Текст книги ""Фантастика 2025-171". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)"

Автор книги: Александра Власова

Соавторы: Эмили Ли,Василий Щепетнёв,Ли Эмили
сообщить о нарушении

Текущая страница: 139 (всего у книги 292 страниц)

Глава 16

Фенрис куда-то отлучился. Чонсок хлопотал у костра. Лукас просто сидел в одиночестве. Тэруми не могла не воспользоваться такой возможностью и потянулась к Лайе. Движение далось очень непросто, но прохладная рука ведьмы всё-таки оказалась в плену сильных пальцев танэри.

– Ведьмочка, ты должна очнуться, слышишь? Я без тебя никуда не пойду. Ты же понимаешь, чем это грозит? Вернётся Инквизиция и убьет меня, а ты больше не сможешь меня спасти, и я умру по-настоящему. И ещё, я, кажется, поняла, что ты имела в виду, говоря, что «я твой дом». Ты должна очнуться, чтобы я могла сказать тебе, что чувствую то же самое. Ты тоже мой дом.

Тэруми жалела, что не в состоянии помочь, что кроме рун в её теле нет магии, и очень сильно боялась, что ценой её спасения станет жизнь ведьмы. Словно учуяв опасные мысли, вернулся Чонсок и сел рядом.

– Есть будешь? – спросил он, нежно гладя Тэруми по голове.

– Только пить, – шепнула девушка, оборачиваясь. При одной только мысли о еде её продолжало мутить.

Чонсок напоил её и помог устроиться удобнее.

Когда её голова заняла привычное место на бедре у любимого, Тэруми улыбнулась.

– Сильно испугался? – спросила танэри.

– Испугался? – горько переспросил воин. – Я бы не стал жить без тебя.

– Ты не можешь говорить об этом серьёзно, – отмахнулась Тэруми.

– Я серьёзно.

– Тогда хорошо, что я выжила. – Танэри обняла его ногу рукой и сказала спустя паузу: – Я хочу, чтобы ты мне пообещал кое-что. – Тэруми выжидающе замолчала, по глазам читая готовность Чонсока выполнить любую просьбу, даже самую безумную. Воин кивнул. Тэруми серьёзно сказала: – Если со мной что-то случится, ты продолжишь жить дальше и будешь счастлив.

Волна ужаса захватила его, нанося удар под дых, вынуждая сделать глубокий вдох. Чонсок спешно кивнул, желая прекратить этот разговор.

Тэруми стало спокойнее. Она уже немного знала о том, что произошло, и тот факт, что Чон отказался сражаться и просто сидел возле неё готовый умереть, очень беспокоил её. Она надеялась, что когда настанет момент, то Чон вспомнит о своем обещании. Если настанет момент… поправила себя танэри и изобразила на лице беззаботность, пряча кольнувшее плохое предчувствие.

– Тэ… – раздался тихий хриплый голос Лайи.

– Ты очнулась! – закричала Тэруми. – Фенрис! Лайя очнулась! – Лайя сморщилась от громкого звука. Тэруми радостно засмеялась, а потом понизила голос и прошептала: – Я знала, что с тобой всё будет в порядке, потому что первыми умирают хорошие люди, так что ты будешь жить долго.

– Как только я смогу до тебя дотянуться, я тебя грохну, – пообещала Лайя, всё ещё не в силах открыть глаза.

Тэруми снова засмеялась. При виде бегущего к Лайе эльфа, танэри притворно поморщилась и ехидно проговорила:

– Ну всё… сейчас будут трепетные прикосновения, нежные поцелуи, клятвы в любви и прочие слюни-сопли…

– Завидуй молча, – тихо огрызнулась Лайя, со стоном силясь повернуть голову.

– Ха! Было бы чему завидовать!

Чонсок тихонечко щелкнул Тэруми по носу.

– Ай! – возмущенно воскликнула танэри и сердито засопела.

– Спасибо, Чон, – с улыбкой проговорила Лайя, не видя, что тот сделал, но понимая, что больше некому вот так остановить колкости танэри.

– Обращайся, – отшутился он, вызывая новую волну сердитого пыхтения Тэруми.

Фенрис опустился рядом, беспокойно осматривая её.

– Фенрис, ты не ранен? Тебе не нужна помощь? – Лайя старалась пошевелиться, но получалось плохо.

– Всё хорошо, – поспешил заверить он её. – Не двигайся, тебе нужно восстанавливаться.

