Текст книги "Галактика Белая. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Наталья Бульба

сообщить о нарушении

Текущая страница: 224 (всего у книги 322 страниц)

Да, я была воплощением Богини, но… это была их игра и… лишь они одни знали ее правила.

Страшный вывод… в своей беспощадности. В том числе и ко мне.

– Что ты здесь делаешь? – Риман поражал той бесстрастностью, в которой мог бы олицетворять собой Бога, снизошедшего к простым смертным.

Еще одно подтверждение… моему откровению.

– Была попытка взлома информационного хранилища Храма, – ровно и четко произнес Джориш.

Лица его я не видела, но спина…

Опять спина…

– Хороший повод, – посмотрел в мою сторону Риман. – И доложить об этом ты собирался ей…

– Иллире Ильдар…

Закончить Джоришу старший Исхантель не дал:

– Ах! Иллире Ильдар! – прозвучало довольно язвительно. – Считаешь, что рано или поздно, но она достанется и тебе?

– Вы забываетесь, лиската! – дернулась я выступить вперед, но Гиран буквально отшвырнул назад. Еще и отступил, вынуждая отойти к самому окну.

Риман, словно издеваясь, дождался, когда замру, упершись в подоконник, и только после этого произнес, сдвинувшись так, чтобы я видела его лицо:

– Наша Богиня… – Расстегнул плащ, откинул в сторону, склонил голову, и все это не отводя с меня взгляда.

– Отсчет… – чуть слышно произнес Гиран, вновь закрывая меня от Римана. – Десять…

– Наша… – низко, утробно повторил старший Исхантель.

Меня передернуло от брезгливости.

– Остановись!

Голос эклиса стал полной неожиданностью. Для всех, кроме Гирана, продолжавшего считать:

– Четыре…

Всего остального вряд ли ожидал и он. Слова Римана были похожи на стон… обреченный, затравленный:

– Ты меня предал, брат…

Кто сорвался первым, я не увидела, как пропустила и появления Валанда.

А потом время застыло… всего лишь на мгновение…

Не изменить…

Не вернуть в начало…

Не переиграть…

Невозможно…

Кинжал Джориша метнулся наперерез другому, ставшему продолжением руки Римана, скользнул по лезвию, задел бурливший злобной мглой перстень в массивной оправе на его пальце, сорвался, прихватив с собой похожую на первобытную тьму струйку черного тумана и впился в горло Ильдара…

А плащ, который он бросил в мою сторону, продолжал парить в воздухе…

И красная кровь… на красной от крови одежде…

* * *

Наверное, я кричала… Молча.

Наверное, я пыталась броситься к Ильдару… Не двинувшись с места.

Наверное…

Гиран завернул меня в плащ эклиса… Как куклу. Низко натянул капюшон на лицо, прижал к стене. Жестко, не давая шелохнуться…

Но мне не нужно было видеть, я – слышала…

Гирана, который отрывисто докладывал, пока заматывал меня:

– Выброс черного инурина… Частично локализован иллюзией… Уровень недоступен… Эклис… Колото-резанная рана шеи…

Валанда, четкие команды которого давали надежду:

– Джориш, помогай! Укладывай… Да… Зажимай… Нет… Еще…

Я дернулась… к нему, но Гиран был сильнее…

– Нет! – выдохнула я, зажмуривая глаза…

Не от боли, что рвала сердце, от осознания собственной беспомощности.

Быть Богиней и не иметь возможности…

Насмешка судьбы…

Приговор, расставивший всё по своим местам…

– Риман, мать твою! Оттаскивай… Если эта хрень рванет…

– Не рванет… – Глухо… Бессильно…

– Заткнись и тащи!

– Ты…

– Уведите кайри! Вераш…

– Займись лучше своим делом… – Относилось это, похоже, к появившемуся Ракселю.

Их становилось все больше, но я продолжала оставаться одна… В пустоте, где от Ильдара был только запах его кожи на плаще…

– Идемте со мной, – продолжая прижимать к себе, Гиран отодвинул меня от стены.

– Нет… – опять прошептала я.

Матессу, склонился, продолжая вести за собой:

– Он – жив.

Мне этого было мало.

– Я хочу…

– Не сейчас. – Голос звучал бережно… обманывая.

Умирать самой было проще…

– Госпожа кайри? – Вопрос задал не Вераш, один из его помощников. И не мне.

