Текст книги ""Фантастика 2025-117". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)"

Автор книги: Михаил Атаманов

Соавторы: Анна и Сергей Литвиновы,Александр Сухов,Игорь Конычев,Сергей Шиленко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 256 (всего у книги 341 страниц)

Варя снова подошла к фонарю. Да, если не присматриваться – его не видно, сливается с деревом.

Кононова присела на полено, облокотилась на ствол… Идеально – хоть читай, хоть пиши – даже для правой руки есть коряга-подставка. «Может, и правда девушка что-то писала? Дневник, например? – подумала Варя. – А что, место и обстановка – вполне подходящие, никто не мешает. Где он может быть, этот дневник?! Да у ментов, где же еще…»

На всякий случай она обшарила всю территорию в радиусе двух метров от «нычки». Каждый кустик – приподняла, землю – чуть не обнюхала. «Да нет, ерунда. Дневник – или письмо, или книгу – любой бы сразу заметил. А я здесь – какой по счету посетитель? Десятый? Сотый? Все, хватит. Пора уходить».

Варя, разочарованная, в последний раз осмотрела место преступления. Сейчас оно выглядело вовсе не страшным и не кровавым – красивый, уютный уголок. Упоенно трещат цикады, шумят равнодушные сосны. Прилетела сорока, любопытно взглянула на Варю, наградила ее насмешливой трелью… «Насмехается надо мной, горе-криминалистом, – подумалось Варе. – Да, не много же мне удалось найти! Сережка да зубная щетка – со всей огромной поляны. И к делу они ровным счетом ничего не прибавляют».

Варя совсем расстроилась. И, уходя, не удержалась: от души пнула полено ногой. Дала выход отрицательной энергии. Дерево легко подалось: видно, трухлявое. И под ним вдруг мелькнуло что-то белое. Листок бумаги!

Варя, не веря в свою удачу, склонилась над ним, подняла, аккуратно стряхнула землю… Страничка из типового ежедневника, дата – 15 июля! Вся в пыли и кровяных брызгах. Исписана от руки.

Варя набросилась на текст:

Половина восьмого. Сашка все не едет. Наверно, закопался со своими дурацкими магазинами. Без него скучно. Нет, не так. Когда мы вместе с папулей, скучно не бывает – он и мертвого расшевелит. Только я иногда прячусь, чтобы он меня «шевелил» поменьше…

Сегодня отличный вечер: тихий и не очень жаркий. Только что вернулись с купанья. Но морские ванны не помогли – на душе гиря… Что со мной – не пойму. Сестрица посмеивается: говорит, это любовь… Ладно, пусть будет любовь. Только не едет что-то моя «любовь», загуляла где-то… Ладно, бог с ним. Наверное, что-то его задержало.

…Мне совсем не нравятся местные птицы. Они тут огромные, страшные. Но рассмотреть их пока не удалось – прячутся… Сейчас сижу здесь и чувствую: летают где-то надо мной. А может быть, это летучие мыши? Скорей бы Сашка при…

Страничка обрывалась.

Варя вновь бросилась на колени, начала искать продолжение… и вдруг поняла: продолжения у Динкиного дневника нет. Потому что больше нет самой Динки, ее любви, ее мыслей, ее тревог…

И тут Варя не удержалась – расплакалась. Расплакалась горько, словно маленькая девчонка, услышавшая грустную сказку.

***

Варя Кононова сидела на пляже, устроившись в тени скалы. На коленях ее лежал блокнот. У ног колыхалось море, свежее, соблазняющее прохладой. Но Варя даже не разделась. Она не видела моря, не слышала плеска волн и криков нахальных чаек.

Она пыталась разобраться. Прийти хотя бы к предварительным выводам. Разделить версии. Наметить планы на будущее. Варя всегда гордилась тем, что обладает логическим мышлением. С удовольствием вспоминала, как сам ректор Садовничий (он читал у них матанализ) однажды ей сказал: «Ты, Кононова, умеешь мыслить системно».

Но сейчас Варя с ужасом понимала: как ни крути, никакой системности у нее не получалось. Сплошной хаос версий. И мысли скачут, как у глупой девчонки. Один вопрос налезает на другой.

Почему Карказины дали себя убить? Существует ли связь между убийствами в Медвежьем и в Соленой Пади? Совпадение ли, что убийства в обоих местах произошли в один день, 15 июля? Кто и зачем похитил из морга трупы погибших?

