Текст книги ""Фантастика 2025-157". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)"

Автор книги: Анна Одувалова

Соавторы: Надежда Мамаева,Нина Ахминеева,Валерий Гуров
сообщить о нарушении

Текущая страница: 60 (всего у книги 348 страниц)

Глава 29 День зимнего бала

За дальним столиком уютного кафе в одиночестве сидела элегантная темноволосая девушка. С первого взгляда на красивое лицо европейцу становилось понятно: она азиатка.

Двое симпатичных юношей, позабыв о великолепно приготовленном завтраке, бросали в сторону прекрасной незнакомки призывные взгляды. Но та, дожидаясь заказа, не обращала на них никакого внимания, вот уже несколько минут разговаривая по телефону. Точнее, говорил ее невидимый собеседник, красавица же большую часть времени молчала.

Услышать, о чем идет речь, ни юноши, ни остальные немногочисленные посетители кафе абсолютно точно не могли: настолько тих был голос, когда девушка изредка отвечала.

Водрузив на поднос пузатый фарфоровый чайник и блюдце с нежнейшим пирожным, миловидная официантка оправила белоснежный передник на голубом форменном платье и неторопливо понесла заказ. Подходя к столику, она навострила ушки и умудрилась расслышать тихий голос:

– Условия вы знаете. Результат завтра.

Нажав на отбой, посетительница подождала пару мгновений, а затем посмотрела на экран телефона.

Подойдя с правой стороны от гостьи, любопытная сотрудница кафе аккуратно поставила на столик чайник и тарелочку с десертом. Наполняя изящную чашечку ароматным чаем, она украдкой взглянула на дисплей мобильного и увидела великолепную фотографию: темноволосая, зеленоглазая красавица в бирюзовом костюме кондитера смело смотрела в объектив.

Не глядя на официантку, посетительница спокойно выключила телефон.

– Приятного аппетита, – сделав бесшумный шаг назад, сотрудница кафе дежурно улыбнулась. – Надеюсь, вам у нас понравится, и вы придете еще.

Бесстрастно посмотрев на нее, красавица – азиатка не ответила. Пригубив вкусно пахнущий напиток, коротко улыбнулась: чай заварили по всем правилам. В это кафе она действительно пришла впервые, да вот только возвращаться не собиралась. Уж больно здесь «глазастый» персонал.

* * *

В элитном, баснословно дорогом салоне красоты и моды царила суета: швеи, стилисты, визажисты и парикмахеры порхали возле нас с Катенькой. Заверив, что на зимнем балу мы будем самыми – самыми неотразимыми, профессионалы вот уже несколько часов кряду создавали нам образы.

Испуганно хлопая ресничками, Катя поначалу пыталась возражать. Отведя меня в сторонку и понизив голос, она взволнованно принялась убеждать в том, что уж на нее – то тратиться вовсе не обязательно. Терпеливо выслушав, я строго взглянула на подругу и тихонько сказала:

– Я могу себе это позволить. Не обижай меня.

В ответ одноклассница лишь сокрушенно вздохнула и больше не отказывалась.

Наконец – то определившись с платьями и подогнав их по фигурам, сотрудники салона усадили нас в кресла. Лениво следя за умелыми действиями парикмахера, я вспоминала вчерашний день. Такого ажиотажа и внимания к своей персоне я, ей – богу, не ожидала.

После того как Миша подарил цветы, зрители просто повалили на сцену. Вырвалась я из плотного кольца восторженных фанатов лишь через несколько часов. Вернувшись с Катенькой домой, мы первым делом пообедали и пошли в комнаты – отдохнуть. Да вот только мне это не удалось. Зайдя к себе в спальню, я обнаружила позабытый на кровати телефон. Ужаснувшись безумному количеству пропущенных вызовов, первому перезвонила Мише, а после до самой ночи отвечала на звонки и поздравительные сообщения.

Позвонили буквально все: одноклассницы, педагоги, мои и близняшек, директор школы и ее заместитель по воспитательной работе, партнеры по бизнесу, какие – то малознакомые люди, чьи имена вспомнила с большим трудом. Оказалось, что все три с лишним часа за шоу наблюдали очень и очень многие.

