Текст книги ""Фантастика 2025-117". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)"

Автор книги: Михаил Атаманов

Соавторы: Анна и Сергей Литвиновы,Александр Сухов,Игорь Конычев,Сергей Шиленко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 96 (всего у книги 341 страниц)

– Да, то самое, с бесценной и загадочной коллекцией Дастина Лонга. Ты же говорил, что позволишь Кроули и Совету получить доступ к поместью, когда законность Дуэли будет подтверждена, – напомнил он мне. – Теперь, когда это произошло, и Орлиное Гнездо официально зарегистрировано на твое имя, тебе придется выполнить обещание и… Что? Почему ты смеешься?

Пока Байрон все это излагал, ситуация с Орлиным Гнездом в моей голове становилась все смешнее и смешнее. Я с трудом сдерживал смех.

– Ладно-ладно. – Я прокашлялся, пытаясь взять себя в руки. Лицо горело, то ли от бренди, то ли от смеха. – Короче, перед Аукционами я разузнал, как там все у этих Торговцев устроено. Там полно «серых зон», так что я немного подкрутил правила в свою пользу. По сути, я приперся туда только для того, чтобы выкупить Энджи, пока какой-то анонимный хрен не попытался перебить мою ставку. Это меня взбесило, и тогда у меня родилась идея – выставить вместо денег свое «поместье», зная, что оно мне и на фиг не нужно.

– И поскольку Торговцы неприкосновенны, в тот момент, когда они считают сделку завершенной, никто не может вмешаться, даже Совет, – протянул Байрон, и на его лице медленно расплылась понимающая ухмылка. – Это просто гениально, Макс. Но теперь ничто не помешает Кроули вломиться туда и забрать все, что он искал, или попытаться договориться с тем, кто получил твое имущество через аукцион.

– Я знаю, о чем ты думаешь. – Я ухмыльнулся еще шире и откинулся на спинку дивана, закинув ногу на ногу. Чувствовал себя чертовски довольным. – Ты сейчас гадаешь, не стало ли только хуже, потому что теперь Орлиное Гнездо вышло из-под моего контроля, и шансы Кроули или кого-либо еще, кто заинтересован в доступе к этим бредовым архивам Дастина Лонга, теперь намного выше. Но не волнуйся, следующая часть тебе точно понравится.

– И что же ты сделал? – спросил Байрон, и в его глазах плясали предвкушающие искорки.

Глава 3

– Жаль, конечно, что вы его не отыскали, – хмыкнул Рамзи. – Но зато у Верхушки теперь на одну дрянь меньше в заначке. Хотя кто его знает, сколько еще гадостей припрятал этот Дастин Лонг.

– Ну, теперь уже хрен кто узнает, – усмехнулся я. – Потому как, когда мы оттуда сваливали, то… э-э… случайно так вышло, что в библиотеке начался нехилый пожар. – Я с удовольствием отметил, как его брови поползли на лоб. Прямо до самой линии роста волос. Этот мужик умел удивляться, хоть и старался держать марку.

– Так ты спалил эту дыру? – уточнил он, и рожа у него сделалась такая довольная, будто ему персональный праздник устроили.

– Да не специально, – пожал я плечами. – Просто когда эта тварь Дастина Лонга вдруг решила за нами погоняться, выбора особо не оставалось. Пришлось отбиваться, а там уж как пошло.

– Великолепно! – пробасил он и, похоже, на радостях решил-таки плеснуть нам еще. Ну, от такого я точно не откажусь.

Меня это более чем устраивало. Отличный бренди, чего уж там.

– Это дело, – кивнул я, делая еще глоток этой дымно-сладкой жидкости. Мы помолчали немного, каждый о своем. Приятная такая тишина, не напрягающая. И тут в башку стрельнула мысль, которую я чуть не упустил. – Слушай, Рамзи, а что там с той штуковиной, которую мы с Адой надыбали в Логове Лонга?

– Ты о чем? – он чуть нахмурился, пытаясь вспомнить.

