Текст книги ""Фантастика 2025-171". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)"

Автор книги: Александра Власова

Соавторы: Эмили Ли,Василий Щепетнёв,Ли Эмили
сообщить о нарушении

Текущая страница: 116 (всего у книги 292 страниц)

Глава 8

Она опять бежала в никуда. Теперь вся её жизнь – это бег. Впереди легко и стремительно бежал эльф, его серебристые волосы флагом развевались в такт движению. В правой руке он всё ещё сжимал меч, а левая придерживала плащ, чтобы тот не цеплялся за ветви. Лайя отбросила все мысли и сосредоточилась только на его спине, это был её маяк в бесконечной тьме, которая пыталась сейчас поглотить её. Сразу стало легче. Время перестало существовать, мир сконцентрировался на облике мужчины.

Услышав шум воды, девушка поняла, что они добрались до реки. И сквозь этот шум пробилось что-то ещё. Фенрис остановился и крепче перехватил меч. Лайя заметила движение и вскинула лук.

– Фенрис? Лайя? – услышали они издалека голос Чонсока.

Фенрис уронил оружие на землю, упал на колени, опустил голову. Грудь часто вздымалась, не справляясь с тяжелым дыханием. Лайя только сейчас поняла, что он держался исключительно на адреналине. Правая рука теперь плетью повисла вдоль тела. Перевязь на ней стала красной, а капельки крови капали на землю. Чонсок подбежал и перехватил эльфа за талию, помог подняться.

– Мы нашли укрытие, прямо возле воды, под обрывом, – сказал воин и осторожно сделал первые шаги, увлекая за собой эльфа, собираясь довести его до места.

Фенрис сразу же отстранился, здоровой рукой подобрал упавший меч, стал крепить у себя за спиной. Движения вызывали боль, но просить помощи эльф не собирался. Тэмин сначала дернулся помочь, но выражение глаз Фенриса остановило порыв ещё в самом начале.

Река была недалеко. Дошли быстро. Фенрис сел на берегу и погрузил свою израненную руку в холодную воду. Боль сразу же притупилась, сменяясь легким онемением. Выдох облегчения сдержать не получилось. Осмотрелся. Место было хорошим. Подойдет как укрытие. Сверху нельзя было увидеть людей, скрывающихся внизу, а со стороны воды несколько достаточно крупных валунов тоже неплохо закрывали обзор. Значит, можно позволить себе передохну́ть. Солдаты Инквизиции остались без мага, а следовательно, без ищейки, главы отряда, и теперь будут вынуждены доложить руководству и ждать новых указаний. Это и есть нужное ему время, за которое он должен исчезнуть. Фенрис посмотрел на спутников и поправил сам себя. Не он, а они должны исчезнуть.

Взгляд замер на ведьме. Она сидела на земле в стороне от азуров, обхватив свои ноги руками и положив голову на колени, пряча лицо. Погруженная в себя, девушка ничего не замечала. Её поникшие плечи, сгорбленная спина вызывали у него странные чувства: захотелось подойти и утешить. Где сейчас пребывает в мыслях? Где была тогда, у горящего дома? Наполненные болью и ужасом зелёные глаза всё ещё стояли у него в памяти, заставляя его испытывать жалость… к ведьме. К ведьме?

Танэри подошел и сел рядом с ней. Фенрис резко отвернулся и уставился на причудливые переливы воды. В небе раздался рокот. Гроза. Удачно, под стать возникшему настроению.

– Почему не убежала сразу? Что произошло? – услышал Фенрис голос танэри.

– Я убила ищейку, – донесся голос Лайи.

– Молодец, – похвалил её танэри.

– Знаешь, что удивительно? – спросила она, размышляя вслух и не ожидая ответа. – Они безликие, все одинаковые. Одно лицо на всех.

Фенрис иронично усмехнулся. Безликие. Так их в народе и называют. Никто не задерживал на них взгляд, боялись. Поэтому и не могли толком описать, как те выглядят, мало кто осмеливался открыто смотреть в лицо. Встреча с ищейкой Инквизиции ни к чему хорошему обычно не приводила. Это было даже посерьезнее, чем попасть в немилость к солдату Короля. Плюс к этому добавлялся страх перед необъяснимым – перед магией.

Вот знал, какая про них ходит слава, но всё равно стало грустно. Слова этой ведьмы задели его. Ведь он тоже безликий, такой, как и остальные ищейки… Просто средство…

Рядом раздались шаги. Ему не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кто к нему подошел.

