Текст книги "Галактика Белая. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Наталья Бульба

сообщить о нарушении

Текущая страница: 270 (всего у книги 322 страниц)

– Когда уходили, командный среагировал на искажающее поле. Дернулось буквально на доли секунды, но сканер успел дать раскладку. Шестой корпус стоял «под нагрузкой».

Иари чуть нахмурился – по лбу пролегла довольно глубокая морщинка:

– Монтажно-испытательный?

– Он самый, – кивнула я. – Такое ощущение, что мы что-то упустили.

– Займусь, – Куиши был немногословен. – Валев на связи. Переключать?

– И – послушай. Вдруг какие мысли появятся.

И опять никаких комментариев, просто лицо Иари ушло на второй план.

Несколько секунд ряби и на экране показался взлохмаченный Николя. Окинул меня внимательным взглядом, довольно хмыкнул:

– Для контуженной очень даже неплохо выглядишь, – констатировал он, закончив осмотр. – И белое тебе к лицу.

– Со вторым, это не ко мне, – чуть нервно хохотнула я. На этот раз с эмоциональным всплеском удалось справиться значительно легче – опыт. Нечто подобное мы с ним уже однажды проходили. – Я просила раскладку по ЧВК*["13]13
  ЧВК – частная военная компания.


[Закрыть].

– Мне это стоило короткого, но весьма насыщенного соответствующими эпитетами разговора, – хитро прищурившись, улыбнулся он.

– С Кривых? – позволила я себе чуть расслабиться. Напряжение никуда не делось, оно просто стало другим. Более позитивным. Выкрутились тогда – выкрутимся и теперь.

– Когда узнал, что для тебя – полковник тут же замолчал и открыл доступ. – Николя буквально сиял, заставляя что-то внутри отзываться на вот эту задорную бесшабашность.

И неважно, что, как и у остальных, белки глаз испещрены кровавой сеточкой, а о скулы можно резать бумагу…

О том, что у парня за спиной несколько лет в СБ я ни на минуту не забывала.

– И где результат?! – угрожающе протянула я, чтобы не «поймать» еще и его волну. Своих эмоций…

Взгляд «споткнулся» о несколько графиков, которые я машинально выстраивала в нужном мне порядке…

Нужном мне?!

Десятки усредненных кривых, под ними сотни линий, из которых они складывались. Рядом в столбцах ключевые показатели. Большинство на красном поле, но есть и те, что продолжали светиться зеленым…

Вопреки прогнозам…

Объять сразу невозможно, но достаточно было «зацепить» всего лишь одно несоответствие, чтобы алгоритм поиска сделал остальное за меня.

Сектора, планеты, районы… Семь точек в разных концах Галактики. Это даже не удача – чудо, что удалось обнаружить.

Чудом это не было. Наитием – тоже. Я просто связала то, что мне было уже известно и…

Остановив Валева категоричным жестом, отправила запрос. Ответ пришел быстрее, чем я рассчитывала – доступ закрыт.

Еще один, на этот раз Лазовски. Он быстрее мог добраться до нужной мне информации.

– Так что там по ЧВК? – заставив себя расслабиться, вновь посмотрела я на Николя.

Труднее всего ждать…

Нет! Труднее всего ждать, когда ты знаешь, что от тебя зависят жизни людей!

Короткое: «Сделаю», похожее на надежду…

– Ты оказалась права, когда решила зайти с этой стороны, – Валев перестал быть похож на вечного студента. И неважно, что все так же взъерошен… – «Релайбилити» действительно страхует ЧВК. Я нашел три таких компании. Приамскую «Стерх», тренировочные полигоны которой находятся на Маршее. Люценианскую «Ардазу» с главным офисом, расположенным на Гордоне. И «Лай-лай», принадлежащую транснациональной корпорации «Траш».

– Точнее, Ларкину, – подкорректировала я слова Валева.

– И по двум из них, – словно и не заметив моего замечания, продолжил он, – «Лай-лай» и «Ардазе», перестраховщиком тоже выступает «Эрика Варей и К», которая гарантирует жизнь и здоровье Люсии Горевски.

– «Лай-лай» – слишком очевидно, – качнула я головой, вновь бросив взгляд на боковой экран. Понимала, что Геннори нужно время…

То самое время, которого нам не хватало!