– Да я просто думал, Ада тебе расскажет, она же твоя сестра, – пояснил я. – Короче, когда мы были в поместье Дастина Лонга, то среди барахла, которое он там насобирал, нашли одну… хм… фигнюшку. Маленькая такая, даже не помню толком, как выглядела, – я криво усмехнулся и отодвинул стакан. Пожалуй, на сегодня с бренди хватит, а то язык начнет заплетаться раньше времени. – Ада сказала, что от нее «фонит» как от Иди, или что-то в этом духе. А потом куда-то заныкала. Надо бы с ней еще раз перетереть на эту тему, а то как-то не по себе.

Рамзи тяжело вздохнул и поставил свой стакан на стол. Решительно так, будто точку поставил в каком-то внутреннем споре.

– Я не знаю точно, что это за артефакт и для чего он, но кое-какие догадки имеются, – протянул он и уставился куда-то мимо меня, будто в стенке дырку просверлить хотел.

Увидев, как помрачнело его обычно невозмутимое лицо – лицо настоящего Лорда, что уж там, – весь мой предыдущий кураж как-то разом испарился. Тревожно стало.

– Рамзи? – позвал я осторожно. – Что-то не так?

– Ты ведь знаешь, насколько Иди… особенная, – начал он тихо, голос его стал глуше. – А может, и не догадываешься в полной мере, ведь она, по сути, первая женщина-авгур, с которой ты так близко столкнулся.

– Она что, сильно отличается от других… таких как она? – уточнил я, пытаясь понять, куда он клонит.

– В Ордене четкая иерархия, как в армии, блин, – Рамзи начал перечислять, загибая пальцы, хотя я и так это примерно знал. – Наверху – Верховная Жрица, потом Диаконисы, следом Авгуры-маги, за ними Аколиты, ну и в самом низу – Клирики. Но среди всех этих чинов есть один титул… он как бы особняком стоит, но при этом самый уважаемый. Это Пророк.

– Пророк? И что это значит? – спросил я, чувствуя, как от его тоскливого тона у меня самого на душе кошки скрестись начинают.

– Пророк… это одновременно и самый могущественный человек, и самый бесправный. Одним словом может перевернуть все с ног на голову, но при этом жизнь его себе не принадлежит. Она отдана Ордену Мары. – Рамзи покачал своей лохматой башкой и снова вздохнул. Тяжело ему давался этот разговор, видать. – И раз уж она такая ценная… неудивительно, что вы с Адой наткнулись на какую-то пакость. Скорее всего, эту дрянь подсунули, чтобы навредить Иди.

– Черт! – выругался я. Ну вот, опять Иди в опасности. – Точно надо с Адой потолковать, и как можно скорее. Расскажи еще что-нибудь про этого Пророка. Или, точнее, как Иди им стала? Это что, выборная должность?

– В начале каждой эпохи, как только умирает предыдущий, рождается новый Пророк, – пояснил он. – Иди, можно сказать, повезло – она родилась как раз в тот день, когда скончался Старый Пророк. Прямо знак свыше. Прошло лет восемь… ну, по-вашему, сезонов восемь… и настал день, когда всех молодых послушников проверяли на способности – есть ли дар авгура или мага. Ада, она же на год старше сестры, к тому времени уже показала себя как сильный маг. Так что, само собой, все ждали, что и Иди не подкачает, покажет нехилые способности к предсказаниям. В конце концов, большинство авгуров и магов – родственники, так что тут и гадать нечего.

– Дай угадаю, она там всех порвала на этом тесте? – я усмехнулся, вспоминая эту тихую, скромную на вид Женщину-антилопу. А внутри-то, похоже, ого-го какой потенциал.

– Можно и так сказать, – он тихонько хмыкнул, и я с облегчением заметил, что на его лице хоть какой-то румянец появился, а то был бледный как смерть. – Вместо обычных проверок, стандартной тягомотины, Иди их всех просто ошарашила. Выдала пророчество о «Спасителе, что победит Тьму в грядущие дни», о «Незнакомце с несгибаемой волей». Моя сестра в тот день читала эти строки перед всеми… я видел лицо Верховной Жрицы. Похоже, ни один другой кандидат в Пророки и близко не владел Знанием так, как Иди, особенно в таком юном возрасте. – Он говорил это с плохо скрываемой гордостью.

– Охотно верю, – кивнул я. Перед глазами встала картина, как она вела не только меня и Кита во время суда над тем Соколом, но и направляла дух мертвого Дастина Лонга. Зрелище было то еще. – Вряд ли я когда-нибудь забуду, как впервые увидел ее в деле. Это было… мощно.

