Текст книги ""Фантастика 2025-117". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)"

Автор книги: Михаил Атаманов

Соавторы: Анна и Сергей Литвиновы,Александр Сухов,Игорь Конычев,Сергей Шиленко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 104 (всего у книги 341 страниц)

Глава 16

– Заткнись! – Этот дровосек, или кто он там по виду, сплюнул и грубо пихнул женщину-какаду к Корню. – Хватит уже. Алдану будет плевать, узнаем мы, что там с этим Костяном стряслось или нет. Главное, чтобы мы компенсировали ему золото, в которое Костян ему обошелся. А эта сучка отлично подойдет.

«Это если ты сам отсюда живым выберешься, да еще и с ней». – Я хмыкнул, уже принимая боевую стойку. Нутром чуял – сейчас начнется. И тут же, ну чисто как засранец, которым я, в общем-то, и бываю временами, вскинул руку ладонью вверх и поманил его пальцами – мол, «иди сюда», как тот Нео из «Матрицы». Самому смешно стало от такой наглости.

– Ишь ты, какой дерзкий червяк, да? – прорычал Детина и с маху вонзил свой тесак между булыжниками мостовой. Клинок так и остался торчать вертикально, будто памятник его тупости.

– Детина, ты чего творишь? – спросил Корень, и я мысленно усмехнулся, услышав в его голосе неподдельную тревогу. Похоже, этот шкаф не всегда предсказуем даже для своих.

– Не всему верь, что бабы на базаре треплют, Корень, – буркнул здоровяк и смачно хрустнул костяшками пальцев обеих рук разом. Желваки так и заходили на его квадратной челюсти. – Не мог такой, как он, в одиночку, голыми руками, столько народу положить, как в тех байках рассказывают. Брехня все это.

«Ага, чистая правда, Корень». – Я решил подлить масла в огонь, чтобы еще больше взбесить этого амбала. И, к моему немалому удивлению, тот молодой хмырь, что прислонился к стене, фыркнул и тихо рассмеялся.

– А ну цыц, ты! – рявкнул Детина уже на меня. Я втайне порадовался – моя тактика по выведению его из душевного равновесия, похоже, работала. Главное, чтобы он сейчас полез на рожон, не думая.

Чисто на кулаках или нет, но этот Детина был сложен как натуральный шкаф, кирпичный завод на ножках. Я сразу понял – надо использовать любую мелочь, чтобы сбить его с толку, вывести из равновесия. Иначе сомнет и не заметит.

Я постарался вложить в голос максимум издевки: «Ну давай, Детина, покажи, на что годятся твои бицепсы, когда перед тобой не беззащитная баба». Главное – вывести его из себя.

И это сработало. Этот осел бросился на меня, как разъяренный буйвол.

– Я тебе покажу! – взревел он и начал размахивать своими кулачищами направо и налево с такой скоростью, что мне только и оставалось, что уворачиваться да подпрыгивать, как зайцу. Скорость, конечно, для такой туши была приличная, но и предсказуемость тоже.

Я быстро сообразил, что первоначальный план атаки придется корректировать на ходу. Поначалу этот Детина чем-то напомнил мне Рэда Дуэйна – такой же здоровый и тупой. Я планировал дать ему выдохнуться, потаскать его по переулку, а потом уже браться за дело всерьез. Но минуты через три такой пляски, когда он все так же пер на меня, не давая толком вздохнуть, я понял, что либо я сильно недооценил его выносливость, либо уж очень серьезно его разозлил. Скорее всего, и то, и другое.

К тому же, теснота этого вонючего переулка сильно ограничивала мои движения, так что пришлось срочно включать импровизацию.

– Ну и кто теперь трус, а? – прорычал Детина, после того как я нырнул под его загребущие ручищи, когда он попытался схватить меня за горло своими толстыми, как сардельки, пальцами. – Дерись, твою мать!

Я метнулся в сторону и от души врезал ему по правой ноге. Черт! Ногу тут же пронзила такая боль, будто я бетонный столб пнул. Крепкий, зараза. У Рэда Дуэйна было больное колено, и это тогда стало ключом к победе. Но у этого Детины, похоже, таких слабых мест не наблюдалось. Наоборот, казалось, он врос в землю, как какая-нибудь вековая секвойя в национальном парке. Хрен такого сдвинешь. Он точно никуда не торопился.

