Текст книги ""Фантастика 2025-171". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)"

Автор книги: Александра Власова

Соавторы: Эмили Ли,Василий Щепетнёв,Ли Эмили
сообщить о нарушении

Текущая страница: 119 (всего у книги 292 страниц)

Глава 13

– Я слышу воду, – оповестил танэри.

– Наконец-то! – обрадовалась Лайя и поспешила вперед.

Тэмин добрался до берега первым, присел у самого края и, набрав в ладони воды, умыл лицо. Лайя бросила свою сумку на землю рядом со снаряжением юноши, отстегнула клинки и с наслаждением покрутила плечами. Аккуратно, тихо шагая, как кошка, девушка подошла к Тэмину и сильно толкнула его в спину. Теряя равновесие, он с плеском упал. Мокрый, отплевываясь от воды, танэри тут же подскочил на ноги. Хоть и стоял возле берега, вода достигала ему почти до груди. Лайя счастливо захлопала в ладоши, смеясь, проговорила:

– О, а тут глубоковато.

Он схватил её за руку и резко дернул на себя. Лайя с головой ушла под воду. Тело обожгло тысячью мелких иголочек. Вода оказалась холоднее, чем она думала. Девушка вцепилась в руку азура, пытаясь подняться.

– Как водичка, ведьмочка? – спросил Тэмин, убирая назад волосы, прилипшие к лицу, а потом стал озираться в поисках, понимая, что остался без шапки. Ту куда-то унесло при падении в воду.

Лайя виновато пожала плечами, а потом прислонилась к его боку и прошептала что-то в самое ухо.

Фенрис отвернулся. Кажется, на сегодня его лимит стойкости и безразличия был исчерпан: слишком много взаимодействий у этих двоих. Они выбрались на сушу, о чем-то весело щебетали, ещё больше раздражая его. Фенрис снял меч, распрямляя спину, подошел к воде, собираясь умыться. Сильный толчок в спину нескольких рук резко погрузил его под воду. Он вскочил, протирая глаза, оборачиваясь и ища виновников. На берегу стояли довольные ведьма и танэри. Одновременно обернувшись, они посмотрели на Чонсока. Тот, бросив меч на землю, принял боевую стойку.

– Ну нет, со мной такой номер не пройдет, – уверенно проговорил воин, пятясь назад, пытаясь глазами отследить перемещение сразу двух охотников.

Они кружили вокруг него, Чонсок умело отступал. Фенрис заинтересованно наблюдал за этим со стороны, отмечая про себя правильность выбранной воином стратегии. У ведьмы и танэри не выйдет застать врасплох. Губы Фенриса тронула ухмылка. Чонсок не учел только одно: всегда нужно рассматривать элемент неожиданности. Фенрис одним движением ноги подсек азура, который был недалеко от берега. Чонсок рухнул в воду и принялся барахтаться, руками ища, за что зацепиться, чтобы подняться. Фенрис предусмотрительно сделал шаг в сторону, чтобы не стать такой опорой.

Когда Чонсок принял вертикальное положение, то его лицо выражало крайнюю степень ярости. Лайя на мгновение испугалась за жизнь эльфа и поспешила прыгнуть в воду, становясь между ним и воином. Чем вызвала изумление Фенриса и привела в чувство Чонсока. Неловкую паузу разбил столб брызг, которые поднял Тэмин, с разбегу прыгнув в воду. А как только ноги танэри коснулись дна, а сам юноша показался на поверхности, последовала новая порция брызг. Лайя зажмурилась и ответила контратакой, поливая всех без разбору. Чонсок присоединился, намереваясь хотя бы таким образом отомстить подлому эльфу. Фенрис же был вынужден защищаться, на берег ему всё равно никто не дал бы выйти.

