Текст книги ""Фантастика 2025-171". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)"

Глава 18

Фенрис негромко постучал. Дверь распахнулась почти сразу. Взлохмаченный, с разбитым лицом, так и не переодевшийся после вчерашнего Дарий молча отошел в сторону, пропуская в комнату. Исалиэль Фенрис увидел сразу. Она уже не спала, а сидела на кровати, забившись в угол, и обнимала свои колени. Глаза безучастно смотрели в пустоту.

– Сидит так с тех пор, как зелья перестали действовать, – тихим, надтреснувшим голосом проговорил Дарий. От вчерашней ярости и жажды справедливости не осталось и следа. Он был напуган: видеть такой любимую девушку было слишком невыносимо. Всё остальное меркло по сравнению с этим.

– Я поговорю с ней, – сказал Фенрис. – А ты сходи к Лоран, подлечись сам. И в столовую загляни, вам с Исалиэль завтрак оставили, забери.

– Не оставляй её одну, – попросил Дарий.

Фенрис кивнул, только тогда маг огня покинул комнату, напоследок обеспокоенно обернувшись.

Фенрис стоял посередине комнаты, смотрел на Исалиэль, но видел перед собой мать. Сломленную. Безучастную. С выжженной душой. И пусть он не был прямой причиной её состояния – его возвращение запустило необратимую цепочку событий, которые привели к такому концу. Привели и к этому. К ещё одной сломленной эльфийке. Не предусмотрел. Не смог предотвратить.

Неуместные эмоции, которые стали пробиваться, он прогнал прочь. Сейчас это худшее из возможных решений. Ему нужно минимизировать негативные последствия произошедшего. Для этого ему нужна она в сознании и на его стороне. На его… Черт…

Злость на Тэруми вспыхнула с новой силой. Но и это он подавил в себе. Он знал, что Тэруми – не командный игрок. Знал, что захочет отомстить, но поддался собственным иллюзиям. В какой-то момент переложил своё благоразумие на неё. Думал, что она сможет перебороть жажду мести во благо остальных.

Горький ироничный смешок сорвался с губ.

Жизнь во благо остальных.

Чертов девиз. Пустой звук для всех и для каждого в отдельности.

Он подошел ближе и, чтобы не возвышаться, сел на кровать.

– Уходи, – сказала Исалиэль, не меняя своего положения тела и не смотря на него. – Ты с ней заодно.

– Я с ней не заодно. Но я всё же с ней. Она часть моей семьи. – Возможно, правда была не лучшим решением, но и ложь в настоящий момент тоже могла навредить.

Он не ошибся – на искренность Исалиэль откликнулась.

– Я не понимаю. – Она перевела на него взгляд. Фенрис вздрогнул, настолько разочарованный и полный боли тот был. – Ты же эльф. Наш Магистр. Как ты можешь быть с ними заодно?

– С кем «ними»? – осторожно и медленно уточнил он, чувствуя себя так, словно идет по тонкому льду. Неверный шаг и возврата не будет: глубокая ледяная река поглотит.

– С людьми.

– Они не враги нам. Ты же знаешь… Ты и сама любишь человека.

– Дарий не такой, как все остальные! – чуть эмоциональнее сказала она. – И эта женщина… ведьма… Она… она… Как ты можешь защищать её? – Исалиэль стала задыхаться от резкой смены чувств. Слезы полились по щекам.

– А если бы Дарий оступился? Совершил плохой поступок, ты бы оставила его? Разлюбила?

– Он бы так не поступил!

Задавать такие вопросы влюбленной девушке было опрометчиво: всё равно видит в своем избраннике лишь хорошее. Фенрис зашел с другой стороны.

– Анкалумэ принесла много горя людям, это отразилось и на нашем народе. Она совершила много ошибок. Ты знаешь это. Так стала ли ты после этого любить её меньше?

Исалиэль почувствовала себя пойманной в ловушку и снова отвернулась от него, теснее прижала к груди колени. Фенрис не оставил попыток до неё достучаться:

– Я не одобряю того, что сделала Тэруми. Но всё же она в какой-то мере была в своем праве.

– Сила душ не должна была содержаться в одном человеке! – воскликнула Исалиэль, оправдываясь.

