Текст книги ""Фантастика 2025-157". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)"

Автор книги: Анна Одувалова

Глава 13

Немного ранее

Выйдя из дверей до смерти надоевшего арендованного домишки, Егор Николаевич уселся за руль своего серого неприметного седана. Завел двигатель и поехал по тихому проулку. Долго простояв на светофоре, довольно агрессивно, настойчиво сигналя особо настырным лихачам, вклинился в плотный поток машин.

Обожженная, а после еще и замороженная противными девчонками нога болела, однако откладывать важное дело категорически нельзя. С графиком рассмотрения заявлений вдовец предусмотрительно ознакомился на сайте администрации и во что бы то ни стало собирался именно сегодня получить вожделенное согласие боярынь на опеку.

По дороге к дому Изотовых Потемкин встретил автомобиль с Ярославом за рулем и сидящей рядом рыжей девчонкой. На заднем сиденье вроде бы маячили детские головы. Не раздумывая, быстро развернулся в ближайшем проулке и, не приближаясь, поехал следом.

Он видел, как Ярослав заехал на территорию «Эвереста» и благоразумно проехал мимо. Мошенник не был уверен, что близняшки отправились на уроки. Но застать их одних, без вездесущих слуг, попытаться обязан. Если не получится, то, конечно, придется ехать к ним домой.

Предусмотрительно сделав огромный крюк, Егор неспешно вернулся к школе. Мысли мужчины занимали исключительно две маленькие девочки. Они обязаны подписать сегодня документы!

Остановившись возле шлагбаума, преграждающего въезд на территорию, аферист надменно посмотрел на приближающегося охранника. А едва тот подошел к автомобилю, опустил стекло и вальяжно поинтересовался:

– Кто тут у вас занимается воспитательной работой в младших классах?

– Заместитель директора Валентина Степановна Тепликова, – невозмутимо сообщил охранник.

– Она на месте?

– Да. Если желаете с ней побеседовать, паркуйте автомобиль, – воин указал на небольшую парковку справа от шлагбаума, – и пройдемте со мной.

– А внутрь я заехать не могу? – раздраженно поинтересовался Потемкин.

– Нет, – охранник качнул головой и пояснил: – Автомобиль отсутствует в списке транспорта, которому въезд разрешен.

Поморщившись, Егор молча закрыл окно. Немного сдав назад, заехал на асфальтированную площадку, заглушил двигатель, вышел из машины и осмотрелся. Чуть правее возвышалось здание из красного кирпича, глухим фасадом с единственной дверью оно частично заменяло кованый забор.

– Прошу следовать за мной, – проговорил подошедший охранник. Не дожидаясь ответа, он широкими шагами быстро преодолел расстояние до кирпичного здания, уверенно распахнул дверь и жестом пригласил визитера войти.

Прихрамывая и морщась от болезненных ощущений в ноге, мошенник направился к открытой двери. Неторопливо зайдя внутрь, остановился у длинной стойки. В глубине виднелись крепкие спины троих мужчин, сидящих за мониторами.

«Ого, как тут все серьезно! Наверняка и по территории охрана ходит», – отметил Потемкин, удивленно хмыкнув.

Меж тем, деловито зайдя за стройку, охранник сказал:

– Встаньте в желтый квадрат. Я должен удостовериться, что у вас нет специфических артефактов, оружия или запрещенных веществ.

Глянув под ноги, Потемкин озадаченно нахмурился. Прямо у носков его туфель пол начал светиться приятным желтым светом. Егор уверенно шагнул вперед. Он не боялся, ничего из перечисленного у него с собой не было.

– Теперь прошу показать ваше водительское удостоверение либо иной документ, удостоверяющий личность, – по-прежнему невозмутимо произнес школьный охранник.

Демонстративно медленно аферист достал из кармана осеннего полупальто пластиковую карточку и положил ее на стойку. Охранник начал вносить данные в компьютер, а Егор с едва заметным ехидством поинтересовался:

– «Эверест» на осадном положении? С чего такие предосторожности-то?

– С этого учебного года подобные меры безопасности введены во всех школах Южного княжества. Распоряжение Министерства образования, – сухо сообщил охранник, возвращая Потемкину удостоверение. – Сейчас пройдите по коридору налево, выйдите из здания, наш сотрудник сопроводит вас к Валентине Степановне.