– Такое не подделаешь, это точно, – подтвердил Рамзи. – Вот так Орден и решил, что она будет следующим Пророком. И с этого момента все желания самой Иди, ее собственная воля, для Ордена перестали существовать. От нее ждут, что она отдаст свое сердце Маре во время обряда Клятвы. – Последние слова он произнес с какой-то горечью.

– Я слышал про эту Клятву, – кивнул я, и внутри все неприятно сжалось. Вспомнилось, как Сет и Иди объясняли мне этот ритуал… как Аколиты по сути отказываются от способности любить. Добровольно-принудительно. Острая, почти физическая боль кольнула в груди, и я невольно потер это место. Взгляд упал на догорающие угли в камине. – Звучит хреново, если честно. Лишать людей таких вещей, как свобода… любовь… это же просто преступление какое-то. Против самой природы.

Особенно для такой, как Иди – свободной, искренней, немного дикой, как эта ее Женщина-антилопа. Это все равно что пытаться заковать в кандалы ветер или перегородить плотиной бурную реку. Бред какой-то. Сердце снова неприятно екнуло.

Я снова посмотрел на Лорда, отгоняя эти тяжелые мысли. И наткнулся на его тяжелый, пристальный взгляд. Бронзовые глаза смотрели прямо в душу.

– Я надеялся… но теперь… – он осекся, не сводя с меня глаз. Что «теперь»? Напряжение в комнате можно было ножом резать.

– Что… что случилось, Рамзи? – выдавил я. Он вдруг едва заметно, как-то ободряюще улыбнулся, поднялся со своего огромного кожаного кресла и подошел к окну у камина. Молчал, смотрел в темноту за стеклом.

– Моя младшая сестра… у нее в детстве всегда было очень живое воображение, – заговорил он наконец, не оборачиваясь. – Она носилась по садам матери, представляя себя прекрасной девицей, за которой гонится какой-нибудь безымянный враг или безликое чудовище. Но в ее выдуманных историях ее всегда спасал… «тот, кто завладел ее сердцем».

– Звучит… мило? – предположил я, слегка наклонив голову. Не совсем понимал, к чему он ведет эту линию. Детские игры, ну и что?

– Я тоже так думал, – он потер свой бородатый подбородок. – Пока она на той самой проверке не выдала то же самое, что и в своих детских играх. Только на этот раз это уже не было похоже на детские фантазии. Это было… реально.

– То есть, ты хочешь сказать, что ее детские игры… ее выдумки… на самом деле были пророчествами? – я аж на диване поудобнее устроился, скрестив ноги. Вот это поворот.

– Конкретно та часть, где про «того, кто завладел ее сердцем», – серьезно ответил он. – Этого человека и того Незнакомца с несгибаемой волей никогда прямо не связывали. Но с недавних пор я начал подозревать… что это один и тот же человек.

Лорд снова вперился в меня тем самым тяжелым взглядом. У меня аж мурашки по спине пробежали. К чему он клонит?

– Рамзи, – я расставил ноги, упираясь ступнями в пол, словно готовясь к чему-то. – Что конкретно ты пытаешься мне сказать? Что этот… ее сердечный избранник и спаситель из пророчества – это один и тот же хрен?

– Именно это я и говорю. А теперь соберись, потому что то, что я скажу дальше, может тебя… удивить. – Лорд наконец отвернулся от окна и снова сел рядом со мной на диван. Близко. Слишком близко для комфорта.

– Ладно, – выдохнул я, чувствуя, как напряжение нарастает. – Валяй. Жду.

– Пророчества Иди о Незнакомце гласят: явится чужак, из другого мира, и победит он Тьму в грядущие дни, – почти нараспев начал он, глядя мне прямо в глаза. – Он будет нести смерть врагам, и узнают его по тому, как вершит он суд кулаком своим…

– Рамзи, постой… – попытался я его остановить, уже догадываясь, куда ветер дует. Но этот рогатый тип, казалось, меня не слышал.

– … и узнают его по тому, как небо он защищает, и сила в нем такая, что тысячи воинов не сдержат, – закончил он на высокой ноте, и в комнате повисла тишина. Густая, как кисель.

