Текст книги ""Фантастика 2025-171". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)"

Автор книги: Александра Власова

Соавторы: Эмили Ли,Василий Щепетнёв,Ли Эмили
сообщить о нарушении

Текущая страница: 127 (всего у книги 292 страниц)

– Ты меня смущаешь, – пробормотала Лайя.

– Извини, – ответил Фенрис, – хочешь, чтобы я ушел?

– Нет, – и это было правдой, – просто не смотри так пристально.

Фенрис улыбнулся, перевернулся и лег на живот, взял первую попавшуюся книгу и принялся читать. Теперь она не могла отвести глаз от него. Он выглядел сейчас так… так по-домашнему. Серебристые волосы рассыпались по плечам, вызывая желание коснуться их. Взгляд скользнул по его спине, задержавшись на том, что ниже пояса и спустился дальше, блуждая по длинным, сильным, стройным ногам, которые эльф скрестил, слегка покачивая ступней. Он вдруг повернулся и посмотрел на неё, застукав на месте преступления. Лайя вспыхнула и уставилась в свои записи, мечтая провалиться сквозь землю. Краем глаза она увидела, что эльф вернулся к своему занятию, но на его губах сейчас застыла довольная улыбка.

Азуры вернулись, когда за окном уже потемнело. Тэруми при виде Лайи и Фенриса, уютно сидящих-лежащих рядом, открыла было рот, чтобы высказаться, но получив от Чонсока тычок, воздержалась, хотя ехидное выражение глаз с лихвой выдавало всё, что она собиралась сказать. Лайя прямо читала с её лица.

– Может, вы поесть купили? – спросила у азуров девушка.

– Так заняты были, что некогда было приготовить? Проголодались? – всё-таки съехидничала Тэруми.

– Да, есть такое, – Лайя с насмешкой посмотрела в её глаза, откровенно дразня и приподнимая одну бровь, особым тоном придавая двусмысленность своей следующей фразе: – Было очень увлекательно.

Тэруми немного стушевалась и не стала развивать тему. Фенрис же, наоборот, заинтересованно повернулся в сторону Лайи, открыто удивляясь её интерпретации проведенного дня. Чонсок раздраженно фыркнул, видя, что опять закручивается очередной клубок неразберихи, поспешил сказать:

– Мы принесли еду, поэтому прошу за стол.

Когда все насытились и разбрелись по комнатам, Лайя осталась внизу собирать книги. Тело после нескольких дней покоя ныло и требовало физической активности. Она сдвинула стол и стулья, освобождая пространство, и, предварительно переодевшись в свои старые штаны и рубашку, достала хандралф. Лезвие блестело и влекло её переливами, а рукоять идеально ложилась в ладонь. Лайя довольно улыбнулась. Она взмахнула рукой, место не позволяло провести полноценную тренировку, но ей это было сейчас на руку, иногда приходилось защищаться в помещении, поэтому стоило потренироваться, приспособиться и к таким условиям.

Фенрис спустился по лестнице, держа меч, и направился к ней, занял позицию напротив и без предупреждения атаковал. Лайя чуть успела уклониться и выставить вперед хандралф. От силы удара её рука прогнулась, а его меч практически коснулся её лба.

– Тебе не стоит всё-таки встречаться с противником в ближнем бою, – сказал Фенрис, наклоняясь к ней, вслед за своим мечом.

– Я знаю, что у меня плохо получается. Я и не собираюсь драться вблизи, это скорее подстраховка, – она резко увернулась, отпрыгивая в сторону и перемещаясь за спину эльфа.

Фенрис не оставил ей шанса, сразу же поворачиваясь и встречая её новой атакой. Её рука инстинктивно потянулась к поясу за кинжалом, но ничего там не обнаружила. Лайя крепче перехватила свой клинок и сосредоточилась на эльфе. Он раз за разом пробивал её оборону, как бы она ни старалась. Места было мало, и Лайя не могла использовать свои уловки, а плавные, неспешные движения Фенриса отвлекали, завораживая. Всё, о чем она могла думать, это о его ключицах и накаченной груди, которые от движений оголялись, показываясь через вырез его не до конца застегнутой рубашки.

– Лайя, какого черта ты творишь? Не разочаровывай меня, покажи ему уже настоящий бой! – крикнула сверху Тэруми. – Он не может настолько хорошо драться!