– Я очень плохо выгляжу? Мои руки, что с ними? – спросила она.

Фенрис не успел ничего сказать, как Тэруми весело выпалила:

– О, это нечто! Они у тебя золотисто-черные, как и шея. Остальное тело, подозреваю, такое же. Ты и раньше-то на ведьму была похожа, а сейчас так… ай…

– И снова спасибо, Чон, – попыталась улыбнуться Лайя.

– И снова обращайся, – ответил ей Чонсок, улыбаясь.

– Фенрис, в сумке есть пузырек, он с зеленоватой жидкостью, пахнет мятой, в основном. Дай мне его, пожалуйста.

Он помог ей выпить микстуру. Лайя вскоре смогла открыть глаза и пошевелиться. Уже через пару часов она пробовала сесть, против чего мужчины дружно запротестовали, а Тэруми завистливо выдохнула: у неё так пока не получалось.

– Со мной всё будет нормально, – старалась храбриться Лайя, – и нам нужно уходить, маг может вернуться.

– Ты чуть не умерла, ты не приходила в сознание… – с оттенком былого страха произнес Фенрис.

– Я через какое-то время очнулась, просто не могла ничего сделать. Словно запертая внутри абсолютной пустоты, я бродила во тьме и не могла найти выход, а потом услышала твой голос. – Она повернулась к танэри.

– Значит, ты всё слышала? – спросила её Тэруми, серьёзно смотря в глаза.

– Да, – ответила она на её взгляд.

Чонсок и Фенрис поднялись и отошли в сторону, оставляя их наедине.

Тэруми дотянулась до её руки и слегка сжала. Говорить ничего не хотелось, они всё читали в глазах друг друга. Так хорошо и уютно рядом. Обе словно вернулись домой.

Тэруми не могла долго оставаться серьёзной.

– Слушай, а если я тебя сейчас назову сестрой по кругу, то Чона удар хватит? – спросила она с хитрым блеском в глазах, пододвигаясь ближе к ней.

Лайя юмора не разделила, слишком свежо было в памяти то, что пережили они все.

– Не нужно так с ним. Без тебя он не собирался жить, – сказала Лайя.

Тэруми побледнела. Напоминание о возможном финале прошедшего сражения, озвученное голосом Лайи, ранили сильнее оружия.

– Если вдруг возникнет такая необходимость, и выбор будет стоять между ним и мной, то выбери его. Спаси жизнь ему.

– Я не стану такое обещать! – грубо отрезала Лайя.

– Так нужно! Ты не понимаешь…

– И не хочу ничего понимать! – вспылила Лайя и оборвала речь танэри. – Я не стану тебе такого обещать.

– Какого черта?! – вспылила в ответ Тэруми и заготовила волну не совсем красивых аргументов, но высказать их не успела, вернулись Фенрис и Чонсок. Повышенные тона не остались без их внимания.

– Вы только что в любви друг другу признавались, – насмешливо проговорил Чонсок, – а теперь готовы вцепиться в волосы.

– Вот ещё, – презрительно фыркнула Тэруми. – В волосы? Что за варварский девчачий способ выяснения отношений?

– Другое дело кинжал в спину, – поддел её Чонсок, улыбаясь.

– Именно, – серьёзно подтвердила танэри.

– Или яд в бокал, – добавил иронично Фенрис, смотря на гневный взгляд Лайи.

– Да-а-а… – тоже вполне серьезно произнесла Лайя.

Девушки бросили друг на друга сердитые взгляды и отвернулись.

***

Время, еда и зелья постепенно возвращали силы. А вот вылечить магией, Лайя никого не могла. Собственная слабость ещё не прошла, да и золотисто-черные руны говорили, что тьмы в её теле осталось очень много.

– Как ты вернула меня? – спросила вдруг Тэруми. – Как Фенриса?

– Нет. Я к нему применила заклятие жизни. Это светлая магия. С ним я поделилась теплом своей души, стала маяком в надвигающейся тьме. С тобой такое не сработало бы. Во-первых, твоей души уже там не было, а во-вторых, во мне было слишком много тьмы, следовательно, ни одно светлое заклинание не сработало бы.

– Тогда как? – удивилась танэри.

– Чон натолкнул меня на мысль, когда попросил взять его жизнь в уплату твоей. Я не знала, есть ли подобное заклинание, но доверилась чутью и делала, как чувствовала. Я отдала темной магии годы своей жизни, взамен вернула тебя. Любовь Фенриса и наша магическая связь довершила дело. Тьма немного развеялась, и свет смог вернуться. Получилось и заклятие жизни.