Усталые и замерзшие, наплескавшись и насмеявшись, они заключили перемирие и направились на берег. Лайя неудачно наступила на камень и подвернула ногу, уходя под воду. Руки эльфа тут же поймали её, вытаскивая на поверхность. Девушка принялась разбирать волосы с лица, желая увидеть всё-таки что-то кроме своих рыжих локонов, а потом замерла, понимая… Эльф за всё это время так и не отпустил её. Лайя подняла на него взгляд… Капельки воды росой расположились на бледной коже Фенриса, маня… Тело подалось вперед, прижимаясь к боку Фенриса, отражая вспыхнувшую искру желания. Эльф среагировал так же импульсивно, обвивая руками её талию, прижимая теснее к себе, встретился с ней глазами…

– Ведьмочка, что ты там у эльфа ищешь? Соринка ему в глаз попала? – раздался насмешливый голос Тэмина. – Так пусть выходит, все вместе посмотрим…

Лайя резко отстранилась от Фенриса и поспешила на выход, пряча глаза и пытаясь сдержать смущение. Чонсок сердито буркнул другу на азурианском и схватил за руку, потянул от берега, опасаясь ответной реакции эльфа.

Они решили остаться здесь, хоть до темноты было ещё порядком времени. Развели костер, развесили на ветвях мокрую одежду, сменив её на запасную. Лайя распустила волосы и принялась их расчесывать, устроившись на большом камне.

– Выглядишь сейчас как ведьма, – сказал Тэмин, открыто разглядывая её.

– Я и есть ведьма, – фыркнула она.

– Нет, я про ведьм из сказок, которые выходят из морских пучин и похищают сердца моряков.

– Во-первых, это русалки, а во-вторых, твоё сердце уже занято, так что нечего похищать, – напомнила ему девушка.

– Это да, – согласился с ней Тэмин.

– При подходе к городу нам станут встречаться разбойничьи банды и их ловушки, надо будет двигаться осторожнее, – сказал Фенрис, по очереди смотря на Лайю и Тэмина, словно предупреждая. – Селений будем избегать, остановимся сразу в городе. Азуры войдут через главные ворота. Лайю я проведу другим путем. Встретимся в условленном месте. Дом я сниму нам заранее. Скоро фестиваль осени, будет много приезжих с других городов, поэтому сможем какое-то время оставаться незамеченными.

– Ты уйдешь от нас и пойдешь в город один? – уточнила Лайя, поднимая на него глаза.

– Да, вы будете меня ждать здесь, – он показал на карте. – Когда я всё устрою, то вернусь за вами.

Лайя нахмурилась, ей не нравилась эта идея, но возражать не стала.

– Нам ещё несколько дней пути, поэтому детали обговорим уже ближе к городу, – добавил Фенрис.

– Раз у нас сегодня много свободного времени до заката, то я поохочусь и добуду нам ужин, – предложила Лайя.

– Одна? – спросил эльф.

– Ну да, – недоумевала с вопроса девушка, – на охоту не ходят толпой!

– Далеко не заходи, – предостерег её эльф, – и, если что, кричи.

– Договорились, – улыбнулась ему девушка, спрыгивая с камня, подбирая с земли лук, направилась в лес.

Зайти пришлось всё-таки достаточно далеко, ведь их шумные игры в воде распугали живность. На обратном пути она вышла из леса совсем не там, где нужно. К лагерю уже возвращалась вдоль берега, неспешно прогуливаясь и размышляя. Мужчины удивились, когда увидели, с какой стороны она появилась.

– Решила прогуляться? – Тэмин был бы не Тэмином, если бы промолчал. Лайя усмехнулась. – Фенрис волновался, собрался тебя искать. – И, игнорируя убийственный взгляд эльфа, продолжил: – А я вот знал, что тебе ничего не сделается.

– Да? И именно поэтому ты последний час нарезаешь круги вокруг лагеря? – ехидно заметил Чонсок.

Тэмин обиделся, насупился и скрестил руки на груди. Это выглядело так забавно, что Лайя засмеялась и, проходя мимо него, положила руку ему на плечо.

– Простите за беспокойство, пришлось немного побегать, но, – она отдала добычу Чонсоку, – я молодец!

И с видом победителя девушка опять уселась на камень, который облюбовала раньше. Тэмин подошел и проверил развешенную одежду, недовольно поморщился.

– Ай, даже за ночь не высохнет! – проворчал он. – Фенрис, почему ты не маг огня? Сейчас бы раз – подогрел бы всё, и готово!

Эльф проигнорировал его выпад.