– Фенрис, – услышал он голос Лайи и вздрогнул: так странно звучит его имя из её уст, – очень больно? – Столько участия в голосе… Это было невыносимо. Он не рискнул оборачиваться, чтобы не выдать своего смятения. – Дай руку, я помогу.

Он послушно протянул свою пульсирующую руку. Болезненные манипуляции вернули его в привычное состояние покоя и выветрили неуместные мысли о ведьме.

– Ты же понимаешь, что тебе просто повезло? – тихо, чтобы слышала одна Лайя, холодно сказал Фенрис. – Неважно почему ты не смогла убежать, справься с этим и не допускай повторения. И не пытайся больше переиграть мага на скорость. Тот маг, Люций, просто допустил ошибку. Он совсем недавно стал ищейкой. Если бы на его месте был я, ты была бы уже мертва.

Лайя внимательно посмотрела на него. Его лицо словно сделано из камня, а ещё эти холодные безжизненные глаза. Она поежилась. Сразу захотелось наговорить гадостей, чтобы он снова злился и кричал. Захотелось увидеть ярость в его глазах: так он становился живым, сбрасывал свою маску. И поскольку друзьями они навряд ли станут, лучше ненависть, чем безразличие. Во взгляде синих глаз вдруг промелькнула усталость, и порыв девушки растаял, сменяясь сочувствием.

– Значит, хорошо, что это был не ты, – наконец проговорила Лайя, закончив перевязывать руку. Уже поднялась и собралась уходить, как вдруг обернулась и едва слышно произнесла: – Спасибо, что вернулся за мной.

Фенрис вздрогнул. Она нужна ему: умеет лечить, – поэтому и вернулся. От неё пользы гораздо больше, чем от азуров. «Только поэтому?» – услужливо поинтересовался его внутренний голос. Эльф быстро откинул губительное самокопание и вернулся к остальным.

– Уходим. Пойдем вверх по реке. Сначала по воде, а потом дождь смоет наши следы, – обратился сразу ко всем Фенрис.

Он снял сапоги, закатал штаны до колен и первым вошел в воду. Лайя тоже последовала его примеру. Танэри, как зачарованный, уставился на её ноги, не в силах отвести глаз. Чонсок заметил и невольно проследил за его взглядом. Ноги Лайи по бокам от колена до самой стопы были украшены полосками рун. Воин недовольно нахмурился, толкнул друга локтем, отвлекая, молча пошел вперед. Тэмин несколько раз поморгал и только потом пришел в себя, и поспешил следом.

– Почему не закатал штаны? Намокли же, – поинтересовалась Лайя, глядя на Тэмина.

– Высохнут, – отмахнулся танэри, – кроме того, Фенрис обещал дождь. Всё равно вымокнем.

– Тогда почему снял сапоги?

– Чтобы был повод поговорить с тобой, – он широко ей улыбнулся и озорно подмигнул.

Лайя засмеялась и отвернулась. Минутная вспышка веселья быстро погасла и точно не собиралась возвращаться. Вода обжигала. Ноги от холода почти перестали слушаться. Лайя собиралась послать всё к черту и выйти на сушу, и всё равно, оставят они следы на земле или нет – одолели уже два раза Инквизицию, справятся и в третий раз, – как эльф разрешил выбраться на берег. И в это мгновение с неба хлынул дождь.

– Блеск, – проворчала девушка и стала натягивать сапоги.

Теплее не стало. Она быстро промокла, капюшон спасал только от прямого попадания воды за шиворот. Разве что вода стекала за ворот, просачиваясь через ткань, а не напрямую с волос.

Под тяжестью воды шапка Тэмина сползала ему на глаза, приходилось часто её поправлять. В какой-то момент он не выдержал и сорвал её с головы, раздраженно сжимая в кулаке. Лайя тут же уставилась на его лицо, снова поражаясь перемене во внешности. Заметив внимание девушки, Тэмин ругнулся, опять натянул головной убор и больше не снимал.

Чонсок шел с гордо выпрямленной спиной, стараясь избегать ямок, лишь изредка брезгливо поглядывая в сторону брызг, разлетающихся из-под ног Лайи. Но она так устала, что не могла следить за дорогой, просто брела без разбора, всё чаще спотыкаясь, зная, что если остановится, то уже не сможет дальше сделать ни шагу.