– Зачем? – выдохнула Тэруми в ужасе.

– Ведьмы живут очень долго, не переживай, хватит на двоих, – ответила Лайя, правильно понимая чувства танэри.

Чонсок вдруг потянулся к Лайе и, под изумленные взгляды Фенриса и Тэруми, взял за руку, приложил к своей груди в области сердца. Посмотрел прямо в глаза. Взволнованно заговорил.

– То, что ты сделала, не уместится ни в одни слова благодарности. Ты вернула моё сердце, а взамен заняла его часть. Моя жизнь и мой меч отныне для тебя, – в воцарившейся тишине прозвучал перевод Фенриса, ведь в порыве чувств Чонсок сказал это на азурианском.

– Ведьмочка, ты же знаешь, что без тебя не будет и меня, – тихо и серьёзно сказала Тэруми. – Поэтому живи и борись, никогда не сдавайся. А я буду твоей тенью, что спасет и прикроет, что будет рядом.

Она положила руку поверх руки Чонсока, который всё ещё прижимал руку Лайи.

– Вместе до самого конца, – прошептал Фенрис, опуская ладонь на руку Тэруми.

Тэруми и Лайя потянули Фенриса и Чонсока к себе, встретились на середине, на мгновение касаясь головами друг друга, образуя круг.

Где-то в стороне шумно шмыгнул носом Лукас, а следом цыкнула Тэруми и ворчливо, но с оттенком нежности сказала:

– Какая же ты тряпка, малой.

Воздух взорвался громким смехом четверых и сердитым пыхтением ещё одного.

***

Лайю очень занимала одна идея, но чтобы её попробовать, нужно было дождаться темноты и… согласия Фенриса. С последним могли быть проблемы. Измин сбежал и вполне мог вернуться с новым отрядом, следовательно, позволить себе безрассудство было смерти подобно. А то, что она задумала, точно было безрассудством. Приятным таким безрассудством.

Тихое «волк» от Тэруми всколыхнул отряд. Лайя обернулась и увидела неспешно приближающегося к ним хищника, жёлтые глаза которого смотрели, казалось, именно на неё. Тэруми схватила кинжал и резко запустила, целясь в голову. Лайя в последний момент ударила её по руке, и оружие улетело в другую сторону. Тэруми удивлённо уставилась на неё, а животное замерло и не рисковало подходить ближе.

– Ничего не предпринимать! – предупредила Лайя остальных.

Она медленно, стараясь не делать резких движений, поднялась и пошла в сторону волка. Хищник тоже возобновил свой ход. Охранного круга не было, поэтому сближению ничего не могло помешать. Подойдя ближе, девушка поняла, что это была та самая волчица, которую она спасла.

Во рту у неё Лайя увидела человеческую руку. Волчица положила свою ношу на землю и замерла, ожидая. Лайя перевела взгляд на окровавленную кисть, на тонких пальцах которой красовались перстни, увеличивающие магический резерв. Такие обычно носят маги Инквизиции. Она уже знала, чья эта рука.

Лайя присела перед волчицей на корточки.

– Спасибо, – прошептала она.

Волчица попятилась назад, а когда отошла на достаточное расстояние, развернулась и убежала прочь. Лайя проводила её взглядом и вернулась к спутникам.

– Что это было? – первым пришла в себя Тэруми.

– Это была моя волчица. Она вернула долг, принесла руку Измина.

Фенрис подошёл к руке, осторожно пнул носком сапога волчий подарок.

– Ну что ж, это значительно облегчит нам ближайший путь, – заключил он. – Пропавшие отряды не сразу обнаружат, это даст нам преимущество. Плюс Инквизиция не узнает, что мы путешествуем вместе.

Лайя радостно встрепенулась, понимая, что теперь ничего не может ей помешать осуществить то, что она задумала. Тело сразу же отозвалось дрожью возбуждения, предвкушая.

– Фенрис, пойдем пройдемся, – попросила она его.

Тэруми открыла рот съехидничать, но получила легкий тычок от воина и его выразительный взгляд.

– Мы будем недалеко, – сказала громко Лайя и, не дожидаясь ответа, потянула Фенриса в лес.

