Текст книги ""Фантастика 2025-117". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)"

Автор книги: Михаил Атаманов

Соавторы: Анна и Сергей Литвиновы,Александр Сухов,Игорь Конычев,Сергей Шиленко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 266 (всего у книги 341 страниц)

– Кофе мне – двойной «эспрессо», мороженое и стакан воды.

Когда халдей отошел, обратилась к спутнику:

– Я вся внимание.

В то же самое время

– Часы «Ролекс» желтого металла – одни, цепь желтого металла – одна, портмоне кожаное – одно. Далее… Телефон мобильный, марки «Моторола», карточка кредитная «Виза Голд». Набор визитных карточек. Наличные деньги в сумме шесть тысяч восемьсот рублей, одна тысяча пятьдесят долларов, пятьдесят евро. Ключи в количестве трех штук. Ремень марки «Хуго Босс». Шнурки. Все?

– Все.

– Вот, распишитесь.

– Прощай, лейтенант.

– Мы тут не прощаемся, – хмыкнул дежурный.

– Ну, тогда «до свидания». Если что, заходи в гости. Или звони. Вот тебе моя визитка.

За Андреем Смоляковым с грохотом закрылась дверь следственного изолятора. Солнце на дворе показалось ему особенно ярким. Небо – особенно синим. Ласковый ветерок по-особенному отчетливо пах морем.

Напротив, через улицу, стояла в теньке любимая «Ауди А8». Шофер выскочил, распахнул дверцу. Выбрался и Потапыч, верный заместитель по всем делам. Распахнул объятия.

И «Ауди», и шофер, и даже нескладный Потапыч показались сегодня Смолякову очень привлекательными. И в этом был единственный плюс его суточного пребывания в следственном изоляторе.

В то же самое время. Варя

– Так при чем здесь мэр? – спросила Варя, отхлебнув кофе.

– Мэр здесь – при всем. Или при очень многом.

– А именно?

– А именно: можно считать, что началась эта история еще в девяносто восьмом году. Тогда мэр Суджука Иван Аверьянович Савченко впервые побывал на международной конференции в Стамбуле. Это был слет глав городов бассейна Черного моря – или что-то в этом роде. Как всегда, проводились конференции, заседания, говорили спичи… Были и рауты, коктейли, приемы. И в российском посольстве, и в болгарском, и в украинском. Мэры вовсю общались в неформальной обстановке. И вот на одном из приемов с суджукским мэром разговорился исключительно богатый (с виду) и интеллигентный восточный человек. Кстати, он великолепно говорил по-русски. Мэру очень понравился этот восточный товарищ (в дальнейшем я буду называть его именно так, тем более что ни личность, ни даже национальность его пока не установлены). Восточный товарищ расположил мэра к себе витиеватыми комплиментами и откровенной лестью. А из долгой беседы, по-арабски цветистой, с экивоками-недомолвками, мэр уяснил следующее. Оказывается, что, во-первых, на территории вверенного ему района расположен секретный военный объект (а мэр и понятия об этом не имел!). А во-вторых, этот восточный товарищ очень заинтересован в личном знакомстве с командным составом данного объекта. И он даже готов оказать мэру большие, очень большие услуги, если тот сведет его с кем-то из командования «вэ-чэ», то есть войсковой части…

– Я знаю, что такое «вэ-чэ», – улыбнулась Варя.

Подошел официант, спросил, не желают ли господа еще чего-нибудь выпить или закусить.

– Эх, пусть мне будет хуже, – весело проговорила Варя и заказала себе вторую кружку пива да на закуску – сушеные кальмарчики.

Сергей Александрович ограничился стаканом воды.

– Далее, – продолжил он, когда половой отошел от столика, – события развивались так. Когда мэр Савченко возвратился в родной Суджук, он взялся наводить справки. Его самолюбие было уязвлено. Как!.. Он, полновластный хозяин района, даже не знает, что на его территории помещается какая-то «вэ-чэ». Он не ведает, где она находится, и не в курсе, чем там занимаются!..

Явилось пиво с кальмарчиками, Варя немедленно отхлебнула и поудобней откинулась на пластмассовом стульчике. Право, что за день сегодня!.. Оттого, что она выполнила возложенную на нее миссию, на душе было покойно. А тут еще сытная, вкусная еда, и интересный собеседник рассказывает подноготную тайны, которая мучила ее все последнее время.