– Я понял, к чему ты клонишь, – сказал я, стараясь, чтобы голос не дрожал. – Ты думаешь, что этот «спаситель» из пророчества – это я. Но это же может быть кто угодно! Мало ли тут…

– Кто, например? – перебил Рамзи, в его голосе зазвенел металл. – Кто еще за то короткое время, что здесь находится, голыми руками завалил ублюдка вдвое себя крупнее? Стал чемпионом Александрийских гонок? И продержал этот чертов церемониальный щит выше и дольше всех на Церемонии Десятины, а? – Он почти тыкал в меня пальцем.

– Но… – я снова попытался возразить, хотя аргументы у меня как-то быстро заканчивались.

– Конечно, ты можешь быть прав. Пророчество могло быть о любом другом Страннике, – он вдруг резко сменил тон, и от такой внезапной перемены я даже растерялся и не успел вставить слово. – Детали, возможно, туманны. Их можно толковать и так, и эдак. Но когда я впервые тебя увидел… не твоя победа над Рэдом Дуэйном убедила меня, что ты и есть тот самый человек из Пророчества.

– А что тогда? – спросил я, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле.

– Нет. – Он улыбнулся. Такая… знающая улыбка. – Честно говоря, я редко вспоминал слова Пророка после того, как Иди прошла ту проверку. Но я отлично помню, как моя младшая сестренка мечтала о своей любви. О единственном человеке, который, она была уверена, спасет ее от тьмы… особенно в его красивых фиолетовых сандалиях.

Красивые фиолетовые сандалии? Что за…

И тут до меня дошло. Как обухом по голове.

Когда я только-только очутился в этом… чужом мире, я был уверен, что все это сон. Чтобы доплыть до берега, который, как я потом узнал, был Островом Сканно, я скинул свои тяжеленные ботинки – они бы меня камнем на дно утянули. Но после того, как я чуть не утоп, а потом меня выплюнула на берег какая-то гигантская рыбина-мутант, я понял – все это до одури реально. И чтобы выжить, придется крутиться.

Но босиком по здешним джунглям не побегаешь – ноги в хлам сотрешь. Так что я, как обычно, включил режим «очумелые ручки» и сообразил себе обувку. Смастерил что-то вроде гладиаторских сандалий: подошвы из кусков коры, найденной на берегу, а ремешки – из длинных полос водорослей, которых там валялось навалом.

И водоросли эти… мать их… были ярко-фиолетовыми.

– Так ты… ты с самого начала, как я тут появился… ты знал, что Иди говорила обо мне? – спросил я, чувствуя, как мысли в голове закрутились с бешеной скоростью, складываясь в одну, совершенно ошеломляющую картину.

– Ты определенно привлек мое внимание, как и всех, кто видел твою драку с Рэдом Дуэйном, – усмехнулся он. – Но, признаюсь, твой прикид меня тогда… э-э… несколько шокировал. – Он явно сдерживал смех. – Но когда ты еще и гонки выиграл, я почти уверился. Поэтому и попросил тебя участвовать в Церемонии. Хотя, если честно, даже испытание со щитом не убедило меня окончательно, что я не ошибся. Нет. Этот момент… он настал только сейчас.

– Почему сейчас? – выдохнул я. В груди что-то странно трепыхнулось, будто маленькая птичка, внезапно обретшая надежду.

– О чем ты думал, когда вспоминал детали Клятвы? – спросил он вместо ответа. Я нахмурился. Та мимолетная радость, что только что затеплилась, тут же угасла, сменившись тяжелым предчувствием.

– Я думал о том, что для такой, как Иди… быть связанной по рукам и ногам этой Клятвой… это же практически смертный приговор, – ответил я, и когда я произнес это вслух, меня самого чуть не стошнило от этой мысли. В горле встал ком.

– Вот оно, – прошептал Рамзи, и его слова вырвали меня из омута той тяжелой, почти удушающей печали, что навалилась на меня.

– Что «оно»? – я посмотрел в его глаза, в которых плясали хитрые искорки. Он… он ухмылялся?

– Этот взгляд, – сказал он. – Такой же, какой я не раз видел у себя в зеркале, когда думал о судьбе сестры. Вот почему я знаю, что ты уже… неравнодушен к ней. Очень неравнодушен. И поэтому я знаю, что могу просить тебя помочь мне спасти ее. Я ошибаюсь? – Его голос звучал тихо, но настойчиво.