– Я именно так и подумал, потому и копнул «Ардазу». И знаешь, что обнаружил? – в его глазах появился кураж.

– Страховку контракта на Таркане на те дни, когда там в первый раз пытались похитить эмбрион лидер-капитана Орловой, – поморщилась я.

Прошлое, настоящее, возможное будущее… Паутина становилась все плотнее, мешая разглядеть скрывавшуюся за ней реальность.

– С тобой неинтересно, – хмыкнул Николя, но тут же «потух», похоже, заметив, как изменилось выражение моего лица. – Что?!

Не ответив, еще раз перетасовала внешки. Экран с переданной Лазовски информацией, передвинула ближе к себе…

На осмысление ушли мгновения… Чего-то подобного я и ждала…

– Канал связи на Шторма! Срочно! – бросила я, рывком скидывая тело с постели.

Вот тебе и экстремальная проверка!

– Принято! – перехватил команду невидимый Кабарга. – Код запроса ушел…

Кровать сдвинулась к стене, едва успев освободить мне простор для маневра…

– Есть отклик! Шифрование…

– Сбрасывай все, что нарыл, – мысленно выругавшись – поводов было больше, чем один, остановилась «напротив» Николя.

Я-то считала, что изменилось мое восприятие ситуации…

Была неправа! Восприятие оказалось не при чем, если что и стало другим, так раскладка, которая буквально вопила о надвигавшейся беде.

– Код… – голос Сашки заставил в очередной раз собраться. Если он мог держаться, то я просто обязана была это сделать.

Появившийся на экране Шторм был… Штормом. Придраться не к чему, все безупречно. Не портила образа даже запредельная усталость… Всего лишь штрих, добавлявший ему деловитости.

– Таркан, Новатерра, Бильзоль, Самариния, КоэльХаль, Риго, Ямаш. Что общего?

Внешки, оставшиеся сбоку, замерцали серым, на командном переключился режим, отрезая меня от всех контактов.

– Аналитические группы, работающие по «сорок восемь часов», – слегка нахмурился он. – Но как ты…

Закончить я ему не позволила:

– Выбиваются из графиков.

– И только? – Шторм недовольно встопорщил знаменитые усы.

– Генерал, – протянула я, невольно копируя их с Орловым стиль общения, – по всем семи точкам в последние несколько дней была произведена замена медицинского оборудования.

Услышать его сакраментальное: «Твою…», мне не довелось – отключился он раньше, только понять, что и на этот раз чуть-чуть, но опоздала. Вспыхнувшая по экстренному коду оперативка высветила еще одну красную отметку.

Таркан…

Именно там находилась команда, возглавляемая Виктором Шаевским…

Глава 18

– Демоны вас… – Шаевский долбанул кулаком в защитную плиту.

Покачнулся… командный «гнал» свою картинку, а взгляд отказывался привычно разделять две реальности, сбивая с толку.

– Подполковник, – боец из безопасности подставил плечо, – шел бы ты…

Был прав, но там, за стеной, оставался Ромшез…

– Я тут, в стороночке, – Виктор попытался показать, где именно собирался пристроиться, но опять повело, так что СБешнику пришлось прихватить за грудки, восстанавливая вертикаль.

– А давай лучше к медикам, – мягко уговаривая выдал парень и, подняв лицевой щиток, усмехнулся: – По команде прошло, что вот-вот генерал с визитом появится…

– Тогда к медикам, – тут же согласился Шаевский и, медленно выдохнув, выпрямился. – Вперед, боец, тебя ждут великие дела! – скривившись, выдал он не без патетики, и, как только отпустили, побрел к выходу, стараясь не попасть под ноги спасателям.

Про генерала безопасник не соврал. Голос Шторма Шаевский услышал еще не успев добраться до тамбура, с которого начинался сектор его группы. Звучал тот довольно спокойно, но едва ли кто обманывался – цензурные слова в не останавливающемся ни на мгновение спиче, отсутствовали напрочь.

– Жив?! – заметив Виктора и подойдя к нему быстрым шагом, рявкнул Шторм, выходя из образа. Рванул на себя, но не обнял, хоть и видно было, что собирался. – Жив! – повторил уже с другими интонациями.