– В таком случае чем её позиция отличается от твоей? Возможно, она тоже решила, что сила, сокрытая в тебе, слишком велика, чтобы ты могла ею распоряжаться. И опять же, если захочешь возразить, что твой дар не столь опасен, сколь был опасен дар Тэруми, вспомни, что принесла сила предков, подаренная Анкалумэ, людям, эльфам и этой земле.

Исалиэль уткнулась в колени и заплакала. Фенрис на миг прикрыл глаза, чувствуя себя подлецом. Он умел играть чужими жизнями – все кайнарис умеют, – но старался этого избегать. Потеряться в лабиринтах интриг было слишком просто, а вернуться – нереально.

– О том, что произошло, знают немногие, – тихо сказал он. – Пусть так и остаётся. Нельзя, чтобы люди или эльфы узнали, как ты потеряла дар. – Исалиэль подняла на него заплаканное лицо и с непониманием уставилась. Фенрис очень хотел бы отложить этот разговор, но было нельзя. – Люди не должны знать, что в их воле как-то повлиять на избранных эльфов. А эльфы не должны знать, что твой дар забрали силой. Это повлечет за собой новый этап ненависти и войны. Будут жертвы. С двух сторон. Нам нельзя этого допустить. – Он сделал паузу, давая время ей осмыслить сказанное. – Ты поможешь мне?

– Мы будем врать? – сдавленно проговорила она, широко распахивая глаза.

– Нам придется.

– Но… но… Если я скажу, что потеряла его сама, то… то выходит… Великие силы отвернулись от меня? Отвергли? – Ужас проник во взгляд и голос. Исалиэль побледнела. – Я стану изгоем…

Фенрис пытался придумать более мягкую форму данным Исалиэль определениям и не находил нужных слов. И пусть он не знал нравов эльфов, точнее, не помнил, но предположить, что Исалиэль права, было просто. Она прочла его мысли по глазам.

– Я не вернусь домой, – с горечью заключила она. – Говори им, что хочешь. Я подтвержу. Но в Дэйлор я не вернусь. Я – позор своего народа, а ты – его проклятие. – Она указала рукой на дверь. – Уходи. Не хочу тебя видеть.

Он ушел из комнаты, но не из дома. Стоял за дверью и ждал, пока вернется Дарий. Благо, что маг огня пришел скоро.

Оказавшись на улице, Фенрис глубоко вздохнул, сбрасывая с себя тяжесть разговора, и направился на пост. Только не на восточную стену. Он хотел видеть простор полей перед собой, а не людей, работающих за стеной, и лес. И хоть это противоречило им же установленным правилам, такую вольность он себе позволил. Предстояли разговоры с Дарием, с Лоран, с семьей, а ещё с теми, кто знает правду. И нужно было окончательно решить, что сказать эльфам в Дэйлоре. Ему было о чем подумать.

Увидев идущую куда-то Тэруми, он отвел глаза: говорить с ней был не готов. Её виноватый взгляд чувствовал, но упорно игнорировал. Стало легче, когда их пути разошлись.

Ветер, всегда гуляющий в высоте, принес нужную Фенрису ясность ума. Взор устремился вдаль, туда, где когда-то был барьер. Может, всё-таки стоило найти способ вернуть защитное ограждение? Справиться с угрозой на этой земле было проще, чем сражаться ещё и с тем, что несет в себе территория королевства и империи. Проще… Вот только если заглядывать в далекое будущее – это путь в никуда. Эта земля продолжит утопать во тьме, без шансов на очищение. Они и так потеряли Верховную жрицу. Снова нарушили Равновесие.

Вдруг вспомнилась гигантская серебристая чешуя и её шероховатость под своими ладонями, осмысленный взгляд огромных зеленых глаз. В душе шевельнулось сожаление: Фенрис надеялся, что когда-нибудь сможет вернуть эльфам былую связь с драконами, но теперь, без Верховной жрицы, этот путь стал сложнее, дольше.

Интересно, как быстро Великие силы изберут приемника? Верховная жрица или жрец не появляются сразу после смерти предыдущего, как происходит при передаче мудрости у Магистра. Должен родиться нужный эльф. Особенный. Хорошо бы это был тот, кто действительно достоин, кто сможет принести покой этой земле. Тогда, со временем, и драконы перестанут быть обезумевшими монстрами. И снова вспомнился тот ледяной дракон у стен Дэйлора. Мимолетная улыбка приподняла уголки рта Фенриса, принося с собой легкую грусть.