Не обращая более внимания на охранника, Егор, ощутимо припадая на правую ногу, прошел по узкому коридорчику и толкнул металлическую дверь.

– Доброе утро, – поприветствовал его высокий мужчина в униформе. – Прошу следовать за мной.

Не удостоив даже словом, аферист смерил охранника надменным взглядом. Но тот не выказал ни тени недовольства. Развернулся и неторопливо пошел по дорожке, ведущей к одному из школьных корпусов. Сердито раздувая ноздри, Потемкин поковылял следом.

Вскорости мужчины вошли в здание начальной школы. Уверенно пройдя по пустынному коридору, сотрудник охраны остановился подле одной из многочисленных дверей. Дождавшись, когда приблизится все сильнее хромающий Потемкин, постучал, затем открыл дверь и доложил:

– Валентина Степановна, к вам посетитель.

– Пусть войдет, – послышался в ответ приятный женский голос.

Сделав шаг в сторону, воин освободил проход:

– Прошу.

Войдя в кабинет, Егор увидел сидящую за рабочим столом женщину и мгновенно натянул маску скорби.

– Светлого утра, Валентина Степановна, – печально произнес «безутешный вдовец».

– Здравствуете, – доброжелательно откликнулась Тепликова. – Присаживайтесь, – указав посетителю на удобное кресло, дождалась, пока тот сядет, и вежливо поинтересовалась: – С кем имею честь?..

– Дворянин Егор Николаевич Потемкин, – с достоинством представился аферист. Тяжко вздохнув, добавил: – Супруг безвременно ушедшей боярыни Софьи Сергеевны Изотовой, – многозначительно замолчав, печально посмотрел на женщину.

– Мы знаем о несчастье, – тихо произнесла та. – Чем я могу вам помочь? Проблемы с Сашей и Лизой?

– Понимаете, сложилась довольно сложная ситуация, – Егор примолк, как если бы подбирал слова. – Дело в том, что Сонечка, – мошенник снова вздохнул, – перед смертью тяжело болела. Она хотела, чтобы я позаботился о сестричках. Это была ее последняя воля, – прошептал едва слышно и изобразил на лице страдание.

Быстро встав, Валентина Степановна взяла с маленького круглого столика графин, наполнила стакан водой и, приблизившись к «безутешному вдовцу», тихонько сказала:

– Понимаю ваше горе. Искренне скорблю вместе с вами, – протянув стакан мужчине, посмотрела на того с глубокой печалью.

Делая вид, что собирается взять воду, маг разума плотно обхватил пальцы женщины. Неотрывно глядя в глаза, зашептал:

– Мне нужна ваша помощь. Я столкнулся с вопиющей несправедливостью. Есть отвратительные люди, желающие завладеть имуществом Саши и Лизы, – услышав слова вдовца, заместитель директора тревожно ойкнула, а Егор, методично воздействуя на женщину своей уникальной силой, продолжил шептать нужные слова: – Девочек настраивают против меня, не позволяют общаться. Боюсь, малышки меня теперь не могут. А ведь мы даже не разговаривали толком, – он сокрушенно покачал головой, не прекращая отслеживать реакцию Тепликовой. Удостоверившись, что она прониклась к нему сочувствием, немного повысил голос: – Выполняя волю умершей супруги, я должен взять опеку над девочками. Сегодня последний день, когда можно подать документы в администрацию. Потом я просто не успею. Негодяи завладеют имуществом рода. Помогите исполнить волю Сонечки! Позовите девочек, они безотлагательно должны дать согласие на опеку. Иначе будет беда.

Не отводя взора от вдовца и не делая попытки убрать ладошку из-под его руки, Валентина Степановна несколько долгих мгновений стояла молча. Затем тихо ответила:

– Вы поразительный человек. Такой чуткий и заботливый. Конечно же, я вам помогу, – она мягко улыбнулась.

Продолжая смотреть в полные обожания и непритворного восторга глаза, Потемкин направил очередную, четко выверенную порцию силы. А потом, плавно убрав руку, взял стакан.