– Р-р-ра-а-а! – снова взревел этот медведь, а я опять ушел в сторону и выставил руку, чтобы блокировать удар, летевший мне прямо в голову.

Вместо этого его кулак прошелся по моему плечу, сбив дыхание. И, вот же ж не повезло, моя нога зацепилась за лезвие тесака, который Детина так неосмотрительно оставил торчать из брусчатки. Я тяжело рухнул на бок, больно ударившись локтем.

Для своих габаритов Детина оказался на удивление проворным. Прежде чем я успел прийти в себя или хотя бы попытаться вскочить на ноги, эта туша уже навалилась на меня, пытаясь взять на удушающий.

Когда я почувствовал, как его рука пытается сомкнуться у меня на горле, перекрывая воздух, адреналин ударил в голову с такой силой, что я, даже не успев толком подготовиться, рванул прямиком во временной транс.

Тик.

Мир вокруг поплыл, замедляясь. У меня аж дух перехватило от того, как резко я провалился в транс – будто нырнул в ледяной горный поток, в самые пороги. Давненько я такого шока от временного транса не испытывал, потому что в последнее время я неплохо наловчился контролировать высвобождение этой силы внутри себя. Все эти медитации и тренировки на концентрацию позволили мне обращаться с этой таинственной внутренней энергией, как со светом, проходящим через узкую щель – я постепенно учился регулировать, сколько ее выпускать наружу.

Тик.

Но сейчас сила вырвалась из меня таким неконтролируемым потоком, что у меня перехватило дыхание. Я зажмурился, понимая, что не могу ее сдержать, и просто отдался этому потоку, несущему меня неизвестно куда.

Тик.

– Р-р-ра-а-а!

И тут – бац! – Детина снова напротив, а я каким-то чудом опять на ногах, в той же точке, откуда меня этот урод сгреб своей ручищей, здоровой, как у гориллы. Словно последних пары секунд и не было вовсе. Стерлись, как ластиком. Что за хрень? В голове не укладывалось. И разбираться времени не было – эта туша уже снова перла на меня.

Времени на раздумья об этой невероятной чертовщине у меня не было совершенно, так что я просто принял это как данность и среагировал моментально: уклонился от очередного удара, нацеленного мне в голову, и проскользнул прямо между ног этого идиота, оказавшись у него за спиной.

Затем, прежде чем он успел полностью развернуться, я пнул его тесак – который теперь снова торчал из земли, потому что, видимо, я об него так и не споткнулся в этой новой «реальности» – прямо под ноги Детине.

Он наступил на металлическое лезвие в середине разворота, поскользнулся, и тесак со звонким скрежетом проехался по булыжникам. А когда Детина начал заваливаться, я воспользовался моментом и со всей дури врезал ему кулаком прямо в подбородок.

Поскольку он был таким огромным, удар его только оглушил, но мне большего и не требовалось. Этого хватило, чтобы заскочить ему за спину и накинуть удушающий захват.

После этого потребовалось всего шесть секунд правильного давления, чтобы он отключился, один резкий поворот, чтобы сломать ему шею – и этому Детине-козлу пришел конец.

Тяжело дыша, я дал его обмякшему телу рухнуть на брусчатку. В ушах звенело. И откуда-то из глубин подсознания вылезло совершенно идиотское, почти истерическое желание проорать единственную строчку из той дурацкой американской песенки лесорубов: «Тимбе-е-ер!», которую я откуда-то знал. Еле сдержался, мотнув головой. Не до песен сейчас.

Вместо этого я использовал наступившую ошеломленную тишину, чтобы отдышаться и справиться с невероятным давлением, ударившим в голову. Еще немного, и я бы точно отрубился.

– Детина! – взвизгнул Корень и дернулся было ко мне, но тут же замер на месте, когда Рита метнула один из своих ножей, пригвоздив его плащ к земле. Ловко, чертовка.

– Не так быстро, – сказала она, выхватывая свою катану. А за ее спиной, словно из воздуха, материализовались Ной и Мило с двумя боевыми шестами в руках. Откуда они только взялись?

– Отпусти женщину, и, может, выберешься из этого переулка живым, – обычно кроткое выражение лица Мило исказилось в яростном оскале, который не сулил ничего хорошего. Такая лютая злоба плескалась в его глазах, что даже меня немного пробрало. Особенно когда он утробно зарычал. – В отличие от твоего дружка.