В привычный размеренный гул городской жизни ворвался звон колоколов, всех, какие были, а потом вопль «дракон» эхом отчаяния пронесся по улицам Изимы. Люди в панике заметались, стараясь успеть спрятаться под защиту стен домов до того, как гигантское существо поймает замешкавшегося. Дозорные тоже бросились прочь, понимали, что они самая легкая добыча.

Стремительно приближающийся силуэт монстра ещё едва угадывался, но Фенрис уже точно знал, что это был тот самый дракон. Его дракон.

Ледяной дракон громко зарычал, оповещая всех, что он явился, и значительно снизился, намечая себе жертву, которая станет его обедом. Фенрис обеспокоенно проследил за траекторией полета существа и увидел бегущую женщину, прижимающую к груди ребенка. Уже на подлете к людям, дракон выставил лапы, готовясь поймать беглецов.

Фенрис ударил в монстра огромным водным шаром, надеясь отвлечь. Льдом атаковать не рискнул: это могло ранить. Инстинкт охотника оказался сильнее – дракон не обратил на досадную неожиданность внимания, тем более что до жертвы оставалось всего несколько метров. Выскочивший перед женщиной с ребенком Аларик стал отчаянно кричать и махать руками, а когда дракон переключился на него, кто-то подскочил и забрал ребенка из рук женщины, чтобы та смогла быстрее бежать. Аларик криком уводил дракона в сторону. Следом полетели стрелы. Они не наносили вреда дракону, но отвлекали.

Фенрис почувствовал магию Дария раньше, чем в воздухе материализовался огненный шар. Сердце зашлось от страха не успеть. Он перехватил ледяной сферой огонь мага и погасил. Дарий и обстреливающие дракона лучники, среди которых была и Лайя, нашли глазами Фенриса, не понимая, что происходит. Впрочем, не только они его увидели. Дракон заметил одинокую, приметную фигуру на стене и сменил направление. Монстр был очень зол. Фенрис откуда-то знал это, как и знал, что дракон его помнит.

Отправив ещё один водный шар в голову монстра, Фенрис спрыгнул со стены и бросился прочь от города. Уже через секунды дракон грузно приземлился на простирающееся перед Изимой поле и гневно зарычал, а после принялся нервно переминаться с лапы на лапу и сотрясать землю хвостом, всем видом показывая, что ярость его не знает границ. Зеленые глаза неотрывно следили за одиноким эльфом, которому негде было укрыться.

– Тебе придется найти другое место для охоты! – спокойным тоном сказал Фенрис, осторожно смещаясь в сторону, по кругу, чтобы развернуть дракона. Если хвост монстра сейчас снесет стены, то Чонсок, мягко говоря, будет проблемой посерьезней разгневанного чудища.

Удивительно, но несмотря на собственное рычание и грохот, издаваемый от ударов хвоста о землю, дракон услышал сказанное и разъярился сильнее. Он расправил крылья, взмахнул ими, создавая одним движением мощный, затягивающий к нему ветер, приподнялся над землей и снова приземлился, но уже совсем рядом. Фенрис чуть успел отпрыгнуть. На том месте, где он только что стоял, находилась гигантская лапа.

– Давай не будем усугублять! – снова сказал Фенрис, медленно пятясь и выставляя вперед руки. – Эти люди мои! Их есть ты не будешь!

Хвост взмыл вверх и плеткой ударил в землю. От прокатившейся по полю дрожи Фенрис не устоял на ногах и упал. В ту же секунду гигантская пасть щелкнула прямо возле лица. Фенрис непроизвольно зажмурился, приготовившись к боли, но его хлестануло лишь ледяным порывом воздуха. А следом ударило чем-то очень твердым. Чувство было такое, будто ему в тело бросили кусок каменной стены и под ним же и погребли. Фенрис первые мгновения боялся даже вздохнуть, но спустя секунды, когда пришло осознание, что всё-таки жив, он открыл глаза и обнаружил серебристую чешую совсем рядом. Оказалось, стеной была гигантская голова, которая придавливала его к земле. Осторожно, тщательно вымеряя силу, чтобы не раздавить.

Выбраться из захвата Фенрис не мог, но он и не хотел. Руки обхватили морду дракона и ласково похлопали. Злость дракона была всё ещё ощутима, но уже не так смертельна.