– Держится…

В отличие от матессу я в себе не была уверена.

И не только я:

– Сопровождающего медика госпоже кайри…

Я была права, когда подумала про их игры!

Или… неправа?

Или это была просто жизнь, к которой они оказались лучше приспособлены?

– Отпусти меня, – я попросила тихо, точно зная, что Гиран может проигнорировать, не услышать не может.

– Как прикажет госпожа кайри, – тут же отстранился матессу. Помог выпутаться из плаща и даже отошел на шаг.

Гордиться собой не торопилась. Опасности больше не было, только и всего. Остановились мы в заполненном шейки коридоре. Секция, в которой находился мой кабинет, была заблокирована опущенными щитами.

– Где Валанд? – стараясь, чтобы прозвучало ровно, спросила я.

Гиран окинул меня быстрым взглядом, медленно… очень медленно повел головой, словно споря с самим собой, но решение принял в мою пользу:

– Идемте.

Я заступила дорогу, не дав сделать и шага:

– Я хочу видеть Ждана и Хоруна.

Не то и не о том… Я это понимала, но изо всех сил цеплялась за реальность. За звуки, слова, имена. За тех, кто был частью того мира, в котором Ильдар был силен…

Нет! Всесилен!

– Их остранили от охраны, – вроде как с недоумением заметил Гиран.

Я не поверила. Все он знал… Если только не верил. До конца.

– Я хочу видеть Ждана и Хоруна, – повторила уже тверже.

Улыбнуться матессу даже не пытался, но в глазах что-то мелькнуло…

Всему этому было сейчас не время и не место, но ведь замечалось…

– Вы их увидите, – ответил он спустя довольно долгие пару секунд. Потом добавил… настолько тихо, что я скорее прочла по губам, чем расслышала: – С возвращением.

Что я могла сказать ему? Что хотела бы сейчас ничего не чувствовать?

Хотела! Но в тот миг, когда красным по белому…

Не забыть, не вычеркнуть…

А пережить?

– Нам надо поговорить, – стараясь, чтобы звучало ровно, попросила я. – До Валанда.

Гиран кивнул, обошел меня, направляясь к телепортатору. Поднялся на платформу первым… плащ Ильдара продолжал держать в руках. Дождался, когда я встану рядом, накинул его мне на плечи.

Пришлось подхватить полы, тот был мне слишком велик…

Ждан и Хорун ждали на выходе. Словно и не было последних трех недель…

Они – были. Не изменить…

В покои эклиса хошши не вошли, но мне стало спокойнее. Просто от того, что они были. Там.

Медик – тоже, но тут уже отдавало злорадством.

Эмоции. Переход был резким. Лишь то мгновение, на которое замерло время.

– Объясни! – попросила я, как только мы с матессу остались в гостиной одни.

Сил на то, чтобы дойти хотя бы до кресла, у меня уже не было. Только остановиться и застыть… надеясь, что выслушать выдержки хватит.

– Что именно? – вздохнул Гиран, отходя к столу.

Что именно? Вопрос опять возвращал в те мгновения, заставляя вспоминать…

– Он мог уйти в иллюзию…

Назвать Ильдара по имени у меня не получилось.

– Мог, – как-то даже безразлично кивнул матессу. – Взрыв черного инурина не оставил бы шансов никому в кабинете. Если только Риману.

– Риману… – повторила я за Гираном, во вновь застывших секундах снова и снова переживая те мгновения. Перстень рода Исхантель на пальце лиската, лезвие кинжала, легко вспарывающее камень, струйка мглы… – Риман сорвался из-за меня?

– Из-за вас? – с недоумением переспросил матессу. Усмехнулся, качнул головой: – Нет.

– Этот ответ меня не устраивает, – холодно произнесла я.

Их мир… Их игры…

– Я могу ошибаться…

– Гиран!

– Ваша сила, – не отводя от меня взгляда начал он, – рвала связь между ним и кайри. Для жреца такого уровня это опасно.

– Косвенная вина.

– Нет! – Гиран был категоричен. – Он все осознавал и должен был справиться.

– Но не справился.

Возражать матессу не стал, подошел ко мне, остановившись напротив:

– Он бы справился, – уверенно произнес Гиран. – Его подкосил Ильдар.

– Ильдар?! – вскинулась я.