Когда они отошли достаточно, чтобы силуэты азуров и Лукаса больше были не видны, Лайя остановилась. Фенрис с укором на неё посмотрел, догадываясь о причинах.

– Я тоже хочу тебя, но это небезопасно, – сразу сообщил он.

– Я хочу кое-что попробовать, поможешь мне?

Он выразительно поднял одну бровь и окинул всё ещё осуждающим взглядом. Лайя взяла его за руку и сплела пальцы, выпуская свою магию, соединяясь с его. И без того возбужденное ожиданием тело ярко отреагировало. Лайя обвила второй рукой шею Фенриса и притянула к себе.

– Лайя…

Договорить не смог, Лайя провела языком по его губам, а следом нежно поцеловала. Связь магии и физическое притяжение слились воедино, стирая рациональность Фенриса и гася возражения.

Фенрис прижал её к себе, вжимаясь пахом в её бедра, и ответил на поцелуй. Жарко. Медленно. Чувственно. Упиваясь её срывающимися стонами и тихими просьбами. Её провокация, сопротивляться которой он был не в силах, злила его, добавляя остроты ощущениям. Ему хотелось заставить её пожалеть об этом и вместе с тем заставить её просить ещё большего.

Лайя чутко улавливала его настрой, разгораясь ещё сильнее. Она хотела, чтобы он сдался, чтобы перестал контролировать свои мысли и тело…

– Люби меня, Фенрис… – прошептала она ему на ухо, следом проводя по мочке языком, и снова зашептала: – Я хочу почувствовать тебя в себе… Хочу, чтобы ты наполнил меня…

Затуманенные страстью глаза Фенриса опасно блеснули. Он медленно стал раздевать её, покрывая легкими поцелуями кожу. Лайя несколько раз порывалась прижаться к нему, желая ощутить своей кожей его, но всё, что он ей позволил, это скользить руками по груди и животу. Он подтолкнул её на землю, а после склонился и снова соединил их руки. Она потянулась к нему навстречу магией и своим телом.

– Не двигайся, – приказал он.

Лайя встретилась с его глазами и… не смогла ослушаться. Он до упора вошел в неё и замер, наслаждаясь отраженным во взгляде нетерпением. Затем качнулся ещё, на сей раз ловя её шумный выдох наслаждения губами. Близко, но не касаясь. Лайя выгнулась и потянулась за поцелуем, но он сразу отстранился и снова качнулся. Медленно…

– Я же предупреждал, – прошептал он ей на ухо, – не нужно играть со мной ведьма…

Его голос прошёлся по телу новой жаркой волной возбуждения, а последовавшее ещё одно глубокое движение подарило мучительное наслаждение. Она громко застонала и требовательно подалась вперёд, призывая ускорить темп, желая двигаться вместе с ним, но он удерживал её, не разрешая, чем только усиливал любовную агонию.

Её магия, вторя физическим ощущениям, сияла, просачиваясь через кожу золотистым светом, смывая черные следы тьмы с её тела. Его узоры на руке ярко светились, отвечая ей взаимностью.

Подбираясь к яркой разрядке, он забыл о своём намерении. Лайя притянула к себе, обвивая ногами за талию и тесно прижимая, и он с готовностью подался вперёд, позволяя вобрать себя. Тесно прижавшись, они одновременно устремились навстречу друг другу, невольно ускоряя темп.

– Лайя… – стоном острого наслаждения сорвалось с его губ её имя.

Лайя застонала в ответ, на мгновение замирая, а следом содрогаясь от невообразимого наслаждения.

Фенрис лег рядом с ней, целуя её пальчики и смотря в сияющие глаза. Он бесконечно любил её и не мог выразить это словами. Хорошо, что есть магия, которая может передать порывы его души. Он вдруг заметил, насколько ярко сияют его линии на магической руке.

– Я никогда не был настолько полон, – проговорил он, удивленно смотря на свою руку. – Я, наверное, смог бы сотворить сейчас ледяную гору даже без посоха, – засмеялся он, приподнимаясь и целуя её в нос, – а ты была бы хозяйкой этой ледяной горы. – Он нежно провёл руками по её шее и груди. – Твоя кожа… она сияет… ты так прекрасна… – А потом он строго на неё посмотрел, добавляя: – Нам надо быть осторожнее, нельзя быть настолько безрассудными.

– Тебе обязательно всё портить? – она разочарованно застонала.

– Обязательно! Я хочу прожить достаточно, чтобы можно было наслаждаться тобой долго.