Шаевский хотел доложить, что все совсем хреново, но подошедший медик в черной флотской форме и соответствующими нашивками успел опередить, взяв на себя самое тяжелое:

– Четверо двухсотых. Двое – трехсотых. По мониторингу за плитой еще двое.

– Ромшез и Ковальски, – Шаевский осторожно втянул в себя воздух. Мутило. Даже такое простое действие, как вдох, отзывалось подкатывающей к горлу тошнотой.

– Оба ранены, – капитан второго ранга посмотрел на Виктора недовольно. Вряд ли успел забыть, как тот его обложил… по матушке, – но пока сохраняется угроза повторного взрыва…

– Лисневский, мать твою! – гаркнул, не дослушав, Шторм. Аккуратно передвинул Шаевского к стене и только потом повернулся к появившемуся майору. – У тебя пятнадцать минут…

– Десять, – поправил его медик, получив от Виктора уважительный взгляд. С генералом, когда тот в гневе, такой номер проходил не часто. – По показателям у Ковальски серьезная потеря крови. Боты не справляются с нагрузкой.

– Ты еще здесь? – мрачно протянул Шторм, переведя взгляд с флотского на майора.

Впрочем, фраза повисла в воздухе. Лисневский уже направлялся к той зоне, где суетилась команда быстрого реагирования. Шел, ловко уходя с встречного курса и умудряясь не попасть под хлопья пены, которые время от времени падали с потолка.

Шаевский даже залюбовался – ботинки у Андрея все еще продолжали оставаться чистыми, так что пропустил момент, когда Шторм вновь переключил свое внимание на него:

– А с этим что? – вопрос относился к Виктору, но задан был медику.

– Как скоро он вам будет нужен? – капдва без труда уловил суть проблемы, подняв свой авторитет в глазах Шаевского еще на пару пунктов.

– А как скоро вы сможете мне его вернуть? – не моргнув, отрикошетил Шторм.

Прежде чем ответить, флотский окинул Виктора быстрым взглядом – Шаевский попытался распрямить плечи, но тут же отказался от этой затеи. Уж лучше демонстрировать слабость, чем вывернет прямо на глазах генерала.

– У него спецботы той самой серии? – вопросительно посмотрел медик на генерала, сверившись с чем-то в своем планшете. Когда Шторм кивнул – друг друга они точно поняли, задумчиво пошамкал губами, словно считая. – Сорок-пятьдесят минут. И через двенадцать часов повторная реабилитация.

– Тогда он ваш! – милостиво бросил генерал, тут же утратив к Шаевскому всяческий интерес.

Сделал шаг, чтобы последовать за Лисневским, но Виктор остановил:

– Как Элизабет? – На языке было кисло, но и с этим он готов был смириться, лишь бы услышать ответ на свой вопрос.

– В строю твоя Элизабет! – окинув его с ног до головы тяжелым взглядом, фыркнул Шторм. – И откуда вы только на мою голову…

– Так сами выбирали, – отгрызнулся Шаевский, поймав себя на том, что теперь уже… все…

Ошибся! Капдва, воспользовавшись тем, что Виктора вновь замутило и сопротивляться он если и мог, то лишь чему-то одному, приставил к руке тубус инъектора. Рукав был разодран, впилось сразу в кожу.

Полегчало мгновенно, как раз, чтобы оценить коварство. Вокруг потемнело, ноги подкосились…

Открыть глаза с первого раза не удалось – яркий свет заставил зажмуриться, но тут же сработали фильтры командного, возвращая нормальное зрение.

– А вы – боялись, – склонился к нему тот самый капдва. – Как по ощущениям?

Виктор медленно вздохнул, потом выдохнул. Приподнял голову, сел, успев за это время определиться с местом, где находился. Корпус – тот же, но на эвакуационном табло минус четвертый. Не медицина – те располагались в другом здании, исследовательские лаборатории.

– Значительно лучше, чем было, – был вынужден признаться он, чувствуя себя почти здоровым. Если бы не слегка замедленные реакции…

– Восстановятся минут через двадцать, – словно догадавшись, о чем Виктор только что подумал, обнадежил флотский. – Можете вставать и одеваться. – Капдва отступил, освобождая место.

– Моих вытащили? – поднявшись, спросил Шаевский.