Вода, поливающая их который час с вечернего неба, не доставляла, казалось, эльфу никакого неудобства. Фенрис бодро шел вперед к цели, которую знал только он сам, слегка задрав голову наверх, подставляя лицо дождю. Глядя на него, Лайя подумала, что Тэмин, скорее всего, прав. Его стихия – вода.

«Интересно было бы посмотреть, как он колдует», – промелькнуло вдруг в голове. Наверняка узоры на его руке начинают ярко светиться, наполняя волшебной силой тело мага… Пофантазировать дальше не получилось, Фенрис повел их вброд на другой берег. Течение у реки было достаточно сильное, и девушку периодически начинало сносить. Подобная печальная участь настигала и Тэмина. После очередного падения в воду Тэмина, а следом и Лайи, Чонсок схватил за руки обоих, давая дополнительную опору, и помог перебраться на другой берег.

Затем они пошли назад, но уже по противоположному берегу реки. И когда Лайя уже собиралась молить об остановке, эльф неожиданно пропал в листве. Все трое недоуменно переглянулись и остановились.

Тэмин подошел к месту, где последний раз видели эльфа, аккуратно раздвинул ветви дерева, растущего прямо у скалы, и присвистнул. Подойдя ближе, Лайя увидела лаз в грот. Облегченно вздохнув и отодвигая азура, она поспешила внутрь.

Пещера оказалась достаточно просторной. В углу были сложены хворост и дрова, а ещё стоял котелок и немного разнообразной посуды, лежали одеяла. Выглядело чьим-то весьма обжитым убежищем.

Сил удивляться уже не было. Лайя скинула ставший тяжелым от воды плащ, положила оружие, стянула с ног сапоги и уселась прямо на землю. Ноги просто отваливались.

– Чьё это укрытие? – спросил Тэмин, недоверчиво оглядываясь.

– Моё, – ответил Фенрис.

– Ищейки не путешествуют в одиночестве, значит, про это место знает и твоя бывшая свита, – сказал Чонсок.

– Не знает, у меня были и индивидуальные задания.

– Не думал, что такое возможно, – с подозрением посматривая на него, произнес воин, а потом его глаза изумленно распахнулись. – Кайнарис?

– Аршарэ красор рканэ, азур, – равнодушно отозвался Фенрис, переходя на азурианский.

Чонсок резко развернулся в сторону танэри и зло уставился на него, испытывая взглядом.

– Да, я знал, что он кайнарис, – обреченно пробормотал Тэмин, кривясь. – Ищейка, кайнарис… Какая разница?

– Какая разница?! – зло повторил за ним Чонсок.

– Потом. Пожалуйста… Выскажешь мне всё потом… – устало произнес Тэмин, потирая шею.

Лайя с горечью подумала, что Чонсок прав. Разница была колоссальная. Ищейка – это рядовой маг, руководящий своим отрядом или перемещающийся под их конвоем, смотря как посмотреть. Да, кайнарис – тоже ищейка, тоже с отрядом, но по рангу и талантам во много раз превосходящий любую другую. А ещё кайнарис – это доверенное лицо самого Инквизитора. Значит, у него больше привилегий, больше полномочий, сложнее задания… И тот факт, что Фенрис – сбежавший кайнарис, означал, что их общие проблемы возросли во много раз. Искать его будет уже до победы.

Повисшее в воздухе напряжение, казалось, можно было трогать руками.

– Давайте разведем огонь и чего-нибудь поедим, – умоляюще произнесла девушка, не желая портить и без того испорченный день новой ссорой.

Мужчины словно очнулись и пришли в движение, организовывая ночлег. Когда всё было готово, а дождь утих, Тэмин извлек из сумки сухую одежду и направился на выход.

– Буду недалеко, – сказал он другу и скрылся.

Лайя завистливо посмотрела вслед. Сухая одежда. Такая роскошь. А вещи в её сумке почти все промокли насквозь. Решив немного привести себя в порядок, девушка подобрала свои сапоги и вернулась к реке. Залезла в воду прямо в одежде и постаралась смыть грязь, пока та окончательно не присохла. Раз уж сохнуть потом, так хоть без комьев грязи на ткани.