Два брата… Опора друг для друга. Не выбить, не сломать… Всегда вместе, даже если врозь.

«Ты меня предал, брат…»

Я так надеялась, что мне лишь послышалось.

– Риман привык, что он старший, – осторожно произнес Гиран.

– Он сказал: предал. – Я тоже научилась настаивать на своем.

– У Ильдара от Римана нашлись кое-какие секреты.…

– Настолько важные? – нахмурилась я.

Вроде и не объяснение, но это если не знать, насколько трепетно относился Риман ко всему, что касалось брата.

– Более чем, – поморщился Гиран. – При других обстоятельствах обошлись бы разговором, а тут… Еще и Валанд.

– И Джориш, – закончила я за него. Вздохнула…

Стечение обстоятельства, а результат сродни заговору.

Отошла к дивану, сбросив плащ, забралась на него с ногами:

– Ты ведь на связи? – Спрашивала об Ильдаре.

Гиран понял:

– Пока без изменений, – развернулся он ко мне. – Хотите побыть одна?

Я качнула головой:

– Две минуты. – Он приподнял бровь, пришлось в ответ усмехнуться. Иногда и он ошибался. – Спущусь к Лорианне.

– Ей не сообщили, – попытался «успокоить» меня Гиран.

– Она знает, – уверенно отозвалась я. Чтобы маленькая Лора и не ощутила… Такого быть не могло. – Только две минуты, – повторила я.

Не расслабиться, просто дать себе возможность до конца осознать…

Не то, что случилось. То, что казалось невозможным. Я. Он. Мое одиночество… Навсегда…

Ильдар был жив, но я чувствовала, насколько все зыбко.

Не нашлось и тех минут, о которых я просила. Гиран неожиданно подобрался, заставив меня замереть… от нахлынувшего ужаса.

Нет! Только…

– Требуется ваше вмешательство, – не дал мне окончательно сорваться в пропасть, посмотрев на меня, жестко произнес он. – Риман вызвал на поединок лиската Джориша!

Поднялась я быстрее, чем Гиран произнес имя главы Храма Судьбы. Вопрос задала раньше, чем поняла, что спрашивать не стоило:

– Я имею на это право?

– Вы – кайри эклиса, – уверенно отозвался он. Подал плащ… мой, тот так и остался лежать на диване, дождавшись, когда застегну, первым вышел за дверь. – Ильдар дал клятву Джоришу. Лиската неприкосновенен.

Так хотелось забиться в угол и закрыть глаза…

Ипостаси были разными, роль – одна.

– Валанд?

– С ними, – продолжая идти рядом, ответил матессу. – Но там…

– Я помню, – отозвалась я. Называлось это противостоянием. На мгновенье оглянулась – Ждан и Хорун следовали за нами. Медик тоже. – Мне нужен Раксель.

– Работает с иллюзией Ильдара, – и добавил, догадываясь, какие именно сомнения меня гложут: – Вы справитесь.

Мне бы его веру…

Воинов в коридорах стало значительно меньше, но и они расступались раньше, чем мы приближались. Отходили к стенам, выстраивая живой коридор, не отводили глаз, если вдруг встречались взглядом, не опускали головы…

Поддержка? Признание того права, о котором сказал Гиран?

Ответа у меня не было, лишь надежда, что я правильно понимала то, что видела.

Лишь надежда…

Этого было так мало!

Телепортатор вывел нас в холл перед залом Советов. Еще один намек на ту ответственность, что легла мне на плечи. За каждого из них…

Что же ты наделал, Ильдар?!

Мне бы закричать, но как, если горло сжимало страхом?! За него, за себя, за…

Я всего лишь женщина! Хоть и Богиня…

Миг слабости… для меня он стал последним.

Джориш и Риман стояли напротив друг друга. Обнаженные кинжалы, выражения лиц, не оставляющие сомнений в том, что эта схватка оставит в живых лишь одного из них. И Валанд между ними. Кровь на лице, руках, плаще…

Кровь Ильдара…

– И это – ваша верность? – довольно тихо произнесла я, так и оставшись стоять на пороге. – Ваше понимание долга перед Самаринией?

Ни один в мою сторону даже не посмотрел.

Впрочем, другого я и не ждала. Достаточно, что напряжение схлынуло, словно оборвались натягивающие его нити.

Еще не победа, первый шаг к ней.