Лайя внутренне закричала от радости, слушая его. Долго. Это звучит лучше, чем тысячи признаний в любви.

– Смотри! – сказала она, выставляя вперёд руку, полностью лишенную чёрных полос. – Это я и хотела проверить. Твоя любовь. Наша любовь, – поправила себя она, – исцеляет мою душу от тьмы.

Он не сразу нашёл что сказать, изумленно рассматривая то, что не заметил в пылу страсти.

– А почему не предупредила зачем зовёшь? – наконец-то вымолвил он.

– Хорошо, что не сказала, – призналась она, сияя глазами, – получилось даже лучше, чем я могла бы мечтать.

– Не смотри на меня так…

Он был так красив и сексуален, что Лайя не могла насытиться им. Ей снова захотелось прикоснуться к нему и ощутить его в себе. Девушка не сводила с него взгляда, её рука скользнула по своей груди, провела по животу, спускаясь ниже, уходя между ног. Она приоткрыла губы, снова ожидая поцелуя, а ноги призывно раздвинула. Эльф глухо зарычал, опустился рядом, кусая её губу и перехватывая её руку, заводя ей за голову.

– Ведьма, перестань меня искушать!

Они услышали, как Чонсок зовет их.

– Черт, – выругалась Лайя и принялась одеваться, а Фенрис отозвался, сказал, что скоро будут.

Он осмотрел Лайю, помог привести ей себя в порядок, а после легко поцеловал.

– У тебя написано на лице то, чем мы тут занимались, – смущенно проговорила ему Лайя.

– После наших с тобой стонов это уже не станет для кого-то открытием, – усмехнулся он.

– Почему не заставил замолчать? – заливаясь краской, упрекнула его она.

– Не хотел, – сказал он ей на ухо, специально понизив тональность своего голоса, прекрасно понимая, как тот действует на неё.

– Фенрис… – ласковым голосом укорила его Лайя и наигранно строго посмотрела на него.

– Пойдем, – с нежностью проговорил он и протянул ей руку.

**

– Как погуляли? – ехидно спросила Тэруми, смотря на девушку и наслаждаясь её смущением.

– Хорошо, – вторя её тону, ответил Фенрис танэри. – Тоже хочешь пройтись с Чоном?

Чонсок стушевался от такого намека, а Тэруми уставилась на эльфа. Глаза танэри на мгновение стали холодными и жестокими. Лайя уже видела такой взгляд, но каждый раз поражалась зверю, который таился внутри Тэруми, скрываясь за весельем и кажущейся беззаботностью. Фенрис отреагировал на это показательно дежурной, вежливой улыбкой, а потом уселся у костра и притянул Лайю к себе, обнимая.

– У вас вообще совесть есть? – всё-таки нашла что сказать после продолжительной паузы Тэруми.

– Не-а, – непривычно довольно сказал Фенрис и повернулся, коротко поцеловал Лайю в губы прямо при всех.

Тэруми возмущенно фыркнула от такой наглости.

– Романтика для взрослых, – насмешливо добавил Фенрис. – Не доросла ещё.

– Слышь, малой, – сказала Тэруми, оборачиваясь к Лукасу, лицо которого густо покрывал румянец смущения и волнения от столь откровенных тем и звуков, которые он недавно услышал. – Это угрюмый тебе сказал. Поэтому слушайся старших и закрывай в следующий раз уши, а не жадно вслушивайся.

Лукас не смог подавить порыв и по-детски закрыл лицо руками, скрываясь. Он явно мечтал провалиться сквозь землю.

– Тэ… – мягко укорил её Чонсок, тихо посмеиваясь.

Он вдруг поймал её за руку и поцеловал. Неожиданный выпад со стороны воина привел танэри в недоумение, причудливо отражаясь на её лице, что вызвало приступ смеха у Лайи и Фенриса. Лукас посчитал, что это над ним смеются, и спешно отвернулся ко всем спиной. Новая порция смеха не заставила себя ждать.

Глава 17

Вернувшаяся способность Лайи использовать светлую магию быстро поправила состояние Тэруми, восстановила Лукаса, и все смогли снова продолжить путь. Вынужденные дни в покое для азурианки были настоящей катастрофой, поэтому, как только Фенрис сообщил, что ближайшая деревушка не так далеко, танэри умчалась на разведку. Возмущение Чонсока и опасения Лайи не остановили Тэруми.