– …Мэр тогда, – говорил спецслужбист, – стал осторожненько по своим каналам наводить справки. Он как бы между делом интересовался загадочной «вэ-чэ» в местном ФСБ. И у своих знакомых в краевой службе. И у военачальников в СКВО – Северокавказском военном округе. Но… Ничего не смог разузнать.

– Умеют мальчиши хранить нашу Военную тайну, – улыбнувшись, прокомментировала Варя.

– Еще как умеют! Кстати. Можете, Варя, мне не верить, но даже мы, в нашей службе, понятия не имели о существовании в структуре Министерства обороны подобного исследовательского учреждения. Только догадывались, что оно, возможно, есть. Подчеркну – возможно. Но есть ли оно на самом деле? И где расположено? И чем конкретно занимается? Это для нас было тайной…

– И тогда вы послали на разведку меня.

Сергей Александрович пожал плечами.

– Сейчас вот – послали вас. А два месяца назад, в Петрозаводск, посылали другого человека. А полгода назад, в Читу, третьего.

– И они тоже, как и я, ехали вслепую? Тоже – ничего ни о чем не знали?

Собеседник молча кивнул.

– И ничего не нашли?

Сергей Александрович покачал головой.

– Не нашли. Потому что там – ничего и не было. Понимаете, необыкновенное не растет под каждым кустом, как грибы после дождя. То, что оно здесь имелось, – дичайшее исключение из правил. Один шанс на миллион.

– Выходит, моя командировка была для меня… испытанием? Экзаменом? Тестом?

– Можете считать, что да.

– И… И я прошла его?

– А вот на этот вопрос, Варенька, я вам не отвечу. Никогда и ни за что.

– А…

– Вам сообщат. Рано или поздно. При любом ответе. Мое личное мнение – если вам интересно, конечно…

Он сделал паузу.

– Интересно, – спокойно сказала Варя.

– Так вот, мое мнение: вы вели себя в данной ситуации в высшей степени достойно.

– Спасибо на добром слове.

– Не за что. Хотя если мы с вами будем когда-нибудь работать вместе, следующий разговор наш будет посвящен тщательному разбору ваших действий. И ошибок.

– Выслушаю внимательно.

– Да уж пожалуйста…

– А остальные?

– Кто остальные?

– Ну, те, кто ездил в Читу, Петрозаводск, – они прошли испытание?

– Много будете знать – скоро состаритесь.

– Ох, господи… Вы просто с ума сошли со своей секретностью.

– Возможно. Вернемся к нашим баранам?

– К каким?

– К мэру города Суджука, господину Савченко. Вы не против?

– Еще как не против!

– Так вот. Официальные и полуофициальные связи Савченко задействовал – но так ничего об объекте и не узнал. Тогда мэр решил пойти неофициальным путем. Вести, что называется, агентурную разведку… Раз есть воинская часть, рассудил градоначальник, – значит, там имеются военнослужащие.

Сергей Александрович усмехнулся. Варя тоже слабо улыбнулась.

– …А раз имеются военнослужащие – они должны чем-то питаться. И, значит, на территории района закупают для «вэ-чэ» хлеб, мясо, овощи, крупу. Не везут же они продукты сюда из Москвы или из Краснодара!.. Мэр, конечно, не сам лично разведывал, что творится вокруг «биостанции». У него тут, в городе и районе, полно своих людей. Готовых выполнить для него все. За деньги, разумеется. А мэр наш, заметим, – богатый, очень богатый человек. Ваш Смоляков по сравнению с ним – все равно что ларечник против директора банка… Да, Савченко – богатый и очень жадный…

Варя отхлебнула еще ледяного пивка.

«Как я-то ни о чем не догадалась! – подумала она. – Ведь я же была у этого Ивана Аверьяновича. Разговаривала – и ничего в нем, оказалось, не поняла… Подумала: вот типичный чинуша, свиное рыло. Товарищ начальник из прошлых, советских времен. Обожает молоденьких девочек и неприкрытых подхалимов. Берет взятки по-мелкому. Мечтает спокойненько досидеть в своем кресле до пенсии, натырив по возможности государственных деньжат… А он, оказывается, настоящий Борджиа!.. Макиавелли!..»