– Я скучал, – с нежностью в голосе проговорил Фенрис. Морозное облачко, выпущенное из ноздрей дракона, было ответом. – Но про людей, я серьезно. Это моя территория. Ищи себе другую. – Давление на тело стало сильнее. – Сейчас раздавишь, – прохрипел Фенрис.

– Фр-р-р-р, – не разжимая пасть, выдал дракон и вдруг встрепенулся, резко отстраняясь.

Фенрис тут же вскочил на ноги, ища, что привлекло внимание монстра. Человека, который улепетывал обратно в лес, он заметил быстро. То, что это не изимец, было очевидно. Никто не рискнул бы высунуться из города. Дракон рванул в сторону новой жертвы, ловко перебирая лапами. Учитывая габариты существа, скорость бега впечатляла.

– Стой! – закричал Фенрис дракону и бросился за ним, ещё не понимая, как можно остановить вошедшего в азарт хищника. – Стой! Нельзя!

Фенрис стал забрасывать гигантское существо небольшими ледяными стрелами, в надежде отвлечь от преследования. Человек впереди истошно закричал, чем ещё сильнее раззадорил дракона, сводя на нет усилия мага. Появившийся внезапно со стороны леса грэг внес сумятицу в, казалось бы, уже предрешенный финал. Человек резко затормозил, не понимая, куда бежать, и, видно, не нашел ничего лучше, чем упасть на землю и закрыть голову руками, словно это могло ему помочь остаться в живых.

Монстры на секунды замешкались от потери из вида своей жертвы.

– Грэга можно есть, – зачем-то прошептал ошеломленный и запыхавшийся Фенрис, резко останавливаясь.

Дракон чуть приподнялся над землей. Мощная челюсть перехватила не менее впечатляющее тело грэга пополам и оторвала от земли. Уже в воздухе, подбросив и снова поймав добычу, дракон несколько раз взмахнул крыльями, набирая высоту. Фенрис проводил удаляющуюся фигуру ледяного монстра взглядом и упал на колени, а потом и вовсе распластался на земле. Голова гудела от разгулявшегося адреналина. Он знал, что позже придет понимание, как много ошибок совершил из-за своей возникшей сентиментальности, как случайно снова призвал дракона, как чуть не поставил свои желания выше жизней других, но прямо сейчас – был счастлив. Всё обошлось. И главное, его дракон не пострадал.

И сразу вспомнилось… Человек. Хоть бы оказался магом. А-а-а… нет. Будь магом – атаковал бы магией. Ладно, он в любом случае из-за барьера, значит, новости можно узнать.

Фенрис сел и посмотрел в ту сторону, где должен был лежать незадачливый беглец. Лишь бы живым был. Дракон мог и лапой зацепить, когда за грэгом подался. Фенрис поднялся и, обернувшись к городу лицом, помахал руками, показывая, что с ним всё в порядке, а затем побрел к несостоявшейся жертве.

Беглец так и остался лежать на земле лицом вниз, закрывая руками голову. Судя по частому дыханию, был жив, но явно находился в шоковом состоянии. Одежда на нем была порвана и в крови. Оголенные участки тела были в порезах, которые наверняка кто-то целенаправленно оставил. И этот кто-то точно не монстр. Раны ровные, как после ножа или кинжала. Чудо, что человек добрался сюда. Чудо, что вообще были силы бежать. Хотя перед лицом смерти всегда открываются резервные силы.

Фенрис осторожно коснулся руки мужчины. Тот вздрогнул, перевернулся и стал резво отползать.

– Тише, я друг, – мягко проговорил Фенрис, медленно приподнимая руки, показывая, что без оружия.

Лицо на вид юного мужчины тоже было в порезах, но более мелких. Одного глаза не было, как и части правого уха. Длинные, ниже плеч волосы, были сильно спутаны и все в крови и грязи. Хотя оттенок всё ещё угадывался – светлого, пшеничного цвета. Понимание, кто перед ним, пришло внезапно и выбило воздух из легких. Фенрис даже схватился за грудь.

– Лукас, – оторопело произнес он.

Взгляд единственного уцелевшего глаза стал осмысленным. Радостная улыбка озарила лицо.

– Фенрис, – счастливо проговорил он и торжественно добавил: – Я нашел тебя. Добрался.

Фенрис хотел помочь ему подняться, но не знал, как это сделать: всё тело юного мага было сплошными ранами. Лукас догадался о его переживаниях и, кряхтя, поднялся сам.