Насколько помещение большое не разглядеть – поделено на закрытые перегородками секции. В той, где находился он, лишь кровать, да стул, на спинке которого висел новый комплект формы.

– Ковальски в строй вернется не скоро, – на лице медика мелькнула тень недовольства, – а Ромшез отделался легким испугом. Правда, говорить пока не может…

– Что с ним?! – дернулся Виктор, так и не дотянувшись до одежды.

– Сломана челюсть, – хмыкнул тот. – Кстати, меня Игорем зовут, – добавил он, намекая, что эта их встреча далеко не последняя. – И давай уже на «ты».

– Принято! – отозвался Шаевский, протягивая руку. – Виктор.

– Да я понял, – капдва пожал ладонь. – У тебя серьезные ушибы внутренних органов. Постарайся хотя бы в ближайшие сутки не повторять сегодняшних подвигов.

– А это – по обстоятельствам, – натягивая брюки, буркнул Шаевский.

Тех двоих, что трехсотые, вытащил он. Двухсотых – на пару с Ромшезом. Когда сработала «угроза взрыва», Истер как раз вернулся за Ковальски, которого не сразу обнаружили в том аду, которым стал их аналитический.

– В отношении тебя генерал предоставил мне широкие полномочия, – поддел его капдва.

– Не хочу разочаровывать, – усмехнулся Виктор, застегнув фиксатор рубашки. Снял со спинки стула китель, – он не спорит с медициной, но лишь тогда, когда без вариантов.

– Спасибо, что предупредил, – совершенно спокойно отреагировал Игорь. – А теперь слушай сюда, – мгновенно сменил он тон. – Ваши спецботы – экспериментальные. Думаешь, почему ты с Ромшезом…

– А ты один из создателей… – огрызнулся Шаевский.

– Не просто один из… – поправил его капдва, – а самый главный. И вы сейчас со своим другом – мои подопытные. И это – приказ, который твой генерал и не захочет, но выполнит.

– Значит, нашли компромисс, – кивнул Виктор, сообразив, что еще легко отделался. Появиться через двенадцать часов…

Все могло закончиться значительно хуже.

– У Ромшеза стоит капсула диагноста. Выведена на меня и на твой командный, – Игорь первым вышел из секции. Остановился, дожидаясь, когда Шаевский окажется рядом. – Сработает на оранжевом – нужен отдых, минут десять. На красном…

– Ты ведь сказал, что отделался легким испугом? – Виктор лишь теперь начал осознавать, что и своей, и жизнью Истера обязан вот этому конкретному человеку.

Переживание было необычным, похожим на откровение.

– Для той ситуации, – хмыкнул Игорь. – Его взрывной волной бросило на терминал. Сработала защита, выставив поле…

– Твою…! – выдохнул Шаевский, представив, о чем именно говорил капдва. Вполне могло и размазать…

– Вот именно, – легко улыбнулся флотский и указал на выход: – Тебя ждут.

Ждал Лисневский и еще парочка мордоворотов. Все трое в «Миражах».

– У нас военное положение? – вяло поинтересовался Шаевский, оценив размах паранойи Шторма.

Тактический костюм полной защиты…

Внутри охраняемого периметра Координационного блока Союза на Таркане…

– Хуже! – хохотнул Андрей, взглядом указав на лежавший на полу комбинезон. Внешне – тоже «Мираж», но модификация незнакомая, явно что-то из новых разработок. По крайней мере смотрелся не столь тяжеловесно, как его хоть и облегченный, но все-таки довольно громоздкий собрат. – Информация о твоем ранении дошла до императора Индарса…

Лаура!

О ней Шаевский совсем забыл.

Похоже, мимо Лисневского его замешательство не прошло:

– Она ничего не знает, – понимающе заметил он. – И не узнает, – продолжил угрожающе, – если ты…

– Еще один! – хмыкнул Виктор, засовывая ноги в штанины комбеза. Будь в полевке, было бы привычнее, а тут… Зрелище еще то!

Когда Андрей наклонился, чтобы помочь, поймал его взгляд. Вопрос не прозвучал, но Лисневскому хватило и мелькнувшего в глазах беспокойства. Элизабет. Их группа… О том, что «слили», было понятно и без слов. Кто именно, тоже не вызывало вопросов – Рикарди!

А что дальше?!