«И вопросы какие-то глупые, – отругала себя Варя. – Совпадение дат, похищение трупов… Смесь мистики и дешевого боевика».

Как бы в насмешку в голову явилась совсем уж непрошеная мысль: «Может, пойти искупаться?»

Варя немедленно отбросила праздную идею и снова склонилась над блокнотом. Нет, никаких купаний. Просто надо успокоиться и собраться. Итак, какие могут быть версии?

Варя едва успела поставить циферку «один», как услышала сзади шум. Шаги. Громкие шаги. Она испуганно вскочила.

***

Перед ней стояли двое мужчин – загорелые, тощие, в линялых шортах. На ногах у обоих – затасканные кроссовки. Волосы – выгоревшие, руки – натруженные. По виду – типичные туристы. Оба с интересом смотрят на Варю. И особо заинтересованно – на ее блокнот.

– Ты не прав, Борька! – сказал один из мужчин, обращаясь к напарнику.

– Что вам надо? – досадливо спросила Варя.

По внешнему виду мужики никакой опасности не представляли. Туристы и туристы. Причем и по одежке, и по выражению лиц похоже, что из Москвы. Из тех же, что Варя, университетско-академических кругов.

Но… но в планы Вари никак не входило болтать с праздными прохожими.

– Покорнейше извините, – улыбнулся тот, которого звали Борькой. – Похоже, что благодаря вам я проспорил…

– Сочувствую, – буркнула Варя и демонстративно села на камень спиной к ним. Склонилась к своему блокноту: отчаливайте, мол, ребята, не до вас.

Борька, будто не замечая ее неприветливости, продолжил:

– Я утверждал, что научной работой здесь занимаемся только мы, дураки. Все остальные – загорают. Но, как видите, я ошибся. У вас ведь – тоже научная работа?

– Научная. – Блокнотик пришлось захлопнуть: слишком уж заинтересованно пялился туда через ее плечо Борькин напарник. – Ну, ребята, вы все выяснили? Я могу продолжить свою, – она усмехнулась, – научную работу?

– Нет, не можете, – нахально ответил тот, что не Борька. – Сначала мы познакомимся, выкурим по сигаретке, вместе искупаемся в море – а после, так и быть, вы сможете вернуться к своим изысканиям.

Варя насмешливо подняла бровь. Ну и заявочки! На конфликт, что ли, нарываются?

– А если я откажусь? – осторожно спросила она.

– Нам, увы, придется уйти, – горько вздохнул Борька.

– Но сердца наши вы разобьете навек, – еще печальнее добавил его напарник.

Ну что с них, дурачков, взять? Может, действительно объявить себе малый тайм-аут? Покурить, искупаться, немного поболтать? Что ж, совсем неплохая программа, а то голова уже пропеклась, абсолютно не варит.

– Откуда вы такие нахальные? – улыбнулась туристам Варя.

– Из Москвы, из… – начал было Борька.

– Не «из Москвы», а «с Москвы», – перебил напарник. – С археологической экспедиции. Приехали сюда на дольмены.

Борька закатил глаза, пояснил:

– Он думает, что вы местная. И специально по-вашему говорит.

– Та не, я с Москвы. – Варя не удержалась, фыркнула: у нее, кажется, тоже появляется местный акцент.

– Вы приехали сюда писать диссертацию. На лоне природы, на глади камней. Под шелест безбрежных волн особенно сладко думается за генезис, – забалаболил тот, что не Борька.

Его приятель демонстративно зажал уши, попросил:

– Молчал бы ты, Митька! А то девушка сейчас «Скорую психиатрическую» вызовет.

– Не вызову, – успокоила их Варя и гостеприимно показала на камни рядом с собой: – Садитесь, археологи, перекурим.

Повторять приглашение не пришлось. Митька с Борькой немедленно упали на камни, вытащили сигареты.

– Мы – Дмитрий и Борис!

– Я поняла.

– А вы?

– Варя. Можно – на «ты». А что, здесь разве есть дольмены?

Борька округлил глаза:

– Я балдею! Варечка, тебя не пугает слово «дольмен»?

– А почему оно должно меня пугать? – удивилась Варя.

Митя объяснил:

– Да мы уже привыкли, что девушки обычно говорят: а шо такое дольмен?

– Или: та на шо вам эти дольмены? – закончил Борис.

– Ну, на самом деле я тоже про дольмены знаю мало, – призналась Варя.