– Нет, – глухо ответил я, понимая с пугающей ясностью, что он чертовски прав. Неравнодушен – это еще мягко сказано.

Перед глазами тут же возникло ее лицо – лицо Иди, этой удивительной Женщины-антилопы. Ее глаза, ее улыбка, все те мимолетные выражения, которые я только начинал для себя открывать… И я с каким-то внутренним шоком понял, что хочу… хочу узнать ее лучше. Расшифровать каждую эту милую морщинку у глаз, каждый ее вопросительный взгляд. Черт побери.

Мне отчаянно захотелось снова ее поцеловать. Почувствовать тепло ее тела рядом со своим. Я хотел быть причиной ее чуть кривоватой, но такой подкупающей улыбки. Слышать ее заразительный смех. И, Мара свидетель, я хотел собственными руками придушить ту угрозу, что нависла над ней, как черная туча, и украла эту улыбку с ее лица.

– Макс? – голос Рамзи вырвал меня из этого потока мыслей и чувств, которые нахлынули так внезапно.

– Иди… я… Чем я могу помочь? – слова вырвались сами собой, хрипло, но твердо.

Лорд тяжело положил руку мне на плечо, сжал так, что кости хрустнули. «Ты уже сделал больше, чем думаешь, друг мой».

Глава 4

Башка плыла, и явно не туда, куда надо, после порядочной дозы хорошего пойла. Нутро приятно горело, но мысли путались, как наушники в кармане.

Я попытался хоть как-то собрать мозги в кучу. «Так, давай подробнее, Лорд. Начиная с того, почему ты считаешь, что Иди в опасности, и как, по-твоему, мы можем вытащить её из-под этой их Клятвы».

Байрон Рамзи резко втянул воздух, и его тяжелая рука на моём плече сжалась сильнее. Он вдруг отвернулся, и я аж моргнул от удивления, увидев на его лице такое явное облегчение, что он сразу будто постарел лет на десять. Мужик явно нёс на себе тяжкий груз.

«Ты не представляешь, Макс, – голос у него дрогнул, – как приятно слышать от тебя эти слова. С той самой уверенностью, которую я сам чувствовал с тех пор, как…» Он запнулся, рука его бессильно упала, словно этот невысказанный груз придавил его к земле.

«Байрон?» Я чуть подался вперёд, видя, как он провёл ладонью по лицу, стирая не то пот, не то усталость.

«Я ведь рассказывал, как получил свой статус, верно?» – спросил он, голос стал глуше.

«Да, ты и Ашер Эндрю Роджер что-то упоминали про какой-то обряд». Я кивнул, припоминая тот разговор.

«Обряд перехода, ага, – подтвердил он. – Так отец может передать силу, дарованную ему Марой, своему избранному наследнику». Байрон покачал головой, снова помолчал с минуту, собираясь с мыслями. «Моя мать… она очень любила отца. Была беременна Иди, когда отец добровольно решил уйти… через мою руку, во время Ритуала. Горе просто свело её с ума. Вскоре после того, как я занял его место, стал Лордом, она совершила последний акт безумия».

По спине пробежал холодок. «Что она сделала?» История принимала совсем хреновый оборот.

«Пыталась утопиться в океане, – он тяжело вздохнул. – Если ты не знал, пить Слёзы Мары – смертельно опасно. Тех, кто не является её преданным служителем, это сводит с ума. Охране удалось вытащить её, как раз чтобы она успела родить… но мать не выжила. Какое-то время с моей младшей сестрёнкой всё было очень шатко. Она была бледная, как лунный свет, тихая и неподвижная, почти ни на миг не шевелилась, прежде чем наконец открыла глаза. Да и потом, говорить начала только года в четыре. Ты и представить не можешь, Макс, через что я прошёл. Сколько дерьма разгрёб. Чувство вины готово было сожрать меня заживо. Только забота о двух оставшихся младших сёстрах и удержала меня от того, чтобы не сломаться окончательно».

Я нахмурился, искренне сочувствуя. Знал я, что такое терять близких, и каково это – нести ответственность. «Эх, Байрон… Даже не знаю, что сказать. Хреново всё это».