Без Тэруми отряд шёл молча: некому было вносить задор и весёлых разговоров. Лукас воспользовался тишиной и незанятостью Лайи и тут же пристроился рядом. Он активно расспрашивал про растения, которые они встречали на пути, и спрашивал её о целебных свойствах. Интерес юноши был такой искренний, что Лайя постепенно втянулась в разговоры и сама охотно делилась всем, чем знала.

Тэруми появилась внезапно, словно из ниоткуда, подкрадываясь сзади и щипая Лайю за бок. После недолгой перебранки и попыток уйти от ответного жеста танэри доложила:

– Деревушка полумертвая, жителей мало. Ни монстров, ни Инквизиции. Естественно, о таверне не стоит и мечтать. Пойдемте, я присмотрела для нас шикарный домик. И… вот, я уже съела свою долю.

Она протянула хлеб. Все тут же разобрали его по кусочкам. Чонсок с подозрением посмотрел на неё.

– Где ты его взяла?

– В таверне купила, – сразу же ответила танэри.

Воин смягчился и почти положил положенный ему кусочек в рот, как раздался голос Лукаса:

– Ты же сказала, что таверны там нет?

Чонсок с осуждением посмотрел на Тэруми, и она эмоционально всплеснула руками, разворачиваясь к Лукасу.

– Малой, кто тебя за язык тянул?!

– Прости, – сразу стушевался Лукас, не понимая, что сделал не так.

– Тэ, я уже говорил тебе про воровство, – строго, почти приказывая, напомнил ей воин.

У Тэруми аж зубы заскрипели от злости. Лайя не выдержала, подошла, отобрала у него кусок хлеба и демонстративно откусила.

– Украденное особо вкусное, – с ухмылкой сказала она воину. – И нечего так гневно смотреть, на меня это не действует.

Тэруми хмыкнула и махнула рукой, зовя продолжить путь. Проходя мимо Лайи, она протянула руку и сказала:

– Верни.

– Ты свою долю уже съела.

– Ты тоже. Это Чона.

– Он не будет есть.

– Я заставлю.

– Съеденное под принуждением не является украденным? – предположила Лайя, поворачивая голову к Тэруми.

– Именно, – с хитрым блеском сказала танэри.

Лайя коварно улыбнулась и отдала хлеб.

– Помочь? – спросила Лайя.

– Да. Ты держишь его, я кормлю, – серьёзно произнесла Тэруми, озорно блестя глазами.

– Договорились.

Девушки ударили по рукам и обернулись к Чонсоку. При виде одинаково кровожадных лиц он попятился.

– Не вздумайте, – предупредил воин, выставляя вперёд кулаки, показывая, что будет драться. Лайя и Тэруми рванули к нему, он отбежал. – Прекратите ребячество!

Тэруми почти подобралась к нему, собираясь повалить на землю, но Чонсок ловко увернулся и снова обезопасил себя расстоянием. Приближение эльфа заметил своевременно.

– Второй раз у тебя такой номер не пройдет, – предупредил воин, прекрасно помня, как прошлый раз Фенрис включился в сражение, сыграв на элементе неожиданности.

Они рванули с трех сторон – у Чонсока не было шансов. Поверженный, он лежал на земле, удерживаемый смеющимися Лайей и Фенрисом, а сверху сидела Тэруми и медленно подносила кусок хлеба ко рту воина. Он плотно сжимал губы и отворачивался, сотрясаясь от смеха.

– Кусочек за ма-а-аму, – глумилась танэри, делая вид, что сейчас начнет заталкивать силой. Сжатый в руках хлеб крошился на его лицо. Одна из крошек попала в нос, и Чонсок громко чихнул.

Фенрис отпустил воина, падая на землю и вытирая слёзы от смеха, следом отвалилась и Лайя. Без дополнительной поддержки Чонсок в одно движение справился с Тэруми, повалил на землю и сжал её руки, заставляя разжать пальцы и выбросить кусок.

– Проиграла, – торжественно огласил он, нависая над ней.

Растрепавшиеся черные локоны падали на его лицо. Карие глаза светились весельем и властью, самодовольством. Губы чуть ухмылялись.

Веселость слетела с Тэруми. Глаза распахнулись, с жадным желанием скользя по его лицу, а в голове пронеслась мысль: «Давно уже».

Он заметил перемену, мгновенно ощущая столь малое расстояние между ними. Прикосновение к её рукам стало нежнее, а взгляд тягучим, оставляющим после себя сладкое предвкушение.