– Это такие большие домики с кругленькими окошечками, – глумливо сказал Митя.

– Ну да. Многотонные гробницы, мегалитическое строительство… Кажется, строили их пять тысяч лет тому назад, – вспомнила Варя страничку из карты-путеводителя.

– Отлично! – восхищенно воскликнул Борька. – Вам «пять» по археологии.

– Нет, «пять» с плюсом! «Шесть»! – перебил его Митя.

– Только зачем их строили – я не знаю, – призналась Варя. – Жилье? Храмы?

– А никто не знает, зачем их строили, – серьезно ответил Борька. – В смысле назначение-то известно – в дольменах погребали. Но к чему такой размах, чем объясняется их форма, по какому принципу выбиралось место строительства – не выяснено до сих пор.

– Есть точка зрения, – начал Митя и замолк.

– Какая? – поторопила его Варя.

– Неужели вам… тебе интересно?

– Интересно. Рассказывай.

– Один исследователь полагает, что дольмены – это своеобразные информационно-энергетические трансформаторы. С их помощью низшая каста жрецов хотела восстановить нарушенный энергетический баланс Земли и отвратить грядущие катаклизмы.

– Каким образом? – живо заинтересовалась Варя.

– Сама архитектура дольменов будто бы способна перерабатывать отрицательную энергию. Но эта точка зрения, увы, не доказана. Что естественно.

– Ну а вы… пытаетесь доказать какую-то собственную концепцию? – поинтересовалась Варя.

– Нет, мы просто работаем на дольмене «Лысый», здесь рядом. Обычная рутина: ландшафтные исследования, электронный зондаж, сбор палеоботанических и минеральных образцов.

– Интересно?

– Ч-резвычайно! – заявил Митя.

– Только платят мало, – пробурчал Борька.

– А ты? Ты здесь отдыхаешь? – Митя придвинулся к ней поближе.

Шарахаться Варя не стала.

– Нет, не совсем. Я в командировке, журналистка. Приехала по сигналу насчет Соленой Пади. Слышали, что здесь случилось?

– Слышали, – поморщился Борька.

– В смысле – слышали крики? – оживилась Кононова.

Митя с упреком сказал:

– Если бы слышали – может, помогли бы. Нет, криков мы не слышали. Наш лагерь отсюда далеко, мы даже машин с подъездной дороги не слышим.

– Дольмены как будто специально строят в каких-то дырах, – пошутил Борька. – В этом-то году – ладно, до дороги всего километр. А в прошлом, Мить, помнишь, как лодку часами приходилось ждать?

– А где же вы были в прошлом году?

– В Медвежьем. Дольмен у притока реки Жане.

Варя изо всех сил постаралась не побледнеть.

– Где? – переспросила она.

– Бухта Медвежья.

– А когда вы работали… там… Ну, в смысле в какое время года?

– Как и сейчас. Летом. В июле. А что? – не понял Митя.

«А то, что в июле там тоже произошло зверское убийство!» – мысленно крикнула Варя. Но промолчала.

Митя сделал еще одно еле уловимое движение и приткнулся к ней вплотную.

– Варь, а где ты остановилась? В гости не пригласишь?

– Остановилась я в Суджуке, – огорчила археолога Варя. – Так что приглашать мне вас некуда. Давайте лучше так пообщаемся. Без гостеваний… Расскажите мне еще про дольмены.

Митя фыркнул. Боря кивнул:

– Можем и рассказать, коли не шутишь. А что ты хочешь узнать?

– Хочешь, расскажем, как из дольменов привидения выходят? – предложил Митя.

– А они – выходят? – серьезно спросила Варя.

– Конечно же, нет, – пожал плечами Борис.

– Как нет? – изумился Митя. – А про сны ты что – забыл?

– Какие сны? – живо заинтересовалась Варя.

Борис неохотно сказал:

– Да была одна история… Давно, мы еще студентами были. Поехали на дольмены. В первый раз, все в диковинку. Тоже наслушались бабьих сказок – привидения, духи, загробные голоса… Вот и надумали друг другу доказать, что нам все нипочем. А как доказывать? Решили ночь в дольмене провести.

Варя обратилась в слух:

– И что?

– Да ничего особенного. Легли… И даже заснули. Один в центре. И трое – по бокам… Все вроде нормально. А потом началось. Четверо нас было – и всем четверым один и тот же кошмар снился. Женщина, вся в черном, с бледным лицом, а вместо рук – кости… Извела она нас. Все раскопки спать не давала.