Корень, похоже, парень был не совсем безмозглый, принял единственно верное решение и отпустил Энджи, поднимая руки вверх в знак капитуляции.

– Мило! – всхлипнула Энджи, и парень-енот (Мило, значит, енот? Интересно) выронил свой боевой шест, чтобы подхватить её.

– Энджи, ох, Энджи, – пробормотал он и, отстранившись, принялся осматривать ее с головы до ног, прямо как моя Рита меня после каждой заварушки.

Это было, конечно, мило с его стороны, но совершенно излишне, потому что я был определенно…

– Макс! – ахнула Рита, когда я неожиданно подогнулся в коленях и чуть не рухнул.

Ладно, возможно, я был не «определенно» в порядке. А так… более-менее.

Я выдохнул, стараясь улыбнуться, когда она обхватила мое пылающее лицо своими прохладными ладонями: «Все хорошо, котенок». Как же это было приятно.

– Ничего не хорошо, – возразила она, но тут же извлекла что-то маленькое и круглое из кожаного мешочка, притороченного к ее бронированному корсету, и сунула мне в рот.

Острый, пряный вкус, отдающий то ли копчеными ребрышками, то ли хреном, взорвался на языке. Ну да, это же бодрящий орех, одно из самых крутых лекарственных растений на острове Сканно, способное моментально поставить на ноги. По крайней мере, на время.

– Как ты это сделал? – спросил Чекан. Он все это время стоял в стороне и молча наблюдал. Я аж дернулся немного – почти забыл про этого типа.

– Я думал, ты уже свалил, – прорычал Корень. – Обычно ты так и делаешь, когда дело пахнет жареным.

Молодой хмырь проигнорировал своего подельника и продолжал пялиться на меня своими странными фиолетовыми глазами так, будто мы были просто случайными знакомыми, мирно беседующими на автобусной остановке или в очереди в банке.

«А тебе бы хотелось знать, да?» – Я перекатывал бодрящий орех за щекой, пока Рита помогала мне подняться на ноги. Сил заметно прибавилось.

– Вообще-то, да, – ответил Чекан с невозмутимым любопытством. – Именно поэтому я и спросил.

Я протянул, как капризный пятилетний ребенок: «Не скажу тебе, бе-бе-бе». Это гребаный орех начал действовать по полной, и мир вокруг вдруг засиял, стал каким-то дурацки веселым. Особенно Корень – с его кислой рожей, будто он лимон целиком сожрал. Хи-хи.

– Макс, – одернула меня Рита.

«Ох, – спохватился я, – это я вслух сказал?»

– Выплюнь, – велела она, и я послушно открыл рот, позволяя этому хитрому маленькому орешку упасть на землю. Эффект начал спадать, оставляя после себя легкую эйфорию и гул в голове.

– Ладно, пошли, Корень, – сказал Чекан с непроницаемым выражением на своем точеном, почти мраморном лице. – Они там уже почти медовуху доварили.

– А как же Детина? – спросил второй бандюга, с громким треском выдирая свой плащ из-под ножа Риты. – И мы так и не узнали, что случилось с Костяном.

«К вашему сведению, – туман от бодрящего ореха окончательно рассеялся, и я решил прояснить ситуацию, – Алек Сван его прикончил. И в процессе получил пятый ранг Ашера».

– Это невозможно, – резко бросил Чекан. – Костян вышел на аукционы с поддельными документами.

Я пожал плечами: «Ну, значит, он все-таки был настоящим Ашером, потому что Поединок зафиксирован. И более того, когда я прикончил Свана, этот же самый ранг перешел ко мне». Пусть теперь сами разбираются в этой Санта-Барбаре.

– Интересно, – протянул Чекан, задумчиво оглядывая меня с ног до головы. – Этого будет достаточно, чтобы Алдан пока отстал.

– Так что, мы их убивать не будем? – с надеждой в голосе спросил Корень.

– Не знаю, Корень. Детина вот попытался выпендриться, да что-то у него не очень получилось. Но ты можешь попробовать, если хочешь, – молодой хмырь махнул мне рукой, мол, ему все равно.