Валентина Степановна быстро достала мобильный. Набрав нужный номер, твердо произнесла:

– Василиса Егоровна, пришлите ко мне прямо сейчас боярынь Изотовых, – послушав собеседника, мягким тоном пояснила: – Нет. Ничего не случилось. Вы же знаете, у девочек в семье горе. Я обязана с ними поговорить, – через пару мгновений удовлетворенно улыбнулась. – Отлично. Жду, – нажав на отбой связи, положила мобильный на стол и пояснила: – У сестер урок литературы. Педагог их сейчас сама приведет.

Поднявшись, Потемкин, поставил стакан на столешницу. Словно ненароком прикоснувшись к запястью Тепликовой, проникновенно сказал:

– Сонечка отзывалась о вас очень хорошо и была бы рада узнать, что не ошиблась.

Взрослая, замужняя женщина смущенно порозовела и потупилась, будто юная школьница. Ей внезапно и очень сильно понравился бывший супруг боярыни Изотовой. Понравился как мужчина. За все двадцать восемь лет брака она подобного припомнить не могла.

Между тем, не выпуская руку пытающейся совладать с порочными желаниями хозяйки кабинета, Егор многозначительно произнес:

– Сашу и Лизу настроили против меня. Боюсь даже представить их реакцию на мое присутствие.

– Встаньте слева от двери, – заговорщицки подмигнула заместитель директора. – Сразу девочки вас не увидят, а после разберемся, – добавила уверенно.

Легонько коснувшись губами ее запястья, «безутешный вдовец» нарочито медленно отпустил руку смотрящей на него с откровенным вожделением женщины. Обворожительно улыбнувшись, Потемкин отошел к двери.

Донельзя смущенная Валентина Степановна села за стол. Не поднимая на него глаз, покраснела и принялась судорожно перекладывать документы.

«Делов-то, – мысленно хмыкнул Егор. – Все бабы одинаковы. Вызвать жалость, желание помочь, затем сексуальное желание – и готова. Только моя «супружница» тварь непокорная, – предусмотрительно отведя взор от своей жертвы, зло блеснул глазами. – Ну ничего. Сдохла гадина. А остальные всегда подчинялись, – вновь посмотрев на Тепликову, мило той улыбнулся. Видя, как женщина от его улыбки затаила дыхание, а после снова зашуршала листами, едва заметно усмехнулся. – К вечеру очухается, будет перед мужем скакать да виновато в глаза заглядывать. Ненавижу сучек».

Неожиданно послышался робкий стук, и дверь отворилась, скрыв от Потемкина посетителей. Мгновенно насторожившись, маг разума превратился в слух.

– Валентина Степановна, боярыни Изотовы, – услышал он женский голос. – Девочки, проходите. Если я не нужна, пойду на урок. Ученики одни.

– Здравствуйте, Валентина Степановна! – синхронно выпалили юные боярыни, приближаясь к столу.

Затаив дыхание, аферист наблюдал за тем, как, Тепликова кивком отпустила сопровождающего детей педагога. Дверь тихо закрылась.

– Здравствуйте, девочки. Садитесь. У меня к вам серьезный разговор, – пригласила заместитель директора.

Неотрывно глядя на учениц, устраивающихся в креслах, она усиленно избегала смотреть на стоящего возле стены мужчину. Ей очень хотелось помочь симпатичному вдовцу, но одновременно она жутко сердилась на себя за крайне непристойные фантазии в его отношении.

– Дорогие мои, понимаю, вам сейчас тяжело, – с непритворной печалью произнесла Тепликова. – Тем не менее Елизавета, – повернулась к девочке, сидящей слева, затем перевела взор на вторую, – Александра, вы уже достаточно взрослые и, я уверена, вправе знать о последней воле вашей сестренки. Софья хотела, чтобы над вами взял опеку ее супруг Егор Николаевич Потемкин.

– Нет, – качнула головой Лиза. – Соня не могла этого хотеть. Мы же Потемкина совсем не знаем, и он нам не нравится.

– Лизонька, ты очень умная девочка, – Валентина Степановна улыбнулась с подкупающей добротой. – Вероятно, вы с ним просто не общались? Мне он показался весьма достойным человеком.