– На рассвете созовите Совет, – продолжила я все также, негромко. – Нужна официальная версия случившегося. Так, чтобы на пользу.

Дожидаться реакции не стала, вышла за дверь. И только когда она закрылась за моей спиной, сползла вниз, понимая, что я так больше не могу…

Глава 10

Ракселя трясло.

Не от страха – бывало и хуже. От ощущения бессилия, которое пришлось испытать.

Всего мгновение… Ему – хватило.

– Сядь! – Валанд подтолкнул к креслу, сам отошел к столику. – Воды? Вина?

– Что угодно, – прохрипел Самир, только теперь осознавая, что всё!

Не то – всё, когда совсем поздно. Когда уже есть надежда.

– Тогда – вина, – «осчасливил» Марк, наливая полный стакан. Не подал – поднес к самым губам, ответил понимающей улыбкой, когда Самир ладонью сжал его запястье, помогая влить в себя все до капли. – Теперь минуту на вздохнуть и можешь рассказывать, – отошел он от стола, как только Раксель сделал последний глоток.

– О чем? – тряхнул тот головой, вытер рукой губы.

– Не знаю, – пожал плечами Валанд, устраиваясь в кресле у самой стойки. Не понравилось… встал, передвинул дальше в угол, снова сел. – Это ведь ты со мной хотел поговорить.

– Больше не имеет смысла, – скривился Раксель. Зажмурился…

Одно к одному. Риман. Ильдар. Джориш. Мария. И – внучка. Сколько ни сравнивай, а выбор не в ее пользу.

– Вот и выясним, имеет или нет, – довольно равнодушно откликнулся Марк. – Станнер нужен?

Раксель открыл глаза, посмотрел на выглядевшего беззаботным Валанда. А у самого на плаще не смытая кровь эклиса…

Скажи кто раньше, что именно офицер О-два будет спасать жизнь Ильдара…

Мысль была не о том.

– Та девочка, Лея Лармиль. – Получилось глухо, но – получилось.

– Сестра Рэи, – выпрямился в кресле Марк.

Оперативку он тогда взглядом зацепил, но потом все пошло кувырком. Вместо ужина пришлось разбираться с кучей обработанных аналитиками данных, выискивая новые зацепки, ну а потом стало и не до них.

О возможных проблемах с Риманом предупредил Ильдар. О причинах – тоже, заставив иначе оценить все их последние стычки. Не противостояние, не попытка поставить на место – прорывающийся сквозь самообладание дар. Первое и второне не исключалось, но… Слабость жрецов такого уровня в их силе. Достаточно оказалось дернуть не за ту ниточку.

Решать, кто прав, а кто виноват – поздно, только разгребать. И не только за себя…

– Где Тормш? – неожиданно перескочил Самир.

Отголосками собственных мыслей.

– С Риманом. Вправляет мозги.

– Этот умеет, – грустно усмехнулся Раксель. – Второй дед…

– Ты не отвлекайся, – «дернул» его Валанд. У их проблем был отягчающий фактор – время.

– Она не сестра Рэи, – потерев ладонью висок, поморщился Раксель.

Ильдар словно знал, кому именно придется распутывать его творение. Уровень пятый, но само плетение сложное. Да и созданная реальность иной мерности, чтобы не просто блокировать утечку, но и нейтрализовать, сделав ловушкой.

Одного не успел – сбросить контроль, продолжая оставаться и здесь, и там. Как точка отсчета, как нуль в системе координат. Сдвинь – потянет за собой.

– Дочь? – исподлобья посмотрел на него Валанд, вернув в настоящее.

– Да, – вздохнув, кивнул Самир. – Моя внучка.

– Станнера придется посвятить в подробности, – резко поднявшись с кресла, Марк отошел к окну. – И Орлака. Это из моих. Из твоих…

– Это не первоочередная задача, – Самир сжал голову руками.

Виски ломило. Сейчас бы никого не видеть и не слышать, но… Это было значительно больше, чем они могли себе позволить.

– Не первоочередная?! – зарычал Валанд, неожиданно для Ракселя оказавшись с той стороны стола. Ударил кулаком. – Твою мать! Ты что, до сих пор ничего не понял?!

– Заткнись, – попросил Самир, скривившись. – Что я должен понимать?

Валанд протяжно выдохнул, отошел к двери. Вернулся, но не дошел, остановившись в центре кабинета.