«Что есть, то есть, друг мой, – он устало улыбнулся мне. – Я смирился с тем, как всё сложилось. Однако, что касается опасности… Иди всегда будет в ней, просто по факту своего существования. Всегда были и будут враги Ордена, которые мечтают нанести удар в самое его сердце. Так что её статус, если о нём станет известно, – это огромный риск. Хорошая новость в том, что она отлично владеет рукопашным боем, самооборона у неё на высшем уровне».

Я едва удержался, чтобы не сказать то, что на самом деле вертелось на языке. Горячо. «Ну, это… неплохо». Имелось в виду, чертовски горячо. Девчонка, которая может за себя постоять – это всегда привлекало.

«Именно», – Лорд Байрон хмыкнул, выразительно изогнув бровь. Кажется, он понял, о чём я подумал.

Я кашлянул, потёр затылок, стараясь скрыть смущение. «Эм-м… так кто в курсе, что она Пророк?»

«Только те, кто присутствовал при её… оценке, – Байрон поднялся, чтобы подбросить последнее полено в камин. Пламя взметнулось, отбрасывая пляшущие тени на его суровое лицо. – Я, как её кровный родственник, Верховная Жрица Лада и две её доверенные диаконисы. Так что на данный момент её статус не слишком известен. Но это изменится, когда она принесёт Клятву. Тогда её истинные дары будут официально зарегистрированы в Ордене, и она начнёт свою службу в Храме Солнца Венгена».

Я кивнул, складывая два и два. «Ясно. Значит, те, от кого ты хочешь её защитить, – это сам Орден».

«Смекаешь, Макс». Он одобрительно улыбнулся, поворачиваясь ко мне. «Во время оценки Иди, Верховная Жрица Лада вела себя очень странно. Она прервала мою сестру на полуслове, будто испугалась того, что та может сказать. А после… после оценки, Верховная Жрица хотела забрать Иди немедленно, без всяких объяснений. Я не позволил, пока она не рявкнула, что однажды у меня просто не останется выбора, учитывая, кем была Иди. Угроза была завуалированной, но я до сих пор не могу выкинуть из головы ошарашенное выражение лица Лады. И то, как она смотрела на мою сестру… будто привидение увидела».

Вопрос сорвался с языка: «Почему?»

«Понятия не имею, – его бронзовые глаза подёрнулись дымкой воспоминаний. – Но это то, что я никогда не мог забыть. После того, как Иди и Ада попытались сбежать, я наконец увидел, насколько она несчастна из-за своей судьбы. С тех пор я и пытаюсь найти способ освободить её от этих цепей, от её так называемого долга. Боюсь, она просто не выживет, если её оставить страдать в этой позолоченной клетке». Сердце невольно сжалось. Я слишком хорошо понимал, что такое клетка, даже если она из золота.

Я пытался нащупать хоть какую-то зацепку, какую-то стратегию, для которой, по правде, не было никакого контекста. Этот мир всё ещё был для меня полон загадок. «Где вы все искали ответы?»

«Мне потребовалось немало времени, чтобы разыскать обрывки Устава Ордена, которые либо скрывали от посторонних глаз, либо вообще уничтожили», – он вернулся в кресло, устраиваясь поудобнее, и закинул решётку перед камином на ночь. «Я пытался найти одну из тех „серых зон“, которые ты так любишь, Макс. Способ вызволить Иди из лап Ордена. Но только совсем недавно я понял, что искал не там, где нужно».

Я поджал под себя ноги. Алкоголь приятно расслаблял тело, но мозг, наоборот, начинал работать чётче. «В смысле?»

«У Ордена и Верхушки есть… соглашение, когда дело доходит до исполнения воли Мары. Но после Восстания многие библиотеки и архивы были уничтожены в наступившем хаосе, – Байрон скрестил руки на груди. – Один из моих источников помог мне отследить один конкретный фолиант. Предположительно, он когда-то принадлежал Ордену, но каким-то образом оказался в личном хранилище одного из лордов Верхушки. С помощью нескольких своих людей… мне удалось его достать».

«Ах ты ж!.. – дошло до меня. – Так ты про ту половину книги, что мне дал!» Я уставился на него. «Эй, а ведь ты сделал вид, будто эта книга может помочь мне с моими… основными экспериментами!»