– А нам нет, – сурово сдвинув бровки, твердо ответила Лиза. Смотрящая исподлобья на педагога Саша согласно кивнула.

– О чем вы с ним разговаривали? – корректно поинтересовалась Тепликова. – Егор Николаевич вам сказал или сделал что-то плохое?

Быстро переглянувшись, сестры синхронно пожали плечами.

– Да мы и не разговаривали, – неохотно призналась Лиза. – Просто сразу не понравился, – пояснила тихо.

– А я имела честь с ним беседовать, – улыбнулась женщина. – Уверена, вы измените мнение, когда пообщаетесь.

– И о чем нам говорить? – грозно прищурилась Саша. – В опекуны мы его не хотим! О нас есть кому заботиться.

– Это он вам сказал о последней воле Сони? – подавшись вперед, прозорливо поинтересовалась Лиза.

Валентина Степановна бросила взгляд поверх голов девочек. Верно его истолковав, Потемкин, стараясь не хромать, максимально быстро подошел к креслу Елизаветы. Аккуратно положил ладонь ей на голову и мягко произнес:

– Ты права, Лиза. Это я сообщил о последней воле вашей сестренки и главы рода Изотовых.

Медленно повернувшись, девочка посмотрела на мошенника огромными глазами. Ее сестра так же не отрывала удивленного взора от мужчины.

Потемкин плавно переместил ладонь с головы Лизы на худенькое плечико, едва заметно прикасаясь большим пальцем к обнаженному участку кожи на шее.

– Кто, кроме меня, может знать об этом? – осторожно воздействуя своей силой, вкрадчиво поинтересовался маг разума. – Ваша сестра не пожелала бы вам плохого, – бегло глянув на Сашу, заметил злой прищур. Но, не выказывая раздражения, все так же мягко продолжил: – Лизонька, ты же знаешь, я говорю правду.

Юная боярыня не промолвила ни словечка, по-прежнему пристально смотря на Егора. Тот усилил воздействие и внезапно почувствовал резкий отток сил. Девчонка, определенно, сопротивлялась, сама того не понимая!

– Я хочу, чтобы ты сейчас подписала согласие на опеку, – не разрывая контакта с кожей своенравной жертвы, сообщил Потемкин. Он беспрестанно вливал силу, но та утекала, словно вода сквозь сито. Однако мгновения шли, и в глазах девочки наконец начало появляться нужное выражение. Едва заметно усмехнувшись, маг разума достал из внутреннего кармана сложенные листы бумаги. Вручив их задумчивой Лизе, попросил: – Просто прочти и подпиши. Соня была бы очень рада, – добавил и с легкостью изобразил на побледневшем лице печаль.

Медленно расправив листы, Елизавета положила их на краешек стола. Быстро пробежав по тексту глазами, тихо сказала:

– Писать нечем.

С беспокойством посматривающая на опечаленного, но такого привлекательного вдовца Тепликова протянула девочке ручку. Взяв ее, Лиза несколько долгих, томительных для Егора мгновений сидела недвижимо.

Саша подалась вперед, округлив от удивления глаза.

– Лиз, ты чего? Собралась подписывать? – удивленно поинтересовалась она. – Мы же не хотели!

Почувствовав, как под ладонью напряглось плечико жертвы, маг разума мгновенно усилил воздействие. Получается, нужно обработать еще и вторую упрямицу. Но как такое провернуть, не привлекая внимания? Старательно изображая грусть, аферист лихорадочно искал решение.

– Лизонька, о чем ты думаешь? – ласково поинтересовалась педагог с непритворной заботой.

– Думаю о том, зачем мне это делать, – заторможенно отозвалась Лиза. – Одна часть меня говорит: «Не вздумай!», а вторая просит подписать, – внезапно юная боярыня в нужной графе быстро написала «Согласна» и подставила подпись. А потом сухо поинтересовалась: – Что-то еще?

– Спасибо за доверие, – довольно улыбнулся Потемкин. – Теперь осталось твоей сестричке подписать второй бланк. Но, вижу, она не хочет. Похоже, я ей сильно не нравлюсь, – он демонстративно горько вздохнул. – Вот только не пойму, в чем причина.