– Вскоре мэру повезло, – продолжил рассказ Сергей Александрович. – Его люди вышли на человека, который занимался тем, что закупал для «биостанции» продовольствие. И, знаете, Варя, кто это был?

– Кто?

– Небезызвестный вам господин Борисов.

– Вот как!

– Вообще этот Борисов – исключительно подлый тип. Мелкий и жадный. За копейку готов родную мать удавить… Так что они с мэром прекрасно нашли друг друга – и великолепно подошли друг другу. Большой подлец – и подлец мелочный… Короче говоря, Борисов вывел мэра на полковника Бурдакова.

– А мэр знал, чем на «биостанции» занимаются?

– Сперва, конечно, нет… Порой они встречались с Бурдаковым. Втихаря, только вдвоем. На катере на рыбалке. На прогулках в лесу… Мэр проявлял отеческую заботу о «военнослужащих». Подкидывал лично Бурдакову деньжат. Организовывал ему «девчонок» в сауне… Словом, рыбак рыбака увидел издалека. И мэр с полковником Бурдаковым подружились – если можно назвать дружбой союз этих пройдох.

Варя слушала с неослабевающим интересом. Она даже позабыла о холодном пиве, лишь машинально щипала сухих кальмарчиков.

– Спустя два года, – продолжил ее собеседник, – прошла новая конференции глав городов Причерноморья – на этот раз в Суджуке. И на нее опять прибыл старый знакомый мэра – восточный товарищ. Он повстречался с мэром Савченко, как с родным, всячески льстил ему, подпаивал и обласкивал. Осыпал дорогими подарками… И мэр выполнил его просьбу: познакомил восточного товарища с полковником Бурдаковым. Встреча прошла с соблюдением всех правил конспирации, на неприметном пляжике за городом. Похоже, именно тогда восточный товарищ и завербовал нашего Бурдакова. Они договорились о каналах связи. Бурдаков сейчас на допросах уверяет: никакой информации об объекте он ни в тот раз, ни позже связнику не передавал. И это, кстати, похоже на правду. Бурдаков – человек умный и хитрый. И он понимал: чем больше будут знать его новые друзья о характере экспериментов на «биостанции», тем больше шансов, что просто кинут его. Ведь он никто: не ученый, не технолог. И лично он, сам по себе, вне связи с «биостанцией», вряд ли кого-то «за бугром» интересует… И после встречи с восточным товарищем Бурдаков стал обдумывать: как перевезти лабораторию и ученых с вверенного ему объекта за кордон.

– А мэр? Какова тут роль мэра?

– Наверное, мэр за организацию контакта Бурдакова с восточным товарищем получил от него хорошие деньги.

– А при чем здесь мой друг «Ален Делон»?

– Кто, простите?

– Я имею в виду – Смоляков?

– А ни при чем.

– Как?! – воскликнула Варя.

– Да, совершенно ни при чем.

– А как же мясо… – пробормотала она. – Поставки в Москву… Участок Смолякова в Жостове… Там же нашли коконы!..

– Слушайте, Варя, дальше. Я расскажу вам все – эх, отсекут мне башку, если узнают!..

– Не отсекут. Потому что – не узнают.

– Ну, – усмехнулся Сергей Александрович, – помните, что вы давали подписку о неразглашении. Причем кровью. Виртуально, правда…

– Я всегда держу свое слово, – отрезала Варвара. И, чтобы смягчить собственный сухой тон, добавила с самоиронией, слегка улыбнувшись: – Как дура какая-то.

Ей был симпатичен Сергей Александрович – хотя она априори не любила людей из спецслужб: Варя полагала, что все они по роду своей деятельности должны быть хитрыми и подлыми. Но Сергей Александрович, несмотря на «родовые отметины» типичного кагэбэшника (чего стоит этот его непроницаемый взгляд и вечно свежеглаженая рубашечка!), скорее все-таки походил не на спецслужбиста, а, скажем, на военного инженера (как Варин отец). К тому же вчера – полдня и всю ночь – она наблюдала за ним в самых разных ситуациях, и он всегда был неизменно спокоен, выдержан, невозмутим. И ей почему-то верилось: этот парень не из тех, кто подставляет и предает. А верные и надежные люди Варе нравились. Уже хотя бы потому, что их в последнее время наблюдался – и в ее окружении, и в стране – явный дефицит.