Заметив в высоких кустах какое-то шевеление, девушка сделала в воде несколько шагов вбок, чтобы лучше рассмотреть. Это был Тэмин. Юноша сидел спиной к ней и перевязывал широкими полосами грудь. Рубашка лежала рядом. Без одежды он выглядел ещё более хрупким, лишь заметный рельеф мышц на руках говорил о его силе.

– Тэмин! – позвала его Лайя. – Почему не сказал, что ранен? Я бы помогла!

Танэри вздрогнул и резко отпрянул, скрываясь дальше в кустах, прихватив при этом рубашку.

– Какого черта ты здесь забыла? – зло произнес он, гневно сверкая глазами.

Девушка отшатнулась, словно её ударили. Реакция Тэмина её обидела. Она же хотела лишь помочь. Почему такая агрессия?

– Прости, – бросила она и поспешила на берег.

Вернувшись в грот, девушка уселась возле костра. Ни на кого не смотрела, пребывая ещё в воспоминании того момента, когда красивое лицо танэри практически перекосило от охватившей его злости.

Тэмин пришел спустя несколько минут, молча сел возле воина, но глаз не сводил с девушки, бросая на неё полные раскаяния взгляды. Чонсок от этого нахмурился ещё больше. Фенрис тоже заметил странное поведение танэри и мельком взглянул на Лайю, словно оценивая степень возможного ущерба, а потом его ледяные глаза замерли на юноше.

Когда Лайя уловила царившее здесь гнетущее настроение, то рискнула вымученно улыбнуться и попросила:

– Давайте поедим, а потом нужно разложить одежду и просушить.

Ели молча. Обычно шумный и веселый танэри вел себя очень тихо. Потом, всё-таки улучив момент, когда Лайя отошла чуть дальше от костра, Тэмин подошел к ней, наклонился к самому уху, чтобы никто больше не слышал и прошептал:

– Извини меня. День был долгим, вот я и сорвался. Понимаю, что хотела как лучше. Мир?

Лайя отстранилась, посмотрела в его красивые, такие кристально честные глаза, полные раскаяния, и невольно улыбнулась. Вот уже где актер. И главное же, так правдоподобно выглядит. Любой бы поверил.

– Так может всё-таки помочь? У меня есть травы, которые смогут снять воспаление, – миролюбиво ответила Лайя, удивляясь сама себе и своей слабохарактерности. Почему прощает его который раз?

Рука сама собой потянулась к его груди, собираясь коснуться. Юноша тут же перехватил её, сильно сжимая запястье. Лайя удивленно распахнула глаза, Тэмин ослабил хватку и отвел её руку. Голосом смягчил импульсивный поступок:

– Не нужно. Правда. Ничего серьёзного.

– Что происходит? – низкий голос эльфа веял холодом. Спрашивал он Лайю, опасаясь, что Тэмин позволяет себе лишнее.

– Она ко мне пристает, – сказал с очаровательной улыбкой Тэмин, поворачиваясь к Фенрису, – при этом пропустила стадию романтических ухаживаний. Безобразие! Без прогулок под луной, цветов и подарков я ни-ни, не отдамся!

– Болван, – засмеялась Лайя, слегка толкая его в плечо.

Тэмин очень натурально продолжил изображать оскорбленный вид, но взгляд при этом согревал её теплом. Девушка искренне улыбнулась в ответ, восхищаясь его талантом ерничать. Всей кожей ощутив неладное, она обернулась. На неё и Тэмина пристально смотрели две пары глаз: злые синие глаза эльфа и осуждающие карие глаза азура. Разбираться, что опять не так, было слишком утомительно, поэтому сообщила, что будет дежурить второй, и улеглась спать.

***

Огонь, пожирающий стены и крышу, взвивался вверх, стремясь достать до неба. Лайя умоляла и вырывалась что есть силы, слезы лились из глаз. Кто-то схватил руки и ноги, а кто-то с силой вцепился в волосы, заставляя держать голову ровно и смотреть, как догорает дом, а вместе с ним и её душа, её жизнь…Чужой смех, радостный рев толпы и собственный крик отчаяния слились воедино. Она кричала и кричала, пока голос не отказал ей и не превратился в хрип…

Кто-то коснулся плеча. Лайя резко открыла глаза и в ужасе попыталась отползти.

– Лайя, – позвал её хриплый голос.