Многозначительно глянув на Тепликову, маг разума замолчал. Усиленно изображая печаль, аферист ждал ее слов, даже не сомневаясь в том, что та сейчас бросится ему помогать.

– Сашенька, и правда, почему ты не хочешь, чтобы Егор Николаевич стал опекуном? – ручейком зажурчал встревоженно-заботливый голос педагога. – Лизонька согласилась.

Не отвечая, Саша во все глаза смотрела на самого близкого человека. И не понимала, что с Лизой происходит.

Неожиданно повернув голову к сестре, Елизавета сказала:

– Я уже подписала. Он станет моим опекуном, – протянула близняшке ручку и замерла в ожидании.

Блестящими от эмоций глазами Саша долго-долго смотрела на сестру. А потом встала, взяла у нее ручку, написала на втором бланке «Согласна» и поставила подпись. Затем, повернувшись к Потемкину, твердо заявила:

– Не знаю, что нашло на Лизу, но вы мне по-прежнему не нравитесь.

Убрав руку с плечика крайне задумчивой Елизаветы, Егор забрал бланки. Быстро их просмотрел, аккуратно свернул. Положив драгоценные документы во внутренний карман, встретился с сердитым взглядом Саши. И, ничуть не уступая лучшим артистам, с обидой заметил:

– Ничего плохого я вам никогда не делал. Ни к чему и сейчас не принуждал, Валентина Степановна не даст солгать, – в знак согласия женщина важно кивнула. – Почему я тебе так неприятен? – Егор огорченно вздохнул.

– Потому! – внезапно заявила Саша, смело глядя в глаза мужчине.

– Александра! Как ты себя ведешь? Ты же потомственная дворянка, – строго призвала ученицу к порядку заместитель директора по воспитательной работе.

– Валентина Степановна, мы можем идти? – поднявшись, тихонько спросила Лиза.

– Конечно, – резко сменила гнев на милость Тепликова. – Лиза, с тобой все в порядке? – поинтересовалась с тревогой.

Коротко пожав плечиками, девочка пристально посмотрела на Потемкина, потерев шею в том месте, где его рука касалась кожи.

– Ли-и-из, – шепотом позвала Саша.

– Как и сестре, вы мне не нравитесь! – произнесла громко Елизавета. – До свидания, Валентина Степановна.

Не дожидаясь ответа, взяла близняшку за руку и быстро увлекла ту прочь из кабинета.

– Видите, их серьезно обработали, – проводив девочек взглядом, сокрушенно поджал губы аферист.

Согласно кивнув, Валентина Степановна поинтересовалась:

– Когда назначена комиссия?

– Завтра утром, – выдержав паузу, Потемкин с непритворной тревогой добавил: – Вот, думаю, как там все будет проходить.

– Процедура стандартная, – испытывая нешуточное желание помочь такому интересному мужчине, сообщила педагог. – Придете, подождете, пока вызовут. Если есть другие претенденты, то заходите в кабинет вместе с ними. Начальницу опеки я давно знаю. Тамара Прокофьевна формально задаст пару вопросов и тут же вынесет решение. Уверена, вы получите опеку, – торжественно заявила она.

– Только этого и жду, – едва слышно пробормотал Егор, а потом повысил голос: – Всего вам доброго, Валентина Степановна. Был очень, очень рад знакомству.

– Взаимно, – в который раз смутившись, произнесла женщина. Стоило двери за вдовцом закрыться, откинулась на спинку кресла, зажмурилась и мечтательно протянула: – Какой мужчина-а-а!

Глава 14

Небо хмурилось, свинцовые тучи грозили пролиться дождем. Не обращая внимания на порывы холодного ветра, Ярослав прогуливался возле автомобиля, изредка поглядывая на темно-желтое двухэтажное здание городской администрации. Екатерина у чиновников находилась уже больше часа. Но в этом как раз таки не было ничего странного. На собственном опыте мужчина знал – в государственных учреждениях можно ожидать приема часами. Тревожился он за юных боярынь.

Дождавшись, когда вассал рода Изотовых скроется за дверью администрации, воин сразу же позвонил Василию и доложил о произошедшем: ситуация сложилась нестандартная, хотел посоветоваться.

Выслушав, Фролов-старший деловито сообщил то, что Ярослав и так прекрасно понимал. Угрозы жизни и здоровью боярынь фактически нет. С такой безопасностью, какая сейчас в «Эвересте», насильно увезти ученика нереально, даже просто попытаться причинить физический вред крайне проблематично. Если Потемкин действительно приедет в школу, что сможет сделать девочкам? Ничего.

Кольцо-артефакт на пальце воина исправно работало. Мужчина знал – Саша находится на территории школы, ее здоровье в полном порядке. А случись что-то с Лизой, сестра или педагоги моментально бы сообщили. Однако, вопреки фактам и здравой логике, испытывал сильное беспокойство. Отчего-то при виде Потемкина память всегда с поразительной настойчивостью возвращалась к грязной тайне его собственной семьи.

«Я зря нервничаю. Садистов давным-давно извели, – в который раз успокоил он себя, неосознанно нащупывая под тканью футболки драгоценный артефакт. – Потемкин не похож на мою родню. Обычный хлыщ».

Внезапно на парковку перед администрацией заехал знакомый серый седан, и Ярослав насторожился. Через пару мгновений из автомобиля вышел довольный Егор. Сразу же заметив статную фигуру телохранителя, язвительно ухмыльнулся и направился к входу в здание.

Наблюдательный воин моментально отметил и сильную хромоту вдовца, и то, как демонстративно небрежно тот помахивает прозрачной папкой с документами. Ни на миг не задумываясь, Ярослав быстро пошел следом. Мало ли что случится. Екатерина-то все еще в администрации.

Предусмотрительно отставая от Потемкина, вошел за ним в просторный холл. В уши тотчас ворвался гул раздраженных голосов: посетителей из разных слоев общества сегодня было с избытком.

Не достигнув и середины большущего холла, Ярослав заметил знакомую рыжую шевелюру. Опустив взор к полу и не обращая внимания на ходящих туда-сюда людей, хмурая Катерина торопливо шла к выходу. Движущегося прямо ей навстречу Потемкина девушка не замечала.

Тренированное тело отреагировало молниеносно. За один удар сердца воин рода Изотовых преодолел приличное расстояние. Буквально за несколько мгновений до столкновения он мягко отодвинул Катерину в сторону. Ошарашенная внезапным перемещением девушка изумленно посмотрела на невозмутимого Ярослава, а потом перевела взгляд на язвительно ухмыляющегося Потемкина.

– Добрый день, – машинально поприветствовала она вдовца.

– Знаете, а сегодня день действительно добрый, – глубокомысленно заявил Егор и с насмешкой пояснил: – Боярыни только что дали мне согласие на опеку, – помахав перед лицом девушки папкой с бумагами, неприятно осклабился. В его тоне слышалось неприкрытое злорадство.

– Этого не может быть! – категорично заявила Катя. – Вы лжете!

– Полноте вам, – брезгливо поморщился вдовец. – Наше общение проходило в кабинете Тепликовой. Валентина Степановна присутствовала. При необходимости, педагог подтвердит – боярыни сами так решили, – он удовлетворенно улыбнулся. Затем смерил побледневшую девушку презрительным взглядом и холодно обронил: – Невзирая на все ухищрения, завладеть имуществом боярского рода у вас не выйдет.

Пропустив обидные слова мимо ушей, Катя неверяще смотрела на омерзительно ухмыляющегося мужчину. В ее голове не укладывалось, почему малышки добровольно дали согласие на опеку человеку, который им неприятен. Такого просто быть не могло!

Вокруг так же сновали люди. Занятые своими проблемами посетители совсем не обращали внимания на стоящую посреди холла троицу. Едва заметно сместившись, Ярослав занял наиболее удобную позицию, готовый в любое мгновение защитить вассала рода.

– Вы лжете, – тихонько повторила Катя.

Потемкин нарочито медленно оглядел юную дворянку с ног до головы. Презрительно скривившись, ледяным тоном произнес:

– Ваше мнение, девушка, мне неинтересно. Настоятельно рекомендую собрать вещи и покинуть дом прямо сегодня. Завтра утром я получу опеку. Если ты до этого времени не уберешься, вышвырну за шкирку, – намеренно перейдя на «ты», он угрожающе прищурился.

– Решение еще не вынесено, – гордо вскинула подбородок Катерина. – Не забывайте, я тоже имею право на опеку.

– Как же ты надоела, нищебродка! – зло процедил Потемкин.

Шагнув к Катерине, Егор резко вскинул руку. Да вот только что бы ни собирался сделать – не успел. Ярослав отреагировал молниеносно. Закрыв собой девушку, воин сурово нахмурился.

Шумно выдохнув, Потемкин отвернулся. Спустя несколько томительно долгих мгновений внезапно посмотрел на выглядывающую из-за плеча Ярослава Катю. Не повышая голоса и чеканя слова, произнес:

– Завтра я переезжаю к девочкам. К моему приезду чтобы духу твоего в доме не было.

Демонстрируя, что разговор окончен, Егор широко шагнул в сторону. И столкнулся с полной женщиной. Злобно оскалившись, грубо отодвинул испуганную посетительницу с дороги. Затем, припадая на правую ногу, направился в один из многочисленных коридоров.

– Совсем охамели! – бросила ему вслед женщина. Поджав тонкие губы, разгневанно глянула на спокойного Ярослава и быстренько засеменила по своим делам.

Проводив Потемкина цепким взглядом, воин увлек Катерину к выходу. Подойдя вместе с ней к машине, удостоверился, что юная дворянка удобно села, захлопнул дверцу, сел за руль, завел двигатель и выехал с заполненной автомобилями стоянки.

Аккуратно лавируя в плотном потоке машин, мужчина искоса поглядывал на угрюмую Катеньку. Не спеша обсуждать неприятные новости, он напряженно думал.

В тот момент, когда вдовец попытался схватить девушку, на короткий миг в черных глазах мелькнула та самая сила. Подобный взгляд Ярослав видел не раз и запомнил на всю жизнь: в его семье и мать, и бабка, и дед, и многие родственники до них были треклятыми магами разума. Он – единственный, кто не унаследовал мерзкий дар.

Проклятье рода до седьмого колена. Иначе не скажешь.

Закрывая собой Катерину, воин одновременно желал защитить девушку и окончательно убедиться, что Потемкин – маг разума. Нарочно задев руку вдовца, он не рисковал понапрасну: артефакт мгновенно блокировал воздействие чужой воли. Однако, к удивлению, ничего не произошло, древняя реликвия молчала.

Это озадачило. Да, внешне супруг боярыни не походил на удивительно красивых магов разума. И цвет глаз у него черный, а не прозрачно-голубой, как у матери, бабки и ее близнеца, окончательно спятившего перед смертью садиста. Но Ярослав, без сомнений, во взгляде Егора увидел именно ту силу.

«Может, ущербный?» – мелькнула мысль.

– Я не знаю, что делать, – внезапно произнесла Катерина. – Боюсь, Потемкину действительно дадут опеку. Сегодня начальница опять предлагала подумать, нужно ли мне брать на себя заботу о девочках. Это у нее я просидела так долго, – юная дворянка горько улыбнулась. Пристально посмотрев на мужчину, срывающимся голосом быстро спросила: – Почему девочки передумали? Почему дали ему согласие? Неужто считают меня недостойной? Они ведь и утром не сильно хотели подписывать бумаги.

– Боярыни тепло к вам относятся, – мягко промолвил телохранитель. Глянув на Катю, перевел взор на дорогу. – Думаю, причина в другом, – лавируя среди машин, он говорил тихо, но твердо. – Возможно, растерялись. Маленькие ведь еще. Наверняка сейчас переживают.

Успокаивая девушку, Ярослав теперь не просто догадывался, а знал истинную причину всех бед, свалившихся на род Изотовых. Не зря о магах разума старались последние столетия даже не упоминать. Если появились рядом – жди смертей и черной полосы.

Мало кто сейчас помнил об этих внешне красивых, но удивительно темных душой людях. Точнее, нелюдях. Давным-давно по приказу батюшки императора их истребили под корень. Наделенные силой подчинять себе чужой разум, и мужчины и женщины одинаково упивались властью над людьми: ломали жизни, убивали не задумываясь. И самое страшное – все до единого наслаждались, наблюдая за страданиями своих жертв.