Корень посмотрел то на меня, то на бездыханное тело своего бывшего гла_варя и принял первое за весь день разумное решение – поплелся к Чекану, как покорная корова на бойню.

«Уверен?» – Я не удержался, просто чтобы увидеть, как он вздрогнет и отведет взгляд.

Да. Получилось. Бойтесь моих лазерных глаз.

Чекан с отвращением фыркнул и повернулся, чтобы уйти из переулка, но, прежде чем скрыться из виду, остановился, не оборачиваясь.

– Тебе лучше следить за тем, кого ты бесишь, Ашер Медведев, – сказал молодой человек. – Братва и так тебя ненавидит, а с той скоростью, с какой ты наживаешь себе врагов, ты их только еще больше убеждаешь, что представляешь угрозу для баланса сил и с тобой нужно разобраться. Раз и навсегда.

– Это угроза? – Я напрягся.

– Нет, – он пожал плечами. – Это факт.

Я проводил взглядом эту парочку панков, пока они не растворились в оживленной толпе на улице. В голове крутились новые вопросы, которые подкинуло это столкновение. Столько всего мутного всплыло, а я пока не мог сложить дважды два. Какие-то аукционы, поддельные данные, Алек Сван, мой пятый ранг… Каша в голове. Одно я знал точно – рано или поздно вся эта хрень аукнется. И скорее всего, прилетит по заднице в самый неподходящий момент.

А пока мне просто придется продолжать делать то, что я делаю, и постоянно оглядываться через плечо, как я привык.

В этот самый момент над Дворцовой площадью оглушительно грохнула пушка, и этот звук заставил меня на время выбросить все эти мысли из головы. Праздник вот-вот должен был начаться.

Глава 17

– Макс, – Рита тихонько позвала, входя в мое поле зрения, как раз вовремя, чтобы выдернуть меня из водоворота мыслей, в котором я барахтался. Голос у нее был встревоженный. – Ты как, нормально себя чувствуешь? А то вид у тебя… не очень.

– А? – я моргнул, с трудом фокусируясь на ее сапфирно-голубых глазах, в которых плескалась неподдельная тревога. – Что такое? Голова немного гудела, да и вообще состояние было… странное. Будто меня вывернули наизнанку и забыли вправить.

– Пушка бабахнула, мед начали разливать, – сообщила Рита, снова прикладывая тыльную сторону ладони к моему лбу. Прохладное прикосновение было приятным. – Горячий немного, но уже не такой, как тогда. Видимо, орехи эти сработали, хоть и своеобразно.

– Да нормально все, котенок, честное слово. – Я протянул руку, перехватил ее ладошку, хотел поцеловать костяшки, но она только сильнее нахмурилась. Пришлось усмехнуться и вместо этого чмокнуть ее в щеку. – Ладно, признаю, походу, слегка перегрелся. Хорошо, что у тебя эти бодрящие орехи под рукой оказались. Не считая того, что меня от них немного штормит, как с похмелья, я и правда в порядке. Ну, почти.

– А чего это ты так «перегрелся»? – Рита склонила голову набок, ее кошачьи ушки смешно дернулись, улавливая каждый оттенок моего голоса. Любопытство так и сквозило в ее взгляде.

– Да этот… временной транс хренов. – Я нахмурился, потирая затылок. Ощущение было паршивое, будто мозги пытались вывернуть наизнанку. И эта фигня была еще одной гирей, грозившей утянуть меня обратно в болото каких-то экзистенциальных глюков, откуда меня только что выдернула Рита. «Зацикленный круг утечки мозгов» – вот как это можно было бы назвать.

Мало того, что туманные намеки этого Чекана на его таинственного нанимателя-головореза звучали, мягко говоря, тревожно, так еще и этот мертвый аукционист, который, как выяснилось, был каким-то замаскированным дуэлянтом-ренегатом… все это било по нервам и одновременно, зараза, интриговало. Головоломка, блин. А я их с детства не особо жаловал.

А если ко всему этому добавить еще и тот факт, что я, мать его, только что скакнул назад во времени – или мне так показалось – то да, пищи для размышлений у меня накопилось выше крыши. Целый вагон и маленькая тележка. И каждая мысль тяжелее предыдущей.

– Ты о чем вообще? – Тревога на лице Риты стала еще заметнее. Она даже отступила на шаг, словно пытаясь рассмотреть меня получше – не выросла ли у меня вторая голова, часом. – Я не видела, чтобы ты в транс впадал. Ничего такого.