Когда позвонили сестры – близняшки, я даже не особо удивилась тому, что, находясь на отдыхе в Краснодаре, вместо прогулки дети сидели, прилипнув к экранам. Малышки делились впечатлениями, смаковали подробности и рассказывали, как сильно за меня переживали. Было чертовски приятно.

И все вроде бы прошло хорошо, но как же без ложки дегтя? Боярыня Стрелецкая не принесла вчера извинений после процедуры награждения. В принципе, почему так случилось, можно понять: меня окружала плотная толпа народа. Но и позднее боярыня не объявилась.

Казалось бы, ну не извинилась, да и бог с ней! В родном мире я, возможно, махнула бы на нее рукой да забыла. Да вот только в этом мире все иначе. Если Мария не принесет извинений на сегодняшнем балу, можно считать, что она вновь проявила ко мне неуважение и наплевала на правила поединка. Ее, конечно же, осудят, но и я должна буду отреагировать. Стрелецкая, как же ты надоела – то!

Досадливо поморщившись, я посмотрела на свое отражение.

– Госпожа, вам не нравится? – тотчас тревожно нахмурился мужчина – парикмахер.

– Нравится. Очень, – искренне произнесла я, разглядывая себя в зеркале.

Впервые на официальный выход мои волосы не были собраны в строгую прическу, а крупными волнами ложились на плечи. Макияж также выше всяких похвал: визажист салона (как и вчера гример на телестудии) не стала делать из меня женщину – вамп, но придала коже благородное сияние, профессионально подчеркнула глаза, губы.

Встав из кресла, я подошла, цокая высокими каблучками туфель, к ростовому зеркалу. Под слаженно – восхищенные вздохи и ахи сотрудников внимательно осмотрела себя с головы до ног. В небесно – голубом шифоновом платье я непостижимым образом выглядела одновременно целомудренно и соблазнительно.

Довольно глубокий, с запахом на груди вырез приковывал взгляд, однако при этом оставлял простор для фантазии. Спадая от талии мягкими волнами, невесомая ткань очерчивала бедра, ласкала кожу ног и лишь чуть – чуть не доставала до пола. Длинные, свободные рукава, оканчиваясь узкими манжетами, полностью скрывали руки.

Легкость, красота, элегантность. Все как я люблю.

– Спасибо. Вышло чудесно, – похвалила работу профессионалов, отвернувшись от зеркала.

Медленно подойдя, преобразившаяся до неузнаваемости Катенька посмотрела на меня с восхищением. Меж тем от нее самой невозможно было оторвать взора: длинное струящееся платье изумрудного цвета восхитительно подчеркивало ее точеную фигурку, собранные наверх огненные волосы открывали лицо и изящную шею. Огромные зеленые глаза с пушистыми ресницами, пухлые губы, чуть тронутые нежной помадой, – Катенька была диво как хороша.

– Ты похожа на принцессу, – сделала искренний комплимент подруге.

– Скажешь то же, – пробормотала та, густо покраснев от смущения.

Озорно подмигнув Катеньке, я посмотрела на девушку – администратора. Уважительно кивнув, та дала понять, что все исполнено. Услуги салона и еще кое – что «нестандартное» я оплатила заранее.

Через несколько минут нам принесли верхнюю одежду. Я накинула свою длинную шубу на плечи, а Катя замерла, с удивлением разглядывая предложенную ей коричневую норковую шубку.

– Это не мое, – нахмурилась девушка, глядя на улыбчивую сотрудницу.

– Ваше, – сообщила та. – Доставлена по распоряжению вашей спутницы из мехового магазина.

Посмотрев на меня тяжелым взглядом, Катенька глубоко вздохнула.

– Твой образ должен быть полным, – сообщила ей невозмутимо. – Это мой подарок.

– Спорить бесполезно? – угрюмо поинтересовалась подруга.

– Однозначно, – широко улыбнулась я. Быстро взглянув на настенные электронные часы, добавила: – Пора. До бала не так уж много времени, а нам еще добираться.

Катенька все же надела шубку, при этом недовольно что – то бурча себе под нос.

Попрощавшись с сотрудниками салона, мы вышли на улицу. Окрашивая небо яркими всполохами, солнце опускалось за горизонт.

– Кать, ну прекращай, – взяв подругу под локоть, я заглянула ей в глаза.

