал я про его таланты, потому и растерялся. Когда дошло, чьей милостью удостоился столь сомнительных почестей, думал, доберусь до Славки и пристрелю сам, но… – Улыбка сошла с лица Орлова, вернув ему уставшую одутловатость. – Имей в виду, у Шторма – карт-бланш. Не знаю, что он там нарыл у вас, но Булганин выставил ему высший приоритет.

– Твою… – скривился Соболев. За «просто так» маршал, пусть и серьезного, но генерала из спецуры, с которой с курсантский времен в контрах, в свою вотчину не пустит. А тут не только пустил, но и предложил порезвиться… – И никаких соображений?

– Будут, узнаешь первым, – кивнул Орлов.

Хотел что – то добавить, но Соболев остановил, тут же сбросив канал.

Вспомнили, называется…

– Господин адмирал, пакет от маршала Булганина, – оперативный дежурный отступил, давая ему возможность подойти к терминалу.

– Передать экстренный вызов офицерам Штаба, командирам корпусов и командующим ударных армад, – замерев перед модулем, на экране которого которого крутился код шифрования, приказал Соболев.

И ведь точно… вспомнили…

Соболев оглянулся – дежурный продолжал стоять за спиной. В том, что команда «ушла», адмирал не сомневался, но…

– Докладывайте, – развернулся оң,так и не введя код. Еще несколько секунд той, другой жизни.

Слабость? Возможно. Разговор с Орловым не сказать, что позволил расслабиться, но режим восприятия сменил точно.

– Двенадцать минут назад контр-адмирал Шорн передал: вступил в бой. Первая и вторая эскадра. Восемь доргов. Просил поддержку, каше Изарде принял. Корпус «Михлай». Время подхода – час десять.

– Принято, – коротко бросил Соболев, дав запрос на сводку.

Пока в зону визуализации выводились последние данные, смотрел в спину уходившему офицеру. Капитан третьего ранга. После ранения… Здесь бывшему первому пилоту среднего крейсера было тесно, а там…

Про «там» ему с его заново собранными внутренностями предстояло забыть.

Сообщение контр-адмирала было последним. Сектор… Хотелось выругаться, но смысла ңе имело. То, что ситуация критична, было известно не только ему. Приграничная зона. Пара прыжков и… добро пожаловать в Старх'Эй.

Первая и вторая эскадры… Последние стычки проредили корпус, оставив от списочной численности едва ли больше половины. Да и корабли…

В других подразделениях было если и лучше, то ненамного. Разведка, точечные удары, сопровождение конвоев… Еще и воевать – то не начали, как следует, а потери уже несли.

– Господин адмирал…

Скол эрари Джориша «дернув» пространственную сетку, остановился в нескольких шагах от Соболева.

– Что по Самри? – махнув рукой – на приветствие походило мало, воспользовался адмирал предоставленной самаринянином возможностью пусть еще ңемного, но отстрочить неизбежное.

– Без изменений, – эрари откинул капюшон.

В его глазах мелькнуло что – то… отозвавшееся в душе Соболева тягучей болью, но прежде чем адмирал понял, чем именно пробило, Джориш «отступил», разорвав катарсис момента.

– В лучшем случае продержимся сутки. В худшем… Приказ? – эрари дернул подбородком в сторону экрана, где разложились веером восьмерки максимального уровня защиты, да моргала, отсчитывая секунды, матрица кода.

Отвечать Соболев не стал. Щека непроизвольно дерңулась, когда их взгляды вновь сошлись. В его… Что было в его, адмирал предпочел не знать – слишком много осталось в душе от прошлой войны, а вот в тех, что напротив… нет, не спокойствие – возведенная в абсолют уверенность. Не в том, что победят, в том…

Иногда он завидовал этой убежденности. В собственном пути, в той бесприкословности, с которой жрец принимал все, от бесчестья до… почестей. Не понимал, отказываясь примерять подобное смирение, но продолжал оценивать способность самаринянина жить в мире с самим собой, как недостижимое. Лично для себя.