– Ты согласен, что все контакты с вольными, которые мы выявили, имели в основном экономическую направленность?

– До определенного момента, – ответил Раксель, с трудом заставив себя сосредоточиться.

– Пока к власти не пришел Ильдар, – принял поправку Марк, – грозя уничтожить уже налаженные каналы.

– Думаешь, домоны не имеют к этому никакого отношения?

– А зачем мы им нужны? – зло усмехнулся Валанд. – Другой конец Галактики, плюс изоляция. – Он качнул головой. – Даже если и вспомнили, то лишь когда Ильдар начал восстанавливать утраченные связи. Да и то… – Он твердо посмотрел на Ракселя. – То, что хотели, они уже получили.

– Демкаш?

– У этого оружия – серьезный потенциал. Не помоги случайность, могли узнать о его существовании слишком поздно.

– Звучит убедительно, – был вынужден согласиться Раксель.

– Могу ошибаться, но только не в том, что вплоть до недавнего времени именно так все и было.

– Хорошо, – кивнул Самир, принимая уточнение, – с этим понятно. К чему ты клонишь?

– К тому, что происходит на Самаринии сейчас.

– И что же происходит на Самаринии сейчас? – повторил Раксель, сменив интонации.

– Попытка переворота, – насмешливо протянул Валанд. – Тщательно продуманная, учитывающая менталитет и традиции самаринян и рассчитанная не на молниеносную смену власти, а на ее планомерное ослабление. И это уже совершенно иная история, на которую ни домоны, ни вольные не способны.

– Спорно… – качнул головой Самир. Вновь поморщился…

Боль затихала, пока не шевелился, но на покой рассчитывать не приходилось.

– Ты просто не хочешь в это верить, – нахмурился Марк. – Я тоже не хотел, но уж больно все знакомо. Схемы, уровни…

– Разработки О-два? – напрягся Раксель.

– Не в качестве планов, – «успокоил» его Валанд. – Тактические игры.

– Серьезный подход, – криво усмехнулся Самир. – Тоже участвовал?

– Не о том думаешь, – огрызнулся Марк. – Нас постоянно сдергивают на частности, не давая увидеть картинку. Точечные удары, проверяя реакцию, оценивая силы, выявляя ключевых игроков и тех, кто стоит за ними. У нас это называлось – прокачать второй эшелон.

– Какое отношение к этому имеет Лея?

– Самое непосредственное, – бросил Валанд, отходя к окну. – Полчаса…

– Совет будет трудным, – согласился Самир с тем, о чем Марк предпочел не говорить. Поднялся с кресла, подошел к Валанду, встал рядом. – Она справится.

– Удивительная женщина, – не без гордости произнес Марк. – К Риману нужно приставить усиленную охрану.

– Зачем? – резко повернулся к нему Раксель, совершенно забыв про боль.

– Те, кто выступил против нас, начал отстрел фигур. Ты – первый. Дестабилизированный Риман будет вторым. Вряд ли кто-то мог предположить, что Ильдар столь неожиданно выйдет из игры, но такого шанса они точно не упустят.

– Я – первый? – переспросил Самир. Не то, чтобы не понимал, но…

Если Валанд был прав…

– Тебе рассказать, как будут развиваться события дальше? – теперь Марк смотрел уже на него. – Сутки, двое, трое… Чтобы ты достаточно созрел для соответствующих решений. Это уже с учетом ранения Ильдара и вынужденных корректировок плана. – Говорил он спокойно, на Ракселю казалось, что хлестал словами. – Затем с тобой свяжутся и предложат выбирать: твоя внучка или… – Марк скривился, но закончил: – или, например, я. Может, начнут с какой-нибудь мелочи. Не заметить, забыть, пропустить… Возможно, ты даже откажешься, но сомневаюсь, что это продолжится долго.

– Почему? – хрипло выдавил из себя Раксель. Он и сам мог ответить себе на этот вопрос, но…

Самому себе он не был готов поверить.

– Потому что кому-то очень хорошо известно, насколько дорога тебе стала Рэя и понимает, что эта девочка – твоя единственная память о ней. И когда ты получишь запись, на которой ее насилуют здоровые мужики, ты не только забудешь или не заметишь. Ты сделаешь все, что они от тебя потребуют, лишь бы для нее все закончилось.

– Суки!