– В смысле? – Голова отказывалась нормально соображать. – Только что я валялся на земле, этот хмырь почти на мне сидел, и вдруг – бац! – мы снова стоим друг напротив друга. Как так?

– Да не валялся ты на земле, – покачала она головой, ее взгляд был твердым. – Ты нырнул, проскользнул у него между ног и тут же его с толку сбил своими финтами. Все было очень быстро.

– Это не в тот раз, когда я увернулся. – Голос мой был тихим. Зрачки Риты тут же сузились, превратившись в щелочки. Она явно что-то заподозрила. Черт, она слишком хорошо меня знала.

– М-Макс? – К нам, чуть прихрамывая, подошла Энджи, крепко стиснув руку Мило. Вид у нее был… ну, прямо скажем, не очень. Бледная, как полотно, напуганная до чертиков. Сердце неприятно екнуло – опять из-за меня люди страдают.

– Ты как, Энджи? – Я постарался, чтобы голос звучал спокойно и уверенно. Одновременно кивнул Рите – мол, наш разговор еще не закончен, вернемся к нему. Она поняла, только губы поджала.

Да уж, далеко не закончен. Эта чертовщина со временем меня самого напрягала похлеще любого боя.

– Потрясена до глубины души, но… жива, и спасибо тебе, – выдохнула женщина-какаду, ее голос еще дрожал. Потом она перевела взгляд на Риту и на братьев-енотов, Ноя и Мило. – Всем вам спасибо. Вы… вы спасли меня.

– Запястье как? – Я кивнул на ее руку, которую она прижимала к груди. Видимо, здорово ей досталось от тех ублюдков.

– Н-ничего, заживет, – проговорила она и с трудом согнула пальцы. Поморщилась от боли, но старалась держаться.

– Я прослежу, чтобы зажило, – твердо сказал Мило, обнимая ее за плечи. В его голосе слышалась сталь, и я ему верил. Этот парень за своих горой.

– Спасибо, мужики. – Кивнул. – Энджи, тебе бы отдохнуть сегодня. Возьми выходной до конца дня. И так натерпелась за последнее время, хватит уже.

– А лавка? – с тревогой спросила она. Даже в таком состоянии о работе думает. Вот же трудоголик.

– Я присмотрю, мэм, – вмешался Ной, ободряюще похлопав ее по плечу. – Макс прав, вам такой стресс пережить… Пусть брат проводит вас до Соколиного Холма, отдохнете перед Балом Полулуния.

– Ты не против? – Энджи закусила губу, глядя на Ноя.

– Да что вы, мэм, какие разговоры! – Ной расплылся в широкой, искренней улыбке – простой, как у деревенского парня, но от этого не менее надежной. – Увидимся позже, Мило. Смотри за ней там.

– Спасибо, Ной, – кивнул ему Мило, который был повыше брата, и, развернувшись, повел Энджи прочь отсюда. За его спиной виднелся какой-то посох, перекинутый через плечо.

– Парни, а это что у вас? – Я указал на оружие, которое заметил и у удаляющегося Ноя. – Откуда дрын такой? Выглядит солидно.

– А, это… Мы по дороге свои старые железки обменяли на пару этих… фертийских боевых кистеней, – пояснил Ной, возвращаясь к нам. – Кстати, надо будет потом заскочить к тому мужику, хозяину лавки, рассчитаться. А то неудобно как-то, почти на бегу договорились.

Я снова повернулся к Энджи, которая все еще не поднимала глаз, теребя край своей одежды.

– Энджи, ты точно в порядке? – Голос прозвучал мягче. – Что этим уродам от тебя вообще надо было?

– Они думали, я знаю, с какого перепугу их дружок, этот… Костян, полез на аукционе со своей ставкой, – объяснила она, голос все еще был тихим и неуверенным. – Похоже, он должен был там только шпионить, ну, обстановку прощупать, а потом вдруг сам полез в торги. Сначала я подумала, может, Ашер Уолтер тут как-то замешан. Он частенько мутил какие-то дела с наемничьей братвой, но их главарь про него и словом не обмолвился.

– А что за банда-то? – спросил Мило, все так же бережно поддерживая Энджи.