– А дальше… – продолжил Сергей Александрович свой рассказ. – Дальше все шло заведенным чередом. Бурдаков стал поддерживать тайные контакты с восточным товарищем (конкретные каналы связи нам еще предстоит установить). И – поддерживал личные связи с господином мэром. Они встречались, всегда один на один, рыбалили, выпивали… И однажды, по сильной пьянке, Бурдаков проболтался своему новому «корешу», мэру, чем они на самом деле занимаются на своей «биостанции». Тем более что ученые на объекте добились наконец конкретного успеха: вывели первых громадных тварей – ос.

– Опрометчиво со стороны товарища полковника, – заметила Варвара.

– Н-да… Потом, протрезвев, Бурдаков, конечно, стал отнекиваться, говорить, что пошутил, но господин мэр вцепился в него мертвой хваткой. И даже уговорил провести, что называется, «полевые испытания» нового биологического оружия.

– Это как?

– У мэра в ту пору имелся недруг: сильный, богатый, мощный. Звали его – Овчаров.

– Овчар… – пробормотала Варя.

Сергей Александрович одобрительно кивнул и продолжил:

– Да, Овчаров, по кличке Овчар. Он возглавлял местную бизнес-группу, которая противостояла мэру. Кстати, в эту группу, враждующую с мэром, входил и ваш знакомый, господин Смоляков. И мэр терпеть не мог обоих: и Овчарова, и Смолякова. И вот однажды, в один прекрасный день в прошлом июле, господин Овчаров отправился с любовницей на яхте… На его беду, бухточка, в которой они расположились на бережку, находилась ближе всего к вершине «1066», где размещалась «биостанция»…

– Убийство в Медвежьем… – прошептала Варя.

– Именно, Варя! – воскликнул Сергей Александрович. – Именно так! В прошлом году твари, выведенные на объекте Бурдакова, впервые продемонстрировали свои боевые качества. Убили ненавистного мэру Овчара и его любовницу. А затем хищницы благополучно – никем не замеченные – вернулись на базу. Мэр тогда щедро заплатил Бурдакову за заказанное им убийство. И, естественно, всячески препятствовал тому, чтобы это дело расследовали…

– Звучит как фантастический роман… – пробормотала Варя.

– Это и выглядит как фантастический роман. Если бы только мы вчера с вами не видели этих гигантских тварей своими глазами.

– Но Бурдаков ведь был здесь на горе не сам по себе! Ему давали деньги на исследования. Наверное, военные? Его должны были проверять!

– Его и проверяли. На объект приезжали инспекции из Министерства обороны. Бурдаков рапортовал об успехах. Но так как работы на «биостанции» нарушали конвенцию о запрещении биологического оружия, проект был строго засекречен. Я думаю, всего пара-тройка генералов в Министерстве обороны знала о нем. И наверняка о проекте ничего не знали ни министр обороны, ни президент. Иначе бы они остановили исследования.

– А может, и нет.

Сергей Александрович усмехнулся:

– А может, и нет… Но это наше с вами частное мнение… Но, в общем, комиссии сюда наезжали нечасто. «Объект» забыли (или почти забыли). И Бурдакова тоже недооценили. Забыли. А Бурдакова развратила его абсолютная власть на «биостанции». И – отдаленность от вышестоящих командиров. И – вседозволенность… А после того, как в прошлом году его «питомицы» совершили первые убийства, у него, по-моему, просто конкретно съехала крыша.

– Да, – согласилась Варвара, – он производил впечатление отчасти безумного человека. Маньяка. Маньяка – с биологической бомбой в руках.

– Бурдаков еще прошлым летом, после убийства в Медвежьем, построил грандиозные и чудовищные планы. Он уже тогда решил: нынешним летом он с помощью своего восточного товарища уйдет за кордон. А для того, чтобы обеспечить себе безбедное существование за границей, он решил не полагаться на восточного товарища, а заработать деньги самостоятельно. Заработать – шантажом. И именно тогда, прошлым летом, его люди заложили личинки гигантских ос под Москвой. А мэр, по мере своих возможностей, помогал Бурдакову в этом. Равно как сейчас – мэр помогал Бурдакову вывезти оборудование и ученых.

– А все-таки, ведь осиные коконы нашли на подмосковной даче у Смолякова? Или нет?

– Да. У Смолякова. Именно на даче у Смолякова.

Сергей Александрович помешал соломинкой стремительно тающий лед в стакане с водой.

– У Смолякова, – повторил он. – И это было частью плана, разработанного мэром и Бурдаковым. Мэр ненавидел вашего друга Смолякова. И он всячески хотел его подставить. А если учесть, что хитрости мэру не занимать, а терпение у него поистине дьявольское, его операция по дискредитации Смолякова началась еще прошлым летом. Мэр знал, что у Смолякова имеется участок под Москвой. Он также знал, что тот поставляет в столицу мясопродукты. Вот они с Бурдаковым и разработали хитроумнейший план. Заключался он в следующем. В прошлом августе Смоляков отправлял в столицу рефрижератор с местным мясом. В районе Абрикосова эту фуру тормознули люди Бурдакова. Отвезли ее в поле. Там перегрузили мясо на два грузовика поменьше.

– Смоляков в милицию обращался?

– Естественно. Но никто толком не расследовал это дело. Вся здешняя милиция ходит под мэром…

– Это я заметила… – тихо проговорила Варя.

– После ограбления, – продолжил Сергей Александрович, – в распоряжении бурдаковцев оказались мясопродукты. Они «начинили» их личинками гигантских ос. И – отправились в Москву. Ну, а в столице они нашли участок Смолякова, расположенный в Жостове. Он охранялся одним старичком-сторожем. Они вырубили его – так, что тот проспал сутки напролет. А в это время люди Бурдакова благополучно закопали на земле, принадлежащей Смолякову, личинки ос-убийц. Личинки, которые нынешним летом должны были вырасти в чудовищ. Своего рода бомбы замедленного действия…

– Значит, я все-таки оказалась права со Смоляковым… – прошептала Варя.

– Да, Варя, права. Права – по форме. Благодаря вашему знакомству с ним и благодаря вашей догадке, мы узнали, где конкретно находится «бомба», закопанная прошлым летом. Но вы оказались не правы по существу. Смоляков ни в чем не виноват.

– Вы уверены?

– Практически – на все сто процентов. Есть документальные свидетельства. Заявление Смолякова – о похищении рефрижератора прошлым летом. Имеются показания сторожа, проживающего на участке Смолякова, – о нападении на него. Нападение на сторожа на участке в Подмосковье произошло спустя три дня после захвата «мясного» рефрижератора на юге. Три дня бурдаковцам как раз хватило, чтобы начинить мясо личинками и довезти их до Москвы…

– Смоляков ни при чем… А почему он так ко мне приставал? Чуть не следил?

– Ва-аречка, – развел руками мужчина. – Вы молодая, интересная, умная женщина. Почему бы богатому южному бизнесмену не поухаживать за вами?.. К тому же он наверняка чувствовал: здесь, в Суджукском районе, творится что-то неладное. Только не понимал – что конкретно. А вы сюда приехали и с ходу принялись копаться в неладном. Пожалел он вас. Захотел по-отцовски предостеречь, уберечь от неприятностей…

– А кто тогда порезал тормозной шланг на моей машине?

– Мэр, – уверенно сказал Сергей Александрович. – Точнее, его люди. Мэра очень насторожил ваш визит. И вы ему, скажем прямо, не понравились… Поэтому он решил на всякий случай подстраховаться.

– Мэр признался в этом?

– Нет. И, возможно, не признается. Но я на девяносто девять процентов уверен: это он. И если хорошенько покопаться, можно будет это доказать.

– А морг? Похищение тел?

– Похоже, это сработали ребятки Бурдакова… Ясно, кому выгодно было похищение. Ни Бурдакову, ни мэру, естественно, не хотелось, чтобы вскрытие обнаружило: смерть членов семьи Карказиных наступила в результате воздействия яда органического происхождения. Или – чтобы в их трупах нашли бы остатки осиного яда… А вообще, по данному делу на главных фигурантах висит такое количество эпизодов – только выбирай. Закатают их – и мэра, и Бурдакова – на полную катушку. Стоять им в позе «ку» до конца жизни…

– А Борисов?

– Что Борисов?

– Его арестовали?

– А за что?

– Как это за что! Ведь это он убил всю Санину семью!

– Убил… А может, и не убил… А если убил – то как? По какой статье прикажете его судить? Натравливание ос на людей? Жестокое обращение с животными? Какие вообще улики у нас против него есть? За исключением того, что он сам признался – под пыткой, заметьте! – в совершении преступления?..

Варя сидела, как громом пораженная. Что это значит? Выходит, все усилия – ее, Санины – впустую? И Санина семья останется неотомщенной?

– Какую статью прикажете инкриминировать Борисову? – продолжал собеседник. – Как его судить? В каком суде? В открытом?.. Но тогда всей общественности станет известно, что Российская армия проводила в непосредственной близости от курорта бесчеловечные опыты. А этого бы не хотелось…

– В военном трибунале судить.

Сергей Александрович пожал плечами.

– Преступление совершено гражданским лицом. Так что, боюсь, Борисов неподсуден. К моему сожалению, неподсуден. К большому сожалению.

Варя возмутилась:

– Неужели вы, там у себя, в спецслужбах, ничего поделать не можете! С вашими-то неограниченными возможностями! Вон вы журналиста Пасько вообще ни за что засудили!..

– Ну, с Пасько вы не по адресу. Наша служба к нему вообще никакого отношения не имеет. Это все военные чудят… А по поводу Борисова… Да, пожалуй, земной суд его покарать не сумеет. Но есть ведь еще и божий суд, правда?

Сергей Александрович хитренько улыбнулся и подмигнул Варваре.

***

По телевизору, висевшему над стойкой, начались семичасовые новости. Официант застыл, уставившись на голубой экран. Варя тоже не отрывала от него глаз. Сергей Александрович, чтобы видеть телеящик, повернулся на пол-оборота.

Звука не включали, но и без того было ясно, что новость номер один в России – события в Абрикосове и вокруг него.

Экран демонстрировал эффектные кадры (снятые вчера отчаянным оператором Лехой из «Евро-ньюс»): обезлюдевшие пляжи… Прилавки с товарами, брошенные продавцами… Спешную погрузку перепуганных отдыхающих в грузовики под охраной автоматчиков в масках… И над всем этим – по-хозяйски носящиеся взад и вперед желто-черные гигантские осы…

Затем показали колонны грузовиков с беженцами; многокилометровые пробки у постов на федеральной магистрали М4; толпы людей на вокзалах Новороссийска и Туапсе…

– Одно и то же показывают сегодня целый день, – заметил Сергей Александрович.

– Да, уж теперь сюда отдыхать никто не поедет, – откликнулась Варя. – Убытки курорт потерпит колоссальные. Непонятно, как мэр мог такое допустить! Он что, не понимал: любой случай, подобный вчерашнему, – и экономика его района рухнет. Мэр просто пилил сук, на котором сидел. А вы говорите: он умный, дальновидный…

Спецслужбист повернулся от телевизора к Варе.

– Говорил и готов повторить. Он действительно и умный, и дальновидный. Больше того скажу, – Сергей Александрович наклонился к Варваре, – паника во многом инспирирована самим мэром. Выпустить из здешнего «инкубатора» ос – его идея…

– Как? – Варя аж подскочила. – Он что, враг себе? Своему району? Или – с ума сошел?

– Району, может, он и враг. А самому себе – точно нет.

– Ему же здесь – как и всем местным – нужны отдыхающие!.. Он даже мне, когда я ему в образе журналисточки явилась, рекламу своему курорту заказывал!

– Тут фенька (как вы, молодые, говорите) заключается в следующем, – спокойно возразил Сергей Александрович и сделал добрый глоток воды с растаявшим уже льдом. – Отдыхающие мэру – как государственному чиновнику – безусловно, нужны. Больше курортников – больше выручка в кафе, больше товарооборот в магазинах… Больше налогов… И счастливей живется Суджукскому району… Однако, с другой стороны, мэру очень нужен был скандал на побережье. Такой скандал, который охладил бы внимание отдыхающих к району. Скандал, что сделал бы Суджукский район Черноморского побережья как можно менее популярным.

– Зачем?! – удивилась Варя. – Зачем ему это надо?!

– Да затем, что мэр наш заботливый знал об одном решении, которое приняло здешнее краевое начальство. Знал – в числе очень немногих. А именно. С нынешнего года, как вы знаете, Госдума разрешила свободно продавать и покупать землю в России. А руководство здешнего края вслед этому решению приняло свое: оно позволило покупать землю вдоль береговой линии.

– Как это?

– Раньше – еще полгода назад – вы могли купить здесь, на юге, кусок земли, если только он находился дальше от линии прибоя, чем на четыре километра. На четыре, понимаете! То есть ни здесь, – Сергей Александрович обвел рукой кафе, – ни рядом с вашей гостиницей в Суджуке, ни рядом с вашей гостиницей в Абрикосове вы, москвичка, раньше не могли приобрести ни сотки! Ни единого квадратного метра! Ни сантиметрика!

– А кому это все сейчас принадлежит? – удивилась Варя, обведя рукой абсолютно пустое кафе.

– По закону – могло принадлежать только местным жителям. Тем, кто живет здесь десять, двадцать, тридцать лет. С доперестроечных времен. Могу поспорить: сие заведение принадлежит тому, кто живет в этом домике.

Сергей Александрович кивнул на трехэтажный замок за кирпичным забором, к которому вплотную примыкала ограда кафе.

– Во всяком случае, именно этому человеку заведение принадлежит формально. И никто иной, кроме него, не мог – до нынешнего лета – эту землю приобретать. Как никто не мог купить себе, например, пляж. Или кусок утеса в глухом месте на берегу… А теперь, с нынешнего лета, все это – продается. И – покупается.

– Вот оно что! – присвистнула Варя.

– И знаете, сколько здесь стала стоить одна сотка вдоль берега, у самой водоохранной зоны?

– Думаю, дорого.

– Да вы не представляете себе, Варя, насколько дорого! Дороже, чем в Барвихе и на Николиной Горе, вместе взятых! Двадцать, тридцать, сорок тысяч долларов! И это – одна сотка. И притом – о решении продавать здесь землю нигде официально не сообщалось. О том, что купля-продажа стала возможной, знали только свои. Местные, приморские тузы. Краевые бонзы. И те шишки в Москве, у кого есть тесные связи со здешними воротилами. А представьте, сколько будет стоить эта земля, когда все узнают, что ее можно продавать-покупать… Здесь, в Суджуке, песочек-то поистине золотой!

– И мэр решил уронить цены… – задумчиво проговорила Варя.

– Совершенно верно! Нехитрая комбинация. Один из излюбленных приемов биржевых спекулянтов. Смотрите, что получается. Вчера на побережье вылетели осы-убийцы. Сегодня – средства массовой информации трубят об этом по всему миру. Показывают смачные, кровавые кадры. В итоге паника среди отдыхающих. Народ рвется домой. А главное, никто не едет сюда отдыхать. Ни в этом году. Ни на будущий год. Публика не едет, потому что боится. Громадные ядовитые летающие твари – это вам не наводнение или смерч. Это – запоминается надолго. И отвращает людей от Суджука и окрестностей – тоже надолго…

– И поэтому, – продолжила Варя мысль начальника, – цены на здешнюю землю падают…

– И не просто – падают. Падают – как самолет в штопор. Падают – в разы. Вчера участок земли стоил пятьсот тысяч долларов – завтра его будут продавать за сто.

– А в это время, – эпически продолжила Варя, – мэр и приближенные собирались скупать подешевевшую землю…

– Совершенно верно. Скупили бы столько южной золотой земли, на сколько б денег хватило. Штаны последние закладывали, а скупали бы…

– А потом, рано или поздно, страсти с осами забылись бы… – задумчиво проговорила Варя. – И земля начала бы дорожать…

– Именно. Она стала бы дорожать. Никуда бы она не делась. И участок, купленный сегодня, сразу после катастрофы, за сто тысяч долларов, через пять лет мэр мог бы продать за миллион. Вот так-то!.. Как там говорил дедушка Карл Маркс? «Нет такого преступления, на которое капитал не пошел бы ради прибыли в тысячу процентов». А вы говорите – осы…

Варя задумалась. Побарабанила пальцами по столу. Потом заявила:

– Очень сложная комбинация. Причем – с неочевидными результатами.