Лайя подняла голову, оказалось, что сверху за ними наблюдали азуры. Тэруми кинула ей пояс с кинжалами, девушка налету поймала и повязала себе на талию. Фенрис терпеливо ждал нового раунда.

Бой возобновился, но её старания не увенчались успехом, несколько неудачных выпадов и снова поражение. Азарт к Лайе не приходил, как в случае тренировки с танэри. Желание победить «несмотря ни на что» не появлялось, что было совсем на неё не похоже. Она подняла руку, прося перерыв. Фенрис замер в ожидании. Лайя закрыла глаза и досчитала про себя до пяти, попыталась отстраниться от происходящего, забыть про всё и сосредоточиться на противнике. «Это не Фенрис, это ищейка, представь, что он пришел за тобой», – сказала она сама себе в мыслях. Девушка открыла глаза и хищно ему улыбнулась. Фенрис заметил перемену и ухмыльнулся, предвкушая отличный бой.

Лайя видела раньше, как он сражается, и уже знала некоторые его привычки и приемы, поэтому не спешила нападать, в основном защищалась, выжидая момент, когда он особенно уязвим и открывается для атаки. Но, несмотря на все её уловки, достать эльфа всё же не получалось. А понимание, что Фенрис сражается в лучшем случае в полсилы, не придавало дополнительной уверенности в своих возможностях.

Собственное бессилие стало раздражать её, и Лайя снова допустила ошибку, чем и воспользовался мужчина. Он выбил из её рук оружие, и она, не ожидая такого поворота событий, непроизвольно замахнулась кулаком, целясь в голову, а вторая рука выхватила из-за пояса ещё один кинжал и нацелилась в горло. Фенрис ушел от атаки, скрутив и зажав обе её руки за её спиной, а сама она оказалась прижатой телом к нему, не имея возможности вырваться. Звук его упавшего на пол меча вернул Лайе понимание происходящего. Она вдруг осознала, что чуть не убила его, заигравшись в свои мысленные представления. Если бы его реакция была не так хороша, то неизвестно, чем бы это окончилось. Она в испуге смотрела на него и взволнованно дышала.

– Фенрис… я… – она не знала, как оправдаться.

Он молчал в ответ, зло блестя глазами, а потом вдруг сильнее сжал её руки и теснее прижал к себе. Выражение его лица стало меняться, цвет глаз стал темнее, а взгляд переместился на её губы. Её тело среагировало раньше, чем она умом уловила его перемену. Возбуждение острыми иголочками пронзило всю её. Реакция на близость была такая яркая, словно они сейчас были без одежды. Её губы приоткрылись, прося поцелуя, а бедра подались ещё вперед и нетерпеливо потерлись, желая вобрать в себя силу его возбуждения.

Он наклонился и тихим, хриплым от желания голосом прошептал ей в самое ухо, слегка касаясь губами:

– Это опять виновата магия?

Эффект был ошеломляющий – дыхание прервалось, и Лайя тихо выдохнула, закрывая глаза от переполняющих её ощущений. Сверху заскрипели половицы, и они вспомнили про зрителей. Фенрис отпустил её и поднял свой меч.

– Было интересно, – сказал ей эльф.

Лайя по глазам видела, что он имел в виду явно не бой. Чтобы не сгореть от смущения, девушка стала нервно перемещаться по комнате и возвращать на место сдвинутую мебель. Фенрис молча помогал ей, делая вид, что ничего не было, что это не он сейчас горел от возбуждения так же, как и она. Лайя несколько раз бросала на его непроницаемое лицо взгляд и тихо завидовала выдержке и мастерству так скрывать свои эмоции. Думать о том, что эльфу уже всё равно, было неприятно. Подобное Лайя гнала от себя.

Когда находиться внизу не было уже необходимости, Лайя поднялась на второй этаж. Чонсока не было, зато Тэруми стояла, лениво прислонившись к стене, и наблюдала. Лайя знала, что услышит комментарий, так и случилось.

– Двойное разочарование. Я думала, что ты хоть раз зацепишь его. Но нет… Ну и надеялась, что в конце будет жаркий поцелуй, вы так прижимались друг к дружке…

– Тебе показалось, просто адреналин после боя, – Лайя ответила почему-то только на вторую часть претензии и поспешила в комнату, не в силах дальше парировать ехидство азурианки.

Теплая ванна помогла успокоиться и привести мысли в порядок. Несмотря на то что Лайя была раздосадована на себя за несдержанность и такой отклик своего тела на близость Фенриса, заснуть получилось быстро.

Утром она подскочила почти с рассветом: не терпелось приступить к изготовлению зелий. Времени оставалось всё меньше – хотелось всё успеть. Она тихонько спустилась вниз и составила список всего, что нужно было закупить.

После завтрака Лайя отдала список для закупки Чонсоку и Фенрису, а Тэруми оставила себе в помощь. Правда, в начале возникли проблемы. Чонсок отнесся очень негативно к идее Лайи оставить себе в помощники танэри. Его явно терзали опасения из разряда: сейчас ведьма научит его спутницу плохому. Обидеться на такую реакцию Лайя не успела, потому что Тэруми всё сделала сама. Танэри очень красноречиво объяснила Чонсоку, что не стоит распоряжаться ею, и что если он продолжит так делать, то… а дальше всё шло на азурианском.

Лайя подозревала, что этот пунктик «про распоряжение» у азуров было что-то о наболевшем, поэтому тактично молчала и делала вид, что её не существует. Фенрис же просто вышел из дома и ждал, пока битва характеров Чонсока и Тэруми закончится, и победитель выйдет к нему. Или проигравший… смотря с какой стороны посмотреть.

Когда всё стало тихо, Лайя показала Тэруми, что нужно делать с растениями. Танэри так ловко справлялась с нарезкой, измельчением и растиранием трав, словно у неё это было в крови. Хотя, по сути, так оно и было. Лайя не могла нарадоваться. Дело шло очень быстро, растения закончились раньше, чем вернулись эльф и азур.

Лайя уселась за свой гримуар, и Тэруми ничего не оставалось, как заняться приготовлением еды, чтобы хоть как-то скоротать время.

– У нас уже есть монеты, можем идти. Зачем сидим без дела в Налии? Надоело, – бурчала азурианка, помешивая рагу.

– Тебе снова хочется в дорогу? Спать на земле, сутками идти, есть что придется? Дальше дорога не будет такой радостной. Почему не наслаждаешься временем, которое тебе сейчас дано? – спросила Лайя, отвлекаясь от книги.

– Бездействие меня утомляет, – просто ответила Тэруми.

– Мы не знаем, чем закончится наш поход. Дай мне время пожить в спокойствии ещё немного – я так долго скиталась. Мы уйдем, как только праздник осени будет подходить к концу.

– Хорошо, – только и сказала Тэруми, пряча недовольство.

Лайя загрустила: Тэруми напомнила ей о приближающемся времени ухода. Так легко было забыть об опасности окружающего мира, когда вот так живешь в доме, под защитой стен и спутников. И ведь понимала, что кто-то может узнать её и Фенриса, знала, чем могут обойтись вот такие дни покоя, но не могла добровольно оставить это. Не сейчас. Неужели она так много просит у судьбы? Совсем чуть-чуть времени… Ещё немного иллюзии обычной жизни.

Чонсок и Фенрис вернулись. Воин первый уловил повисшее в воздухе уныние.

– Что с лицами? Что-то случилось?

– Всё нормально. – Лайя сделала усилие и стряхнула с себя печаль. – Вы купили, что я просила?

Фенрис отдал ей сумку. Лайя обрадованно перебирала ингредиенты, предвкушая новую порцию работы, за которой у неё не будет времени думать о неизбежном. Уже к вечеру первые микстуры и порошки стояли в углу. Завершить полный хлопот день Лайя решила рисованием. Она спустила вниз свои подушки, одеяло и уютно расположилась в гостиной.

Девушка вспомнила, как раньше любила сидеть с Сантаной, обнявшись, перед камином и рассказывать ей сказки. Лайя рассказывала ей про отважную и сильную принцессу, но малышке это совсем не нравилось. Сантана хотела историй про прекрасную и нежную, про ту, что спасает от беды смелый и красивый принц.

Лайя грустно улыбнулась своему воспоминанию, и в груди снова проснулась тоска. Её девочка… Лайя листала альбом с рисунками, где на неё, как живая, смотрела милая девчушка. Как живая… Слезы подступили к глазам. Она заморгала, стараясь сдержаться. Рядом сел Фенрис, его плечо коснулось её. Он посмотрел в альбом.

– Красивая, – сказал Фенрис.

– А почему принцесса должна быть обязательно слабой, беззащитной, прекрасной и ждать своего принца? – спросила вдруг Лайя у него.

– Ну, наверное, потому, что такую принцессу каждый захочет спасти. Да и если принцесса сможет сама за себя постоять, то она ни в какую беду не попадет, тогда и сказки не будет, – предположил эльф.

Лайя презрительно фыркнула.

– Значит, хорошо, что я не принцесса, иначе я определенно была бы уже мертва.

Тэруми, разлегшаяся на полу и уютно пристроившая свою голову на ногах Чонсока, бросила на Лайю веселый взгляд.

– О, ты точно не принцесса! – захихикала танэри.

– Ах ты!..

Лайя завертелась, ища, чем бы в неё запустить. Но ничего, с чем бы захотелось расстаться, она не нашла и ограничилась только угрозой – показала Тэруми кулак.

– Посмотри на это с другой стороны: если бы ты была принцессой, то какой с тебя был толк для нас? Мы бы просто не встретились, а если и встретились, то точно не были сейчас вместе, – добавила примирительно Тэруми.

– Сомнительное утешение, да и ладно. – Лайя даже не обиделась, чего уж обижаться на правду, а потом внимательно посмотрела на танэри, вспоминая, что она же тоже женщина. – Тэ, а тебе разве не хотелось другой жизни? Нарядов? Красивого большого дома? Уюта?

– Ты сейчас пытаешься спросить, хотела ли я быть когда-нибудь принцессой? – сощурив глаза, уставилась на неё Тэруми.

Судя по тому, как замер Чонсок, что до этого перебирал локоны на голове Тэруми, его очень заинтересовал ответ.

– Да, – подтвердила свой вопрос Лайя.

Тэруми задорно засмеялась.

– Ну и дичь. А чего там хотеть? Платья и туфли? Высокие прически и украшения? Кокетливые ужимки и надежды, что богатей, которого выбрали для тебя родители, окажется не таким мерзким или не таким старым? Это ты зовешь другой жизнью?

– Женская судьба не обязательно такая, – вмешался в разговор Чонсок. – Как и не все браки по расчету такие…

– Не будет платьев, украшений и других штучек, – отрезала Тэруми, строго смотря на воина. – Смирись!

– Ничего подобного я тебе не предлагал, – вдруг нежно произнес Чонсок и запустил пальцы в её локоны, пряча в густой шевелюре, массирующим движением коснулся кожи головы, на что Тэруми разом остыла и блаженно улыбнулась, прикрывая глаза.

Лайя смутилась от чужих проявлений чувств и отвернулась, возвращая внимание альбому. Постепенно рисование снова погрузило её в воспоминания о тех вечерах, наполненных тихим счастьем.

– Мама, а где твой принц?

– Милая, он уже ищет нас, а когда найдет, то мы навсегда будем вместе!

– Хорошо бы поскорее, девушек нельзя заставлять долго ждать!

Карандаш вырисовывал камин и детские ручки, обнимающие её за шею.

***

Ещё один день, проведенный в таком же домашнем режиме, и Тэруми взбунтовалась.

– Завтра пойдем гулять! – объявила она Лайе, откладывая ступку с травами. – И ничего не знаю, иначе ты так и усохнешь дома, как и я, без свежего воздуха и солнечного света!

– Хорошо, мы как раз всё успели доделать. Много нам на себе не унести, поэтому нет смысла заготавливать ещё.

Тэруми счастливо улыбнулась, приобнимая её за плечи.

На следующий день после завтрака решили погулять все вместе. Последние ярмарочные дни всегда оживленные: торговцы снижали цены, стараясь распродать залежавшийся товар, и люди стекались на это, предвкушая выгодные для себя сделки.

Народу на площади было много, поэтому два азура затерялись в такой плотной массе. Фенрис шел чуть позади, как обычно пряча лицо в капюшоне. Таких странных людей тоже было порядком. Одним больше, одним меньше… Зато Лайя открыто радовалась последним денечкам городской жизни. Она с удовольствием разглядывала товары, совсем не обращая внимания на окружающих, чувствуя себя в безопасности под надежной охраной трех своих спутников. Тэруми несколько раз ловила за руку карманных воришек, отбирая у них кошелек девушки.

– Ты должна быть внимательнее, иначе останешься без денег, – проворчала танэри.

– Зачем? У меня же есть ты, – заулыбалась она и послала ей воздушный поцелуй.

– Вот ведь, ведьмочка, – продолжила ворчать Тэруми, но уже больше для вида, довольная правильным оцениваем её талантов.

– Ой, подождите!

Лайя остановилась у палатки, где продавалось всё для рисования. Её спутникам пришлось терпеливо ждать, пока Лайя перещупает все альбомы. Это было долго. Лайя не могла решиться, какие же ей выбрать, поэтому каждый открывала и восхищалась качеством бумаги. Тэруми, предчувствуя порыв той купить сразу всё, дернула Лайю за руку и цыкнула.

Лайя опомнилась, выбрала несколько, которые рассматривала до этого дольше всего, расплатилась и наконец-то отошла.

– Оливия! – окликнули её.

Лайя вздрогнула. Она никогда не думала, что снова услышит этот голос. Сердце волнительно застучало, а чувства лавиной накрыли её, вызывая будоражащие мурашки по всему телу. Девушка обернулась, к ней бежал офицер королевской армии.

Эмили Ли
Нити судьбы. Дорога жизни 2

Глава 1

Тэруми и Фенрис одновременно выскочили вперёд, заслоняя собой Лайю. Но Лайя не заметила их порыва защитить её, перед ней было лишь препятствие, которое она успешно обогнула. Несмелый шаг навстречу бегущему к ней мужчине и имя, что сорвалось выдохом:

– Свэн…

Альбом выпал из рук…

Ещё шаг. И ещё один… Глазам стало больно. Она всматривалась в лицо, которое и не мечтала снова увидеть. И словно не было тех долгих лет вдали от него, и словно ей опять семнадцать, а в груди так взволнованно стучит влюбленное сердце.

– Оливия!

Она сорвалась на бег, расталкивая прохожих. В неё с размаху влетел мужчина, сгребая в объятия и крепко прижимая к себе.

– Моя принцесса, – шептал он, отрывая её от земли и кружа, – даже не верится! – Он отстранился от неё, любуясь. – Ты стала ещё красивее.

За годы его образ почти стерся из её памяти, так ей казалось, пока она снова не увидела его. Те же непослушные светлые волосы, те же голубые глаза, которые смотрят на неё с нежностью и любовью, те же губы. Вот только появились морщинки на лбу, выдавая новую привычку хмуриться, плечи стали гораздо шире и голос грубее. Её Свэн вырос и превратился в мужчину.

– Ты почти не изменился…

Лайя всё ещё не могла поверить в то, что это не мираж. Её рука легла на щеку мужчины. Тепло его кожи вызвало у неё головокружительный прилив счастья. Настоящий. Стоит. Здесь.

Тэруми не заметила, как уронила свою сумку.

– Фенрис, – с тихим изумлением произнесла танэри, – не хочется тебя расстраивать, но, кажется, сердце нашей ведьмочки занято, и явно не тобой.

Фенрис смерил её холодным взглядом, наклонился, поднял сначала альбом Лайи, потом сумку Тэруми и с силой вложил в руки Чонсока.

– Она обнимается с представителем королевской армии? При всех? Будучи в розыске? – на всякий случай уточнил Чонсок у спутников, в уме прикидывая, чем им это всё грозит.

– Да, – холодно подтвердил Фенрис, поправляя свой капюшон, скрывая лицо.

Лайя подбежала к ним, оставляя офицера ждать её позади. Зеленые глаза ярко горели счастьем, а лицо от волнения раскраснелось.

– Я встретила знакомого, приду домой потом сама, – поспешно выпалила Лайя.

– Это безопас… – начала было Тэруми и осеклась, глядя, как девушка понеслась обратно, – но. Ладно, мальчики, чем займемся?

Фенрис снова поправил капюшон, ни на кого не смотря, развернулся и ушел. Тэруми перевела взгляд на Чонсока. В его глазах читалось осуждение и упрек. Невысказанное «это была твоя идея взять и её с собой в поход» повисло в воздухе.

– Давай не будем снова начинать! – разозлилась Тэруми и пошла дальше, не оборачиваясь, уверенная в том, что Чонсок последует за ней.

***

Поздно вечером Лайя устало брела в сторону дома. Свэн рвался её проводить, и ей пришлось приложить немало усилий, чтобы это предотвратить. В итоге они с ним сошлись на том, что она с самого утра придет к их беседке. От предвкушения встречи на душе снова зазвенели счастливые переливы любви и нежности. Лайя прижала к себе букет, а потом мечтательно закрыла глаза и втянула носом чудесный аромат цветов.

Какой же это был восхитительный день, полный светлых и теплых воспоминаний. Она не могла насмотреться на Свэна, и он тоже не сводил с неё глаз. Время от времени он нежно дотрагивался до её руки, до спины, касался волос, проверяя действительно ли она настоящая, не растает ли, как сладкий сон. Они бродили по знакомым улочкам, где раньше любили гулять, и много болтали… обо всем… Было так легко и радостно на душе. Она на один день перенеслась в прошлое, в свою беззаботную юность, наполненную его дружбой, поддержкой и любовью.

В гостиной её ждали все трое. Лайя малодушно надеялась быстро пройти мимо них к себе в комнату, но Тэруми её опередила и загородила путь к лестнице.

– О, наша принцесса явилась, – слово принцесса танэри иронично выделила, вспоминая, как ту назвал офицер. – Ты ничего не хочешь нам рассказать?

Лайя аж растерялась от такой наглости.

– А должна? – удивленно спросила она, обводя глазами спутников.

Чонсок испытывающе на неё смотрел, словно приговор выносил. Фенрис замораживал холодом в глазах и убивал безразличием каменной маски, которая была сейчас его лицом.

– Ну как бы… да, – снова сказала за всех Тэруми. – Ты пойми наше беспокойство, мы как бы это… вне закона, на минуточку. Все! – слово «все» она снова иронично выделила.

– Я была осторожна, – ответила Лайя.

– Он знает, кто ты? – подал голос Фенрис.

Лайя не хотела об этом говорить. Это было только её и Свэна. И сейчас эти трое вынуждали её возвращаться в реальность, в которой её ничего не ждет! Холодная ненависть к ним полыхнула в груди, разрушая эйфорию от восхитительного дня.

– Нет. Он знает меня как Оливию, простого человека, сироту, которую когда-то приютила его матушка. Мы вместе росли, когда были детьми. Я не рассказывала ему о себе раньше, и уж точно не собираюсь ему рассказывать это сейчас. С кем в городе, зачем и где живу я не говорила. Если допрос окончен, то я пойду.

Не дожидаясь чьего-то согласия, Лайя обогнула Тэруми и ушла в комнату.

Сон был рваным. Счастливые моменты со Свэном сменялись урывками воспоминаний, что были после. И наоборот. Но едва Лайя открыла глаза, то радостно улыбнулась. Скоро она снова увидит его! Сердце от предвкушения часто стучало, разгоняя кровь и окрашивая волнением щеки.

Лайя осмотрела свои платья и выбрала наиболее легкое и воздушное из всех, нежного фиалкового цвета, которое она ещё ни разу не надевала. Свэн раньше очень любил этот цвет на ней. Волосы собрала, повязав ленточкой в тон платью. Надела украшения, которые купил ей Чонсок перед балом. Покрутилась и счастливо заулыбалась, довольная своим видом. Распахнула дверь и поспешила вниз, перепрыгивая через ступени.

– Куда-то собралась? – поинтересовался Фенрис, вальяжно расположившийся в гостиной.

– Да, мы договорились со Свэном погулять.

Фенрис легко поднялся, достал из-за пояса кинжал и направился к ней. Подошел вплотную и замер, упираясь острием ножа ей в бок. Лайя почувствовала, как её укололо, но не отстранилась, смело встретила взгляд синих глаз, в которых застыл лед, опасно поблескивая предупреждением. Внутреннее чутье кричало ей бежать, но она так и не тронулась с места, чувствуя, как снова рождается волнение, но совсем другого рода…

– Возьми с собой, – холодно сказал ей Фенрис, разворачивая оружие и вкладывая рукоять в руку. Свою руку не смог сразу убрать, продляя прикосновение.