– Названия не знаю, но у них у всех на плащах одинаковые значки были, – Энджи прищурилась, пытаясь вспомнить. – Похоже на какой-то… узел из колючек, весь в шипах. Мерзкий такой на вид.

– Слыхал я про таких, – Мило задумчиво потер подбородок. – Кажется, их называют Клан Терновник. И они дуэлянтов на дух не переносят, люто ненавидят. Больше всех остальных банд вместе взятых. Говорят, у них с дуэлянтами старые счеты.

– Это я… я вас всех в такую передрягу втянула, да? – она снова поникла и уставилась себе под ноги. Голос дрогнул, и мне стало ее искренне жаль.

– Энджи, – я постарался, чтобы голос звучал твердо, но без нажима, – это не твоя вина. Ни капли. Эти уроды сами напросились.

Женщина-какаду медленно подняла на меня глаза. Взгляд у нее был… сложный. Смесь облегчения, все еще не прошедшего страха и чего-то еще, чего я не мог разобрать. Может, удивления.

– Прости, я… я до сих пор не могу поверить, что ты пришел за мной, – призналась она тихо. – Я думала… всё, конец мне. Что меня просто бросят.

– Конечно, мы пришли. – Я чуть улыбнулся. – Ты же часть команды. Своих не бросаем. Это не обсуждается.

– Команды? – она переспросила, словно не веря своим ушам. В ее голосе прозвучала нотка надежды.

– Ты одна из нас. – Я усмехнулся и ободряюще хлопнул ее по плечу. – Я же говорил: своих не бросаю. Это закон. Железный.

– Наверное, я все еще чувствую, что не заслужила… такой доброты. После того, как я… ну, сама знаешь, как я с тобой обращалась поначалу, – прошептала она, когда Мило крепче прижал ее к себе, ободряюще кивнув.

– Это все в прошлом, Энджи. – Мой голос звучал мягко. – Забыли. И вообще, если уж на то пошло, ты не нахлебница какая-нибудь. Если тебе так нужна причина, чтобы чувствовать себя своей в этой нашей разношерстной компании, просто вспомни, какая у тебя крутая лавка. Ты чертовски полезна. И если будешь так же бойко торговать и дальше, то «Поместью Медведевых» точно понадобится толковый управляющий для всех этих… успешных начинаний. А ты в этом деле профи, я это сразу разглядел.

– Управлять? – в ее глазах мелькнул живой огонек, первый за все это время. – То есть… я могла бы решать, что и как мы продаем? Иметь свое слово?

– Да, если захочешь. – Кивнул. – Я в этих ваших маркетингах и продажах – полный ноль, если честно. Так что если работа по душе – она твоя. Ты и так уже всех уделала, показала класс. Считай это взаимовыгодным сотрудничеством, если тебе так проще. Я тебя не из милости держу, я это еще перед аукционами говорил. Если ты в команде Медведевых – от тебя требуется только вкалывать и, ну, не быть засранкой. Просто и понятно.

– Ты можешь сколько угодно заворачивать свои слова в логику и практичность, Макс Медведев, – Энджи вдруг улыбнулась, хоть и немного вымученно, но искренне, – но я-то правду знаю. Другие Ашеры и пальцем бы не пошевелили, чтобы заменить пропавшего слугу, не то что кидаться на его поиски, чтобы вернуть. – Она протянула здоровую руку и сжала мою. Ее пальцы были холодными, но хватка – на удивление крепкой. – Ты добрый человек. Хороший. Спасибо тебе. От всего сердца.

– Отдыхай, Энджи. – Я ответно сжал ее ладонь. – Тебе это сейчас нужнее всего. Набирайся сил.

– Макс. – Мило кивнул, и в его глазах мелькнула искренняя благодарность. Потом он повел Энджи прочь отсюда, подальше от трупа того ублюдка, что пытался ее утащить. Наконец-то мы с Ритой остались одни. Ну, почти. Запах крови и смерти все еще витал в воздухе.

– Ну что, Рит. – Я поморщился, глядя на распластавшегося Детину. – Пошли отсюда, пока этот Большой Ди вонять не начал. А то аппетит испортит окончательно.

– И не думай, что я забыла про твой «временной транс», муженек, – хмыкнула она, но позволила увести себя в лабиринт узких, кривых улочек. Голос у нее был серьезный, и я понял, что этот разговор нам еще предстоит.