Отбросив все, что не имело отношения к текущей реальности – это с Орловым возможны душевные копания, а здесь только вместе в бой, Соболев ввел шифр, тут же перебросив пришедший пакет на главный тактический стол. Когда подошел, объемка уже развернулась, растяңув в воздухе относившийся к их зоне ответственности кусок Галактики.

Треть от сектора скайлов, четверть – демонов. У стархов – между тем и этим… Рубеж, на который в соответствии с планом командования выставлялись основные силы Коалиции.

На том, о котором говорили они с Орловым, боролись за каждую жизнь, на этом…

– Сурово! – «подпер» его сзади Шмальков.

Берсенев, поприветствовав, предпочел зайти с другой стороны, но – кивнул, реагируя на реплику командира первого ударного корпуса.

– Без шансов, – довольно хмуро поддержал их Фразин, высказав не свое – общее мнение. Встал с торца, «взяв» ребро среза.

Время готовности – шестьдесят пять стандартных суток. Подхода передовых группировок, выступавших в качестве поддержки – сорок – сорок пять…

Правильно Фразин сказал: без шансов, но…

– Господа офицеры! – дождавшись, когда рядом с тактическим столом встанут все, твердо произнес Соболев. Обвел тяжелым, но уверенным взглядом. – Наша задача…

То, что задача была невыполнима, каждый из них знал, но…

Время, когда они боролись за каждую жизнь, закончилось. Теперь им предстояло драться за каждый парсек… их Галактики…

* * *

На главном – объемка Самри. Шесть больших континентов, несколько поясов островов, похожих на раскатившееся по океанам и морям ожерелье. Острые линии гор, желтые пятна пустынь, зеленые мазки лесов, синие – озер и рек. Ленты огоньков, собирающиеся в сияние городов…

Иллюзия мира, которого не существовало.

Как и нас… Тех, которыми мы были.

Говоря про шесть-восемь часов Антон взял по-минимуму, в качестве исходных использовав данные ближайшей прыжковой зоны и скоростные характеристики ардонов.

Я – надеялась на лучшее, посчитав, что из пяти стоявших под вопросом секторов именно этот попадет в список маловероятных. Теоретически – да, практически… Доведись мне прокладывать курс, предпочла бы держать его вне вектора.

По глазам вновь полоснуло красным – звук сирены я приказала отрубить. О том, что работаем на грани, знали и так. Без напоминаний.

– ДжиКей шестнадцать-четыре-два, здесь – Стахши. Первый. Что у вас? – Супертяж, способный взять на борт сто восемьдесят тысяч, все ещё стоял на погрузке.

– Первый, здесь – ДжиКей шестнадцать-четыре-два. Списочный – сто двенадцать… – довольно хрипло отозвался координатор.

И не удивительно. Четыре с половиной часа…

– На подходе две платформы с Таркэш, – чуть повернулся ко мне дакири Вэйрин, присланный эрари на место Ривейна.

Наш собранный наскоро план Джориш утвердил. В первый момент показалось, что не глядя, но, судя по тому, как быстро заткнул образовавшиеся дыры, самое главное он не упустил.

– Принято, две платформы с Таркэш, – перетянула я к себе сводную.

На одной – три тысячи двести. Мальчики и юноши… десять-четырнадцать лет. Вторая оказалась сборной. Женщины, дети… У всех статус пройденной выбраковки.

– Выводи сразу на погрузочную, – втиснула я эти две вслед за той, что уже стояла у посадочной подушки.

Еще недавно радовалась появлению супертяжа, теперь… Теперь я мечтала как можно скорее от него избавиться.

– Принято, капитан, – откликнулся Вэйрин, использовав уже въевшееся в действительность «капитан».

Откинувшись на спинку кресла, закрыла глаза… Нет, не от усталости – тонизаторы избавили даже от ее призраков, в очередной раз пытаясь увидеть в полном объеме картину происходящего.