– Суки, – согласился с ним Валанд. – Но пока у нас еще есть несколько дней, чтобы добраться до этих тварей до того, как для девочки станет поздно.

– Ты ведь что-то…

Валанд опять перебил:

– Я знаю систему изнутри. И знаю, как и кем выкладывается эта западня.

– Как и кем? – переспросил Самир, уловив угрожающие нотки. – Настолько близко?

– Хотел бы я ошибаться, – устало протянул Марк. – Сутки на проверку. Еще одни на подготовку. Если уложимся с первым, второе можно резать по-живому. Все упрется в количество возможных жертв.

– Сам пойдешь? – нахмурился Раксель.

– Извини, – развел Валанд руками, – но в таком деле я твоим парням не слишком доверяю. Если только…

– Возьмешь Бэйкара, – твердо, как отрезал, произнес Самир.

– Бэйкара, так Бэйкара, – равнодушно отозвался Марк. Бросил взгляд на табло времени: – Давай коротко, но с деталями…

Раксель был прав, когда говорил, что среди всех стоящих перед ними задач эту трудно было назвать первоочередной. Но…

К демонам было то будущее, где власть становилась ценнее жизни ребенка!

* * *

– Вам нужно отдохнуть.

Гиран подошел неслышно, но сил не было даже на то, чтобы вздрогнуть от неожиданности.

Вопреки ожиданиям, Совет прошел довольно спокойно. О ранении Ильдара объявил Риман. Коротко, без подробносней, но уточнений не потребовалось. Достаточно оказалось фразы о том, что ситуация не критична, и вопрос о наказании виновных будет принимать эклис, когда придет в себя.

Он даже на лиската Храма Судьбы в этот момент не смотрел…

Я вину Джориша признать отказалась, сочтя все произошедшее именно стечением обстоятельств. Для Римана все выглядело несколько иначе. Хороший повод, чтобы избавиться от мешавшего его планам жреца.

Радовало, что не Риману предстояло произнести последнее слово, а Ильдар своих клятв не нарушал.

– Я должна успокоить маленькую Лору, – продолжая смотреть на изломанную линию вершин, произнесла я. Лаймэ вставало из-за гор, за ними же пряталось на закате.

Окна личных покоев эклиса выходили на восток. Моего кабинета – на запад.

– О ней есть, кому позаботиться…

– Гиран, – развернулась я к нему. Хотела резко, но тело подвело, движение вышло рваным, неровным, – есть долг, который больше чем просто долг – потребность. Бессловесная потребность быть там, где ты должен быть и делать то, что должен.

– Для вас передали тонизатор, – принял он мои слова. – Но сначала вам нужно позавтракать.

Я поджала губы:

– Не могу.

– В ближайшие дни вам потребуются силы, – с едва ощутимым нажимом отозвался он.

– Ты прав, – не нашла я, что возразить. Ближайшие трое суток отвечать за Самаринию предстояло и мне.

– Не только вам, – поправил меня Гиран. Я не произнесла последнюю фразу вслух, но наши мысли двигались в одном направлении, – именно вам. Риман все еще нестабилен. Джориш…

– Пригласите лиската Римана, Джориша и Верховную Марьям ко мне на завтрак, – отходя от окна, попросила я. – А я пока навещу Лору.

– Как прикажете, – склонил он передо мной голову. – К инессе Исхантель вас будут сопровождать Ждан и Хорун.

Кивнув – так было лучше, застегнула поданный им плащ. Безопасность…

Те дни, когда безраздельно властвовала рациональная часть меня, не прошли даром. Многие вещи, проходившие раньше мимо внимания, стали частью реальности, которую я признала. Ответственность – тоже. Не та, когда от тебя зависит жизнь команды. И даже не та, когда на твоих экранах выстраивается эскадра, готовая четко следовать намеченному тобою курсу. Другая… В которой мир раздвинулся до границ Галактики, но не застыл на них, а лишь замер, готовый растечься и дальше, до краев Вселенной.

Раздвинулся, вместив в себя каждого, кто его населял. Не безликой массой – мечтами, надеждами, желаниями, стремлениями… жизнью.

Тяжелая ноша.

Мне предстояло доказать, что я – справлюсь.

В коридор мы вышли вдвоем, но Гиран сразу покинул меня, оставив наедине с двумя хошши.