– А на здоровье… это никак не отразилось? – живо спросила Варя. – Вы не болели?

– Нет. Только не высыпались очень.

– И не случилось с вами ничего?

Боря печально улыбнулся:

– Случилось.

– Ну, и?..

– Митя сильно заболел. Он стал маньяком.

Митя немедленно скорчил зловещую рожу, выпучил глаза и завыл:

– У-у-у!

Варя в первый момент дернулась, отпрянула.

Оба археолога зашлись в хохоте.

– Фу, дураки. Ну и дураки!

Она не выдержала и тоже засмеялась.

– Варечка, прости. – Борис мимоходом, как бы успокаивающе погладил ее по руке. – Не забивай себе голову. Хотя про кошмары – это все правда. И снились они нам тогда до самого конца экспедиции… Но дольмены… Дольмены – они только подшучивать могут. А реальный вред нанести – у них сил не хватит.

– А строитель? – возмущенно воскликнул Митя.

Борис скривился.

Варя тут же спросила:

– А со строителем что?

– Цепь совпадений, – твердо ответил Борис.

Митя возразил:

– Нет уж, пусть Варя сама решает, совпадение это или нет. Вот, слушай. Один мужик здешний, варвар натуральный, дольмен на стройматериалы разобрал. Плиты там крепкие – веками стоят. Почему бы, думает, не пустить их на дом? Заказал кран, самосвал, выкорчевал и вывез на собственную стройплощадку. И через неделю – помер. Инфаркт. А ведь молодой был, слегка за тридцать.

– Похоже, что совпадение, – вздохнула Варя.

– А ты дальше слушай. Крановщик – тот, что плиты из того дольмена в самосвал грузил, – через десять дней тоже умер. И тоже от ерунды – типа воспаления легких. Остается из всей компании третий – водитель самосвала.

Митя замолк.

– Ну, говори, – затеребила его Варя.

– А, интересно стало!.. Так вот, у водилы началась, в натуре, депрессия. Глушит водку, ждет смерти. Жена его испугалась. Отвела супруга к психотерапевту. Терапевт выписал всяких успокоительных колес. И самосвальщик наш через день тоже умер. Передозировка. Наглотался транквилизаторов и водкой их запил. Что, совпадение?

– Ну, смерти-то у них вроде были естественные, – неуверенно сказала Варя. Сама себя поправила: – Ну, почти естественные. Меня вот другое интересует. Не может ли убийство – здесь, в Соленой Пади, – быть как-то связано с вашими раскопками?

– То есть как это – связано? – нахмурился Борис. – Кто-то из наших, что ли, убил?!

– Да не о том она спрашивает, – отмахнулся от приятеля Митя. – Ты имеешь в виду, что из дольменов восстала какая-то неизвестная, незримая сила? И – нанесла физические повреждения людям?

– Ну, вроде того, – кивнула Варя.

Борис фыркнул. Митя серьезно сказал:

– В Штатах проводились эксперименты. Дольмены исследовали с помощью специальных сенсоров. И вроде бы доказали, что в процессе раскопок – ну, когда его потревожишь, – дольмен способен излучать отрицательную энергию.

– И как эта отрицательная энергия действует?

– В крови снижается количество эндорфинов – человек становится мрачным. Ослабляется иммунитет – начинаются постоянные простуды…

Варя с сомнением взглянула на румяных археологов:

– А вас… что-то подобное беспокоит?

– Конечно же, нет! – воскликнул Борис. – Что ты его слушаешь, Варя!

– А еще там написано, – злорадно взглянул на приятеля Митя, – что на некоторых археологов дольмены влияют не сразу. Так что жди, мой друг, периода отдаленных последствий. Меланомы там какой-нибудь. Или саркомы.

– Тьфу на тебя, – плюнул Борис.

– Значит, – подытожила Варя, – если дольмены на людей как-то и влияют, то не в форме грубой физической силы?

– Ну, разумеется, – устало ответил Борис.

Митя неохотно согласился:

– Нет, таких вариантов не было. Нигде в мире. У меня диссертация – о дислокации дольменов по всему миру… Все публикации читать приходится – и на русском, и на английском. В Интернете рыться, заграничные журналы заказывать. Так что зуб даю: убивать дольмены не могут. Слушай, Варь, может, ну их, а? И так работа уже поперек горла. Давай лучше о прекрасном поговорим!