– Ты сегодня прорву денег на меня истратила! – сердито воскликнула та. – Мне неудобно. Понимаешь?

– Понимаю, – строго взглянув на Екатерину, я пару мгновений помолчала. – Не деньгами меряются отношения. Я проявила к близкому человеку заботу, внимание… Разве стоит меня за это корить?

Не дожидаясь ответа Катеньки, я повела ее к белоснежному автомобилю. Усевшись на заднее сидение рядом с подругой, кивнула Василию. Через мгновение наша машина помчалась по широким улицам Ростова.

В голову опять полезли мысли о Стрелецкой и… князе Южном. Точнее, я вспомнила о своей просьбе. Если он ее исполнит, то будет очень – очень хорошо.

– Не обижайся на меня, пожалуйста, – встревоженно блестя глазами, прошептала Катенька, заметив мою задумчивость.

– Что ты, – тепло улыбнулась обеспокоенной подруге. – Даже не собиралась. О Стрелецкой вспомнила, – добавила и поморщилась.

– Хм… Глядишь, совесть проснется, и она на балу подойдет?

– Хорошо бы, – усмехнулась я.

– Сонь, – спустя время тихонько позвала Катя. – Я не спрашивала… А что ты попросила у князя?

Посмотрев в блестящие от любопытства глаза подруги, я загадочным шепотом произнесла:

– Исполнения самого заветного желания, – заметив, как девушка густо покраснела, тихонько рассмеялась. – Обязательно расскажу, но позже. Сейчас боюсь сглазить. Для меня это, правда, очень важно.

Мгновенно став серьезной, Катенька кивнула.

Тем временем наша поездка подошла к концу: автомобиль медленно заезжал на территорию школьного двора.

* * *

Зайдя в богато украшенный просторный зал для торжеств, мы с Катей сразу же стали объектами повышенного внимания. Я, скупо улыбаясь, терпеливо выслушала витиеватые комплименты нарядно одетых юношей и искренне поблагодарила одноклассниц, поздравляющих с победой, но мысли были о другом.

«Где эта Стрелецкая, чтоб ее черти на сковороде поджарили! – поддерживая диалог с девушками, я скользила взглядом по залу. – Да и Миши что – то не видно».

На полукруглой сцене музыканты настраивали инструменты. Разнося на подносах безалкогольные напитки и закуски, меж юношей и девушек сновали приглашенные официанты. Я осматривала радостные, счастливые лица одноклассников, да вот только ни Михаил, ни боярыня на глаза все так и не попадалась.

Посмотрев на Катеньку, заметила досаду и на ее личике. Она также высматривала Стрелецкую, но, как и я, не находила.

– Барышни, желаете напитки, фрукты, десерт? – привлек наше внимание официант.

Катенька взяла изящный бокал с вишневым соком, а я отрицательно качнула головой. И едва сдержала обреченный вздох: ко мне подошел очередной одноклассник. Пристальное внимание со стороны мужского пола начинало утомлять. Смирившись с тем, что придется снова выслушать вычурные, вовсе ненужные комплименты, едва заметно поморщилась.

– Софья Сергеевна Изотова, прошу вашего внимания, – неожиданно разлетелся по залу усиленный динамиками до боли знакомый голос Стрелецкой.

– Посмотри на сцену, – шепнула Катенька.

Последовав совету подруги, я мгновенно увидела боярыню. Сегодня она щеголяла не в ярко – красном платье, а, напротив, в молочно – белом. Вся такая элегантная, утонченная, она казалась эталоном истинной аристократки.

– Вчера, после церемонии награждения, вы были настолько заняты, что не нашли времени выслушать меня, – холодно вещала со сцены Мария, глядя в мою сторону. – Я чту и соблюдаю установленные правила поединков. Сейчас, при первой возможности хочу исполнить свой долг. Как проигравшая сторона, я, боярыня Мария Ивановна Стрелецкая, приношу вам публичные извинения, боярыня Софья Сергеевна Изотова.

В голосе девушки не слышалось ни капли раскаяния или сожаления, одно лишь высокомерие. Усмехнувшись и не сводя взгляда с боярыни, я отчетливо произнесла:

– Ваши извинения приняты.

Одобрительный гул в зале смешался с аплодисментами.