– Огонь удивителен в своем разрушении. Он, как и сама жизнь, непостоянен. От блага до гибели один короткий миг. Если я мог бы выбирать стихию, то предпочел магию огня, – продолжил философствовать танэри. Чонсока от его слов аж перекосило. Карие глаза азура гневно засверкали, но высказаться не успел.

– Маги не выбирают себе стихию, стихия выбирает их, – сказала вдруг Лайя и задумчиво посмотрела на реку, – но если говорить о стихии, то моя – это земля. Я была бы магом земли. А ещё я очень люблю воду. Она повсюду. Тиха и скрытна. Изменчива и пластична. Безмятежна и чиста. Принимает тебя, очищает, дарит жизнь. Временами быстра, сокрушительна и губительна в своей страсти. Иногда холодна и тверда. Иногда величественна и молчалива. А порой обжигает, не хуже любого огня. Всегда разная. Созидание и разрушение у неё идут вместе, сливаясь в единую чарующую силу, – Лайя перевела взгляд на Фенриса, который слушал её затаив дыхание, – но всегда бесконечно прекрасна.

– Последнее ты сейчас точно о воде говорила? – уточнил Тэмин, с ухмылкой смотря то на девушку, то на эльфа.

Лайя нехотя отвела глаза от Фенриса и ответила юноше, перед этим громко фыркнув:

– Ну конечно, немагическая ты душа!

– А у ведьм тоже так? У вас тоже у каждой есть свой источник силы и свой магический талант?

Лайя замолчала, задумавшись, стоит ли рассказывать.

– Я заметил, что ты черпаешь силу у деревьев, но также и у солнца, и у земли, – высказал свои наблюдения Тэмин. – Да и то, как ты рассказывала о воде, говорит, что и её сила не чужда тебе. Выходит, ведьмы универсальны?

– Не все, – уклончиво ответила Лайя.

– Вот, а я говорил, что наша ведьма особенная! – торжественно произнес Тэмин, победно улыбнувшись Чонсоку.

– Да ну тебя, – отмахнулась Лайя. – Лучше пойдем, потренируемся, пока есть время.

– Нет, сегодня у тебя тренировка с Фенрисом!

Лайя и Фенрис недоуменно уставились на него. Тэмин закатил глаза, всем видом показывая, что приходится объяснять прописные истины.

– Вряд ли тебе придется сражаться с танэри, а вот солдаты Инквизиции, возможно, ещё встретятся. Кто же тебе покажет технику их боя, как не их бывший служитель? – проговорил юноша.

– Я маг, а не солдат, – напомнил Фенрис.

– Мечом махать умеешь весьма неплохо, значит, как минимум изучал основы, и сможешь помочь ей, – парировал Тэмин.

– Не тебе говорить, что мне делать или не делать, – холодно сказал эльф.

– Фенрис, не нужно, всё нормально, – Лайя успокаивающе положила ему руку на плечо.

Эльф зло посмотрел на её руку, и девушка поспешила её убрать. Мужчины продолжали сверлить друг друга глазами. А Лайя стояла и не знала, что сделать или сказать, чтобы разрядить обстановку.

– Извини его, – вмешался Чонсок, обращаясь к Фенрису, при этом мягко взял за локоть юношу и потянул к себе.

Тэмин от этих слов взвился и резко отпрянул.

– Какого черта извиняешься вместо меня?! – накинулся он на друга. – Не тебе за меня решать!

– Примерно это и сказал Фенрис, – спокойно напомнил ему Чонсок.

Тэмин эмоционально всплеснул руками и отошел в сторону, что-то бубня себе под нос на азурианском. А потом довольно долго нервно расхаживал взад-вперед и вернулся к общему костру, только когда приготовился ужин.

– Я был неправ, – тихо сказал Тэмин Фенрису, буквально выдавливая из себя признание.

Эльф едва заметно кивнул ему, показывая, что тема закрыта. Танэри облегченно выдохнул, усаживаясь рядом с Чонсоком. Лайя видела, как тяжело далось извинение Тэмину, и сейчас гордилась им. Когда юноша бросил на неё взгляд, то не удержалась и послала ему едва заметный воздушный поцелуй. Танэри озорно подмигнул и улыбнулся в ответ.