Она оглянулась, приходя в себя. Фенрис был рядом, в глазах плескалось беспокойство, обескураживая. Жалея, что он видит её в таком состоянии, Лайя на минуту прикрыла лицо руками, прячась и пытаясь успокоиться. Воспоминания периодически приходили во сне, вскрывая тяжелые, незаживающие раны на душе. Как контролировать это – не знала. Не было такого заклинания.

– Смотри, – сказал Фенрис. Лайя открыла глаза и посмотрела, куда указывала рука эльфа. Наверху, под самым сводом, каменные породы пещеры при свете костра причудливо переливались и блестели, словно звезды на ночном небе. – Я, когда приходил сюда, ложился и мог часами смотреть и мечтать, что кроме меня и этого неба ничего нет. Мечтать, что я свободен.

Он лег на спину и, заложив руки за голову, устремил свой взор на каменный свод пещеры. Лайя последовала его примеру. На неё смотрели сотни сияющих точек, зажигая внутри теплые ростки умиротворения, даря спокойствие. Мужчина, лежащий рядом, в этот момент для неё олицетворял саму безопасность. Чувство, что пока он возле неё – ей ничего не угрожает, убаюкало мятежную душу. Уже сквозь сон Лайя почувствовала, как её укрыли одеялом.

Глава 9

Давно она не просыпалась с подобным ощущением… тепла и уюта. Девушка приоткрыла глаза. Ещё темно. Странно, но спать больше не хотелось. Возле костра сидел Чонсок, задумчиво смотря на огонь. Тэмин спал чуть в стороне, свернувшись калачиком. Привычной шапки на голове не было. Густые темные волосы беспорядочной лохматой гривой топорщились в разные стороны. Лицо танэри спрятал в одеяло.

Лайя аккуратно, стараясь не привлекать внимание воина, повернулась на бок, отворачиваясь от азура, и обнаружила рядом спящего эльфа. Фенрис лежал лицом к ней, обняв рукой расположенный перед собой меч, расслабленные пальцы касались рукояти. Лайя улыбнулась, рассматривая его лицо. Оно сейчас не было похоже на каменную маску ищейки. Так и должно быть. Во сне нельзя притворяться. В такие моменты он ей казался настоящим, живым. Девушка лежала, стараясь не шевелиться, и рассматривала его, не замечая времени. Рассвет пришел незаметно.

Лайя тихонько поднялась и, прихватив с собой лук, выскользнула из пещеры. Свежий, прохладный воздух после дождя всегда вкусно пах, и девушка с наслаждением вдохнула его носом. Потянулась и размяла тело. Пока мужчины окончательно не проснулись, можно поохотиться – будет что есть.

Она углубилась в лес подальше от реки. Прислонилась спиной к дереву, закрыла глаза. Сосредоточилась на звуках и шорохах, сливаясь с лесом, слушала и слышала, искала из множества мелодий природы ту, которая нужна. Через какое-то время Лайя обрадованно открыла глаза и устремилась за своей добычей, на ходу вскидывая лук.

Лайя шла обратно, довольно напевая песенку. Впереди заметила стремительно приближающегося Фенриса. Интересно, а он что здесь делает? Или что-то случилось? Тревога посетила сердце, волнуя. Девушка поспешила навстречу.

– Ты где была? – требовательно спросил эльф, подходя ближе.

Синие глаза сверкали ледяной яростью. Ей даже показалось, что он её сейчас ударит. Лайя непроизвольно отступила.

– Охотилась, – ответила она и подняла руку, демонстрируя зажатого в руках зайца. – Чонсок видел, как я уходила.

Больше Фенрис ничего не сказал, а молча направился назад. Лайя обиженно пошла следом, настроение испортилось. Вот же неблагодарный тип, всегда так… Аж, есть расхотелось. Когда она зашла в пещеру, к ней подлетел взволнованный Тэмин:

– Ты где была?

– Охотилась, – ответила Лайя, слегка опешив от такой встречи.

– Лайя! Какого черта?! Почему никому не сказала, куда уходишь?! Вышла и не вернулась! Что мы должны были думать? По округе рыщут солдаты, а тебя нет!!! А если бы тебя заметили или схватили? – кричал он на неё.

Лайя растерялась, перевела взгляд на Чонсока и Фенриса и поняла, что Тэмин вслух высказал то, о чем думали они все. Они беспокоились о её благополучии? Переживали? Или всё-таки о себе? В любом случае она же хотела, как лучше, не со зла… И-и-и… почему Тэмин кричит и по какому праву? Она снова посмотрела на Фенриса. Он уже сидел у костра и шевелил угли, ни на кого не смотря.