– Что – то я ей не больно верю, – тихонько сказала Катенька.

– Аналогично, – отозвалась со вздохом. – Однако, худой мир лучше доброй ссоры.

– Смотри, смотри, – торопливо сказала подруга. – Да не туда! Направо!

Повернув голову, я встретилась взглядом с отчего – то мгновенно потемневшими ярко – васильковыми глазами. Подойдя максимально близко, но соблюдая приличия, светлейший князь Игорь Владимирович Разумовский обаятельно улыбнулся.

«Костюм сидит как влитой. Хорош, чертяка», – отметила, скользнув взглядом по спортивной фигуре мужчины.

– Добрый вечер, Софья Сергеевна, – не скрывая озорной смешинки в глазах, галантно поклонился князь Южный.

– Добрый вечер, Игорь Владимирович, – вежливо ответила я, смотря на привлекательного мужчину с ожиданием и затаенной надеждой. Если он сделал то, о чем я попросила… Боже, это будет великолепно!

Замершие рядом юноши и девушки не сводили с нас горящих от любопытства глаз. Тихонечко вздохнув, Катенька тоже распахнула глаза и, казалось, боялась шелохнуться.

Широко улыбаясь, мужчина смотрел на меня. Я видела в его взоре восторг и… страсть.

– Не буду мучить, – сказал он низким, приятным женскому ушку голосом. – Ваше желание исполнено, Софья Сергеевна. Отныне земли бояр Изотовых возвращены вашему роду.

Достав из внутреннего кармана пиджака сложенные вчетверо листы, он протянул их мне. Я осторожно развернула плотную гербовую бумагу, не до конца веря своему счастью. Прочла заголовок: «Договор дарения», затем быстро пробежала глазами по тексту.

– Я выкупил их у Никитских, – тихо пояснил Разумовский. – Теперь ваши предки будут покоиться на исконных землях рода.

– Князь… – с безграничной благодарностью посмотрела в глаза мужчины. – Вы принесли покой моей душе, – мой голос был полон искренности, а лицо озаряла чистая, ничем не замутненная радость.

– Поверьте, я бы с удовольствием исполнил не только это желание, – многозначительно сказал мужчина и добавил: – Вы поразили меня и членов жюри во время поединка, а после невероятно тронули своей речью. Каждый из нас был бы рад оказать вам посильную помощь.

– Благодарю вас, Игорь Владимирович, – любезно произнесла я, прекрасно поняв такой прозрачный, но умело завуалированный намек.

В этот момент зазвучали первые аккорды популярной песни о любви. Бросив короткий взгляд куда – то вбок, князь едва заметно усмехнулся. Затем, вновь взглянув в глаза, медленно взял меня за руку, а после прикоснулся к тыльной стороне ладони теплыми губами.

– До скорой встречи, боярыня, – сквозь громко звучащую музыку едва слышно произнес обладающий умопомрачительной властью мужчина, а затем повысил голос: – Вынужден откланяться, Софья Сергеевна. Дела.

Улыбнувшись на прощание, он развернулся и ушел.

Я же, держа в руке документы и не обращая внимания на пытливые взгляды одноклассников, внутренне ликовала. Никто и никогда теперь не сможет оспорить право рода бояр Изотовых на земли. Никто и никогда не докажет умысла в моих действиях. Разве найдется среди Никитских безумец, который посмеет оспаривать дарение мне земель светлейшим князем Разумовским? Конечно же, нет.

Посредничество меж родами это хорошо, но мелковато. А теперь, когда месторождение редчайшего турина полностью принадлежит мне, можно приступать к его разработке, абсолютно ничего не опасаясь. Я планировала не только продавать редкий минерал, но еще и начать собственное производство артефактов.

Тогда, после поединка, у меня даже не возникло ни единого сомнения: это был уникальный шанс, упустить который я не имела права. Говоря князю Южному, что в утраченных землях покоятся предки рода Изотовых, поэтому желаю их вернуть, я не лукавила. Просто не сказала всей правды. Да и ни к чему знать о ней князю.

Проводив взглядом умчавшуюся танцевать с одноклассником Катеньку, довольно улыбнулась. Все шло не просто хорошо, а изумительно!

– Софья Сергеевна, вы подарите мне танец? – неожиданно отвлек меня от размышлений такой приятный сердцу голос.

– Безусловно, Михаил Михайлович, – с нежностью посмотрела на юношу и вложила в сильную руку ладошку.

Я кружилась с ним в танце, счастье буквально переполняло меня, казалось, что еще чуть – чуть, и взлечу над полом. Даже откровенная зависть большинства девушек была глубоко безразлична. Лишь один взгляд на мгновение привлек внимание. Глаза Стрелецкой пылали лютой ненавистью.

«Да и бог с ней, – беспечно подумала я. – Пусть бесится, килька, раз ей все неймется».

Отвернувшись от Марии и не реагируя на тревожный звоночек, я буквально окунулась в наслаждение танцем с сильным, умным юношей. С тем, для кого так радостно бьется сердце, а на лице расцветает счастливая улыбка.

Глава 30

Праздничный вечер незаметно подошел к концу. Улыбаясь подруге и Михаилу, я вместе с ними неспешно вышла из зала.

– Ого! – удивленно воскликнула Катя, разглядывая столпотворение возле гардеробной.

Смеясь и балуясь, одноклассники пытались опередить друг друга и первыми получить верхнюю одежду.

– Подождите меня здесь, – спокойно произнес Михаил и ловко вклинился в толпу.

Проводив счастливым взглядом высокую спортивную фигуру, я тихонечко вздохнула и в который раз подумала о том, что ему безумно идет белоснежный костюм – тройка.

– Вы очень хорошо смотритесь вместе, – шепнула мне на ушко довольная Катя.

Посмотрев на улыбающуюся подругу, я неожиданно порозовела и потупилась. Сейчас мне было настолько хорошо, что это даже немножко пугало.

Буквально через пару мгновений юноша вернулся с добычей: нашими шубками и своим длинным светлым пальто. Обаятельно улыбаясь, он галантно помог нам с Катенькой одеться. Глядя на меня, Михаил вовсе не скрывал своих чувств: в его глазах плескались любовь, нежность, страсть. Я же… смущалась и розовела, словно и вправду не взрослая, опытная женщина, а школьница. Мне даже казалось, что еще чуть – чуть – и переполняющее душу счастье бурным потоком хлынет наружу.

Выйдя на улицу, нежно улыбнулась не сводящему с меня глаз Михаилу. Переведя взор на темное, усыпанное огромными звездами небо, глубоко вздохнула: домой возвращаться не хотелось. Точнее… не хотелось сейчас расставаться.

– Я на машине, – раздался спокойный голос Михаила. – Не нужно звонить слуге. Сам вас отвезу.

Пройдя по парковке, мы подошли к ярко – красному спортивному автомобилю. Деловито усадив Катерину на заднее сидение, Михаил озорно улыбнулся и распахнул предо мной переднюю пассажирскую дверцу.

Под многочисленными взглядами одноклассников он аккуратно вырулил с территории школы и неторопливо поехал в сторону моего дома. В салоне царила тишина. Мне было тепло и уютно. Приятный запах мужского парфюма и отлично выделанной кожи напоминал о том, пока единственном свидании.

– Сонь, почему ты мне не рассказала о своем желании? – не отрывая взгляда от дороги, неожиданно поинтересовался Михаил. – Я без проблем мог выкупить твои земли.

– Как – то в голову не пришло, – тихо отозвалась я, глядя на идеальный, словно вылепленный талантливым скульптором профиль юноши.

– Я, конечно, не могущественный Игорь Владимирович, – сказал тот, все так же следя за дорогой. – Но для тебя и я могу сделать многое. Мне было неприятно.

– Миш, – нахмурилась я. – С нами Катя. Давай потом?

Взглянув на меня, Михаил неожиданно широко улыбнулся. Переведя взгляд в зеркало заднего вида, посмотрел на Катеньку, а затем спокойно и уверенно произнес:

– Да, собственно, я все сказал. К этой теме больше возвращаться не буду, – помолчав пару мгновений, вновь бросил через зеркало взгляд на пытающуюся слиться с сидением рыжеволосую одноклассницу. – Катерина, вы умная девушка, и, полагаю, все уже поняли. Я не скрываю от вас, что люблю Софью. Надеюсь, она когда – нибудь ответит мне взаимностью, – с абсолютно невозмутимым выражением на лице и по – прежнему глядя на дорогу, он взял мою ладошку и нежно поцеловал пальчики.