Шагнули в разные стороны друг от друга одновременно. Лайя крепче перехватила чужое оружие, его оружие, и поспешила захлопнуть за собой дверь. Она шла к намеченному месту, а перед глазами стоял образ Фенриса и его холодные глаза. Где-то внутри поселилась уверенность, что за тем льдом скрывалась горечь. А вместе с уверенностью родилось чувство – она предает. Его. Фенриса… Собственные глупые мысли пыталась вытеснить напоминанием, что они чужие друг другу люди. Не помогало.

Лайя не заметила, как подошел Свэн. Он закрыл ей глаза руками:

– Угадай кто?

Он часто так делал раньше. Давно забытое чувство любви и беззаботности затопило разум, вытесняя другие мысли. Она обернулась и обняла его.

– Ты пришла! – Свэн с трепетом прижал её к себе.

– Конечно, я же обещала!

– Есть хочешь?

– Да.

Он взял её за руку и увлек за собой. Они не захотели есть в таверне. Набрали еды у торговцев и устроились на траве в парке. Свэн много шутил и смеялся, старался рассмешить её. Лайя была так счастлива, улыбка не сходила с лица. Она знала, что разговора «о них» не избежать, но хотела как можно дальше отложить его, и просто наслаждалась каждым мигом рядом с ним.

– Я всегда знал, где тебя найти, – вспомнил Свэн с теплой улыбкой. – Ты часто пряталась от работы в библиотеке и читала всё, что находила про эльфов.

– Да, а ты приносил мне всё новые и новые книги. Я всё хотела спросить, но стеснялась. Где ты их доставал?

– Я их воровал у знакомых матушки каждый раз, когда мы посещали очередной бал. Помнишь, ты ещё обижалась, что я иногда оставлял тебя на какое-то время одну. Так вот, теперь ты знаешь правду.

– Ты шутишь? – засмеялась Лайя.

– Нет, серьезно. А ты знаешь, что одно время я даже мечтал стать эльфом, чтобы понравиться тебе?

– Зачем? Ты и так нравился мне, да и эльф с тебя всё равно не получился бы, ты слишком рослый и крупный.

– Хорошо, что я раньше этого не слышал, – посмеиваясь, укорил её Свэн, скользя нежным взглядом по лицу, – ты бы разбила мои детские мечты.

– Я научилась хорошо стрелять из лука, – перевела тему девушка, чувствуя, что разговор подходит к опасной черте.

– Не может быть?! Вот бы обрадовался мастер Чхве, если бы узнал. Но его уже лет пять как не стало, – грустно добавил Свэн.

– А Мисси, наша экономка?

– О-о-о, что с ней станется, всё ещё командует матушкой… а помнишь…

Она улыбалась, слушая его, гуляя по лабиринтам собственной памяти. Лайя и Свэн не заметили, как село солнце и стало темно. Медленно прогуливаясь по городу, они снова свернули в парк и не сговариваясь направились к своей беседке, где раньше часто встречались и целовались вечера напролет. Свэн взял её руку в свою, поднес к губам, целуя каждый пальчик.

– Оливия… Лив… Когда ты пропала, я думал, что умру от горя. Матушка ничего толком не говорила. Сказала только, что ты просто собрала вещи и решила уйти искать своих родителей. Я отказывался верить. Ты не могла так поступить со мной. С нами! Я обращался к комиссару, но матушка сразу же закрывала дело, монетами и связями перекупая. И тогда я ушел из академии. Стал искать тебя сам, но ты словно исчезла. Потом, когда я сдался… Я много думал о том, что могло произойти, и пришел только к одному разумному объяснению: матушка вынудила тебя, она сделала что-то, что заставило тебя уйти.

Лайя помнила этот день, словно он был вчера. Свэн снова ночью сбежал из академии и пришел к ней. Обнявшись, они лежали на кровати и клялись друг другу в любви, мечтали никогда не расставаться и строили планы на будущую жизнь.

– Оливия, ты станешь моей женой? – спросил он между нежными поцелуями.

Она кивнула, соглашаясь. Безграничная любовь к нему и сладость его поцелуев сводили её с ума и наполняли счастьем.