– А я и не сомневался. – Я ухмыльнулся своей догадливой женушке. Она в ответ лишь скептически изогнула бровь. Ладно, дело серьезное, шутки в сторону. Я притормозил, прежде чем мы вышли на шумную, запруженную народом улицу. – Слушай, все, что могу сказать: эта хрень со временем снова накрыла. Только в этот раз оно не замедлилось, а… хрен его знает… будто откатилось на пару секунд назад. И я снова оказался перед Детиной, еще до того, как он на меня кинулся. Ты этого не помнишь? Совсем?

– Нет. Ты просто стоял, а в следующую секунду уже провел свою серию, – она покачала головой, ее ушки нервно дрогнули, а сапфировые глаза превратились в узкие щелочки, внимательно изучающие меня. – Я даже не заметила вокруг тебя того легкого марева, которое обычно бывает, когда ты свою силу используешь.

– Какое еще марево? – Сам я такого никогда не замечал. Интересно, что еще она видит, чего не вижу я?

– Еле заметное, но я его вижу, если присмотрюсь, – она хитро улыбнулась. – У меня глаз наметанный на такие штуки.

– А мне нравится, когда ты на меня так пристально смотришь, детка. – Я подмигнул, пытаясь стереть тревожные морщинки с ее прелестного личика. Улыбка ее чуть дрогнула, но не исчезла, и это уже хорошо.

– Если все так быстро произошло, как ты говоришь, – задумчиво протянула она, перестав улыбаться, – то это хреново. Значит, ты махом потратил кучу энергии. Это не шутки, Макс. С этим нельзя играть.

– И что это, по-твоему, было? – Я оглядел веселую толпу на Празднике. Народ вокруг уже вовсю гулял, многие в каких-то дурацких костюмах деревьев, кто-то пел, кто-то плясал. В нос ударил такой восхитительный аромат, что у меня аж слюнки потекли. Желудок свело от голода – видимо, этот «скачок» сожрал все мои резервы.

– Думаю, какую бы силу ты там ни юзал, ее надо тратить очень экономно. А лучше вообще не трогать, пока не разберемся, – серьезно отрезала Рита и решительно потащила меня к лотку, где торговали чем-то похожим на зеленые сосиски в тесте на палочке. А пахло от них так, что я готов был сожрать штук тысячу, не меньше, прямо сейчас. Организм требовал топлива, и срочно.

Надо отдать Рите должное, она заказала семь штук этих зеленых мясных рожков.

Один себе и шесть – мне. Вот это я понимаю, забота! И знание моих аппетитов.

И только когда я прикончил пятый этот шашлычок, запихав его в себя чуть ли не целиком, я смог наконец выдохнуть и сосредоточиться на чем-то еще, кроме сосущей пустоты в желудке. Голод был просто зверский, будто я неделю не ел.

– Мать честная! – Только и вырвалось у меня, когда я уставился на последний зеленый рожок, который Рита насмешливо окрестила «сосиской Шрека», пока я жадно уплетал предыдущие. Теперь, когда первый голод был утолен, я распробовал: на вкус это напоминало сочную свиную грудинку с каким-то сладковатым, кленовым привкусом. Необычно, но чертовски вкусно. – Ну и проголодался же я. Как волк.

– Ты слишком много сил потратил, – напомнила Рита и взяла меня за подбородок, заставляя посмотреть ей в глаза. Внимательно вгляделась. – Хм, уже лучше. Взгляд осмысленнее стал. А то был как у зомби.

– Эй. – Я легонько подтолкнул ее руку с недоеденным рожком – она так и не притронулась к нему, все обо мне беспокоилась. – Знаю, напугал я тебя тогда. Но, честное слово, сейчас все путем. Постараюсь больше не выкидывать таких фортелей, пока хотя бы не высплюсь нормально. А то и правда, как выжатый лимон себя чувствую.

– Ладно, – она вздохнула и наконец-то откусила от своего «зеленого чуда». Прожевала, задумчиво глядя на меня. – Но надо будет потом проверить этот твой… новый уровень способностей. В спокойной обстановке, чтобы понять, что это вообще такое и с чем его едят. И чтобы ты не угробил себя случайно.