«Только прекрасного мне и не хватало – когда от жары башка сейчас взорвется».

– Нет уж, давайте лучше искупаемся, – предложила она.

Раз о дольменах беседа окончена, можно наконец и до моря добраться.

Варя подала пример – скинула майку и шорты. Археологи с интересом воззрились на ее ладную, тренированную фигуру.

Она уложила одежду поверх сумки, на всякий случай проверила, на месте ли кошелек и мобильник. Телефон, польщенный вниманием, немедленно зазвонил.

Варя взглянула на определитель: Смеян.

– Да, Саша!

– Я все сделал. Ты где, на море? Я так и думал. Ну, еду к тебе.

***

Кросс по пересеченной местности занял пятнадцать минут.

Сначала Варя промчалась по раскаленным пляжным камням (археологи восхищенно смотрели вслед). Потом – забралась на скалу, проскочила сквозь Соленую Падь и в среднем темпе побежала по дороге. Ей хотелось встретиться со Смеяном как можно дальше от зловещей стоянки.

Кросс получился не из легких: даже ее тренированные ноги загудели от напряжения, в голове зашумело. Но Варя сбросила темп, только когда увидела знакомую «девяточку».

– Чего несешься? – удивился Смеян. – Я бы подъехал.

Варя промолчала. Саша вздохнул:

– Нервы мои бережешь? Я не ребенок…

– Дай воды, – попросила Варя.

Минералка на заднем сиденье машины нагрелась, будто ее кипятили. Варвара сделала несколько жадных глотков.

– Ну, нашла что-нибудь? – поинтересовался Саша, когда девушка наконец отдышалась.

– Да так… мелочи, – неопределенно ответила Варя. Она еще не решила, о чем рассказать Смеяну, а о чем – умолчать. – А что у тебя?

– О, я проделал большую работу, – хмыкнул Саша. – Сначала поехал в… ладно, технические подробности опустим. В общем, искать пришлось долго. И нудно. И – жарко. Может быть, сделаем паузу? Искупаемся? Вон как раз и спуск прямо к морю.

Соблазн был велик. А времени – жаль.

– Может, после? – предложила Варя. – На закате?

– Ладно, давай после, – вздохнул Саша.

– Фру-Фрушку с собой возьмем, пускай тоже поплавает, – подхватила Варя.

– Да, он любит купаться, – серьезно сказал Саша.

«Детский сад, а не взрослый мужчина. Ладно, простим. Спишем на последствия стресса».

– Ну, расскажи мне про Борисова, – попросила Варя. – Значит, он – личность реальная. И действительно тут живет? Неужели один по фамилии Борисов на весь поселок?

– Что удивительно – один. И не очень он, видно, общительный, – заключил Саша. – Никто из местных его не знает – я у многих спрашивал. Так что пришлось его устанавливать по официальным каналам, через мэрию.

– Ты, надеюсь, не говорил, зачем он нам нужен?

– Я похож на дурака?

– Ну и где он живет?

– Удалова Щель. Это на окраине поселка, в горах.

– Хутор, что ли? – не поняла Варя.

– Не хутор, – улыбнулся Смеян. – Я тут, пока Борисова искал, с Абрикосовом уже разобрался. Поселок делится на две части: одна, небольшая, – курортная. Она – в низине, у моря. Там все на курортников завязано: комнаты внаем, кафешки, фруктовая торговля. А остальные части – это окраины. И находятся они – в горах. Точнее, в предгорьях.

– Исчерпывающе, – похвалила Варя. Тут же перешла ближе к делу: – А как этого Борисова зовут?

– Андрей Михайлович.

– Имя тебе о чем-нибудь говорит?

– Ни о чем. Абсолютно.

– Кто он, знакомый хоть? Или родственник? И по чьей линии? Не вспомнил?

– Голову уже сломал! – досадливо откликнулся Саша. – Никогда Карказины про этого Борисова не упоминали – кроме того единственного раза. Только вот что еще я вспомнил: Динка когда-то говорила, что у ее мамы есть родной брат. Единственный Динкин родной дядя.

– А мамину девичью фамилию ты знаешь? – мгновенно среагировала Варя.

– Нет.

– Ну, это поправимо, – успокоила его Варя. – Жаль, что я компьютер с собой не взяла, а то бы прямо сейчас и выяснили… Но ее девичья фамилия – точно не Борисова?

– Не повторяйся, Варь, – поморщился Саша. – Я же сказал: не знаю.