– Я хочу, чтобы ты всегда была со мной. Я хочу, чтобы ты была моей…

Он поцеловал её шею и замер. Она не оттолкнула.

Неловкость и стеснение юности… Радость познания и бесконечная любовь…

Они подарили друг другу свою первую ночь.

Он ушел незадолго до рассвета. Они долго целовались на прощание, не в силах расстаться даже на короткое время. Он ещё не ушел, а она уже скучала.

Немного позже в комнату вошла матушка, закрыла за собой дверь и повернулась к названной дочери.

– Уходи из дома, тебе здесь больше нечего делать, – сказала женщина.

– Но матушка Элеонора, что случилось? Я в чём-то провинилась?

– Ты ещё спрашиваешь?! Ты думаешь, я не замечаю, что происходит у вас со Свэном? Думала, что я не знаю, к кому он по ночам сбегает из академии?

– Мы любим друг друга и хотим быть вместе, – выпалила она, с надеждой смотря на матушку.

– Это неважно. Ты должна оставить его и уйти!

– Но матушка… – Слёзы полились из глаз. Она упала на колени, сложила в мольбе руки, а затем подползла и, рыдая, схватила её за подол юбки. – Не поступайте так с нами, не поступайте так со мной… Я жить без него не смогу…

Женщина отвернулась от неё, говорила, смотря на свои сжатые от напряжения кулаки:

– Ты хоть понимаешь, что можешь разрушить его карьеру? Да что там карьеру, его жизнь? Если все узнают, что ты дочь ведьмы, тебя казнят и его тоже! За связь с тобой! Ведь он тебя не бросит! Когда я брала тебя к себе десять лет назад, то обещала твоей матери позаботиться о тебе. И вот ты уже достаточно взрослая, чтобы позаботиться о себе сама. Я вернула свой долг. Теперь уходи.

– Я не могу… не могу, – рыдала она, не веря, что это конец.

– Тебе придется, – голос женщины дрогнул, сдерживая слёзы, но она всё же продолжила: – Если ты не уйдешь, я сама расскажу Инквизиции, кто ты.

Элеонора отцепила руки девушки от своего платья, подошла к кровати и положила туда кошелёк с монетами.

– Можешь взять из дома всё, что понадобится тебе в пути. Я вернусь через пару часов, надеюсь, тебя уже здесь не будет. – Матушка Элеонора уже собралась выйти, как обернулась. – Если ты вправду любишь Свэна, то ничего ему не скажешь, а просто исчезнешь, как будто тебя никогда и не было.

Лайя вернулась из своих воспоминаний и поняла, что Свэн всё ещё ждет её объяснений. Свэн… Красивый и уже совсем взрослый. Мужчина. Офицер королевской армии. Ему так идет эта форма. А ведь он когда-то мечтал об этом. Хорошо, что нашел в себе силы снова вернуться в академию и доучиться.

Сейчас Лайя понимала, почему тогда так поступила Элеонора.

– Это уже в прошлом, – тихо проговорила она.

– На самом деле неважно, почему ты ушла. Главное, что я тебя нашел, только это имеет значение. Мои чувства к тебе всё те же. Я ни на минуту не забывал тебя. Я так же сильно люблю тебя, Оливия, как и раньше.

Он поцеловал её руку, прижимая к сердцу.

Она молчала и любовалась им. Такой родной и незнакомый одновременно. Её сказка из прошлой жизни. Её прекрасный принц. Её долго и счастливо. Её вместе навсегда. Он сейчас так смотрит на неё, в его взгляде столько любви и надежды. Но он видит не её, а ту девчонку, смешную и взбалмошную, которую полюбил когда-то. Оливию.

– Свэн, – она вдохнула, собирая всё своё мужество и ненавидя себя за то, что собиралась сказать, – прости, я не могу ответить на твои чувства. Они уже давно в прошлом. Я была рада тебя видеть, но не более того… Я скоро покину город навсегда. Мы больше не встретимся. Если ты, правда, испытываешь ко мне чувства, то не останавливай меня и не ищи. – Она с нежностью прижала свои губы к его, на мгновение закрывая глаза и представляя себя другой, Оливией. Поцелуй не был сладок, горечь прощания отравляла вырванное у судьбы прикосновение. Лайя отстранилась. – Я надеюсь, ты будешь счастлив. Прощай.