– А Тэруми тоже здесь? – спросил парень, деловито осматриваясь. Фенрис просто кивнул, ещё не в силах прийти в себя от вида Лукаса и потому, что тот рядом. – А Лайя? Чонсок?

– Тоже, – выдавил из себя Фенрис.

– Может, ещё и Дария встретили?

– И его…

– Хорошо. Он мне нравился, было бы грустно, если бы погиб, пока искал Лайю. – Заметив взгляд Фенриса, Лукас виновато добавил: – Прости, что сказал ему, где вы, но так надо было.

– Идем, – бросил ему Фенрис и медленно направился к стенам, давая понять, что разговоры могут подождать. – Кто тебя так?

– Долгая история. Расскажу сразу всем, чтобы не повторяться. – Когда эльф кивнул, Лукас ускорился. Сильная хромата перекрывалась проявленным упорством. – Еда же здесь есть? Отлично! Очень есть хочется! Последний раз ел до плена. Наверное… И скорее бы Лайю увидеть. Вылечит… Ты не представляешь, как у меня всё болит. Думал, умру от боли. Но я отомстил, правда, не всем, а до кого дотянуться сознанием успел. Но это потом… по порядку расскажу. Ты же ещё не знаешь, что там… Но теперь всё изменится. Теперь у нас есть ты!

Ворота распахнулись, и Лайя бросилась навстречу. В Фенриса она врезалась всем телом, не снижая скорости, и сначала зацеловала его лицо, а потом стала бить в грудь руками и кричать:

– Зачем?! Он мог тебя раздавить! Мог съесть! Как ты мог? – Она с силой стиснула его и сквозь слезы запричитала: – Не смей больше так… Я так испугалась…

– Прости, – прошептал он, обнимая её. – Это был тот же дракон, что и у стен Дэйлора. Он не навредил бы мне.

– Ты не мог знать этого наверняка!

– Лукас пришел, – сказал Фенрис, пытаясь отвести от себя гнев жены.

Лайя не сразу услышала, зато услышала подошедшая Тэруми.

– Малой, – ошеломленно выдохнула она, останавливаясь возле него и до рези в глазах всматриваясь в израненное лицо.

– Тэ, – нежно улыбаясь, сказал он. – Ты стала ещё красивее, чем была.

– А ты нет, – оторопело произнесла она.

Лукас засмеялся.

– Шрамы украшают мужчин.

Тэруми сдавленно выдохнула и покачала головой. Она хотела обнять его, но не могла сделать и шага. Лицо её стремительно теряло краску от ужаса. Лайя тихо ахнула и схватила мага за руки, принялась зачитывать заклинание. Лукас блаженно прикрыл глаза и прошептал:

– Спасибо. – Слеза скатилась по щеке.

Когда он наконец-то попал в город, его встретила сдержанным и напряженным молчанием толпа людей. Чтобы ощутить их недоверие, не требовалась даже магия. Впрочем, ему было всё равно. Он не собирался жить с этими людьми – ему нужен был только Фенрис.

– Мама вылечит тебя, – сказала Лайя и повела за собой.

– Мама? – заинтересованно спросил Лукас.

– Она самая… Потом расскажу. Сначала приведем тебя в порядок.

Лукас в предвкушении улыбнулся. Заметив спешившего к ним Чонсока, он завистливо выдохнул и заворчал:

– Он стал ещё шире в плечах? Или это я забыл, какой он великан?

– Второе, – усмехнулась Тэруми, а потом окинула Лукаса взглядом. – Но ты и сам значительно преобразился. И я не про раны.

– Да, – горделиво согласился он, невольно расправляя плечи. – Я много тренируюсь. Точнее, тренировался.

– Что, и бегать научился? – поддела его Тэруми.

– Пришлось научиться. Сейчас без этого никак.

Сказал вроде как обыденным тоном, но всех покоробило. Тэруми и Лайя переглянулись. Фенрис же помрачнел. Чонсок при виде Лукаса мастерски сумел скрыть удивление и даже изобразил радушие:

– Вся команда снова в сборе.

– Да! Как же я рад вас видеть!

– И мы тебя, – ответил Чон. – Отдыхай. – Он посмотрел на Лайю. – Позовешь, когда подлечите его. Будет разговор.

Он кивнул Фенрису, приглашая отойти, а Лайя, Тэруми и Лукас отправились к лечебнице.