Саша уверенно, словно поселковый старожил, выехал на центральную абрикосовскую улицу-трассу и взял курс на Суджук.

– Эй, мы не домой! – заметила Варя.

– Попрошу не комментировать, – попросил Смеян.

Он с удивлением отмечал, что настроение у него – неплохое. По крайней мере, куда лучше, чем вчера или сегодня утром. Трудотерапия определенно пошла на пользу. Горе, конечно, не отступило. Но – чуть-чуть подистерлось, поблекло.

Саша включил правую моргалку, свернул на неприметную боковую улочку и немедленно сбросил скорость: улица под лихим названием Удалова Щель состояла из бугров, канав, ям. Редкие проплешины асфальта. Вышагивают коровы и козы. В пыли, у заборов, возятся стайки детишек.

Единого стиля застройки в Удаловой Щели, конечно же, не было. Кирпичные замки мирно соседствовали с жалкими развалюхами, богатые каменные ограды граничили с заборами из драной сетки-рабицы.

– Классовое неравенство, – прокомментировал Саша, медленно выруливая по Удаловой Щели.

– Только виноград у всех одинаковый, – откликнулась Варя.

Действительно, каждый двор был в обязательном порядке снабжен живым виноградным навесом. Ягодки пока – крошечные, совсем зеленые. Саня вспомнил про «виноград с Корсики» и улыбнулся.

– Ты чего веселишься? – подозрительно спросила Варя.

– Да так… – В детали Саша вдаваться не стал. – Очень рад я, что Борисов – в поселке один. А то боялся, что мне их штук пять выдадут.

– И я рада, – согласилась Варя. – Был бы он тем, кто нам нужен!

– Как ты, кстати, собираешься это выяснять?

– По вдохновению, – отозвалась Варя. – Посмотрим, куда разговор повернет.

– Особые указания будут? – поинтересовался Саша.

– Единственное: что бы я ни рассказывала – поддерживай и поддакивай.

– Хорошо… Только ты уж особой пурги не неси, ладно? Ага, вот он, дом номер двадцать восемь, – сообщил Смеян.

Он притормозил у массивного кирпичного забора – пожалуй, самого внушительного на всей улице: метра два высотой, с каменными пиками по верхней кромке. За забором виднелся двухэтажный кирпичный особняк. Дом был богатый: деревянные стеклопакеты, рыльца кондиционеров, черепичная крыша, антенна-тарелка…

– Ого! – отреагировал Саша. – Прямо крепость.

Они выбрались из машины и под любопытными взглядами детишек, бросивших на улице свою игру, подошли к калитке. Впрочем, нажать кнопку звонка не успели.

– А его все равно дома нет! – сообщил им симпатичный, хитроглазый пацанчик.

Варя пожала плечами и все-таки позвонила. Саша присел на корточки рядом с пацаном.

– Как тебя звать?

– Павлик.

– И откуда ты знаешь, что его нет?

Павлик заморгал:

– А про это все знают. Дядя Андрей – сейчас на Колдуне. Его двор охраняет собака, очень злая, она нашему Пирату полхвоста откусила.

Варя, поняв тщетность своих попыток, оставила звонок в покое и присоединилась к беседе.

– А ты, мальчик, здесь живешь?

– Его зовут Павликом, – укоризненно сказал Саша. – Он дяде Андрею сосед. Правда, Павлик?

– Правда, – солидно откликнулся мальчуган. – Он в двадцать восьмом доме живет, а мы – в тридцатом.

– А родители твои дома? – нетерпеливо спросила Варя.

Вместо ответа мальчуган истошно заорал:

– Па-ап! К тебе пришли!

– А ну не вопи! – сердито откликнулись из-за соседнего забора.

Соседний забор выглядел куда плоше, чем у Борисова. Зато мужчина, вышедший из калитки, сразу вызвал симпатию. Не задавая вопросов, пожал руку Саше, приветливо кивнул Варе. Предложил:

– Зайдете во двор?

Не дожидаясь ответа, гостеприимно распахнул калитку. Павлик хвостиком помчался за ними.

Двор поражал чистотой. Фруктовые деревья ломились от персиков, груш и слив. Домик приветливо смотрел отмытыми до блеска окнами.

Хозяин провел гостей под неизменный виноградный навес и кивнул на шезлонги:

– Присаживайтесь. Кофейку, минералочки?