– Скоро все узнаешь, – Лисневский дернул за спайку – комбинезон раздулся и тут же «сбросил» давление, упруго обтянув фигуру. – А ничего так, – отойдя на шаг, Андрей окинул его изучающим взглядом. Удовлетворенно кивнул и только после этого протянул парализатор, поданный одним из мордоворотов. – Ну и дали же вы шороху! – выдал не без задора. – И ты, и твоя Мирайя.

– Она не моя, – восстанавливая справедливость буркнул Шаевский.

Подвигался, попрыгал, привыкая к костюму. Тот реагировал без малейшей задержки, но с едва ощутимым усилением. Переключил режим, получив подсказку от командного, вписавшего в себя дополнительный интерфейс. Повторил уже пройденную последовательность…

– Куда нас определили? – посмотрел он на наблюдавшего за ним Лисневского.

– На тринадцатый, – не удержался тот от злорадной ухмылки. – Поближе к генералу. Техники уже заканчивают с настройкой, так что… – Он оборвал себя на полуслове, подошел к Шаевскому вплотную, чуть наклонился, чтобы получилось висок к виску, да еще и зафиксировал, прижав голову жестким захватом: – Прижми эту суку! За себя, за Ромшеза, за тех парней…

Виктор хотел отшутиться, напомнив, что он еще пока не Шторм, а только Шторменок, но промолчал, напоровшись на взгляды мордоворотов за опущенными щитками…

Скажи он сейчас, кого порвать, они бы порвали…

За тех, кого там, в Союзе, в эту ночь будут оплакивать матери…

* * *

Риман ждал в кабинете, куда я заглянула на минутку. Только переодеться и попытаться осознать все произошедшее. Не в том глобальном смысле, когда отголосками било по всей Галактике, в личном, где лишь он, да я.

Уже как-то привычно стоял у окна, всей своей спиной демонстрируя запредельную сдержанность.

Когда вошла, развернулся, но не сразу, а чуть помедлив, словно давал возможность определиться с реакцией на его присутствие…

Заботливый!

Это – не взбесило, просто напомнило о последних часах.

– Ничего не было! – подойдя, ткнула я пальцем в грудь Римана. – Понял?!

Ему бы солгать, сказать, что не знает, о чем это я…

Я бы не поверила, но так стало бы легче…

– Как будет угодно моей кайри, – четко произнес он в ответ, склонив голову.

Сглотнув – про эмоции я не забывала ни на мгновение, отступила. Слишком близко…

– Глубокое сканирование подтвердило отсутствие ментального воздействия, – произнесла зачем-то…

– Мне об этом известно, – ровно отозвался он и… вновь замолчал. Просто стоял и смотрел на меня.

А я… на него…

– Меня ждут… – прозвучало едва ли не упреком.

– Я не задержу, – он сократил расстояние между нами, преодолев тот шаг, который нас разделял.

Провел ладонью по моей руке, плечу, шее… Пальцы мягко тронули подбородок, приподняли, заставив посмотреть ему в глаза…

Ушел он так ничего и не сказав… Отвел взгляд, протянул руку, забирая с кресла плащ, накинул на плечи и вышел, оставив меня осознавать, что где-то и в чем-то я вновь ошиблась.

Признав, что разобраться с этими проблемами можно и позже, отправилась в комнату гигиены. Самого взрыва я «не помнила», но ощутить на себе его последствия успела.

Душ, чистый комплект формы, размоченная криосмесь, которую я нашла после ухода Римана.…

Я ни на миг не забывала, что нужна команде, Шторму, Орлову, но нанесенный нам удар выбил из ритма. Что-то надорвалось, нарушилось, перестало быть монолитным…

Победы, пусть и доставшиеся большим трудом, позволили поверить, что и дальше мы сможем… Из последних сил, на самой грани, но… успевая до того, как станет поздно. Последние сутки изменили расклад, показав, что черта, отделявшая нас от поражения, была очень тонкой.

Горькое прозрение… Урок, из которого лично мне предстояло сделать выводы.

Все размышления уложились в те три-четыре минуты, что ушли то ли на совсем уж поздний ужин, то ли на довольно ранний завтрак. С последней ложкой (нравится – не нравится, значения не имело), но пришлось поставить точку.

Я действительно была нужна… Команде. Шторму. Орлову. Этому миру, который по крупицам собирал шансы, чтобы выжить.