Воцарившаяся тишина отрезвила обоих. Чонсок поднялся и протянул руку, собираясь помочь подняться и ей, но Тэруми её не приняла, встала сама, поправила съехавший пояс с оружием.

Лукас, что стоял всё это время и с восторженным выражением лица любовался на смеющуюся и озорную танэри, подобрал оставленный кусок хлеба и стал задумчиво крутить в руках, бросая мечтательные взгляды на азурианку.

***

Шикарным домиком оказалась заброшенная изба с заколоченными изнутри окнами и с вросшим в землю крыльцом. Проникающий через щели дневной свет давал им возможность рассмотреть оставшуюся мебель и кучу пыли и грязи. Чонсок чихнул и брезгливо поморщился, осматривая место будущего ночлега. Лайя с ухмылкой наблюдала за ним. Да, мыши и пыль явно не были лучшими друзьями воина. Девушка относилась к ним ровно, ей и не в таких местах приходилось ночевать. Главное, что сегодня им будет тепло. Хотя у воина было явно другое мнение на этот счет.

Места внутри было не так много, им сразу стало тесно. Чтобы не сталкиваться друг с другом, они разошлись по разным сторонам и старались не ходить.

Лукас приводил в порядок облюбованный угол, расчищая его от мусора, грязи и следов жизнедеятельности мелких жильцов. Фенрис подтянул скамью к столу, уселся, положил голову себе на руки, полулежа на столе. По выражению его лица было непонятно удобно ему или нет. Он закрыл глаза и выглядел так, словно мгновенно заснул. Чонсок стоял, не решаясь, куда ему сесть. Усталость победила быстро. Смахнув пыль со стола, под ещё один громкий свой чих он расположился рядом с эльфом.

– Не уж-то этот дом страшнее ночевки на земле? – все же не сдержалась и поинтересовалась Лайя у воина.

Когда он понял, что вопрос к нему, поднял на неё сонный взгляд.

– Требования к помещению у меня немного… – он брезгливо обвел комнату глазами, – иные. Хотя и походная жизнь у нас весьма… неприятна.

Лукас и Лайя устремили на него любопытные взгляды и подались вперёд, ожидая продолжения. Воину нехотя пришлось пояснить:

– В империи в случае необходимости длительного путешествия для ночлега есть специальные палатки.

Лайя перевела изумлённый взгляд на Тэруми, та согласно кивнула.

– Да, я тоже как-то ночевал в таких, – сказал, не открывая глаз, Фенрис, – удобно.

– Ты был в империи? – насторожился Чонсок.

– Да, с Инквизитором. Я же кайнарис, обычно сопровождаю его… Красивая страна.

– Странно, я ни разу тебя не видел, – стал присматриваться воин, словно собирался его сейчас вспомнить.

– А должен был? – Фенрис открыл глаза и внимательно посмотрел в ответ.

– Я иногда бываю на официальных мероприятиях, – спустя паузу произнес Чонсок.

Легкий шлейф недосказанности повис в воздухе, раскаляя атмосферу и напоминая, как мало они все знают друг о друге.

– О, ты точно бывал не в мою смену на таких мероприятиях, – преувеличенно легко сказала Тэруми Фенрису и озорно подмигнула ему: – Я бы тебя точно запомнила.

Фенрис мимолетно коснулся её скептическим взглядом, показывая, что думает о её наигранном флирте, и снова положил голову на стол, завершая разговор.

Чонсок и Фенрис заснули, а Лайя проверила раны Лукаса и Тэруми. У обоих весьма неплохо заживали травмы после встречи с Иримэ. Последствия же встречи с отрядом Инквизиции было не так просто исправить, особенно у Лукаса. Основная травма была внутри. В душе. В этом ни одна магия не поможет.

Терпеливо дождавшись окончания процедур, Тэруми махнула Лайе и указала на дверь рукой. Лайя кивнула, поднялась и осторожно на носочках стала красться к двери.

– Куда собрались? – с прохладцей прошептал Фенрис, приковывая их взглядом.

– Мы немного пошуршим по окрестностям, – тихо проговорила танэри. – Раздобудем еды и одежды, не можем же мы в таком виде и дальше расхаживать.

– Я могу сам сходить.

– Воровство – это по моей части, – возразила Лайя и выскользнула из дома, чтобы не вступать в спор с эльфом.