Фенрису сразу перехотелось есть. Он отложил свою порцию и ушел на берег. Просидел там в одиночестве до самого заката.

Лайя на этот раз вызвалась сторожить первой. Когда все заснули, она достала альбом, закрыла глаза и воспроизвела в памяти картину, которую хотела сохранить у себя на бумаге.

Фенрис сидит на небольшом камне у самого края воды. Взгляд устремлен вдаль на тихую гладь и одновременно в никуда. Ветер раздувает его волосы, бросая на лицо серебристые пряди. Фенрис не двигается и не убирает их, хоть они периодически попадают в глаза. Пальцы погружены во влажный песок. Поникшие, расслабленные плечи. Одиночество. Наверное, именно так со стороны оно и выглядит.

Грусть и тоска охватили Лайю, карандаш тихо зашуршал, изливаясь на бумаге, оставляя след. Время стало снова существовать, когда последний штрих был закончен. Она принялась любоваться своим творением. Фенрис получился настолько реалистичным, словно Лайя рисовала его с натуры, а не по памяти. Что-то капнуло на бумагу, девушка с удивлением дотронулась до своей щеки. Надо же, и не заметила своих слез. Чужое одиночество Лайя, пропуская через себя, запечатала на бумаге. Рисунок, у него своя магия.

К ней подошел эльф, сменяя её на дежурстве. Она поспешила закрыть альбом и спрятала его в сумку. Фенрис сел рядом.

– Что рисуешь? – спросил он тихо.

– Да так… То, что запомнилось ярче всего и хотелось бы сохранить надолго, – ответила она, испытывая неловкость, словно её уличили в чем-то постыдном.

– И что запомнилось в этот раз? – эльф просто спрашивал, а Лайе казалось, что она сейчас сгорит от смущения.

– Река, – наконец нашла что соврать девушка.

– Покажешь?

– Нет! – Лайя воскликнула слишком поспешно. Фенрис удивленно посмотрел на неё, но настаивать не стал.

– Можешь идти спать, теперь моя очередь – сказал ей эльф.

– Я хочу ещё посидеть, – шепотом призналась девушка.

Мир, погруженный во мрак ночи, спал, а вместе с ним и её убеждения поддерживать с Фенрисом нейтралитет. Думать о правильности собственного решения остаться возле него не хотелось. Лайя расслабленно оперлась на руки, чуть наклоняясь назад, подняла голову к ночному небу и отдалась во власть чувств. Был лишь этот небольшой клочок земли, освещённый потрескиванием костра, и мужчина, который будоражил и волновал её, от которого разум призывал убегать и держаться подальше, а сердце заставляло бежать навстречу. Мужчина, который сейчас сидел совсем рядом, но так далеко, словно их разделяла целая пропасть.

– Фенрис, – наконец решилась она на разговор, который уже давно прокручивала у себя в голове. Чтобы не растерять свою смелость, Лайя продолжила, не дожидаясь ответа: – Ты мог умереть тогда, тьма поглотила бы твою магию, а потом забрала бы и жизнь.

Он тоже оперся на руки и стал рассматривать звезды, отвечать ей не стал.

– Остальные ведьмы неспособны вернуть силу и магию, ровно как и не смогут сдержать столько тьмы, – тихо продолжила она.

– Значит, мне повезло, что ты можешь это делать, – отозвался Фенрис.

– Но ты же не мог этого знать! – разволновалась Лайя, снова вспоминая тот страшный миг. – Никогда больше так не рискуй! Я не хочу, чтобы ты погиб! Только не из-за меня! – Она выпрямилась и уставилась на него, взглядом требуя обещание. Как в запале схватила его за руку, не заметила.

– Ты собираешься обращаться к тьме? – Он тоже повернулся к ней. Руку не убрал.

– Нет!

– Вот и хорошо, значит, мне больше не придется рисковать.

Фенрис улыбнулся. Это было так неожиданно, что Лайя растерялась.

– Но другие…

– Ради других я бы не стал подвергать свою жизнь опасности, – тихо проговорил Фенрис. Он сплел свои пальцы с её и уставился на их руки, словно не верил, что сделал это сам.

Лайя замерла, боясь пошевелиться, боясь разрушить это мгновение, боясь остаться без прохлады его ладони. Внутри всё трепетало от его близости и вместе с тем радовалось. Такое чувство… словно они давно-давно не виделись и сейчас смогли наконец-то встретиться… Она открыто любовалась его лицом, освещённым луной.

Фенрис потянул девушку на себя, устраивая её голову на своей ноге.

– Спи, – ласково произнес он, положив руку ей на плечо.

Лайя нашла его пальцы и снова сплела со своими. Счастливая улыбка посетила губы, глаза закрылись.

Она знала, что с утра к ней вернется неловкость и стыд, а он снова будет вести себя отстраненно, будет холодно и безразлично смотреть. Они снова не будут ничего не значить друг для друга. Но это будет завтра. Сейчас есть лишь это мгновение.

Глава 14

Проснулась Лайя под пение птиц и ярко светившее солнце. Первое, что она увидела, открыв глаза, это маячившее неподалеку заинтересованное лицо танэри. Взгляды, которые он бросал в её сторону, были настолько красноречивые и насмешливые, что девушка на минутку закрыла глаза, пытаясь отложить неизбежные подколки со стороны азура.

Кто-то рядом пошевелился, и Лайя поняла, что всё ещё лежит на ноге у Фенриса и держит его за руку. Она так и проспала до утра, а он так и остался сидеть? Создатель… Как теперь смотреть всем в глаза? Что они о ней подумают? Может, она и не была образцом добродетели в жизни, но понимала, что спать в обнимку с мужчиной спустя такое короткое время со дня знакомства – делало её в глазах общественности весьма легкомысленной. Если не сказать больше. А уж если вспомнить все сплетни и разврат, которые приписывают ведьмам… Хотелось повыть. Кроме того, то время, которое она позволяла себе побыть с Фенрисом, было только её и уж точно не для обозрения окружающих.

Лайя сожалела, что азуры увидели их вместе. Эльф слегка сжал её пальцы, словно успокаивая. Он что, тоже умеет считывать чужие эмоции?

– Пора в путь, – прошелестел рядом низкий голос эльфа.

Он наклонился к ней, и его волосы защекотали её лицо. Это было интимнее тысячи прикосновений, Лайя резко открыла глаза, встречаясь взглядом с большими синими глазами. И время остановилось, растекаясь по телу теплом волнения. Дыхание перехватило, а взгляд скользнул по лицу ниже, замирая на губах. Если сейчас приподняться и коснуться поцелуем его губ… Её возникшие фантазии он считал, невольно откликаясь и чуть сильнее сжимая её руку.

Резкий звук со стороны заставил её вздрогнуть.

– Простите, уронил, – ехидно проговорил Тэмин.

Лайя поднялась, стараясь ни на кого не смотреть, быстро собралась. Фенрис же, наоборот, торопиться в путь не спешил, словно желая пробыть в этом мгновении и месте чуть подольше. Подгонять его азуры не рискнули, а Лайя в принципе не могла, ей всё ещё было неловко за прошлую ночь.

Ели они уже в пути. Планировали добраться до первого селения к вечеру. Никто не переговаривался, пребывая в собственных думах. Солнечное утро довольно скоро сменилось хмурым днем, медленно перетекая в мрачный вечер с чуть накрапывающим дождиком. Задумчивость спутников Лайю невольно радовала, ей и самой нужно было привести в порядок свои мысли, поэтому она шла одна в стороне от остальных.

Тэмин приблизился и схватил её за локоть, заставляя остановиться. Он присел и аккуратно раздвинул руками ветви, качнул головой, призывая посмотреть. Лайя наклонилась и увидела закрепленную растяжку, а подняв голову к верху, заметила приготовленную сеть, куда она точно бы попала, если бы не танэри.

– Спасибо, – сказала Лайя.

– Я пройду чуть дальше, разведаю. Скорее всего, впереди будет засада, подождите здесь, – сообщил Тэмин и, не дожидаясь согласия, скрылся.

Вернулся достаточно быстро.

– Как я и говорил, впереди засел небольшой отряд. Пару лучников и шесть мечников. Ничего серьёзного, обычные разбойники. Можем обойти их с восточной стороны, небольшой крен дадим, – доложил Тэмин.

– Мы не будем сворачивать, – сказал Чонсок и добавил, отвечая на невысказанные вопросы: – Оставить разбойников здесь, значит, обречь простого путника на гибель.

Тэмин картинно поднял кверху глаза, намекая, что он думает по этому поводу. Фенрис ограничился скептическим взглядом. Лайя презрительно фыркнула. Тогда воин выдвинул важный для спутников аргумент:

– Мы заберем у них то, что они уже успели награбить. Нам же нужны монеты?

Крыть было нечем, и все продолжили путь.

По мере продвижения к лагерю бандитов, ловушки попадались всё чаще. Тэмин разряжал их по просьбе Чонсока. Лайя искренне не понимала, зачем тратить на это время, но открыто спорить не стала. Танэри дал знак остановиться, показывая на расположившихся в тени деревьев людей. Лайя достала из-за спины лук, но танэри остановил её.

– Сними только лучников. У тебя мало стрел, не стоит тратить их зря.

Лайя кивнула, соглашаясь. Чонсок достал оружие. Тэмин сделал так же. Как только они вышли из тени, разбойники оживились. Две стрелы, выпущенные одна за другой, сразили лучников. Яростно заревев, бандиты накинулись толпой на путников. Бой был неравный и короткий. Лайе даже было немного жаль их. Добыча составила не так много, но, по крайней мере, у них теперь были монеты на первое время.

К селению они подошли с наступлением ночи. Припозднившиеся жители разбредались по домам, поэтому Лайя и её спутники укрылись в тени крайнего к лесу строения, ожидая, пока улицы окончательно опустеют.

– В те дома пока не вернулись хозяева, если мы поспешим, то сможем влезть туда, – Лайя показала направление.

– Мы не будем этого делать, – перебил её Чонсок.

– Что? Почему? – удивилась девушка.

– Мы не будем грабить селян, – твердо сказал воин.

– Но… – она ошарашенно смотрела на него, не веря своим ушам. – С чего такое благородство? Не мы ли только что завалили восемь человек и забрали их добро?

– Ограбить вора не преступление, – спокойно ответил азур.

– Но… но, а тот дом, в котором мы жили? Мы брали там еду и вещи, а потом вообще спалили, правда, не сами и не специально! Но всё равно! – не сдавалась девушка.

– Для владельца дома я заранее оставил 5 золотых, надеюсь, трактирщик передал их.

Лайя потеряла дар речи, переводя взгляд с Чонсока на Тэмина, не понимая, почему танэри не говорит ей, что это всё шутка. И пока она недоумевала, момент был упущен: жители вернулись в примеченные ею дома. Значит, новой одежды и еды им не видать.

– Так вот куда пошли мои монеты! – наконец-то пришла в себя Лайя и зло зашипела. – А совесть тебя не мучила, когда ты обманывал простую девушку, зная, что не сможешь заплатить?

– Простая девушка, как же, – презрительно хмыкнул Чонсок, – ты же ведьма!

– Ах, вот значит, как! – вспылила она и с силой толкнула его в грудь. От неожиданности воин потерял равновесие и спиной приложился о стену сарая, за которым они прятались. – В благородство, значит, решил поиграть? Селян ему жалко, а ведьму нет?

– Он не так выразился. – Тэмин пытался встать между ними и схватил её за локоть, оттаскивая от Чонсока. – Да и это была моя идея, иначе Чон бы ни в какой дом не пошел и Фенрис бы умер! А нам нужен был кайнарис! Я оставил те монеты трактирщику, не Чон! Меня вини!

Разочарование, которое она сейчас испытывала, было сложно уместить в душе. Одно дело обманывать, не имея возможности заплатить, а другое – сознательно врать, оставляя монеты селянину, выбирая его только потому, что он обычный человек. Чем он заслужил бо́льшую милость? Или её дар, уже заранее объявленный грехом, позволял поступать с ней несправедливо?