Патетика?! Возможно! Вот только было в ней что-то, заставлявшее встать и идти дальше.

Возвращаться к аналитикам пришлось ножками. На нашем уровне допуска телепортационные каналы были заблокированы для перекодировки. Я считала, что смысла не имело, но Риман настоял…

На этой мысли меня в очередной раз замкнуло. Он – знал, я – знала…

Хотя бы в этом мы с ним оказались квиты.

На лестнице меня перехватили. Раксель и Валанд…

– Нашел я твою первую, – начал старший акрекатор, обойдясь без вступления, за что я была ему благодарна. – Очень интересная штучка!

– Она жива?! – легко переключилась я.

– На тот момент, когда покинула Самаринию, была жива, – ухмыльнулся Раксель, протягивая слот. – Все, что нарыли…

– А в двух словах… – попросила я, поймав себя на том, что вот теперь окончательно догнало. И страх, и ярость, и осознание, что могло быть уже все…

Не для меня – я бы об этом даже не узнала, для других. Для родителей, с которыми в последнее время нечасто удавалось пообщаться. Для братьев. Для друзей… Для… Римана…

Паскудное чувство!

Паскудные обстоятельства! При других бы нашла, чем огрызнуться, а когда разбушевавшиеся эмоции рвут на части, из всех слов лишь те, что из самой глубины души…

– Твою мать! – выдохнула я, упершись носом в грудь Валанда. Этот успел схватить, когда метнулась.

– Выпей!

Появления Низморина я не заметила, но отдирал меня от Марка именно он. Поднес фляжку к губам – тоже.

– Коньяк? – судорожно выдохнув, сипло спросила я.

– Обижаешь! – хохотнул Валера, но взгляд продолжал оставаться напряженным, не давая обмануться. – Спирт. Чистый, медицинский.

– Хорошее дело! – кивнул Марк. – Давай по кругу.

– Я это пить не могу!

Мою попытку сопротивления пресекли решительно и твердо:

– Можешь! – жестко произнес Низморин. – Вдох-выдох…

– Твою… – вновь ругнулась я, повторяя за ним.

Вдох-выдох… Еще раз… И еще…

На половине следующего задержала дыхание, сделала глоток, медленно выдохнула через нос.

– Сволочь… – протянула зло, когда жжение перестало быть таким острым.

– Зато в голове прояснилось, – выдал Низморин довольно и… с каким-то изяществом залил спиртягу в себя. Продышался, крякнул, протянул фляжку Валанду: – Чтобы мы никого не теряли!

– За всех, кто ушел! – выдал Марк свой вариант и буквально вплеснул в себя горючую жидкость. – Уф… – выдохнул, подмигнув мне. – Хорошо пошел, – повернулся он к Ракселю.

– Вы – психи! – несколько ошеломленно протянул тот, потряс фляжку, вроде как прислушиваясь. – Если я сдохну…

– От этого еще никто не подыхал, – добродушно заверил его Марк. – А вот выживали – многие.

Вряд ли имел в виду меня, но если бы и обобщил, то не ошибся. Спокойнее не стало – не в этой ситуации, ровнее. Весь путь, разложенный на четкие квадраты…

Что сделано, что делается, до чего только предстоит добраться…

– И как вы это пьете?! – глядя на нас слезящимися глазами, прохрипел Раксель, когда откашлялся. – Это же…

– Это – амброзия, – отобрал у него флажку Низморин. – Божественный нектар… А еще жрец!

– Я-то – жрец, – ничуть не обиделся акрекатор, – а вот ты…

– Так что там по этой первой, – перебила я Ракселя, возвращая к насущному.

– По первой? – переспросил он, на мгновение потерявшись.

Низморин понимающе хмыкнул, Валанд опустил глаза…

Точно – психи! Но так, наверное, было лучше, чем позволить себе сгореть в прорывающемся время от времени отчаянии.

– Она из вариев, – Раксель посмотрел на меня. Взгляд был… не трезвым. – Дар – средненький, но зато у нее был талант.

– Талант? – не поняла я, не сразу сообразив, к чему его можно было применить здесь, на Самаринии.