– Спасибо, нет, – улыбнулась Варя. – Нам и так неудобно, отвлекаем вас…

– Наоборот, спасаете, – подмигнул ей мужчина. – А то супруга приспособить хочет – чтоб я ей компоты закручивал.

– Все равно закрутишь! Никуда не денешься! – весело откликнулись откуда-то из недр двора.

– Кстати, я – Вася, – представился хозяин. – А вы?

– Варя и Саша. Мы вообще-то приехали к вашему соседу, к Борисову.

– Так он на Колдуне! – удивленно воскликнул Вася. – Вы разве не знаете?

– Мы даже не знаем, что такое Колдун, – виновато улыбнулся Смеян.

– Это большая гора! – встрял неугомонный Павлик. – На ней огромные-огромные скалы! А наверху – сидят дяденьки и предсказывают погоду!

– Павлик, не лезь, – строго сказал сыну Вася. – Хотя, впрочем, он прав. Сосед наш работает на горе Колдун, на метеостанции. Бывает в поселке редко.

– Он то на Колдуне сидит, то продуктами спекулирует! – выкрикнул Павлик.

– Па-вел! – прикрикнул на сына хозяин. – Сколько тебе говорить: не лезь во взрослый разговор!

– А как на этот Колдун добираться? – поинтересовалась Варя. – Борисов нам очень нужен…

– На большом-большом луноходе! – выкрикнул Павлик.

– На вездеходе, – поправил Вася, – иначе никак. Дорога туда ужасная. Подъем – градусов пятьдесят плюс ямы. На мотоцикле пацаны пробовали доехать – не получилось.

– А можно этот вездеход нанять? – спросила Варя.

– Боюсь, что нет, – сочувственно вздохнул Вася. – Он принадлежит метеостанции и стоит там, у них, – на горе. Спускается только за сотрудниками или еще за чем надо. А вы Борисову что-то передать хотели? Так оставьте, я передам.

– У нас… у нас к нему поручение, – осторожно сказала Варя. – От его родственников из Твери.

Вася еле уловимо пожал плечами.

– С ума сойти! Откуда у Михалыча родственники? – удивилась невидимая им Васина жена.

– Не подслушивай, Ирма, – с напускной строгостью велел муж. И добавил: – Но, честно говоря, вы меня удивили… Андрей Михайлович наш такой бирюк, каких поискать. Откуда, вы сказали, родственники?

– Из Твери, – повторила Варя.

– Никогда не слышал, – покачал головой Вася.

Саша взглянул на Варю. «Мы, кажется, ошиблись», – говорил его взгляд.

– Женат он никогда не был, про родителей его – я не слышал, – задумчиво сказал Вася.

Варя лихорадочно обдумывала следующий вопрос, когда в разговор опять встрял неугомонный Павлик:

– Ну, па-ап, ты что, не помнишь?! К дяде Андрею однажды приезжал серый «Фольксваген»! С номером из Твери, «69»!

Саша побледнел.

– А ты не помнишь, Павлик, кто приезжал на «Фольксвагене»? – бросилась ему на выручку Варя.

– Какой-то дяденька. С усами и с толстым животиком. Он мне конфету дал.

– И как же этого дядю звали? – взял себя в руки Саша.

– Валька.

– Что ты несешь, Павлик?! – рассердился отец. – Почему ты дядю Валькой называешь?

Мальчик обиженно хлюпнул носом:

– Но дядя Андрей правда назвал его Валькой. И еще он сказал: «А, привет, сукин сын Карказин».

***

По дороге в Суджук Саша все же притормозил у пляжа.

– На полчаса, не дольше, – строго сказала Кононова и отправилась в кабинку-раздевалку.

Саша остался сторожить вещи и гладить счастливого Фру-Фру – собаку они, разумеется, взяли с собой.

Варин мобильный затрезвонил в отсутствие девушки. Саша взглянул на определитель номера: Кирилл. Он уже знал, что так зовут Вариного информатора из суджукской газеты. Недрогнувшей рукой Саша нажал клавишу «игнорировать звонок». Сбросил вызов – и выключил докучливый телефон вовсе.

Саша все увереннее выглядывал из своего горя-кокона. И начинал замечать вещи, которые еще утром проходили мимо. Он обратил, например, внимание, что Варя бледна, под глазами залегли синие тени. Неудивительно – после такой-то аварии! Ей лежать надо, в себя приходить – а она работает, носится, будто абсолютно здорова. И морщится, сделав неловкое движение. А уж после своего дурацкого кросса в виноградниках – выглядела вовсе несчастной. И виски массировала по дороге на пляж. «Это, конечно, в моих интересах, может, быстрей преступника найдет. Но девка-то – не железная. Жаль ее».