Наш первый разговор… Неловкости я не испытывала – прошлого не изменить, лишь решимость все исправить:

– Этого больше никогда не повторится, – твердо произнесла я, переведя взгляд со Ждана на Хоруна. – Для меня это был страшный урок.

– Госпожа кайри? – Ждан посмотрел на меня с недоумением.

Вот она – разница в менталитете. Он даже не понимал, о чем я говорю.

Или… даже в этом пытался облегчить тяжесть в моей душе.

– Я предлагаю вам войти в мой ближний круг, – глядя на старшего из братьев – ему принимать решение, продолжила я. – Если посчитаете, что достойна.

– Это честь для нас, – ни на секунду не задумавшись, ответил тот. – Мы принимаем ваше предложение, госпожа кайри.

Мне бы вздохнуть с облегчением, замереть, позволяя себе хоть на мгновение расслабиться…

Они были другими. Ильдар, Риман, Джориш, Раксель, и даже сорвавшийся, в том числе и по моей вине, Димитр. Они были рождены в рамках этих законов. Их воспитывали, как будущих правителей этого мира. Они шли вверх по ступенькам, становясь сильнее, с каждым шагом все легче принимая тот груз власти, который ложился на их плечи.

Но…

Вот этого: вздохнуть с облегчением… расслабиться… они были лишены так же, как и я. Отвечая не просто за Самаринию – за будущее мира, в котором предстояло жизнь их детям, внукам, правнукам… Оставаясь при этом просто людьми…

Одними из…

Понять, не встав рядом, сложно. Принять…

Судьба! Предназначение! Выбор!

Лишь поднявшись на самую вершину можно было увидеть, что все три – суть одного. Жизни – в ее беспрерывности и быстротечности.

Кто-то мог назвать эти мысли патетикой, я бы не стала обвинять в легковесности подхода. Не встав рядом…

– Это честь для меня, – сглотнув вставший в горле комок, отозвалась я. Продолжать тему не стала: – В покои инессы Исхантель.

Ждан тут же вышел вперед, Хорун занял место за моей спиной.

Так было и так будет! Я не собиралась забывать эти мгновения. Чтобы не забыть и то, через что пришлось пройти, ради вот этого понимания. Не сути этого мира – той цены, которую необходимо заплатить, чтобы осознать свое место в нем.

Комнаты, где разместили Лорианну, находились на втором уровне. Охраны не видно, но в ее наличии я не сомневалась. Дочь эклиса была будущим, которое когда-нибудь, но наступит.

Вошла я в небольшую гостиную без приглашения, воспользовавшись своим правом, и тут же наткнулась на полный боли взгляд. Девочка сидела, забившись в угол дивана и смотрела… Не на меня, на дверь. Меня она словно и не видела.

– Лора! – выдохнула я, рывком расстегнув плащ и отбросив его в сторону.

Быстрым шагом подошла к дивану, подняла безвольное тельце Лорианны, прижимая к себе.

Дочь Ильдара была взросла не по годам, но… она продолжала оставаться ребенком.

– Лора, – целуя ее зареванное личико, шептала я. Гладила по растрепанным волосам, тормошила, пытаясь вырвать из оцепенения, из того ужаса, в котором она потонула. – Лора, девочка моя!

– Он умер? Да? – практически беззвучно, неожиданно прошептала она. И повторила, словно я могла ее неправильно понять: – Папа умер?

– Нет! – едва сдерживая, чтобы не завыть от отчаяния, поставила ее на пол. Опустилась на колени. Обхватив ее лицо руками, заставила смотреть на себя. – Он не умер и не умрет!

– Я видела… – ее глаза были слепыми. Не как у Бэя, те просто не видели, эти же отказывались. – Много крови. Тьма. Смерть.

Вот он – нелегкий выбор. Я должна была провести Совет. Я должна была находиться с ней.

Чем ты готов пожертвовать…

…Этому миру нужна Богиня-женщина. Та, что будет дарить любовь и заботиться о нем. Та, что будет чувствовать его боль…

Слова Джориша теперь звучали по-другому, да и понимание смысла единения кайри и эклиса воспринимались иначе. Он и я. Не выбор одного из двух, его отсутствие, потому что нас – двое.

– Он – жив! – жестко произнесла я. Встряхнула за плечи… Голова дернулась… бессильно. – Слышишь! Жив!