– Уникальный голос, – едва ли не обиженно качнув головой, протянул Раксель. – Четыре октавы музыкального диапазона. Ей прочили великое будущее! – не без экспрессии закончил он. Пошатнулся…

– Салага! – разочарованно протянул Низморин, ухватив акрекатора за руку. – Привыкли тут к своему компотику!

– Это ты ботами под завязку, – попыталась я уравновесить позиции, – а он…

Договорить не дал сам Раксель. Мотнул головой, выпрямился, посмотрев на меня уже осмысленно:

– Свидетельств изнасилования нет, но если судить по тому, как быстро ее семья перебралась на Окраины, такой вариант вполне вероятен.

– А ты говоришь – салага! – усмехнулась я, бросив быстрый взгляд на несколько опешившего Валеру. – А связь между ней и Матео?

– Дом ее родителей на берегу моря. Том самом берегу, где он любил бывать, – ответил Раксель. Скривился: – Сейчас бы закусить…

– Это уже без меня, – крутанув в пальцах слот, открестилась я от предложения.

Задумчиво качнулась с пятки на носок. Обратно…

Мне не хватало совсем чуть-чуть… как раз вот этого кусочка, чтобы головоломка сложилась, давая увидеть полноценную картинку ближайшего будущего.

Не где-то там… Здесь, на Самаринии.

– Элиз… – позвал меня Валанд.

– Значит, так, господа офицеры! – цыкнула я, вновь не сдержав эмоций. Правда, эти были другими… Из разряда: пойти и набить морду.

Прежде чем продолжить, поддернула рукав кителя, посмотрела на экран наручного комма. Четыре восьмерки…

Пустая лестница была иллюзией, как и бессмысленный треп, который мы вели последние минут пятнадцать.

– Все настолько…? – воспользовавшись паузой, уточнил Валанд.

– Хуже! – горько ухмыльнулась я. – Страховая компания «Эрика Варей и К». Люсия Горевски, концерт которой состоится через два дня. ЧВК «Лай лай», фактически принадлежащая Ларкину, и «Ардаза», засветившаяся на Таркане во время попытки похищения эмбрионов. И вот теперь девушка… – я перевела взгляд на Ракселя, прося подсказки.

Тот себя ждать не заставил:

– Миа Даэль, но вряд ли она не сменила имя…

Это я и сама понимала:

– И вот теперь девушка Миа Даэль, обладающая уникальным голосом и неожиданно покинувшая Самаринию… – Я опять остановилась.

Раксель не подвел и на этот раз:

– Двадцать стандартов тому назад… – пробурчал Раксель, вбивая что-то на дисплее планшета.

– … покинувшая Самаринию двадцать стандартов тому назад, – закончила я, продолжая смотреть на одного Ракселя.

– Думаешь, мы обнаружим эту девочку в труппе Люсии Горевски? – подал голос Низморин.

– Уже обнаружили, – поднял голову Раксель. Активировал внешку…

Голография молодой женщины… То, что внешность приятная, отметила машинально, тут же зацепившись за белокурые волосы, крупными волнами падавшие на плечи. Голубые глаза…

Малика Дайли… Исполнительница одной из главных ролей в опере, премьера которой должна была состояться именно здесь, в столице Самаринии.

– Матео не упустит такой возможности, – поморщилась я. Люсия Горевски была подругой моей матери, я хотела просто встретиться, пообщаться… Пообщалась! – И не только Матео, – добавила, имея в виду тех самых метаморфов, что проявили себя на Таркане.

– И двое суток на подготовку, – внес свою лепту Валанд.

– У вас, – улыбнувшись, конкретизировала я его вывод. – А у нас… Ты со мной или…? – обращаясь к Низморину, уточнила я.

– С тобой, – тут же подобрался он. Спустился на одну ступеньку, оглянулся: – Если нужна будет помощь, обращайтесь, – мило улыбнулся, подмигнув мне.

– Мой личный код ты знаешь, – повторила я маневр Валеры, переведя взгляд на задумчиво смотревшего на меня Марка. – Вы, господин старший акрекатор, – моя улыбка для Ракселя была не менее любезной, – тоже.

– Вот и пей вместе с ними спирт, – вроде как осуждающе выдал за спиной Валанд, но мы с Низмориным даже не оглянулись, продолжая спускаться вниз.

Остановились уже перед тамбуром, предваряющим аналитический блок:

– То, что Шаевский и Ромшез живы, я уже знаю. Как остальные группы?