«О, да, ну…» Здоровяк откашлялся и немного смущённо повертел большими пальцами. Вид у него был, как у нашкодившего школьника. «Я был процентов на девяносто восемь уверен, что ты тот, кем я тебя считал. Но на всякий случай… решил подстраховаться, немного тебя подстегнуть. К тому же, не хотел тебя совсем уж разочаровывать тем фактом, что никто никогда не пытался сделать ничего подобного. Так что шансы на то, что об этом будет написана книга, мягко говоря, невелики. Боюсь, тебе придётся самому стать первопроходцем в этом деле, Макс».

Я фыркнул. «Ну, спасибочки, удружил». Потом посмотрел на него серьёзно. «Надеюсь, ты уже понял, что тебе не нужно так манипулировать мной в будущем. И я бы предпочёл, чтобы ты этого не делал».

Он заметил мой строгий взгляд, и его дразнящая ухмылка сползла с лица.

«Кроме шуток, Макс, – его голос стал тише, почти рокочущим. – Я знаю, что ты чувствовал себя пешкой, и во многом это моя вина. И я сожалею об этом. Просто… я чувствовал себя ответственным за Иди с тех пор, как из-за меня наша мать сделала то, что сделала».

«Ты не…» – только и успел я начать, но он остановил меня усталым жестом.

«У меня не было выбора? – он закончил мою фразу со вздохом. – В каком-то смысле, это правда. Я всего лишь подчинялся воле отца. Но это не отменяет того факта, что именно от моей руки мой отец был убит. И, следовательно, от моей руки моя мать потеряла сердце. А потом Иди… она так долго была такой хрупкой, цеплялась за жизнь из последних сил, только чтобы попасть в ловушку системы, которая её не заслуживает и будет использовать, пока от неё ничего не останется».

Я кивнул. «Я понимаю твои причины. И, как ты сказал, очевидно, что я не меньше твоего заинтересован в том, чтобы освободить Иди. И если ты думаешь, что ответы кроются в этой книге, то обещаю тебе – я их найду».

«В этом я не сомневаюсь, друг мой». Байрон одарил меня благодарной, чуть дрогнувшей улыбкой.

«Хотя я не уверен, – я потёр подбородок, – насколько это будет полезно, даже если у нас будут обе половины. Никто из моих знакомых не может это прочитать. Это что-то из Ордена?»

«Я мало что знаю о рунах, которыми она написана, – признался Лорд. – Но кто-то в Зареченске должен знать».

Я почувствовал себя немного потерянным. Одно дело – найти книгу, другое – расшифровать древние каракули. «И где мне там вообще начинать искать?»

«Для начала… не на Острове Сканно», – ответил он со странным огоньком в глазах.

Я рассмеялся. «Вот почему ты предлагал мне принять предложение посла Кларка поехать в Дальнегорск! Опять же, для протокола: тебе не нужно так туманно намекать, чтобы заставить меня что-то сделать».

«Принято к сведению», – усмехнулся он, как раз когда Сизый, его верный человек-голубь, вернулся в гостиную. «Уже довольно поздно, Макс. Пожалуйста, позволь Сизому проводить тебя в твои апартаменты. И будь готов медитировать со мной утром».

Он помог мне подняться с дивана. Я слегка качнулся на ногах – коньяк всё-таки давал о себе знать. «Чёрт побери, – вырвалось у меня. – Помяну я этот коньячок утром, ох помяну…»

«Больше воды пей, и всё путём будет», – он похлопал меня по плечу своей ручищей, похожей на бейсбольную перчатку. – «И я должен ещё раз поблагодарить тебя».

«Тебе не нужно благодарить меня за то, что я делаю то, что правильно», – покачал я головой.

«Не только за это, – сказал Лорд. – С тех пор, как она встретила тебя, Иди улыбается так, как когда-то давно. Я почти забыл, как это было».

Я посмотрел ему прямо в глаза. «Мы вытащим её, Байрон». И в этот момент я был уверен в своих словах как никогда.

«Я в этом не сомневаюсь». Он проводил меня ещё одной улыбкой, и меня сопроводили в комнату, которая, вероятно, была потрясающей по своей роскоши, но это как-то ускользнуло от моего внимания. Глаза слипались, тело требовало отдыха.