Хлопая ресницами, я смотрела на уверенного, сильного юношу и не находила слов. Сожалела ли, что рассказала не ему, а князю? Однозначно нет. Это было наилучшим решением. Меня волновало другое: я ведь даже не подумала о том, что Михаилу может быть неприятно. Сейчас же, не таясь, не копя обиду и не смущаясь присутствия моей подруги, он четко разложил все по полочкам.

Подъехав к дому, Михаил заглушил двигатель. Посмотрев на меня, предложил:

– Если ты не устала, погуляем вдвоем? – что – то разглядев в моих глазах, нежно улыбнулся и добавил: – Оденься потеплее. Не торопись.

Выйдя из автомобиля, он открыл для нас с Катей двери. Дружелюбно попрощавшись с моей подругой, вновь сел на водительское место.

Быстро пробежав в легких туфельках по двору, я, пропустив Катерину вперед, зашла в дом и лишь тогда взглянула на подругу. Хмурясь, девушка о чем – то усиленно размышляла.

Когда мы уже поднимались на второй этаж, Катенька неожиданно сказала:

– Михаил ведь и правда тебя сильно любит. А ты? Ты его любишь? – она смотрела вопросительно и строго.

Глубоко вздохнув, я опустила взгляд. Обсуждать с кем – либо свои чувства мне сложно. Не желая и сейчас говорить на эту тему, предпочла не отвечать, а увести диалог в сторону:

– Спать еще рано. Чем займешься?

Внезапно покраснев, Катенька закусила нижнюю губу. Избегая моего взгляда, тихо сказала:

– Никита звонил. Предлагал сегодня встретиться.

– Ну и чего ты сомневаешься? – я коротко пожала плечами. – Если он тебе действительно нравится, то пригласи его в гости. Надежда к себе не уйдет, пока ты не отпустишь или спать не ляжешь. Все приличия соблюдены, спокойно пообщаетесь за чашкой чая.

– Соня, мне неловко, – она покраснела до корней волос. – Это твой дом, а я мало того что у тебя живу, так еще и гостей приглашать?

– Прекрати, – поморщилась я от досады. – Зови Никиту и будь умницей. Я пошла переодеваться. Когда вернусь – не знаю.

Оставив смущенную подругу возле дверей гостевой комнаты, я прошла к себе в спальню. Быстренько скинув платье и туфли, особо не раздумывая натянула черные полуспортивные штаны и удобный свитер шоколадного цвета. Застегнув теплую куртку, мгновение помедлила, а затем надела на голову вязаную серую шапку с огромным пушистым помпоном.

Гулко стуча по полу рифленой подошвой высоких ботинок, торопливо вышла из дома и направилась к автомобилю, чувствуя, как в груди сильно – сильно бьется сердце.

Усевшись, на переднее пассажирское сидение, взглянула на Михаила.

– Привет, – ласково шепнул тот и страстно поцеловал меня в губы. – Я по тебе соскучился, любимая, – притянув к себе поближе, он встретился со мной взглядом.

Понимая, о чем именно он сейчас говорит, улыбнулась и тихонько спросила:

– Куда поедем?

– Сюрприз, – поцеловав еще раз, юноша с неохотой отстранился.

Автомобиль плавно тронулся с места. Захватив в плен мою ладонь, Михаил не выпускал ее ни на мгновение из своей сильной руки. Не обращая внимания на мелькающие вдоль дороги разноцветные огни вывесок, я смотрела на юношу. Думать ни о чем не хотелось. Только чувствовать тепло его руки, родной запах… Мы весь вечер были вместе, но лишь сейчас по – настоящему рядом.

«Как же я по тебе соскучилась!» – хотелось ему сказать, но я привычно промолчала.

Припарковавшись подле высоченного кованого забора, Михаил заглушил двигатель. Выйдя из автомобиля, мы неторопливо подошли к входу в один из городских парков. Приятный желтый свет фонарей выхватывал силуэты заснеженных деревьев, мягко падал на лавочки с высокими спинками. Держась за теплую ладонь статного юноши, я неторопливо шла по аллее. Не нарушая хрустальную тишину, лишь поглядывая на спутника с благодарностью.