– Это потом. – Я легонько ткнул ее пальцем в кончик носа. – А сейчас давай уже расслабимся, а? Я слышал, тут какой-то Праздник в самом разгаре. Грех не повеселиться, после всего-то.

– Ты прав, муженек, – Рита хихикнула, и в ее глазах заплясали озорные искорки. Напряжение понемногу отпускало ее. – Надо бы нам поторопиться на площадь. Уверена, Бруно там уже все пороги обил, нас разыскивая. И наверняка готовит нам грандиозную выволочку.

– Черт! – Плечи у меня сами собой опустились. Я вспомнил, как Бруно строго-настрого приказал всем вернуться к тому моменту, как пушки бабахнут перед раздачей меда. – Он же нас с потрохами съест. Как думаешь, может, лучше снова с Детиной схлестнуться? Меньше ора будет.

– Прорвемся, – усмехнулась Рита, ловко избавляясь от палочек-шампуров. Она притянула меня к себе и уткнулась носом мне куда-то под подбородок. Ее волосы пахли травами и чем-то неуловимо сладким, родным.

– И что это мы тут такие нежные? – Я крепче обнял ее, в голосе проскользнули дразнящие нотки. Чувствовать ее рядом было… правильно. Это был мой якорь в этом безумном мире.

– Му-у-уж, – промурлыкала моя ласковая кошка мне прямо в ухо, от ее голоса по коже побежали мурашки, приятные и щекочущие.

– Да-а-а? – У меня в груди само собой заурчало в ответ, низко и довольно. Все тревоги на миг отступили.

– Догони, – шепнула она и легонько прикусила мочку моего уха своими острыми зубками. А потом, чертовка, метнулась в сторону и понеслась сквозь толпу, лавируя между прохожими с невероятной ловкостью.

– Беги, котенок, беги! – Азарт ударил в голову, и я рванул за ней.

Я видел, что она не несется во всю прыть, явно поддается, давая мне шанс. И тут же задался вопросом, почему – буквально через секунду бедра обожгло огнем, а дыхание сбилось. Энергия, похоже, кончилась резко и не вовремя. Вот же ж! Проклятый «откат» времени давал о себе знать.

Пришлось сбавить темп, перейти на трусцу. Я невольно рассмеялся. Эта великолепная, невероятно ловкая и сильная женщина была одной из немногих, кто знал меня как облупленного, со всеми моими тараканами и слабостями. И любила. От этой мысли где-то внутри разлилось тепло, и, черт возьми, у меня словно открылось второе дыхание. Сердце застучало ровнее, сильнее, подпитывая меня какой-то новой силой – силой этой самой любви, наверное, как бы пафосно это ни звучало. На этом рывке мне удалось догнать ее, обхватить за талию и крутануть в изящном пируэте, почти как в танце.

– Макс! – ахнула она, смеясь. Ее смех был музыкой для моих ушей. Я подхватил ее на руки и, недолго думая, закружил в танце прямо посреди улицы, под незамысловатую мелодию небольшого оркестрика, игравшего где-то на углу. Наплевать на всех, сейчас были только мы.

– Попалась. – Я лениво кружил ее, дыхание было сбито. – Но ты же мне поддалась, признайся. Я это видел.

– А может, я и не хотела от тебя убегать, – прошептала она, прижимаясь своей гладкой, прохладной щекой к моей, небритой. От этого простого прикосновения стало так хорошо и спокойно, будто все встало на свои места.

– Это хорошо. – Я запустил пальцы в ее волосы, придерживая за затылок. Их шелковистость успокаивала. И так, обнявшись, мы и дослушали, или, скорее, дотанцевали эту песню до конца, покачиваясь в такт.

Когда мы наконец выбрались на большую, залитую солнцем площадь, то сразу увидели Бруно. Он стоял возле здоровенного чана с медом, подвешенного над жаровней с тлеющими углями. Вид у него был… напряженный. Как у генерала перед решающим сражением.

Да уж, он определенно был зол. Прямо очень. Это читалось в каждой его позе, в том, как он нервно теребил свой монокль.

– Макс! – управляющий-коала аж подпрыгнул на месте, завидев нас. Голос его напоминал скрип несмазанной телеги. – О, Мара всемогущая, где ж вас носило⁈ Вы все чумазые! Ранены? Я тут уже волноваться начал, когда вы… когда пушки ударили, а вас все нет!