– Если бы меня нашли солдаты, я бы не выдала убежище, – постаралась ровным голосом ответить Лайя.

Тэмин от такого ответа вмиг покраснел и сделал судорожный вдох, задохнувшись от своих эмоций. Рыкнув, он рассержено вышел из пещеры.

– Ты теперь не одна, поэтому, пожалуйста, все действия согласовывай с остальными, – спокойно, но всё ж с ноткой прохладцы, сказал ей Чонсок.

Она молча кивнула. Чонсок указал на зайца и протянул руку. Лайя подошла и отдала добычу. Находиться с ними рядом было невыносимо, поэтому она вышла наружу. «Ты теперь не одна», – это скорее пугало, чем радовало. В мирное время у неё были люди, которых можно было назвать друзьями, но сейчас в бегах, вне закона – никогда. Это была только её ноша. Размышляя о том, как её угораздило влезть во всё это и что она делала рядом с этими людьми, Лайя долго стояла, прислонившись к скале.

Чонсок, закончив готовку, выглянул и попросил найти и позвать Тэмина на завтрак. Девушка собиралась возразить, ведь он может и сам позвать его, но воин так глянул на неё, что слова где-то застряли. Она нашла юношу у реки. Он кидал камни в воду, наблюдая за кругами на поверхности.

– Чон зовет есть, – сказала Лайя.

Танэри никак не отреагировал. Она понимала, что, возможно, ошиблась в мотивах его беспокойства и поэтому у него сейчас есть повод сердиться. И ведь можно просто признать, что была неправа… Нужно лишь подобрать слова… такие, чтобы были правильные, но не унизительные для себя…

Тэмин подошел и сжал пальцами её плечо, обращая на себя внимание.

– Мне не стоило кричать на тебя, – тихо сказал он, – но я и вправду беспокоился. И хоть это прозвучит глупо, ведь мы узнали друг о друге совсем недавно, но ты нравишься мне, и я не хотел бы, чтобы с тобой что-то случилось. И не только потому, что ты ведьма и можешь лечить. Мне просто нравится Лайя, девушка, которую я встретил в той таверне.

– Я тебе не верю, – прошептала она, смутившись от его откровений и опуская взгляд в пол.

– А вот это правильно! – тихо рассмеялся Тэмин. – Наконец-то научилась! Пойдем, не будем давать эльфу лишних поводов ненавидеть меня. Хотя… – он игриво пошевелил бровями.

Лайя недоуменно посмотрела на него. О чем это он? При чем здесь эльф? Но Тэмин лишь довольно ухмыльнулся и первым зашел в грот.

Пахло восхитительно. Даже Фенрис скинул свою маску безразличия и нетерпеливо придвинулся ближе в ожидании. Девушка расположилась у костра чуть в стороне от всех, пытаясь привести в порядок свои чувства.

– Лайя, прошу, это тебе, – вкрадчиво произнес Тэмин и вложил ей в руки тарелку, низко наклонился, чтобы заглянуть в глаза.

Встретившись с азуром глазами, она уже не смогла отвести взгляд, словно пойманная в ловушку змеи жертва. На секунду танэри придвинулся ещё ближе, почти касаясь своим носом её носа, а потом медленно отстранился, не сводя с неё свой взгляд. Его глаза хитро блестели, а губы растянулись в коварной улыбке. Лайя несколько раз моргнула, сбрасывая с себя наваждение, и шумно вздохнула. Тэмин подмигнул ей и отступил.

– Не делай так больше, – проворчала девушка.

– Как? – хитро прищуриваясь, всё ещё не сводя с неё глаз, спросил Тэмин, усаживаясь рядом с Чонсоком напротив Лайи.

– Не смотри больше на меня так, – ответила Лайя, смело выдерживая его взгляд.

– А, ты об этом, – счастливо засмеялся танэри, – но не мечтай особо, моё сердце уже занято.

– Болван, – буркнула она и запустила в него ложкой.

Азур увернулся и показал девушке язык. Лайя сердито поднялась и забрала у него из тарелки ложку.

– Эй! Это моя! – возмутился танэри.

– Уже нет, – ответила она, – твоя там, – и указала пальцем на лежащую на земле ложку, которую запустила в него.

Лайя, съев свою порцию, отставила тарелку в сторону. Было так сытно и хорошо, что девушка довольно потянулась и завалилась на землю, положив руки под голову.