Пока что мне этого не удавалось.

По частям – да, а вот так, что бы собрать все… Нет, не вобрать в себя взглядом, не осознать предощущением того угла, в который мы себя загоняли, не вписать в отравленный адреналином пульс бьющейся на виске жилки – оценить, как оценивала бы действие группы, выполняющей поставленную перед ней задачу…

Уровень, на который меня закинуло, как слепого кутенка. Выживешь – не выживешь…

– Капитан, «Нарото»…

«Развертыш» планеты с отметками трех оставшихся баз, из которых две полностью сворачивали свою работу, «ушел» с главной закладки командного, лег подложкой для вышедшего на первый план мостика самаринянского крейсера.

– Принято, «Нарото». Капитан…

– Таши, – не дождался конца фразы Ягомо, – демонтаж ядра Альдора завершили. «Эссанди» подошел, начинаем погрузку…

– Принято, – кивнула я в ответ. С БиСи тянули до последнего, надеясь на чудо.

Чуда, как того и следовало ожидать, не случилось.

– Таши…

Не давая продолжить, медленно повела головой. Да, это тоже уже было… ИР базы артосов. Эвакуация. Домоны. И…

– Держи парней, – «приняла» я его понимающий взгляд. – Когда начнется, тут такое будет…

– Твой прогноз? – невозмутимость Ягомо стянуло линиями морщин.

Странные вещи делала с нами эта война, смешивая, разбирая на куски и собирая заново… Скайлы. Самариняне. Демоны. Стархи. Мы… Из всех различий остались только цвет формы, да звания на нашивках.

– Два-три часа на затишье, – бросила я взгляд на Вэйрина, который, не скрывая, прислушивался к нашему разговору. Ягомо для него был вне доступа – канал личный, а вот я… – Начнут здесь, на поверхности. Энергораспределительные центры, заправочные станции…

– Очевидно, – Ягомо не согласился со мной.

– Очевидно, – грустно улыбнувшись, не стала я спорить. – Если не учитывать, что мы не знаем, кто враг…

Ягомо потер лоб, качнул головой… сожалея, что все именно так, а не иначе.

Мы знали, что иначе не будет. Мы готовились к этому… Мы…

В таком виде для нас все это стало полной неожиданностью.

– С парнями я справлюсь, – произнес он уже другим тоном, – но и ты…

– Принято, капитан, – улыбнулась я. Нет, не через силу, а так…

Что прятала за этим «а так…», я и сама не знала.

– Лидер-капитан… – Ягомо приподнялся в кресле, удерживая свой вес на вцепившихся в подлокотники пальцах.

– Капитан, – сбил его бесстрастный, замораживающе-холодный голос Вэйрина, – Таркэш. Веерное отключение! Статус энергоснабжения…

Это я уже и сама видела. ИИ системы контроля перетасовал информационные поля, выбив вперед нужный. Там, где еще секунды назад все держалось на зеленом, алым выставлялся «отказ».

– Как видишь, я тоже иногда ошибаюсь, – исподлобья посмотрела я на наблюдавшего за мной Ягомо. – Группе «Ворош» – боевая тревога. Принимай комаңдование на себя…

– Таши?! – он все-таки поднялся, «навис» над зоной визуализации.

Ягомо Ханиль. Жрец высшего посвящения…

– Пусть Судьба будет к тебе милостива и милосердна! – резко закончила я и, чтобы не услышать ответ, обрубила связь.

«Дальнир» оставался со мной. «Тсерра» все еще находилась под командованием эрари Джориша…

Это тоже имело значение, но – другое.

Соответствующий код подвесил перед глазами нужную раскладку. База Таркэш… На погрузке – один тяжелый, КаЭр семьсот двенадцатый и средний – ДубльВир. На первом – восемьдесят процетов по списочному, на втором – на десять больше.

На эвакуационном пункте – шесть готовых к отправке платформ и сорок семь тысяч на отборе…

Помочь мы им ничем не могли. Если только молиться…

– Капитан? – Вэйрин развернулся ко мне вместе с креслом.

Помочь им мы ничем не могли…

– Слайдер, – вызывала я тарса, используя шанс на последнюю надежду.

– Здесь, лидер-капитан, – не заставил тот себя ждать. – По Таркэш – в курсе. Система в рабочем состоянии, вирус перехватывает команды… – визуально он так и не появился, но голос был злой, звучал с надрывом.

– С одной стороны это даже и неплохо, – кивнула я. На этот раз общались через основной канал, так что задумчивость дакири я отнесла к своей реплике. – Значит, полное уничтожение не планируют.

– Твои бы слова…

– Кто там у тебя? – не дала я тарсу продолжить фразу.

– Шураи… – произнес он… нет, не многозначительно, скорее наоборот, мягко, осторожно, словно опасаясь.

Очень хотелось рявкнуть, но я только опустила голову, ловя себя ңа том, что с каждым разом справиться с приступом гнева становится проще. Нет, не внутри – там все пылало от осознания, что каждый из них ходил по краю, снаружи. Словно…

Это была война…

– Таши…

Ладонь Кирьена со своего плеча я предпочла сбросить. Про телеметрию помнила, но…

Впрочем…

– Если он не вернется, я тебя расстреляю, – равнодушно «пообещала» я Слайдеру, – а пока пусть освобождает периметр. Будем поднимать транспорты на своих.

– Опасно, – Вэйрин все-таки поднялся и подошел, «давя» ещё и своей силой. – Мощности ангиравов не хватит, а на двигателях… – Его взгляд на миг стал неверящим. Мол, ты же не сделаешь этого?!

Еще вчера – да, вряд ли бы сделала, а сегодня… Все, до чего дотянется огонь, будет уничтожено напрочь. Выжжено, спечено в стекло, в мертвое будущее на десятки веков вперед…

Последний шанс на надежду…

Ему тоже была назначена своя цена!

– Добейся для Шураи особых полномочий, – «вытянула» я Слайдера в зону визуализации. Где находился – не понять, за спиной слепящий свет прожектора, забивавший все остальное, а код местоположения ни о чем не говорил. – Транспорты должны покинуть планету.

– Принято, – кивнул Слай.

– И присмотри там за «Легендой», – чуть мягче попросила я. – Ты же знаешь…

На этот раз Слайдер предпочел не ответить, просто отключился, оставив меня наедине… с собственной беспомощностью.

Огромный мир! Миллиарды людей и…

И – ничего! Невозможность, с которой мы не в силах были бороться…

Если Мироздание одаривало своими откровениями, то вот так, пробивая до самого нутра. Когда и захочешь, а не отвернешься, не откажешься, посчитав, что не твоя проблема…

– Стахши-главный. «Танрас» погрузку завершил. Списочный – двадцать три тысячи сто двадцать…

Я – не ожила, но – вздрогнула, успев в последний миг своего «падения» признать, что другого пути у нас нет. Делай, что должен…

– «Танрас», здесь Стахши-главный, – сглотнув вставший в горле комок, отозвалась я. – Первый сводку принял, подъем разрешаю. Диспетчеру – готовность. Сопровождение…

– Еще семь… – вздохнул Вэйрин… очень по-человечески. – И – супертяж… – добавил он чуть слышно после короткой паузы.

– И – супертяж… – повторила я, заставляя себя не думать ни о чем, кроме этих транспортов и тех нескольких часах, которые нам оставались.

Не думать… Чтобы не стать зверем, которого уже не удержать…

* * *

Сто пятнадцать тысяч…

Сто восемнадцать с половиной…

Сто двадцать…

Сто двадцать четыре…

Еще недавно я пыталась «увидеть» картину происходящего во всей ее красе, теперь же вся реальность сузилась до лежавших на посадочных подушках транспортов.