И не важно, что у самой все расплывалось перед глазами. Не важно, что губы кривились от сдерживаемых рыданий. Она не была моей дочерью, но… она была моей дочерью!

– Жив, моя хорошая, – вытирая то ее слезы, то свои, вновь и вновь повторяла я. Убеждая себя. Убеждая ее. – Наступит день и он очнется. А потом мы опять будем бегать в парке. И слушать рассказы Бэйкара. И спорить, могло такое быть или он все придумал. А папа будет смотреть на нас и улыбаться…

Лорианна отшатнулась внезапно. Еще мгновение назад потерянная, она вдруг посмотрела на меня ясно и… холодно.

– Госпожа Мария? – голос был полон почтения, но звучал безжизненно.

У всего своя цена…

– Нет, – глотая слезы, качнула я головой. С колен так и не поднялась. – Машка…

Ее взгляд был пристальным. Недоверчивым…

Она имела на это право.

– Спи, малыш, усни котёнок, сладких снов тебе, зайчонок, – начала я петь прерывистым шепотом. – Мой игривый колокольчик, непоседливый звоночек.

– Машка! – закричала она, бросаясь ко мне и обхватывая за шею. – Машка…

А слезы текли и текли. Туманя взгляд и оставляя соль на искусанных губах. Но это были уже не слезы горечи – веры. Веры в то, что самое страшное позади…

* * *

Лучи Лаймэ били в окна, расчерчивали комнату на квадраты, словно пытаясь доказать, что ничего не изменилось. Новый день, новые заботы, новые возможности.

Вечность решала свои задачи, до наших проблем ей дела не было.

Величие. Отстраненное равнодушие, не знающее снисходительности…

Когда я вернулась от Лорианны, Риман, Джориш и Марьям меня уже ждали. Ни один не отказался. Причина подобной покладистости была проста – дань традициям.

Наверное, должно было смутить – место эклиса заняла незаслуженно, но эту мысль я отогнала раньше, чем та сумела поселить сомнения в моей душе. У меня был шанс помочь Ильдару, я не собиралась его упускать.

Он и… я. Нас было двое. Вчера, сегодня, завтра…

Уже не изменить! И в жизни, и в смерти…

Мысли шли фоном. Не мешая, но и не помогая. Отрывочные, похожие то ли на команды, то ли… осколки реальности, которые нам предстояло собрать заново.

Завтракали молча. По моей просьбе. Всем троим, как и мне, нужна была передышка. Остановка между тем, что уже произошло и что еще могло не случиться.

Решение оказалось правильным. Напряжение, которое буквально не давало дышать, рвало на куски, вызывая то ярость, то глухую тоску, постепенно спадало, растворяясь в тишине, нарушаемой лишь звуками приборов. Да и они с каждой минутой становились мягче, переставая ассоциироваться с набатом.

Если не знаешь, что делать – делай хоть что-нибудь…

Я – не знала, но надеялась, что слова, сказанные когда-то капитаном старховского супертяжа, не подведут и на этот раз.

Дождавшись, когда хошши уберут со стола и покинут гостиную, обвела всех взглядом. Отсчет остановился на зеро, мне предстояло сделать этот шаг.

– Я хочу просить о помощи. У вас троих, – голос меня не предал. Звучал ровно и спокойно.

Риман усмехнулся – в глазах все еще отдавало безумием. Джориш поднялся, отошел к окну, лишая меня возможности, если что, найти там спасение. Марьям просто смотрела на меня, в ожидании продолжения.

– По древним законам мы обязаны исполнять ваши приказы, госпожа кайри. Ваша воля – воля эклиса. – Джориш опять взял на себя самое трудное. Ответил первым.

– Возможно, – согласилась я с ним. Встала… слишком резко. Перед глазами потемнело, но мгла рассеялась раньше, чем кто-либо успел понять, что со мной. Если только Гиран, но тот, что порадовало, даже не дернулся, чтобы помочь, – но я не хочу, и не буду приказывать.

– О чем же вы хотите просить нас, госпожа кайри? – заставил меня обернуться Риман. Ладонь лежала на столе. Родового перстня на ней не было.

Взгляд бесстрастно фиксировал нюансы. Опыт, пусть и небольшой, но достаточный для того, чтобы делать выводы, выносил приговор.

Пустота в душе у одного и с трудом сдерживаемое безумие – у другого.

О чем я собиралась с ними говорить?!