– Комбинация сложная, согласен. Но и мэр наш, Иван Аверьяныч Савченко, совсем не прост. И учтите: желание мэра – выпустить ос, чтобы уронить цены на землю, – совпало с интересом Бурдакова – выпустить ос, чтобы в суматохе спокойно уйти за границу. Очень вовремя совпали эти два интереса. В нужное время – и в нужном месте.

– А куда Бурдаков планировал уехать? И вывезти свою лабораторию?

– Предположительно в Ирак. Впрочем, он уверяет, что сам не в курсе, куда конкретно. Просто ему лично посулили миллион долларов за один только переезд. Плюс за работу – ежегодно по миллиону.

– В Ираке своих Бурдаковых хватает, – задумчиво проговорила Варя. – Зачем Ираку еще один Бурдаков-то!

– Под Бурдаковыми вы имеете в виду обобщенный образ вояк-командиров?

– Да, именно их я, Сергей Александрович, и имею в виду.

– Я думаю, Бурдаков понимал это. Понимал, что его новым хозяевам нужны ученые с «биостанции», их наработки и лабораторное оборудование. И не очень-то нужен он сам. Именно поэтому он затеял перевозку личинок в Москву. И организовал будущий шантаж – на десять миллионов долларов. Чтобы надежно обеспечить себя.

Варя откинулась на спинку стула.

Блистательный, теплый южный вечер вдруг помрачнел в ее глазах. И сразу – как случалось в последнее время в минуту уныния или разочарования – разболелась ушибленная в аварии спина. «Что же это за люди! – подумала она, имея в виду и Бурдакова, и суджукского мэра Савченко. – Как можно ради денег (всего-то – ради денег!) устраивать такой кошмар, как вчера на побережье? Убивать людей?! Посторонних, ни в чем не повинных?!»

Она вдруг почувствовала свою полную беспомощность. Она обычно так чувствовала себя, когда узнавала о переворотах, революциях, террористических актах. Варя ощутила себя заложницей, пешкой в чужой, большой игре. В игре – которую ведут незнакомые ей большие люди. А пешкой – всегда в случае необходимости любой из больших игроков может пожертвовать.

– Пойдемте, Варя, – мягко сказал Сергей Александрович. – Спать хочу смертельно. Скоро будет двое суток, как я на ногах.

– Минуточку. Только один вопрос.

– Слушаю вас.

– А вы – вы знали, что здесь творится? Хотя бы приблизительно? Когда меня сюда посылали?

– Нет. Разумеется, нет. Я уже говорил: если бы мы знали – или хотя бы догадывались – сюда вместо вас поехал бы другой человек. Точнее, другие люди. Гораздо более опытные, чем вы. Более подготовленные. И с большими полномочиями.

– А что вы знали? Или – о чем вы догадывались?

– Только о том, что лаборатория, подобная бурдаковской, возможно, есть где-то в подчинении Минобороны. Где – неизвестно. А может, ее и нет вовсе… Зову официанта.

– Еще вопрос.

– Да, слушаю. – Сергей Александрович устало полуприкрыл глаза.

– Вы все время говорите «мы». «Мы» – это кто?

– На этот вопрос я вам, Варя, отвечать пока не буду. Может, когда-нибудь отвечу. А может, и нет.

– Ладно. Официант, счет!.. – крикнула Варя и снова обратилась к сотрапезнику: – Сергей Александрович, а в каком вы чине?

– Я? Я подполковник.

– А как ваша настоящая фамилия?

– Петренко. Подполковник Петренко[7]7
  Сергей Александрович Петренко действует в следующих романах Анны и Сергея Литвиновых, вышедших в издательстве «Эксмо»: «Отпуск на тот свет» («Солнце светит не всем»), «Звезды падают вверх», «Пока ангелы спят».


[Закрыть].

Воскресенье

Павлик проснулся рано. Вот папка ему удружил: на собственных каникулах – выспаться не дает!

Накануне вечером отец сказал:

– Будешь у меня с завтрева по хозяйству работать. А то разболтался! Целыми днями бегаешь.