– Смену принял! – Вэйрин подошел неслышно. Остановился у моего кресла, намекая, что намерен бороться за свое право занять это место.

О чем сказал, поняла не сразу, гипнотизируя взглядом столбцы данных. ДжиКей шестнадцать-четыре-два – семьдесят процентов загрузки. ДжиКей три-три-семнадцать – девяносто. «ЭриДуал» – старховский лайнер, уже в третий раз ложившийся на стапель Стахши – шестьдесят. Шесть каботажных транспортов шныряли вверх-вниз, проводя первоначальную выбраковку…

На нижней орбите дожидались своей очереди еще пять кораблей…

– Стоит перекусить… Пока есть возможность, – поддержал его Кирьен.

– Что на Эндоране? – соглашаясь, поднялась я. Одернула китель, сдвинув, провела двумя пальцами вдоль воротника-стойки. Несмотря на высокую абсорбцию ткани, мысль о душе была готова перейти в разряд навязчивых.

– Хуже, чем у нас, – твердо посмотрел на меня скайл.

Дакири Вэйрин. Дакири Ривейн… Они не были похоҗи, но родовое имя носили одно: Хэнриш. Братья…

– Принято, – не стала я настаивать на подробностях.

Каждый делал то, что мог.

И не мог – тоже.

– Капитан, – Вэйрин не дал мне сделать и шага, – на площадках готовы работать быстрее.

– Вы просите разрешение на полный ментальный контроль? – нахмурилась я, вспоминая недавний разговор. Тогда речь шла о частичном воздействии, которое избавило бы от нервозности. Теперь…

– Да! – Взгляда он не отвел.

– Оно у вас есть, – не задержалась я с ответом. Вред – минимальный, в этом меня еще в тот раз убедили Слайдер и Шураи, а вот польза… – На сколько рассчитываете? – теперь уже остановилась сама.

– Процентов пятнадцать на платформу, – Вэйрин тоже замер. Спиной ко мне.

Широкие плечи, узкая талия. Фигура по-скайловски крепкая, но гибкая, не закостеневшая.

Ривейну было далеко за тридцать, этому… Для старшего офицера пусть и первого из четырех статусов он выглядел слишком молодо.

– Уровень специалистов высокий. Я… гарантирую.

– Принято, – кивнула я не столько ему, сколько себе. Процентов пятнадцать… Двадцать минут по времени и около трех тысяч, если считать в жизнях.

Дверь комнаты отдыха зашелестела, пытаясь отрезать от зала с его шумами, сливавшимися в гул голосами, с беззвучными всполохами тревожных контуров, с запахами не физического – душевного изнемождения, с ощущением, в котором не было и намека на надежду, лишь ярость…

– Я запарю криосмесь и сделаю кофе, – обошел меня Кирьен. По пути сменил освещение, сделав его более приглушенным. Вытащил контейнер из блока глубокой заморозки, нажал кнопку на панели. – А ты пока просто походи.

– Вас этому тоже учат? – упершись в край стола, наклонилась я, пытаясь хоть немного потянуть упакованную в корсет спину.

Усталость… Она все-таки была, наказывая за внутреннее напряжеңие и недостаток движения.

– Ухаживать за своими подопечными? – с усмешкой уточнил Кирьен, ни на мгновенье не прекращая что-то делать. – Защита – лишь малая часть наших обязанностей, – оглянулся он.

Форма – наша, серый китель и черные брюки, да и внешне – землянин-землянином, но когда знаешь, невольно начинаешь искать. Пустоту, в которой он «зависал», «уходя» от привычных органов чувств. Чуткую грацию движений, опережающих восприятие…

– Вот даже как? – надеясь, что выглядит заинтересованно, посмотрела я на него. Втянула чуть горьковатый аромат, паром поднявшийся от ударившей о дно чашки струи. – Например?

Кирьен улыбнулся самыми уголками губ, повернулся на щелчок кофе-машины, замер, дав мне секунду… чтобы насторожиться.