– Что, Варь, голова болит? – участливо спросил Саша, когда та вернулась из раздевалки.

Она настороженно взглянула на него. Насупилась.

– Я уже понял – слабостей у тебя нет, – кивнул Саша. – Но все равно, хочешь, Фру-Фру тебе голову полечит?

– Он умеет? А как? – живо заинтересовалась Варя.

– Сейчас увидишь. Фру-Фру, лечить! – Саша осторожно коснулся Вариных висков. – Садись рядом с ним, Варя.

Собака послушно покинула Сашу, приблизилась к девушке, обняла лапами ее голову и застыла.

– Он когти не выпустит? – подозрительно спросила Варвара.

– Не бойся, это же не кот, – успокоил Смеян. – Расслабься и ни о чем не думай.

– Мне надо позвонить, – заявила Варя.

– Слушай, помолчи, а? – повысил голос Саша. – Не мешай собаке работать.

Он приготовился к упрекам. Но на удивление девушка действительно замолчала. Фру-Фру не спускал лап с Вариных висков и тихонько поскуливал.

Фру-Фру лечил Варю минут пятнадцать. Вокруг них успел собраться кружок любопытных курортников. Саша усиленно прикладывал к губам палец, призывая зрителей к молчанию.

– Вроде и правда – прошло! – удивленно воскликнула Варя, когда Фру-Фру наконец ее отпустил. Благодарно потрепала собаку по холке, прошептала: – Спасибо, миленький! – И немедленно вернулась в привычное амплуа: – Но позвонить мне все-таки надо.

Она порылась в сумке, выудила телефон:

– Черт, выключился! Вот ненадежная техника!

– Ты искупайся сначала, – безнадежно посоветовал Саша.

– Сейчас. Только позвоню, и идем… Але, Кир? Звонил, да? Извини, у меня телефон отключился. Через час?

Саша сделал страшные глаза, и Варя сжалилась – над ним и над собой:

– Не успею. Давай через полтора… В гостинице? Окей. Ну, до встречи.

Положила трубку и объявила:

– Двадцать минут у нас есть. Ну, купаться?

***

По дороге в гостиницу Варя попросила Сашу притормозить у центрального гастронома города Суджук. Отсутствовала долго. Вернулась, вся обвешанная покупками. Из пакетов соблазнительно выглядывали бутылки текилы и джина, сырокопченая колбаса, икорные баночки, наборы шоколадных конфет.

– Это все нам? – потер руки Саша.

– Нам – только пиво и чипсы, – серьезно ответила Варя. – Остальное пока не заработали.

Саша спорить не стал:

– Пусть так.

Они без приключений доехали до гостиницы, запарковали «девятку». Смеян достал из багажника пакеты с продуктами. Варя тут же потянулась их вырывать.

– Спасибо, Саша. Справлюсь сама.

И только тут Смеян понял: на встречу со своим информатором она его не приглашает.

Пакеты он не отдал. Сказал сухо:

– Донесу до номера – и уйду.

– Да что там нести! Подумаешь, пять килограммов!

«Не хочет, чтобы я этого Кирилла увидел».

Он молча протянул ей пакеты – пусть поступает как знает. Варя, избегавшая смотреть ему в глаза, подхватила их – и тут же согнулась от боли. Пальцы ее разжались, бутылки жалобно звякнули об асфальт. Саша подхватил ее под руки:

– Что, Варя?!

– Спина! – простонала девушка.

– Что именно?

– Поясница… Ребра…

– Держись за меня. Говорю – держись! Не бойся, Варь. Ничего страшного. Обычный прострел. Сейчас ляжешь – и отпустит. Честно. Потерпи две минутки!

Он обнял ее за талию:

– Идти можешь?

Она сделала неуверенный шажок. Застонала. Снова шагнула. Прошептала:

– Могу… только медленно.

– А мы никуда и не спешим. – Саша сжал ее талию еще крепче: пусть почувствует твердую мужскую руку.

– Пакеты! – слабым от боли голосом напомнила Кононова.

Свободной рукой Саша поднял с земли злосчастные пакеты. Сообщил:

– Ничего не разбилось. Ну, двигай ножками, аккуратненько…