Вот как он понял, что мне сейчас понравится?

Неожиданно повернув направо, Михаил уверенно повел меня куда – то в сторону от центральной дорожки. Затем резко свернул, прошел еще немного и остановился. А я… просто была не в силах отвести взгляда от открывшейся пред нами картины: на заснеженной поляне стояли, сидели и даже пытались взлететь умело подсвеченные снизу прекрасные ледяные скульптуры. Гигантские драконы смотрели на меня голубыми глазами, умопомрачительно красивые птицы раскрывали мощные крылья, щипали ледяную травку величественные единороги… Мои самые потаенные мечты детства все разом исполнились. Казалось, на этой полянке специально для меня поработал могучий волшебник.

Вцепившись в палец Михаила, я ходила меж, светящихся разными цветами скульптур и не верила, что так бывает. Администрация парка умудрилась на одной полянке собрать всех сказочных животных, нравившихся именно мне.

– Тебе нравится? – тихонько спросил Михаил в такт моим мыслям.

– Очень, – не отрывая взгляда от маленького тонконогого жеребенка – единорога, прошептала я. – Очень – очень.

– Я рад, – улыбнулся юноша. Помолчав, добавил: – Хотел сделать тебе приятное.

– Подожди, – ошарашенная невероятной догадкой, посмотрела на него. – Это все… для меня?

– Да, – последовал лаконичный ответ.

– Миш, – я изумленно распахнула глаза. – У меня даже нет слов. Откуда ты знаешь, что они так мне нравятся?

– Полтора месяца назад мы разговаривали, – тихо сказал он. – Ты не хотела признаваться, что сильно устала, что тебе тяжело, поэтому просто рассказывала мне о сказочных животных. Искренне сожалела, что драконы, фениксы и единороги – выдумка, и в живом виде их не найти, – Михаил улыбнулся и обнял меня за талию. – И я решил тебя порадовать.

Мысленно коря себя за черствость и невнимательность, я запрокинула голову и посмотрела в прекрасные ярко – васильковые глаза.

– Должна сказать, – мой голос звучал приглушенно, – я не хотела тебя оскорбить, когда рассказала о своем желании князю Южному. Извини. Я не подумала, что…

Мой рот внезапно закрыли поцелуем. Голова мгновенно закружилась, однако, не дав растечься лужицей, Михаил резко отпустил меня и сделал шаг назад. Я смотрела на него и не понимала, что происходит.

– На эту тему мы больше говорить не будем. Я сказал – ты услышала, – улыбнулся он и, подмигнув, таинственно произнес: – Используя боевые техники как миксер, ты подала мне идею.

Еще немного отойдя, плавно развел руки в стороны. Затаив дыхание, я с восхищением наблюдала за тем, как на его ладонях один за одним вспыхивают маленькие ярко – алые и голубые языки пламени. Медленно сведя ладони, Михаил соединил мизинцы, и тотчас в импровизированной чаше из сильных рук начали расти два сердца: голубое внутри ярко – алого. Становясь все больше и больше, они ритмично пульсировали в унисон. Грациозно подняв руки на уровень своего лица, Михаил сделал неуловимое взгляду движение, и два сердца разом взмыли в воздух. Взлетев в темное небо, они зависли на пару мгновений, а затем бесшумно взорвались ало – голубыми искрами.

Сумев наконец – то оторвать взор от неба, я посмотрела на Михаила. В этот же миг он за пару шагов преодолел разделяющее нас расстояние. Притянув к себе, запустил пальцы под мою шапку. Та слетела на снег, а волосы рассыпались по плечам. Неотрывно глядя мне в глаза, Михаил прошептал всего два слова:

– Люблю тебя.

А после окружающий мир перестал для меня существовать. Я не чувствовала, как хлопьями повалил густой снег, не ощущала пощипываний легкого морозца и дуновений холодного ветерка. Моей реальностью стал только он, его губы и руки.

* * *

Вернулась я домой на рассвете. Тенью проскользнув в спальню, быстренько разделась. Забралась в постель, обняла подушку и… неожиданно для себя самой сразу уснула.