Я видел только одно.

Великолепную, огромную, манящую кровать.

Вот почему это была такая трагедия, когда мне показалось, что я едва успел провалиться в сладкое небытие, как меня уже безжалостно вырвали из него, чтобы потащить на чёртову пробежку.

В гору. Чёрт бы её побрал.

Под какой-то на удивление холодный утренний дождь, который мгновенно смыл остатки сна.

«Я-то думал, мы просто помедитируем», – пыхтел я, с трудом перебирая ногами и следуя за Байроном через мшистые валуны. Лёгкие горели, мышцы ныли.

«Обещаю, оно того стоит», – отозвался Лорд и, наконец, остановился, отрывая несколько низко свисающих лиан, загораживающих проход.

Отодвинув пёструю завесу из растительности, он открыл небольшую поляну, где в скале чернел вход в пещеру.

Я вытер пот со лба тыльной стороной ладони. «Ну, хотелось бы верить». Фыркнул. «Боюсь, после такой пробежки и медитировать-то не смогу – просто вырублюсь».

«Это священное место, – сказал он, ведя меня в сырую и влажную темноту пещеры. – Природная энергия, исходящая из земли, омолаживает Ашера».

Внутри оказалось на удивление тепло. Вода, капавшая со светящихся голубым сталактитов, пахла сладчайшим дождём, таким свежим и чистым. Капли падали мне на кожу головы и лицо, оставляя после себя успокаивающее, почти щекочущее ощущение. Дыхание само собой замедлилось, а вот разум, наоборот, прояснился, налился энергией.

«Ого…» – вырвалось у меня, и голос эхом разнёсся по сводам.

Лорд ничего не сказал. Вместо этого он прошёл в центр пещеры, где свисали самые крупные сталактиты, и, скинув тунику, подставил обнажённые плечи под капель.

Я последовал его примеру, присоединившись к нему на гладкой, отполированной водой каменной плите.

«Смотри», – почти пропел Байрон, указывая рукой вокруг.

Когда я задрал голову, у меня перехватило дыхание. Светящиеся сталактиты мерцали над нами, словно мириады звёзд на ночном небе, целая галактика, заключённая в камень.

«Красота-то какая…» – вырвалось на выдохе. А затем я глубоко вдохнул удивительно свежий, озонированный воздух. Сладкий пещерный дождь целовал моё запрокинутое лицо.

«Теперь закрой глаза, – приказал он. – И сконцентрируйся на вещах, которые тебя мучают».

Я открыл было глаза, чтобы возразить, что меня ничего особо не мучает, но он только покачал головой: «Не спорь, Макс. Я знаю».

Тяжело вздохнув, я закрыл глаза и позволил себе погрузиться… куда-то вглубь. Яркие калейдоскопические цвета замелькали перед внутренним взором, как на киноплёнке, пока не возникло ощущение, будто я плыву сквозь кристально чистый океан самой Мары.

Точно так же, как в тот раз, когда я пытался медитировать перед тем, как нас прервало это чёртово Красное Небо, я вынырнул на поверхность прохладной воды и принялся осматривать горизонт в поисках той огромной рыбины, похожей на карпа-кои, которая вечно гонялась за мной, как Майкл Фелпс на стероидах.

Но левиафана нигде не было видно.

Только мили и мили этой великолепной, загадочной, сияющей лазури.

Я здесь. Я прислушался к тому, как звучат мои слова. На мгновение даже не был уверен, было ли это только у меня в голове, или я произнёс это вслух, там, в пещере. Что ты хочешь мне показать?

И тут гигантская рыба вырвалась из воды и проглотила меня целиком, одним махом. Но на этот раз я был к этому готов. Ну… почти. Поэтому почти не дёрнулся, когда вместо рыбьего брюха оказался в длинном, странно знакомом коридоре. Абсолютно сухой, одетый в какой-то царственный наряд, я стоял на простой красной ковровой дорожке.

Когда я пошёл вперёд, факелы на стенах сами собой замерцали, освещая мне путь, пока я не достиг единственной чёрной двери.

Да, это было очень знакомо, но… что-то было не так.

Разве раньше не было двух дверей?

Интересно.

Когда я в последний раз видел это… видение, этих зловещих чёрных дверей определённо было две.