Даже материнская любовь у таких женщин была крайне специфичной. Обосновывая действия исключительно заботой, мать с упоением лупила маленького Ярослава розгами до крови. А когда считала, что чадо недостаточно послушно, применяла силу. Маленький мальчик тотчас превращался в безвольную марионетку. Он подозревал, что и отца она угробила, потому как, кроме имени, ничего о нем не знал. Ну, или мужчина оказался достаточно умным, чтобы сбежать от такой женушки подальше. Фамилию Ярославу дали дедовскую, а тема зятя была в семье Моховых под запретом.

Впрочем, одним сыном мать не ограничивалась. Так же, как и бабка, и дед. Только убеленный сединами красавец-мужчина гораздо хуже контролировал садистские наклонности. Скорее всего, именно поэтому семья из четырех человек не оставалась подолгу на одном месте. Словно кочевники, они переезжали из города в город, а потом из одной глухой деревни в другую.

Тот осенний день, когда их дом на окраине нанайской деревеньки близ Амура вспыхнул факелом, Ярослав помнил очень хорошо. Семилетним пацаном он вместе с нанайцами ловил кету. Ну как ловил: тихонечко сидел в катере да восхищенно наблюдал за сноровисто достающими из большущих сетей сильную серебристую рыбу мужчинами.

Зарево на берегу сразу же привлекло внимание. Полыхал его дом. Мальчик не проронил ни слезинки, а рыбаки, никак не реагируя на пожар, невозмутимо занимались своим делом.

Заполненный рыбой катер вернулся глубокой ночью. Едва Ярослав ступил на глинистый берег, подошла соседка.

– Нэку*, твоих больше нет. Будешь жить у меня, – сказала добрая женщина. Молча кивнув, мальчик пошел за ней.

В чужой семье своим он не стал, но был благодарен за все, что для него делали. Даже дали новую фамилию – Вельды. В сочетании с именем и отчеством звучало довольно странно, но Ярославу нравилось. Ничего общего с настоящим родом иметь не хотелось. За всю взрослую жизнь он всего лишь дважды называл родовую фамилию: когда давал клятву верности главе уже несуществующего рода Троекуровых, а потом – Софье Изотовой. Иначе нельзя, магия бы не приняла.

Став взрослее, понял: местные неспроста его в тот день взяли с собой. Пощадили обычного, доброго мальчишку, спасли ему жизнь. Но остальных «злых пришлых» ее лишили. Мать, бабка и дед сгорели заживо. Прожили маги разума среди добродушных нанайцев всего-то пару лет, но умудрились заслужить жуткую смерть. А внезапный пожар – именно казнь его родственников, Ярослав в этом не сомневался.

На мгновение зажмурившись, воин привычно отогнал воспоминания. Остановившись около дома Изотовых, невозмутимо посмотрел на грустную девушку.

– Я поехал в школу. Заберу боярынь. Василию позвонить или вы сами?

– Сама, – тяжко вздохнула Катя. – Может, вместе придумаем, что теперь делать. Нельзя малышек Потемкину отдавать. Ох, натворили дел, глупышки.

– Не отдадим, – твердо произнес Ярослав.

Как только Катерина вошла в калитку, автомобиль тронулся с места.

Решив не откладывать дело в долгий ящик, воин рода направился прямиком в кабинет заместителя по воспитательной работе. Хотел встретиться с Валентиной Степановной, возможно, задать пару ничего не значащих вопросов.

После воздействия мага разума неизменно остаются последствия: длительная эйфория, мучительная сексуальная неудовлетворенность, жуткие головные боли, а то и затяжная депрессия. Все зависит от желания нелюдя. Но при этом жертва никогда не понимает, что произошло.

К сожалению, Тепликовой на месте не оказалось. Отойдя от кабинета, Ярослав прислонился широким плечом к стене. Задумчиво разглядывая пустой коридор, вновь принялся размышлять о юных боярынях.

Кольцо не сообщило об изменении состояния здоровья Саши. Значит, Потемкин воздействовал на Лизу. Отчего тогда вторая близняшка подписала документы? Сестринская любовь?