Остаток ночи пролетел как один миг. Услышав, робкий стук, я сладко потянулась и громко сказала:

– Входи!

Вначале из – за приоткрывшейся двери показалась рыжеволосая голова, затем в спальню бесшумно вошла смущенная Катерина. Подойдя к кровати, он присела на краешек и, виновато опустив взор, сказала:

– Не хотела тебя будить, но уже одиннадцатый час. Мне пора ехать домой. Не могла уйти, не попрощавшись.

– Почему ты решила возвращаться сегодня?

Сев в кровати, я поправила сползшую с плеча тонкую лямочку ночной сорочки.

– Сонь, – чуть нахмурилась Катя, – я и так у тебя третьи сутки. Матушка звонит, беспокоится, не надоела ли…

– Не надоела. Абсолютно! – перебила я, тепло улыбнувшись нервничающей подруге. – Кать, я тут подумала, – предложила, вставая с постели, – может, ты вообще у меня поживешь? Хотя бы до окончания школы?

Взяв длинный темно – синий халат, сноровисто его надела и туго затянула на талии широким пояском. Нахмурившись, Катя молча наблюдала за моими действиями.

– Смотри, – остановившись перед подругой, начала ту уговаривать: – В доме я практически одна. Сестры – в школьном общежитии, Надежда живет в домике для прислуги. Мне страшновато иногда по ночам, – впервые я призналась в том, что действительно тревожило. – Еще у меня развивается бизнес, будет нужна помощница. В общем… Переезжай ко мне, а? – я просительно посмотрела на серьезную девушку.

Спустя затяжное молчание, она неожиданно рассмеялась.

– Вот что с тобой сделаешь? Умеешь уговаривать! – и после паузы деловито добавила: – Но тебе придется подробно рассказать, что делать. А еще мне надо собрать вещи.

– Это совсем без проблем, – я широко улыбнулась. – Ты будешь моим личным помощником: составлять график встреч, напоминать, что и когда я должна сделать. Короче, всякие организационные моменты. В целом, ты будешь моей правой рукой, на работе и в школе. Оплата достойная, – жестом остановив собравшуюся возражать подругу, строго сказала: – Даже не начинай. Любой труд должен быть оплачен. А сейчас я умоюсь, оденусь, выпью чаю и мы с тобой поедем к твоей матушке за вещами. Хорошо?

– Хорошо, – усмехнулась Катерина. Встав, добавила: – Подожду тебя в общей комнате.

Довольно быстро приведя себя в порядок, я зашла в гардеробную. Надев черные узкие брюки и белоснежную блузку, вышла из спальни. Катенька сидела в кресле с мечтательным выражением на лице. Прекрасно помня, что вчера подруга должна была встретиться с Никитой, я бесшумно подошла и тихонько спросила:

– Чаем его напоила?

– Ага, – бесхитростно отозвалась она и тут же покраснела до самых корней волос. – Мы выпили чаю на кухне с Надеждой, а потом поговорили пару часиков, – ее глаза тревожно блестели. – Ничего такого! Ты даже не думай…

– Кать, – наклонившись, я посмотрела на подругу с искренней заботой и теплотой. – Я отлично знаю отца Никиты. Его самого похуже, но могу тебе сказать: парень он хороший. Надежный. Если у вас все сложится и ты выйдешь за него замуж, буду очень рада.

Лицо девушки внезапно стало ярче ее огненных волос. Похлопав ресничками, она встретилась со мной взглядом.

– Вот вроде ты моя ровесница, но иногда кажется, что опытней и старше моей мамы, – усмехнувшись, она покачала головой и встала из кресла.

– А сколько маме лет? – полюбопытствовала я, направляясь за подругой в сторону кухни.

– Тридцать шесть.

– Молодая совсем, – отозвалась я, мысленно усмехнувшись.

Сама не зная того, Катя попала в точку. Я действительно старше ее мамы. Хотя… Я настолько слилась с новым телом и миром, что сейчас уже особо и не вспоминала о прошлой жизни.

Переступив порог кухни, мы привычно уселись за стол. Довольная Надежда, гордо поглядывая на меня, заботливо захлопотала. Видя ее взгляды, я не могла сдержать улыбки: приятно, когда слуги так любят и так искренне гордятся своей «молодой» хозяйкой.