– Ничего, что ты не одна, и мы ещё едим? – насмешливо спросил танэри, глядя на её непосредственность.

– Не-а, – улыбнулась Лайя.

– Слушай, а можно спросить? – произнес Тэмин, отставляя пустую тарелку. Он вытянул ноги, прислоняясь спиной к боку Чонсоку, положив голову ему на плечо.

– Валяй, – разрешила ему девушка.

– А почему «Лайя»? – спросил Тэмин и, глядя на её недоумение, поспешил добавить: – Ну, в смысле, я не думаю, что тебя на самом деле зовут Лайя. Ты ведьма, к тому же человек, а имя больше похоже на эльфийское… Скорее всего, ты сокращала от какого-нибудь Лайриэль или Лайэрис… А выбрала более упрощенную форму, чтобы не смотрелось глупо. Так почему?

– Я просто люблю эльфов, их раса завораживает меня, – мечтательно произнесла Лайя.

Тэмин ехидненько хихикнул и посмотрел на Фенриса. И тут она поняла, что сказала. Ойкнув, испуганно зажала рот рукой, мечтая провалиться сквозь землю. В круговороте событий Лайя уже настолько привыкла к присутствию Фенриса, что перестала видеть в нем эльфа, поэтому сейчас ляпнула не подумав. Услышав её «ой», Тэмин засмеялся. Девушка не могла этого вынести. Она закрыла покрасневшее лицо руками. Черт, черт, черт!

– Хватит ржать! – не выдержала Лайя. – К Фенрису это всё равно не имеет никакого отношения! Он и не эльф, ну в смысле… – она прикусила губу. Кто её за язык тянул? Лучше бы вообще молчала. Хоть бы сейчас ворвались солдаты Инквизиции, и все принялись сражаться. Всё лучше, чем терпеть этот позор. Смотреть в сторону мага боялась – страшно представить его реакцию.

– А по-моему, очень даже эльф, – продолжал веселиться Тэмин. – Все признаки налицо.

Она услышала, как меч покинул свои ножны. Лайя так хорошо знала этот звук, что узнала бы его из тысячи.

– Мы закрыли эту тему, – спокойно сказал Фенрис, делая вид, что осматривает лезвие.

– Согласен, – примирительно поднял руки азур.

Эльф убрал меч на место.

– Этот день мы проведем ещё здесь, а завтра с рассветом будем выдвигаться, – сообщил Фенрис. Все подобрались и стали внимательно слушать. – Постарайтесь сегодня не выходить из пещеры без особой нужды, нам не нужно случайное внимание. Костер больше не разжигаем. Инквизиция, скорее всего, уже прислала новую ищейку, нас активно ищут. По одному дежурим у входа – нельзя чтобы нас застали здесь врасплох. В замкнутом пространстве у нас нет шансов увернуться от магической атаки.

– А почему нельзя уйти сейчас? – спросила Лайя.

– Велика вероятность столкнуться с преследователями, а так они уйдут дальше на север. Мы сможем вернуться и пойти по намеченному ранее плану.

– А нас не будут поджидать в засаде южнее, рассчитывая, что мы вернемся? – поинтересовался Тэмин.

Фенрис на минуту задумался. Все терпеливо ждали.

– Я думал об этом, но Инквизиция за короткое время потеряла несколько ищеек, ещё одна занята поисками нас на севере. Скорее всего, ещё один отряд отправят к месту первого столкновения для расследования. Ведь уже известно, что я не один, будут искать все сведения о союзниках.

При этих словах Чонсок нахмурился и посмотрел на Тэмина. На какое-то время воцарилось молчание. Фенрис погрузился в задумчивость, продолжил не сразу.

– Да, – произнес он, словно отвечая сам себе на непроизнесенный вопрос. – Будет разумнее сделать дополнительный крюк, углубляясь на восток. Примерно через три-четыре дня Инквизиция отзовет ищеек до следующих зацепок, и тогда можно будет более свободно перемещаться, возвращаясь к намеченному маршруту.

Фенрис стал дежурить первым. Азуры отошли в дальний угол и о чём-то шептались на своём языке. Чонсок сердился и выговаривал Тэмину. Лайя удивленно поглядывала в их сторону. Никогда не видела Чонсока таким. Он так зло сверкал глазами и эмоционально жестикулировал, что на месте Тэмина, она бы точно струхнула. Танэри с серьезным видом слушал друга. Внимательно и спокойно. Невозмутимо.

Азуры были такие разные по телосложению, росту, лицам и характерам. Чонсок по сравнению с Тэмином выглядел могучим воином, но несмотря на всё это, всё равно чувствовалось, что они были наравне. Хрупкость Тэмина компенсировалась внутренней силой, которую он излучал.

Лайя задержала взгляд на юноше. Её каждый раз удивляло, как две крайности могут уживаться в одной личности. Веселый, яркий, жизнерадостный и озорной юноша и хладнокровный, хитрый, расчетливый шпион и убийца. Кто же из них всё-таки настоящий Тэмин?

Чонсок заметил, что Лайя наблюдает за ними, и что-то сердито сказал Тэмину. Тот тоже повернулся и посмотрел на неё, увидев легкое беспокойство в её глазах, улыбнулся краешком губ, словно успокаивая. Воин при виде этого резко одернул того за рукав, возвращая внимание к себе.

Лайя поспешила отвести взгляд, правда, ненадолго. Как ни старалась, глаза всё равно возвращались к азурам. Она догадывалась, что стало причиной ссоры. Инквизиция, преследующая эльфа, – довольно серьезный повод для беспокойства, перекрывающий возможную пользу от присутствия Фенриса в отряде. И, скорее всего, Чонсок боялся, что их жизнь в бо́льшей опасности, чем была до этого.

Когда Чонсок всё сказал, Тэмин положил руку на его плечо и очень быстро заговорил. Лайя видела, как постепенно утихал гнев воина, сменяясь обычным беспокойством. Видимо, танэри нашел нужные аргументы. Девушка счастливо выдохнула, радуясь, что хоть с этой стороны не стоит ждать неприятностей.

***

День в ожидании тянулся долго, и чтобы скоротать время с пользой, Лайя принялась отрабатывать приемы со своими новыми клинками. Тэмин скучающе сидел в стороне, наблюдая, и периодически делал замечания, иногда подходил и корректировал движения.

Когда Чонсок сменил Фенриса на посту, эльф присоединился к Тэмину, стал смотреть на её неуклюжие попытки приноровиться к новому оружию. Лайя почувствовала себя каким-то заезжим артистом, развлекающим мужчин. Это нервировало и мешало сосредоточиться. После очередной ошибки девушка возмущенно фыркнула и убрала клинки.

– Не могу к ним пока приспособиться, – пожаловалась она.

Тэмин удивленно на неё посмотрел:

– Брось, ты учишься быстрее, чем все, кого я когда-либо знал.

Лайе была приятна его похвала, но истинное положение дел понимала: в качестве подстраховки такой вид оружия может быть, а вот на полноценное осваивание уйдут годы… которых у неё нет.

Мысль пришла внезапно. Девушка демонстративно откинула косу за плечи, достала свои кинжалы и покрутила ими в руке. Она любила это оружие, оно было словно создано для неё. Принимая боевую стойку, она хитро улыбнулась и поманила рукой к себе юношу.

– Потанцуешь со мной? – кокетливо сказала Лайя, закусывая губу.

– Разве я могу отказать даме? – принял её игру Тэмин, оружие выбрал такое же, достал кинжалы.

– Только, чур, не поддаваться, – добавила она.

– Как скажешь, – ответил юноша, широко и самоуверенно улыбаясь.

Они кружили, как в танце, стараясь не задеть друг друга, но при этом обезоружить. Несмотря на ограниченность пространства, танэри перемещался так легко и стремительно, что Лайя не успевала заметить и увернуться. Лезвие его оружия раз за разом замирало в миллиметре от её тела, показывая победителя. Если бы бой был настоящим, Лайя умерла уже раз десять. Хотя… если бы бой был настоящим, всё было не так…

Она призвала свою магию и почувствовала знакомое тепло, поднимающееся со стоп наверх по телу, восприятие окружающего мира усилилось и одновременно сузилось, концентрируясь на одном противнике. Редко она использовала такое заклинание – оно отнимало магические силы, а хорошо работало, только когда противник один или два, но не более. Теперь она за секунду видела, куда нацелено оружие, и успевала увернуться, попутно атаковать, всё чаще заставляя танэри защищаться. Тэмин удивился перемене, улыбка слетела с его лица, и он сосредоточился на сражении.