– Работают, – дернул он плечом. Мол, а ты разве ожидала чего-то другого?

Отвечать я не стала… Он был прав!

Мы просто работали…

* * *

Тридцать третьи/тридцать четвертые сутки с начала эвакуации.

Десятые/одиннадцатые сутки с момента вхождения первых транспортов в систему Баркот.

Данные на отдельном экране обновлялись каждые двадцать минут. Можно было и чаще, но для осознания собственной ответственности вполне хватало и этого.

Залитая кровью Люцения…

Подчистую вырезанные поселения на Окраинах… Гордон. Ргоя. До этого мало кому известные Ли и Ваяр…

Беспорядки на Приаме…

Выступления против власти у демонов и стархов…

Стычки у нас…

Прогноз по «сорок восемь часов» оправдывался полностью. Сотни тысяч погибших… Миллионы пострадавших…

Человеческие жизни…

… цифры статистики были глухи к мольбам тех, кто оказался не в то время и не в том месте.

Где-то заканчивалось, только и успев начаться, усмиренное своевременно приведенными в готовность службами порядка и национальной гвардией. Где-то расползалось, с каждым часом становясь все более неуправляемым.

Секторов, в которых сохранялась относительная стабильность, оставалось немного, но лично меня их наличие не успокаивало!

– Стархи выставляют фильтры на входящие информационные потоки…

Еще один экран. Еще одно уставшее лицо…

Курьерский крейсер, на борту которого находился Андрей Сорока, лег на стапель девять часов тому назад. Полтора ушло на формальности, но мы их практически не заметили. Принявший задачу новоявленный Бог иной реальности отрабатывал по максимуму.

– Жестко! – качнув головой, одним словом прокомментировал слова лейтенанта Низморин.

– А ты ожидал чего-то другого? – на мгновение оторвалась я от внешки, посмотрев не на Валеру – ничего нового увидеть там я не могла, а на нашего великовозрастного дитятю.

Позывной Сороченок он все-таки получил – достаточно оказалось только встретиться взглядам. Огромные глаза, взирающие на этот мир с неожиданной для нашей действительности открытостью, и длиннющие ресницы…

Рост и фактура при таком раскладе даже не вспоминались.

– От Индарса? – машинально уточнил Низморин. – Нет!

– Вот и я нет… – откинулась я на спинку кресла. Сложила руки на груди, рассматривая веер из внешек, висевший передо мной.

Четверо практически бессонных суток… В каждые удавалось урвать по два-три часа сна, но при таких нагрузках этого было катастрофически мало.

Выпрямившись, потянулась за инъектором. Плечи Валеры дернулись укоризненно – я торопила события, но он так ничего и не сказал, оставив за мной право принять решение.

– Пойдем-ка, выйдем! – подумав о том, что в моем новом статусе были и свои минусы, я поднялась, отбросила использованный тубус тонизатора. – Куиши за старшего.

На командном сменились статусы, но я это зацепила уже на автомате. Мысль крутилась вокруг картинки, которая все отчетливее проступала через линии графиков и столбцы цифр.

Иллюзия, в которую мы едва не поверили…

В коридоре я оказалась первой. Не дойдя шагов десять до тамбура, остановилась, тут же развернувшись к Низморину:

– У тебя бывало так… – я подняла на него глаза, – знаешь, что прав, но…

– … пытаешься доказать себе обратное? – закончил он за меня. – Шторм?

Выдохнув, сглотнула ком в горле…

Если я ошиблась…

– Да! – твердо произнесла я. Оглянулась, поймав взгляд…

С этой стороны аналитического блока «стояли» наши во главе с Марвелом Грони. С той – матессу.

Личное распоряжение лиската Римана.

– Тогда, идем, – решительно двинулся к выходу Низморин.

До моего кабинета мы добрались молча. Тут панель телепортатора, там…

За окном – ранний рассвет. Вроде еще темно, но что-то такое ощущалось даже сквозь искажающее поле.

– Через шесть часов утверждение состава Коалиционного Штаба, – невпопад бросил Валера, пока я входила в систему со своего терминала.

– Двенадцать до официального бракосочетания Лауры Шаевской и Рамкира, – добавила, устраиваясь в кресле.