Лайя резко вырвалась и оттолкнула Тэмина, с ненавистью смотря на него:

– Ты ещё хуже, чем он! – она почувствовала, что сейчас задохнется от горечи. – Да пошли вы… – зло прошипела она и резко развернулась, но, сделав несколько шагов, остановилась и обернулась. – Ищите себе другого лекаря. Человека, не ведьму! Не стоит омрачать своё благородство души таким омерзительным существом, как я!

Она накинула капюшон, стягивая его на лоб, максимально пряча лицо, и пошла, не скрываясь по улице. Жителей было немного. Ей никто не мешал. Только проходя мимо таверны, ей преградила путь пьяная компания мужчин, окружая и глумливо смеясь, стянула с её головы капюшон, протягивая руки, стараясь дотронуться до тела:

– А кто это у нас такой маленький мимо идет?

Фенрис, следуя за ней, придерживаясь тени домов, поспешил, на ходу доставая меч. Но это было лишним. Лайя сделала едва уловимые движения, и мужчины один за другим осели на землю. Она наклонилась и обшарила карманы каждого, забрала себе их кошельки. Подбросила в руке, взвешивая, и убрала себе в сумку. Вышедшая из таверны помощница в ужасе открыла рот, но крикнуть не успела. Лайя подлетела к ней, обхватила сзади, зажимая рот рукой, делая голос хриплым и чужим, сказала ей в самое ухо:

– Скажешь, что видела меня – вернусь и убью. Если сюда заявятся ищейки – вернусь и убью. Скажешь всем, что видела их драку, что они сами себя, поняла?

Девушка закивала. Лайя второй рукой обследовала по её бока, а потом, когда нашла и забрала кошелек, отпустила.

– Вот и умница, а сейчас возвращайся назад.

Почувствовав взгляд, Лайя обернулась и посмотрела на Чонсока, наблюдавшего за ней в отдалении с мечом в руке. Злая ухмылка скривила губы. Меч против кого? Против ведьмы? Или в помощь ей?

Чувство самосохранения подстегнуло её. Лайя перешла на бег, спеша уйти как можно дальше. Она ненавидела подобные селения. Селения, от которых веяло мнимым уютом и добротой.

Остановилась Лайя, только когда в боку закололо. Тело сразу же напомнило о дне пути и о необходимости отдыха. Она плюхнулась на землю прямо там, где и стояла до этого. Высыпала добытые монеты, пересчитала и сложила в один кошель. Хороший улов. Хватит продержаться пару недель. Одной. Снова… Эта мысль больно резанула её, пожалуй, даже сильнее, чем сказанное недавно Чонсоком и Тэмином.

Она обессиленно легла на землю и раскинула руки, ненавидя себя за то, что ждет проклятых азуров и молчаливого эльфа, вместе с тем понимая, что будет ненавидеть себя ещё больше, если сейчас сбежит.

– Лайя! – испуганно воскликнул Тэмин, подбегая первым, волнуясь, что с ней что-то случилось.

Девушка вскинула руку, призывая молчать, и неуклюже поднялась. Призвала всю свою выдержку и сделала вид, что ничего не произошло, что так всё и было задумано.

– Я добыла нам монет. Теперь есть чем заплатить за нормальный дом в Налии, – холодно сказала она, обводя глазами спутников, а потом с вызовом посмотрела на Чонсока: – Твоя честь не пострадала. Я забрала монеты у простых людей. А ты заберешь их у меня. Свою часть. Взять монеты у вора не преступление. Так?

Чонсок молчал, на взгляд ответил своим прямым, ничего толком не выражающим. Тэмин смотрел с раскаянием, чем ещё сильнее злил. Лайя обернулась к Фенрису и отдала ему кошель, на его вопрос в глазах со злой иронией пояснила:

– Такое отродье, как я, недостойно жить. Вдруг наши славные азуры решат проявить благородство и избавить мир не только от разбойников, но и от ведьмы? Поэтому пусть монеты будут у тебя. Будет с чем скрыться, если начнет происходить что-то «правильное».

Тэмин от её слов аж подавился воздухом и закашлялся. Лайя отвернулась и пошла дальше. Фенрис догнал и подстроился под её шаг. Он ничего не говорил, но так даже лучше. Ей было достаточно того, что он просто идет рядом. Она устала и телом и душой. Заговорила Лайя только спустя пару часов, когда раскаяние за содеянное окончательно накрыло её.

– Я не должна была поддаваться эмоциям, – прошептала она Фенрису. – Могла же сбежать, не убивать их, не оставлять за собой след. Теперь могут прислать ищейку…

– Не думаю, что при других обстоятельствах, они бы ограничились только прикосновениями. Кроме того, если бы ты не убила их, то это сделал бы я, – сказал Фенрис, смотря на Лайю. – Так что не вини себя, это было неизбежно.

Он снял с её плеча сумку и повесил на своё. Лайя благодарно улыбнулась.

– Спасибо, – благодарность была не только за сумку, и Фенрис понял это.

Лагерь разбили уже глубоко за полночь. Чонсок решил оставаться на страже первым. Фенрис и Тэмин заснули сразу, а Лайя ещё долго ворочалась, всматриваясь в ночное небо.

Ей казалось, что она только прикрыла глаза, как снова надо куда-то идти. Уставшая и не выспавшаяся, девушка угрюмо шла, игнорируя виноватые взгляды, которые бросал в её сторону Тэмин. Он выглядел таким потерянным и несчастным, но Лайю это не трогало. Она привыкла получать удары в спину, но сейчас было особенно больно, и расстаться с этой болью – не готова. Это напоминание… Что каждый раз, когда позволяла себе расслабиться, открыться и быть собой, доверять, жизнь ей преподносила очередной урок.

Говорить ни с кем не хотелось. Молчание не угнетало её, а просто подчеркивало действительность. Они чужие друг другу, чтобы она там себе не нафантазировала раньше. Лайя пресекала любые попытки Тэмина вывести её на разговор. Хорошо хоть Фенрис всегда был рядом, не давая перейти танэри в наступление.

Часы складывались в дни. Дорога была однообразной. Общение так и не возобновилось. Обменивались только необходимыми фразами. Азуры тоже перестали разговаривать. Вот это её действительно огорчало, ей не хотелось становиться причиной их ссоры.

Однажды Тэмин всё-таки улучил момент, когда Фенрис слегка ушел вперед, и подбежал к девушке. Подстраиваясь под её шаг, дотронулся до плеча:

– Лайя, я уже извинялся тогда за обман, почему ты ещё сердишься? – он умоляюще посмотрел на неё.

Лайя повела плечом, сбрасывая его руку.

– Всё нормально, – холодно ответила она. Какой смысл ему что-то объяснять?

– Да ничего не нормально, я же вижу! – воскликнул он, сжимая уже её локоть пальцами и не давая идти. – Это из-за Чона? Из-за того, что он сказал про ведьму?

Лайя попыталась освободиться, но он крепко держал её, ожидая ответ.

– Всё хорошо? – подошел к ним Фенрис, выразительно глядя на руку, которую удерживал Тэмин. Азур нехотя отпустил.

– Да, – ответила Лайя и поспешила вперед, а Фенрис последовал за ней.

– Тэ, прекрати за ней бегать, – укорил Чонсок друга. – Я не сказал ничего предосудительного. Она ведьма и… – он осекся.

– И-и-и-и? – разозлился Тэмин, а потом поменял интонацию на более возмущенную: – И-и-и-и-и! Давай, говори уже!

– Не нужно, мы уже всё это обсуждали и не раз, – он приблизился, собираясь дотронуться до него.

– Вот именно! И не раз! – воскликнул юноша, а потом горько выдохнул, разом теряя весь запал: – И я дума… думал, что ты… что мы… ай…

Он махнул рукой и отошел в сторону.

– Тэ…

– Не подходи ко мне, – сердито прошептал Тэмин, а потом ещё тише добавил: – Не сегодня…

Лайя отвернулась, скрывая своё изумление. Она не поняла, что сейчас произошло между азурами, но подозревала, что дело было явно не в ней. Точнее, не только в ней. Она была лишь поводом. Разделить это мгновение было не с кем, поэтому девушка повернулась к эльфу, ловя его взгляд, мысленно спрашивая. Фенрис в ответ лишь безразлично пожал плечами, не собираясь разбираться в хитросплетениях чужих отношений.