– Я приметила одного молодого фермера, ещё днем, он примерно такого же телосложения, как и Чон, вон там, – указала направление рукой Тэруми. – Поэтому я туда, а ты раздобудь одежду себе и мелкому. В тех домах видела, как белье во дворе сушилось. Только много не бери, чтоб не сразу хватились. Надеюсь, ты знаешь, кто является главным врагом вора?

– Собаки, – ответила ей Лайя.

Тэруми одобрительно кивнула и показала на ряд домов.

– В эти не суйся. И вообще, если будут проблемы, коротко свисни. Крик не поднимай. И желательно никого не убивать, ни к чему лишнее внимание.

– Разделимся? – удивилась Лайя.

– А что, тебе нужна помощь? – изумлённо посмотрела на неё танэри.

Они поделили относительно безопасные дома и разошлись.

Тэруми тоже не мешало бы переодеться: одежда в крови, грязи и разрезах, но она не думала, что сможет найти нужные себе вещи. Вряд ли у селян будут штаны с потайными карманами, куда можно прятать несущие смерть, острые предметы. А вот рубашку или сорочку под верхом точно сменит, такого добра здесь наверняка валом.

Дом фермера Тэруми оставила напоследок – сначала еда. Когда сумка приятно оттягивала плечо, танэри отправилась к первоначальной цели. Под окном дома на заднем дворе Тэруми на какое-то время затаилась, прислушиваясь. Тихо. Хозяин или спит, или отсутствует. Она оставила сумку на земле, осторожно поддела в нужных местах раму и, когда окно гостеприимно приоткрылось, скользнула внутрь.

Глаза к мраку привыкли быстро. Бегло осмотрелась. Так много мебели и так мало места. Владельца дома не было. Тэруми метнулась к сундуку. Несколько плотных светлых рубашек и брюки для работы в поле были сразу скручены и выкинуты через окно к ожидающей её сумке. Больше поживиться особо было нечем. Ничего подходящего для остальных спутников не нашлось. Даже для Фенриса. Хотя ему не особо нужно было. Его одежда на удивление всегда была целой. Талант, наверное. «Или мастерство боя», – промелькнула восхищенная мысль.

Тэруми хотела уже уйти, но вспомнила главное. Она недовольно нахмурилась, обречённо выдохнула, поминая своего мужчину недобрым словом, достала несколько монет и положила на стол.

Дверь открылась.

Тэруми метнулась к стене, прячась за шкаф. Хозяин дома вернулся с гостьей. Той самой, в дом которой должна была залезть Лайя. Внутри сразу стало спокойнее. Раз эта женщина здесь, то у ведьмочки не будет вот такого неприятного сюрприза в виде вернувшихся владельцев. Осталось решить, как выбраться самой. Не убивать же их…

Характерные звуки заставили Тэруми осторожно выглянуть. Фермер страстно целовал и прижимал к себе гостью. Та охотно отзывалась на ласки, руками раззадоривая его ещё больше. Их одежда постепенно оказывалась на полу, и нагая парочка, не отрываясь друг от друга, стала пятиться в сторону укрытия Тэруми. Взгляд танэри упал на кровать, которая была как раз возле шкафа. Догадка перекосила лицо. Ей придется ждать, пока всё это закончится. Одна только надежда на позднее время: люди устали, сейчас по-быстрому и спать…

Звуки чужой страсти стали ближе и громче.

Тэруми сердито поджала губы. Да что ж такое?! То эльф с ведьмой себя не контролируют, теперь это… Что за жизнь? Где она провинилась? И глаза же не закрыть. Слишком близко. Могут заметить. Нужно быть готовой предотвратить возможный крик от её обнаружения.

Разворачивающая сцена против воли захватила Тэруми, волнуя тело и заставляя ярко пылать щеки. Мужчина, пристроив своё лицо между ног гостьи, доводил ту до вершины блаженства, заставляя кричать и просить ещё. Потом он вдавил своим мощным телом её в кровать и принялся яростно вбиваться, с каждым новым движением ускоряя темп.

Когда звуки страсти стихли, Тэруми ещё какое-то время ждала, пока они не заснут. Затем аккуратно перелезла через окно, быстро пособирала выкинутую ранее одежду, затолкала её в сумку. Чьё-то присутствие она скорее почувствовала, чем заметила. От возгласа её удержала чья-то рука. Она постаралась освободиться от захвата, но голос у самого уха произнес: